Решение № 2-1063/2016 2-8/2017 2-8/2017(2-1063/2016;)~М-886/2016 М-886/2016 от 25 января 2017 г. по делу № 2-1063/2016

Дело № 2-8/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 января 2017 года г. Углич

Угличский районный суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Грачевой Н.А.,

при секретаре Рябковой Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Транснефть-Балтика» и иску ФИО2 к ООО «Транснефть-Балтика», АО «Страховая компания «Согаз» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Транснефть-Балтика» и указал, что ДД.ММ.ГГГГ в <...> на <адрес> по вине ФИО3, управлявшего автомобилем 1 государственный регистрационный знак <...>, принадлежащем ООО Транснефть-Балтика», произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП), в результате которого произошло столкновение АВТОМОБИЛЯ 1 и автомобиля 2 государственный регистрационный знак <...>, после чего автомобиль 2 столкнулся с автомобилем 3 государственный регистрационный знак <...>, в результате водитель автомобиля 2 ФИО1 получил телесные повреждения, относящиеся к вреду здоровья средней тяжести. Автогражданская ответственность автомобиля 1 застрахована в АО «Страховая компания «Транснефть», которая выплатила истцу страховое возмещение вреда, причиненного здоровью, в сумме 65614 руб. Виновником в ДТП признан ФИО3 Основывая свои требования на положениях ст. 1068 ГК РФ ФИО1 просит взыскать с ООО «Транснефть-Балтика» в возмещение морального вреда 500000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в сумме 15000 руб. и расходы по оплате госпошлины – 700 руб., поскольку ущерб был причинен его работником ФИО3 при исполнении трудовых обязанностей (л.д. 3-4).

ФИО2, являющаяся собственником автомобиля 2 г.р.з. <...>, обратилась в суд с самостоятельным иском (л.д. 37-39), с учетом уточнения исковых требований просила взыскать с ООО «Транснефть-Балтика» в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП ее транспортному средству 600080 руб., расходы по оплате услуг представителя – 20000 руб., взыскать с АО «СОГАЗ» расходы на оплату экспертного заключения – 5000 руб. (л.д. 154-156). Исковые требования обоснованы тем, что в результате ДТП наступила полная гибель принадлежащего ей автомобиля 2. Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленному экспертом-техником ФИО 1 , стоимость восстановительного ремонта ТС с учетом износа составила 1764526, 43 руб. АО «Страховая компания «Транснефть» произвела истцу выплату страхового возмещения в пределах лимита ответственности, т.е. в сумме 400000 руб., однако нарушила положения Закона об ОСАГО, в связи с чем истец вынуждена была самостоятельно организовывать осмотр автомобиля экспертом-техником и оценку повреждений, на что затратила 5000 руб., которые просит взыскать с правопреемника страховщика АО «СОГАЗ». С учетом стоимости автомашины на дату ДТП (1091730 руб.), стоимости годных остатков поврежденного автомобиля (91650 руб.) невозмещенная часть материального ущерба составила 600080 руб. (1000080 – 400000 руб.), которые ФИО2 просит взыскать с ООО «Транснефть-Балтика».

Определением суда от 04.08.2016 г. оба гражданских дела по иску ФИО1 и по иску ФИО2 объединены в одно производство (л.д. 107).

В судебном заседании представитель истцов по доверенности Губина Н.А. (л.д. 9) исковые требования поддержала, уменьшив их в части размера материального ущерба с 600080 руб. до 428117,95 руб. (л.д. 223). При подсчете ущерба в таком размере исходила из экспертного заключения эксперта-техника ФИО 2, согласно которому стоимость автомобиля 2 на момент ДТП составила 1063230 руб. Путем вычитания из этой суммы стоимости годных остатков 235112,05 руб. и размера страхового возмещения 400000 руб. (1063230 руб. - 235112,05 руб. - 400000 руб.) исчислила материальный ущерб равный 428117,95 руб., который просила взыскать с ООО «Транснефть-Балтика» в пользу ФИО2 В остальной части исковые требования обоих истцов поддержала в полном объеме, в соответствии с требованиями ГПК РФ просила возместить судебные расходы, которые истцы были вынуждены нести для обращения в суд с настоящими исками. Относительно требований о взыскании компенсации морального вреда представитель просила учесть, что в результате неправомерных действий ФИО3 ФИО1 пострадал и физически, и нравственно. Объем его страданий условно оценен им самим в размере 500000 руб. и с учетом характера ДТП, причиненного ФИО1 вреда здоровью средней тяжести, является справедливым.

