Решение № 2-740/2021 2-740/2021~М-708/2021 М-708/2021 от 27 июля 2021 г. по делу № 2-740/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июля 2021 года г. Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Петрович К.Э.,

при секретаре Полуэктовой Л.А.,

с участием представителя истца - помощника прокурора города ФИО4 Закаржевской Д.Н.,

истца ФИО2,

представителя ответчиков АО «РУСАЛ Урал», ПАО «РУСАЛ Братск» - ФИО3, действующей на основании доверенностей №*номер скрыт* от *дата скрыта*, №*номер скрыт* от *дата скрыта*,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-740/2021 по иску прокурора города ФИО4, действующего в интересах ФИО2, к акционерному обществу «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий», публичному акционерному обществу «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

установил:

в обоснование исковых требований указано, что ФИО2 обратился в прокуратуру г. ФИО4 с заявлением об обращении в суд в защиту его прав и законных интересов о взыскании с ответчиков ПАО «РУСАЛ Братск» и АО «РУСАЛ Урал» компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В период с *дата скрыта* по *дата скрыта* ФИО2 работал на Иркутском алюминиевом заводе (с *дата скрыта* филиал ОАО «РУСАЛ Братск» в г. Шелехов, с *дата скрыта* – филиал ПАО «РУСАЛ Братск» в г. Шелехов) в должности электролизника расплавленных солей 3 разряда электролизного цеха ИркАЗ (*дата скрыта* - *дата скрыта*), электролизника расплавленных солей 4 разряда электролизного цеха (*дата скрыта* – *дата скрыта*), электролизника расплавленных солей 5 разряда электролизного цеха (*дата скрыта* – *дата скрыта*), производственного мастера электролизного цеха ИркАЗ *дата скрыта* – *дата скрыта*), электролизника расплавленных солей 5 разряда электролизного цеха (*дата скрыта* – *дата скрыта*), производственного мастера электролизного цеха ОАО «СУАЛ» филиал ИркАЗ (*дата скрыта* – *дата скрыта*), электролизника расплавленных солей 5 разряда «Дирекции по электролизному производству» (*дата скрыта* – *дата скрыта*). В период с *дата скрыта* по *дата скрыта* ФИО2 работал а ОАО «РУСАЛ Братск» (с *дата скрыта* филиал ОАО «РУСАЛ Братск» в г. Шелехов, с *дата скрыта* – филиал ПАО «РУСАЛ Братск» в г. Шелехов) в должности электролизника расплавленных солей 5 разряда «Дирекции по электролизному производству». Приказом *номер скрыт* *дата скрыта* уволен *дата скрыта* на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Согласно медицинскому заключению *номер скрыт* от *дата скрыта* ФИО2 установлен диагноз: <данные изъяты>

В связи с указанным медицинским заключением работодателем проведено расследование и *дата скрыта* утвержден акт о случае профессионального заболевания *номер скрыт* в отношении ФИО2, которыми установлена причинно-следственная связь между возникновением профессионального заболевания и исполнением работником трудовых обязанностей при длительном воздействии натрия фторида, диалюминий триоксида, при этом, наличие вины работника не установлено.

Органами медико-социальной экспертизы с *дата скрыта* ФИО2 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40%, сроком до *дата скрыта* и <данные изъяты> группа инвалидности.

Вследствие полученного профессионального заболевания ФИО5 испытывает моральные страдания и нравственные переживания, связанные с утратой здоровья, в связи с чем, не ощущает себя полноценным человеком в жизни, испытывает значительные неудобства в быту и дома, задыхается при ходьбе, стал чаще болеть респираторными заболеваниями, ему тяжело общаться с другими людьми, носить тяжести.

Соглашения сторон о добровольной компенсации ФИО2 морального вреда не заключались, компенсационные выплаты не производились.

Прокурор г. ФИО4, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит суд взыскать пропорционально с ответчиков ПАО «РУСАЛ Братск» и АО «РУСАЛ Урал» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 400 000 руб.

В судебном заседании представитель истца - помощник прокурора г. ФИО4 Закаржевская Д.Н. заявленные требования в редакции уточненного искового заявления поддержала, настаивала на их удовлетворении.

Истец ФИО5 исковые требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении. Суду пояснил, что в 2020 году ему было установлено 30% утраты трудоспособности, на данный момент степень утраты трудоспособности составляет 40%, он является инвалидом <данные изъяты> группы. Состояние здоровья ухудшается, <данные изъяты>. В период работы у ответчиков ФИО2 выдавались средства индивидуальной защиты, он периодически ездил в профилакторий, проходил санаторно-курортное лечение.

Представитель ответчиков ПАО «РУСАЛ Братск» и АО «РУСАЛ Урал» ФИО3 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях, просила учесть, что длительность работы в любой профессии определяет каждый гражданин сам. Законодатель допускает работу во вредных условиях труда с определенными гарантиями, компенсациями, и только длительный стаж работы в данных условиях приводит к установлению профессиональных заболеваний. Работодатель на протяжении всего периода работы истца на заводе принимал все необходимые меры для уменьшения воздействий на работника вредных условий труда. Кроме мер, предусмотренных законодательством, обеспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда, усовершенствованными средствами индивидуальной защиты; ежегодно предоставлял бесплатное профилактическое санаторно-курортное лечение в профилактории завода; проводил внеплановые профессиональные осмотры врачей-профпатологов и т.д. Представитель ответчика также указала, что истцом не доказано наличие связи между профессиональным заболеванием и моральными страданиями. Размер заявленной ко взысканию компенсации морального вреда не подтвержден, является завышенным и не обоснованным.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в совокупности и каждое в отдельности, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст. 45 ГПК РФ предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации – ТК РФ).

Статьей 22 ТК РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из положений ст. 237 ТК РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из представленных в материалы дела доказательств, в частности: трудовой книжки, приказа *номер скрыт* от *дата скрыта* о приеме на работу, трудового договора *номер скрыт* от *дата скрыта* и дополнительных соглашений к нему установлено, что истец ФИО5 осуществлял следующую трудовую деятельность в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов:

- в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* - на Иркутском алюминиевом заводе в должности электролизника расплавленных солей;

- в связи со сменой собственника имущества организации с *дата скрыта* по *дата скрыта* – аппаратчик в производстве солей ОАО «РУСАЛ Братск» (с *дата скрыта* – филиал ПАО «РУСАЛ Братск» в г. Шелехов)

- с *дата скрыта* по *дата скрыта* – в филиале Братского алюминиевого завода в должности электролизника расплавленных солей 5 разряда «Дирекции по электролизному производству».

Согласно приказу о прекращении трудового договора с работником *номер скрыт* от *дата скрыта*, ФИО5 уволен *дата скрыта* на основании пункта 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса РФ, в связи с выходом на пенсию.

Из обстоятельств дела следует, что в связи с осуществлением профессиональной деятельности ФИО5 подвергался влиянию вредных производственных факторов, оказывающих неблагоприятное воздействие на его здоровье, в результате чего получил профессиональное заболевание: <данные изъяты> что подтверждается медицинским заключением Клиники ФГБНУ «ВСИМЭИ» *номер скрыт* от *дата скрыта*.

*дата скрыта* Главным государственным санитарным врачом по Иркутской области в отношении ФИО5 утвержден Акт о случае профессионального заболевания *номер скрыт* от *дата скрыта*. В данном акте отражен заключительный диагноз работника: <данные изъяты>; общий стаж работы – 40 лет 04 месяцев; стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 35 лет. Причиной профессионального заболевания установлено длительное воздействие натрия фторида, диалюминий триоксид. При этом, наличие вины работника не установлено.

Органами медико-социальной экспертизы *дата скрыта* ФИО2 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 40% сроком до *дата скрыта*, что подтверждается справкой МСЭ-2006 *номер скрыт* от *дата скрыта*. При этом, в период с *дата скрыта* до *дата скрыта* степень утраты профессиональной трудоспособности истца составляла 30%, что свидетельствует о постепенном ухудшении состояния его здоровья.

Кроме того, с *дата скрыта* в связи с профессиональным заболеванием ФИО2 установлена <данные изъяты> группа инвалидности, дата очередного освидетельствования – *дата скрыта*.

Исходя из смысла ч. 1 ст. 212 ТК РФ, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет обратное.

Как следует из акта комиссии, проводившей расследование профессионального заболевания истца, вины работника установлено не было.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заболевание, имеющееся у ФИО5, является профессиональным, возникло по вине ответчиков в результате длительного воздействия на работника натрия фторида и диалюминия триоксида, превышающего предельно допустимый уровень. Последствием профессионального заболевания явилась частичная утрата ФИО5 трудоспособности – в размере 40%, а также установление <данные изъяты> группы инвалидности.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на АО «РУСАЛ Урал» и ПАО «РУСАЛ Братск» обязанности по компенсации причиненного истцу морального вреда, поскольку у ФИО5 выявлено профессиональное заболевание, полученное в период работы у ответчиков: в АО «РУСАЛ Урал» - в течение 18 лет и 3 месяцев, в ПАО «РУСАЛ Братск» - в течение одного года и 2 месяцев, находящееся в причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения работником трудовых обязанностей.

Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, а именно: компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания. Конкретный размер компенсации морального вреда определяется судом по его усмотрению в зависимости от характера причиненных этому лицу физических и нравственных страданий, учитывая требования разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В судебном заседании истец ФИО5 пояснил, что из-за причиненного заболевания он испытывает физические и нравственные страдания, не может вести активный образ жизни, ему необходимо постоянно проходить курс лечения, принимать лекарственные препараты, полное выздоровление ему врачи не гарантируют.

По ходатайству стороны истца в ходе судебного заседания в качестве свидетеля допрошена супруга истца ФИО1, которая суду пояснила, что в связи с профессиональным заболеванием ФИО2 постоянно принимает лекарства, чаще стал болеть респираторными заболеваниями, очень тяжело перенес заболеванием <данные изъяты>, тяжело подниматься на 5 этаж, появляется отдышка. Профессиональное заболевание начало проявляться 10-12 лет назад. Каждый год проходит лечение в дневном стационаре Шелеховской районной больницы, проф. центре г. Ангарска, санаторно-курортное лечение получает ежегодно. Свидетель наблюдает ухудшение в состоянии здоровья своего супруга.

Суд принимает показания свидетеля в совокупности с иными представленными по делу доказательствами.

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцу причинен моральный вред в виде физических и нравственных страданий, причиненных профессиональным заболеванием – <данные изъяты>.

Вопреки доводам представителя ответчиков, из исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что профессиональное заболевание получено ФИО5 в связи с длительной работой у ответчиков, которые не обеспечили безопасные условия труда, что повлекло частичную утрату трудоспособности истца, ежегодное медицинское обследование и постоянное лечение приобретенного профессионального заболевания, что, безусловно, относится к нравственным и физическим страданиям истца.

Кроме того, суд отмечает, что профессиональное заболевание привело к установлению истцу инвалидности третьей группы, указанное обстоятельство учитывается судом при определении размера компенсации морального вреда.

Принимая во внимание степень утраты истцом профессиональной трудоспособности, тяжесть и характер профессионального заболевания, его влияние на качество жизни истца, отсутствие вины работника, учитывая степень вины работодателе й, в том числе, отсутствие у них умысла на причинение вреда истцу, суд полагает, что моральный вред, причиненный ФИО2 в связи с профессиональным заболеванием, должен быть компенсирован в сумме <данные изъяты> руб., путем взыскания указанных денежных средств в долевом порядке, пропорционально продолжительности работы истца в процентном соотношении к общему периоду работы во вредных условиях: с АО «РУСАЛ Урал» - в размере 200 000 руб. (52 % от общего стажа 35 лет), с ПАО «РУСАЛ Братск» - в размере 20 000 руб. (3 % от общего стажа 35 лет).

В соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса РФ плательщики при обращении в суд уплачивают государственную пошлину до подачи искового заявления.

Прокурор в силу ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины.

Учитывая указанные обстоятельства, правовой результат рассмотрения иска прокурора, выразившийся в удовлетворении заваленных требований, на основании ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчиков в доход бюджета Шелеховского муниципального района подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб. - по 150 руб. с каждого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

исковые требования прокурора города ФИО4, действующего в интересах ФИО2, удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 200 000 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 20 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Объединенная компания РУСАЛ Уральский Алюминий» в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 150 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «РУСАЛ Братский алюминиевый завод» в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 150 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления мотивированного текста – 04 августа 2021 года.

Судья К.Э. Петрович