Апелляционное определение № 33-6174/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Жерноклеева А.В. УИД 61RS0022-01-2024-004665-31

Дело № 33-6174/2026

Дело № 2-5478/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе:

председательствующего Панченко Ю.В.,

судей Глебкина П.С., Максимова Е.А.,

при секретаре Скоробогатове Д.В.,

с участием прокурора Беллуяна Г.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением и встречному иску ФИО2 к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Панченко Ю.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в Таганрогский городской суд Ростовской области с иском к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением – квартирой НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, расположенной по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

ФИО2 обратился со встречным иском к ФИО1 о вселении в указанное жилое помещение и нечинении препятствий в пользовании им.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что является нанимателем спорного жилого помещения на основании договора социального найма от 15 февраля 2010 года № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН; брак с ФИО2 расторгнут ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА; в декабре 2011 года ФИО2 в присутствии наряда полиции добровольно забрал личные вещи и покинул квартиру; с указанного времени ответчик в жилом помещении не проживает, расходов по содержанию жилья не несёт, попыток вселения не предпринимает; лица, наличие которых суды ранее расценивали как обстоятельства, создающие препятствия для проживания ФИО2 (Р.М.Ф. и К.А.И.), умерли в ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА годах соответственно; ФИО2 является собственником объектов недвижимости в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

ФИО2 исковые требования ФИО1 не признал, встречные требования поддержал. Указал, что не проживает в квартире вынужденно в связи с неприязненными отношениями с истцом, иного жилого помещения не имеет.

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением отказано. В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением также отказано.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 61, 69, 71, 83 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Жилищного кодекса Российской Федерации, исходил из того, что двумя вступившими в законную силу решениями – Таганрогского городского суда от 4 апреля 2008 года и от 14 января 2011 года – установлен вынужденный характер выезда ФИО2 из спорного жилого помещения; в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации данные обстоятельства повторному доказыванию не подлежат; ФИО1 не представила доказательств обеспеченности ответчика иным жильём.

Не согласившись с решением суда в части отказа в удовлетворении основного иска, ФИО1 подала апелляционную жалобу, в которой просит решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года в части отказа в удовлетворении её исковых требований к ФИО2 отменить, принять по делу в отменённой части новое решение, которым иск ФИО1 удовлетворить.

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылается на то, что суд неправильно применил часть 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о преюдиции, посчитав, что истец оспаривает ранее принятые решения, тогда как ФИО1 ссылается на новые основания – обстоятельства, возникшие после декабря 2011 года (добровольный уход ФИО2 с вещами), которые ранее не существовали и не были предметом судебного рассмотрения.

Кроме того, апеллянт указывает, что суд не выполнил указания Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, содержащиеся в определении от 21 июля 2025 года: не установил семейное положение и место фактического проживания ответчика, не исследовал вопрос о реальном намерении ФИО2 вселиться в спорную квартиру с учётом его семейного положения.

Апеллянт также указывает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений из Управления образования города Ростова-на-Дону о месте обучения сына ФИО2 – Б.М.Е. (ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения), что лишило возможности установить семейное положение и фактическое место жительства ответчика.

По мнению апеллянта, суд не дал надлежащей оценки наличию у ФИО2 договора купли-продажи квартиры от 16 июля 1992 года в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН края (совместно с У.Л.Н. и У.А.Ф.): ФИО2 признал свою подпись в указанном договоре; отсутствие регистрации права в Росреестре не опровергает факт заключения сделки и не освобождает суд от оценки данного доказательства.

Заявитель жалобы также отмечает, что суд не дал оценки наличию у ФИО2 нежилого помещения в собственности по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН (приобретено 29 июня 2023 года по результатам аукциона), а также иных объектов недвижимости, при выводе об отсутствии обеспеченности ответчика жильём.

Апеллянт указывает на неправильное применение судом части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации: суд не учёл, что после декабря 2011 года ФИО2 добровольно покинул квартиру (забрал вещи), более четырнадцати лет не проживает, не несёт расходов по содержанию жилья, не предпринимал попыток вселиться; лица, которые, по мнению судов, создавали ему препятствия (Р.М.Ф. и К.А.И.), умерли в 2015 и 2022 годах соответственно.

