Приговор № 1-84/2019 от 17 июня 2019 г. по делу № 1-84/2019

Уголовное дело № 1-84/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

18 июня 2019 года г. Сретенск

Сретенский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Чепцова Ю.Ф.,

при секретаре Судаковой С.А.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Сретенского района Кожевниковой Е.О.,

представителя потерпевшего О.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Трапезникова С.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

подсудимого ФИО2,

его защитника – адвоката Саркисовой М.А., представившей удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

подсудимого ФИО3,

его защитника – адвоката Черепанова А.В., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, с образованием 9 классов, <данные изъяты>, работающего <данные изъяты>, военнообязанного, несудимого,

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, с образованием 9 классов<данные изъяты>, неработающего, несудимого,

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, с образованием 4 класса, <данные изъяты>, неработающего, несудимого,

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 группой лиц по предварительному сговору совершили незаконную рубку лесных насаждений в крупном размере при следующих обстоятельствах.

10 августа 2018 года у ФИО1 из корыстных побуждений возник преступный умысел на незаконную рубку лесных насаждений – деревьев породы лиственница в <адрес> участковом лесничестве <адрес>.

Реализуя задуманное, в указанный день около 8 часов ФИО1, а также ФИО2 и ФИО3 выехали в квартал № выдел № <адрес> участкового лесничества, расположенный на расстоянии 2 км к северо-западу от <адрес>, где ФИО1 предложил последним незаконно заготовить сырорастущие деревья породы лиственница для личного использования, на что ФИО2 и ФИО3 согласились, тем самым вступили с ним в преступный сговор.

Немедленно реализуя свой преступный умысел, в указанное время в указанном месте, действуя группой лиц по предварительному сговору, умышленно, в нарушение ст. 17, 29, ч. 4 ст. 30, ст. 71, 75, 77 Лесного кодекса Российской Федерации и ч. 2 ст. 1, ч. 1 и 2 ст. 2 и ч. 1 ст. 3 Закона Забайкальского края от 16.10.2008 № 59-ЗЗК «О реализации на территории Забайкальского края отдельных положений Лесного кодекса Российской Федерации», не имея разрешительных документов на заготовку сырорастущего леса (лесной декларации, договора купли-продажи, акта освидетельствования лесосеки, товарно-транспортной накладной) ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершили незаконную рубку лесных насаждений, а именно: ФИО3 принадлежащей ФИО1 бензопилой марки «Штиль MS 180» спилил 8 сырорастущих деревьев породы лиственница объемом 6,02 м3 на сумму 67 718 рублей 98 коп., 1 сырорастущее дерево породы береза объемом 0,33 м3 на сумму 2 319 рублей 90 коп., 1 сырорастущее дерево породы сосна объемом 1,01 м3 на сумму 14 162 рубля 22 коп., а ФИО2 и ФИО1 прицепляли спиленные деревья к трактору <данные изъяты>, заводской номер №, принадлежащему ФИО1, после чего незаконно заготовленную древесину вывозили по месту жительства ФИО1 по адресу: <адрес>.

В соответствии с расчетами, произведенными на основании Постановлений Правительства РФ от 22.05.2007 № 310 «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности» и от 08.05.2007 № 273 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства» материальный ущерб, причиненный ФИО1, ФИО2 и ФИО3 лесным насаждениям, входящим в лесной фонд Российской Федерации, составил 84 201 рубль 10 коп. и относится к крупному размеру.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал частично, суду показал, что ему была необходима лиственница для строительства оклада под гараж, поэтому в августе 2018 года он попросил ФИО2 и ФИО3 помочь ему в лесу. Зимин раньше неоднократно ездил с ним в лес и валил деревья на лесосеке, ФИО2 – помогал на пилораме. О том, что они должны будут помочь ему в незаконной рубке, те не знали. О совершении преступления они не договаривались, до этого ФИО3 и ФИО2 помогали ему в законной заготовке древесины.

Около часа дня они поехали в лес на его тракторе, взяли принадлежащие ему бензопилу и трос. Когда ФИО3 спилил первое дерево, то спросил у него, есть ли у него документы на заготовку древесины в этом месте, он сказал им, что нет. После этого они продолжили незаконную рубку, ФИО3 валил деревья принадлежащей ему бензопилой, ФИО2 цеплял по 2 дерева к трактору, а он оттаскивал их трактором на пилораму. Они спилили 8 лиственниц, 1 сосну, на которой повисла спиленная лиственница, и 1 березу, которая мешала проезду трактора. В содеянном он раскаивается и выплатил причиненный ущерб.

ФИО1 обратился с явкой с повинной, в которой указал, что 10.08.2018 он совместно с ФИО2 и ФИО3 в лесном массиве в 2 км от <адрес> совершил незаконную рубку деревьев для их дальнейшей переработки и строительства гаража (т. 1, л.д. 52-53).

Место незаконной рубки ФИО1 указал при проверке показаний на месте (т. 1, л.д. 93-100).

Явку с повинной и протокол проверки показаний на месте подсудимый ФИО1 подтвердил.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в данном преступлении признал частично, суду показал, что с июня 2018 года он неофициально работает у ФИО1 на пилораме. 10.08.2018 он и ФИО3 находились на пилораме ФИО1 в <адрес>. ФИО1 попросил их поехать с ним в лес и заготовить лиственницу на оклад для гаража. Он не знал, что у ФИО1 нет документов на заготовку этой древесины, так как до этого работал у того только на пилораме, и полагал, что ФИО1 заготавливает лес законно.

Днем они приехали в лес на тракторе ФИО1, тот сам указал место, где будут пилить деревья. ФИО3 спилил дерево, затем спросил у ФИО1, есть ли у того документы на заготовку древесины в этом месте, тот сказал, что нет. Он понял, что они заготавливают лес незаконно, но тоже решил заготовить себе лиственницу на оклад для гаража. ФИО3 валил деревья бензопилой, принадлежащей ФИО1, он цеплял по 2 спиленных дерева к трактору, а ФИО1 трактором утаскивал их на пилораму. Всего они спилили 8 лиственниц, 1 сосну, на которой повисла спиленная лиственница, и 1 березу, которая мешала проезду трактора. В содеянном раскаивается.

ФИО2 обратился с явкой с повинной, в которой указал, что 10.08.2018 он совместно с ФИО1 и ФИО3 примерно в 2 км от <адрес> незаконно напилил деревья для их дальнейшей переработки и строительства гаража (т. 1, л.д. 72-73).

Судом оглашены показания ФИО2, данные при допросе в качестве подозреваемого 18.08.2018, согласно которым 10.08.2018 около 12 часов он, ФИО3 и ФИО1 поехали в лес примерно в 2-3 км от <адрес>. ФИО1 сказал, что ему нужно несколько лиственниц на брус для нижних венцов гаража. ФИО3 сказал ФИО1, что лесосека не отведена, и если они будут пилить лес, это будет незаконно, так как у них не было разрешительного документа. Он тоже знал, что лесосека отведена, но разрешительных документов на нее нет. ФИО1 сказал, что они сейчас быстро напилят 8-10 лесин, и никто не заметит. В лесу ФИО1 сказал им, что нужны деревья диаметром 25-30 см, сам выбирал деревья для валки. ФИО3 сваливал по 2 дерева бензопилой «Штиль MS 180», он отмерял рулеткой поваленные деревья длиной от 4 до 8 м, отпиливал по нужной длине, затем он с ФИО3 цепляли их к трактору и вместе с ФИО1 вывозили на пилораму по 2 бревна, ездили 5-6 раз. ФИО3 свалил примерно 10 сырорастущих лиственниц. В ходе валки одна лесина зацепилась за ветки сосны, и ФИО3 свалил эту сосну. На следующее утро привезенные деревья он и Зимин распилили на брус 15х18 см длиной 4 и 6 м. Вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, признал полностью (т. 1, л.д. 77-79).

Обстоятельства незаконной рубки ФИО2 продемонстрировал при проверке показаний на месте (т. 1, л.д. 93-100).

В ходе дополнительного допроса в качестве подозреваемого 20.01.2019 ФИО2 показал, что 10.08.2018 ФИО1 сказал, что надо ехать в лес. Они поехали в лес примерно в 2 км от дома ФИО1 на тракторе последнего, с собой взяли бензопилу «Штиль 100». В лесу ФИО1 сказал, что он собрался пилить лиственницу для строительства гаража и что документов на заготовку у него нет. Он понял, что тот собирается готовить лес незаконно. Он тоже решил заготовить для себя лиственницу на гараж. ФИО3 слышал их разговор. Они не предлагали ФИО3 пилить вместе с ними и заранее не договаривались совершить незаконную рубку. О том, что ФИО1 собрался готовить лес незаконно, без документов, он узнал в лесу перед тем, как готовить лес. Распределения ролей у них не было, они действовали как обычно, так как ранее неоднократно с ФИО1 и ФИО3 на лесосеках законно готовили лес. Каждый из них знал, что он делает в лесу. Они спилили 8 лиственниц, 1 березу, которая мешала проезду и 1 сосну, на которой повисла лиственница, после чего 7 лиственниц вывезли за 4 раза. Вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, признал полностью (т. 2, л.д. 30-35).

При допросе в качестве обвиняемого 20.01.2019 ФИО2 показал, что 10.08.2018 ФИО1 предложил ему поехать с ним в лес заготовить лиственницу, взяли с собой ФИО3 Он думал, что у ФИО1 имеются все разрешительные документы. В лесу ФИО1 сказал, что ему необходимо спилить лиственницу для строительства гаража и что документов у него нет, то есть у него не был заключен договор купли-продажи лесных насаждений в данном месте. Он понял, что тот собирается незаконно заготовить деревья. Он тоже решил незаконно заготовить для себя лиственницу на гараж. ФИО3 они сказали помочь, тот из их разговора понял, что они собираются готовить лес незаконно, и согласился помочь им. Вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, признал, в содеянном раскаивается, ущерб возместил в полном объеме (т. 2, л.д. 123-126).

При допросах в качестве обвиняемого 23.03.2019 и 26.04.2019 ФИО2 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, признал частично, показал, что действительно совместно с ФИО1 и ФИО3 заготовил деревья, однако предварительного сговора у них не было (т. 2, л.д. 235-237, т. 3, л.д. 125-127).

Оглашенные явку с повинной и протокол проверки показаний на месте подсудимый ФИО2 подтвердил, оглашенные показания подтвердил частично, пояснил, что предварительного сговора между ними не было, о незаконности рубки он узнал после того, как ФИО3 свалил первое дерево и спросил о наличии документов на заготовку древесины у ФИО1. Почему на предварительном следствии давал другие показания, пояснить не смог. При первом его допросе защитник отсутствовал. Протоколы допроса он читал и подписал их, замечаний у него не было.

Подсудимый ФИО3 вину в совершении преступления признал частично, суду показал, что в августе 2018 года он находился в <адрес> на пилораме у ФИО1, у которого неофициально работает с 2017 года. ФИО1 позвал его и ФИО2 помочь ему на лесосеке. Они на тракторе ФИО1 приехали в лес, тот сам выбрал место и сказал, что этот лес подойдет. Он спилил 2 дерева, затем спросил ФИО1, есть ли у того документы на заготовку леса, тот сказал, что нет. Он решил продолжить валить деревья, так как все равно начал валить их незаконно. Он знал, что ФИО1 собирался строить гараж. Он спилил 8 лиственниц, которые ему сказал спилить ФИО1, 1 березу, которая мешала проезду трактора, и 1 сосну, на которой повисла спиленная лиственница. ФИО2 цеплял спиленные деревья к трактору, а ФИО1 утаскивал трактором по 2 дерева к себе домой. Роли в лесу они не распределяли, действовали, как обычно действуют в лесу. В содеянном раскаивается.

ФИО3 обратился с явкой с повинной, в которой указал, что 10 или 11.08.2018 он совместно с ФИО1 и ФИО2 примерно в 2 км от <адрес> незаконно напилил деревья для их дальнейшей переработки и строительства гаража (т. 1, л.д. 62-63).

Согласно оглашенным показаниям ФИО3, данным при допросе в качестве подозреваемого, 10 или 11.08.2018 около 12 часов ФИО1 позвал его ФИО2 в лес, сказав, что ему нужно свалить несколько лесин на брус для нижних венцов гаража. Они приехали на тракторе ФИО1 в лес в 2 км от <адрес>. Он сказал ФИО1, что лесосека не отведена и пилить лес незаконно, так как у них не было разрешительного документа. ФИО1 ответил, что они сейчас быстро спилят 8 лесин, и никто не заметит. ФИО1 ему сказал, что он может не ехать, но помогать ему все равно придется, и он согласился на предложение ФИО1. В лесу ФИО1 выбирал лесины для валки, он валил деревья и цеплял их к трактору, ФИО2 отмерял рулеткой сваленные деревья и менял его на валке. Он свалил 10 лиственниц, а ФИО2 – 2. Все деревья были сырорастущие. Сваленные деревья он и ФИО2 цепляли к трактору по 2 штуки, и ФИО1 увозил их на пилораму, всего совершил 6-7 рейсов. Одна лесина зацепилась за сосну, поэтому он спилил сосну. На следующее утро он и ФИО2 по указанию ФИО1 распилили все деревья на брус 15х18 см длиной 4 и 6 м. Вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, признал полностью (т. 1, л.д. 67-69).

В ходе допросов 20.01.2019 ФИО3 показал, что 10.08.2018 ФИО1 сказал, что надо ехать в лес. Они с ФИО1 и ФИО2 приехали в лес на тракторе. В лесу ФИО1 сказал, что сейчас быстро спилят несколько лиственниц, которые тому нужны для нижних венцов гаража. Он сказал, что без документов это незаконно. Цыганков сказал, что ему тогда тоже нужно несколько лиственниц для гаража. До этого между ними не было разговора о том, что они будут незаконно готовить лес. ФИО1 сказал, что он может им помочь, он согласился, так как они уже решили незаконно заготовить лиственницу. Он пилой ФИО1 спиливал деревья, которые тот ему указывал. ФИО2 и ФИО1 цепляли к трактору по 2 дерева, и последний вывозил их к себе на пилораму. Он спилил 8 лиственниц, 1 березу и 1 сосну. 11.08.2018 он и ФИО2 распилили вывезенные деревья на брус для ФИО1 и лафет для ФИО2. Вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ, признал полностью. В предварительный сговор они не вступали (т. 2, л.д. 38-41, 134-136).

При допросах в качестве обвиняемого 23.03.2019 и 26.04.2019 ФИО3 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, признал частично, показал, что действительно совместно с ФИО1 и ФИО3 заготовил деревья, однако предварительного сговора у них не было (т. 2, л.д. 255-257, т. 3, л.д. 135-137).

Оглашенную явку с повинной подсудимый ФИО3 подтвердил, оглашенные показания подтвердил частично, пояснил, что предварительного сговора между ними не было, о незаконности рубки он узнал после того, как свалил первое дерево и спросил о наличии документов на заготовку древесины у ФИО1. Почему на предварительном следствии давал другие показания, пояснить не смог. При его допросах защитник присутствовал. Протоколы допроса он читал и подписал их, замечаний у него не было.

Анализируя показания подсудимых в совокупности с иными доказательствами, исследованными в процессе судебного разбирательства, суд отвергает показания подсудимых, данные в суде, в той части, что ФИО2 и ФИО3 узнали о незаконности рубки только после того, как ФИО3 свалил первое дерево и спросил о наличии документов на заготовку древесины у ФИО1, поскольку они противоречат показаниям ФИО2 и ФИО3, данным в ходе предварительного следствия, когда они последовательно утверждали, что об отсутствии документов, разрешающих заготовку древесины в указанном месте, они узнали от ФИО1 до начала незаконной рубки.

Причину изменения показаний подсудимые ФИО2 и ФИО3 объяснить не смогли, при этом подтвердили, что читали и подписали протоколы допросов, из чего следует, что они были ознакомлены и согласны с их содержанием.

Утверждение ФИО2 о том, что при его первом допросе отсутствовал защитник, судом проверено и своего подтверждения не нашло.

Свидетель Л. суду показала, что она работала начальником СО ОМВД России по <адрес>, в ее производстве находилось уголовное дело по факту незаконной рубки в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3. Она допрашивала их в качестве подозреваемых, перед началом допроса разъясняла им права и обязанности, до начала допросов они имели возможность проконсультироваться с адвокатом, защитник Романцова Е.Н. присутствовала при их допросах в качестве подозреваемых. Показания они давали добровольно и самостоятельно, она записывала показания с их слов. Протоколы допросов они прочитали и подписали, замечаний к их содержанию у них не было. Давления с ее стороны или со стороны сотрудников полиции на подозреваемых не оказывалось. Каких-либо жалоб от них не поступало.

Протокол допроса подозреваемого ФИО2 от 18.08.2018 подписан как ФИО2, так и защитником Романцовой, замечаний к протоколу от них не поступило, что в совокупности с показаниями свидетеля Л. убеждает суд в том, что защитник присутствовала при допросе, и ФИО2 был обеспечен квалифицированной юридической помощью.

Суд признает правдивыми и берет за основу обвинительного приговора показания подсудимых ФИО2 и ФИО3, данные в ходе предварительного следствия, поскольку они стабильны, последовательны, согласуются между собой, с другими доказательствами по делу и установленными судом фактическими обстоятельствами произошедшего. Противоречия в показаниях подсудимых относительно действий каждого в лесу суд находит несущественными, не влияющими ни на доказанность их вины, ни на решение вопроса о квалификации их действий, и считает, что они обусловлены индивидуальными особенностями восприятия.Суд не соглашается с мнением государственного обвинителя о необходимости положить в основу приговора данные в ходе предварительного следствия показания ФИО1, поскольку в судебном заседании они исследовались, так как стороны не заявляли ходатайств об их оглашении в соответствии со ст. 276 УПК РФ.

Несмотря на то, что в ходе предварительного следствия подсудимые ФИО2 и ФИО3 заявляли о частичном признании вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, из содержания их допросов следует, что вину в этом преступлении они признавали полностью, так как поясняли о том, что договорились с ФИО1 о незаконной рубке до начала выполнения объективной стороны преступления.

Несмотря на занятую подсудимыми позицию, их вина в преступлении при установленных судом обстоятельствах нашла свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и установлена судом с учетом совокупности нижеприведенных исследованных и проанализированных доказательств.

Представитель потерпевшего О., работающий начальником <адрес> лесничества ГКУ <адрес>», суду показал, что в августе 2018 года он находился в командировке, ему позвонили сотрудники полиции и попросили направить с ними работника лесничества на место незаконной рубки. Он направил инженера охраны и защиты леса З. Тот позже сообщил ему, что в квартале № выделе № <адрес> участкового лесничества была обнаружена незаконная рубка, были срублены 8 сырорастущих деревьев породы лиственница, 1 дерево породы сосна и 1 дерево породы береза. З. был установлен ущерб и составлен протокол о лесонарушении. ФИО1 в 2018 году лесосека в <адрес> участковом лесничестве не отводилась. Леса в месте обнаружения незаконной рубки относятся к категории защитных, поэтому населению в этом месте лесосеки не отводятся, там допускается только сплошная санитарная рубка.

В настоящее время ФИО1 ущерб возмещен, претензий к подсудимым у него не имеется.

О. обратился в полицию с заявлением об обнаружении незаконной рубки деревьев в квартале № выделе №, категория – защитные леса. Объем незаконно заготовленной древесины составил 8,04 м3, порода сосна, лиственница. Ущерб составил 96 043 рубля (т. 1, л.д. 4).

Согласно оглашенным показаниям свидетеля М., работающего оперуполномоченным ОМВД России по <адрес>, 17.08.2018 он искал в лесном массиве около <адрес> жителя поселка для получения объяснения по административному правонарушению и увидел в квартале № выделе № <адрес> участкового лесничества свежеспиленные пни лиственницы. Следы от трактора <данные изъяты> вели по дороге к дому ФИО1, который занимается лесозаготовкой и переработкой древесины. Он составил рапорт об обнаружении незаконной рубки (т. 1, л.д. 259-260).

Свидетель З., работающий инженером охраны и защиты леса <адрес> лесничества ГКУ «<адрес>», суду показал, что 16.08.2018 он выезжал с сотрудниками полиции на осмотр места происшествия в квартал № выдел № <адрес> участкового лесничества в 2 км к северо-западу от <адрес>. На месте была обнаружена незаконная рубка – 10 пней, из них 8 были пни лиственницы, 2 пня – сосны. Спилы были свежие, не более месяца, поскольку древесина на спилах была светлая. Также на месте он видел следы колес трактора и волочения деревьев.

22.08.2019 он составил протокол о лесонарушении и произвел расчет ущерба, который составил 96 043 рубля 42 коп. При повторном осмотре сотрудники полиции установили, что 1 пень был березы, тогда как в первом осмотре было ошибочно указано, что сосны. Ошибка была допущена, поскольку во время первого осмотра шел дождь, пни были грязные. Он произвел повторный расчет ущерба, который составил 84 201 рубль 10 коп. Объем незаконно заготовленной древесины определяется исходя из количества и диаметра пней по сортиментному справочнику. В настоящее время ущерб возмещен в полном объеме ФИО1.

Из оглашенных показаний свидетеля М., работающей мастером леса <адрес> лесничества, следует, что в августе 2018 года выявлен факт незаконной рубки в квартале № выделе № <адрес> участкового лесничества, объем незаконно заготовленной древесины составил 8,04 м3, а сумма ущерба – 96 043 рубля 42 коп. В этом месте лесосека для нужд местного населения не отведена. ФИО1 и ФИО2 не выписывали лесобилет и не заключали договор купли-продажи лесных насаждений. О том, что они произвели незаконную рубку, знает со слов сотрудников полиции (т. 1, л.д. 155-158).

Показания представителя потерпевшего и свидетелей суд признает правдивыми и берет их за основу обвинительного приговора, поскольку они пояснили лишь о тех обстоятельствах, очевидцами и участниками которых они были и о которых им известно со слов непосредственных участников событий, их показания в целом согласуются между собой, воссоздают целостную картину произошедшего и не противоречат другим доказательствам по делу, все они допрошены, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований для оговора подсудимых не имеют.

Кроме того, вина подсудимых объективно подтверждается протоколами других следственных действий и иными доказательствами, исследованными в процессе судебного разбирательства.

В ходе осмотра места происшествия – участка местности в квартале № выделе № <адрес> участкового лесничества <адрес>, расположенного в 2 км к северо-западу от <адрес> – обнаружены пни спиленных деревьев и порубочный мусор. Спилы свежие. В месте незаконной рубки находятся следы волочения, которые следуют в сторону <адрес>. Также обнаружены следы транспортного средства, предположительно трактора (т. 1, л.д. 19-34).

Из протокола о лесонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, расчета суммы ущерба и ведомости перечета деревьев следует, что 16.08.2018 в квартале № выделе № <адрес> участкового лесничества сотрудниками полиции в защитных лесах обнаружена незаконная рубка 2 деревьев породы сосна объемом 2,02 м3 и 8 деревьев породы лиственница объемом 6,02 м3. Общий ущерб составил 96 043 рубля (т. 1, л.д. 5-10).

Место незаконной рубки повторно осмотрено 19.11.2018, при этом обнаружены пни 8 лиственниц, 1 сосны и 1 березы, а также три спиленных дерева (лиственница, сосна и береза), которые изъяты. Со слов подозреваемого ФИО1 в этом месте они с ФИО2 и ФИО3 совершили незаконную рубку (т. 1, л.д. 109-116).

Согласно повторному расчету материального ущерба сумма ущерба от незаконной рубки в защитных лесах лиственницы объемом 6,02 м3 составила 67 718 рублей 98 коп., сосны объемом 1,01 м3 – 14 162 рубля 22 коп., березы объемом 0,33 м3 – 2 319 рублей 90 коп. Общий ущерб составил 84 201 рубль 10 коп. (т. 1, л.д. 170-172).

Также осмотрена территория около дома по адресу: <адрес>, обнаружен трактор <данные изъяты>, заводской №, с усовершенствованным погрузчиком <данные изъяты>. Справа от дома находится навес, под которым находится пилорама. В 11 м находится еще один навес, под которым также находится пилорама. Рядом с первой пилорамой лежит брус в количестве 28 штук, на полу пилорамы – 47 досок, у второй пилорамы лежит брус в количестве 52 штуки, 61 доска, на пилораме имеется один брус. За этой пилорамой находится фрезерный станок, рядом расположено 61 бревно. Указанные предметы изъяты. Также изъята бензопила «Штиль MS 180». Рядом с пилорамами лежит кора лиственницы (т. 1, л.д. 35-49).

Также около указанного дома осмотрены 5 пластин лафета из древесины породы лиственница, ФИО2 пояснил, что лафет он изготовил из незаконно заготовленной лиственницы, и гараж, пристроенный к дому, ФИО1 пояснил, что нижние венцы гаража он сложил из 7 брусьев, которые изготовил из незаконно заготовленной лиственницы (т. 1, л.д. 141-145, 149-153).

Изъятые предметы осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т. 1, л.д. 120-131, 146-148, 154-156, 245-249, 250-253, т. 2, л.д. 18-21).

Заключением эксперта № установлено, что следы пиления на представленных спилах пней деревьев № 1, 4 и 7 могли быть оставлены бензопилой «Штиль MS 180» (т. 1, л.д. 176-182).

Исследовав представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что подсудимые ФИО1, ФИО2, ФИО3 виновны в преступлении при установленных судом обстоятельствах, что подтверждается их собственными показаниями, а также вышеприведенными показаниями представителя потерпевшего и свидетелей, которые положены в основу обвинительного приговора, иными доказательствами, исследованными судом, в том числе протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключением эксперта, которые суд признает достоверными, допустимыми и относимыми к совершенному преступлению, а совокупность исследованных судом доказательств – достаточной для постановления обвинительного приговора.

Положенные судом в основу приговора доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства совершенного преступления, оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется.

Судом установлено, что ФИО1, ФИО2 и ФИО3 вступили в сговор на совершение преступления, после чего умышленно, в полной мере осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, действуя в нарушение закона, не имея разрешительных документов на заготовку сырорастущего леса, группой лиц по предварительному сговору, совместно и согласованно, совершили незаконную рубку, при этом ФИО3 бензопилой спилил сырорастущие деревья, а ФИО2 и ФИО1 прицепляли их к трактору, с помощью которого вывозили по месту жительства ФИО1.

Размер причиненного ущерба (84 201 рубль 10 коп.) суд признает крупным, поскольку он значительно превышает сумму в 50 000 рублей, установленную примечанием к ст. 260 УК РФ в качестве крупного размера.

Квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору суд усматривает в действиях подсудимых в том, что они предварительно договорились о совершении преступления, во время его совершения действовали совместно и согласованно, каждый из них исполнял отведенную ему роль (ФИО3 валил деревья при помощи бензопилы, ФИО2 и ФИО1 цепляли их с помощью троса к трактору, при помощи которого трелевали деревья на пилораму), их объединенные усилия были направлены на достижение единого преступного результата.

По этим основаниям суд отвергает доводы стороны защиты об отсутствии у подсудимых предварительного сговора.

Наличие у них сговора следует из показаний ФИО2 и ФИО3, данных в ходе предварительного следствия и положенных судом в основу приговора. Тот факт, что ФИО2 и ФИО3 узнали о незаконности рубки не до поездки в лес, а в лесу в указанном ФИО1 месте, правового значения для квалификации их действий не имеет, поскольку о совместном совершении преступления они договорились до начала выполнения его объективной стороны – до начала валки деревьев.

При таком положении суд квалифицирует деяние ФИО1, ФИО2 и ФИО3 по ч. 3 ст. 260 УК РФ как незаконную рубку лесных насаждений в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору.

При назначении наказания суд учитывает требования ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личности подсудимых, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих их наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 не судимы (т. 2, л.д. 47, 68, 87), на учете у нарколога и психиатра не состоят (т. 2, л.д. 57, 76, 94).

ФИО1 работает и <данные изъяты>, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, в общении вежлив, оказывал материальную помощь в приобретении подарков детям-инвалидам к празднику, по характеру общительный, спокойный (т. 2, л.д. 50, 59, 61-62).

ФИО2 не работает, <данные изъяты>, по месту жительства со стороны администрации городского поселения характеризуется удовлетворительно, в общении вежлив, со стороны участкового уполномоченного полиции – посредственно, на него поступали жалобы по факту семейного дебоширства, часто употребляет спиртные напитки, по характеру общительный, коммуникабельный (т. 2, л.д. 72-73, 82, 84-86).

ФИО3 не работает, холост, <данные изъяты>, по месту жительства и предыдущему месту работы характеризуется положительно (т. 2, л.д. 91, 100, 102-104).

С учетом данных о личности подсудимых, условий их жизни, конкретных обстоятельств дела суд признает их вменяемыми и подлежащими уголовной ответственности за содеянное.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд в соответствии с п. «г», «и», «к» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ учитывает состояние здоровья подсудимого ФИО1, <данные изъяты>, совершение преступления впервые, явки с повинной, признание вины в ходе предварительного следствия, частичное признание вины в суде, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в том, что они в ходе предварительного следствия давали признательные показания, в том числе о тех обстоятельствах преступления, которые не были известны органам следствия, а ФИО1 и ФИО2 также продемонстрировали их на месте, добровольное возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, что влечет применение при назначении им наказания правил, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, не имеется.

С учетом фактических обстоятельств совершенного подсудимыми тяжкого преступления, размера причиненного ущерба, личностей подсудимых, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд не усматривает оснований для изменения им категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ на менее тяжкую.

При таком положении суд назначает каждому из подсудимых наказание в виде лишения свободы, признавая, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимых и предупреждение совершения ими новых преступлений, при этом суд приходит к убеждению, что исправление виновных возможно без реального лишения свободы и применяет положения ст. 73 УК РФ.

Обстоятельств, свидетельствующих о необходимости назначения подсудимым дополнительного наказания в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд не усматривает.

Разрешая в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд считает, что трактор <данные изъяты>, заводской №, две пилорамы, фрезерный станок, брус в количестве 7 штук возвращенные в ходе следствия ФИО1, 5 пластин лафета, возвращенные в ходе следствия ФИО2, 1 сосну, 1 лиственницу, 1 березу, возвращенные представителю потерпевшего О., надлежит оставить по принадлежности, 7 спилов надлежит уничтожить.

Принадлежащая ФИО1 бензопила марки «Штиль МS 180» не является для него основным законным источником средств к существованию и на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ подлежит конфискации в доход государства как орудие совершения преступления.

Учитывая, что подсудимые являются взрослыми и трудоспособными лицами, не являются имущественно несостоятельными, не имеют заболеваний, препятствующих трудоустройству, а также финансовых обязательств, и взыскание процессуальных издержек не может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении подсудимых, суд не усматривает предусмотренных ст. 132 УПК РФ оснований для полного или частичного освобождения подсудимых от уплаты процессуальных издержек.

При таком положении суд в соответствии с ч. 1 ст. 131, ст. 132 УПК РФ считает необходимым взыскать в федеральный бюджет с подсудимых ФИО1, ФИО2 процессуальные издержки, связанные с оказанием им юридической помощи адвокатом Романцовой Е.Н. на предварительном следствии в сумме 1 650 рублей, с подсудимого ФИО3 – процессуальные издержки, связанные с оказанием ему юридической помощи адвокатом Черепановым А.В. на предварительном следствии в сумме 16 305 рублей и в суде в сумме 3 990 рублей, а всего в сумме 20 295 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1, ФИО2, ФИО3 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, и назначить каждому наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года, которое в соответствии со ст. 73 УК РФ считать условным, установив испытательный срок 2 (два) года.

Возложить на условно осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 исполнение обязанностей – после вступления приговора в законную силу в течение месяца встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, один раз в два месяца проходить регистрацию в данном государственном органе, ФИО2 и ФИО3 в течение трех месяцев трудоустроиться и продолжать работать в течение испытательного срока.

Избранную в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства –трактор <данные изъяты>, заводской №, две пилорамы, фрезерный станок, брус в количестве 7 штук возвращенные в ходе следствия ФИО1, 5 пластин лафета, возвращенные в ходе следствия ФИО2, 1 сосну, 1 лиственницу, 1 березу, возвращенные представителю потерпевшего О., оставить по принадлежности, 7 спилов уничтожить.

Бензопилу марки «Штиль МS 180», принадлежащую ФИО1, на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфисковать в доход государства.

Взыскать в федеральный бюджет с осужденного ФИО1 процессуальные издержки в сумме 1 650 рублей за оказание юридической помощи адвокатом Романцовой Е.Н., с осужденного ФИО2 процессуальные издержки в сумме 1 650 рублей за оказание юридической помощи адвокатом Романцовой Е.Н., с осужденного ФИО3 процессуальные издержки в сумме 20 295 рублей за оказание юридической помощи адвокатом Черепановым А.В.

Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда в течение 10 (десяти) суток со дня постановления приговора путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Сретенский районный суд.

В случае подачи апелляционной жалобы в тот же апелляционный срок, участники уголовного судопроизводства, в том числе осужденные, вправе ходатайствовать о своем участии в суде второй инстанции в судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда, и в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих их интересы.

Судья Ю.Ф. Чепцов