Представитель ответчика ООО «Транснефть-Балтика» по доверенности ФИО4 (л.д. 219) исковые требования не признала. Факт ДТП, наличие повреждений на ТС не оспаривала, однако не согласилась с характером повреждений и соответственно с расчетом годных остатков, подготовленным экспертом-техником ФИО 1 . Подвергла сомнению и критике выводы этого эксперта-техника о рыночной стоимости ТС истца на дату ДТП. Представитель ответчика полагала правильным руководствоваться отчетом эксперта-техника ФИО 2 от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 178-209). Размер компенсации морального вреда ФИО1 считала завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости, с учетом обстоятельств ДТП и неправомерных действий самого ФИО1 в отношении ФИО3 В обоснование возражений представила копии приговора от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного постановления от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ФИО1 сразу после ДТП наносил ФИО3 удары кулаком по лицу, за что был осужден по ч. 1 ст. 115 УК РФ. Такие неправомерные действия самого ФИО1 по мнению представителя ответчика могли способствовать увеличению периода его выздоровления и образованию вреда здоровью ФИО1 средней тяжести. Доказательств того, что вред здоровью средней тяжести был причинен ФИО1 в результате ДТП, а не от его неправомерных действий не имеется. С учетом объема и характера представительских услуг, характера спора, категории дела, количества судебных заседаний, когда дело рассматривалось по существу, рассмотрения дел ФИО2 и ФИО1 в одном производстве после их объединения, расходы на представителя полагала завышенными.

Представитель соответчика АО «Согаз», являющийся правопреемником прежнего страховщика АО «Страховая компания Транснефть», в суд не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен. Ранее направлял письменное ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, возражая против удовлетворения требований о взыскании с него расходов на проведение оценки. В обоснование возражений указал, что АО «Страховая компания Транснефть» произвело выплату страхового возмещения в пределах лимита ответственности в сумме 400000 руб., взыскание за этими пределами дополнительных расходов за независимую оценку в сумме 5000 руб. законом не допускается. Указал на отсутствие причинно-следственной связи, между убытками страхователя и бездействием страховщика, поскольку проведение и оплата независимой экспертизы была организована истцом до истечения сроков, установленных законом для рассмотрения документов (л.д. 166).

Третье лицо ФИО3 в судебном заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен, о причинах неявки не сообщил, об отложении дела не ходатайствовал.

С учетом мнения представителей сторон дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (п. 4 ст. 931 ГК РФ).

Юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Юридические лица или граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ), Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ (учет вины потерпевшего и имущественного положения лица, причинившего вред).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ. в <...> час. на <адрес> ФИО3, управляя автомобилем 1 г.р.з. <...>, принадлежащем ООО Транснефть-Балтика», в нарушение п. 13.12 ПДД РФ при осуществлении поворота налево не убедился в безопасности этого маневра, не уступил дорогу двигавшемуся по равнозначной дороге встречного направления автомобилю 2 г.р.з. <...> под управлением ФИО1, т.е. не предоставил преимущество в движении этому автомобилю, совершил с ним столкновение, после чего автомобиль 2 столкнулся с автомобилем 3 г.р.з. <...> под управлением ФИО 3 В результате ДТП автомобиль 2 был поврежден.

Постановлением судьи Угличского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в нарушении п. 13.12 ПДД РФ, его действия квалифицированы по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере <...> руб. Решением судьи Ярославского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ постановление судьи от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Учитывая правовую позицию, изложенную в абз. 4 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 «О судебном решении» на основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу постановление судьи от 01.02.2016 г. и решение судьи от 18.03.2016 г. по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий ответчика, наряду с другими доказательствами суд учитывает при рассмотрении настоящего дела по вопросам, имели ли место указанные в этих судебных актах действия и совершены ли они ответчиком.

