Определение № 33-1197/2026 33-17544/2025 от 9 февраля 2026 г.

дело № 33-1197/2026 (2-1875/2025)

УИД: 66RS0044-01-2025-002104-37

Мотивированное
определение изготовлено 10.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 28 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Калимуллиной Е.Р.,

судей Селивановой О.А., Страшковой В.А.,

при ведении протокола помощником судьи Ковалевой Ю.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к «Газпромбанк» (Акционерное общество) о защите прав потребителей, признании бездействия ответчика по осуществлению переводов денежных средств незаконным, взыскании убытков, штрафа, поступившее по апелляционной жалобе ответчика на решение Перовуральского городского суда Свердловской области от 24 сентября 2025 года

Заслушав доклад судьи Селивановой О.А.,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к «Газпромбанк» (Акционерное общество) о защите прав потребителей, признании бездействия ответчика по осуществлению переводов денежных средств на общую сумму 729 410 руб. 23 коп., выразившегося в неосуществлении проверки наличия признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия истца, неосуществлении блокировки счетов (переводов по ним) или отказа в выполнении распоряжений о переводе денежных средств в указанной сумме, повлекшее причинение вреда, незаконным, взыскании с Банка ГПБ (АО) убытков в размере 729 410 руб. 23 коп., штрафа в размере 50 % от суммы, присужденной судом.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 уточнила заявленные исковые требования, просила суд о признании бездействия ответчика по осуществлению переводов денежных средств на общую сумму 727 755 рублей, выразившегося в неосуществлении проверки наличия признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия истца, неосуществлении блокировки счетов (переводов по ним) или отказа в выполнении распоряжений о переводе денежных средств в указанной сумме, повлекшее причинение вреда, незаконным, взыскании с Банка ГПБ (АО) убытков в размере 727 755 рублей, штрафа в размере 50 % от суммы, присужденной судом.

Решением Первоуральского городского суда Свердловской области от 24 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены. Судом постановлено: признать незаконными бездействия «Газпромбанк» (Акционерное общество), выразившиеся в осуществлении переводов денежных средств ФИО1, без добровольного согласия клиента, без согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при употреблении доверием, в неосуществлении блокировки счетов, (переводам по ним) или отказа в выполнении распоряжений о переводе денежных средств. Взыскать с «Газпромбанк» (Акционерное общество)/ИНН <***>/ в пользу ФИО1/<№>/ денежные средства в размере 727 755 рублей, штраф в размере 363 877 руб. 50 коп. Взыскать с «Газпромбанк» (Акционерное общество)/ИНН <***>/ в доход бюджета сумму государственной пошлины в размере 22 555 руб. 10 коп.

С указанным решением не согласился ответчик, в связи с чем подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, в иске отказать в полном объеме.

В обосновании доводов апелляционной жалобы ответчик указал, что выводы суда первой инстанции о нарушении сотрудником банка методики идентификации клиента не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Указал, что истец сама разгласила данные о своих фамилии, имени, отчестве, номере телефона и кодовом слове кредитной организации, а суд первой инстанции дал оценку только одному звонку вне контекста всех обстоятельств дела. Полагает, что судом первой инстанции также не дана оценка тому факту, что первых два платежа были совершены с технического устройства истца. Кроме того, ссылается на неверное применение судом норм материального права. Указывает на то, что с учетом вины потребителя в разглашении своей конфиденциальной информации, несоблюдении им договорных обязательств в части соблюдения способов защиты информации и технического обеспечения безопасности пользования мобильным банком на телефонном устройстве, заявленным истцом требования, ведущие к необоснованно и значительному увеличению его имущественной массы не направлены на восстановление права, а являются злоупотреблением и недобросовестным поведением.

