Апелляционное определение № 33-1424/2026 от 7 апреля 2026 г.

Докладчик Вассияров А.В.

Апелляционное дело № 33-1424/2026

Судья Ишуткин Н.В.

Гражданское дело № 2-493/2026

УИД:21RS0025-01-2024-003553-37


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

8 апреля 2026 года город Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе: председательствующего судьи Шумилова А.А., судей Вассиярова А.В., Димитриевой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Андреевой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причинённого дорожно-транспортным происшествием, поступившее по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО2 ФИО3 на решение Московского районного суда города Чебоксары от 20 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Вассиярова А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением к ФИО4, обосновав его следующим.

По вине ответчика ФИО4, управлявшей автомобилем «Hyunday Creta» государственный регистрационный знак (далее ГРЗ.) № в дорожно-транспортном происшествии (далее ДТП) 10 марта 2024 года получил повреждения принадлежащий истцу ФИО1 на праве собственности автомобиль «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. №.

Согласно заключению специалиста, выполненному по заказу истца, стоимость ущерба, причинённого истцу в ДТП, составляет 1158 760 руб. За услуги по оценке ущерба истец оплатила 25 000 руб., за транспортировку аварийного автомобиля с места ДТП – 14 000 руб.

На дату ДТП ответственность ФИО4 по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее ОСАГО) не была застрахована, в связи с этим ФИО1 полагала, что ответчик обязана возместить ей ущерб в вышеназванной сумме и возместить приведённые выше расходы в полном объёме.

ФИО1 также указала, что переживания за своё здоровье и здоровье несовершеннолетней дочери (пассажира автомобиля «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. №) вследствие ДТП причинили ей моральный вред, подлежащий возмещению ответчиком как причинителем этого вреда.

После уточнения исковых требований, ссылаясь на результаты проведённой по делу судебной экспертизы, определившей размер причинённого истцу ущерба в размере 1 032 000 руб., истец просила взыскать с ответчика указанную сумму, компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., убытки в виде расходов на транспортировку аварийного автомобиля в размере 14 000 руб., судебные расходы в сумме 38994 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами с момента принятия судебного акта и до момента фактического исполнения обязательства по выплате денежных средств (л.д. 177-179, т.1).

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 просила удовлетворить исковые требования. Представитель ответчика ФИО3 (доверенность от 01.10.2024, л.д. 103, т.1) их не признал. Ответчик ФИО2, представители третьих лиц Межмуниципального отдела МВД России «Комсомольский», Публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» в суд не явились.

Решением Московского районного суда города Чебоксары от 20 января 2026 года исковые требования о возмещении материального ущерба, взыскании убытков, процентов и судебных расходов удовлетворены в полном объёме, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 руб. (л.д. 132-140, т.2).

В апелляционной жалобе представитель ответчика просит отменить судебное постановление, настаивая на том, что правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имелось. По мнению автора жалобы, доводы ответчика о том, что спорное ДТП произошло, в том числе, по вине истца, подтверждённые заключением судебной экспертизы и имеющимся в деле фотоматериалом, надлежащей правовой оценки суда первой инстанции не получили.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 (доверенность от 01.10.2024, л.д. 152-153, т.2) просил удовлетворить апелляционную жалобу. Истец ФИО1 и её представитель ФИО5 (по устному ходатайству) просили оставить решение суда первой инстанции без изменений. Остальные участвующие в деле лица в суд апелляционной инстанции не явились.

Признав возможным рассмотрение дела при имеющейся явке на основании ч.3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность принятого по делу судебного решения в соответствии с ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и поступивших возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 10 марта 2024 года, около 9 часов 10 минут, на проезжей части участка дороги «118 км.+ 840м.» автодороги «Калинино-Батырево-Яльчики», произошло столкновение транспортных средств «Hyunday Creta» ГРЗ. № под управлением ФИО2 и «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. № под управлением ФИО1

После ДТП ФИО1 была доставлена в медицинское учреждение с диагнозом «ушиб мягких тканей головы», где в последующем от дальнейшей госпитализации отказалась.