Суд не соглашается с выводом ответчика, изложенным в его письменных возражениях (л.д. 226), о наличии в ДТП обоюдной вины обоих водителей и в частности вины ФИО1 в нарушении п. 10.1 ПДД и технической возможности последнего избежать столкновения. Помимо судебных актов факт ДТП с участием указанных транспортных средств и водителей и вина ФИО3 подтверждается справкой о ДТП, протоколом осмотра места происшествия, схемой места ДТП, сведениями о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП, протоколами осмотра автомобилей, имеющимися фотографиях с места ДТП, объяснениями ФИО1, ФИО 3, ФИО 4 из материалов дела об административном правонарушении. Как установлено, ФИО1 с очевидностью обстановки на дороге двигался на автомобиле «2 по своей полосе с разрешенной скоростью движения, помехой в продолжении движения явилось осуществление водителем ФИО3 поворота налево со встречного направления, столкновение АВТОМОБИЛЯ 1 и 2 и последующее столкновение 2 и 3. Как установлено постановлением судьи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 имел возможность увидеть двигающегося во встречном направлении автомобиль 2 под управлением ФИО1 и мог предотвратить столкновение, если бы в соответствии с п. 13.12 ПДД РФ предоставил преимущество в движении автомобилю 2. Другой участник ДТП водитель 3 ФИО 3, свидетель ФИО 4 заблаговременно до поворота видели движущийся по встречному направлению автомобиль 2. Нарушений в действиях водителя ФИО1 ПДД РФ суд не усматривает. Выводы ответчика о вине ФИО1 основаны только на заключении № эксперта ФИО 5 от ДД.ММ.ГГГГ о технической возможности водителя 2 избежать столкновения. Вместе с тем, это заключение носило лишь консультативный характер, было отвергнуто судом при рассмотрении дела об административном правонарушении и не может быть принято в качестве доказательства вины ФИО1 при рассмотрении настоящего дела. Вопрос о технической возможности водителя АВТОМОБИЛЯ 2 избежать столкновения являлся предметом исследования эксперта Экспертно-криминалистического отдела УМВД России по Ярославской области ФИО 6, который мотивированно и обоснованно указал в своем заключении (л.д. 74-79), что ответить на этот вопрос вообще не представляется возможным, в связи с отсутствием объективных данных и сведений о моменте возникновения опасности. Суд принимает во внимание, что к такому выводу эксперт пришел по результатам автотехнической экспертизы, назначенный в ходе административного расследования, при этом эксперт ФИО 6 предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В отсутствие возможности определения момента возникновения опасности для движения, которую водитель ФИО1 в состоянии был обнаружить, нет оснований для оценки его действий на дороге по поводу возможности снижения им скорости вплоть до остановки транспортного средства. Иных доказательств, указывающих на вину ФИО1, в материалах дела не содержится и ответчиком при рассмотрении настоящего дела не представлено.

Экспертом-техником ФИО 1 ДД.ММ.ГГГГ был подготовлен акт осмотра автомобиля 2, перечень и характер повреждений изложен в акте осмотра № (л.д. 63-67). При оценке количества повреждений суд руководствуется этим актом, т.к. он составлен по результатам личного осмотра поврежденного автомобиля экспертом-техником с приложением цветографического фотоматериала повреждений.

На основании указанного акта осмотра экспертом-техником подготовлено заключение об оценке стоимости устранения дефектов автомобиля 2 с учетом его износа на сумму 1764526, 43 руб., что превышает рыночную стоимость этого автомобиля на дату ДТП 1999712, 00 руб., а следовательно об экономической нецелесообразности ремонта ТС и его полной гибели. Годные остатки рассчитаны экспертом в отдельном отчете в сумме 91650 руб. (л.д. 49 – 77).

При определении размера ущерба суд соглашается с критической оценкой ответчика заключений эксперта-техника ФИО 1 в части определения рыночной стоимости автомобиля 2 на дату ДТП поскольку рыночная стоимость (1999712, 00 руб.) определена ФИО 1 только по трем аналогам, представленным в Северо-Западном регионе, а не Центральном федеральном округе и не отвечает требованиям пунктов 6.1, 6.2 Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П).

