Апелляционное определение № 33-8950/2025 от 15 декабря 2025 г.

Судья: ФИО, Докладчик: ФИО

№ №№


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО,

судей

ФИО., ФИО,

при секретаре судебного заседания с участием прокурора

ФИО ФИО,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске ДД.ММ.ГГГГ апелляционную жалобу государственного <данные изъяты>» на решение <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО к <данные изъяты>» о возмещении ущерба, причиненного здоровью, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда ФИО, объяснения истца, представителей истца, судебная коллегия,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО обратилась в суд с исковым заявлением к <данные изъяты>», в котором, с учетом уточнений (№), в котором просила взыскать компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи, в размере 3 000 000 рублей, компенсацию расходов на некачественно оказанные медицинские услуги в размере 5 171 рублей 97 копеек, компенсацию расходов на лечение в размере 87 250 рублей, компенсацию утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 61 410 рублей 19 копеек, штраф за отказ от удовлетворения требований потребителя в добровольном порядке в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В обоснование иска указала, что ответчиком в ДД.ММ.ГГГГ ей была проведена <данные изъяты>. После проведенной операции у истца происходило регулярное обострение <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения операции был извлечен ватный тампон, наличие которого является дефектом оказания медицинской помощи ответчиком и состоит в причинно-следственной связи с возникновением у истца ухудшения здоровья. ФИО испытывала физические и нравственные страдания, кроме того, вынуждена была нести расходы на лечение, находилась на листке нетрудоспособности, в связи с чем, не получила доход в указанный период.

В связи с изложенным, ФИО обратилась в суд с иском.

Решением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО удовлетворены частично.

Взысканы с <данные изъяты>» в пользу ФИО компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей, денежные средства, оплаченные за медицинскую услугу, в размере 5 171 рублей 97 копеек, расходы на лечение в размере 87 250 рублей, денежные средства в счет компенсации утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 61 410 рублей 19 копеек, штраф в размере 226 916 рублей 08 копеек.

Также взыскана в доход бюджета с ответчика государственная пошлина в размере 4 576 рублей 64 копейки.

С решением суда не согласен представитель <данные изъяты>». В апелляционной жалобе просит решение суда отменить, постановить по делу новое – об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указывает, что решение суда не является законным и обоснованным, основывается на неверной оценке доказательств и неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Апеллянт полагает, что выводы суда о наличии дефектов оказания медицинской помощи, повлекших причинение вреда здоровья истцу, не основываются на относимых и допустимых доказательствах. Представитель <данные изъяты>», ссылаясь на содержание медицинских документов, составленных сотрудниками ответчика в отношении ФИО ДД.ММ.ГГГГ, полагает, что какие-либо дефекты оказания медицинской помощи допущены не были. Указывает, что ФИО, согласно записям в медицинской документации, ДД.ММ.ГГГГ был удален марлевый тампон, что опровергает выводы суда о возможности его оставления сотрудниками ответчика.

Полагает, что выводы суда о возможности оставления тампона с ДД.ММ.ГГГГ нельзя считать обоснованными, поскольку срок разложения такой турунтулы не превышает два года. Ссылается на то, что судом не опровергнуто, что данный марлевый тампон не мог быть оставлен каким-либо иным медицинским учреждением при проведении ФИО медицинских манипуляций.

Ссылается на то, что симптомы, которые могли проявляться при оставлении марлевого тампона, у истца до ДД.ММ.ГГГГ не выявлялись, что свидетельствует о том, что вина ответчика отсутствует.

Апеллянт полагает, что выводы суда о наличии правовых оснований для взыскания утраченного заработка за ДД.ММ.ГГГГ нельзя признать обоснованными, поскольку у работника было кратковременное расстройство здоровья, легкой степени тяжести. Доказательств того, что листок нетрудоспособности был открыт в связи с наличием у истца в <данные изъяты> марлевого тампона, в материалы дела не представлено.

Также апеллянт просит отменить решение суда в части взыскания расходов на оплату лечения, в связи с тем, что указанное лечение ФИО имела возможность получить в рамках оказания бесплатной медицинской помощи.

В дополнительных пояснениях указывает, что в ДД.ММ.ГГГГ по программе ОМС <адрес> получение медицинской помощи в виде <данные изъяты> являлось возможным.

Также апеллянт просит отменить решение суда в части взыскания штрафа.

