Решение № 2-А-20/2025 2-А-20/2025(2-А-228/2024;)~М-А-221/2024 2-А-228/2024 М-А-221/2024 от 21 августа 2025 г. по делу № 2-А-20/2025

Дело № 2-А-20/2025

УИД 21RS0009-02-2024-000381-69


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 августа 2025 года с.Аликово

Красноармейский районный суд Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Толстовой Л.В., при секретаре судебного заседания Никифоровой Н.В., с участием помощника прокурора Аликовского района Чувашской Республики Яковлева Д.В., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – адвоката Васильева А.И., третьих лиц ФИО3, ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Аликовского района Чувашской Республики в интересах ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

Прокурор Аликовского района Чувашской Республики в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора купли-продажи от 22 сентября 2017 года жилого помещения с кадастровым номером <НОМЕР> общей площадью 19 кв.м, расположенного по адресу: Чувашская Республика, <АДРЕС>, заключенного между ФИО1 и ФИО2 недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующим зарегистрированного в ЕГРН права владения ФИО2 на указанное жилое помещение, мотивируя требования тем, что проведенной прокуратурой Аликовского района проверкой установлено, что ФИО1 является <ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ>, на основании договора передачи № 7 от 15.03.2017 имела в собственности <АДРЕС> Чувашской Республики. ФИО2, являясь знакомой ФИО1, приобрела в собственность указанную комнату на основании договора купли-продажи от 22 сентября 2017 года, заключенного между ней и ФИО1, за 100000 рублей. Начиная с 12.11.2016 по 04.12.2023 ФИО2, являясь сотрудником БУ ЧР «Аликовский центр социального обслуживания населения» Минтруда Чувашии, вместе со своей матерью ФИО3 с разной периодичностью оказывали уход за ФИО1 В основном уход ФИО1 оказывала ФИО3, за что практически всю свою пенсию ФИО1 отдавала ФИО3 Летом 2017 года между ФИО3 и ФИО1 был разговор о переоформлении комнаты ФИО1, где последняя предлагала оформить договор ренты с пожизненным содержанием с иждивением. При оформлении сделки ФИО1 не была осведомлена о заключении договора купли-продажи комнаты вместо договора ренты, в нотариальной конторе и в Росреестре также ей не разъясняли об этом. В силу своего возраста и здоровья она заблуждалась относительно природы сделки и была введена в заблуждение, доверившись своим знакомым ФИО3 и ФИО2 После подписания договора купли-продажи комнаты ФИО3 все реже начала оказывать помощь ФИО1 С 2020 года она прикована к постели и не может передвигаться, в связи с чем ею подписано соглашение с БУ ЧР «Аликовский центр социального обслуживания населения» о предоставлении разного рода социально-бытовых услуг и с этого времени за ней ухаживает ФИО5 Факт нахождения комнаты в собственности ФИО2 ФИО1 и ФИО5 стало известно в июне 2024 года, когда от новой управляющей компании ООО «УК Ваш новый дом» начали приходить квитанции об оплате жилищно-коммунальных услуг на имя ФИО2 Подписывая документы ФИО1 думала, что заключает договор ренты с условиями пожизненного содержания с иждивением, поскольку данная комната для нее является единственным жильем; кроме того, сумму, указанную в договоре купли-продажи в размере 100000 рублей она не получала.

В судебном заседании представитель истца – помощник прокурора Яковлев Д.В. требования прокурора поддержал по основаниям, изложенным в иске, и просил их удовлетворить.

Истец ФИО1 требования прокурора поддержала, просила удовлетворить иск прокурора, указав, что она желает передать свою комнату племяннице ФИО4, с целью, чтобы последняя ухаживала за ней, также дополнила, что она не оспаривает факт заключения договора с ФИО2, однако она рассчитывала, что последняя будет за ней ухаживать, после заключения договора Яковлева и ее мать ФИО3 ухаживали за ней, однако по истечении какого- то времени они перестали к ней приходить. В период заключения спорного договора в 2017 году она сама себя обслуживала, но ей по хозяйству помогали ФИО2 и ФИО3, однако после 2020 года она не могла самостоятельно передвигаться из-за болезней ног, с 2024 года она признана инвалидом первой группы, с 2023 года за ней начала ухаживать ФИО5, которая закрывала ее в комнате одну, впоследующем, начала приносить испорченные продукты питания и она, в настоящее время, от ее услуг отказалась, сейчас официально за ней никто не ухаживает, но уход осуществляет подруга ФИО6 и соседка по комнате, которой она платит за уход за ней денежные средства; также иногда приходит ФИО3 Сейчас она нуждается в постороннем уходе, поскольку не может даже самостоятельно покушать; спорное жилое помещение является для нее единственным жильем, в нем она проживала после оформления договора от 22 сентября 2017 года и продолжает проживать в настоящее время, ее из комнаты ФИО2 не выгоняла и не выгоняет.

Представитель ответчика Васильев А.И., в судебном заседании требования истца не признал, указав, что договор купли-продажи помещения нотариально не утверждался, в Управление Росреестра не обращались, а была произведена через МФЦ в присутствии ФИО1, при этом работник МФЦ спросила у ФИО1, зачем делаешь куплю-продажу комнаты, на данный вопрос она ответила «ведь они смотрят за мной хорошо». Стороны определили продажную цену комнаты в размере 100000 рублей, оплата которой произведена до подписания договора, при подписании договора в МФЦ ФИО1 собственноручно написала «расчет произведен полностью». Считает, что сторона истца через семь лет придумала договор ренты и внушает об этом ФИО1, действительно ставшей в последнее время инвалидом первой группы с 01 сентября 2024 года, ранее у нее инвалидность была установлена или нет в деле сведений не имеются. Факт нахождения комнаты в собственности ФИО2 ФИО1 было известно с момента, когда она подписала в МФЦ в договоре купли-продажи от 22 сентября 2017 года, а не в июне 2024 года. В 2017 году у ФИО1 здоровье было иное, она не состояла на учете у психиатра, дееспособная, память была отличная, увлекалась кроссвордами, ежемесячно из пенсии покупала книги по кроссвордам и решала их. Истец не представил доказательства, что ФИО1 не обладала при подписании договора купли-продажи не полной гражданской или гражданской процессуальной недееспособностью. В п. 4 договора купли-продажи было указано, что в вышеуказанной комнате на регистрационном учете состоит ФИО1, других граждан не имеется, пункт о снятии ее с регистрационного учета отсутствует и проживает в этой комнате до настоящего времени. Кроме того, по мнению представителя ответчика, истцом пропущен срок исковой давности, который в силу ст.181 ГК РФ составляет один год, в силу чего просит в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Третье лицо ФИО3 с требованиями прокурора не согласилась, и просила в удовлетворении отказать, указав, что она постоянно помогала ФИО1, была всегда рядом с ней в трудные периоды ее жизни, помогала с переездом в комнату, ухаживала за ней, покупала ей продукты питания, мебель, готовила и убиралась. Перестала ухаживать за ФИО1 в декабре 2023 года, после того, как ФИО5 выгнала ее из комнаты ФИО1, указав, что за ней будет ухаживать она (ФИО5). В настоящее время спорной комнатой пользуется сама ФИО1, ее дочь – ответчик ФИО2 никогда последнюю из комнаты не выгоняла, сама комнатой не пользовалась и не намерена ею пользоваться, денежные средства за проданную комнату ФИО1 передал ее зять, муж ФИО2 при подписании договора 22.09.2017 г.; после того, как ФИО1 отказалась от ухода ФИО5 она постоянно приходит к ФИО1 по просьбе последней, приносит ей гостинцы.

Третье лицо ФИО4 иск прокурора поддержала и просила вернуть тете ФИО1 ее комнату, чтобы та могла передать ее тому, кто за ней будет ухаживать, поскольку ей комната не нужна, возможности ухаживать за тетей у нее нет, в виду отдаленности ее места жительства, она проживает в другом районе.

Ответчик ФИО2, третьи лица Управление Росреестра по Чувашской Республике, БУ ЧР «Аликовский центр социального обслуживания населения» Минтруда Чувашии, надлежащим образом извещенные о дне, времени и месте рассмотрения дела, на судебное заседание не явились, при этом, БУ ЧР «Аликовский центр социального обслуживания населения» Минтруда Чувашии представила письменное заявление о рассмотрении дела в их отсутствии, где иск прокурора поддерживали в полном объеме.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ, суд, с учетом мнения участников процесса, считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив в качестве свидетелей <ФИО>1 и <ФИО>2, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ч.1 ст.45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных прав на жилище.