Также критично суд подходит к определению этим экспертом-техником стоимости годных остатков (91650 руб.), поскольку она не учла некоторые агрегаты, узлы и детали задней части автомобиля, которые в соответствии с Единой методикой имеют стоимость и как пояснил эксперт-техник ФИО 2 могут быть реализованы путем среза части от целого, некоторые мелкие детали повреждены частично, а некоторые вообще не повреждены. Указанные выводы не были опровергнуты при рассмотрении настоящего дела. Поэтому предпочтение суд отдает заключению эксперта-техника ФИО 2 (л.д. 178-209), с которым согласились обе стороны в процессе рассмотрения дела.

Согласно заключению эксперта-техника ФИО 2 стоимость автомобиля 2 на дату ДТП определена в сумме 1063230 руб. на основании множества аналогов по данным справочника Сборник цен «Автомобили импортные и отечественные подержанные» ООО «ПРАЙС-Н», Москва, август 2015 г. Стоимость годных остатков составила 235112, 05 руб.

В остальном суд соглашается с выводами эксперта-техника ФИО 1 об экономической нецелесообразности ремонта ТС, поскольку рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП - 1063230 руб. ниже стоимости устранения дефектов ТС с учетом его износа 1764526, 43 руб., представленных в калькуляции и отчете об оценке стоимости восстановительного ремонта ТС, не оспоренного в процессе рассмотрения дела.

При определении конкретного размера возмещения суд учитывает уменьшение истцом ФИО2 исковых требований до 428117, 95 руб. и соглашается с этим. Указанный размер возмещения исчислен истцом исходя из рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП - 1063230 руб., за вычетом стоимости годных остатков - 235112,05 руб. и страхового возмещения в сумме 400000 руб.: 1063230 руб. - 235112,05 руб. - 400000 руб. = 428117,95 руб. С определением материального ущерба в таком размере согласен и сам ответчик ООО «Транснефть-Балтика» (л.д. 225).

Представленными по запросу суда документами: копиями приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительными соглашениями к трудовому договору подтверждается трудовая деятельность ФИО3 в качестве машиниста крана автомобильного в ООО «Транснефть-Балтика». Согласно служебному заданию, путевому листу №, в момент ДТП ФИО3 находился при исполнении своих трудовых обязанностей у ответчика (л.д. 230 – 246), таким образом материальный ущерб в размере 428117,95 руб. ФИО2 был причинен ФИО3 при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Транснефть-Балтика» и подлежит взысканию с последнего в соответствии со ст. 1068 ГК РФ. Оснований для освобождения ответчика от возмещения вреда или его частичного уменьшения не имеется.

Относительно исковых требований ФИО1 к ООО «Транснефть-Балтика» о компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом, в том числе, понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.д.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

В силу ст. 1100 ГК РФ в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

При этом, суд учитывает разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (п. 32), согласно которым потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, поэтому факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Истец, испытавший в результате дорожно-транспортного происшествия физические страдания, связанные с телесными повреждениями, а также нравственные страдания имеет право на компенсацию морального вреда, которая возмещается ответчиком на основании ст. 1068 ГК РФ. Оснований для освобождения ответчика от несения такой ответственности не имеется.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующее.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поступил в хирургическое отделение ОРГАНИЗАЦИИ 1 ДД.ММ.ГГГГ в <...>, т.е. сразу после ДТП, с жалобами на головную боль, боли в обеих кистях в области правого коленного сустава. У него были выявлены телесные повреждения в виде закрытого перелома третьей пястной кости слева (левой кисти), отнесенного к вреду здоровья средней тяжести; закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясение головного мозга, рана волосистой части головы, рваные раны правой кисти, отнесенные к легкому вреду здоровья; кровоподтек в области правого коленного сустава, не вовлекший за собой кратковременного расстройства здоровью (л.д. 87-90).

Суд не может согласиться с возражениями представителя ответчика о том, что своими умышленными действиями (путем нанесения ударов ФИО3) ФИО1 способствовал увеличению периода своего выздоровления, что в последующем ошибочно было квалифицировано как вред здоровью средней тяжести. Доказательств этому в материалах дела не имеется.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда обязателен для суда по вопросам, имели ли место действия ФИО1 и совершены ли они им. Однако установленные приговором обстоятельства выводы представителя ответчика не подтверждают.