Истец и ее представители в судебном заседании просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Выслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым решение суда в части взыскания расходов на лечение отменить, в остальной части – оставить без изменения, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела в соответствии с положениями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ в отделении <данные изъяты> указанного выше медицинского учреждения ФИО проведено <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО проведена повторная операция <данные изъяты>

Также истцу проведена <данные изъяты> в области <данные изъяты> за проведенную операцию истцом ответчику оплачено 5 171 рублей 97 копеек, что подтверждается копией чека (№

Таким образом, из материалов дела следует, что между сторонами был заключен договор об оказании платной медицинской помощи по проведению операции.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО в период с ДД.ММ.ГГГГ годы регулярно обращалась за медицинской помощью по поводу <данные изъяты> и др. (Т№

ФИО находилась на листке нетрудоспособности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у <данные изъяты> с диагнозом: «<данные изъяты>

В период с ДД.ММ.ГГГГ истцу проводились рентгенография <данные изъяты>, в ходе проведения которых обнаруживались признаки <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>» ФИО рекомендовано плановое оперативное лечение и консультация ЛОР хирурга №

Из выписного эпикриза следует, что ФИО в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ находилась на лечении в оториноларингическом <данные изъяты> где ДД.ММ.ГГГГ ей проведено оперативное лечение: <данные изъяты> №

Согласно протоколу прижизненного патолого-анатомического исследования биопсийного (операционного) материала от ДД.ММ.ГГГГ году у ФИО произведен забор материала, который по заключению является инородным телом <данные изъяты> (в присланном материале инородный материал, в котором в редких полях зрения обнаруживаются тонкие нити <данные изъяты> (приложено фото фрагмента ткани) (Т№

За услугу <данные изъяты>, наркоз, наблюдение и уход в отделении стационара и <данные изъяты> исследование материала, полученного при хирургическом вмешательстве, ФИО произведена оплата на сумму 87 250 рублей, что подтверждается копиями чеков (Т№

ФИО, учитывая удаленный <данные изъяты>, полагая, что указанная <данные изъяты> не была удалена ответчиком при оказания медицинской помощи в ДД.ММ.ГГГГ, направила в адрес <данные изъяты>» претензию, в которой просила возместить расходы на лечение в размере 112 640 рублей, расходы за некачественно проведенную эндоскопическую операцию в области <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в размере 5 171 рублей 97 копеек, возместить утраченный заработок по причине нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 59 282 рублей 30 копеек, а также возместить моральный вред за физические и нравственные страдания в размере 250 000 рублей №

В связи с отказом в удовлетворении требований, истец была вынуждена обратиться в суд с указанным иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 151, 1064, 1085, 1096, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей», приняв во внимание заключения судебной экспертизы, пришел к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что в результате проведенной истцу операции в ДД.ММ.ГГГГ был допущен дефект оказания медицинской помощи в виде оставления <данные изъяты>, что повлекло ухудшение состояния здоровья ФИО, возникновение постоянного воспалительного процесса в <данные изъяты>, нахождение истца на листке нетрудоспособности, необходимость проведения <данные изъяты>, в связи с чем, взыскал с ответчика в пользу истца утраченный заработок, стоимость оказанной ответчиком услуги, стоимость устранения недостатков, а также компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия, оценив доводы апелляционной жалобы относительно отсутствия недоказанности вины ответчика в оставлении <данные изъяты>, полагает, что данные доводы опровергаются собранными по делу доказательствами.

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Закона).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона).

В пункте 21 статьи 2 Федерального «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Исходя из приведенных выше норм права, именно на ответчика возложена обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении вреда здоровью гражданину.

Между тем, <данные изъяты> в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, таких доказательств суду представлено не было.

Признавая обоснованными доводы иска, суд первой инстанции принял во внимание выводы проведенной по делу судебной экспертизы, выполненной <данные изъяты>», согласно которым было установлено, что в период получения истцом медицинской помощи в <данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были допущены дефекты оказания медицинской помощи в виде неполного удаления <данные изъяты>

Доводы апелляционной жалобы <данные изъяты> относительно того, что <данные изъяты> мог быть оставлен в более позднее время иным лицом, опровергается выводами проведенной по делу судебной экспертизы, согласно которой, в период с ДД.ММ.ГГГГ по дату проведения операции по удалению <данные изъяты>, иные оперативные вмешательства в области <данные изъяты>, которые могли привести к оставлению <данные изъяты>, ФИО не проводились.

