Решение № 2-1/2020 2-1/2020(2-3/2019;2-440/2018;)~М-389/2018 2-3/2019 2-440/2018 М-389/2018 от 4 февраля 2020 г. по делу № 2-1/2020

Дело № 2-1/2020

УИД 22RS0008-01-2018-000661-84


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 февраля 2020 года г. Заринск

Заринский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего О.В. Дзюбенко,

при секретаре Т.П. Селивановой,

с участием прокурора Е.П. Шмыревой

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что 30.12.2017 на 53 км автодороги Белоярск-Заринск ФИО1, управляя автомобилем ВАЗ-21061, государственный номер № в направлении г. Заринска столкнулся со встречным автомобилем Лексус IS250, государственный номер №, под управлением ФИО2

В результате дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля ВАЗ ФИО1 получил телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 01.02.2018 № 88 причинили ФИО1 вред здоровью средней тяжести.

Дорожно-транспортное происшествие, по мнению истца, произошло по вине ответчика.

В результате противоправных действий ответчика истцу был причинен моральный вред, связанный с причинением вреда здоровью, невозможностью вести привычный образ жизни, переживаниями связанными с произошедшим дорожно-транспортным происшествием.

На основании изложенного, с учетом неоднократных уточнений, истец просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествии, в размере 305 000 руб., судебные издержки по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО3 исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, указанным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО4 требования не признал, ходатайствовал о назначении повторной экспертизы.

Прокурор Шмырева Е.П. полагала исковые требования подлежащими удовлетворению и взыскании денежной компенсации морального вреда с учетом требований разумности.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом. Информация о времени и месте рассмотрения дела была публично размещена на официальном сайте Заринского городского суда Алтайского края в сети интернет. Об уважительных причинах своей неявки не сообщили, об отложении разбирательства по делу не просили.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав участников судебного заседания, изучив показания допрошенных ранее свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, выслушав заключение прокурора, суд, полагает требования истца подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) предусмотрено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ч. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и. т.п.).

В соответствии с п.п. 19, 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ в случаях причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Согласно ст. 1011 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановления от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.

По смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела. В каждом конкретном случае необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лица, обратившиеся за компенсацией морального вреда, действительно испытывают физические или нравственные страдания в связи причинением вреда здоровью.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Таким образом, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью гражданину, необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этому лицу физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

Судом установлено, 30.12.2017 на 53 километре автодороги Белоярск-Заринск произошло столкновение автомобилей Лексус IS 250, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, и ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия водители получили телесные повреждения, а именно водитель ФИО1 – закрытый перелом наружной левой лодыжки правой голени, перелом третьей, четвертой плюсневой кости, ушиб грудной клетки, госпитализирован в КГБУЗ «Центральная районная больница г. Заринск», а водитель ФИО2 - сотрясение головного мозга, не госпитализирован.

По данным обстоятельствам определением от 30.12.2017 №22ОР950709 возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту - КоАП РФ) и назначено административное расследование.

В соответствии с заключением эксперта от 01.02.2018 №88 у ФИО1 имеются повреждения в виде закрытого перелома 3-4-5 плюсневых костей левой стопы, закрытого перелома наружной и внутренней лодыжки правой голени, подтвержденные данными рентгенологического обследования, множественные резаные раны и царапины левой ушной раковины, которые возникли от воздействия твердого тупого объекта, например при ударах о какие-либо выступающие части салона автомобиля при столкновении во время дорожно-транспортного происшествия. Вышеуказанные повреждении в совокупности причинили вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья.

Постановлением от 05.02.2018, вынесенным начальником ОГИБДД МО МВД России «Заринский» ФИО8 дело об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1, прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решением Заринского городского суда от 19.03.2018 указанное постановление начальника ОГИБДД МО МВД России «Заринский» отменено, дело направлено в ОГИБДД МО МВД России «Заринский» на новое рассмотрение.

17.05.2018, постановлением вынесенным начальником ОГИБДД МО МВД России «Заринский» ФИО8 дело об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решением Заринского городского суда от 31.07.2018 указанное постановление начальника ОГИБДД МО МВД России «Заринский» отменено, дело направлено в ОГИБДД МО МВД России «Заринский» на новое рассмотрение.

17.05.2018, постановлением вынесенным Врио начальника ОГИБДД МО МВД России «Заринский» ФИО9 дело об административном правонарушении по ч. 2 ст.12. 24 КоАП РФ в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности.

Из материалов дела усматривается, что в рамках административной проверки вина ни одного из участников дорожно-транспортного происшествия установлена не была. Никто из водителей своей вины в дорожно-транспортном происшествии не признал.

При рассмотрении дела определением суда от 11 февраля 2019 года была назначена судебная трассологическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ Алтайская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Согласно заключению экспертов ФБУ Алтайская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от 21.06.2019 №№ 1091/5-2, 1092/5-2 в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а водитель автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, п. 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Место первичного контакта при столкновении автомобилей ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, и Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, расположено на правой половине проезжей части по ходу движения в г. Заринск, предназначенной для движения автомобиля ВАЗ-21061.

Поскольку заключение экспертов ФБУ Алтайская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации выполнено с использованием, в том числе, диска с видеозаписью приобщенного по ходатайству истца с нарушением требований ст. 77 ГПК РФ, а также схемы места дорожно-транспортного происшествия, признанной в рамках рассмотрения дел об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ в отношении ФИО1, недопустимым доказательством, постольку суд пришел к мнению о том, что данное заключение не отвечает требованиям всесторонности, полноты и объективности, что вызывает сомнения в его правильности и обоснованности.

Определением суда от 07 октября 2019 года по делу назначена повторная судебная автотехническая экспертиза.

Согласно выводам экспертов ООО «Профит Эксперт», изложенным в заключении от 30.12.2019, механизм рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия от 30.12.2017 включает в себя три стадии: сближение автомобилей до первичного контакта, взаимодействие при столкновении и последующее перемещение до остановки после прекращения взаимодействия.

До происшествия автомобиль Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, двигался по трассе 01К-15 «Белоярск-Заринск» в направлении пос. Белоярска за впередиидущим грузовым автомобилем левее последнего с перекрытием. По данным GPS приемника скорость автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, перед столкновением снижалась с 61 км/ч до 46 км/ч.

Проезжая часть шириной 7,5 м была покрыта плотным снегом и в районе середины имелась накатанная до асфальта колея. Грузовой автомобиль и автомобиль ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, разъехались, двигаясь левыми колесами по противоположным канавкам колеи. Автомобиль Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, двигался полностью по колее.

Перед столкновением (за 0,5сек. до первичного контакта) автомобиль Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, начал маневр вправо. Маневров автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, не наблюдается.

В момент первичного контакта при столкновении вступили левые углы передних бамперов, когда транспортные средства находились на встречных курсах, а их продольные оси под углом около 175 градусов. В результате столкновения произошел выраженный отброс более легкого автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, (вес около 1 тонны) с разворотом всего транспортного средства против хода часовой стрелки. На более тяжелый автомобиль Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, (вес около 1,6 тонны) столкновение повлияло в меньшей степени, и он начал разворачиваться против хода часовой стрелки с некоторым смещением влево.

Место столкновения находится на половине проезжей части, предназначенной для движения в г. Заринск, то есть на полосе движения автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №. В конечном положении автомобиль ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, находится в правом кювете по ходу своего движения, а автомобиль Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, остановился большей частью на стороне движения автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №.

Рассчитать скорость движения автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, не представилось возможным, так как:

- отсутствуют зафиксированные следы торможения;

- нет возможности учесть потери кинетической энергии при столкновении;

- запись видеорегистратора не пригодна для решения данного вопроса.

С технической точки зрения не усматривается того, что скорость водителями была выбрана неправильно или, что причиной столкновения могло послужить превышение допустимой по видимости или максимально разрешенной скорости.

В момент, когда на записи видеорегистратора автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, появляется правая фара автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, (за 2,6 сек. до столкновения), расстояние между транспортными средствами составляло около 80...87 м.

В момент, когда на записи видеорегистратора автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, появляются обе фары автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, (за 0,8 сек. до столкновения), расстояние между транспортными средствами составляло около 24 … 26 м.

Указанные выше расстояния могут не совпадать с визуальным восприятием самого водителя автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, что обычно бывает в темное время суток или при снегопаде (метели, буране и т.д.).

О видимости с места водителя автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, можно судить только по объяснениям самого водителя, так как транспортное средство не оборудовано видеорегистратором, а провести эксперимент в условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия невозможно.

С технической точки зрения возможность избежать происшествия полностью зависела от водителя автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, так как:

а) снижение скорости и даже остановка автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, как того требует часть 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации не могли исключить столкновения с автомобилем Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, который частично двигался по встречной полосе проезжей части;

б) из-за ограниченной видимости не было возможности контролировать наличие встречного транспорта (п. 10.1 часть 1 Правил дорожного движения Российской Федерации), а, значит, обгон грузового автомобиля для водителя автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, был запрещен (п. 11.4 часть 5 Правил дорожного движения Российской Федерации) и он должен был двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части (п. 9.4 Правил дорожного движения Российской Федерации) без выезда на встречную полосу, так как на дорогах установлено правостороннее движение (п. 1.4 и п. 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Из вышесказанного следует, что водителю автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, обеспечивалась техническая возможность предотвратить столкновение, а у водителя автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, такая возможность отсутствовала.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.4, 9.1, 9.4 Правил дорожного движения Российской Федерации и его действия, с технической точки зрения, не соответствовали этим требованиям, так как столкновение произошло на полосе движения автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №.

Водитель автомобиля ВАЗ-21061, государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и в его действиях не усматривается технических несоответствий указанным требованиям при отсутствии возможности избежать происшествия.

Вопрос о нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации связан с юридической оценкой действий водителей и не входит в компетенцию эксперта-автотехника. С технической точки зрения усматривается причинная связь между фактом дорожно-транспортного происшествия и выездом автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, на полосу встречного движения в условиях недостаточной видимости, когда обгон запрещен и Правила дорожного движения Российской Федерации обязывают двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части.

У суда нет оснований не доверять заключению эксперта. В распоряжение экспертов были представлены материалы гражданского дела, а также материалы дела об административном правонарушении. Настоящее экспертное заключение составлено экспертом, предупрежденным об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В связи с чем, суд полагает необходимым принять экспертное заключение ООО «Профит Эксперт» от 30.12.2019 как одно из доказательств по настоящему гражданскому делу. Несогласие представителей ответчика с выводами экспертного заключения не свидетельствует об их неправильности.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ООО «Профит Эксперт» - ФИО15. пояснил, что делая вывод о том, что колея находилась посередине проезжей части, а не на правой стороне он исходил их следующего. На месте дорожно-транспортного происшествия дорожные знаки отсутствовали, разметка не просматривалась из-за снега, на момент дорожно-транспортного происшествия проезжая часть не была очищена, имелась одна колея, в соответствии с протоколом осмотра места происшествия ширина проезжей части составляла 7,5 м. В указанном случае ширину проезжей части можно определить только по той ширине, которая фактически пригодна для движения. В таких дорожных условиях накатанная полоса всегда образуется в районе середины проезжей части, так как движение с заездом правыми колесами в глубокий рыхлый снег, вызывает разворот автомобиля, особенно при высокой скорости. В данном случае, на представленных эксперту видеозаписях наблюдаются левая и правая границы проезжей части, которые определяются по укатанному снегу и колея посередине. О расположении колеи можно судить по движению автомобиля ВАЗ-21061. Грузовому автомобилю двигаться с заездом на обочину практически не возможно, поскольку при таком высоком расположении массы, скорости, перепаде высот его бы затянуло на обочину. В данном случае грузовой автомобиль двигался долго, не меняя траектории, в связи с чем довод ответчика о том, что грузовой автомобиль сместился для того, чтобы его кто-то обогнал, несостоятелен.

Также эксперт указал, что маневра автомобиля ВАЗ-21061 на видеозаписи не наблюдается, и не может наблюдаться, так как видео-регистратор, который закреплен на автомобиле Лексус IS250, после начала маневра автомобиля Лексус IS250 вправо, начинает менять ракурс и смещаться, и даже если какой-то маневр со стороны автомобиля ВАЗ-21061 имелся, то его просто не будет видно. В данном случае водители находились в разных условиях. Если автомобиль Лексус IS250 двигался на некотором отдалении от грузового автомобиля, то его водитель мог видеть дорогу и свет фар, а у водителя автомобиля ВАЗ-21061 была другая ситуация, при сближении с грузовым автомобилем, он мог видеть край дороги, колею, грузовой автомобиль. При разъезде с грузовым автомобилем, на какое-то время видимость сильно упала и он мог ничего не видеть. Выезжая из снежной пыли, он увидит автомобиль Лексус IS250 позже, чем водитель автомобиль автомобиля Лексус IS250 увидит автомобиль ВАЗ-21061. Если даже маневр водителем автомобиля ВАЗ-21061 был начат, то он был крайне не значительным. Аналогичная ситуация с автомобилем Лексус IS250, водителем маневр был начат, но он не мог ничего изменить.

Эксперт полагал, что выводы, изложенные в заключении экспертов, очевидны, так как на двухполосной дороге в зимнее время, когда у края проезжей части движение затрудненно, произошел разъезд автомобиля ВАЗ-21061 с грузовым автомобилем, который точно не мог двигаться по обочине, и не произошел разъезд с легковым автомобилем Лексус IS250. В условиях поднимаемой снежной пыли обгонять грузовой автомобиль просто не возможно, и водителю автомобиля Лексус IS250 оставалось двигаться только как можно правее.

На вопрос представителя ответчика, эксперт пояснил, что в зимнее время ширина обочины может быть смещена относительно ее расположения в летний период и грузовик мог двигаться по краю, но по обочине нет. Ширина грузового автомобиля без зеркал 2,5 м, до середины проезжей части остается еще 1,25 м. Колея шириной 1,25 м может быть у квадрацикла. Ширина автомобиля ВАЗ-21061 по кузову без зеркал 1,6 м, ширина автомобиля Лексус IS250 1,8-1,9 м. Двигаясь с очень малым перекрытием по отношению к грузовому автомобилю, так или иначе нужно будет двигаться по полосе встречного движения.

Также эксперт пояснил, что противотуманные фары, которые были установлены на автомобиле ВАЗ-21061, не являются штатными, включать их водитель был не обязан. То обстоятельство, что на видеозаписи видно сначала свет от одной фары, обусловлено тем, что левая и правая фара автомобиля обычно имеют не симметричные пучки, все зависит от того какие там стояли лампочки и как они были настроены, а также от погодных условий.

На вопрос представителя ответчика, эксперт пояснил, что наличие технической возможность у водителя автомобиля Лексус IS250 избежать дорожно-транспортного происшествия, не зависело от того свет скольких фар (одной или двух) он увидел. Если бы автомобиль Лексус IS250 двигался ближе к грузовому автомобилю, тогда видимость была бы еще меньше, и водитель автомобиля Лексус IS250 мог бы совсем не увидеть свет фар, либо увидеть их в последний момент. В данном случае техническая возможность избежать столкновения определяется не моментом обнаружения света фар, а расположением автомобиля Лексус IS250 на дороге, при котором автомобиль должен был располагаться максимально правее.

Также экспертом было указано на то, что в настоящее время определить скорость автомобиля ВАЗ-21061, государственный номер <***>, возможно только с применением специальных программных комплексов, ближайший программный комплекс и специалисты, обладающий необходимыми навыками по работе с указанным комплексом, находится в городе Санкт-Петербурге.

Исходя из установленных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, выводов, изложенных в заключении эксперта, пояснений эксперта, данных в судебном заседании, суд полагает, что в данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, с технической точки зрения располагал возможностью избежать столкновения, если бы действовал в соответствии с требованиями 1.4, 9.1, 9.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Исследовав и оценив представленные доказательства в совокупности, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ с учетом их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, – ФИО2, являющегося собственником автомобиля, который в нарушение п.п. 1.4, 9.1, 9.4 Правил дорожного движения Российской Федерации выехал на полосу встречного движения в условиях недостаточной видимости, когда обгон запрещен и Правила дорожного движения Российской Федерации обязывают двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части. Учитывая, что с технической точки зрения усматривается причинная связь между фактом дорожно-транспортного происшествия и выездом автомобиля Лексус IS250, государственный регистрационный знак №, на полосу встречного движения, а также наличие возможности избежать происшествия, степень вины ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 30.12.2017, определяется судом как 100%.

В действиях водителей ФИО1, нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации, которые могли явиться причиной дорожно-транспортного происшествия, отсутствуют, таких доказательств не добыто, в то время, как техническая возможность у него избежать столкновение отсутствовала.

Определяя размер компенсации морального вреда по настоящему делу, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, принимает во внимание конкретные обстоятельства, при которых действиями ответчика ФИО2, являвшегося владельцем источника повышенной опасности, истцу ФИО1 был причинен вред здоровью средней степени тяжести, степень вины ФИО2, который не оспаривал медицинское заключение и степень тяжести телесных повреждений ФИО1

Суд отмечает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

При этом суд учитывает индивидуальные особенности истца и степень причиненных ему нравственных страданий, последствия причиненной в результате дорожно-транспортного происшествия травмы, возраст истца, невозможность вести привычный образ жизни, семейное положение ответчика, а также то обстоятельство, что ответчиком не представлены безусловные доказательства того, что на его иждивении находятся супруга и отец (сведения о доходах супруги и отца), а также не представлены доказательства, позволяющие суду оценить имущественное положение ответчика (справки о заработной плате, сведения о наличии имущества), его трудоспособный возраст, поведение ответчика, который не предпринял мер к заглаживанию вреда после дорожно-транспортного происшествия, требования разумности и справедливости.

В связи с чем, сумму компенсации морального вреда, заявленную истцом в 305 000 руб., при указанных обстоятельствах суд полагает завышенной и подлежащей уменьшению до 100 000 руб. и подлежащей взысканию с ответчика ФИО2 Оснований для определения меньшей суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд не усматривает, доказательств их наличия со стороны ответчика не представлено.

Соответственно, исковые требования истца к ответчику ФИО2 подлежат частичному удовлетворению.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч.1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым на основании абз. 2 ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

Из п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном в том числе гл. 9 Кодекса. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Согласно абз. 2 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела») правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежит применению при разрешении исков неимущественного характера.

Установив, что исковые требований истца удовлетворены, а также, исходя из доказанности факта несения им расходов по оплате экспертизы (квитанции об оплате), суд полагает, что имеются правовые основания для взыскания данных расходов с проигравшей стороны.

В связи с чем с ФИО2, в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы по оплате экспертизы в размере 10 221, 88 руб.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно абз. 1 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из п.п. 12, 13 названного Постановления, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Более того, согласно неоднократно высказанной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, в том числе изложенной в Определении от 17.07.2007 № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (части 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Учитывая приведенные положения закона, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, позицию Конституционного Суда Российской, принимая во внимание представленные в материалы дела соглашение на оказание юридической помощи от 23.04.2018, в котором содержится расписка, подтверждающая факт оплаты истцом 15 000 руб. за оказанные ФИО3 услуги (п. 1 Соглашения: изучение документов, действующего законодательства и судебной практики, имеющих отношение к предмету спора; составление и подача документов в суд; формирование правовой позиции для разрешения спора; сбор при содействии клиента документов и информации необходимой для разрешения спора; без участия в судебных заседаниях), объем и сложность выполненной представителем работы по делу, характер спорных правоотношений, соотношение судебных расходов с объемом защищаемого права, критерий разумности, суд приходит к выводу о том, что размер расходов в сумме 5 000 руб. полностью соответствует принципам разумности и справедливости, не нарушает баланс прав и законных интересов сторон спора.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Муниципального образования город Заринск Алтайского края в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 руб., а также судебные расходы по оплате экспертизы в размере 10 221, 88 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в бюджет муниципального образования г. Заринск Алтайского края государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Заринский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Заринского городского суда

Алтайского края О.В. Дзюбенко

Мотивированное решение изготовлено 12.02.2020.