Апелляционное определение № 33А-5946/2025 от 24 декабря 2025 г.

Судья Иванов С.В. УИД 11RS0002-01-2022-003141-91

Дело 2а-1349/2025 (33а-5946/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе председательствующего Голикова А.А.,

судей Колосовой Н.Е., Щенниковой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Десятке И.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 25 декабря 2025 г. в городе Сыктывкаре Республики Коми административное дело по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 5 сентября 2025 г. по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН Росси, УФСИН России по Республике Коми, о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в оказании ненадлежащей медицинской помощи и ненадлежащих условиях содержания, присуждении денежной компенсации.

Заслушав доклад материалов дела судьи Колосовой Н.Е., объяснения представителя ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУЗ МСЧ № 11 ФСИН России, Минфину России о компенсации морального вреда в размере 10000000 руб. В обоснование заявленных требований указал, что с конца января по март 2021 г. (примерно полтора месяца) содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республики Коми. В этот период общался в медицинскую часть по состоянию здоровья, в связи с плохим самочувствием, ему был выставлен диагноз «...», но лечение не оказывалось, в связи с чем при дальнейшем этапировании в <Адрес обезличен> состояние его здоровья ухудшилось, и в ФКУ СИЗО-1 г. Ульяновска у него взяты необходимые анализы, установлен диагноз «...» и назначена ... терапия. 28 мая 2021 г. он освободился из мест лишения свободы и обратился к врачу-... <Адрес обезличен>. После обращения за медицинской помощью он был госпитализирован, ему проведена операция, в ходе которой удалена значительная часть ..., что повлекло тяжелейшие последствия для его здоровья, и решается вопрос о присвоении ему ... группы инвалидности.

К участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, в качестве заинтересованного лица – ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми.

Решением Воркутинского городского суда Республики Коми от 5 сентября 2025 г. отказано в удовлетворении административного иска ФИО1

ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных требований, указывая, что судом не истребована медицинская документация в МСЧ-73 г. Ульяновска, вместо этого в деле имеется справка МСЧ -11 г. Воркуты, однако информации, которая в ней содержится, оснований не имеется. Полагает, что оказание ненадлежащей медицинской помощи привело к удалению части ....

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 участия не принял, извещен надлежаще, ходатайство об обеспечении его личного участия путем использования систем видеоконференц-связи не заявлено.

Представитель ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми ФИО2 просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в административном деле, в судебном заседании Верховного Суда Республики Коми участия не приняли, извещены о месте и времени слушания дела надлежащим образом.

Согласно статьям 150 (часть 2), 226 (часть 6), 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, и не представивших доказательства уважительности своей неявки, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителя административных ответчиков, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми с 29 января по 20 марта 2021 г.

В рамках данного административного дела, судом назначалась судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению эксперта №03/73-25/125-25-П от 22 июля 2025 г. ...

...

...

...

Из материалов дела также следует, что ФИО1 в период с 2 апреля по 27 мая 2021 г. находился на лечении и обследовании в ... отделении филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-73 ФСИН России Республики ..., диагноз при освобождении «...» ..., в период с 15 июня по 12 августа 2021 г. – в ... филиале ГБУЗ «Республиканский клинический ... диспансер Республики ...», в период с 15 сентября по 28 октября 2021 г. – в ... ... отделении ГБУЗ «Республиканский клинический ... диспансер Республики ...», где ему произведено оперативное вмешательство «...».

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 218, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статей 2, 10, 19, 26, Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пунктами 2, 3 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы утвержденного Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 г. N 285, оценив совокупность собранных по делу доказательств, в том числе медицинскую документацию и заключение эксперта, исходил из того, что выявленные дефекты оказания ФИО1 медицинской помощи, выразившиеся в невыявлении изменений в левом легком, требовавших дополнительного обследования, приведшие к задержке установления истцу клинического диагноза (...), не могут быть отнесены к таким существенным нарушениям прав административного истца на медицинскую помощь, за которые административному истцу могла бы быть присуждена соответствующая денежная компенсация, с учетом того, ухудшения состояния здоровья ФИО1 вследствие наличия указанных дефектов оказания медицинской помощи по имеющемуся заболеванию ..., не зафиксировано, объективные данные, подтверждающие наступление каких-либо негативных последствий для здоровья административного истца, по настоящему административному делу не установлены, причинно-следственная связь между заболеванием «...» у ФИО1 и его пребыванием в СИЗО-3, а также выявленным дефектом диагностики, отсутствует.

Судебная коллегия, проверяя законность и обоснованность принятого судебного решения суда, соглашается с итоговыми выводами суда об отказе в удовлетворении административных исковых требований, так как они являются верными, основанными на фактических обстоятельствах дела, на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статей 62 и 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также на нормах действующего законодательства.

Как следует из положений частей 1,2 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации. В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения (больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы) и медицинские части.

Право осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, на охрану здоровья, включая оказание медицинской помощи, закреплено статьей 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Федеральный закон об основах охраны здоровья граждан), а также частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, а соответствующая обязанность учреждений, исполняющих наказания предусмотрена пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать охрану здоровья осужденных.

Согласно статье 37 Федерального закона об основах охраны здоровья граждан медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации. Порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 г. № 285 утвержден Порядок оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - Порядок № 285).

Согласно пункту 2 Порядка № 285 оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России (далее - медицинские организации УИС), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

В соответствии с п. 30 Порядка № 285, осужденные при поступлении в учреждения уголовно - исполнительной системы осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемиологическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии антропометрии.

В период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводят один раз в год, а также флюорографию легких, или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев в рамках проведения профилактических медицинских осмотров с целью выявления туберкулеза. Осужденным при камерном содержании в учреждениях УИС, а также несовершеннолетним осужденным лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи) и осмотр врача - терапевта (врача общей практики) или фельдшера проводятся два раза в год. При наличии показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей – специалистов. Медицинские осмотры и диспансерное наблюдение осужденных осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере охраны здоровья. Прибытие осужденных для медицинского осмотра в медицинскую часть (здравпункт) организует администрация учреждения УИС (п.п. 31, 32 Порядка № 285).

Медицинская помощь в амбулаторных условиях осужденным оказывается в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта) по предварительной записи. В учреждении УИС журнал предварительной записи на прием (осмотр) медицинским работником ведет начальник отряда, который перед началом прима передает его медицинскую часть (здравпункт). Медицинский работник оказывает медицинскую помощь всем осужденным, записавшимся в журнале предварительной записи на прием (осмотр) медицинским работником, с учетом сроков ожидания медицинской помощи, предусмотренных Программой. После приема (осмотра) журнал предварительной записи на прием (осмотр) медицинским работником возвращается начальнику отряда. Медицинская помощь в неотложной или экстренной форме оказывается без предварительной записи. В случае необходимости оказания медицинской помощи в экстренной или неотложной форме, осужденный может обратиться к любому сотруднику учреждения УИС, который обязан принять меры для организации оказания ему медицинской помощи (п. 33 Порядка № 285).

Необходимость назначения лечения, объем и вид требуемой медицинской помощи, показания к госпитализации в больницу, направлению на оперативное лечение определяет медицинский работник учреждения при осмотре осужденного в соответствии с отраслевыми стандартами.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных дел, связанных с не предоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или реабилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», часть 7 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Заключение судебно-медицинской экспертизы соответствует требованиям статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации на предмет его относимости, допустимости, достоверности и достаточности, не содержит каких-либо неясностей и противоречий. Судебная экспертиза проведена компетентными специалистами, обладающими специальными познаниями в области медицины, соответствующим образованием, необходимой квалификацией и достаточным практическим опытом и стажем работы по специальности.

Из материалов дела не следует, что ФИО1 необоснованно отказано в медицинской помощи. Его инфицирование ... ... произошло еще до поступления в СИЗО-3, а в период содержания в СИЗО-3 в связи с имеющимися жалобами на здоровье ФИО1 25 февраля 2021 г. осмотрен врачом, которым, в связи с отсутствием характерной ..., был выставлен диагноз «...», а затем «...».

Обоснованность назначения курса ... терапии подтверждена заключением экспертов, а после коррекции этой терапии, проведенной 09 марта 2021 г., ФИО1 выбыл в г. <Адрес обезличен>. Дальнейшее же обследование ФИО1, в котором он нуждался при отсутствии положительной клинико-рентгенологической картины после проведения двух курсов ..., проводилось силами иных медицинских частей.

Каких-либо объективных признаков ухудшения состояния здоровья ФИО1, которое могло бы быть обусловлено ненадлежащим лечением в спорный период с 29 января по 20 марта 2021 г., не установлено, равно как и наступления иных негативных последствий.

Тот факт, что экспертами установлен дефект диагностики, основанием для вывода о незаконном бездействии врачей ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России служить не может, фактов наличия ненадлежащего, либо не в полной мере оказания медицинской помощи, а также причинение вреда здоровью ФИО1 не установлено, а прогрессирование у него заболевания «...» не является следствием поздней диагностики.

Из материалов дела также не следует наличие причинно-следственной связи между поздней диагностикой заболевания и последующим оперативным вмешательством.