Согласно приговору мирового судьи судебного участка № Мышкинского судебного района от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционному постановлению Мышкинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в том, что он, находясь ДД.ММ.ГГГГ около <...> час. <адрес> в ходе конфликта с ФИО3 умышленно, с целью причинения телесных повреждений, нанес ФИО3 два удара кулаком по лицу, от которых ФИО3 упал на землю. Затем нанес еще не менее двух ударов кулаком руки по лицу, причинив ФИО3 ЗЧМТ, что отнесено к легкому вреду здоровья. Вместе с тем, указанными судебными актами вообще не установлено, какой конкретно рукой ФИО1 наносил удары ФИО3

Как указано в приговоре суда (л.д. 252-253) комиссионными заключениями судебно-медицинской экспертизы, проведенными по уголовному делу, не представилось возможным установить, от какого воздействия: от толчка в ДТП либо от нанесенных ФИО1 ударов возникли телесные повреждения у ФИО3 Имевшиеся у ФИО1 повреждения характерны для ДТП. При этом, эксперты не исключали возможность перелома ФИО1 левой руки как во время ДТП, так и после ДТП в результате нанесения ударов ФИО3

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в настоящее время не установлено, в результате чего ФИО1 получил телесные повреждения обеих рук. В таком случае суд не может установить причинно-следственную связь между неправомерными действиями ФИО3 в момент ДТП и последствиями в виде телесных повреждений кистей обеих рук ФИО1 Суд также не может учитывать такие телесные повреждения ФИО1 как закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, поскольку как указано в экспертом заключении (л.д. 252-253), они не были подтверждены объективными медицинскими критериями.

В остальном суд учитывает выявленные у ФИО1 телесные повреждения в области головы и колена (ссадина волосистой части головы, гематома мягких тканей в области правого коленного сустава), отмеченные в обеих экспертизах и не исключенные последней из них.

Помимо физических страданий, как следует из материалов дела, ФИО1 в результате ДТП испытал нравственные страдания. Как установлено приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в связи с ДТП находился в условиях психо-травмирующей ситуации. Выводы суда о наличии у него указанного состояния основаны на заключении комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (л.д. 253). При принятии решения суд учитывает указанную психо-травмирующую ситуацию и те нравственные страдания ФИО1, вызванные обстоятельствами ДТП и механизмом ДТП в результате столкновения автомобиля 2 о колесо крупногабаритного АВТОМОБИЛЯ 1, а затем последующий второй удар об автомобиль 3, последующее отбрасывание автомобиля 2 в кювет, заклинивание в нем дверей, в результате чего потерпевший был вынужден выбираться из поврежденного ТС через окно.

Принимая во внимание установленные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, характер причиненных истцу ФИО1 физических и нравственных страданий, суд с учетом требований разумности определяет компенсацию морального вреда в размере 35000 руб., которая подлежит взысканию на основании ст. 1068 ГК РФ с ООО «Транснефть-Балтика».

Относительно исковых требований ФИО2 о взыскании расходов в сумме 5000 руб. по проведению оценки поврежденного транспортного средства суд не соглашается с возражениями ответчика АО «СОГАЗ».

Исходя из положений пунктов 10 - 12 статьи 12 Закона об ОСАГО, при причинении вреда транспортному средству потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату, обязан подать заявление о страховой выплате и представить для осмотра поврежденное транспортное средство, а страховщик обязан осмотреть его, а в случае необходимости обязан организовать независимую экспертизу в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления от потерпевшего.

В представленных материалах выплатного дела (л.д. 142-147) не содержится доказательств соблюдения страховщиком АО «Страховая компания Транснефть» указанной обязанности.

Статья 12 Закона об ОСАГО, которая устанавливает размер и порядок подлежащих возмещению расходов при причинении вреда имуществу потерпевшего, указывает, что стоимость независимой экспертизы (оценки), на основании которой произведена страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования (пункт 5 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При этом расходы на проведение экспертизы не являются страховым возмещением, поскольку они должны быть понесены при осуществлении страховщиком обычной хозяйственной деятельности. Неисполнение ответчиком обязанности по проведению экспертизы поврежденного транспортного средства и выплате страхового возмещения создало препятствия для реализации потерпевшим его прав и привело к необходимости несения им расходов на проведение такой экспертизы.