По обстоятельствам ДТП постановлением должностного лица МВД России «Комсомольский» от 9 апреля 2024 года ФИО2 привлечена к административной ответственности по ч.1 ст.12.15 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации за нарушение требований п.п. 1.3, 1.5, 9.1, 9.4, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (л.д. 12, т.1).

Из содержания постановления видно, что ФИО2 при управлении автомобилем «Hyunday Creta» ГРЗ. № допустила выезд на полосу встречного движения, где совершила столкновение со встречным автомобилем «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. №.

Вступившим в законную силу решением судьи Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 28.05.2024 постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 от 9 апреля 2024 года оставлено без изменения, жалоба ФИО2 – без удовлетворения (л.д. 64-71, 108-113, т.1).

На дату ДТП гражданская ответственность ФИО2 по договору ОСАГО не была застрахована, истец ФИО1 являлась собственником транспортного средства «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. № (л.д. 9-11, 125, т.1), её ответственность по договору ОСАГО была застрахована в Публичном акционерном обществе Страховая компания «Росгосстрах».

Уточнённые исковые требования ФИО1 обосновала тем, что вследствие ДТП от 10 марта 2024 года наступила полная гибель транспортного средства «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. № и размер материального ущерба, причинённого ей вследствие вышеназванного ДТП, определяется в виде рыночной стоимости автомобиля до ДТП за вычетом стоимости его годных остатков. Заключением судебной экспертизы № от 05.06.2025, выполненной на основании определения районного суда от 26 февраля 2025 года (л.д. 139-141, т.1) Федеральным бюджетным учреждением «Чувашская лаборатория судебной экспертизы» Минюста России, рыночная стоимость автомобиля «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. № в доаварийном состоянии на дату проведения исследования определена в размере 1294900 руб., стоимость его годных остатков после ДТП – в 262 900 руб. В связи с этим, истец просила взыскать с ответчика в счёт возмещения материального ущерба 1032000 руб. (1294900-262900).

По ходатайству ответчика определением районного суда от 12 сентября 2025 года по делу также была назначена судебная автотехническая экспертиза и её проведение поручено Автономной некоммерческой организации «Лаборатория Судэкс» (л.д. 35-38, т.2).

Согласно выводам эксперта из заключения судебной экспертизы № от 24.11.2025, в условиях ДТП автомобиль «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. № двигался по нерегулируемому перекрёстку по главной дороге, которая на перекрестке меняла направление влево, автомобиль «Hyunday Creta» ГРЗ. № - по тому же перекрёстку прямолинейно в направлении второстепенной дороги, в процессе движения траектории движения автомобилей пересеклись, и произошло их столкновение. Чтобы продолжить путь прямо, водителю автомобиля «Hyunday Creta» следовало уступить дорогу автомобилю «Volkswagen Tiguan», приближающемуся справа. Действия водителя автомобиля «Hyunday Creta» не соответствовали требованиям п. 13.11. Правил дорожного движения Российской Федерации, который обязывает предоставить приоритетное право на движение автомобилю, приближающемуся справа. Однако, требование уступить дорогу не обозначает конкретного места, где должно остановиться транспортное средство, а также перечень действий (снизить скорость, остановить автомобиль) для предоставления приоритета. Действия водителя автомобиля «Volkswagen Tiguan», не соответствующие требованиям п.п. 1.5., 10.1. Правил дорожного движения, находятся в причинной связи с имевшим место ДТП.

Соударение транспортных средств (место столкновения) происходило на правой дальней (относительно движения автомобиля «Volkswagen Tiguan») проезжей части перекрестка на расстоянии (в продольном плане) примерно 25 м. от дальней границы перекрестка и на расстоянии около 2,5 м. от правого края.

В момент удара автомобиль «Hyundai Creta» двигался большей частью кузова по левой ближней стороне перекрестка в направлении, близком к прямолинейному (возможно с малым смещением влево). Автомобиль «Volkswagen Tiguan» до момента удара двигался по левой дальней стороне перекрестка по дугообразной траектории влево (автомобиль «резал» поворот) и непосредственно перед ударом менял направление движения вправо.