В соответствии со статьями 3 и 4 КАС РФ задачей административного судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан в сфере административных и иных публичных правоотношений, а также получение ими судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод.

Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 27 сентября 2018 г. N 2486-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина В.В. на нарушение его конституционных прав частью 2 статьи 194 и частью 2 статьи 225 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации", применительно к судебному разбирательству по административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов, организаций, лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, механизм выполнения задачи защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан в сфере административных и иных публичных правоотношений предусматривает обязанность суда по выяснению, среди прочего, нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление (пункт 1 части 9 статьи 226 КАС РФ).

Таким образом, закон связывает удовлетворение требований об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, с наличием одновременно двух обстоятельств: незаконности действий (бездействия) должностного лица или органа (незаконности принятого им или органом постановления) и реального нарушения при этом прав заявителя.

Положениями частей 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что лицо, отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания, предусмотренных законодательством Российской Федерации, имеет право обратиться в суд с административным иском к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение, которая присуждается с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 25 декабря 2018 г. N 47 разъяснил, что принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

В пункте 14 указанного постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации подчеркнул, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать установленным законом требованиям, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому только существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Из анализа действующего законодательства следует, что компенсация присуждается в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, которые оцениваются судом с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений условий содержания в местах лишения свободы, и индивидуальных особенностей каждой отдельной ситуации. Оценка разумности и справедливости размера компенсации относится к прерогативе суда. Основания для удовлетворения или отказа в удовлетворении заявленных требований устанавливаются судом при разрешении спора в каждом конкретном случае с учетом представленных доказательств по делу.

Из содержания указанных норм следует, что не каждое, а лишь существенное несоответствие условий содержания в исправительном учреждении требованиям законодательства создает бесспорную правовую презумпцию причинения вреда лицу, в отношении которого такие нарушения допущены, то есть право на присуждение компенсации не является абсолютным, должно быть установлено невосполненное нарушение прав заключенного, что усматривается из совокупности положений статей 226, 227 и 227.1 КАС РФ.

В силу части 2 статьи 62 и части 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. Обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает.

Вопреки приведенным выше нормам закона, административный истец в обоснование своих требований не заявил и не предоставил суду доказательств наступления негативных последствий и существенного нарушения своих прав и законных интересов, требующих судебного восстановления.

Обстоятельств, свидетельствующих о жестоком и бесчеловечном обращении в отношении административного истца, не установлено, в связи с чем оснований для взыскания в его пользу денежной компенсации не имеется.

Кроме того, согласно абзацу 3 пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи.

При установленных выше обстоятельствах суд правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения требований административного истца вследствие отсутствия требуемой совокупности условий.

Судом первой инстанции дана должная оценка обстоятельствам, свидетельствующим об отсутствии нарушении прав административного истца, так как, в рассматриваемом случае дефектов оказания медицинской помощи, которые бы указывали на содержание административного истца в ненадлежащих условиях, не выявлено.

Указание ФИО1 в апелляционной жалобе на то, что не имеется оснований доверять информации, изложенной в справке МЧ-18, является необоснованным.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 12 апреля 1995 г. N 2-П, Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

С учетом приведенного правового подхода Конституционного Суда Российской Федерации судебная коллегия принимает во внимание действие общей презумпции добросовестности в поведении органов государственной власти.

Таким образом, вопреки доводам жалобы административного истца, оснований полагать, что представленная в материалы дела административным ответчиком информация является недостоверным, не имеется.

Доводы ФИО1 о том, что суд не запросил из ФКУЗ МСЧ-73 УФСИН России по ... медицинскую документацию признается несостоятельной, так как суд предпринял все возможные меры к истребованию необходимой документации, направив 25 января 2023 г. соответствующий запрос, который получен адресатом 26 января 2023 г. (л.д. 101, 102 том 2). 27 января 2023 г. история болезни ФИО1 ФКУЗ МСЧ-73 УФСИН России по ... направлена в адрес суда (л.д. 109 т.2).

При рассмотрении дела суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, оценил собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и применил закон, подлежащий применению к спорным правоотношениям.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели бы к принятию неправильного по существу судебного решения, не допущено, как и не установлено обстоятельств, способных повлиять на его законность и обоснованность, ввиду чего судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального и процессуального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Руководствуясь статьями 309-311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 5 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня принятия апелляционного определения, за исключением срока составления мотивированного определения суда апелляционной инстанции в случае, когда его составление откладывалось.

Апелляционное определение в окончательной форме составлено 25 декабря 2025 года.

Председательствующий -

Судьи: