Апелляционное определение № 33А-112/2026 33А-3395/2025 от 13 января 2026 г.

судья Вартанян Н.Л.

№ 33а-112/2026 (№ 33а-3395/2025) № 2а-4090/2025 УИД 51RS0001-01-2025-004093-22


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Мурманск

14 января 2026 г.

Судебная коллегия по административным делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

Науменко Н.А.

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО4 о признании незаконными проведенных профилактических бесед

по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Октябрьского районного суда города Мурманска от 6 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Науменко Н.А., судебная коллегия по административным делам Мурманского областного суда

у с т а н о в и л а:

ФИО4 обратился в суд с административным исковым заявлением к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области» (далее - ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, Учреждение) о признании незаконными проведенных профилактических бесед.

В обоснование административных исковых требований указал, что в период 2017 - 2018 годов содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области.

Из постановления Плесецкого районного суда Архангельской области от 30 мая 2025 г. об отказе в изменении вида исправительного учреждения ему стало известно, что в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области с ним 29 раз проводились профилактические беседы, факт их проведения отражен в материалах его личного дела.

С целью проверки законности и обоснованности внесения в его личное дело сведений о проводимых профилактических беседах он обратился в прокуратуру Мурманской области, по итогам проведенной проверки получил разъяснения, что порядок отмены профилактических бесед нормативными актами не предусмотрен.

Административный истец просил суд признать незаконными и отменить профилактические беседы, примененные к нему в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, поскольку информацию о совершенных нарушениях до него не доводили, объяснений не требовали.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, Учреждение), Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области (далее – УФСИН России по Мурманской области), Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России), начальник ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области ФИО5

Решением Октябрьского районного суда г. Мурманска от 6 октября 2025 г. в удовлетворении административных исковых требований ФИО4 отказано.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО4 просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы настаивает на незаконности действий должностных лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области по внесению в личное дело сведений о проведенных на основании рапортов профилактических беседах, которые в действительности за все время содержания в Учреждении с ним проведены не были.

Отмечает, что не был ознакомлен с документами о проведении профилактических бесед, доказательств об отказе в ознакомлении с данными документами в материалы дела не представлено.

Полагает, что представленные в материалы дела справки о профилактических беседах не могут констатировать факт их проведения, поскольку не отражают его отношение к примененному дисциплинарному взысканию.

Указывает, что в материалы административного дела Учреждением не представлены допустимые и достоверные доказательства совершения им нарушения Правил внутреннего распорядка, а именно журнала дежурств по камерам, за отказ в росписи в котором с ним были проведены оспариваемые беседы воспитательного характера.

Ссылаясь на пункт 23 Инструкции по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 20 мая 2013 г. № 72, указывает, что профилактические беседы проводятся в отношении лиц, поставленных на профилактический учет, на котором он никогда не состоял.

Обращает внимание, что из пояснений представителя административного ответчика следует, что согласно журналам по 27 нарушениям к административному истцу были проведены воспитательные беседы, вместе с тем судом отказано в признании незаконными 29 проведенных бесед.

Указывает, что в его адрес не направлялись документы, приложенные к возражениям на административное исковое заявление, что ограничило его право на судебную защиту.

Изучив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суд первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Исходя из положений части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту. В случае отсутствия указанной совокупности суд отказывает в удовлетворении требования о признании решения, действия (бездействия) незаконными.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации имеет своими целями исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами, а к основным принципам уголовно-исполнительного законодательства относит законность, гуманизм, дифференциацию и индивидуализацию исполнения наказаний, рациональное применение мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединение наказания с исправительным воздействием (статьи 1 и 8 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Частями 1 - 3 статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) определено, что исправление осужденных - это формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения, при этом к основным средствам исправления осужденных отнесены, в том числе: установленный порядок, исполнения и отбывания наказания (режим), воспитательная работа и общественное воздействие, применяемые с учетом вида наказания, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности осужденных и их поведения.