В процессе соударения автомобилей на начальной стадии происходило взаимное внедрение, смятие, деформация, разрушение конструкций обоих транспортных средств, движение автомобилей было частично заблокировано, но они обладали ещё некоторой энергией движения. Далее, после разрушения передней стороны автомобиль «Volkswagen Tiguan», обладая энергией движения, с незначительным разворотом по ходу часовой стрелки продолжил перемещаться по ходу своего движения и вправо до места конечного положения, где был зафиксирован на схеме. Автомобиль «Hyundai Creta» после соударения транспортных средств с незначительным разворотом задней частью влево стал перемещаться в обратном направлении и влево до места конечного положения.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, приведённой постановлении от 10 марта 2017 года №6-П, пришёл к выводу о том, что спорное ДТП произошло в результате несоблюдения ответчиком при управлении автомобилем «Hyundai Creta» п.п. 1.3, 1.4, 1.5., 8.1.,9.1., 10.1., 13.11 Правил дорожного движения Российской Федерации, доводы ответчика о вине истца в произошедшем столкновении автомобилей суд признал несостоятельными.

При этом, суд первой инстанции исходил из того, что судебные постановления в деле об административном правонарушении, установившие вину ФИО2 в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекших столкновение с транспортным средством истца, в силу ч.4 ст. 61 ГПК РФ, являются обязательными для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях ответчика. Из них следует, что спорное ДТП произошло на полосе движения автомобиля «Volkswagen Tiguan», являющейся встречной полосой для транспортного средства «Hyundai Creta».

Суд отметил, что указанные обстоятельства также нашли своё отражение в схеме ДТП. Доводы ФИО2 о несоответствии схемы ДТП обстоятельствам столкновения автомобилей были отвергнуты при рассмотрении дела об административном правонарушении как необоснованные.

Суд указал, что согласно схеме ДТП, обломанные части автомобилей, части передних бамперов, стёкла разбитых фонарей на схеме ДТП обозначены непосредственно перед автомобилями, при этом автомобиль «Hyundai Creta» находится на обочине проезжей части, а автомобиль Volkswagen Tiguan» ближе к краю проезжей части по ходу своего движения, что опровергает доводы ответчика об ином месте столкновения транспортных средств. Автомобили после ДТП не перемещались, на фотографиях их расположение соответствует обстоятельствам ДТП. Протокол осмотра места ДТП, схема происшествия составлены непосредственно на месте ДТП и в них отсутствует альтернативное место столкновения, в том числе указанное ФИО2

Суд также пришёл к выводу о том, что экспертное заключение, выполненное АНО «Лаборатория Судэкс», подлежат оценке в совокупности с имеющимися доказательствами, которые опровергают выводы эксперта о причинной связи действий водителя автомобиля «Volkswagen Tiguan» с рассматриваемым ДТП.

Такие выводы районный суд обосновал тем, что приведённые в исследовательской части заключения суждения эксперта о месте ДТП на полосе движения автомобиля «Hyundai Creta» являются голословным, а сами выводы эксперта опровергаются объяснениями истца об обстоятельствах ДТП и материалами дела об административном правонарушении.

Взяв за основу заключение судебной экспертизы № от 05.06.2025, суд определил размер подлежащего возмещению ответчиком материального ущерба в виде разницы между стоимостью доаварийного автомобиля «Volkswagen Tiguan» ГРЗ. № (1 294 900 руб.) и стоимостью его годных остатков после ДТП (262900 руб.) согласно следующему расчету: 1 294900 руб. - 262900 руб. = 1 032000 руб.

Суд удовлетворил исковые требования о компенсации морального вреда частично, исходя из установленных по делу обстоятельств того, что водитель и пассажир автомобиля «Volkswagen Tiguan» после рассматриваемого ДТП обращались за медицинской помощью.

Руководствуясь ст. 395 ГК РФ, суд признал обоснованными исковые требования о взыскании процентов, также удовлетворил требования о взыскании убытков в соответствии с положениями ст. 15 ГК РФ и распределил судебные расходы в порядке ст. 98 ГПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В п.п. 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, подтвержденным исследованными в судебном заседании относимыми и допустимыми доказательствами, которым дана оценка по правилам ст. 67 ГПК РФ. Доводы апелляционной жалобы не влекут отмену решения суда в силу следующего.

