Приговор № 1-129/2026 1-630/2025 от 3 марта 2026 г. по делу № 1-129/2026

№ (1-630/2025)

25RS0№-60


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

04 марта 2026 года <адрес>

Ленинский районный суд <адрес> края в составе:

председательствующего судьи Риттер Д.А.,

при секретаре судебного заседания Синюковой К.Ю.,

с участием государственных обвинителей Николаевой О.А., Диденко А.В.,

ФИО1,

подсудимого ААВ,

защитников – адвокатов Мамонова В.А., Юдичева А.М.,

подсудимого САМ,

защитника – адвоката Цой С.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

= ААВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, холостого<данные изъяты>

- под стражей по настоящему делу не содержащегося, мера пресечения не избиралась,

- обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.294, ч.2 ст.294 УК РФ,

= САМ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, <данные изъяты>

- под стражей по настоящему делу не содержащегося, мера пресечения не избиралась,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.294 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 14 час. 00 мин. до 16 час. 30 мин. у ААВ и САМ, находившимися в следственном кабинете № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, Партизанский проспект, <адрес>, являющимися наряду с пятью иными лицами, обвиняемыми в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.209, ч.4 ст.222, п.п.«ж,з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167, п.п.«а,б» ч.3 ст.163 УК РФ, которые были соединены в одно производство с уголовным делом №, возбужденным ДД.ММ.ГГГГ отделом по расследованию преступлений, совершаемых на территории отдела полиции № СУ УМВД России по <адрес>, по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, по факту умышленного уничтожения имущества САИ и повреждения имущества ИВА путем поджога, предварительное следствие по которому осуществлялось следователями следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес>, входившими в состав следственной группы, в том числе старшими следователями первого отдела по расследованию особо важных дел САБ, РСС, СДА, старшим следователем следственного отдела по <адрес>, прикомандированного к первому отделу по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета России по <адрес>, МКО, во время личного ознакомления в порядке ст.217 УПК РФ с томом № указанного уголовного дела, возник преступный умысел на вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность следователя, в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела, путем вскрытия конверта, упакованного и опечатанного надлежащим образом, с данными о свидетеле, сведения о котором сохранены в тайне для обеспечения безопасности свидетеля, по уголовному делу №. Реализуя указанный преступный умысел ААВ, действуя группой лиц по предварительному сговору, совместно и согласованно с обвиняемым САМ, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 14 час. 00 мин. до 16 час. 30 мин., находясь в следственном кабинете № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, действуя умышленно, из личной заинтересованности, желая узнать содержание отдельных материалов уголовного дела, с которыми он ознакомиться не вправе, содержащие данные о личности свидетеля под псевдонимом «<данные изъяты> сведения о котором сохранены в тайне, по уголовному делу № для обеспечения безопасности свидетеля ввиду дачи последним изобличающих показаний о противоправной деятельности ААВ и САМ, в силу привлечения ранее к уголовной ответственности и выполнения в прошлом требований ст.217 УПК РФ в качестве обвиняемого по иному уголовному делу, достоверно зная, что порядок ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела и процесс организации данного процессуального действия, в соответствии со ст.ст.38, 217 УПК РФ, определяется исключительно следователем, а также, что указанное действие повлечет необходимость восстановления указанного тома уголовного дела в установленном УПК РФ порядке, воспользовавшись тем, что следователи следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> МКО, САБ, РСС прошли с целью контроля хода выполнения требований ст.217 УПК РФ в другой следственный кабинет к иным обвиняемым по данному уголовному делу, будучи в следственном кабинете совместно с САМ, в отсутствие законных оснований и предусмотренных УПК РФ прав, используя неустановленный в ходе предварительного следствия предмет, обладающий режущими свойствами, полученный от САМ, тайно вскрыл конверт с данными о личности свидетеля под псевдонимом «<данные изъяты>», сведения о котором сохранены в тайне для обеспечения безопасности свидетеля, по уголовному делу №, расположенном в томе № на 181 листе уголовного дела.