В силу частей 1 - 3 статьи 11, частей 1 - 3 статьи 82 УИК РФ осужденные должны исполнять установленные законодательством Российской Федерации обязанности граждан Российской Федерации, соблюдать принятые в обществе нравственные нормы поведения, требования санитарии и гигиены, соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов (включая утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений), в том числе, создающий условия для применения средств исправления осужденных, режим в исправительных учреждениях.

Согласно части 1, 2 и 4 статьи 109, частям 1 и 2 статьи 110 УИК РФ воспитательная работа с осужденными к лишению свободы направлена на их исправление, формирование у осужденных уважительного отношения к человеку, обществу, нормам, правилам и традициям человеческого общежития, повышение их образовательного и культурного уровня, которая проводится дифференцированно, с учетом индивидуальных особенностей личности и характера осужденных и обстоятельств совершенных ими преступлений, условий содержания, в том числе, в индивидуальных формах, а участие осужденных в проводимых воспитательных мероприятиях учитывается при определении степени их исправления, а также при применении к ним мер поощрения и взыскания.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) данный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Согласно пункту 2 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 16 октября 2005 г. № 189 (далее - Правила), действовавшим на дату возникновения спорных правоотношений и прекративших свое действие 16 июля 2022 г., в следственном изоляторе (далее - СИЗО) устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Абзацами 3, 16, 17 пункта 1 Приложения № 1 к Правилам внутреннего распорядка следственных изоляторов (Правила поведения подозреваемых и обвиняемых) установлено, что подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах (далее - СИЗО), обязаны выполнять законные требования администрации СИЗО; соблюдать тишину; дежурить по камере в порядке очередности.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 Приложения дежурный по камере обязан расписываться в журнале назначения дежурных по камерам об ознакомлении с обязанностями дежурного по камере.

Как следует из абзаца 1 пункта 3 Приложения № 1 к Правилам подозреваемым и обвиняемым запрещается, в том числе, вести переговоры, осуществлять передачу каких-либо предметов лицам, содержащимся в других камерах или иных помещениях СИЗО, перестукиваться или переписываться с ними.

В статье 38 Закона о содержании под стражей закреплено, что за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания, такие как: выговор; водворение в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых - на срок до семи суток.

Данный перечень мер взыскания является исчерпывающем.

Статьей 39 Закона о содержании под стражей предусмотрено, что взыскания за нарушения установленного порядка содержания под стражей налагаются начальником места содержания под стражей или его заместителем, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей статьи 40 названного Закона. За одно нарушение на виновного не может быть наложено более одного взыскания.

Взыскание налагается с учетом обстоятельств совершения нарушения и поведения подозреваемого или обвиняемого. Взыскание может быть наложено не позднее десяти суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее двух месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание применяется, как правило, немедленно, а в случае невозможности его немедленного применения - не позднее месяца со дня его наложения.

До наложения взыскания у подозреваемого или обвиняемого берется письменное объяснение. Лицам, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрации. В случае отказа от дачи объяснения об этом составляется соответствующий акт.

Взыскание в виде выговора налагается в устной или письменной форме, другие взыскания - в письменной форме.

Как установлено судом и следует из материалов административного дела, административный истец ФИО4 содержался в следственном изоляторе в период с 10 октября 2016 г. по 5 апреля 2017 г., освобожден по истечении срока содержания под стражей. Также содержался в период с 14 апреля 2017 г. по 3 марта 2018 г.

Согласно распискам от 14 апреля 2017 г., представленных из личного дела осужденного, ФИО4 с Правилами внутреннего распорядка был ознакомлен, а также уведомлен об использовании аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, в том числе в камерах.

В период содержания в Учреждении установлены факты нарушения ФИО4 режима содержания.

Согласно выпискам из журналов №№ 535, 690 учета рапортов о нарушениях установленного порядка, содержания под стражей и отбывания наказания, допущенных подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными ФКУ СИЗО - 1 УФСИН России по Мурманской области внесены записи о следующих нарушениях Правил внутреннего распорядка: 16 июня 2017 г. (рапорт № 2056), 22 июля 2017 г. (рапорт № 2147), 3 августа 2017 г. (рапорт №2577) ФИО4, находясь в камере № 409, осуществлял передачу предметов лицам, содержащимся в других камерах.