Следовательно, стоимость независимой экспертизы (оценки), на основании которой должна быть произведена страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком, а не в состав страховой выплаты.

Иное толкование названного положения Закона об ОСАГО как указано в Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.06.2016), приведет к нарушению права потерпевшего на возмещение убытков в полном объеме, поскольку подлежащая выплате сумма страхового возмещения, направленная на восстановление поврежденного имущества, будет необоснованно уменьшена на стоимость услуг по проведению независимой экспертизы.

В таком случае требования ФИО2 о взыскании 5000 руб. являются убытками, которые в силу ст. 15, п. 1 ст. 393 ГК РФ подлежат взысканию со страховщика. Факт обращения истца к эксперту-технику до истечения срока, установленного законом для рассмотрения документов, указанные выводы не опровергает и не является основанием для освобождения страховщика от несения ответственности за неисполнение своих обязанностей. В данном случае результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой экспертизы (оценки) были приняты страховщиком для определения размера страховой выплаты.

Принимая во внимание правопреемство, перешедшее по поданному страховому случаю от АО «Страховая компания Транснефть» к АО «СОГАЗ» (л.д. 117 – 134), указанные 5000 руб. подлежат взысканию с последнего.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Издержки, понесенные ФИО1 в сумме 5000 руб. по оплате услуг представителя по делу об административном правонарушении, издержки в сумме 10000 руб. по настоящему делу, по оплате госпошлины – 700 руб. а также издержи, понесенные ФИО2 в сумме 20000 руб. на представителя по делу и по оплате госпошлины – 2000 руб. документально подтверждены (л.д. 2, 22, 36, 79).

Расходы в сумме 5000 руб. на участие адвоката Губиной Н.А. в качестве представителя потерпевшего ФИО1 по делу об административном правонарушении в соответствии со ст. 24.7 КоАП РФ не отнесены к процессуальным издержкам по такому делу. Такие расходы относятся к убыткам, входят в состав реального ущерба, документально подтверждены (л.д. 80) и в соответствии со ст. 15 ГК РФ подлежат возмещению в полном объеме с ООО «Транснефть-Балтика».

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, применяя правило о пропорциональном распределении судебных издержек и ввиду частичного удовлетворения исковых требований, с учетом требований разумности, включая объем заявленных требований, цену иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, продолжительность рассмотрения дела, суд считает справедливым снизить размер судебных расходов истцов.

В пользу ФИО1 суд взыскивает с ООО «Транснефть-Балтика» расходы на оплату услуг представителя за участие в настоящем гражданском деле в сумме 5000 руб., расходы по оплате госпошлины – 700 руб.

В пользу ФИО2 суд взыскивает с ООО «Транснефть-Балтика» расходы на оплату услуг представителя в сумме 17000 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 1920 руб. В оставшейся части расходы по оплате госпошлины в сумме 80 руб. суд взыскивает в пользу ФИО2 с АО «Страховая компания «Согаз».

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ООО «Транснефть-Батика» в доход местного бюджета суд взыскивает расходы по оплате госпошлины в сумме 5481,18 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с ООО «Транснефть-Балтика» компенсацию морального вреда в сумме 35000 руб., расходы на оплату услуг представителя по делу об административном правонарушении – 5000 руб., расходы на оплату услуг представителя за участие в гражданском деле - 5000 руб., расходы по оплате госпошлины – 700 руб.

Взыскать в пользу ФИО2 с ООО «Транснефть-Балтика» в возмещение материального вреда 428117, 95 руб., расходы на оплату услуг представителя – 17000 руб., с АО «Страховая компания «Согаз» расходы на оплату экспертного заключения – 5000 руб.

Взыскать в пользу ФИО2 расходы по оплате госпошлины в сумме 1920 руб. с ООО «Транснефть-Балтика», в сумме 80 руб. с АО «Страховая компания «Согаз».

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «Транснефть-Батика» в доход местного бюджета расходы по оплате госпошлины в сумме 5481,18 руб.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Угличский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Грачева