Более того, судебной коллегией в порядке пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», с целью проверки доводов жалобы, были направлены запросы в территориальные ТФОМС России по соответствующим субъектам, в которых проживала истец в период с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ответам ТФОМС по <адрес>, ТФОМС <адрес>, какие-либо медицинские манипуляции в области <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ истцу не проводились.

В связи с изложенным, выводы суда первой инстанции в части установления дефекта оказания медицинской помощи ответчиком, являются законными и обоснованными, оснований для иной оценки собранных по делу доказательств у судебной коллегии не имеется.

В ходе рассмотрения дела ответчиком не заявлено ходатайство о назначении по делу повторной или дополнительной экспертизы, проведенная по делу комплексная судебно-медицинская экспертиза является полной, ясной, в связи с чем, признается судебной коллегией относимым и допустимым доказательством, подтверждающим факт оказания истцу ответчиком медицинской помощи с дефектом – оставлением марлевого тампона.

Доводы жалобы о сроках разложения <данные изъяты> не могут служить единственным основанием для переоценки собранных по делу доказательств, поскольку каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что <данные изъяты>, удаленный у истца в ДД.ММ.ГГГГ, не мог, с учетом особенностей его расположения, находиться там с ДД.ММ.ГГГГ, ответчиком не представлено.

Отклоняя доводы ответчика о недоказанности факта оказания услуг ненадлежащего качества, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание выводы проведенной по делу судебной экспертизы, согласно которым у истца в период после проведения операции до даты удаления <данные изъяты> по результатам проводимых инструментальных исследований наблюдалась отрицательная динамика воспалительного процесса. После удаления <данные изъяты> воспалительные процессы в <данные изъяты> прекратились. Указанное также свидетельствует о том, что причина ухудшения состояния здоровья истца возникла именно в ДД.ММ.ГГГГ после проведенной ответчиком операции.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности, отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса, оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятных последствий.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (имущественного вреда, физических и нравственных страданий), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При отсутствии причинной (прямой) связи недостатка оказания медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека действием (бездействием) медицинского работника, не устанавливается.

Исходя из изложенного, возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, факт оказания ответчиком некачественной медицинской помощи, повлекший за собой ухудшение самочувствие истца на протяжении длительного времени, суд первой инстанции обоснованно взыскал в пользу ФИО компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации в размере 300 000 рублей, суд первой инстанции принял во внимание степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу, обстоятельства причинения вреда, длительность нахождения марлевого тампона в пазухе носа, страдания истца в связи с регулярными воспалительными процессами.

Каких-либо доводов, влекущих изменение или отмены решения суда в указанной части судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы об отсутствии оснований для взыскания денежных средств в размере 5 171 рублей 97 копеек, оплаченных истцом за проведенную ответчиком некачественную операцию, также подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании норм права.

Оценивая доводы жалобы в части необоснованности взыскания судом утраченного заработка в размере 61 410 рублей 19 копеек за период нахождения на листке нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО находилась на листке нетрудоспособности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у врача-<данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>

Согласно выводам проведенной по делу судебной экспертизы, данное заболевание развивается в результате воздействия инфекционных возбудителей. Наличие инородного тела в правой <данные изъяты> могло привести к бактериальному или грибковому поражению пазухи. Однако, определить степень влияния инородного тела на течение <данные изъяты> не представляется возможным по причине отсутствия соответствующих научных данных.

Учитывая то обстоятельство, что именно на ответчика возложена обязанность доказать отсутствие вины, <данные изъяты><данные изъяты>» таких доказательств не представило, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания утраченного заработка в связи с нахождением ФИО на листке нетрудоспособности по заболеванию <данные изъяты>», тяжесть протекания которого могла быть обусловлена оставленным <данные изъяты>.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия учитывает, что ухудшение состояния здоровья ФИО по факту регулярного воспалительного процесса в <данные изъяты>, началось именно после проведенной ответчиком операции в ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств того, что в случае отсутствия <данные изъяты> протекание инфекционного заболевания истца было бы столь же выраженным, что требовало открытие листка нетрудоспособности, ответчиком не представлено.

Сам по себе факт того, что <данные изъяты> является инфекционным заболеванием, не исключает наличие вины ответчика в тяжести его протекания, в связи с оставлением <данные изъяты>, повлекшей необходимость открытия листка нетрудоспособности.

Доводы жалобы о том, что длительность протекания заболевания не причинила истцу вред здоровья, правового значения не имеет, поскольку открытие листка нетрудоспособности свидетельствует о 100% утрате такой трудоспособности, является основанием для возмещения убытков виде неполученного дохода.

Между тем, оценивая доводы ответчика в части необоснованного взыскания утраченного заработка, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции при определении размера подлежащего взысканию утраченного заработка, не были приняты во внимание нормы материального права, подлежащие применению.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. За период временной нетрудоспособности учитывается выплаченное пособие (пункт 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев. Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены (пункт 3 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 165-ФЗ).

В статье 3 Федерального закона от № 125-ФЗ определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от № 125-ФЗ установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется, в том числе, в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» следует, что возмещение вреда, причиненного здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется страхователем (работодателем) по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (работника), в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Таким образом, утраченный заработок подлежит определению, исходя из доходов, который истец мог получить в период нахождения на листке нетрудоспособности, за вычетом полученного пособия по временной нетрудоспособности.

Между тем, суд первой инстанции, формально согласившись с расчетом, приведенным в исковом заявлении, указанные выше нормы права в полном объеме не применил.

Определяя общий размер доходов, из которых подлежит определению среднемесячный заработок истца, суд первой инстанции, соглашаясь с расчетом стороны истца, учел все суммы, указанные в справках по форме 2НДФЛ за ДД.ММ.ГГГГ, за вычетом пособий по временной нетрудоспособности.

Между тем, в период с ДД.ММ.ГГГГ истцом получался доход в сумме 30 000 рублей в месяц с кодом «4800».

Указанный код дохода используется для отражения «иных доходов».

Как пояснила ФИО в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в указанный период работодателем ей выплачивалась ежемесячная компенсация за найм жилого помещения в размере 30 000 рублей.

Следовательно, данные денежные средства не являются доходом истца, не могли быть учтены при определении утраченного заработка.

Кроме того, суд первой инстанции, соглашаясь с расчетом истца, вычел суммы пособия по временной нетрудоспособности, выплаченного работодателем в размере 7 302 рублей 75 копеек, а также ФСС – в размере 12 707 рублей 50 копеек.

Между тем, размер пособия, выплаченного истцу по линии ФСС, был определен судом, исходя из данных электронного листка нетрудоспособности, содержащего сведения о фактически выплаченном ФИО пособии.

Согласно ответу ОФСР по НСО, размер начисленного истцу пособия за период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ составил 14 605 рублей 50 копеек.

Более того, при определении размера утраченного заработка, суд принял во внимание расчет истца, в котором при определении среднедневного заработка, суд среднемесячный заработок поделил на рабочие дни, при этом, взыскал сумму утраченного заработка за календарные дни. Данный расчет не соответствует требованиям законодательства.

В связи с изложенным, решение суда в части определенного ко взысканию размера утраченного заработка подлежит изменению, согласно следующим расчетам:

сумма дохода ФИО, учитываемая при определении утраченного заработка, за период с ДД.ММ.ГГГГ составляет 2 237 499 рублей 34 копейки.

Размер утраченного заработка за период с 29 по ДД.ММ.ГГГГ составляет: 18 645 рублей 83 копейки (2 237 499 рублей 34 копейки/12/30*3 дня).

Сумма дохода ФИО, учитываемая при определении утраченного заработка, за период с апреля 2020 года по март 2021 года составляет 2 178 750 рублей.

Размер утраченного заработка за период с 01 апреля по ДД.ММ.ГГГГ составляет: 35 141 рубль 13 копеек (2 178 750 рублей /12/31*6 дней).

Учитывая изложенное, общий размер подлежащего взысканию утраченного заработка составляет 53 034 рубля 93 копейки: (18 645 рублей 83 копейки+35 141 рубль 13 копеек)- 14 605 рублей 50 копеек-7 302 рублей 75 копеек.

Оценивая доводы апелляционной жалобы ответчика об отсутствии правовых оснований для взыскания расходов по оказанию платной медицинской помощи в размере 87 250 рублей, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Взыскивая расходы по оплате операции, суд первой инстанции исходил из письма и.о. главного врача <данные изъяты>», согласно которому в <данные изъяты> была возможность проведения пациентке классической не <данные изъяты> в плановом порядке, однако пациентка настаивала именно на <данные изъяты> методе проведения операции.

Учитывая, что истцу в <данные изъяты>» была выполнена <данные изъяты>, которая является более высокотехнологичным способом лечения по сравнению с обычной <данные изъяты> суд взыскал понесенные истцом расходы.

Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим (заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ №-П Конституционный Суд Российской Федерации дал оценку конституционности пункта 1 статьи 1085 ГК РФ.

Указанное законоположение являлось предметом рассмотрения в той мере, в какой оно служит нормативным основанием для разрешения вопроса о возложении обязанности возмещения медицинской организацией, причинившей вред лицу при оказании платных медицинских услуг, расходов, понесенных им на лечение увечья или иного повреждения здоровья, притом что оно могло получить это лечение бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, но избрало платный способ (метод) лечения в соответствии с утвержденными клиническими рекомендациями.

Оспоренное законоположение было признано не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования оно не дает оснований для отказа в возмещении разумных и обоснованных расходов, понесенных на лечение лицом, которое могло получить лечение повреждения здоровья бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, но избрало платное лечение, соответствующее клиническим рекомендациям, в случаях, когда иное повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия.

Таким образом, действующее законодательство, с учетом толкования, которое предается его положениям в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, предусматривает возможность возмещению лицу расходов на оказание платной медицинской помощи, в случае, когда обращение за бесплатной медицинской помощью повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия.

Между тем, таких обстоятельств при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции установлено не было.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, <данные изъяты>, проведенная истцу в ДД.ММ.ГГГГ, являлась плановой.

Так, из справки <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО рекомендовано плановое оперативное лечение и консультация <данные изъяты>№

Однако, за оказанием оперативной помощи истец обратилась только в <данные изъяты>, что подтверждает выводы суда об отсутствии показаний к экстренной медицинской помощи.

Истцу в ДД.ММ.ГГГГ был удален <данные изъяты>, который был оставлен ответчиком в ДД.ММ.ГГГГ. На момент проведения операции сведений о том, что у истца имелись какие-либо экстренные показания к проведению такой операции или что истцу было отказано в проведении такой операции бесплатно, не установлено.

В дополнительных пояснениях апеллянт представил Тарифное соглашение в системе обязательного медицинского страхования <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, а также перечень медицинских манипуляций, оплата которых предусмотрена в рамках указанного соглашения.

Согласно нормативно-правовым актам <адрес>, в ДД.ММ.ГГГГ операция <данные изъяты> могла быть оплачена за счет средств ОМС на территории <адрес>.

Более того, возможность проведения бесплатной эндоскопической операции ФИО на стационарном этапе лечения ГБУЗ НСО «ГКП №» была подтверждена и ответом главного врача указанной больницы, которым руководствовался суд первой инстанции.

Учитывая изложенное, истцом была получена платная медицинская помощь в плановом порядке, при этом, виды оказанной истцом помощи соответствовали видам, которые могли быть получены ФИО в рамках оказания бесплатной медицинской помощи.

Истец, требующий компенсации понесенных им затрат, опираясь на положения Конституции Российской Федерации и действующего законодательства, имеет разумные ожидания того, что причиненный ему вред - включая расходы на лечение, необходимое в соответствии с клиническими рекомендациями, - будет возмещен в полном объеме лицом, его причинившим. Разрешение же вопроса о возможности (необходимости) возмещения расходов, понесенных потерпевшим на получение медицинской помощи, осуществляется судом общей юрисдикции применительно к каждому случаю индивидуально (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1613-О-О и от ДД.ММ.ГГГГ N 614-О).

К обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора об объеме подлежащих возмещению потерпевшему расходов на его лечение и иных понесенных им дополнительных расходов в связи с причинением вреда его здоровью, обязанность доказать которые законом возложена на истца (потерпевшего), относятся: наличие расходов на лечение и иных дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, отсутствие права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможность их получения качественно и в срок, а также наличие причинно-следственной связи между понесенными потерпевшим расходами и вредом, причиненным его здоровью.

Судебной коллегией в ходе рассмотрения дела было предложено стороне истца представить относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о невозможности получения соответствующей помощи при обращении за ее оказанием в рамках системы ОМС, доказательство того, что помощь, которая могла быть оказано бесплатно, являлась бы некачественной или несвоевременной.

Однако, таких доказательств суду представлено не было.

Учитывая то обстоятельство, что истцу не было отказано в получении бесплатной помощи по проведению эндоскопической операции, оснований для удовлетворения требований о взыскании расходов на лечение у суда первой инстанции не имелось.

Приходя к таким выводам, судебная коллегия также учитывает выводы проведенной по делу судебной экспертизы, согласно которым, оказанные истцу платные медицинские услуги, ФИО могла получить своевременно на бесплатной основе за счет средств ОМС №

Учитывая положений пункта Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» судом в пользу истца как потребителя медицинских услуг был взыскан штраф в размере 50 процентов от взысканной суммы.

Доводы жалобы об отсутствии правовых оснований для взыскания штрафа подлежат отклонению, поскольку услуга, в ходе которой ответчиком был допущен дефект в виде оставления марлевого тампона, была получена истцом на возмездной основе.

Истец обращалась в досудебном порядке с требованием о возмещении взысканных ей денежных средств. Однако, претензия была оставлена без удовлетворения.

Однако, в связи с тем, что решение суда было изменено в части определенного ко взысканию утраченного заработка, отменено в части взыскания расходов на лечение, размер штрафа с учетом указанных обстоятельств подлежит изменению.

Учитывая изложенное, судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что решение суда первой инстанции подлежит изменению в части определенного ко взысканию размера утраченного заработка подлежит, штрафа, государственной пошлины, а также подлежит отмене в части взыскания расходов на лечение, с постановкой нового – об отказе в удовлетворении требований в указанной части, как постановленное с нарушением норм материального права, недоказанности установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствия выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

Статьей 443 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае отмены решения суда, приведенного в исполнение, и принятия после нового рассмотрения дела решения суда об отказе в иске полностью или в части либо определения о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения ответчику должно быть возвращено все то, что было с него взыскано в пользу истца по отмененному решению суда (поворот исполнения решения суда).

Частью первой статьи 445 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд, рассматривающий дело в суде апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, если он своим решением, определением или постановлением окончательно разрешает спор, либо прекращает производство по делу, либо оставляет заявление без рассмотрения, обязан разрешить вопрос о повороте исполнения решения суда или передать дело на разрешение суда первой инстанции.

В случае отмены в суде апелляционной инстанции решения суда по делу о взыскании алиментов поворот исполнения решения суда допускается только в тех случаях, если отмененное решение суда было основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах (абзац первый части третьей статьи 445 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что по общему правилу при отмене решения суда в апелляционном порядке поворот исполнения такого решения допускается по любым требованиям. Исключение составляет лишь решение суда по делу о взыскании алиментов, поворот исполнения которого при отмене в апелляционном порядке возможен только если это решение суда было основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах.

Указанная позиция изложена в пункте 22 Обзора практики рассмотрения судами дел о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, к спорным отношениям подлежит применению абзац первый части третьей статьи 445 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как решение суда первой инстанции отменено судом апелляционной инстанции до вступления решения суда в законную силу.

Учитывая, что решение суда в части взыскания денежных средств было исполнено, что подтверждается приобщенным к материалам дела исполнительным листом с ответствующей отметкой, судебная коллегия в соответствии с положениями статьи 443 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает необходимым произвести поворот решения на сумму 143 437 рублей 89 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО к <данные изъяты>» о возмещении ущерба, причиненного здоровью, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов изменить в части определенного ко взысканию размера утраченного заработка, штрафа, государственной пошлины, отменить в части взыскания расходов на лечение.

В отмененной части постановить по делу новое решение, которым в удовлетворении требований ФИО о взыскании расходов в сумме 87 250 рублей отказать.

В измененной части взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Новокузнецкая Городская клиническая больница № им. ФИО» (ИНН <***>) в пользу ФИО утраченный заработок в сумме 53 034 рубля 93 копейки, штраф в сумме 179 103 рубля 45 копеек.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения <данные изъяты>. <данные изъяты>» в доход государства государственную пошлину в размере 2 490 рублей 46 копеек.

Произвести поворот решения суда и взыскать с ФИО в пользу <данные изъяты>» денежные средства в сумме 143 437 рублей 89 копеек.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу <данные изъяты>» удовлетворить частично.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Кассационная жалоба (представление) на апелляционное определение может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня его изготовления в мотивированной форме.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