Он же, ААВ, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13 час. 45 мин. до 15 час. 30 мин., реализуя ранее возникший преступный умысел, направленный на вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность следователя, в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела, находясь в следственном кабинете № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, являющимся наряду с пятью иными лицами, обвиняемыми в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.209, ч.4 ст.222, п.п.«ж,з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167, п.п.«а,б» ч.3 ст.163 УК РФ, которые были соединены в одно производство с уголовным делом №, возбужденным ДД.ММ.ГГГГ отделом по расследованию преступлений, совершаемых на территории отдела полиции № СУ УМВД России по <адрес>, по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, по факту умышленного уничтожения имущества САИ и повреждения имущества ИВА путем поджога, предварительное следствие по которому осуществлялось следователями следственного управления, входившими в состав следственной группы, в том числе старшими следователями первого отдела по расследованию особо важных дел САБ, РСС, СДА, старшим следователем следственного отдела по <адрес>, прикомандированного к первому отделу по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета России по <адрес>, МКО во время личного ознакомления в порядке ст.217 УПК РФ с томом № указанного уголовного дела, действуя умышленно, из личной заинтересованности, выразившейся в благоприятном для него разрешении уголовного дела, не предусмотренным законом способом, желая избежать уголовного наказания за инкриминируемые ему преступления, при этом, в силу ранее привлечения к уголовной ответственности и выполнения в прошлом требований ст.217 УПК РФ в качестве обвиняемого по иному уголовному делу, достоверно зная, что порядок ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела и процесс организации данного процессуального действия, в соответствии со ст.ст.38, 217 УПК РФ, определяется исключительно следователем, а также осознавая, что он, уничтожив часть материалов уголовного дела, существенно затруднит принятие следователем законного и обоснованного решения по нему, в том числе, лишит следователя возможности ознакомления с указанным томом в порядке ст.217 УПК РФ иных обвиняемых по уголовному делу № и их защитников, и повлечет необходимость восстановления указанного тома уголовного дела в установленном УПК РФ порядке, воспользовавшись тем, что следователь первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> СДА прошел с целью контроля хода выполнения требований ст.217 УПК РФ в другой следственный кабинет к иным обвиняемым по данному уголовному делу, будучи один в следственном кабинете, в отсутствие законных оснований и предусмотренных УПК РФ прав, беспрепятственно вырвал листы с постановлением о производстве выемки транспортного средства марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> года выпуска у свидетеля ААС, протоколом выемки данного транспортного средства и распиской о получении транспортного средства на ответственное хранение, содержащимися на листах 198, 199, 200, 201 и 202 тома № уголовного дела №.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ААВ виновным себя в инкриминируемых ему в вину преступлениях не признал, считает, что предъявленное обвинение незаконно и необоснованно, изложенные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого события не подтверждаются материалами уголовного дела. Он является обвиняемым по уголовному делу, которое в настоящий момент находится в производстве <адрес>вого суда, ранее до ДД.ММ.ГГГГ года данное уголовное дело находилось в производстве первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по <адрес>. В настоящее время он содержится под стражей. В период нахождения данного уголовного дела в первом отделе по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по <адрес> оно находилось в производстве следственных групп, в том числе в последний год в производстве следователя КЕА. В ДД.ММ.ГГГГ года по данному уголовному делу он и остальные обвиняемые были незаконно уведомлены об окончании предварительного следствия, после чего им были представлены для ознакомления материалы уголовного дела, при этом объем дела составлял более 30 томов. Ознакомление проводилось с перерывами, так как следственный орган, хоть и уведомил их об окончании предварительного следствия, само уголовное дело не сформировал, дополнял его материалами, производил следственные и процессуальные действия и давал им знакомиться не со всеми томами дела, в том числе по их желанию, и лишь с теми, которые к тому моменту были готовы и сшиты. ДД.ММ.ГГГГ в послеобеденное время он находился в следственном кабинете СИЗО, куда был выведен сотрудником изолятора для организации ознакомления с материалами уголовного дела. В вышеуказанный кабинет также был выведен обвиняемый по этому же делу САМ для ознакомления с материалами уголовного дела. Следственный кабинет, в котором они находились, разделен решеткой на две части, при этом САМ завели за решетку кабинета, а он остался в другой половине, не отгороженной от входа в кабинет решеткой. С обеих сторон решетки имеются столы и стулья, в связи с чем каждый из них расположился на стуле и приступил к изучению материалов уголовного дела, которые им были представлены следователем. Следователь передал каждому из них по 1 тому уголовного дела, пояснив при этом: «Знакомьтесь», кто именно был в тот момент из следователей, он в настоящий момент не помнит, поскольку они постоянно менялись. Никакого разъяснения о том, что в томах имеются какие-либо конверты либо документы, с которыми нельзя знакомиться, либо порядок ознакомления с которыми иной, он не разъяснял. Наоборот, фразу следователя - «знакомьтесь» он воспринял как руководство к действию, думая, что может ознакомиться с томом уголовного дела в полном объеме. Указал, что изначально, когда его только уведомили об окончании предварительного следствия, ему было пояснено, что в последующем он может ознакомиться со всеми материалами уголовного дела и вещественными доказательствами, при этом следователь ему порядок ознакомления с делом и вещественными доказательствами не разъяснял, пояснив лишь, что следователь сам определит, как, когда и каким образом он будет знакомиться с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами. В последующем ему неоднократно предоставляли для ознакомления как непосредственно тома уголовного дела, так и вещественные доказательства, с которыми он имел право знакомиться, ни о каких ограничениях ему никто не говорил. ДД.ММ.ГГГГ он, находясь в следственном кабинете, приступил к ознакомлению с томом уголовного дела №, при этом САМ сидел по другую сторону решетки и знакомился с другим томом уголовного дела. Получив том №, он стал знакомиться с ним, постепенно переворачивая листы, при этом в ходе ознакомления с материалами уголовного дела он и САМ периодически переговаривались на различные темы, как бытовые, так и связанные с содержанием уголовного дела, так как ни он, ни САМ вину в инкриминируемых им деяниях не признали. Когда он просматривал видеозаписи из следственной камеры, то увидел, что САМ протягивает руку и передает ему что-то, в связи с тем, что прошло много времени он уже этого момента не помнит, однако, после просмотра видеозаписи он вспомнил, что тот по его просьбе передал ему скрепку, так как он его сам об этом попросил, пояснив, что ему нужно скрепить этой скрепкой листы материалов уголовного дела. В ответ на его просьбу САМ ответил согласием и передал ему скрепку, которую он использовал как закладку, чтобы не потерять место, до которого им данный том дела был изучен, при этом он ни о каком вскрытии конверта на тот момент не думал, и уж тем более не говорил об этом САМ. Он продолжил ознакомление с материалами уголовного дела и обнаружил, что в томе дела на одной из страниц прикреплен конверт с надписью «сведения о личности свидетеля <данные изъяты>», при этом, никаких иных записей на конверте не имелось, в том числе не имелось никаких записей о том, что вскрывать данный конверт запрещено либо недопустимо, что сведения, которые в нем содержатся, не подлежат разглашению, то есть ни одного запрета на вскрытие конверта не было указано на самом конверте либо озвучено следователем при предоставлении тома уголовного дела для ознакомления, ввиду чего он сделал вывод о том, что данный конверт предоставлен ему для ознакомления в составе предоставленного для ознакомления тома уголовного дела. Он аккуратно вскрыл конверт и ознакомился с имеющимся там документом, из которого следовало, что свидетелем по имени <данные изъяты>» является БСА, данное обстоятельство его не удивило, так как на это он обратил внимание еще при ознакомлении с материалами уголовного дела, между показаниями свидетеля «Маргарет» и свидетеля БСА имеется схожесть, указывающая на то, что это один и тот же человек. Он думал, что его засекретили лишь на время следствия, чтобы избежать воздействия на него в период предварительного следствия, а в последующем при ознакомлении с материалами уголовного дела, когда он даст показания и на него не будет необходимости оказывать давление, с его личностью можно ознакомиться в полном объеме. Лично он на него и не собирался оказывать давления, так как нет в этом смыла, считая, что его показания в большей их части являются выдумкой, возможно, он обижен, поэтому и оговаривает его. С момента его ознакомления со сведениями о личности свидетеля «<данные изъяты>» прошло уже очень много времени, более одного года, но на него никто никакого давления не оказывал, тот претензий не высказывал, поэтому никакого воспрепятствования правосудию нет. Полагает, что была провокация со стороны следственного органа, - конверт в материалах уголовного дела, на котором не было никаких запретов на ознакомление, и про который ему ничего не сказали, после чего, когда он ознакомился с ним, стали указывать, что этого делать нельзя было, а почему, никто не объяснил. После ознакомления с данными свидетеля <данные изъяты> он вернул документы на место, в конверт, и продолжил знакомиться с материалами уголовного дела, никаких действий, направленных на воспрепятствование правосудию, им не совершалось. Считает, что в его действиях в данном случае отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.2 ст.294 УК РФ, так как он ознакомился со сведениями о личности свидетеля «<данные изъяты> содержащимися в конверте, не с целью воспрепятствования расследованию дела, а по причине того, что следователь предоставил ему этот конверт в материалах дела и не сказал, что с ним знакомиться нельзя, никаких действий им не принималось для воспрепятствования расследованию дела, о чем также свидетельствует тот факт, что свидетель <данные изъяты>» никаких жалоб на оказание на него воздействия или иного принуждения не высказывал. Более того, само постановление о привлечении его в качестве обвиняемого и обвинительное заключение не содержат конкретного описания действия, являющегося воспрепятствованием производству предварительного следствия или указывающее на наличие у него такого умысла. ДД.ММ.ГГГГ он также в послеобеденное время находился в следственном кабинете следственного изолятора, однако в этот раз он находился в данном кабинете один, сидел за ограждающей решеткой. Следователь предоставил ему том уголовного дела, он сидел за столом и знакомился с ним. На столе у решетки стоял его рюкзак с личными вещами. Следователь должен был контролировать его ознакомление, но он то стоял в проходе, то выбегал, то возвращался в кабинет. Он никаких страниц в томе № не вырывал, никаких мер к уничтожению страниц тома дела не предпринимал, что также подтверждается имеющейся в деле видеозаписью, просмотренной в ходе судебного следствия. На видеозаписи видно, как он уронил на пол бумажку, но это лишь салфетка, на видеозаписи видно по объему бумаги. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинении указано на то, что им вырваны 5 страниц бумаги формата А4, но на видео видно, что он уронил салфетку, сверток из 5 листов формата А4 будет значительно больше по объему. Это указывает на то, что следственный орган пытается ему безосновательно и бездоказательно вменить то, чего он не делал. Обратил внимание, что из постановления о привлечении его в качестве обвиняемого следует, что он, якобы, принял меры к вырыванию 5 страниц из тома №, однако, данный факт ими обнаружен лишь ДД.ММ.ГГГГ, при этом допрошенные в качестве свидетелей – следователи, сами подтверждают, что уголовное дело хранилось не в сейфе, а в служебном кабинете, который к тому же являлся проходным, то есть к материалам уголовного дела имелся свободный доступ. В этот период тома уголовного дела получали от КЕА различные следователи, входившие в состав следственной группы, потом ей сдавали тома, и никто в указанный период времени материалы дела на целостность не проверял. Таким образом, имелась масса возможностей для вырывания листов дела посторонними людьми или лицами из числа следователей, однако, виноват он, вместе с тем доказательств его вины материалы дела не содержат. Напротив, как ему пояснил следователь, вырванные листы содержали документы, касающиеся ареста и последующего возвращения его супруге АА ее автомобиля, которые никак не затрагивали вопросы доказательств его вины в совершении преступлений по уголовному делу. Уничтожение вышеуказанных документов, касающихся изъятия и последующего возвращения его супруге автомобиля не препятствуют расследованию дела, в связи с чем не образуют состава преступления. Он не совершал никаких преступлений, не пытался воспрепятствовать осуществлению предварительного расследования, полагает, что его доводы подтверждаются материалами уголовного дела и результатами судебного следствия, в ходе которого установлено отсутствие доказательств его вины в совершении данных преступлений.

Указал, что перед тем, как вывести его в следственный кабинет, его обыскивали, ничего запрещенного при нем не было.

Пояснил, что конверт, который уже был надорван, он вскрыл острой частью ручки, чтобы ему было удобнее, он просто его дальше надорвал и посмотрел содержимое конверта.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый САМ виновным себя в инкриминируемом ему в вину преступлении не признал, по обстоятельства дела пояснил, что ААВ не предлагал ему каким-либо образом воспрепятствовать предварительному следствию, не говорил о том, что он в материалах дела обнаружил какой-то конверт, не предлагал его вскрывать.

Указал, что в какой-то момент, когда именно, он не помнит, ААВ сообщил ему, что ему известны данные о личности <данные изъяты>», что это Б которого он видел в Следственном комитете. Узнав, о том, что «<данные изъяты>» это Б, им либо ААВ каких-либо действий, чтобы с ним связаться, не предпринималось.

Пояснял, что следователь при ознакомлении с материалами уголовного дела никаких положений закона, как нужно знакомиться с материалами дела, что можно, что нельзя, ему не разъяснял, просто передал уголовное дело для ознакомлениия, без пояснений.

Ознакомление с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ происходило ДД.ММ.ГГГГ совместно с ААВ.

Предварительного сговора у него с ААВ не было.

Не оспаривал факт того, что он передал ААВ скрепку.

Несмотря на избранную подсудимыми ААВ, САМ позицию защиты в части отношения к содеянному, их виновность, по мнению суда, нашла свое подтверждение в полном объеме совокупностью доказательств, исследованными в суде, а именно, показаниями свидетелей, данными ими в ходе судебного следствия, а также исследованными в судебном заседании, в порядке ст.285 УПК РФ, материалами дела.

По преступлению, совершенному ДД.ММ.ГГГГ, вина подсудимых ААВ, САМ подтверждается следующими доказательствами.

Так, из показаний свидетеля КЕА, данными ею в ходе судебного следствия, следует, что она является ст.следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по <адрес>. По обстоятельствам дела пояснила, что в ее производстве находилось уголовное дело в отношении ряда лиц, в том числе в отношении САМ и ААВ. С ДД.ММ.ГГГГ года по уголовному делу проводилось выполнение требований ст.217 УПК РФ, ознакомление обвиняемых с материалами уголовного дела. В ДД.ММ.ГГГГ года она приступила к составлению обвинительного заключения по данному уголовному делу, поскольку стадия ст.217 УПК РФ шла уже к завершению. Она решила заранее составить обвинительное заключение. Когда она обратилась к тому №, чтобы внести в обвинительное заключение показания засекреченного свидетеля «Маргарет», она обратила внимание, что конверт с данными свидетеля был вскрыт. Изначально конверт был полностью обмотан скотчем, запечатан, чтобы не было возможности его разорвать и получить доступ к содержимому, но он был с одной стороны разрезан, это был даже не разрез, а когда что-то очень резко рвут. Это было не лезвие, а что-то по типу скрепки, которой несколькими движениями можно было целостность конверта нарушить и достать сведения. Она посмотрела, когда и кому предъявлялся данный том для ознакомления, этот том был предъявлен ААВ, дату точную не помнит, время уже прошло. После она решила проверить и другие тома уголовного дела, которые им предъявлялись. В томе № были вырваны листы дела, касающиеся выемки автомобиля бывшей жены ААВ. Заранее до этого она делала сканы всех томов уголовного дела, поскольку это облегчает работу, в том числе нужно направить защитникам, чтобы они могли изучать тома уголовного дела, не приходя к следователю. Такая была договоренность. Она открыла сканы тома №, посмотрела, каких конкретно документов не было, установила, что не было документов, касающихся выемки автомобиля; в томе № было видно, что конверт не был вскрыт. Насколько она помнит, ДД.ММ.ГГГГ она адвокатам направляла эти сканы материалов уголовного дела и там все листы были в наличии. В связи с этим, она сделала запрос в ГУФСИН, то есть по графику она посмотрела, в какие даты они знакомились, и сделала запрос на камеры видеонаблюдения, чтобы посмотреть. Пришли видеозаписи, она их посмотрела, и на видеозаписи было видно, как ААВ и САМ совместно сидят в камере и вскрывают конверт, на другой видеозаписи за другой день было видно, как ААВ вытягивает листы, он был в шортах, и, скомкав листы, засунул их под шорты. После этого был составлен рапорт об обнаружении признаков преступления, зарегистрированный в КРСП. Указала, что была создана следственная группа, и, когда произошли указанные события, с материалами уголовного дела их знакомил следователь МКО, были и другие следователи, но они были, потому что они еще знакомили обвиняемых по другим уголовным делам. В томе № в графике ознакомления указан следователь МКО, в томе № - следователь СДА, она с материалами уголовного дела ААВ и САМ не знакомила в эти дни. События произошли в следственном кабинете ФКУ СИЗО-1.

Пояснила, что, когда ААВ знакомился с томом №, они находились совместно с САМ в одной камере, одного посадили за решетку, другого с противоположной стороны, почему так было сделано, она ответить не смогла, этот процесс она не контролировала. Иногда, когда нужно ознакомить больше людей, через согласование с начальником ФКУ СИЗО-1 можно этот вопрос решить и их действительно могут вывести в одну камеру.

Указала, что в день, когда был вскрыт конверт, при просмотре видеозаписи, было обнаружено, что САМ передал ААВ предмет, который он взял, и этим предметом вскрывал конверт, если кто-то заходил, он закрывал страницу. Предмет она не видела, отметив, что было видно, что что-то завернуто, то ли в бумагу, то ли во что, развернулось, передалось. Она предполагает, что этот предмет был типа скрепки, смотрит по конверту, то есть если будет лезвие, то будет ровный разрыв, а здесь был другой. ААВ вскрывал конверт. Также по видеозаписи видно было, что листы достаются из конверта, а после обратно в конверт. Во втором случае было видно, что ААВ находился в следственном кабинете за решеткой, делая вид, что читает, постепенно вытягивал листы дела.

Уголовные дела были прошиты и пронумерованы.

Следователи при ознакомлении с материалами уголовного дела могли не только в самом помещении находиться, но и рядом, главное, чтобы они были визуально видны ему и то, что они делают. В то время они знакомили нескольких обвиняемых по нескольким уголовным делам, следователи могли меняться и пойти к другим обвиняемым, то есть, если там и были моменты, когда их оставляли, но это было незначительное время, на длительное время их никто никогда не оставляет.

Уголовное дело на ознакомление она передавала следователям сама, они ходили, знакомили их и возвращали дело. Уголовное дело хранилось у нее в кабинете в шкафу, кроме нее доступ к этому шкафу и к кабинету никто не имеет, несмотря на то, что он проходной.

Пояснила, что, когда она знакомила с материалами уголовного дела, она лично ничего не разъясняла, УПК это не предусмотрено. Но до этого события было другое событие – они знакомились с вещественными доказательствами, часть которых хранилась в уголовном деле в конвертах, и эти конверты им вскрывала лично она и показывала вещественные доказательства. Они обратились к ней, указав, что хотят ознакомиться с вещественными доказательствами, она вскрыла им конверт, они посмотрели видеозаписи и другие вещественные доказательства, которые также хранились в конвертах в уголовном деле, после они все были опечатаны, заверены подписью, то есть САМ и ААВ знали процедуру ознакомления с конвертами, которые хранятся в деле.

Пояснила, что в состав следственной группы входил весь первый отдел.

Указала, что конверт с данными о личности засекреченного свидетеля опечатывается и хранится при уголовном деле. Законом не регламентирован порядок хранения данных конвертов.

Указала, что в течение недели после ознакомления с материалами уголовного дела выявились данные события.

Запрос в ГУФСИН на предоставление видеозаписей осуществлялся в рамках уголовного дела с номером № на конце в отношении всех семерых обвиняемых. Диск с видеозаписями был опечатан, на нем стояла печать ГУФСИН. Осмотр диска проводился в рамках зарегистрированного рапорта и в рамках КРСП по материалу.

Из показаний свидетеля МОК, данными им в ходе судебного следствия, следует, что он является следователем следственного отдела по <адрес> СУ СК России по <адрес>. По обстоятельствам дела пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ года он был прикомандирован в следственное управление, а именно, к первому отделу по расследованию особо важных дел, где расследовалось уголовное дело по обвинению ЮОВ., ЯЕА, ТАЮ, САМ, ААВ и иных обвиняемых. По данному уголовному делу он входил в состав следственной группы. Данное уголовное дело изначально было возбуждено по ч.2 ст.167 УК РФ, по поджогу транспортного средства потерпевшей САИ, после уже соединилось в одно производство по уголовному делу то ли по похищению, то ли по убийству, точно не помнит. При расследовании данного уголовного дела после выполнения требований ст.ст.215-216 УПК РФ он знакомил обвиняемых с материалами уголовного дела, период времени точно не помнит, в ДД.ММ.ГГГГ году. Знакомил, в том числе подсудимых САМ, ААВ с материалами уголовного дела. Ознакомление происходило как в здании следственного управления при возможности их вывоза, так и в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по ПК по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, в следственных кабинетах. Пояснил, что он знакомил в следственных кабинетах. Периодически, так как у них было один-два следователя, поскольку он был прикомандирован и состоял в составе следственной группы, он знакомил большое количество обвиняемых. Помимо обвиняемых по данному уголовному делу, он еще знакомил параллельно других, у него в среднем было четыре-пять обвиняемых, которых он разом знакомил с материалами уголовного дела. Разом за всеми следить он не мог, поместить всех в один следственный кабинет также он не мог, в связи с этим он приходил в следственный кабинет, предоставлял тома обвиняемым и ходил между кабинетами, смотрел, кто, как знакомится, к каждым из обвиняемых. Указал, что в октябре, наверное, ДД.ММ.ГГГГ года, в следственном кабинете № или № ФКУ СИЗО-1 он знакомил САМ и ААВ с материалами уголовного дела, предоставив им тома. После ознакомления он забрал тома, отнес их в следственное управление. Спустя две недели было установлено, что в томах, с которыми он их знакомил, отсутствовали листы, находившиеся в томах уголовного дела. Уточнил, что перед тем, как ознакомить с материалами уголовного дела, он лично проверял наличие листов в томах, с делом все было в порядке. В этот день, когда он знакомил САМ и ААВ с материалами уголовного дела, он предоставил ААВ и САМ по одному тому, каждому. Он знакомил их в одном кабинете, САМ находился в следственном кабинете за отсекающей решеткой, а ААВ сидел на месте, где обычно сидит следователь или адвокат. Адвокат при ознакомлении не присутствовал. В тот день он был со ст.следователем первого отдела по расследованию особо важных дел САБ, он с ним периодически менялся. С ААВ и САМ находился либо он, либо САБ, иных сотрудников не было. Период времени ознакомления САМ и ААВ в тот день он не помнит. Указал, что в ходе выполнения ст.217 УПК РФ, он говорил, что вырывать, поджигать, есть листы нельзя, потому что за это есть уголовная ответственность. Он им это разъяснял. Он говорил, что есть ст.294 УК РФ. При проверке уголовного дела, после ознакомления с материалами уголовного дела в конце ДД.ММ.ГГГГ года, в следственном управлении ст.следователем первого отдела КЕА при проверке листов и составления описи на него обнаружено отсутствие пары листов дела по автомобилю, номер тома не помнит. В ходе ознакомления с графиком ознакомления с этими томами знакомились только САМ и ААВ, также был вскрыт конверт с анкетными данными одного засекреченного свидетеля. Ст.следователь КЕА ходила с запросом в ФКУ СИЗО-1, получила видеозапись с камер видеонаблюдения, при просмотре которой было обнаружено, кем вскрылся конверт. Пояснил, что в каждом следственном кабинете имеются камеры видеонаблюдения, также есть в коридоре следственных кабинетах. В ходе осмотра предметов ему предоставляли эту видеозапись, при осмотре которой установлено вскрытие конверта с засекреченным свидетелем. Он помнит, что он зашел, передал тома, заходил периодически, потом сидел в этом кабинете ст.следователь САБ, они периодически выходили. На видеозаписи было видно, что в какой-то момент САМ передал какое-то лезвие, то ли у ААВ было лезвие, потому что конверт был аккуратно разрезан, он полагает, что это было лезвие, после вскрылся конверт, достались листы, посмотрелись анкетные данные засекреченного свидетеля и обратно вставились. Конверт вскрыт был ААВ. После был документ по автомобилю, он точно не помнит, как все произошло, то ли сам ААВ их вырвал, но про засекреченного свидетеля помнит, что САМ, когда кто-то заходил, предупреждал, он передал ему лезвие, ААВ вскрыл конверт, достал, посмотрел анкетные данные и в конверт обратно вставил. После просмотра видеозаписи был составлен рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного статьей 294 УК РФ.