Как следует из представленных прокурором доказательств, основанием для его обращения в суд в защиту интересов ФИО1 явилось ее заявление в адрес прокурора Чувашской Республики о нарушении ее жилищных прав, последняя <ДАТА> года рождения, является <ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ>, следовательно, прокурор в своих полномочиях обратился в суд в защиту прав истца ФИО1

Согласно п.2 ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

В соответствии со ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано закона или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе, отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п.2 ст.209 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абз.2 п.2 ст.166 ГК РФ).

В п.1 ст.168 ГК РФ закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 этой же статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Заявляя требование об оспаривании сделки, прокурор привел сразу два основания их недействительности - совершение сделок под влиянием существенного заблуждения (статья 178 ГК РФ) и под влиянием обмана (статья 179 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

По смыслу приведенной нормы материального права следует, что обман - это умышленное введение в заблуждение одной стороной сделки другой стороны с целью совершения сделки. Он может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, к мотивам. Кроме того, обман предполагает определенное виновное поведение стороны, пытающейся убедить другую сторону в таких качествах, свойствах, последствиях сделки, которые заведомо наступить не могут.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом, подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Таким образом, оспаривая сделку по основанию совершения ее под влиянием обмана, сторона истца должна представить суду относимые и допустимые доказательства умышленных действий ответчика, выразившихся в сообщении искаженной информации истцу либо намеренного умолчания о существенных обстоятельствах, либо сознательном использовании результата подобных действий третьих лиц.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в частности, из копий постановления от 09 марта 2017 года, договора передачи от 15 марта 2017 года, ФИО1 являлась собственником комнаты <НОМЕР> общей площадью 19 кв.м., по адресу: Чувашская Республика, <АДРЕС>, приобретя право собственности на основании вышеприведенного договора. Право собственности зарегистрировано в ЕГРН 04 апреля 2017 года (л.д.50-51, 52, 170, 172).

Согласно договору купли-продажи от 22 сентября 2017 года ФИО1 продала указанное жилое помещение ФИО2, заключив в указанный день договор купли-продажи, на основании которого ответчик приобрела право собственности на комнату. Переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН 25 сентября 2017 года.

Из п. 3 договора следует, что стороны определяют продажную цену комнаты в 100000 рублей, оплата которой произведена за счет собственных средств покупателя до подписания договора (л.д.43-45, 46-49).

Договор купли-продажи комнаты от 22 сентября 2017 года с собственноручной надписью продавца ФИО1 о получении указанной в договоре купли-продажи денежной суммы подписаны ФИО1 собственноручно. Данный факт стороной истца не оспаривается, также в ходе судебного разбирательства истец ФИО1 при предоставлении на обозрение спорного договора купли продажи подтвердила факт подписания ею данного договора, указав, что денежные средства в размере 100000 рублей она не получала.

Как следует из уведомления и выписки из ЕГРН о переходе прав от 10.01.2025 ФИО1, <ДАТА> года рождения, в собственности объекты недвижимости в виде жилого помещения не имеет, в ЕГРН 25 сентября 2017 года внесены записи о государственной регистрации перехода права на помещение с кадастровым номером <НОМЕР>, расположенное по адресу: Чувашская Республика, <АДРЕС>, от ФИО1 к ФИО2 на основании договора купли-продажи (л.д.131, 132).

Также истцом – прокурором к исковому заявлению приложены сообщения БУ «Аликовская ЦРБ» Минздрава Чувашии № 905 от 15.11.2024 и копии медицинской карты ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, из которых следует, что последняя состоит на учете с диагнозами: Первичный полиостеоартроз с.2, ФН-II - с 09 апреля 2018 года; Гипертоническая болезнь II ст., риск III. - с 16 ноября 2019 года. Подтверждение стойкой ремиссии не имеется (л.д.17, 19-32); согласно сообщению БУ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава Чувашии от 19.11.2024 ФИО1 под диспансерным наблюдением врача-психиатра не состоит, на нее имеется медицинская документация в связи с ее обращением к врачу психиатру и получением медицинской помощи в амбулаторных условиях (л.д.18)

Из медицинской карты амбулаторного больного «БУ «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава ЧР следует, что в указанном медицинском документе имеется единственная запись врача –психиатра от 07 августа 2024 года об установлении у ФИО1 по состоянию на указанную дату диагноза «Легкое когнитивное расстройство», при этом, при осмотре специалистом установлено, что сознание пациента не нарушено.

Согласно ответу на запрос суда БУ ЧР «Аликовская ЦРБ» Минздрава Чувашии от 17.01.2025 № 40 ФИО1 в 2016 году активно за медицинской помощью не обращалась, со 02.05.2017 по 08.05.2017 находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении с диагнозом: Инородное тело гортани; сопутствующий диагноз: Хроническое злоупотребление алкоголем, отек головного мозга, алкогольная кома 2 ст. С 12.09.2017 установлено диспансерное наблюдение по поводу гипертонической болезни.

Из представленной суду копии справки серии МСЭ-2024 № 0632295 от 02 октября 2024 года следует, что <ДАННЫЕ ИЗЪЯТЫ> ФИО1 установлена впервые лишь <ДАТА> (л.д.15-16).

Также, судом, с учетом мнения сторон назначена судебно-психиатрическая экспертиза относительно психического здоровья ФИО1 на дату составления сделки купли -продажи недвижимого имущества 22 сентября 2017 года.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы от 03 июня 2025 года, проведенной в БУ Чувашской Республики «Республиканская психиатрическая больница» Минздрава Чувашской Республики, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не обнаруживала на период составления и подписания договора купли-продажи и получения денежных средств за проданное жилое помещение 22 сентября 2017 года признаков какого-либо психического расстройства, лишающего ее способности понимать значение своих действий и руководить ими. Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации об отсутствии психических расстройств у подэкспертной на исследуемый период, данные психиатрического освидетельствования от 07.08.2024, когда на фоне установленного подэкспертной ранее диагноза: ХНМК (хроническое нарушение мозгового кровообращения). Дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст. с рассеянной органосимптоматикой, синдромом паркинсонизма, когнитивными нарушениями диагностировалось только легкое когнитивное расстройство, данные настоящего психолого-психиатрического обследования, выявившего у подэкспертной незначительные нарушения когнитивных функций: истощаемость внимания с трудностями концентрации; незначительные трудности запоминания сложной, а также увеличенного объема информации, некоторая конкретизация мышления; в личностной сфере видимых нарушений эмоционально-волевой сферы не обнаруживается, что укладывается в рамки диагноза: Легкое когнитивное расстройство (F0 06.7 по МКБ-10).

В силу положений ст.55 ГПК РФ суд принимает вышеуказанное заключение экспертизы в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку выводы комиссии экспертов являются полными, мотивированными, ответы на поставленный вопрос последовательны и обоснованы, не содержат противоречий в части фактических обстоятельств спора, заключение дано специалистами в области психиатрии, предупрежденными об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Допрошенные в ходе судебного заседания свидетели <ФИО>1, являющаяся близкой знакомой ФИО5, представлявшей интересы истца по доверенности от 04.10.2024г., отмененной распоряжением от 27.05.2025г., и <ФИО>2, будучи не осведомленные о факте совершенной ФИО1 в 2017 году сделки купли-продажи, не подтвердили факты обмана последней со стороны ответчика ФИО2 доведя до суда состояние здоровья ФИО1 в период совершения оспариваемой сделки в сентября 2017г. (почтальон ФИО7) и в настоящее время.

Таким образом, проанализировав приведенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в юридически значимый период ФИО1 понимала значение своих действий и могла руководить ими, последовательно совершила действия по оформлению сделки отчуждения принадлежавшей ей комнаты, указанное свидетельствует, что доказательств того, что при заключении данной сделки ответчиком истцу была предоставлена искаженная информации либо намеренного умолчания о существенных обстоятельствах сделки, суду истцом не представлено, в силу чего, суд приходит к выводу, что оснований для признания сделки купли- продажи жилого помещения от 22 сентября 2017 года по основаниям, предусмотренным ст.179 ГК РФ отсутствуют.

При этом, обращаясь в суд с иском в интересах ФИО1, прокурор ссылался на то, что последняя заблуждалась относительно подписываемого договора купли-продажи комнаты, полагая, что заключает с ФИО2 договор пожизненного содержания с иждивением, в связи с чем, она была лишена возможности осознавать правовую природу сделки и последствия передачи жилого помещения в собственность ответчика, а также обстоятельства, влекущие нарушение ее прав.

Данные обстоятельства подтвердила и сама ФИО1, как в объяснениях данных помощнику прокурора Аликовского района 28.11.2024г., (л.д.11) так и в своих показаниях, данных в ходе судебного заседания.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса о том, понимала ли ФИО1 сущность сделки на момент ее совершения или же воля истца была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к п.1 ст.178 ГК РФ.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5).

По смыслу вышеприведенных положений закона сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

При этом, в силу ч.4 ст.178 ГКУ РФ сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

Согласно п.1 ст.583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением (п. 2 ст. 583 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 585 ГК РФ в случае, когда договором ренты предусматривается передача имущества за плату, к отношениям сторон по передаче и оплате применяются правила о купле-продаже (глава 30), а в случае, когда такое имущество передается бесплатно, правила о договоре дарения (глава 32) постольку, поскольку иное не установлено правилами настоящей главы и не противоречит существу договора ренты.

Согласно п. 1 ст. 596 ГК РФ пожизненная рента может быть установлена на период жизни гражданина, передающего имущество под выплату ренты, либо на период жизни другого указанного им гражданина.

В соответствии со ст. 601 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

Из копии сообщения БУ ЧР «Аликовский центр социального обслуживания населения» Минтруда Чувашии № 01-16-402 от 05.11.2024 следует, что ФИО1 с 11 декабря 2014 года БУ «Аликовский ЦСОН» предоставляет социальные услуги на дому; на основании ее письменного заявления о предоставлении социального обслуживания на дому, составлен акт о признании ее нуждающейся в социальных услугах, исходя из индивидуальных потребностей в социальных услугах, разработана индивидуальная программа предоставления социальных услуг, а также заключен договор о предоставлении социальных услуг; с 11.12.2014 по 11.11.2016 оказывал социальные услуги на дому ФИО8, с 12.11.2016 по 04.12.2023 – ответчик по делу ФИО2, с которой трудовой договор на основании ее письменного заявления расторгнут 04 декабря 2023 года, и на основании трудового договора от 19 апреля 2023 года ФИО1,на основании ее заявления с 05.12.2023г. назначена помощник по уходу ФИО5 (л.д.33-34, 40-42).

Из копии материала № 434/1073 по заявлению ФИО1 о том, что к ней приходят квитанции на имя ФИО2, зарегистрированной в КУСП за №1073 от 11.07.2024 следует, что проведенной проверкой установлено, что ФИО1 в 2016 году по Программе переселения граждан из ветхого и аварийного жилищного фонда ФИО1 была переселена по адресу: Чувашская Республика, <АДРЕС>. В силу пожилого возраста у ФИО1 с 2016 года состояние здоровья ухудшилось и уход за ней стала осуществлять ФИО3 22 сентября 2017 года ФИО1 по договору купли-продажи продала свою комнату дочери ФИО3 – ФИО2 за 100000 рублей, которые ФИО1 получила до подписания договора купли-продажи. Также между ФИО1 и ФИО2 была устная договоренность, что ФИО1 будет проживать в вышеуказанной комнате до смерти. В связи с тем, что в ходе проверки не обнаружены данные указывающие на признаки преступления и события административного правонарушения данный материал проверки на основании рапорта старшего участкового уполномоченного полиции ОУУП и ПДН ОП «Аликовское» МО МВД России «Вурнарский» ФИО9 приобщен в специальное номенклатурное дело (л.д.57-74).

Допрошенная в ходе судебного заседания в качестве третьего лица ФИО3, являющаяся матерью ответчика ФИО2 пояснила, что ее дочь не намеревалась лишить ФИО1 спорного жилого помещения, а лишь с целью сохранности данного жилого помещения от посягательств лиц, совместно с ФИО1 злоупотребляющих спиртными напитками, на неоднократные просьбы самой ФИО1 согласилась оформить куплю-продажу комнаты, оставив ее в пользовании ФИО1, также третье лицо указывала, что с момента переезда ФИО1 в спорное жилое помещение она сама и ее дочь постоянно осуществляли уход за ФИО1, перестали это делать только после того, как ее из комнаты ФИО1 выгнала ФИО5, указывая, что в дальнейшем она будет ухаживать за ФИО1, а в настоящий момент, в виду того, что ФИО1 отказалась от услуг ФИО5 по уходу за собой, она (ФИО3) по просьбе ФИО1 навещает последнюю.

