Решение № 2-38/2018 2-38/2018 (2-4080/2017;) ~ М-4140/2017 2-4080/2017 М-4140/2017 от 20 февраля 2018 г. по делу № 2-38/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2018 г. г. Самара

Ленинский районный суд г. Самары в составе председательствующего судьи Болочагина В.Ю., при секретаре Мангуловой Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-38/18 по иску Г. к Г. о разделе совместно нажитого имущества,

установил:

Г. обратилась в Ленинский районный суд г. Самары с иском к Г. о разделе совместно нажитого имущества. В обоснование иска указывает, что они состоят в браке с 26.07.2008 г. В период брака ими приобретены квартира по адресу: <адрес>, кадастровый №, и автомобиль TOYOTA RAV 4, государственный регистрационный знак <***>, VIN №, стоимостью 930 000 рублей. Просила произвести раздел имущества, передать в собственность Г.. автомобиль TOYOTA RAV 4, государственный регистрационный знак <***>, VIN №, присудив ей компенсацию в размере 465 000 рублей, признать их общим обязательством обязательство по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» и ними.

В ходе разбирательства дела истица неоднократно изменяла заявленные требования. В итоговой формулировке просит выплатить ей компенсацию стоимости проданного автомобиля в размере 471 500 рублей, передать ей в собственность:

- морозильную камеру Whirlpool WV стоимостью 14 490 рублей,

- телевизор Samsung UE40F6100 стоимостью 19 490 рублей,

передать в собственность ответчика:

- минимойку Karcher с повышенным давлением подачи воды стоимостью 15 000 рублей,

- холодильник Hotpoint-Ariston RMBA 2200.L.H стоимостью 20 399 рублей,

- 2 телевизора Samsung стоимостью 20 000 рублей и 15 000 рублей,

- встроенный кухонный гарнитур стоимостью 100 000 рублей,

- встроенную плиту (варочную панель) Korting стоимостью 17 000 рублей,

- встроенный духовой шкаф Korting стоимостью 25 000 рублей,

- встроенную стиральную машину Bosch стоимостью 35 000 рублей,

- встроенную посудомоечную машину Korting KDF2095W стоимостью 17 000 рублей,

- водонагреватель Polaris стоимостью 15 000 рублей,

- шкаф вещевой стоимостью 12 000 рублей,

- шкаф под раковиной стоимостью 20 000 рублей,

- подставку для обуви стоимостью 15 000 рублей,

- женский жакет меховой из норки торговой марки Fellinberg стоимостью 86 931 рубль,

- обручальное кольцо стоимостью 35 000 рублей,

взыскать компенсацию стоимости мехового жакета и кольца в размере 60 965 рублей 50 копеек, расходы на выплату вознаграждения судебному эксперту в размере 12 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истица и её представитель по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заявленные требования поддержали.

Ответчик и его представитель по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признали иск в части раздела движимого имущества на основе согласованной сторонами его стоимости, за исключением мехового жакета и кольца, в остальной части возражали против удовлетворения иска по основаниям, изложенных в письменных отзывах (л.д. 45, 180).

Исследовав материалы дела, заслушав стороны, суд приходит к следующему.

Как усматривается из свидетельства о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ серии I-ЕР № (т.1, л.д. 12), ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС <адрес> г.о. Самара между Г. и Г. (до брака – З..) был зарегистрирован брак. Брак сторон расторгнут решением Ленинского районного суда <адрес> от 7.11.2017 г., вступившим в законную силу 7.12.2017 г. (т.1, л.д. 181-184).

В период брака брачный договор между Г. и Г.. не заключался, что признается сторонами. Следовательно, имущественные отношения сторон в полном объеме регулируются нормами главы 7 СК РФ.

Согласно ст.34 СК РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К нему относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Как усматривается из материалов дела, в период брака, 27.02.2016 г., по возмездному основанию – договору купли-продажи Г.. приобрёл автомобиль TOYOTA RAV 4, VIN № (т.1, л.д. 67).

Относимость данной вещи к общему имуществу бывших супругов сторонами не оспаривалась.

Суду представлены доказательства отчуждения Г.. автомобиля TOYOTA RAV 4, VIN №, ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи в пользу Р.. по цене 300 000 рублей (т.1, л.д. 71). Доводы Г. о том, что отчуждение было произведено фиктивно, с целью сокрытия имущества от раздела, сами по себе не могут повлиять на решение суда, поскольку договор не оспорен, недействительным по мотивам мнимости не признан. Договор содержит указание на состоявшуюся передачу автомобиля покупателю, что, в силу ст.223 ГК РФ, влечет переход права собственности. Предметом раздела может быть только имущество, приобретенное супругами в период брака и существующее на момент принятия судебного решения о разделе.

ДД.ММ.ГГГГ автомобиль отчуждён новым собственником по договору купли-продажи Р. (т.1, л.д. 73).

В то же время, учитывая, что в соответствии с п.1 ст.35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвёл отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость (п.16 постановления Пленума Верховного суда РФ от 5.11.1998 г. № «О применении судами законодательства о рассмотрении дел о расторжении брака»).

На момент отчуждения автомобиля стороны состояли в браке. Доказательств согласия Г. на совершение сделок с автомобилями суду не представлено.

Привлечённый к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований Р. пояснял суду, что знаком с ответчиком, последний в сентябре 2017 г. предложил ему купить свой автомобиль. Супруга ответчика С. спрашивала, почему ответчик так дёшево продаёт машину. Автомобиль был в «почти нерабочем» состоянии, требовал замены внутренних агрегатов, поэтому продавался дёшево.

Допрошенная в качестве свидетеля мать ответчика Г. показала, что испытывает неприязнь к истице. Она часто бывает дома у сына, слышит его разговоры с истицей. Истицу не устраивал автомобиль, поэтому она согласилась его продать. Деньги от продажи автомобиля Г. передал истице. Этот разговор состоялся 13-ДД.ММ.ГГГГ, истица была дома, ничем не болела.

Между тем, из представленных суду документов следует, что 10.09.2017 г. истица находилась стационарном лечении в нейрохиругическом отделении ГБУЗ Самарской области «Самарская городская клиническая больница №2 им. ФИО3» с диагнозом: «<данные изъяты>» (т.1, л.д. 137). Была госпитализирована экстренно, со слов, ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа была избита дома известным лицом. Далее, в период с 11.09.2017 г. по 18.09.2017 г. истица находилась на стационарном лечении в ГБУЗ Самарской области «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» с диагнозом: «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей головы» (т.1, л.д. 133).

Таким образом, в указанное свидетелем Г. время истица не могла находиться в их общей с ответчиком квартире. Истица находилась на стационарном лечении в связи с черепно-мозговой травмой. Представленные документы медицинских организаций ответчиком не оспаривались, не доверять им у суда оснований не имеется. Следовательно, свидетель Г. даёт ложные показания, что, по мнению суда, обусловлено её заинтересованностью в исходе дела и неприязненным отношением к истице.

Суд не может доверять и объяснениям Р. поскольку, находясь на стационарном лечении, истица никак не могла обсуждать с ним и с ответчиком цену продажи автомобиля. Суд принимает во внимание, что Р. является знакомым ответчика, что им не отрицается.

Согласно акту судебно-медицинского обследования, составленному ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №н/1356 (л.д. 134-136), на момент обследования (ДД.ММ.ГГГГ) на теле истицы имелись повреждения: ссадина в теменной области, 3 синюшных кровоподтёка в проекции правой локтевой кости на границе ладонной и тыльной поверхности, 3 аналогичных кровоподтёка различной интенсивности в окраске на тыле левого предплечья.

Из материалов дела усматривается, что 9.09.2017 г. истица обратилась в ОП №5 УМВД России по г. Самаре с заявлением о факте применения к ней физической силы и высказывания угроз со стороны Г. указав, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 22 часа 00 минут ответчик схватил её за волосы, ударил 3 раза по лицу, хватал за руки, тащил за ноги, угрожал порезать шубу. Опрошенный в порядке доследственной проверки Г.. отрицал факт избиения истицы, но признал наличие словесного конфликта, подтвердил, что хватал истицу за руки, также признал, что они с Г.. приняли решение о разводе (т.1, л.д. 141). Несовершеннолетний сын сторон Г. в ходе доследственной проверки (проводившейся по сообщениям медицинских организаций в связи с его обращением за медицинской помощью) подтвердил, что ответчик избивал истицу вечером 9.09.2017 г., а также оттолкнул его, он ударился головой о стену и был госпитализирован бригадой скорой помощи в отделение нейрохирургии ГБУЗ <адрес> «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» (т.1, л.д. 143-145).

Кроме того, из материалов дела усматривается, что за неделю до указанных событий, 2.09.2017 г., истица также обращалась в ОП №5 УМВД России по г. Самаре с заявлением о факте применения к ней мужем физической силы, систематического психологического насилия с августа 2016 г., оскорблений и угрозы расправой. Опрошенный в порядке доследственной проверки Г.. признал факт словесного конфликта между ним и женой 2.09.2017 г. (т.1, л.д. 139).

Таким образом, судом установлено, что на момент совершения ответчиком сделки по отчуждению автомобиля стороны находились в состоянии острого конфликта, сопровождавшегося обращениями в правоохранительные органы о фактах применения насилия. Предположение о том, что, несмотря на такое состояние взаимных отношений, стороны могли обсуждать между собой продажу автомобиля и её условия, суд оценивает как невозможное. Совершение сделки по отчуждению автомобиля в момент нахождения истицы на стационарном лечении (и в период проведения доследственной проверки по её сообщению об избиении ответчиком), а также последовавшая спустя 2 дня перепродажа автомобиля указывают на то, что целью ответчика являлось сокрытие этого имущества от предстоящего (исходя из уже принятого сторонами решения о расторжении брака) раздела посредством создания видимости его отчуждения добросовестному приобретателю.

При таких обстоятельствах стоимость отчуждённого Г. транспортного средства на момент совершения сделки по его продаже подлежит учёту при разделе имущества.

По смыслу закона, во внимание принимается рыночная стоимость отчуждённого имущества на момент его отчуждения.В связи с заявлением истицы о несоответствии продажной цены автомобиля по договору купли-продажи от 13.09.2017 г. его реальной рыночной стоимости на момент совершения сделки судом была назначена экспертиза, производство которой поручено ООО «ЭкспертОценка».

Согласно заключению судебной экспертизы от 17.11.2017 г. №17/С-875 (т.1, л.д. 112-123), рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 13.09.2017 г. составляла 943 000 рублей.

У суда не имеется оснований не доверять заключению судебной экспертизы, поскольку суждения экспертов, изложенные в исследовательской части заключения и при допросе в судебном заседании, последовательны, логичны и непротиворечивы, выводы мотивированы, квалификация эксперта подтверждена, сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется.

Утверждения ответчика о неисправном состоянии автомобиля на момент его продажи, влияющем на его рыночную стоимость в сторону понижения, не нашли подтверждения при рассмотрении дела. В силу ст.56 ГПК РФ бремя доказывания наличия неисправностей у автомобиля лежит на ответчике. Достоверных доказательств неисправности автомобиля ответчик суду не представил. Объяснения Р.. и показания свидетеля Г. суд оценивает критически по изложенным выше причинам. Кроме того, ни Р.., ни Г. описания неисправностей автомобиля не дали.

В качестве доказательства наличия неисправностей на автомобиле ответчик представил заказ-наряд индивидуального предпринимателя Х. от ДД.ММ.ГГГГ № на проведение осмотра автомобиля (т.1, л.д. 99), согласно которому автомобиль нуждается в ремонте двигателя, автоматической коробки передач, передней правой двери, задней правой двери, заднего правого крыла, и счёт индивидуального предпринимателя Т. от ДД.ММ.ГГГГ № на приобретение непоименованных запасных частей и на неконкретизированные работы по ремонту автомобиля (т.1, л.д. 100). Однако данные документы суд должен оценить критически, поскольку к ним не приложены ни акт осмотра автомобиля (тем более, фотоматериал), ни дефектная ведомость, ни какое бы то ни было описание выявленных неисправностей. Неясно, каким образом осмотр (а не диагностика) автомобиля дал основания для вывода о необходимости ремонта двигателя и автоматической коробки передач, какие неисправности указанных узлов были выявлены, в чём должен заключаться их ремонт. В счёте индивидуального предпринимателя Т. не указана номенклатура запасных частей «для ремонта ДВС», иными словами, неясно, что именно заказчику предлагается приобрести за 160 000 рублей. Отсутствует в указанном счёте и расшифровка позиций «ремонт АКПП», «ремонт ДВС», «ремонт передней правой двери, задней правой двери, заднего правого крыла» (содержание ремонтных воздействий, объём работ в нормо-часах), что не соответствует как обыкновениям хозяйственной деятельности по ремонту транспортных средств, так и требованиям к оформлению заказов на ремонт, установленным п.3.3.2 Положения о техническом обслуживании и ремонте автотранспортных средств, принадлежащих гражданам (легковые и грузовые автомобили, автобусы, мини-трактора), РД 37.009.026-92, утверждённого приказом Министерства промышленности РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Исходя из этого, суд не может посчитать представленные документы доказательством наличия неисправностей на автомобиле на момент его продажи. Суд также принимает во внимание, что они были составлены ДД.ММ.ГГГГ, т.е. уже в период конфликта ответчика с истицей, непосредственно перед отчуждением автомобиля с установленной судом целью. Кроме того, даже если бы эти документы могли быть приняты судом, их невозможно было бы учесть при определении стоимости автомобиля экспертом ввиду отсутствия описания конкретных неисправностей.

Суд разъяснял ответчику необходимость предоставления эксперту автомобиля на осмотр для определения его состояния, однако автомобиль эксперту представлен не был.

При таких обстоятельствах для определения стоимости отчуждённого автомобиля в целях разрешения требований истицы суд руководствуется заключением судебной экспертизы.

Истицей заявлены к разделу предметы бытовой техники и мебели.

По данному требованию на истицу возлагается бремя доказывания существования заявленного к разделу имущества и его стоимости. В силу ст.68 ГПК РФ признание обстоятельств ответчиком освобождает истицу от обязанности их доказывания.

Ответчик в ходе разбирательства дела признал наличие морозильной камеры Whirlpool WV, телевизора Samsung UE40F6100, холодильника Hotpoint-Ariston RMBA 2200.L.H, встроенного кухонного гарнитура, находящегося в принадлежащей сторонами и их детям на праве общей долевой собственности в равных долях квартире по адресу: <адрес>, находящихся также в указанной квартире встроенной плиты (варочной панели) Korting, встроенного духового шкафа Korting, встроенной стиральной машины Bosch, водонагревателя Polaris, шкафа вещевого, шкафа под раковиной и подставки для обуви, а также их относимость к общему имуществу.

Что касается встроенной посудомоечной машины Korting KDF2095W, то ответчик признаёт её наличие в квартире, однако утверждает, что она была подарена истице иными лицами в период брака, в связи с чем является её личной собственностью. Истица данное обстоятельство признаёт. Следовательно, данная вещь не относится к общему имуществу супругов и не подлежит учёту при разделе.

Существование минимойки автомобилей Karcher ответчик отрицает, утверждает, что в период брака ими была приоберетена минимойка K?rcher WV50 для оконных стёкол, инструкция по эксплуатации которой была представлена им суду. Истица в ходе разбирательства дела настаивала на том, что речь идёт об аппарате для мойки автомобилей, минимойку K?rcher WV50 она к разделу не заявляет, учесть её стоимость не требует. Однако доказательств приобретения в период брака аппарата для мойки автомобилей истица не представила, в связи с чем в удовлетворении требований истицы в этой части надлежит отказать. Юридическую судьбу минимойки для стёкол K?rcher WV50 суд не определяет, поскольку требование о её разделе не заявлено.

Аналогично истицей не доказано существование ещё 2 телевизоров Samsung, наличие которых отрицает ответчик. В этой части требование о разделе имущества также не подлежит удовлетворению.

Стороны признают, что в период брака на общие средства ими было приобретено обручальное кольцо для истицы и шуба (женский меховой жакет из норки). Несмотря на то, что эти вещи предназначены для личного пользования истицы, они в силу п.2 ст.36 СК РФ относятся к общему имуществу, соответственно, как драгоценность и предмет роскоши.

Стоимость женского мехового жакета из норки торговой марки Fellinberg на момент его приобретения, согласно письму продавца – ООО «СК трейд» от 16.01.2018 г. (т.2, л.д. 1), составляла 86 931 рубль.

Стоимость водонагревателя Polaris на момент его приобретения, согласно кассовому чеку (т.2, л.д. 15), составляла 6 900 рублей.

Стоимость холодильника Hotpoint-Ariston RMBA 2200.L.H на момент его приобретения, согласно кассовому чеку (т.1, л.д. 211), составляла 20 399 рублей.

Стоимость морозильной камеры Whirlpool WV на момент её приобретения, согласно кассовому чеку (т.1, л.д. 213а), составляла 14 490 рублей.

Стоимость телевизора Samsung UE40F6100 на момент его приобретения, согласно кассовому чеку (т.1, л.д. 211б), составляла 19 490 рублей.

В ходе разбирательства дела стороны пришли к соглашению (т.2, л.д. 18) о том, что в целях раздела имущества стоимость холодильника (20 393 рубля), водонагревателя (6 990 рублей), шубы (86 931 рубль), морозильной камеры (14 490 рублей) и телевизора (19 490 рублей) признаётся равной их покупной цене.

Тем же соглашением стороны условились признать для целей раздела имущества стоимость встроенной кухни равной 80 000 рублей, плиты – 7 000 рублей, духового шкафа – 10 000 рублей, стиральной машины – 12 000 рублей, шкафа вещевого – 3 000 рублей, шкафа под раковиной – 5 000 рублей, подставки для обуви – 7 000 рублей, обручального кольца – 35 000 рублей.

У суда не имеется оснований не принимать соглашение сторон, поскольку его условия не нарушают прав и охраняемых законом интересов иных лиц, не противоречат публичному правопорядку.

Таким образом, общим имуществом супругов, подлежащим разделу, следует признать:

- морозильную камеру Whirlpool WV стоимостью 14 490 рублей,

- телевизор Samsung UE40F6100 стоимостью 19 490 рублей,

- женский жакет меховой из норки торговой марки Fellinberg стоимостью 86 931 рубль,

- обручальное кольцо стоимостью 35 000 рублей,

- холодильник Hotpoint-Ariston RMBA 2200.L.H стоимостью 20 399 рублей,

- встроенный кухонный гарнитур, находящийся на квартире по адресу: <адрес>, стоимостью 80 000 рублей,

- встроенную плиту (варочную панель) Korting стоимостью 7 000 рублей,

- встроенный духовой шкаф Korting стоимостью 10 000 рублей,

- встроенную стиральную машину Bosch стоимостью 12 000 рублей,

- водонагреватель Polaris стоимостью 6 990 рублей,

- шкаф вещевой, находящийся на указанной выше квартире, стоимостью 3 000 рублей,

- шкаф под раковиной, находящийся на указанной выше квартире, стоимостью 5000 рублей,

- подставку для обуви, находящуюся на указанной выше квартире, стоимостью 7 000 рублей.

В соответствии с п.1 ст.39 СК РФ, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными. Оснований для отступления от принципа равенства долей суд не усматривает, ни одна из сторон об этом не просит.

Разрешая вопрос о том, какое имущество подлежит передаче каждой из сторон, суд исходит из следующих соображений. Обе стороны согласны с тем, чтобы передать в собственность истицы морозильную камеру Whirlpool WV и телевизор Samsung UE40F6100, а в собственность ответчика – всё прочее перечисленное выше имущество, за исключением шубы и обручального кольца. Требование истицы передать две последних вещи ответчику не может быть удовлетворено, поскольку они являются предметами индивидуального пользования и предназначены для истицы. В связи с этим шуба и обручальное кольцо подлежат передаче в собственность истицы. Суд не оценивает доводы истицы о том, что указанные вещи удерживаются ответчиком, поскольку это не входит в предмет судебного разбирательства по делу. Суд в настоящем процессе определяет юридическую судьбу общего имущества, если же какие-то вещи, переданные в собственность одной стороне, будут неправомерно удерживаться другой стороной, собственник вещей будет вправе заявить виндикационный иск.

При таком варианте раздела возникает превышение стоимости имущества, передаваемого Г.. (155 911 рублей), над стоимостью имущества, передаваемого Г.. (151 389 рублей). Величина превышения составляет 4 522 рубля.

В то же время, подлежит учёту стоимость транспортного средства, отчуждённого Г.., составляющая 943 000 рублей.

Неравенство стоимости имущества, передаваемого при разделе каждому из бывших супругов, устраняется взысканием денежной компенсации. Указанная денежная компенсация подлежит взысканию в пользу истицы в размере 469 239 рублей ((943 000 – 4 522)/2).

Расходы истицы на выплату вознаграждения судебному эксперту в размере 12 000 рублей, подтвержденные чеком-ордером от ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д. 19), подлежат возмещению ответчиком в силу ст.98 ГПК РФ. Результаты судебной экспертизы положены судом в основу решения, судебная экспертиза подтвердила правильность доводов истицы о занижении продажной цены автомобиля.

Требования истицы о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку в силу ст.151, 1099 ГК РФ, компенсации подлежит моральный вред, причиненный действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда в обязательствах, связанных с разделом общего имущества супругов, законом не предусмотрена. Иные отношения сторон предметом судебного разбирательства по настоящему делу не являлись.

Государственная пошлина подлежит уплате сторонами по правилам ст.98 ГПК РФ, исходя из стоимости имущества, являвшегося предметом раздела, принимая во внимание сущность решения по заявленным требованиям, исходя из стоимости имущества, требование о разделе которого удовлетворено, и стоимости имущество в разделе которого истице отказано. Распределяя государственную пошлину между сторонами, суд принимает во внимание размер уже уплаченной сторонами государственной пошлины.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст.194, 196-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования Г. удовлетворить частично.

Осуществить раздел общего имущества в равных долях.

Передать в собственность Г.:

- морозильную камеру Whirlpool WV стоимостью 14 490 рублей,

- телевизор Samsung UE40F6100 стоимостью 19 490 рублей,

- женский жакет меховой из норки торговой марки Fellinberg стоимостью 86 931 рубль

и обручальное кольцо стоимостью 35 000 рублей.

Передать в собственность Г.:

- холодильник Hotpoint-Ariston RMBA 2200.L.H стоимостью 20 399 рублей,

- встроенный кухонный гарнитур, находящийся на квартире по адресу: <адрес>, стоимостью 80 000 рублей,

- встроенную плиту (варочную панель) Korting стоимостью 7 000 рублей,

- встроенный духовой шкаф Korting стоимостью 10 000 рублей,

- встроенную стиральную машину Bosch стоимостью 12 000 рублей,

- водонагреватель Polaris стоимостью 6 990 рублей,

- шкаф вещевой, находящийся на указанной выше квартире, стоимостью 3 000 рублей,

- шкаф под раковиной, находящийся на указанной выше квартире, стоимостью 5000 рублей,

- подставку для обуви, находящуюся на указанной выше квартире, стоимостью 7 000 рублей.

Взыскать с Г. в пользу Г. компенсацию в размере 469 239 рублей, расходы на выплату вознаграждения судебному эксперту в размере 12 000 рублей и сумму уплаченной государственной пошлины в размере 864 рублей 07 копеек.

Взыскать с Г. в доход бюджета городского округа Самара государственную пошлину в размере 7 988 рублей.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Самарского областного суда через Ленинский районный суд г. Самары в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 26.02.2018 г.

Судья (подпись) В.Ю. Болочагин

Копия верна

Судья

Секретарь