Кроме того, 27 июня 2017 г. (рапорт № 2132), 4 сентября 2017 г. (рапорт № 2683), 30 сентября 2017 г. (рапорт № 2936), 27 октября 2017 г. (рапорт № 3194), 25 ноября 2017 г. (рапорт № 3505), 28 ноября 2017 г. (рапорт № 3639), 14 декабря 2017 г. (рапорт № 4210), 16 декабря 2017 г. (рапорт № 4297), 28 декабря 2017 г. (рапорт № 4755), 20 января 2018 г. (рапорт № 674) административный истец, находясь в камерах №№ 321, 409, осуществлял межкамерные переговоры.

6 декабря 2017 г. в камере № 02 (рапорт № 3981) ФИО4 отвернул объектив видеокамеры, чем создавал препятствие в осуществление надзора в использованием видеотехники.

Также в журналах имеются сведения об отказе административного истца от росписи в журнале дежурств по камерам 16 декабря 2017 г. (рапорт № 4311), 27 декабря 2017 г. (рапорт № 4731), 31 декабря 2017 г. (рапорт № 4886), 3 января 2018 г. (рапорт № 96), 22 января 2018 г. (рапорт № 743), 8 февраля 2018 г. (рапорт № 1150), 12 февраля 2018 г. (рапорт № 1254), 13 февраля 2018 г. (рапорт № 1281), 15 февраля 2018 г. (рапорт № 1332), 17 февраля 2018 г. ( рапорт № 1384), 23 февраля 2018 г. (рапорт № 1569), 26 февраля 2018 г. (рапорт № 1669), 28 февраля 2018 г. (рапорт № 1714).

Кроме того, согласно вышеуказанным журналам 4 января 2018 г. (рапорт № 155) административный истец в ночное время не находился на своем спальном месте, тем самым не выполнил команду отбой, а 8 февраля 2018 г. при входе в камеру сотрудников следственного изолятора отказался докладывать о количестве подозреваемых и обвиняемых, находящихся в камере № 409.

Из справок инспектора отдела по воспитательной работе от 19 июня 2017 г., 29 июня 2017 г., 24 июля 2017 г., 4 сентября 2017 г., 6 сентября 2017 г., 2 октября 2017 г., 30 октября 2017 г., 27 ноября 2017 г., 29 ноября 2017 г., 7 декабря 2017 г., 18 декабря 2017 г., 20 декабря 2017 г., 29 декабря 2017 г., 5 января 2018 г., 8 января 2018 г., 9 января 2018 г., 23 января 2018 г., 25 января 2018 г., 9 февраля 2018 г., 9 февраля 2018 г., 14 февраля 2018 г., 15 февраля 2018 г., 16 февраля 2018 г., 20 февраля 2018 г., 26 февраля 2018 г., 28 февраля 2018 г., 2 марта 2018 г. следует, что по фактам нарушений Правил с ФИО4 проведены беседы воспитательного характера, учитывая мотивы и обстоятельства совершенного нарушения, были приняты решения не применять меры дисциплинарного характера, а ограничиться проведением бесед.

Постановлением Плесецкого районного суда Архангельской области от 30 мая 2025 г. ходатайство административного истца об изменении вида исправительного учреждения с исправительной колонии строгого режима на колонию-поселение оставлено без удовлетворения.

С целью проверки законности и обоснованности наложения дисциплинарных взысканий, в том числе внесения в его личное дело сведений о проводимых профилактических беседах, ФИО4 обратился в прокуратуру Мурманской области.

Из представления прокуратуры Мурманской области от 15 июля 2025 г. № * следует, что в действиях администрации следственного изолятора выявлены нарушения законодательства в части нарушения порядка наложения дисциплинарных взысканий в виде выговоров, а также факты непроведения проверок по фактам нарушений ФИО4 Правил внутреннего распорядка, по которым сотрудники воспитательного отдела ограничились проведением профилактических бесед.

Согласно ответу, направленному ФИО4 прокуратурой Мурманской области, надзирающим органом выявлены нарушения со стороны руководства следственного изолятора в части наложения дисциплинарных взысканий в виде выговоров приказами от 2017 и 2018 годов. Также сообщено, что за период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области ФИО4 допущено 29 нарушений установленного порядка содержания под стражей, которые подтверждаются рапортами уполномоченных сотрудников СИЗО-1, актами об отказе от дачи объяснений по фактам нарушений. Разъяснено, что беседа профилактического характера является профилактической мерой реагирования администрации учреждения на поведение обвиняемых и осужденных, порядок отмены указанных бесед нормативными актами не предусмотрен.

Приказом начальника следственного изолятора от 25 июля 2025 г. № 446-ос отменены приказы о наложении дисциплинарных взысканий в виде выговора в письменной форме к осужденному ФИО4 как противоречащие требованиям законодательства.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении административного искового заявления, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 16 октября 2005 г. № 189, исходил из того, что факты допущенных ФИО4 нарушений Правил внутреннего распорядка следственного изолятора подтверждены имеющимися в материалах дела достаточными, допустимыми и достоверными доказательствами, о чем составлены соответствующие рапорты и акты, в связи с чем действиями административного ответчика права административного истца не нарушены.

Оснований не согласиться с данным выводом суда судебная коллегия не находит, поскольку он сделан с учетом установленных по делу обстоятельств, имеющих значение для дела, при верном применении норм материального права.

Как верно указано судом первой инстанции, беседы профилактического характера являются одной из форм реагирования администрации следственного изолятора на допущенные нарушения порядка содержания и не отнесены к мерам взыскания за нарушение правил содержания как в следственном изоляторе, так и в местах лишения свободы.

Необходимость проведения таких бесед с лицами, содержащимися в учреждениях уголовно-исполнительной системы и допускающими нарушения установленного порядка содержания, предусмотрена приказом Минюста России от 20 мая 2013 г. № 72 «Об утверждении Инструкции по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы».

Основной целью профилактической работы является недопущение правонарушений со стороны лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, посредством системы профилактических мероприятий (пункт 2 Инструкции).

Согласно пункту 25 Инструкции индивидуальная профилактика правонарушений осуществляется, в том числе путем проведения индивидуальных бесед, разъяснения подозреваемым, обвиняемым и осужденным пагубности допускаемых ими правонарушений, а также возможных последствий.

Таким образом, такая форма воздействия на осужденного как беседа воспитательного характера является профилактической мерой реагирования администрации на поведение осужденного в случаях, когда возможно не применять дисциплинарное взыскание.

Судом первой инстанции установлено, что основаниями проведения с ФИО4 бесед воспитательного характера в период его содержания в следственном изоляторе явилось невыполнение административным истцом возложенных на него статьей 36 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» обязанностей, нарушение Правил внутреннего распорядка следственного изолятора и требований установленного распорядка дня.

У суда первой инстанции, равно как у судебной коллегии, не имеется оснований не доверять представленным в соответствии с положениями приведенной статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации доказательствам, оснований признавать которых недопустимыми, как о том поставлен вопрос в своей жалобе стороной административного истца, коллегия не усматривает.

Не свидетельствуют об обратном и утверждения ФИО4, поскольку, как следует из вышеуказанных рапортов и представленных к ним актов, а также справок о проведении бесед воспитательного характера, административный истец от дачи письменных пояснений отказался в категорической форме. Данные документы подписаны сотрудниками исправительного учреждения, находящимися при исполнении своих должностных обязанностей, доказательств наличия причин для оговора ФИО4 последним не приведено, а судом не добыто.

Кроме того, согласно справке начальника отдела ИТОСиВ ФКУ СИЗО- 1 УФСИН России по Мурманской области от 10 сентября 2025 г. время хранения видеоархива с камер видеонаблюдения, установленных в следственном изоляторе, а также видеорегистраторов согласно подпункту 8 пункта 23 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 г. № 279, составляет 30 суток.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, согласно выкопировки из журнала назначения дежурных в камерах поста № 4 корпусного отделения № 1 ФКУ СИЗО- 1 УФСИН России по Мурманской области, принятой судебной коллегией в рамках процессуальных полномочий в качестве нового доказательства, 16 декабря 2017 г., 26 декабря 2017 г., 31 декабря 2017 г., 3 января 2018 г., 22 января 2018 г., 8 февраля 2018 г., 12 февраля 2018 г., 13 февраля 2018 г., 15 февраля 2018 г., 17 февраля 2018 г., 23 февраля 2018 г., 26 февраля 2018 г., 28 февраля 2018 г., от административного истца поступил отказ от росписи в данном журнале, о чем имеются записи с указанием номера рапорта.