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

В силу положений ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 Закона об ОСАГО, объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В соответствии с п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО в случае полной гибели транспортного средства страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет).

Размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае полной гибели имущества потерпевшего в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость; в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая (п. 18 ст. 12 Закона об ОСАГО).

В соответствии со с. 7 Федерального закона об ОСАГО, страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, составляет 400 000 руб.

В п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года №31 разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 ГК РФ).

В силу правовой позиции, указанной в абз. 2 п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31, если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков.

Из приведённых норм закона и разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации по их применению следует, что превышение стоимости ремонта над рыночной стоимостью транспортного средства влечёт иной способ исчисления убытков с учётом необходимости определения его годных остатков.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-11 указано, что в результате возмещения убытков в полном размере применительно к случаю причинения вреда транспортному средству потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы. если бы его право собственности не было нарушено.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу приведенных норм закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

Следовательно, для привлечения к имущественной ответственности необходимо установить факт причинения вреда, вину лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения этого лица и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Причинитель вреда считается виновным до тех пор, пока не докажет отсутствие своей вины.

При обращении с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, каждый из причинивших вред владельцев транспортных средств должен доказать отсутствие своей вины в ДТП, и вправе представлять доказательства наличия такой вины другой стороны.

В соответствии со ст. 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В соответствии с ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу положений ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 ГПК РФ).

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения на суде лежит обязанность оценить доказательства, определить, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Таким образом, оценка доказательств и отражение её результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные ст. 2 ГПК РФ. Правильное рассмотрение дела невозможно без определения обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора, а данные обстоятельства подлежат установлению на основании исследованных судом доказательств. Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Исходя из положений ст. 5, ч. 1 ст. 67, ч. 1 ст. 196 ГПК РФ, только суду принадлежит право оценки доказательств при принятии решения. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Материалы дела об административном правонарушении по факту ДТП, содержащие объяснения его участников, схема ДТП, составленная в целях определения места административного правонарушения, являются письменными доказательствами, подлежащими оценке наряду с другими доказательствами по делу.

Вопреки утверждению автора жалобы, представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы № от 24.11.2025, в соответствии с правилами ст. 67 ГПК РФ были исследованы районным судом и оценены с точки зрения их относимости, допустимости, достаточности и взаимосвязи.

В силу п. 1.5. Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее Правила дорожного движения), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 8.1 Правила дорожного движения при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

На любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева (п. 9.1(1) Правил).

Перекресток - это место пересечения, примыкания или разветвления дорог на одном уровне, ограниченное воображаемыми линиями, соединяющими соответственно противоположные, наиболее удаленные от центра перекрестка начала закруглений проезжих частей. Не считаются перекрестками выезды с прилегающих территорий (п.1.2 Правил).

На перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения (п. 13.9 Правил).

В случае, когда главная дорога на перекрестке меняет направление, водители, движущиеся по главной дороге, должны руководствоваться между собой правилами проезда перекрестков равнозначных дорог. Этими же правилами должны руководствоваться водители, движущиеся по второстепенным дорогам (п. 13.10 Правил).

На перекрестке равнозначных дорог, за исключением случая, предусмотренного пунктом 13.11(1) Правил, водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся справа. Этим же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев (п. 13.11. Правил).

В соответствии с приложением №1 к Правилам дорожного движения, дорожный знак 2.1 «Главная дорога» обозначает дорогу, на которой предоставлено право преимущественного проезда нерегулируемых перекрестков. Дорожный знак дополнительной информации 8.13. «Направление главной дороги» указывает направление главной дороги на перекрестке.

Согласно разъяснениям, сформулированным в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (п. 1.2 Правил дорожного движения).

Из схемы ДТП следует, что в направлении движения автомобиля ответчика при приближении к нерегулируемому перекрестку неравнозначных дорог был установлен дорожный знак «Главная дорога» и знак дополнительной информации «Направление главной дороги», указывающий направление главной дороги направо, в направлении движения автомобиля истца - дорожный знак «Главная дорога» и знак дополнительной информации «Направление главной дороги», указывающий направление главной дороги налево.

