Постановление № 1-31/2020 от 1 сентября 2020 г. по делу № 1-32/2019

УИД № Дело № г.


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о возвращении уголовного дела прокурору

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Беловский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Новикова И.Г.,

с участием государственных обвинителей – зам. прокурора <адрес> Рагулина И.С., помощника прокурора <адрес> Олейника К.С.,

подсудимой ФИО1 и ее защитника – адвоката ФИО5, предоставившей удостоверение №, выданное Управлением Министерства Юстиции РФ по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

потерпевшей Потерпевший №2, законного представителя потерпевшего ФИО2,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Саловым Е.В., секретарем судебного заседания Мурашкиной И.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки сл. <адрес>, гражданки РФ, с высшим образованием, замужней, имеющей несовершеннолетнего ребенка ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., не работающей, невоеннообязанной, проживающей по адресу: <адрес>, сл. Белая, <адрес>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 159, пп. «б», «в» ч.5 ст. 290, пп. «б», «в» ч.5 ст. 290, п. «б» ч.5 ст. 290, п. «б» ч.5 ст. 290, ч.2 ст. 159, ч.2 ст. 159 УК РФ,

У С ТА Н О В И Л :

Органами предварительного следствия ФИО3 обвиняется в совершении вышеуказанных преступлений при обстоятельствах, подробно изложенных в обвинительном заключении:

преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ – мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном в крупном размере, с использованием своего служебного положения, а именно в том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 (ФИО6), работая в должности ведущего специалиста – эксперта отдела опеки и попечительства администрации <адрес>, будучи в соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностным лицом, постоянно осуществляющим организационно-распорядительную функцию в органах местного самоуправления (лицом, наделенным правами и обязанностями по осуществлению функций исполнительной власти), реализуя преступный умысел, направленный на хищение социальной пенсии недееспособного Потерпевший №1, обманывая Свидетель №15, как лицо, уполномоченное распоряжаться денежными средствами, принадлежащими совершеннолетнему недееспособному Потерпевший №1, мошенническим путем завладела его денежными средствами в размере 655 050 руб. 00 коп., что образует крупный размер, которые ФИО3 растратила на собственные нужды вопреки интересам недееспособного Потерпевший №1;

преступления, предусмотренного пп. «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ) – получении должностным лицом лично взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, совершенное с вымогательством взятки в крупном размере, а именно в том, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 (ФИО6), работая в должности ведущего специалиста – эксперта отдела опеки и попечительства администрации <адрес>, будучи в соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностным лицом, постоянно осуществляющим организационно-распорядительную функцию в органах местного самоуправления (лицом, наделенным правами и обязанностями по осуществлению функций исполнительной власти), реализуя преступный умысел, направленный на вымогательство взятки в виде денег в крупном размере у Свидетель №15, являющейся опекуном совершеннолетней недееспособной ФИО10, получила от нее взятку в размере 270 000 руб. за счет денежных средств, принадлежащих последней, за неисполнение высказанных ФИО4 (ФИО6) угроз исполнения своих служебных обязанностей в части осуществления надзора за выполнением опекунами возложенных на них обязанностей по реализации прав их подопечных, то есть за бездействие, выразившееся в неисполнении своих контрольно-надзорных функций как должностного лица, а именно за не совершение действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №15 над ФИО10;

преступления, предусмотренного пп. «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ) – получении должностным лицом лично взятки в виде денег за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, совершенное с вымогательством взятки в крупном размере, а именно в том, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 (ФИО6), работая в должности специалиста 1 разряда, ведущего специалиста – эксперта отдела опеки и попечительства администрации <адрес>, будучи в соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностным лицом, постоянно осуществляющим организационно-распорядительную функцию в органах местного самоуправления (лицом, наделенным правами и обязанностями по осуществлению функций исполнительной власти), реализуя преступный умысел, направленный на вымогательство взятки в виде денег в крупном размере у Свидетель №9, являющейся опекуном совершеннолетнего недееспособного ФИО11, получила от нее взятку в размере 389 000 руб. за счет денежных средств, принадлежащих последнему, за неисполнение возложенных на нее служебных обязанностей по осуществлению проверки условий жизни совершеннолетних недееспособных граждан, соблюдения опекунами прав и законных интересов совершеннолетних недееспособных граждан, обеспечения сохранности их имущества, выполнения опекунами или попечителями требований к осуществлению своих прав и исполнению своих обязанностей в отношении совершеннолетних недееспособных, а также за не совершение действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №9 над ФИО11;

преступления, предусмотренного п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ) – получении должностным лицом лично взятки в виде денег за бездействие, когда такое бездействие входит в служебные полномочия должностного лица, в значительном размере, совершенное с вымогательством взятки, а именно в том, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 (ФИО6), работая в должности ведущего специалиста – эксперта отдела опеки и попечительства администрации <адрес>, будучи в соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностным лицом, постоянно осуществляющим организационно-распорядительную функцию в органах местного самоуправления (лицом, наделенным правами и обязанностями по осуществлению функций исполнительной власти), реализуя преступный умысел, направленный на получение лично взятки в значительном размере путем вымогательства, за бездействие в пользу взяткодателя, которое она как должностное лицо может совершить, используя свои служебные полномочия, у Свидетель №14, являющейся опекуном совершеннолетнего недееспособного ФИО12, получила от нее взятку в размере 100 000 руб. за совершение ею бездействия, выражающегося в неисполнении своих контрольно-надзорных функций, как должностного лица, а именно за то, чтобы ФИО3 не совершала действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №14 над ФИО12, которые ФИО3 имела возможность совершить при осуществлении своих должностных полномочий, а именно при проверке ежегодно сдаваемых Свидетель №14 отчетов о расходовании денежных средств недееспособного ФИО12;

преступления, предусмотренного п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ) – получении должностным лицом лично взятки в виде денег за бездействие, когда такое бездействие входит в служебные полномочия должностного лица, в значительном размере, совершенное с вымогательством взятки, а именно в том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 (ФИО6), работая в должности ведущего специалиста – эксперта отдела опеки и попечительства администрации <адрес>, будучи в соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ должностным лицом, постоянно осуществляющим организационно-распорядительную функцию в органах местного самоуправления (лицом, наделенным правами и обязанностями по осуществлению функций исполнительной власти), реализуя преступный умысел, направленный на получение лично взятки в значительном размере путем вымогательства, за бездействие в пользу взяткодателя, которое она как должностное лицо может совершить, используя свои служебные полномочия, у Свидетель №14, являющейся опекуном совершеннолетнего недееспособного ФИО12, получила от нее взятку в размере 100 000 руб. за совершение ею бездействия, выражающегося в неисполнении своих контрольно-надзорных функций, как должностного лица, а именно за то, чтобы ФИО3 не совершала действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №14 над ФИО12 с последующим направлением последнего в психоневрологический диспансер, которые ФИО3 имела возможность совершить при осуществлении своих должностных полномочий;

преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ – мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, а именно в том, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, реализуя преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана ранее ей знакомой Потерпевший №2, уговорив последнюю взять кредит в кредитной организации под предлогом оплаты ею (ФИО3) кредитных обязательств, которые ФИО3 в дальнейшем не имела намерений исполнять, получила от Потерпевший №2 денежные средства в сумме 85 800 руб., причинив последней значительный материальный ущерб на указанную сумму;

преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ – мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, а именно в том, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, реализуя преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана ранее ей знакомой Потерпевший №2, уговорив последнюю взять кредит в кредитной организации под предлогом оплаты ею (ФИО3) кредитных обязательств, которые ФИО3 в дальнейшем не имела намерений исполнять, получила от Потерпевший №2 денежные средства в сумме 11 000 руб., причинив последней значительный материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании защитник ФИО5 заявила ходатайство, поддержанное подсудимой ФИО1, о возвращении указанного уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, поскольку обвинительное заключение в отношении ФИО1 составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Государственный обвинитель Рагулин И.С. полагал, что оснований для возвращения прокурору уголовного дела в отношении ФИО1 не имеется.

Законный представитель недееспособного потерпевшего Потерпевший №1 - ФИО2 позицию государственного обвинителя поддержала в полном объеме.

Суд, выслушав мнение участников процесса, приходит к следующему.

Согласно ст. 7 УПК РФ принципом уголовного судопроизводства является законность при производстве по уголовному делу, которая подразумевает требование осуществлять производство по уголовному делу в точном соответствии с законом, при соблюдении норм материального и процессуального права.

В соответствии с п. 1 ч.1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

По смыслу уголовно-процессуального закона, под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст.ст. 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. В соответствии с конституционно-правовым смыслом ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд вправе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия или дознания. Нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, являются препятствием для рассмотрения уголовного дела, исключая возможность реализации судом возложенной на него Конституцией Российской Федерации функции осуществления правосудия.

Согласно ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь должен указать: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за преступление.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ событие (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), характер и размер вреда, причиненного преступлением, являются обстоятельствами, подлежащими доказыванию и имеют существенное значение для уголовного дела.

Из приведенных выше положений закона следует, что в предъявленном обвинении и обвинительном заключении должно содержаться исчерпывающее и точное описание преступного деяния, конкретные действия и роль обвиняемого при его совершении, чтобы позволить суду объективно разрешить вопрос о виновности или невиновности привлеченного к уголовной ответственности лица. Обвинение должно быть конкретизировано таким образом, чтобы у суда не возникало сомнений относительно его фактического объема, поскольку суд не вправе самостоятельно формулировать обвинение и определять его содержание.

Требование закона об обеспечении обвиняемому права на защиту также предполагает необходимость четкого определения границ предъявленного обвинения и предмета судебного разбирательства.

Представленное обвинительное заключение не соответствует указанным требованиям закона в силу следующего.

Из постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения следует, что при описании преступных действий в отношении денежных средств Потерпевший №1 с использованием своего должностного положения (ч.3 ст. 159 УК РФ), а также преступных действий, связанных с получением взяток (2 эпизода – пп. «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ и 2 эпизода – п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ), ФИО3 действовала как должностное лицо, являясь в соответствии с примечанием 1 к ст. 285 УК РФ лицом, постоянно осуществляющим организационно-распорядительную функцию в органах местного самоуправления (лицом наделенным правами и обязанностями по осуществлению функций исполнительной власти).

Между тем, исходя из положений уголовного закона, в частности примечания 1 к статье 285 УК РФ, должностным лицом признается, в том числе, лицо, которое временно или по специальному полномочию осуществляет функции представителя власти либо выполняет организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, то есть уголовным законом предусмотрены альтернативные признаки признания лица должностным.

Таким образом, указав в предъявленном обвинении и обвинительном заключении оба признака должностного лица органа местного самоуправления (как представителя власти, так и лица, постоянно осуществляющего организационно-распорядительную функцию), орган предварительного расследования фактически указал о неопределенности в существе обвинения.

Кроме того, при описании преступного деяния, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, орган предварительного следствия в фабуле обвинения, ссылаясь на использование ФИО3 своего служебного положения, приведя при этом признаки должностного лица, не указал, в чем конкретно выразилось использование такого положения при совершении мошеннических действий. Также по указанному эпизоду преступной деятельности, вопреки положениям ст. 220 УПК РФ, отсутствуют сведения о последствиях преступных действий, в частности о характере и размере вреда, причиненного преступлением.

Указывая о постоянном осуществлении ФИО3 организационно-распорядительной функции в органах местного самоуправления, орган предварительного расследования в обвинительном заключении отмечает о выполнении ФИО3 своих должностных обязанностей, связанных с составлением ею актов о проверке условий жизни совершеннолетних недееспособных граждан, имеющих юридическое значение и влекущих правовые последствия для опекунов и совершеннолетних недееспособных, в том числе, выражающихся в последствиях в виде решения органа опеки и попечительства об освобождении опекуна от исполнения возложенных на него обязанностей, либо об отстранении его от их исполнения.

Между тем, как следует из «Правил осуществления органами опеки и попечительства проверки условий жизни совершеннолетних недееспособных граждан, соблюдения опекунами прав и законных интересов совершеннолетних недееспособных граждан, обеспечения сохранности их имущества, а также выполнения опекунами или попечителями требований к осуществлению своих прав и исполнению своих обязанностей в отношении недееспособных или не полностью дееспособных граждан», утвержденных постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, такие акты составляются по результатам плановых и внеплановых проверок исполнения обязанностей по опеке в отношении совершеннолетнего недееспособного гражданина, которые проводятся уполномоченным специалистом органа опеки и попечительства на основании соответствующего акта органа опеки и попечительства (пункты 3,7,9 Правил). Правилами предусмотрено, что при установлении опеки или попечительства над совершеннолетними подопечными плановые проверки проводятся в виде посещения совершеннолетнего подопечного, при этом регламентировано количество посещений в календарный период в зависимости от времени, последующего после принятия органом опеки и попечительства решения о назначении опекуна или попечителя.

В суде установлено, в том числе, из показаний допрошенных свидетелей, что внеплановых проверок исполнения обязанностей по опеке в отношении совершеннолетнего недееспособного гражданина в период с 2011 г. по настоящее время не проводилось, при этом о проведении плановых проверок составлялся график их проведения, который утверждался <адрес> или его заместителем по социальным вопросам.

В обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого отсутствуют сведения о том, составление каких именно актов – по результатам плановых или внеплановых проверок предусмотрено должностными обязанностями ФИО1 и вменяется ей как должностному лицу при постоянном осуществлении организационно-распорядительных функций в органах местного самоуправления.

Кроме того, при описании преступного деяния по эпизоду в отношении денежных средств Потерпевший №1 (ч.3 ст. 159 УК РФ), хищение путем обмана которых вменяется ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, приведены обязанности ФИО1 согласно должностной инструкции.

При этом в суде установлено, что в указанный период действовали две инструкции с отличающимся содержанием, одна из которых была утверждена (дата не установлена) <адрес> Свидетель №2, который работал в указанной должности с 2009 г. по 2014 г., вторая – утверждена постановлением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №.

Однако, в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого по данному эпизоду отсутствуют сведения о должностных обязанностях, предусмотренных конкретной из указанных должностных инструкций.

По эпизоду получения взятки от Свидетель №15 (пп. «б», «в» ч.5 ст. 290 УК РФ) органом предварительного следствия вменено ФИО1 получение ею взятки в виде денег за незаконное бездействие, выразившееся в неисполнении своих контрольно-надзорных функций, как должностного лица, а именно за не совершение действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №15 над ФИО10, однако при описании преступного деяния отсутствуют сведения о том, что у ФИО1 были основания для такого инициирования (наличие конкретных нарушений со стороны Свидетель №15). Также отсутствует указание о том, какие конкретно действия по инициированию процедуры лишения опеки, предусмотренные должностными обязанностями, должна была выполнить ФИО1 Таким образом, не отражена в обвинении незаконность бездействия ФИО1, то есть объективная сторона вмененного преступления.

Кроме того, при описании существа обвинения ФИО1 по данному эпизоду преступной деятельности, а также по эпизоду получения взятки от Свидетель №9 указаны разные цели получения ею взятки: «за неисполнение возложенных на нее, как на должностное лицо обязанностей по осуществлению проверки условий жизни совершеннолетних недееспособных граждан, соблюдения опекунами прав и законных интересов совершеннолетних недееспособных граждан, обеспечения сохранности их имущества, а также выполнения опекунами или попечителями требований к осуществлению своих прав и исполнению своих обязанностей в отношении совершеннолетних недееспособных»; «за неисполнение высказанных ФИО3 угроз, то есть за бездействие, выразившееся в неисполнении своих контрольно-надзорных функций, как должностного лица, а именно за не совершение действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №15 на ФИО10 (Свидетель №9 над ФИО11)». То есть, фактически не установлено, за совершение какого именно бездействия был получен предмет взятки.

По эпизодам получения взяток от Свидетель №15 (пп. «б, «в» ч.5 ст. 290 УК РФ), Свидетель №9 (пп. «б, «в» ч.5 ст. 290 УК РФ) и Свидетель №14 (п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ) при описании существа обвинения явствует, что предметом взяток являлись денежные средства, принадлежащие соответственно недееспособным ФИО10, ФИО11 и ФИО12, которые снимались опекунами с их расчетных счетов и передавались ФИО4 (ФИО6).

В силу пункта 1 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации опекун или попечитель распоряжается доходами подопечного, в том числе доходами, причитающимися подопечному от управления его имуществом, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, исключительно в интересах подопечного и с предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Порядок управления имуществом подопечного определяется Федеральным законом "Об опеке и попечительстве" (пункт 2 ст. 37 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 17 Федерального закона РФ "Об опеке и попечительстве" подопечные не имеют права собственности на имущество опекунов или попечителей, а опекуны или попечители не имеют права собственности на имущество подопечных, в том числе на суммы алиментов, пенсий, пособий и иных предоставляемых на содержание подопечных социальных выплат.

Между тем, по указанным эпизодам вмененных преступлений в обвинительном заключении отсутствуют сведения о том, что денежные средства недееспособных передавались опекунами ФИО3 исключительно в интересах подопечных, равно как и отсутствуют сведения о том, что указанным лицам причинен вред, а также его характер и размер, что свидетельствует о возможных ограничениях прав данных недееспособных граждан, поскольку п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ определяет защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, одним из назначений уголовного судопроизводства. Это предполагает, по меньшей мере, установление реальных обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, и его правильную правовую оценку.

Кроме того, описание существа предъявленного ФИО1 по эпизодам получения взяток от Свидетель №14 (п. «б» ч.5 ст. 290 УК РФ – 2 эпизода – получение должностным лицом лично взятки в виде денег за бездействие, когда такое бездействие входит в служебные полномочия должностного лица, в значительном размере, совершенное с вымогательством взятки) и приведенного в обвинительном заключении обвинения противоречит формулировке обвинения.

В частности, по версии органа предварительного следствия, Свидетель №14, реально опасаясь осуществления ФИО3 высказанных угроз, вынуждена была передать и лично передала в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (1-й эпизод), а также ДД.ММ.ГГГГ (2-й эпизод) последней взятку в виде денег каждый раз в размере 100 000 руб. за неисполнение высказанных ФИО3 угроз, то есть за бездействие, выразившееся в неисполнении своих контрольно-надзорных функций как должностного лица, а именно за то, чтобы ФИО3 не совершала действий по инициированию процедуры лишения опеки Свидетель №14 над ФИО12 с последующим направлением последнего в психоневрологический диспансер. Таким образом, вопреки формулировке предъявленного ФИО1 по данным эпизодам преступной деятельности обвинения, органом предварительного следствия указано на неисполнение ею служебных обязанностей, как условие получение взяток.

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствует о том, что обвинение не является понятным, оно не конкретизировано, влечет различное толкование изложенных в обвинении обстоятельств, не позволяет установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства, кроме того, свидетельствует о нарушении права обвиняемой на защиту, а именно – права знать, в чем конкретно она обвиняется.

Таким образом, в досудебном производстве были допущены существенные нарушения требований ст. 220 УПК РФ, которые противоречат правовым принципам уголовного судопроизводства, закрепленным в ст. 6 УПК РФ, не устранимые в судебном заседании, в связи с чем, суд считает доводы государственного обвинителя об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ необоснованными и приходит к выводу, что вышеуказанные нарушения исключают возможность принятия судебного решения на основании данного обвинительного заключения и материалов уголовного дела, поэтому необходимо уголовное дело возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, который в силу ч.3 ст. 15 УПК РФ не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Возвращение уголовного дела прокурору в случае выявления допущенных в ходе досудебного производства существенных процессуальных нарушений имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в форме предварительного следствия в соответствие с требованиями, установленными уголовно-процессуальным законодательством, и с тем, чтобы после устранения выявленных нарушений и предоставления участникам уголовного судопроизводства возможности реализовать соответствующие права и последующего принятия процессуального решения по итогам рассмотрения дела с обеспечением гарантированных Конституцией РФ прав обвиняемого на судебную защиту и на принятие законного, обоснованного решения в установленные сроки.

При наличии указанного обвинительного заключения, суд, поставлен органом предварительного расследования в условия самостоятельного установления фактических обстоятельств по уголовному делу, что является недопустимым и противоречит требованиям ст. 252 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, учитывая, что суд не является органом, проводящим следственные действия и не является органом уголовного преследования, суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение, имеющееся в материалах уголовного дела, составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, в связи с чем, в силу положений п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 159, пп. «б», «в» ч.5 ст. 290, пп. «б», «в» ч.5 ст. 290, п. «б» ч.5 ст. 290, п. «б» ч.5 ст. 290, ч.2 ст. 159, ч.2 ст. 159 УК РФ, подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судом.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная ФИО1 в ходе предварительного следствия, подлежит оставлению без изменения до вступления постановления суда в законную силу.

Руководствуясь ст. 237 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Ходатайство защитника ФИО5 удовлетворить.

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 159, пп. «б», «в» ч.5 ст. 290, пп. «б», «в» ч.5 ст. 290, п. «б» ч.5 ст. 290, п. «б» ч.5 ст. 290, ч.2 ст. 159, ч.2 ст. 159 УК РФ, в соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ возвратить прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Беловский районный суд <адрес> в течение десяти суток со дня его вынесения.

Председательствующий судья подпись. И.Г. Новиков

<данные изъяты>

<данные изъяты>