Истец в своих возражениях на апелляционную жалобу указывает, что ответчик подменяет понятия «аутентификация» и «идентификация», идентификация определяет личность пользователя. А аутентификация подтверждает его подлинность. Банк в свою очередь обязан был убедиться, используя все возможные средства, включая договорные, что распоряжение исходит от плательщика или уполномоченного им лица. Кроме того, довод ответчика о недостоверности представленных в суд первой инстанции доказательств ничем не подтверждается, о недопустимости доказательств ответчик имел возможность заявить в суде первой инстанции, но указанным правом он не воспользовался. Полагает, что судом первой инстанции в этой части были исследованы доказательства, им дана надлежащая оценка, с учетом которого суд пришел к выводу, что именно банка в данном случае в соответствии законодательством несет ответственность за сохранность денежных средств. Доказательств соблюдения надлежащей степени заботливости и осмотрительности при проверке наличия распоряжения клиента на перевод денежных средств банком суду представлены не были. На основании изложенного просит оставить решение суда первой инстанции без изменения.

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал, истец возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что 09.06.2020 на основании заявления о получении банковской карты ФИО1 в отделении Банка была получена банковская карта с номером <№> (л.д.183 том №1).

01.10.2024 на основании заявления ФИО1 в Банке ГПБ (АО) был открыт накопительный счет «Простой процент 2024» № <№> на сумму 75000 рублей (л.д.75 том №1).

10.02.2025 открыт вклад «Копить с выплатой процентов в конце срока» № <№> - сумма и валюта вклада 71000 рублей (л.д.76 том 31).

27.02.2025 открыт вклад «Копить с выплатой процентов в конце срока» № <№> - сумма и валюта вклада 30000 рублей (л.д.77 том 31).

10.03.2025 открыт вклад «Копить с выплатой процентов в конце срока» № <№> - сумма и валюта вклада 100000 рублей (л.д.79 том 31).

14.03.2025 открыт вклад «Особый» № <№> сумма и валюта вклада 40000 рублей (л.д.80).

14.03.2025 открыт вклад «Особый» № <№> сумма и валюта вклада 25000 рублей (л.д.81 том №1).

Все заявления истца ФИО1 об открытии вышеуказанных вкладов подписаны простой электронной цифровой подписью в соответствии с Правилами комплексного банковского обслуживании физических лиц в Банке ГПБ (АО).

Также в Банке ГПБ (АО) у истца имелся накопительный счет «Ежедневный процент № <№>, открытый 31.12.2023 - сумма 61000 рублей (л.д.72 том № 2).

14.03.2025 договоры вкладов № ОРСП-0000/25-013201 от 14.03.2025, № ОСРП-0000/25-013200 от 14.03.2025 № <№> от 27.02.2025, № <№> от 10.02.2025 были расторгнуты, денежные средства в размере доступного остатка были переведены на счет ФИО1<№>. А со счета <№> на счет банковской карты <№> (л.д.30-36 том №1).

Согласно выписке по счету банковской карты <№> открытой на имя ФИО1 за период с 14.03.2025 по 26.05.2025, следует, что 14.03.2025 был осуществлен перевод денежных средств ФИО1 между своими счетами на сумму 236 руб. 20 коп., 14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 13000 рублей, 14.03.2025 перевод с карты на карту на сумму 22000 рублей, 14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 1000 рублей, 14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 220000 рублей, 14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 75000 рублей, 14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 200000 рублей, 14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 30000 рублей,14.03.2025 перевод между своими счетами на сумму 25000 рублей (л.д. 114-116 том №1).

Также 14.03.2025 ФИО1 перевела на счет <№> денежную сумму в общем размере 178000 рублей (78000 рублей, 60000 рублей, 40000 рублей), полученную со счетов, открытых на ее имя в ПАО «Сбербанк» и ООО «Озон Банк» (л.д.114-116 том № 1).

В заявлениях об открытии вкладов указан контактный номер ФИО1 - <№>

Согласно ответа на судебный запрос от ООО «Т2 Мобайл» от 30.05.2025 <№>, по состоянию на 14.03.2025 номер телефона <№> принадлежал абоненту ФИО1 (л.д.1 том №2).

Согласно выписки по счету <№> открытого на имя ФИО1) за период с 14.03.2025 по 26.05.2025, 14.03.2025 был осуществлен перевод на карту стороннего банка на сумму 253750 рублей (250000 рублей + 3750 рублей (комиссия), 14.03.2025 был осуществлен перевод на карту стороннего банка на сумму 253750 рублей (250000 рублей + 3750 рублей (комиссия), 14.03.2025 был осуществлен перевод на карту стороннего банка на сумму 220255 рублей (217000 рублей + 3255 рублей (комиссия) (л.д.114-116 том №1). Общий размер списанных денежных средств по карте составил 727755 рублей.

При осуществлении перевода денежных средств (в размере 250000 рублей), принадлежащих ФИО1 в 18:46:50, Банком была заблокирована указанная операция. На контактный номер, принадлежащий истцу ФИО1 было направлено сообщение «Операция на сумму 250000.00 RUB по карте * 5600 является подозрительной и отклонена в целях безопасности. Защите себя от мошенников. Указана ссылка на сайт Банка».

Однако из представленного в материалы дела лог-файла по указанной операции невозможно определились техническое устройство (мобильный телефон, персональный компьютер) с которого осуществлялся вход в приложение Банка в указанный период времени/л.д.138-141 том №3/

В связи со снятием ограничений по карте 14.03.2025 в 18:48, 19:04, 19:22 (МСК время) были совершены операции по переводу денежных средств, принадлежащих ФИО1 в общем размере 717000 рублей (250000 рублей, 250000 рублей, 217000 рублей).

Денежные средства суммами 250000 рублей + 250000 рублей + 217000 рублей были переведены на карту <№> (Банк ВТБ (ПАО), счет открыт на имя третьего лица ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.108-111 том №2).

В материалы дела стороной ответчика были представлены транскрибации звонков, совершенных 14.03.2025 с номеров телефона <№>

15.03.2025 на основании заявления ФИО1 следователем СО ОМВД России «Первоуральский» было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству по факту мошенничества в отношении ФИО1, совершенного в крупном размере, по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ (л.д.9 том №1).

15.03.2025 ФИО1 на основании постановления старшего следователя СО ОМВД России «Первоуральский» ФИО3 была признана потерпевшей (л.д.10).

15.03.2025, 24.03.2025, 30.05.2025 ФИО1 обращалась в Банк с заявлением о возврате денежных средств (л.д.12-15, 16-19, 53-55 том №1).

В ответ на данные обращения Банком указано на невозможность отмены операций по карте, поскольку они заверены паролем в Интернет-Банке (л.д.23-24, 56 том №1)

Разрешая спор, суд, руководствуясь положениями ст.ст. 845, 847, 848, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 5, 7, 8 Федерального закона № 161 -ФЗ «О национальной платежной системе», ст.ст. 1, 13, 29 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» суд первой инстанции исходил из того, что банк при выполнении распоряжений на совершение оспариваемых операций не принял во внимание несоответствие устройства с использованием которого они совершались, устройству, обычно используемому клиентом, характер операций, а также их выполнение в течение короткого промежутка времени, не предпринял мер предосторожности чтобы убедиться в том, что они совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что совокупность представленных в дело доказательств свидетельствует о том, что при должной внимательности и предусмотрительности ответчик, как профессиональный участник спорных отношений, осведомленный о значительном количестве мошеннических действий с использованием удаленного доступа к счетам, имел возможность, в данном случае, установить подозрительность производимых операций и приостановить их (переводы на 250000 рублей, 250000 рублей, 217000 рублей), однако не сделал этого, тем самым, не обеспечив безопасность оказания услуги и причинив убытки истцу.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, поскольку они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, сделаны в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном судебном акте.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с частью 51 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платёжной системе» (в редакции, действовавшей на момент заключения кредитного договора) оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счёта клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Оператор по переводу денежных средств в рамках реализуемой им системы управления рисками определяет в документах, регламентирующих процедуры управления рисками, процедуры выявления операций, соответствующих признакам осуществления переводов денежных средств без согласия клиента, на основе анализа характера, параметров и объёма совершаемых его клиентами операций (осуществляемой клиентами деятельности).

Согласно части 91 статьи 9 указанного выше закона в случаях выявления оператором по переводу денежных средств операций, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, оператор по переводу денежных средств приостанавливает использование клиентом электронного средства платежа и осуществляет в отношении уменьшения остатка электронных денежных средств плательщика действия, предусмотренные частями 5*-53 статьи 8 данного федерального закона. При получении от клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения, указанного в пункте 2 части 52 статьи 8 этого федерального закона, оператор по переводу денежных средств обязан незамедлительно возобновить использование клиентом электронного средства платежа. При неполучении от клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения, указанного в пункте 2 части 52 статьи 8 названного выше федерального закона, оператор по переводу денежных средств возобновляет использование клиентом электронного средства платежа по истечении двух рабочих дней после дня совершения им действий, предусмотренных частью 51 статьи 8 данного федерального закона.

Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несёт ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признаётся невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2).

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3).

В соответствии с п. 2 ст. 837 ГК РФ по договору банковского вклада любого вида банк обязан выдать сумму вклада или ее часть по первому требованию вкладчика, за исключением вкладов, внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата, предусмотренных договором.

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада (п. 3 ст. 834 ГК РФ).

На основании пунктов 1 и 3 ст. 837 ГК РФ договор банковского вклада заключается на условиях выдачи вклада по требованию (вклад до востребования) либо на условиях возврата вклада по истечении определенного договором срока (срочный вклад). Договором может быть предусмотрено внесение вкладов на иных не противоречащих закону условиях их возврата.

Сроки и порядок выдачи суммы вклада или ее части и соответствующих процентов юридическому лицу по договору вклада любого вида определяются договором банковского вклада.

Выдача суммы вклада и закрытие счета является сделкой (ст. 153 ГК РФ).

Сделки юридических лиц с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения (п. 1 ст. 161 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В силу п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 ст. 434 данного кодекса.

Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и тому подобное), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (п. 1 ст. 162).

В соответствии со ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (п. 3).

Пунктом 1 ст. 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 35 (ч. 1), что право собственности охраняется законом, возлагает тем самым на государство обязанность обеспечить и охрану прав конкретного собственника, каковым является гражданин-вкладчик, который, размещая принадлежащие ему денежные средства во вкладах, несет определенный риск и действия которого, осуществляемые в личных интересах, имеют также публичное значение, поскольку сбережения населения являются устойчивым источником ресурсной базы, необходимой для инвестиций и долгосрочного кредитования (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2001 года N 10-П). Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 28.01.2010 года N 2-П, конституционно-правовыми гарантиями должны обеспечиваться и безналичные денежные средства, существующие в виде записи на банковском счете их обладателя, которые по своей природе представляют собой охватываемое понятием имущества обязательственное требование к банку.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции верно применены нормы материального права.

Из преамбулы Закона РФ «О защите прав потребителей» следует, что недостаток услуги - это ее несоответствие или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых услуга такого рода обычно используется, или целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Банк при выполнении распоряжений по счетам на имя истца не принял во внимание несоответствие устройства, с использованием которого совершались операции, устройству обычно используемому клиентом; характер операций - досрочное перечисление денежных средств со вклада с одновременным их перечислением на другой счет и выводом средств из банка; выполнение всех перечисленных операций в течение короткого промежутка времени.

Тем самым банк не предпринял соответствующих мер предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих, что Банком, являющимся профессиональным участником этих правоотношений, соблюдены в рассматриваемом случае обязательства перед клиентом по договорам банковского вклада, с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при закрытии счета и перечислении денежных средств и исполнении обязательств по договорам банковского вклада.

Довод апелляционной жалобы в той части, что потребителем самим совершена расходная операция, соответственно, убытки возникли ввиду действий потребителя, является несостоятельным, поскольку Банк не представил неоспоримые доказательства, подтверждающие нарушение порядка использования электронного средства платежа Потребителем, доказательств передачи Потребителем доверенного устройства для доступа в личный электронный кабинет банка третьим лицам - Банком также не представлено. В материалах дела отсутствуют доказательства наличия осознанного волеизъявления Потребителя на совершение спорной операции и его согласия с ней, в данном случае, Банк должен был действовать добросовестно, а именно, учесть интересы Потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

При разрешении заявленных требований суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства. Нарушений норм процессуального закона, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 320, 327.1, п. 2 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Первоуральского городского суда Свердловской области от 24 сентября 2025 года - оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Р. Калимуллина

Судьи

О.А. Селиванова

В.А. Страшкова