По утверждению апеллянта, выводы суда о наличии конфликтных отношений (ФИО1 не сообщила ФИО2 о смерти своих близких, не предложила ему вселиться) необоснованны: истец не обязана уведомлять ответчика о смерти своих родственников и приглашать его проживать совместно; ФИО2 не представлено доказательств чинения ему препятствий.

Апеллянт также обращает внимание суда на то, что во встречном иске ФИО2 просит вселения, однако не конкретизирует, в какую именно квартиру: квартиры НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН и НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН фактически объединены (перепланировка), вход осуществляется через АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН; из встречных требований не следует, что ответчик просит вселиться именно в квартиру НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, на которую заключён договор социального найма.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и ее представитель, действующий на основании ордера – адвокат Козорог А.И., доводы апелляционной жалобы поддержали, решение суда первой инстанции полагали незаконным и необоснованным.

ФИО2 поддержал доводы возражений на апелляционную жалобу, решение суда первой инстанции полагал законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, заслушав заключение прокурора Беллуяна Г.А., полагавшего решение суда подлежащим отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 с принятием нового решения об удовлетворении ее исковых требований о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции в части.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления, заслушав истца и его представителя, ответчика, заключения прокурора Беллуяна Г.А., судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 с 1989 года проживает в квартире НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА между ФИО1 и ФИО2 зарегистрирован брак. 2 июля 2001 года при получении ордера НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН на указанную квартиру ФИО2 как член семьи нанимателя был включён в ордер. ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА брак между сторонами расторгнут. 15 февраля 2010 года заключён договор социального найма жилого помещения № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, нанимателем указана ФИО1, в качестве совместно проживающих – бывший член семьи нанимателя ФИО2 и мать нанимателя Р.М.Ф.

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 4 апреля 2008 года по делу № 2-682-08 в удовлетворении иска ФИО1 о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением отказано, судом установлен вынужденный характер отсутствия ФИО2 в связи с неприязненными отношениями, ФИО2 вселён в квартиру, ФИО1 обязана не чинить препятствий в пользовании. 10 октября 2008 года составлен акт о вселении ФИО2 в спорную квартиру, ему переданы ключи от входной двери, внесены носильные вещи.

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 14 января 2011 года по делу № 2-113-11 в удовлетворении повторного иска ФИО1 о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением отказано, во встречных требованиях ФИО2 также отказано. Указанное решение оставлено без изменения кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда.

По утверждению ФИО1, в декабре 2011 года ФИО2 в присутствии наряда полиции забрал свои вещи из квартиры и покинул жилое помещение, после чего в квартире не появлялся, расходов по содержанию жилья не нёс. Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями ФИО2 в ОП-1 УМВД России по городу Таганрогу от 17 декабря 2011 года.

В ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА году умерла мать нанимателя – Р.М.Ф. В ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА году умер муж Р.М.Ф. – К.А.И. 31 января 2023 года дополнительным соглашением Р.М.Ф. исключена из пункта 2 договора социального найма в связи со смертью.

В 2024 году ФИО1 обратилась с настоящим иском о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением, ссылаясь на новые обстоятельства, возникшие после декабря 2011 года. Решением Таганрогского городского суда от 29 октября 2024 года по делу № 2-4239/2024 иск ФИО1 удовлетворён, во встречном иске ФИО2 отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 11 марта 2025 года решение оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 21 июля 2025 года по делу № 88-16140/2025 (8Г-14438/2025) решение от 29 октября 2024 года и апелляционное определение от 11 марта 2025 года отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Таганрогский городской суд Ростовской области. При этом суд кассационной инстанции указал на необходимость при новом рассмотрении дела выяснить: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд вынужденный или добровольный характер, временный или постоянный; не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением; приобрёл ли ответчик право пользования другим жилым помещением; установить семейное положение и место фактического проживания ответчика; исследовать вопрос о реальном намерении ответчика вселиться в спорную квартиру, в том числе с учётом его семейного положения.

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года при новом рассмотрении дела в удовлетворении основного иска ФИО1 отказано, в удовлетворении встречного иска ФИО2 также отказано.

В соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 71 Жилищного кодекса Российской Федерации временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечёт за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» (с изменениями, внесёнными постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2025 года № 33), следует, что при разрешении споров о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и тому подобное) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населённый пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьёй в другом жилом помещении и тому подобное), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нём, приобрёл ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и другое.

В соответствии с частью 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

Разрешая заявленные требования при новом рассмотрении, суд первой инстанции руководствовался положениями части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 69, 71, 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, исходил из того, что двумя вступившими в законную силу решениями судов от 2008 и 2011 годов установлен вынужденный характер выезда ФИО2 из спорного жилого помещения, в силу чего данные обстоятельства повторному доказыванию не подлежат, а ФИО1 не представила доказательств обеспеченности ответчика иным жильём.

Судебная коллегия не может согласиться с приведёнными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В апелляционной жалобе ФИО1 указывает, что суд неправильно применил часть 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, посчитав, что истец оспаривает ранее принятые решения, тогда как ФИО1 ссылается на новые основания – обстоятельства, возникшие после декабря 2011 года, которые ранее не существовали и не были предметом судебного рассмотрения.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Между тем преюдициальное значение имеют лишь те обстоятельства, которые были установлены судебным постановлением по ранее рассмотренному делу на момент его вынесения. Новые обстоятельства, возникшие после вступления судебного акта в законную силу, не могут быть охвачены преюдицией и подлежат самостоятельному доказыванию и оценке судом.

Как следует из материалов дела, ФИО1 в обоснование настоящего иска ссылается на обстоятельства, возникшие после вынесения решения от 14 января 2011 года, а именно: добровольный уход ФИО2 из квартиры в декабре 2011 года с личными вещами в присутствии наряда полиции; непроживание ответчика в спорном жилом помещении более тринадцати лет; неисполнение им обязанностей по оплате жилого помещения и коммунальных услуг; смерть лиц (Р.М.Ф. в ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА году и К.А.И. в ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА году), наличие которых суды 2008 и 2011 годов расценивали как обстоятельства, создающие препятствия в пользовании жилым помещением; отсутствие со стороны ФИО2 попыток вселиться в спорную квартиру после устранения указанных обстоятельств.

Данные обстоятельства являются новыми по отношению к тем, которые были установлены решениями судов от 4 апреля 2008 года и 14 января 2011 года, в связи с чем распространение на них преюдициальной силы указанных судебных актов в порядке части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является неправомерным. Суд первой инстанции, распространив преюдицию на обстоятельства, которые по своей природе не могли быть установлены ранее, фактически уклонился от исследования обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела.

При таких обстоятельствах довод апелляционной жалобы о неправильном применении судом части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заслуживает внимания и является обоснованным.

В апелляционной жалобе ФИО1 также указывает, что суд не выполнил указания Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, содержащиеся в определении от 21 июля 2025 года: не установил семейное положение и место фактического проживания ответчика, не исследовал вопрос о реальном намерении ФИО2 вселиться в спорную квартиру с учётом его семейного положения.

В силу части 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело. Неисполнение судом обязательных указаний суда кассационной инстанции является существенным нарушением норм процессуального права.

Как усматривается из определения Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 21 июля 2025 года, суд кассационной инстанции прямо указал на необходимость при новом рассмотрении дела выяснить причину и длительность отсутствия ответчика в жилом помещении, характер его выезда, наличие или отсутствие чинимых препятствий, приобретение права пользования другим жилым помещением, семейное положение и место фактического проживания ответчика, реальное намерение вселиться в спорную квартиру.

Вместе с тем из обжалуемого решения не следует, что суд первой инстанции при новом рассмотрении дела в полном объёме выполнил данные указания. В частности, суд первой инстанции: не исследовал причину и длительность отсутствия ответчика в жилом помещении применительно к периоду после декабря 2011 года, ограничившись ссылкой на преюдицию; не установил, носит ли выезд ФИО2 вынужденный или добровольный, временный или постоянный характер с учётом изменившихся обстоятельств; не дал оценки наличию или отсутствию препятствий в пользовании жилым помещением после смерти Р.М.Ф. и К.А.И.; не установил семейное положение ФИО2 на момент рассмотрения дела и место его фактического проживания; не исследовал вопрос о реальном намерении ответчика вселиться в спорную квартиру с учётом совокупности обстоятельств, возникших после декабря 2011 года. Вместо исследования указанных обстоятельств суд фактически ограничился ссылкой на преюдициальное значение ранее вынесенных решений.

Данный довод жалобы является обоснованным и свидетельствует о допущенном судом первой инстанции нарушении части 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Апеллянт также указывает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений из Управления образования города Ростова-на-Дону о месте обучения сына ФИО2 – Б.М.Е., ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, что лишило возможности установить семейное положение и фактическое место жительства ответчика.

Согласно части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если представление необходимых доказательств для сторон затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

С учётом того, что суд кассационной инстанции прямо указал на необходимость исследования семейного положения и места фактического проживания ответчика, сведения о месте обучения несовершеннолетнего ребёнка ФИО2 могли иметь значение для установления данных обстоятельств. Вместе с тем по смыслу статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оценка необходимости и относимости доказательств отнесена к дискреционным полномочиям суда, в связи с чем отказ в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств сам по себе не является безусловным основанием для отмены судебного решения. Между тем в совокупности с неисполнением указаний суда кассационной инстанции в целом данное обстоятельство свидетельствует о неполноте судебного исследования и оценки обстоятельств, имеющих юридическое значение для дела.

В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что суд не дал оценки наличию у ФИО2 договора купли-продажи квартиры от 16 июля 1992 года в селе АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, совместно с У.Л.Н. и У.А.Ф. Апеллянт указывает, что ФИО2 признал свою подпись в указанном договоре, пояснив, что это квартира его брата.

В силу приведённых выше разъяснений пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 одним из обстоятельств, подлежащих выяснению при разрешении данной категории споров, является приобретение ответчиком права пользования другим жилым помещением в новом месте жительства.

Как следует из протокола судебного заседания от 25 декабря 2025 года, представитель истца адвокат Козорог А.И. указал, что при рассмотрении дела № 2-4239/2024 суд исследовал данный договор, ФИО2 признал, что подпись в договоре принадлежит ему. Между тем отсутствие регистрации права собственности в Едином государственном реестре недвижимости не исключает факта заключения сделки и не освобождает суд от обязанности дать оценку данному доказательству в совокупности с иными материалами дела. Суд первой инстанции уклонился от оценки указанного обстоятельства, что не соответствует требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем само по себе наличие договора купли-продажи 1992 года при отсутствии регистрации права собственности и с учётом давности сделки не является безусловным доказательством обеспеченности ответчика жилым помещением. Данное обстоятельство подлежало оценке судом в совокупности с иными доказательствами, чего сделано не было. В связи с чем довод жалобы в указанной части признаётся обоснованным в части необходимости оценки данного доказательства судом.

Апеллянт указывает, что у ФИО2 имеется нежилое помещение в собственности по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, приобретённое 29 июня 2023 года на основании договора купли-продажи по результатам аукциона, а также иные объекты недвижимости, и что суд не дал оценки этим фактам при выводе об отсутствии обеспеченности ответчика жильём.

Из приведённых выше разъяснений пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 следует, что при разрешении данной категории споров суду надлежит, в том числе, устанавливать, приобрёл ли ответчик право пользования другим жилым помещением.

Наличие в собственности ФИО2 нежилых помещений не тождественно наличию жилого помещения, пригодного для проживания. Вместе с тем данное обстоятельство подлежало учёту при оценке имущественного положения ответчика и обоснованности его утверждения об отсутствии иного жилья, чего судом первой инстанции сделано не было. Довод жалобы в данной части подлежит частичному учёту как свидетельствующий о неполноте оценки доказательств.

В апелляционной жалобе ФИО1 указывает на неправильное применение части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, полагая, что суд не учёл следующие обстоятельства: после декабря 2011 года ФИО2 добровольно покинул квартиру, забрав вещи; более тринадцати лет не проживает в жилом помещении; не несёт расходов по его содержанию; не предпринимал попыток вселиться; лица, которые, по мнению судов, создавали ему препятствия (Р.М.Ф. и К.А.И.), умерли в ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА и ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА годах соответственно.

В соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из приведённых выше разъяснений пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 следует, что при установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Указанный довод является центральным в апелляционной жалобе и напрямую связан с указаниями Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, содержащимися в определении от 21 июля 2025 года.

Как следует из материалов дела, решениями судов от 4 апреля 2008 года и 14 января 2011 года было установлено, что выезд ФИО2 из спорной квартиры носил вынужденный характер в связи с неприязненными отношениями с ФИО1 и проживавшими в квартире Р.М.Ф. и К.А.И. Между тем после декабря 2011 года, когда ФИО2 покинул квартиру, забрав личные вещи, произошли существенные изменения обстоятельств: Р.М.Ф. скончалась в 2015 году, К.А.И. скончался в 2022 году, то есть лица, наличие которых суды расценивали как причину вынужденного характера отсутствия ФИО2, более не проживают в спорном жилом помещении. При этом из материалов дела не следует, что после устранения указанных обстоятельств ФИО2 предпринимал какие-либо меры к вселению в спорную квартиру вплоть до подачи встречного иска.

Суд первой инстанции не дал правовой оценки совокупности указанных обстоятельств, не применил критерии, предусмотренные пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14, к периоду после декабря 2011 года, фактически ограничившись ссылкой на преюдициальность ранее установленных обстоятельств, что не соответствует требованиям указанного постановления Пленума и указаниям суда кассационной инстанции.

Довод апелляционной жалобы о неправильном применении части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации является обоснованным.

Апеллянт также указывает, что выводы суда о наличии конфликтных отношений, препятствующих проживанию ФИО2 в спорной квартире, основаны на том, что ФИО1 не сообщила ответчику о смерти своих родственников и не предложила ему вселиться. По мнению апеллянта, данные обстоятельства не являются доказательствами чинения препятствий в проживании, поскольку обязанность уведомлять бывшего супруга о смерти родственников законом не предусмотрена.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, ФИО2 не представлено доказательств того, что ФИО1 чинит ему препятствия в пользовании жилым помещением после декабря 2011 года. Отсутствие контактов между бывшими супругами и неуведомление о смерти родственников нанимателя не может быть расценено как чинение препятствий в пользовании жилым помещением. Бремя доказывания вынужденного характера непроживания в спорном жилом помещении в силу общих правил распределения обязанности по доказыванию лежит на лице, ссылающемся на данное обстоятельство, то есть на ФИО2

Вывод суда первой инстанции о том, что неуведомление ФИО1 ответчика о смерти Р.М.Ф. и К.А.И. свидетельствует о сохранении конфликтных отношений, препятствующих проживанию ответчика, не основан на нормах материального и процессуального права. Довод жалобы в данной части является обоснованным.

В апелляционной жалобе ФИО1 указывает, что во встречном иске ФИО2 просит вселения, однако не уточняет, в какую именно квартиру, поскольку квартиры НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН и НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН фактически объединены, вход осуществляется через квартиру НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН.

Данный довод относится к встречному иску ФИО2 о вселении и нечинении препятствий, в удовлетворении которого судом первой инстанции отказано. Поскольку решение в части отказа во встречном иске не обжалуется и апелляционная жалоба подана только в части отказа в удовлетворении основного иска ФИО1, указанный довод выходит за пределы рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, установленные частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не влияет на оценку законности обжалуемого решения в обжалуемой части и подлежит отклонению как не относящийся к предмету апелляционной проверки.

Оценив представленные доказательства в их совокупности в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом приведённых норм материального права, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и указаний Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции при новом рассмотрении дела допустил существенные нарушения норм материального и процессуального права. Данные нарушения выразились в необоснованном распространении преюдициальной силы решений судов от 2008 и 2011 годов на обстоятельства, возникшие после декабря 2011 года и не являвшиеся предметом ранее рассмотренных дел. Суд не исполнил указания суда кассационной инстанции, содержащиеся в определении от 21 июля 2025 года, относительно необходимости установления семейного положения, места фактического проживания ответчика и его реального намерения вселиться в спорную квартиру. Судом не применены критерии оценки добровольности выезда, предусмотренные пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14, к обстоятельствам, возникшим после декабря 2011 года. Допущена ненадлежащая оценка доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных пунктами 1, 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда в обжалуемой части: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1); несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (пункт 3); нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права (пункт 4).

В силу пункта 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Судебная коллегия полагает возможным разрешить спор по существу и принять новое решение по следующим основаниям. Материалы дела содержат достаточную совокупность доказательств, позволяющую установить все обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения спора, без исследования дополнительных доказательств. Дело рассматривается повторно после отмены кассационным судом ранее состоявшихся судебных актов, и дальнейшее возвращение дела в суд первой инстанции не соответствовало бы целям эффективного правосудия и обеспечения разумных сроков судопроизводства.

Применяя критерии, предусмотренные пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14, к обстоятельствам, установленным по материалам дела, и исполняя указания Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, содержащиеся в определении от 21 июля 2025 года, судебная коллегия устанавливает следующее.

По вопросу о причине и длительности отсутствия ответчика в жилом помещении: ФИО2 не проживает в спорной квартире с декабря 2011 года, то есть более четырнадцати лет. В декабре 2011 года ФИО2 в присутствии наряда полиции забрал из квартиры личные вещи и покинул жилое помещение, что подтверждается его объяснениями в ОП-1 УМВД России по городу Таганрогу от 17 декабря 2011 года.

По вопросу о характере выезда – добровольный или вынужденный, временный или постоянный: до декабря 2011 года суды квалифицировали отсутствие ФИО2 как вынужденное, вызванное конфликтными отношениями с ФИО1 и проживавшими в квартире Р.М.Ф. и К.А.И. Между тем в декабре 2011 года ФИО2 совершил действия, свидетельствующие о добровольном и окончательном характере его выезда: самостоятельно забрал личные вещи из квартиры, после чего в течение более четырнадцати лет в квартире не появлялся, расходов по её содержанию не нёс, мер к вселению не предпринимал. Указанные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о постоянном и добровольном характере выезда ответчика из спорного жилого помещения.

По вопросу о наличии или отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением: после смерти Р.М.Ф. в ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА году и К.А.И. в ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА году лица, наличие которых суды ранее расценивали как обстоятельства, создающие препятствия для проживания ФИО2, в квартире более не проживают. С 2022 года ФИО1 проживает в квартире одна. ФИО2 не представлено доказательств чинения ему препятствий в пользовании жилым помещением после декабря 2011 года. При этом после устранения обстоятельств, ранее расценивавшихся как препятствия, ответчик не предпринял каких-либо попыток вселиться в спорную квартиру вплоть до подачи встречного иска, что свидетельствует об отсутствии реального намерения реализовать право пользования жилым помещением.

По вопросу о приобретении права пользования другим жилым помещением: согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости, за ФИО2 зарегистрированы два объекта недвижимости в городе Таганроге, имеющие статус «нежилое», в том числе помещение по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Как пояснил сам ФИО2 в судебном заседании, на данный момент ему приходится проживать в нежилом помещении, принадлежащем ему на праве собственности. В материалах дела имеется договор купли-продажи от 16 июля 1992 года, подпись в котором ФИО2 признал, однако отрицал своё отношение к указанному жилому помещению. Регистрация права собственности за ФИО2 на жилые объекты недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости отсутствует. Судебная коллегия учитывает данное обстоятельство, однако отмечает, что само по себе отсутствие зарегистрированного права на иное жилое помещение не является основанием для сохранения права пользования спорным жилым помещением при наличии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о добровольном и постоянном отказе от данного права.

По вопросу о семейном положении и месте фактического проживания ответчика: как установлено из материалов дела, после расторжения брака с ФИО1 ФИО2 в новый брак не вступал. У ФИО2 имеется несовершеннолетний ребёнок – Б.М.Е., ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения. Как пояснил сам ФИО2 в судебном заседании, его сын проживает совместно с матерью в городе Ростове-на-Дону, он с ними не проживает и не проживал, с сыном отношения поддерживает. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что фактическая семья ответчика находится в городе Ростове-на-Дону, а сам ответчик проживает в городе Таганроге в принадлежащем ему нежилом помещении, а не в спорной квартире.

По вопросу о реальном намерении ответчика вселиться в спорную квартиру: из материалов дела не следует, что ФИО2 в период с декабря 2011 года и до подачи встречного иска (то есть на протяжении более двенадцати лет) предпринимал какие-либо реальные действия, направленные на вселение в спорную квартиру. Встречный иск о вселении заявлен лишь в ответ на предъявление ФИО1 иска о признании утратившим право пользования, что указывает на защитный, а не на реальный характер данного требования.

По вопросу об исполнении обязанностей по договору социального найма: ФИО2 не исполняет обязанности по оплате жилого помещения и коммунальных услуг с декабря 2011 года, что подтверждается материалами дела и не оспаривается ответчиком.

Оценив установленные обстоятельства в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о том, что совокупность представленных доказательств свидетельствует о добровольном выезде ФИО2 из спорного жилого помещения в другое место жительства, об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его фактическом отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма. Непроживание ответчика в спорной квартире на протяжении более четырнадцати лет, вывоз личных вещей в декабре 2011 года, неисполнение обязанностей по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, непринятие каких-либо мер к вселению после устранения обстоятельств, ранее расценивавшихся как препятствия, в совокупности свидетельствуют о постоянном характере отсутствия ответчика в спорном жилом помещении и об утрате им интереса к данному жилому помещению.

При этом судебная коллегия учитывает, что ФИО2 ссылается на вынужденный характер своего непроживания в спорной квартире. Однако данные доводы опровергаются совокупностью установленных обстоятельств: после смерти Р.М.Ф. (ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА год) и К.А.И. (ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА год) обстоятельства, которые суды ранее квалифицировали как препятствия, отпали, и ФИО2 не предпринял каких-либо мер к вселению в спорную квартиру. Бремя доказывания вынужденного характера непроживания лежит на ответчике в силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и данное бремя ответчиком не исполнено.

Судебная коллегия отмечает, что все обстоятельства, необходимые для разрешения спора по существу, установлены на основании имеющихся в деле доказательств, оценённых в соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Указания Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции, содержащиеся в определении от 21 июля 2025 года, выполнены судебной коллегией: установлены причина и длительность отсутствия ответчика, характер его выезда, отсутствие препятствий в пользовании жилым помещением, семейное положение и место фактического проживания ответчика, отсутствие реального намерения вселиться в спорную квартиру. Необходимости в исследовании дополнительных доказательств не имеется, в связи с чем судебная коллегия на основании пункта 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает необходимым принять по делу новое решение.

На основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, с учётом разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14, установив совокупность обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ФИО2 из спорного жилого помещения в другое место жительства, об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением и о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, судебная коллегия приходит к выводу об удовлетворении иска ФИО1 о признании ФИО2 утратившим право пользования жилым помещением – квартирой НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

При таких обстоятельствах решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года в части отказа в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением подлежит отмене с принятием по делу в указанной части нового решения об удовлетворении данного иска.

Руководствуясь статьями 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании утратившим право пользования жилым помещением.

Принять по делу в указанной части новое решение, которым признать ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, утратившим право пользования жилым помещением – квартирой НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, расположенной по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН.

В остальной части решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 25 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 апреля 2026 года.