Также из доводов представителя ответчика, изложенных в письменных возражениях, следует, что ответчик ФИО2 не оспаривает факт того, что ФИО1 согласилась передать ответчику комнату по причине того, что они за ней ухаживают (сообщив об этом сотруднику МФЦ при оформлении сделки).

Кроме того, стороной ответчика не представлены достаточные и достоверные доказательства, подтверждающие факт передачи денежных средств за приобретенную комнату (чеки, квитанции о снятии денег или перечислении денежных средств на счет ФИО1).

Таким образом, руководствуясь вышеприведенными нормами права, проанализировав установленные исследованными судом доказательствами обстоятельства рассматриваемого спора, в частности, факт проживания и регистрации истца с момента заключения сделки купли-продажи и до настоящего времени в спорном жилом помещении, осуществление ухода за престарелой ФИО1 ответчиком как до совершения сделки купли - продажи (с 12 ноября 2016 года), так и после совершения сделки 22 сентября 2017 года длительное время, более 6 лет (до 04.12.2023г.), прекращение ухода за ФИО1 в виду конфликтных отношений с ФИО5, непредставление стороной ответчика достоверных доказательств относительно передачи истцу денежных средств в размере 100000 рублей за приобретенное жилое помещение, кроме того, учитывая престарелый возраст ФИО1, а также наличие у нее заболеваний, суд приходит к выводу, что последняя при оформлении сделки купли-продажи исходила из того, что она передает принадлежащее ей жилое помещение ФИО2 для того, чтобы последняя ухаживала за ней, в чем она нуждалась как в момент заключения договора купли-продажи, так и в настоящее время, когда ее состояние здоровья ухудшилось настолько, что она самостоятельно себя обслуживать не может, в силу чего, учитывая, что сторона ответчика не возражала против продолжения ухода за ФИО1 и дальше, не ставит условий перед ФИО1 по освобождению комнаты, суд, руководствуясь ч.4 ст.178 ГК РФ находит необходимым в удовлетворении требований прокурора в интересах ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности указанной сделки в виде признания отсутствующим зарегистрированного в ЕГРН права владения ФИО2 на жилое помещение, расположенного по адресу Чувашская Республика, <АДРЕС>, отказать, в соответствии с п.2 ст.583 и п.1 ст.596 ГК РФ считать договор купли продажи от 22.09.2017г. договором ренты на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

Рассматривая доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по оспариванию сделки, суд не находит оснований для его удовлетворения.

Согласно п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из доводов иска, пояснений истца ФИО1 и имеющихся в деле доказательств, об иных обстоятельствах сделки истцу стало известно после получения квитанции на оплату коммунальных услуг в 2024 году, следовательно, с учетом того, что в суд прокурор обратился на основании заявления ФИО1 от 28 октября 2024 года срок, установленный в ч.2 ст.181 ГПК РФ истцом не пропущен.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194- 198,199 ГПК РФ

р е ш и л:

В удовлетворении иска прокурора Аликовского района Чувашской Республики в интересах ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи принадлежавшего ФИО1 жилого помещения в виде комнаты №1 в кв.№12 д.№10 по ул.Октябрьская, с. Аликово Чувашской Республики и применении последствий недействительности сделки - отказать.

Признать договор купли-продажи от 22 сентября 2017 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2 договором ренты на условиях пожизненного содержания ФИО1 с иждивением.

Меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Росреестра по Чувашской Республике совершать действия по регистрации прав в отношении жилого помещения с кадастровым номером 21:07:142119:184 общей площадью 19 кв.м, расположенного по адресу: Чувашская Республика, Аликовский муниципальный округ, <...>, комн.1, принятые определением судьи от 10 декабря 2024 года, - отменить.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Красноармейский районный суд Чувашской Республики.

Судья Л.В. Толстова

Мотивированное решение составлено 22 августа 2025 года.