Из объяснений участников ДТП следует, что ответчик намеревалась проехать прямо для съезда на второстепенную дорогу, истец – двигаться по главной дороге, следовательно, ответчик преимуществом проезда перекрестка не обладала и должна была уступить дорогу транспортному средству под управлением истца.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В силу ст. 25 того же Федерального закона в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены содержание и результаты исследований с указанием примененных методов, оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью.

Таким образом, примененные экспертом методы и приемы должны быть описаны подробно, чтобы при необходимости можно было проверить правильность выводов эксперта, повторив исследование. Это означает, что из заключения эксперта должно быть понятно, как получены и на чём основываются сделанные экспертом выводы, и из заключения эксперта должна быть понятна примененная им методика, которая должна быть таковой, что, применив её, любой другой эксперт получил бы те же результаты, которые указаны в заключении эксперта.

Выводы экспертов в заключении судебной экспертизы № о том, что на рассматриваемом перекрестке работает правило «помехи справа», оговорённое п. 13.11. Правил дорожного движения, являются неверными, поскольку данное правило применимо к перекрестку равнозначных дорог, рассматриваемый перекресток является перекрестком неравнозначных дорог, о чем указывают сами эксперты в абз. 4 стр. 33 заключения.

В исследовательской части заключения эксперты указали, что «из установленных обстоятельств ДТП следует, что в условиях происшествия автомобиль ответчика в процессе движения по ближней части перекрестка по неустановленной причине выехал и двигался по середине проезжей части с частичным заездом на его левую сторону, предназначенную для встречного направления движения …», каких либо суждений о том, что автомобиль под управлением ответчика в последующем (до столкновения) менял направление движения, в заключении не содержится. Выводы экспертов о том, что водитель автомобиля «Volkswagen Tiguan» двигался по перекрестку по левой стороне проезжей части и непосредственно менял направление движения вправо на правую сторону перекрестка («резал поворот») являются субъективным мнением экспертов и не основаны ни на проведённых исследованиях, ни на изучении материалов, в которых отражена вещная обстановка после ДТП.

Изложенное свидетельствует о том, что приведённые суждения и выводы экспертов прямо противоречат их последующим выводам о несоблюдении водителем автомобиля «Volkswagen Tiguan» требований Правил дорожного движения о движении по своей (правой) стороне дороги.

Применённое экспертами без каких-либо обоснований допущение о месте столкновения автомобилей на расстоянии 2, 5 м. от края проезжей части в направлении движения автомобиля «Volkswagen Tiguan», при ширине проезжей части с последующим расширением с 6 м. до 6, 4 м. не только не исключает, а наоборот, подтверждает обстоятельства того, что автомобиль под управлением ответчика в момент столкновения оказался на полосе встречного движения (л.д. 71, т.2).

Судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о том, что имеющаяся в материалах дела схема ДТП объективно подтверждает столкновение транспортных средств на траектории движения автомобиля под управлением истца. Траектория движения автомобилей и место столкновения, зафиксированные на схеме ДТП, свидетельствуют о том, что автомобиль под управлением ответчика, находясь в зоне действия дорожного знака, устанавливающего очередность проезда перекрестков, продолжил движение и оказался на полосе встречного движения, по которой двигался автомобиль под управлением истца, обладающий правом на первоочередное движение в намеченном направлении. При таких обстоятельствах, правовых оснований брать за основу заключение автотехнической экспертизы судебной экспертизы № с выводами о виновности истца в произошедшем ДТП, у суда первой инстанции не имелось.

Вопреки доводам жалобы, свои выводы о виновности ответчика в спорном ДТП суд обосновал не заключением судебной экспертизы, а совокупностью доказательств по делу, в том числе объяснениями участников, схемой ДТП и принятыми по делу об административном правонарушении в отношении ответчика постановлениями судов, вступившими в законную силу.

Поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, суд установил правильно, представленные доказательства оценил в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, нормы материального права применил верно, нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, не допустил, оснований для отмены решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Московского районного суда города Чебоксары от 20 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО2 ФИО3 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) в течение трёх месяцев со дня составления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий Шумилов А.А.

Судьи: Вассияров А.В.

Димитриева Л.В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 апреля 2026 года.