Указал, что он уведомляет об окончании следственных действий, протоколом он разъясняет порядок ознакомления с материалами уголовного дела. Порядок ознакомления с материалами уголовного дела фиксируется в графике ознакомления, в уведомлении об окончании следственных действий фиксируется то, что окончены следственные действия, и обвиняемые могут знакомиться с материалами уголовного дела. Указана ст.217 УПК РФ, в которой указано, что обвиняемый может делать с материалами уголовного дела: копировать за свой счет материалы уголовного дела, смотреть все вещественные доказательства, при этом еще и устно разъясняется ст.217 УПК РФ. Также ААВ и САМ говорилось, что вскрывать что-либо без следователя нельзя, ввиду того, что надо осмотреть и опечатать.

Указал, что вскрытие конверта и изъятие листов из материалов уголовного дела происходили в разные дни.

Пояснил, что протокол допроса засекреченного свидетеля и его анкетные данные в виде паспорта были прикреплены в конверте сразу после его допроса. Конверт хранился при материалах уголовного дела. Пояснил, что конверт с данными засекреченного свидетеля должен храниться при уголовном деле, он не хранится как вещественное доказательство. Следователь обязан обеспечить целостность, сохранность конверта, его вскрывать нельзя, поскольку в нем засекреченные данные свидетеля, разглашение этих данных может повлечь за собой уголовную ответственность.

Пояснил, что во время ознакомления ААВ и САМ он периодически покидал следственный кабинет на непродолжительное время, в среднем 5-10 минут, но все равно заходил и смотрел. В этот момент сохранность материалов уголовного дела никто не обеспечивал.

Решение о выводе в один следственный кабинет нескольких обвиняемых для ознакомления с материалами уголовного дела принимали сотрудники ФКУ СИЗО-1.

Уточнил, что он проверял тома на нумерацию и на присутствие всех листов, но то, что это засекреченный конверт в том томе, нет. При ознакомлении у него кто-то из них, либо САМ, либо ААВ, спрашивали, можно ли вскрыть этот конверт, он сказал, что его вскрывать нельзя, что этот конверт с засекреченными данными. Он также разъяснял им, что вырывать листы запрещено, за это может быть ответственность.

Указал, что все тома уголовного дела хранились у КЕА.

Из показаний свидетеля ЧНВ, данными им в ходе судебного следствия, следует, что с ДД.ММ.ГГГГ он является руководителем первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по <адрес>. По обстоятельствам дела пояснил, что в производстве у следователя первого отдела КЕА находилось уголовное дело по обвинению ААВ, САМ и иных лиц в совершении ряда преступлений со значительным количеством статей. При осуществлении текущего процессуального контроля им проверялось данное уголовное дело, в том числе перед началом выполнения требований ст.ст.216-217 УПК РФ, материалы уголовного дела были в прошитом, пронумерованном виде, все листы дела, все страницы были в наличии, пропусков не было, процессуальные документы шли один за одним. Впоследствии при выполнении требований ст.217 УПК РФ от следователя КЕА ему стало известно, что при ознакомлении САМ и ААВ с материалами уголовного дела ими были вырваны листы дела, из какого тома и сколько листов, он не помнит, примерно около 5 листов, протокол выемки, а также вскрыт конверт с данными свидетеля, сведения о котором сохранены в тайне. По данному поводу ею был подготовлен рапорт, который был зарегистрирован в КРСП, в последующем было возбуждено уголовное дело, в рамках которого она дала показания. Он сам лично мероприятия не проводил, но ему известно со слов КЕА, которая запросила видео из следственного изолятора, на котором был виден процесс вскрытия конверта и, возможно, вырывание листов, точно вспомнить не смог. Достоверно помнит, что видео было, он видел его наличие, но полностью детально просматривать его от начала и до конца он не располагал таким временем. Проверку в данной части они сами не проводили, ее проводил Ленинский следственный отдел, поэтому анализ данной видеозаписи – это уже их компетенция. Видеозапись изымалась на основании запроса в рамках основного уголовного дела по обвинению ААВ, САМ и других лиц. На тот момент следственные действия по уголовному делу были прекращены, но это не противоречило требованиям закона.

Указал, что порядок хранения сведений о лицах, данные о которых сохранены в тайне, уголовно-процессуальный кодекс не регламентирует, материалы хранятся при уголовном деле, в данном случае запечатанный конверт находился в материалах уголовного дела.

По порядку ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела пояснил, что обвиняемый, который находится в следственном изоляторе, находится у себя в камере. Приходит следователь в следственный изолятор, получает талон, предоставляет его в дежурную часть, дежурная часть выводит обвиняемого в следственный кабинет, и, соответственно, там следователь передает материалы уголовного дела обвиняемому, и он ознакамливается. УПК РФ не регламентирована обязанность следователя разъяснять положения иных статей, кроме ст.217 УПК РФ, вместе с тем, общий порядок ознакомления доводится, то есть следователь разъясняет, определяет, какие тома предоставляются, весь процесс ознакомления фиксируется графиком, но это общепринятое, а нормативным регулированием не предусмотрено, что перед каждым ознакомлением следователь бы разъяснял, что страницы нельзя вырывать, это вскрывать можно, это нельзя, то есть здесь ведется техническая работа.

Указал, что на тот период времени были массовые ознакомления, и то количество следователей явно не соответствовало количеству обвиняемых. По этой причине был организован вывод с соблюдением процессуальных прав обвиняемых на разумные сроки судопроизводства для ознакомления с материалами уголовного дела нескольких человек в один следственный кабинет. Был одновременный вывод по нескольким делам, следователь присутствовал в следственных кабинетах, просто периодически проходил, контролировал ознакомление. Следственные кабинеты следственного изолятора оборудованы решетками, соответственно, наличие либо отсутствие следователя в следственном кабинете не исключит возможности при желании обвиняемого уничтожить материалы уголовного дела. Обвиняемый, находящийся за решеткой, может спокойно, так как он читает материалы уголовного дела лично и держит их в руках, при наличии желания и умысла совершенно спокойно отойти в угол следственного кабинета и начать уничтожать материалы уголовного дела, пока следователь организовывает процесс предотвращения его преступных действий.

Из показаний свидетеля САБ, данными им в ходе судебного следствия, следует, что является ст.следователем первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по <адрес>. По обстоятельствам дела пояснил, что он был включен в состав следственной группы по уголовному делу, по которому обвиняемыми являются САМ, ААВ, ходил в следственный изолятор знакомить их с делом. В состав следственной группы входил весь первый отдел. Он знакомил САМ, ААВ ДД.ММ.ГГГГ года, как один ходил, так и в составе с другими следователями. Знакомили их в следственных кабинетах ФКУ СИЗО-1. Он предоставлял им тома дела, контролировал, проверял, знакомятся ли они с делом. Знакомил не один день. В тот момент САМ, ААВ совместно находились в следственном кабинете, знакомились с делом, почему их вместе посадили, он объяснить не смог, поскольку он не занимается выводом, это определяет ГУФСИН. Он их знакомил с делом, видел, что они сидят и читают, заходил – выходил, все, больше ничего не видел, чтобы они вскрывали конверты, вырывали листы, при нем не было такого. Уголовное дело было передано на ознакомление в сшитом и пронумерованном виде. МКО вел графики ознакомления с материалами уголовного дела. Ему известно, что было выявлено, что конверт с конфиденциальными данными свидетеля, вшитый в уголовное дело и находящийся при уголовном деле, был вскрыт. Указал, что имеются видеозаписи с моментом вскрытия конверта. Лично он порядок ознакомления с материалами уголовного дела не разъяснял.

Указал, что по поводу порядка хранения конверта с данными засекреченного свидетеля, его сохранности в УПК этот вопрос не регламентируется и не регулируется.

В каких томах пропали листы ему неизвестно.

Из показаний свидетеля РСС, данными им в ходе судебного следствия, следует, что он является заместителем руководителя следственного отдела по <адрес> СУ СК России по <адрес>. По обстоятельствам дела пояснил, что он был в следственной группе по уголовному делу, ходили и ознакамливали, даты не помнит, с материалами уголовного дела совместно с другими следователями, состоящими в первом отделе по расследованию особо важных дел. Они ознакамливали ААВ и САМ с материалами уголовного дела, в том числе с томами №№ и № Ему известно со слов КЕА, что в конце октября, когда точно не помнит, что был вскрыт конверт в одном из томов и что вырвали выемку из материалов дела, кто это сделал, ему неизвестно.

Из показаний свидетеля СДА, данными им в ходе судебного следствия, следует, что он является ст.следователем первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по <адрес>. По обстоятельствам дела пояснил, что они ознакамливали ААВ и САМ с материалами уголовного дела, номер дела не помнит, график ознакомления подписывал. Ознакомление происходило с начала ДД.ММ.ГГГГ года. Была следственная группа, в которую входили все следователи первого отдела, включая его, РСС, САБ, МКО, КЕА, в производстве которой непосредственно находилось данное уголовное дело. ДД.ММ.ГГГГ он передал ААВ материалы уголовного дела на ознакомление. Он находился непосредственно в следственном изоляторе ФКУ СИЗО-1, возможно мог отлучиться, но не на значительный срок, с ним в тот день находился следователь Манид. О том, что в томе № был вскрыт конверт с личными данными свидетеля под псевдонимом <данные изъяты>» и в томе № отсутствовали листы дела, он узнал после от коллег, где-то в апреле, данные события непосредственно он не видел, свидетелем не был. Он не проверял уголовное дело на соответствие листов, не проверял конверты.

Место происшествие – помещение следственного кабинета № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, осмотрено, о чем составлен соответствующий протокол от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе осмотра места происшествия ничего изъято не было (т.2 л.д.44-47).

Согласно протоколам осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в том числе с участием свидетелей МКО, САБ, с каждым, осмотрен DVD-R диск с видеозаписями ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

При просмотре видеозаписей от ДД.ММ.ГГГГ, содержащихся на диске, установлено, что на видеозаписях изображены ААВ и САМ, которые находятся в следственном кабинете:

- при просмотре видеозаписи с файлом под названием «Монитор №_№ продолжительностью видео 59 минут 59 секунд, установлено, что на записи имеется изображение следственного кабинета, в котором находятся ААВ и САМ, следователи МКО, САБ; в 00:39 видеозаписи в следственный кабинет вошел следователь и передал ААВ и САМ тома уголовного дела, после чего они приступили к ознакомлению с материалами уголовного дела; в 26:10 ААВ открыл страницу тома, где находился конверт свидетеля, сведения о котором находятся в тайне, и разговаривает с САМ; в 33:45 САМ открывает тетрадь, находящуюся при нем, и достает неустановленный предмет, в это время ААВ переворачивает страницу тома уголовного дела на лист с конвертом о личности свидетеля, сведения о котором находятся в тайне; в 34:05 ААВ берет от САМ неустановленный предмет и проводит им по левому краю конверта левой рукой, неоднократно, приподнимая конверт и переворачивая лист с конвертом, периодически общаясь с САМ; в 59:57 ААВ открывает страницу, где расположен конверт, и продолжает проводить неустановленным предметом по левому краю конверта;

- при просмотре видеозаписи с файлом под названием «Монитор №…» продолжительностью видео 59 минут 59 секунд, установлено, что на записи имеется изображение следственного кабинета, в котором находятся ААВ и САМ, следователи МКО, САБ; с самого начала видеозаписи ААВ продолжает проводить неустановленным предметом по левому краю конверта; в 03:00 в момент, когда вышел следователь из следственного кабинета, ААВ переворачивает листы тома на страницу с конвертом и достает из него лист с копией паспорта свидетеля; в 03:15 вскрывает его; в 14:50 ААВ переворачивает листы тома на страницу с конвертом и вкладывает в конверт документы о личности свидетеля обратно; в 24:59 ААВ переворачивает листы тома на страницу с конвертом и снова из конверта достает документы о личности свидетеля, разворачивает, изучает и вкладывает в конверт; в 27:04 ААВ, обсуждая что-то с САМ, вновь достает из конверта документ о личности свидетеля, раскрывает его, изучает и вкладывает обратно.

После осмотра видеозаписей, свидетель САБ, участвующий в осмотре диска, пояснил, что во время ознакомления ААВ и САМ он выходил из следственного кабинета на пару минут ввиду параллельного ознакомления других обвиняемых по уголовному делу, что также изображено на видеозаписях (т.1 л.д.12-18, т.2 л.д. 48-59, 60-71).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ с участием подозреваемого САМ, также осмотрен DVD-R диск с видеозаписями ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, при осмотре которого САМ пояснил, что на видеозаписи от ДД.ММ.ГГГГ изображен он, напротив него ААВ, также изображены следователи МКО, САБ, указал, что следователь САБ помещение следственного кабинета не покидал, стоял периодически в дверях, затем заходил в следственный кабинет обратно; в связи с тем, что прошло достаточное количество времени, он не помнит, чтобы он что-то доставал и передавал ААВ, последний у него ничего не просил, отметив, что ААВ самостоятельно изучал свой том, что конкретно тот делал и как, ему неизвестно, так как он изучал свой том уголовного дела (т.2 л.д.72-78).

Осмотренный диск признан вещественным доказательством и в данном качестве приобщен к материалам уголовного дела (т.2 л.д.79-80,81).

В ходе судебного следствия содержание DVD-R диска с видеозаписями исследован, установлено также о соответствии содержания протоколов осмотров от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ содержанию исследованных видеозаписей.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен том № уголовного дела №, при осмотре которого установлено, что в томе № на первом листе тома уголовного дела расположена опись материалов дела, всего 251 лист, на л.д.176-180 - протокол допроса свидетеля «Маргарет» от ДД.ММ.ГГГГ, на л.д.181 - конверт с надписью «в ходе ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемым САМ совместно с обвиняемым ААВ ДД.ММ.ГГГГ вскрыт конверт с данными засекреченного свидетеля, о чем ДД.ММ.ГГГГ в КРСП СУ СК РФ по ПК зарегистрирован рапорт…», конверт имеет повреждения целостности в виде разрывов бумаги по левому краю (т.2 л.д.98-106). Осмотренный том уголовного дела признан в качестве вещественного доказательства и в данном качестве приобщен к материалам уголовного дела (т.2 л.д.107-108).

Согласно копии журнала № учета вывода подозреваемых, обвиняемых и осужденных в следственные кабинеты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ААВ и САМ ДД.ММ.ГГГГ выводили в следственный кабинет №, где они находись в период времени с 14 час. 05 мин. до 16 час. 30 мин. (т.2 л.д.120-123).

Согласно копии журнала учета лиц, проходящих на режимную территорию учреждения ФКУ СИЗО-1, ДД.ММ.ГГГГ следователь МКО находился на территории учреждения в период времени с 09 час. 41 мин. до 11 час. 29 мин., а также с 13 час. 51 мин. до 16 час. 31 мин., следователь САБ – с 14 час. 00 мин. до 16 час. 00 мин., ДД.ММ.ГГГГ следователь СДА – с 13 час. 38 мин. до 14 час. 00 мин., следователь МКО – с 09 час. 06 мин. до 16 час. 30 мин., следователь РСС – с 09 час. 07 мин. до 11 час. 20 мин. (т.2 л.д.133-137), о прибытии указанных следователей также отражено в копии журнала учета прибытия (убытия) посетителей (т.2 л.д.138-140).

Таким образом, суд приходит к убеждению, что представленные доказательства, в соответствии с положениями ст.ст.87,88 УПК РФ, в их совокупности, которые полностью согласуются между собой по всем обстоятельствам дела, вопреки доводам стороны защиты, с достоверностью и достаточностью подтверждают вину ААВ, САМ в совершении инкриминируемого им деяния.

Оценивая показания свидетелей, суд расценивает их как достоверные, поскольку они согласуются между собой и с письменными доказательствами. Заинтересованности в исходе уголовного дела или в стремлении оговорить подсудимых не усматривается. Каждый из свидетелей дал показания о тех обстоятельствах, очевидцем которых он сам являлся. Каких-либо несоответствий в показаниях свидетелей, позволяющих поставить под сомнение их правдивость, на основании которых суд делает выводы о виновности подсудимых, не установлено.

Предварительное расследование, вопреки доводам стороны защиты, проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В материалах уголовного дела не содержится данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, вызывающих сомнения в виновности ААВ, САМ, и требующих толкования в их пользу, не имеется.

В действиях лиц, осуществляющих ознакомление ААВ и САМ с материалами уголовного дела №, признаков подстрекательства, склонения, побуждения в прямой или косвенной форме к совершению ими противоправных действий, что могло бы свидетельствовать о провокации, о чем указано стороной защиты, судом не усматривается.

Довод стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами запрос ст.следователя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по <адрес> КЕА в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> о предоставлении видеозаписей из следственных кабинетов, диск с видеозаписями, а также протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку они проведены с нарушением уголовно-процессуального закона, так как запрос о предоставлении видеозаписей с камер видеонаблюдения направлен в период ознакомления ААВ и САМ с материалами уголовного дела №, когда все следственные действия были окончены по уголовному делу, при этом ходатайств от участников об истребовании и дополнении к материалам уголовного дела видеозаписей из следственных кабинетов не имеется, что свидетельствует о том, что следователь по собственной инициативе, без наличия законных оснований дополнила материалы уголовного дела №, более того, отсутствует письмо, на основании которого были получены данные видеозаписи, отсутствуют документы законности их получения, сам диск ДД.ММ.ГГГГ осмотрен следователем без участия понятых, суд полагает несостоятельным.

Оптический диск с видеозаписями за ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ был получен с камер видеонаблюдения в следственных кабинетах ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> свидетелем – следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по <адрес> КЕА (т.1 л.д.137) при обнаружении ею вскрытия конверта с данными засекреченного свидетеля, после чего оптический диск с видеозаписями в ходе предварительного следствия был осмотрен, в том числе с участием свидетелей МКО, САБ, подозреваемого САМ (т.1 л.д.12-18, т.2 л.д. 48-59, 60-71, 72-78) и приобщен к материалам дела (т.2 л.д.79-81), нарушений при получении данного оптического диска судом не установлено, следователь, вопреки доводам стороны защиты, не восполнял уголовное дело № дополнительными материалами, не осуществлял в рамках данного дела какие-либо следственные действия, кроме того, нарушений закона при проведении осмотра диска по мотивам неучастия в нем понятых судом не установлено, поскольку участие понятых, исходя из положений ч.1.1 ст.170 УПК РФ, не требовалось, протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ содержит необходимые реквизиты и записи, ход выполняемых действий; зафиксированные на оптическом диске обстоятельства подробно изложены в протоколе его осмотра с приложением фототаблицы, порядок проведения следственного действия нарушен не был, сам диск с видеозаписями упакован и опечатан с соблюдением установленных законом требований, упаковка обеспечивала сохранность вещественного доказательства и исключала доступ к нему посторонних лиц.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия, которые могли бы повлечь признание судом какого-либо из доказательств недопустимым, допущено не было, поскольку вопреки доводам стороны защиты о незаконности действий по получению оптического диска с видеозаписями и его осмотра, процессуальные документы, протоколы следственных действий составлены в порядке и в соответствии с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законом, получены надлежащим должностным лицом компетентного органа при расследовании уголовного дела либо при проведении доследственной проверки. Видеофайлы, содержащиеся на оптическом диске, предоставленные в ходе доследственной проверки сообщения о преступлении, явились основанием для возбуждения настоящего уголовного дела, в дальнейшем в ходе предварительного следствия также были осмотрены, о чем составлены соответствующие протоколы, осмотр оптического диска, имеющего значение для уголовного дела, и признание его вещественным доказательством по делу произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

То, что уголовное дело возбуждено спустя длительное время, о чем указано стороной защиты, не свидетельствует о каких-либо нарушениях, допущенных в ходе следствия.

Суд убежден, что исследованные в судебном заседании письменные доказательства и положенные в основу приговора получены в соответствии с нормами УПК РФ, при этом их допустимость сомнений не вызывает, суд находит их достоверными, допустимыми и в совокупности достаточными, оснований для признания их недопустимыми и исключения из числа доказательств судом не установлено.

Суд полагает, что время и место совершения преступления установлены правильно и объективно подтверждены, как показаниями самих подсудимых, так и показаниями свидетелей, письменными материалами дела, исследованными судом.

Виновность ААВ и САМ.М. в совершении преступления, вопреки доводам стороны защиты, подтверждается показаниями следователей, в частности свидетеля КЕА, данными ею в ходе судебного следствия, об установлении ею в ходе проверки материалов уголовного дела вскрытия конверта свидетеля, данные о котором сохранены в тайне, в томе №, после ознакомления с ним ДД.ММ.ГГГГ ААВ, а также письменными материалами дела, в том числе протоколом осмотра места происшествия – следственного кабинета № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, где следователи производили ознакомление его и САМ с материалами уголовного дела, протоколами осмотра видеозаписи с камер видеонаблюдения, на которой зафиксировано ознакомление ААВ и САМ с материалами уголовного дела №, в ходе которого ААВ, получив от САМ неустановленный в ходе предварительного следствия предмет, обладающий режущими свойствами, неоднократно произвел им характерные движения по конверту, вскрыл его, достал из него документ о личности засекреченного свидетеля, раскрыл его, изучил, после чего вложил обратно в конверт, протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен том № уголовного дела №, где на л.д.181 расположен конверт, который имеет повреждения целостности в виде разрывов бумаги по левому краю. При этом установлено, что кроме ААВ в установленный и инкриминированный подсудимым промежуток времени, с указанным томом уголовного дела никто не ознакамливался.

Не установление в ходе следствия предмета, который САМ передал ААВ и которым ААВ вскрыл конверт с данными засекреченного свидетеля, не свидетельствует о невиновности ААВ и САМ в совершении преступления, вместе с тем, подсудимыми не оспаривается факт передачи предмета.

Вопреки доводам стороны защиты, поведение и конкретные действия подсудимых ААВ и САМ при ознакомлении с материалами уголовного дела №, в том числе зафиксированные на видеозаписях, с достаточностью указывают и свидетельствуют об умышленных действиях подсудимых, так как подсудимые ААВ и САМ в ходе проведения в отношении них предварительного расследования, при ознакомлении с материалами уголовного дела вмешались в деятельность следователя, осознанно, желая узнать содержание отдельных материалов уголовного дела, с которыми они не вправе знакомиться, из личной заинтересованности, вскрыли конверт с данными свидетеля, сведения о котором сохранены в тайне для обеспечения его безопасности, с целью воспрепятствовать всестороннему, полному и объективному расследованию уголовного дела.

Оценивая показания подсудимых ААВ, САМ, данные ими в судебном заседании, в том числе довод подсудимого ААВ о том, что он действовал законно, поскольку следователь ему не разъяснял порядок ознакомления с материалами уголовного дела, в связи с чем он полагал, что может знакомиться со всеми материалами уголовного дела, в том числе с содержимым запечатанного конверта, ввиду чего он не мог осознавать и не осознавал, что может воспрепятствовать следователю, суд расценивает их как способ защиты от предъявленного обвинения.

Довод стороны защиты о том, что нарушен порядок хранения конверта свидетеля, данные о личности которого сохранены в тайне, а также то, что конверт не был надлежащим образом упакован и опечатан, не имел надписей, запрещающих с ним на ознакомление, в связи с чем ААВ мог с ним ознакомится, поэтому в его действиях отсутствует состав преступления, суд полагает несостоятельным.

Согласно ч.9 ст.166 УПК РФ при необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников и близких лиц следователь вправе в протоколе следственного действия не приводить данные об их личности. В этом случае следователь с согласия руководителя следственного органа выносит постановление, в котором излагаются причины принятия решения о сохранении в тайне этих данных, указывается псевдоним участника следственного действия и приводится образец его подписи, которые он будет использовать в протоколах следственных действий, произведенных с его участием. Постановление помещается в конверт, который после этого опечатывается, приобщается к уголовному делу и хранится при нем в условиях, исключающих возможность ознакомления с ним иных участников уголовного судопроизводства. Указанные выше положения закона органами предварительного расследования соблюдены. Конверт с данными о личности свидетеля, которые сохранены в тайне, с рукописным текстом «Сведения о личности <данные изъяты>», с обеих сторон был обклеен липкой лентой типа скотч, что исключало возможность ознакомления ААВ с ним при ознакомлении с материалами уголовного дела, при этом порядок хранения такого конверта определен, как его хранение при материалах уголовного дела.

Преступление, предусмотренное ч.2 ст.294 УК РФ, имеет формальный состав и считается оконченным с момента осуществления вмешательства в деятельность следователя, вне зависимости от того, удалось ли виновному добиться поставленной цели, направленной на воспрепятствование нормальной деятельности следственных органов. Преступление считается оконченным с момента вмешательства в деятельность следователя в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела.

Вопреки доводам стороны защиты об отсутствии предварительного сговора, суд, исходя из фактических обстоятельств совместного совершения ААВ и САМ преступления, усматривает, что действия подсудимых, каждого, носили целенаправленный и согласованный характер, охватываемые единым совместным преступным умыслом, направленным на воспрепятствование всестороннему, полному и объективному расследованию дела, с единой целью – вскрытие конверта свидетеля, данные о личности которого сохранены в тайне, в одном и том же месте и в одно время, договорившись о совершении преступных действий до начала выполнения ими объективной стороны преступления.

Исходя из смысла закона, для установления факта совершения преступления группой лиц по предварительному сговору достаточно установить факт договоренности соисполнителей о совершении определенных запрещенных уголовным законом действий, влекущих наступление определенных общественно опасных последствий. При этом уголовный закон в случае наличия такой договоренности не предусматривает обязательное наличие между соисполнителями преступления распределения ролей и безусловное следование оговоренной последовательности действий, а потому средства реализации единого преступного умысла соисполнителями могут избираться и изменяться в процессе совершения преступления.

Судом установлено, что в ходе ознакомления с материалами уголовного дела №, обнаружив в томе № конверт с данными засекреченного свидетеля, САМ передал ААВ неустановленный в ходе предварительного следствия предмет, обладающий режущими свойствами, которым тот неоднократно произвел характерные движения по конверту, вскрыв его, тем самым получив доступ к данным свидетеля, личность которого по постановлению следователя сохранена в тайне, изучив, вложил обратно, при этом их действия носили совместный и согласованный характер, были направлены на достижение планируемого и желаемого каждым из подсудимых единого результата.

Указание стороной защиты о том, что САМ никаких предметов не передавал ААВ, опровергается видеозаписями, содержащимися на оптическом диске, просмотренными как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия.

В ходе судебного следствия суд приходит к выводу о том, что предъявленное обвинение законно и обосновано, а совокупность собранных доказательств с достаточностью подтверждает вину ААВ, САМ в совершении инкриминируемого их преступления.

Вопреки доводам стороны защиты, обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного обвинения с указанием места и времени совершения противоправных деяний, способов, мотивов, целей и других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Предъявленное обвинение является конкретным, не препятствует подсудимым защищаться от него. Оснований для возвращения уголовного дела в порядке ст.237 УПК РФ судом не установлено.

Указание стороной защиты о халатности со стороны должностных лиц при ознакомлении с материалами уголовного дела не может быть судом оценено, поскольку не относится к существу предъявленного обвинения.

Давая юридическую оценку содеянному ААВ, САМ, суд квалифицирует их действия, каждого, по ч.2 ст.294 УК РФ, как вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность следователя, в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела.

По преступлению, совершенному ДД.ММ.ГГГГ, вина подсудимого ААВ подтверждается следующими доказательствами.

Показаниями свидетелей КЕА, МОК, ЧНВ, САБ, РСС, СДА, данными ими в ходе судебного следствия, ранее отраженных в описательно-мотивировочной части приговора.

Место происшествия – помещение следственного кабинета № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, осмотрено, о чем составлен соответствующий протокол от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе осмотра места происшествия ничего изъято не было (т.2 л.д.44-47).

Согласно протоколам осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в том числе с участием свидетелей МКО, САБ, с каждым, осмотрен DVD-R диск с видеозаписями ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

При просмотре видеозаписей от ДД.ММ.ГГГГ, содержащихся на диске, установлено, что на видеозаписях изображен ААВ, который находится в следственном кабинете, следователи:

- при просмотре видеозаписи с файлом под названием «Монитор №_№…» продолжительностью видео один час, установлено, что на записи имеется изображение следственного кабинета, в котором находятся ААВ, который изучает материалы уголовного дела; в 14:09 ААВ начинает из тома уголовного дела вытягивать листы, после чего сжал их в руке; в 20:27 бросил на пол следственного кабинета и пододвинул ногой ближе к себе; в 20:44 скомканные листы прячет под край штанины на левой ноге; в 20:46 листы упали на пол, ААВ левой рукой их поднял и спрятал под край левой штанины (т.1 л.д.12-18, т.2 л.д.48-59, 60-71).

В ходе судебного следствия содержание DVD-R диска с видеозаписями исследован, установлено также о соответствии содержания протоколов осмотров от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ содержанию исследованных видеозаписей.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрены сканированные листы с 198 по 202 тома № уголовного дела №, при осмотре которых установлено, что лист дела 198 - продолжение постановления о производстве выемки предметов, а именно, транспортного средства марки «<данные изъяты> государственный регистрационный знак №, у свидетеля ААС; лист дела 199 – с подписью ААС о времени предъявления постановления; листы дела 200-201 - протокол выемки транспортного средства «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, с участием свидетеля ААС и адвоката ЧДА; лист дела 202 - расписка от ААС о получении на ответственное хранение автомашины. Кроме того, осмотрены скриншоты с электронной почты свидетеля КЕА, при осмотре которых установлено, что ДД.ММ.ГГГГ отправлены ссылки на тома №, №, №, №, № (т.2 л.д.92-94). Осмотренные документы признаны вещественными доказательствами и в данном качестве приобщены к материалам уголовного дела (т.2 л.д.95-96).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, осмотрен том № уголовного дела №, при осмотре которого установлено, что в томе № на первом листе тома уголовного дела расположена опись материалов дела, всего 236 листов, согласно описи на л.д.197-202 - постановление о производстве обыска от ДД.ММ.ГГГГ, протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ, расписка ААС от ДД.ММ.ГГГГ, вместе с тем л.д.198-202 отсутствуют в томе № (т.2 л.д.98-106). Осмотренный том уголовного дела признан в качестве вещественного доказательства и в данном качестве приобщен к материалам уголовного дела (т.2 л.д.107-108).

Согласно копии журнала № учета вывода подозреваемых, обвиняемых и осужденных в следственные кабинеты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ААВ ДД.ММ.ГГГГ выводили в следственный кабинет №, где он находился в период времени с 14 час. 00 мин. (т.2 л.д.124-128).

Согласно копии журнала учета лиц, проходящих на режимную территорию учреждения ФКУ СИЗО-1, ДД.ММ.ГГГГ следователь СДА находился на территории учреждения в период времени с 13 час. 38 мин. до 14 час. 00 мин., следователь МКО – с 09 час. 06 мин. до 16 час. 30 мин., следователь РСС – с 09 час. 07 мин. до 11 час. 20 мин. (т.2 л.д.133-137), о прибытии указанных следователей также отражено в копии журнала учета прибытия (убытия) посетителей (т.2 л.д.138-140).

Таким образом, суд приходит к убеждению, что представленные доказательства, в соответствии с положениями ст.ст.87,88 УПК РФ, в их совокупности, которые полностью согласуются между собой по всем обстоятельствам дела, вопреки доводам стороны защиты, с достоверностью и достаточностью подтверждают вину ААВ в совершении инкриминируемого ему деяния.

Оценивая показания свидетелей, суд расценивает их как достоверные, поскольку они согласуются между собой и с письменными доказательствами. Заинтересованности в исходе уголовного дела или в стремлении оговорить подсудимого не усматривается. Каждый из свидетелей дал показания о тех обстоятельствах, очевидцем которых он сам являлся. Каких-либо несоответствий в показаниях свидетелей, позволяющих поставить под сомнение их правдивость, на основании которых суд делает выводы о виновности подсудимого, не установлено.

Суд не кладет в основу приговора показания свидетеля ААС, допрошенной по ходатайству стороны защиты, указавшей, что у нее имеется в собственности автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № которым она пользуется и в настоящее время, в рамках иного уголовного дела данный автомобиль изымался, после был возвращен, вещественным доказательством не признавался, какие-либо ограничения на регистрационные действия на автомобиль не установлены, поскольку они не подтверждают, а с учетом собранных по делу доказательств, не опровергают виновность подсудимого ААВ в инкриминируемом ему преступлении, при этом ее показания в части характеристики личности подсудимого подлежат учету в качестве характеризующего материала.

Предварительное расследование, вопреки доводам стороны защиты, проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В материалах уголовного дела не содержится данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения. Каких-либо существенных противоречий в доказательствах, вызывающих сомнения в виновности ААВ и требующих толкования в его пользу, не имеется.

Довод стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами запрос ст.следователя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по <адрес> КЕА в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> о предоставлении видеозаписей из следственных кабинетов, диск с видеозаписями, а также протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку они проведены с нарушением уголовно-процессуального закона, так как запрос о предоставлении видеозаписей с камер видеонаблюдения направлен в период ознакомления ААВ и САМ с материалами уголовного дела №, когда все следственные действия были окончены, при этом ходатайств от участников по уголовного делу об истребовании и дополнении к материалам уголовного дела видеозаписей из следственных кабинетов не имеется, что свидетельствует о том, что следователь по собственной инициативе, без наличия законных оснований дополнила материалы уголовного дела №, более того, отсутствует письмо, на основании которого были получены данные видеозаписи, отсутствуют документы законности их получения, сам диск ДД.ММ.ГГГГ осмотрен следователем без участия понятых, суд полагает несостоятельным.

Оптический диск с видеозаписями за ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ был получен с камер видеонаблюдения в следственных кабинетах ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> свидетелем – следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по <адрес> КЕА (т.1 л.д.137) при обнаружении отсутствия листов материалов в уголовном деле, после чего оптический диск с видеозаписями в ходе предварительного следствия был осмотрен, в том числе с участием свидетелей МКО, САБ (т.1 л.д.12-18, т.2 л.д. 48-59, 60-71) и приобщен к материалам дела (т.2 л.д.79-81), нарушений при получении данного оптического диска судом не установлено, следователь, вопреки доводам стороны защиты, не восполнял уголовное дело № дополнительными материалами, не осуществлял в рамках данного дела какие-либо следственные действия, кроме того, нарушений закона при проведении осмотра диска по мотивам неучастия в нем понятых судом не установлено, поскольку участие понятых, исходя из положений ч.1.1 ст.170 УПК РФ, не требовалось, протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ содержит необходимые реквизиты и записи, ход выполняемых действий; зафиксированные на оптическом диске обстоятельства, подробно изложены в протоколе его осмотра с приложением фототаблицы, порядок проведения следственного действия нарушен не был, сам диск с видеозаписями упакован и опечатан с соблюдением установленных законом требований, упаковка обеспечивала сохранность вещественного доказательства и исключала доступ к нему посторонних лиц.

Существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия, которые могли бы повлечь признание судом какого-либо из доказательств недопустимым, допущено не было, поскольку вопреки доводам стороны защиты о незаконности действий по получению оптического диска с видеозаписями и его осмотра, процессуальные документы, протоколы следственных действий, составлены в порядке и в соответствии с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законом, получены надлежащим должностным лицом компетентного органа при расследовании уголовного дела либо при проведении доследственной проверки. Видеофайлы, содержащиеся на оптическом диске, предоставленные в ходе доследственной проверки сообщения о преступлении, явились основанием для возбуждения настоящего уголовного дела, в дальнейшем в ходе предварительного следствия также были осмотрены, о чем составлены соответствующие протоколы, осмотр оптического диска, имеющего значение для уголовного дела, и признание его вещественным доказательством по делу произведен с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

То, что уголовное дело возбуждено спустя длительное время, о чем указано стороной защиты, не свидетельствует о каких-либо нарушениях, допущенных в ходе следствия.

Суд убежден, что исследованные в судебном заседании письменные доказательства и положенные в основу приговора получены в соответствии с нормами УПК РФ, при этом их допустимость сомнений не вызывает, суд находит их достоверными, допустимыми и в совокупности достаточными, оснований для признания их недопустимыми и исключения из числа доказательств судом не установлено.

Суд полагает, что время и место совершения преступления установлены правильно и объективно подтверждены, как показаниями самого подсудимого, так и показаниями свидетелей, письменными материалами дела, исследованными судом.

Виновность ААВ в совершении преступления, подтверждается показаниями следователей, в частности свидетеля КЕА, данными ею в ходе судебного следствия, об установлении ею в ходе проверки материалов уголовного дела отсутствие листов в томе № после ознакомления с ним ДД.ММ.ГГГГ ААВ, а также письменными материалами дела, в том числе протоколом осмотра места происшествия – следственного кабинета № ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, где следователи производили ознакомление его с материалами уголовного дела №, протоколами осмотра видеозаписи с камер видеонаблюдения, на которой зафиксировано ознакомление ААВ с материалами уголовного дела №, в ходе которого ААВ вырвал листы материалов уголовного дела, после чего скомкал и бросил их на пол, подняв которые с пола, спрятал под край левой штанины, протоколами осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которых установлено, что в материалах уголовного дела отсутствовали листы с 198 по 202 тома № уголовного дела №. При этом установлено, что кроме ААВ в установленный и инкриминированный промежуток времени, с указанным томом уголовного дела никто не ознакамливался.

Оспаривание подсудимым факта вырывания листов с 198 по 202 тома № уголовного дела № при ознакомлении с материалами уголовного дела в следственном кабинете, суд расценивает, как способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

Преступление, предусмотренное ч.2 ст.294 УК РФ, имеет формальный состав и считается оконченным с момента осуществления вмешательства в деятельность следователя, вне зависимости от того, удалось ли виновному добиться поставленной цели, направленной на воспрепятствование нормальной деятельности следственных органов. Преступление считается оконченным с момента вмешательства в деятельность следователя в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела.

Судом установлено, что ААВ в ходе проведения в отношении него предварительного расследования, при ознакомлении с материалами уголовного дела № вмешался в деятельность следователя, вырвал листы дела с постановлением о производстве выемки транспортного средства, протоколом выемки данного транспортного средства и распиской о получении транспортного средства на ответственное хранение, содержащимися на листах 198, 199, 200, 201 и 202 тома № уголовного дела, действовал умышленно, с целью воспрепятствовать всестороннему, полному и объективному расследованию уголовного дела.

Уничтожение процессуальных документов путем вырывания листов дела, составляющих часть материалов уголовного дела, вне зависимости от мотивов подсудимого образует объективную сторону вмешательства в какой бы то ни было форме в деятельность следователя с целью воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела.

Вопреки доводам стороны защиты, поведение и конкретные действия подсудимого ААВ при ознакомлении с материалами уголовного дела №, в том числе зафиксированные на видеозаписях, с достаточностью указывают и свидетельствуют об умышленных действиях подсудимого, так как подсудимый ААВ в ходе проведения в отношении него предварительного расследования, при ознакомлении с материалами уголовного дела вмешался в деятельность следователя, из личной заинтересованности, вырвал листы дела, осознавая, что отсутствие материалов уголовного дела существенно затруднит принятие следователем решения по движению уголовного дела.

Указание стороной защиты о том, что ААВ уронил салфетку и именно ее поднимал с пола, при этом объем отсутствующих листов в материалах уголовного дела больше, чем салфетка, в связи с чем отсутствует событие преступления, опровергается видеозаписями, содержащимися на оптическом диске, просмотренными как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия.

В ходе судебного следствия суд приходит к выводу о том, что предъявленное обвинение законно и обосновано, а совокупность собранных доказательств с достаточностью подтверждает вину ААВ в совершении инкриминируемого ему преступления.

Вопреки доводам стороны защиты, обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем приведено существо предъявленного обвинения с указанием места и времени совершения противоправных деяний, способов, мотивов, целей и других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Предъявленное обвинение является конкретным, не препятствует подсудимому защищаться от него. Оснований для возвращения уголовного дела в порядке ст.237 УПК РФ судом не установлено.

Давая юридическую оценку содеянному ААВ, суд квалифицирует его действия по ч.2 ст.294 УК РФ, как вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность следователя, в целях воспрепятствования всестороннему, полному и объективному расследованию дела.

При назначении вида и меры наказания суд учитывает характер совершенных преступлений, каждого, степень их общественной опасности, личность подсудимых, влияние наказания на их исправление.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, суд признает обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого ААВ наличие у <данные изъяты>

В соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ, суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого САМ, наличие у него <данные изъяты>, кроме того, в силу ч.2 ст.61 УК РФ, суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, <данные изъяты>, а также наличие у <данные изъяты>.

Об иных характеризующих данных своей личности подсудимые суду не сообщили.

Судом, исходя из фактических обстоятельств совершенного ДД.ММ.ГГГГ ААВ и САМ преступления, установлено, что их действия носили целенаправленный и согласованный характер, охватываемые единым совместным преступным умыслом, направленным на воспрепятствование всестороннему, полному и объективному расследованию дела, с единой целью – вскрытие конверта свидетеля, данные о личности которого сохранены в тайне, договорившись о совершении преступных действий до начала выполнения объективной стороны преступления, в этой связи суд в соответствии с п.«в» ч.1 ст.63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимых, каждого, совершение ими преступления группой лиц по предварительному сговору, поскольку данное обстоятельство не предусмотрено в качестве квалифицирующего признака ст.294 УК РФ.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, каждого, в ходе судебного следствия не установлено.

Правовых оснований для обсуждения вопроса об изменении категории преступления на менее тяжкую не имеется, поскольку подсудимыми совершено преступление небольшой тяжести.

Оснований для отсрочки отбывания наказания не имеется. Обстоятельств, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, судом не выявлено.

При назначении наказания суд, руководствуясь ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимых ААВ, САМ, каждого (ААВ по месту содержания характеризуется отрицательно, ААС – <данные изъяты>, САМ – <данные изъяты>), состояние их здоровья (ААВ о наличие у него хронических заболеваний суду не сообщил, САМ имеет <данные изъяты>), наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств при совершении подсудимыми ААВ, САМ преступления ДД.ММ.ГГГГ, у каждого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств при совершении ААВ преступления ДД.ММ.ГГГГ, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семьи (ААВ имеет на <данные изъяты>, САМ имеет на иждивении <данные изъяты>

Исходя из положений ст.43 УК РФ, суд не находит оснований для назначения подсудимым, каждому, наказания в виде штрафа, поскольку данный вид наказания не сможет обеспечить достижение его целей, вместе с тем, суд считает возможным назначить подсудимым, каждому, наказание в виде обязательных работ, полагая, что данный вид наказания, послужит их исправлению и предупреждению совершения новых преступлений, при этом соразмерен содеянному и соответствует принципам гуманизма и справедливости.

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ, суд не усматривает, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с поведением подсудимых во время или после совершения преступления по данному делу не установлено.

Правовых оснований для назначения наказания с применением ст.73 УК РФ, не имеется.

Назначая наказание подсудимому ААВ по совокупности преступлений, суд применяет правила, предусмотренные ч.2 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний.

Оснований для избрания ААВ, САМ, каждому, меры пресечения в настоящее время не имеется, поскольку они содержатся под стражей по иному уголовному делу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о вещественных доказательствах суд полагает разрешить в порядке ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.302, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ААВ признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст.294, ч.2 ст.294 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ч.2 ст.294 УК РФ (по преступлению, совершенному ДД.ММ.ГГГГ) в виде обязательных работ на срок 250 часов,

- по ч.2 ст.294 УК РФ (по преступлению, совершенному ДД.ММ.ГГГГ) в виде обязательных работ на срок 200 часов.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ААВ наказание в виде обязательных работ на срок 300 часов.

Меру пресечения в отношении ААВ не избирать.

САМ признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.294 УК РФ (по преступлению, совершенному ДД.ММ.ГГГГ) и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 250 часов.

Меру пресечения в отношении САМ не избирать.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- диск с видеозаписями, сканированные листы дела, скриншоты, хранящиеся в материалах уголовного дела, по вступлению приговора в законную силу оставить при деле;

- тома №, № уголовного дела №, хранящиеся в <адрес>вом суде, по вступлению приговора в законную силу оставить там же.

Приговор может быть обжалован в <адрес>вой суд через Ленинский районный суд <адрес> края в течение 15 суток с момента его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления. Осужденные имеют право на защиту в суде апелляционной инстанции.

Судья Д.А. Риттер