При таких обстоятельствах, поскольку в рассматриваемом случае факты нарушения порядка содержания под стражей судом установлены, оснований полагать ошибочным вывод о законности и обоснованности применения к административному истцу меры профилактического воздействия в виде воспитательных бесед не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 об обратном не могут быть приняты во внимание, поскольку сводятся к переоценке исследованных судом доказательств и оспариванию обоснованности выводов суда об установленных по административному делу фактических обстоятельствах.

При этом указание представителя административного ответчика в судебном заседании о проведении с ФИО4 27 бесед воспитательного характера не опровергает выводы суда о совершенных им нарушениях порядка содержания под стражей.

Суд первой инстанции, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, пришел к верному выводу о том, что административным истцом в период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области в период с 14 апреля 2017 г. по 3 марта 2018 г. допущено 29 нарушений Правил внутреннего распорядка, по фактам которых сотрудниками воспитательного отдела следственного изолятора с ФИО4 проведены профилактические беседы.

При изложенных обстоятельствах, отклоняя доводы административного истца, судебная коллегия приходит к выводу, что действия должностных лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области по проведению бесед воспитательного характера соответствовали требованиям законодательства, решения о проведении профилактических бесед приняты уполномоченными лицами, проведение самих бесед профилактического характера с ФИО4 обусловлено его поведением, обстоятельствами нарушения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, поскольку к дисциплинарной ответственности за допущенные нарушения ФИО4 не привлекался, а беседы воспитательного характера были проведены с ним в целях стимулирования его правопослушного поведения, что прав административного истца не нарушает, то выводы суда первой инстанции не противоречат нормам действующего законодательства.

Учитывая, что материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что административным ответчиком допущено нарушение требований законодательства, а также нарушение прав и свобод административного истца, у суда первой инстанции в силу приведенных правовых норм отсутствовали законные основания для удовлетворения административного иска ФИО4, поскольку целью административного судопроизводства является пресечение незаконных действий и восстановление нарушенных прав, а не формальное установление факта незаконности оспариваемого действия (бездействия).

Суждения административного истца о проведении бесед воспитательного характера только в отношении лиц, поставленных на профилактический учет, являются несостоятельными, основаны на неверном толковании норм материального права, поскольку проведение индивидуальных бесед, разъяснения подозреваемым, обвиняемым и осужденным пагубности допускаемых ими правонарушений, а также возможных последствий, представляет собой одну из форм индивидуальной профилактики правонарушений, являющейся составной частью воспитательной работы, направленной на исправление осужденного, и которая проводится с каждым осужденным, заключенным под стражу.

Довод апелляционной жалобы о нарушении права ФИО4 на ознакомление с представленными стороной административного ответчика документами к возражениям на административное исковое заявление поводом к отмене постановленного решения не является, поскольку протоколом судебного заседания от 6 октября 2025 г. подтверждается, что возражения относительно административного искового заявления, имеющиеся в материалах дела документы, в том числе представленные стороной административного ответчика, были озвучены в судебном заседании в присутствии административного истца, исследовались судом в судебном заседании, применительно к требованиям статьи 164 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, предусматривающими оглашение содержания письменных доказательств при их исследовании.

В целом доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат указания на обстоятельства и факты, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, но имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права, и не могут служить поводом для отмены решения суда.

Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства административного дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, его выводы не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу установлены правильно, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену состоявшегося по делу решения, допущено не было.

При таком положении судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, для отмены решения суда.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307, 308, 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам Мурманского областного суда

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Мурманска от 6 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Состоявшиеся по делу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с даты вынесения настоящего апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 января 2026 г.

Председательствующий:

Судьи: