Апелляционное определение № 22-794/2026 от 11 февраля 2026 г.

Председательствующий Чащина Т.С. Дело № 22-794/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное апелляционное определение изготовлено

12 февраля 2026 года)

г. Екатеринбург 11 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда

в составе: председательствующего Жолудевой Е.В.,

судей: Никифорова А.Н., Гусевой Ю.В.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО1,

осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Кондратюка Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Костюшиной А.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО2 – адвоката Кондратюка Е.И. на приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 18 ноября 2025 года, которым

ФИО2,

родившийся <дата> в <адрес>, ранее не судимый,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного пунктом «б» части 4 статьи 291 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере двукратной суммы взятки – 1000000 рублей, с лишением права занимать должности в правоохранительных и следственных органах, связанных с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий на срок 3 года.

На основании статьи 48 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО2 лишен специального звания «майор юстиции».

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы в соответствии с пунктом «а» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачтено время фактического задержания ФИО2 с 15 июля 2024 года по 17 июля 2024 года, а также время содержания под стражей с 18 ноября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде запрета определенных действий ФИО2 изменена на заключение под стражу, ФИО2 взят под стражу в зале суда.

Для обеспечения исполнения приговора в части взыскания штрафа сохранен арест на имущество, принадлежащее ФИО2 – денежные средства в размере 1000000 рублей.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Никифорова А.Н., выступления сторон, судебная коллегия

установила:

приговором суда ФИО2 признан виновным в даче взятки должностному лицу лично, за совершение заведомо незаконных действий, в крупном размере.

Преступление совершено ФИО2 приобстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник осужденного В.В.ГБ. – адвокат Кондратюк Е.И. просит приговор отменить, как незаконный, уголовное дело возвратить прокурору на основании пункта 1 части 1 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Полагает, что выводы суда противоречат обстоятельствам уголовного дела, установленным в судебном заседании. Отмечает случаи игнорирования судом юридически значимых обстоятельств, которые существенно повлияли на законность обжалуемого решения. В обоснование указывает на незаконность возбуждения уголовного дела ввиду отсутствия на то повода и оснований, на недопустимость доказательств – протокола осмотра места происшествия от 15 июля 2024 года; протокола осмотра предметов (документов) от 15 июля 2024 года; протокола изъятия предметов и документов от 15 июля 2024 года и от 05 августа 2024 года; показания свидетелей АДИ и КНО; результатов оперативно-розыскной деятельности, которые отсутствовали в распоряжении следователя на момент возбуждения уголовного дела, вещественных доказательств. Кроме того, автор указывает на нарушение порядка проведения оперативно-розыскных мероприятий, определенного Инструкцией, утвержденной Приказом ФСБ России № 288. Также указывает на недопустимость привлечения к участию в оперативно-розыскных мероприятиях в качестве понятых подчиненных проводящему оперативно-розыскное мероприятие лицу военнослужащих КНА и ППЕ Отмечает, что в материалах уголовного дела отсутствует большинство протоколов проведенных следственных и иных процессуальных действий. Полагает, что незаконность постановления о возбуждении уголовного дела свидетельствует об отсутствии законного основания для производства предварительного расследования, а равно о недопустимости полученных в рамках данного производства доказательств, соответственно, исключает возможность постановления судом законного итогового решения, вследствие чего уголовное дело должно быть возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Приводя собственный анализ доказательств по делу – рапортов, показаний свидетелей, результатов оперативно-розыскной деятельности, автор отмечает, что суд не дал оценки доводам стороны защиты относительно отсутствия повода и основания для возбуждения уголовного дела.

Отмечает нарушения права подсудимого на защиту, принципов состязательности сторон и презумпции невиновности. Так, выводы представленного стороной защиты заключения лингвистической экспертизы не опровергаются материалами уголовного дела, у суда не было оснований для отказа в использовании данного заключения в качестве доказательства и в проведении повторной судебной лингвистической экспертизы. Кроме того, суд необоснованно не принял во внимание сведения, сообщенные понятым КНА, не принял мер, направленных на проверку указанных сведений.

Обращает внимание, что ФИО2 не имел умысла на совершение коррупционного преступления, не совершил ни одного из действий объективной стороны преступления, факт передачи денежных средств, вопреки позиции суда, отсутствует, доказательств обратного материалы уголовного дела не содержат. В судебном заседании установлено, что действия КНО были направлены на попытку формирования у ФИО2 умысла на совершение противоправных действий.

Автор отмечает, что в нарушение требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» сотрудниками УФСБ России по ЦВО не были рассекречены предоставляемые материалы оперативно-розыскной деятельности, составляющие государственную тайну, соответственно, они являются недопустимыми доказательствами и не могут использоваться для установления наличия или отсутствия обстоятельств, подлежащих доказыванию, или иных обстоятельств, имеющих значение для дела. Суд не дал оценки указанным обстоятельствам.

Указывает на нарушения уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении судом ходатайств стороны защиты, по результатам чего постановления не выносились, что подтверждается аудиопротоколами судебных заседаний. Суд первой инстанции проигнорировал факт несоблюдения порядка возбуждения уголовного дела, в связи с чем отказ стороне защиты в удовлетворении ходатайства о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности пункта 1 части 2 статьи 38, части 2 статьи 140, части 1 статьи 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является незаконным. Обращает внимание на то, что поступившие от стороны защиты в ходе судебного заседания сообщения о преступлениях, совершенных в отношении ФИО2, не направлены судом руководителю соответствующего следственного подразделения, что нарушает положения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 55 и требования уголовно-процессуального законодательства. Кроме того, судом необоснованно отклонены замечания на протокол судебного заседания, поданные стороной защиты.

Полагает, что при вынесении итогового решения суд занял обвинительную позицию, что противоречит части 3 статьи 15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Приговор, постановленный по уголовному делу, возбужденному в нарушение предусмотренного уголовно-процессуальным законодательством порядка, а также с учетом вышеназванных нарушений, свидетельствует о наличии оснований для его отмены и о необходимости возвращения уголовного дела прокурору.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Попков П.С. просит оставить обжалуемый приговор без изменения, полагая его законным и обоснованным.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления, за которое он осужден, подтверждаются достаточной совокупностью доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, исследованных в судебном заседании с участием сторон, являющихся достоверными и допустимыми, которые суд первой инстанции надлежащим образом проверил, дал им оценку, подробно изложив их в приговоре.

В обоснование вывода о виновности осужденного в совершении указанного преступления судом первой инстанции верно положены показания свидетеля КНО, который пояснил обстоятельства взаимодействия с осужденным, в результате которого последний передал ему взятку в виде денег за совершение заведомо незаконных действий – за проведение дополнительной психолого-лингвистической экспертизы по уголовному делу <№> и последующую незаконную переквалификацию действий обвиняемого АЕА со статьи 275 Уголовного кодекса Российской Федерации на статью 283 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также суд дал правильную оценку и положил в основу обвинительного приговора показания свидетеля АЕА, сообщившего об осведомленности ФИО2 о возбуждении в отношении него уголовного дела по статье 275 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Обоснованно судом первой инстанции положены в основу обвинительного приговора показания свидетеля СДИ, пояснившего обстоятельства обращения к нему КНО с уведомлением о возможной попытке дачи последнему взятки ФИО2, проведения оперативно-розыскных мероприятий (далее – ОРМ), в результате которых ФИО2 задержан непосредственно после совершения преступления.

Кроме того, суд верно оценил и положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей: ГЭР, пояснившего об обстоятельствах участия в осмотре следователем автомобиля «Фольксваген Тигуан»; АДИ, сообщившего обстоятельства возбуждения уголовного дела, проведения им следственных действий.

Суд первой инстанции дал правильную оценку показаниям осужденного ФИО2, данным тем в ходе предварительного следствия 16 июля 2025 года в качестве подозреваемого и обвиняемого, из которых следует, что фактические обстоятельства инкриминированного ему преступления он признал, пояснил обстоятельства, при которых передал КНО взятку в виде денег в размере 500000 рублей за способствование в назначении и проведении дополнительной экспертизы по уголовному делу, возбужденному в отношении АЕА, с целью возможности переквалификации инкриминированного последнему преступления на менее тяжкое.

Помимо изложенного, вина ФИО2 в совершении вышеуказанного преступления подтверждается также письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции, содержание которых приведено в приговоре, в частности: постановлениями о проведении ОРМ, а также документами, подтверждающими ход их проведения и результаты (акт вручения технических средств при проведении ОРМ от 15 июля 2024 года, их возврата, акты осмотра транспортного средства, личного досмотра от 15 июля 2024 года, протоколы обследования помещения, предметов и документов от 15 июля 2024 года, в соответствии с которыми осмотрены автомобиль «Фольксваген Тигуан», жилое помещение <№>, расположенное в гостинице «Маринс Отель» по адресу: <адрес>, по результатам чего изъяты денежные средства на сумму 1500000 рублей, постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 23 июля 2024 года); документами, подтверждающими, что КНО является должностным лицом (выпиской из приказа командира войсковой части <№><№>-<№> от 29 июля 2021 года, выпиской из должностного регламента старшего следователя-криминалиста следственного отдела КНО); документами, свидетельствующими о возбуждении уголовного дела в отношении АЕА; протоколом осмотра автомобиля «Фольксваген Тигуан»; протоколами осмотра изъятых денежных средств, видеозаписей, добытых в ходе проведения ОРМ.

Суд обоснованно отклонил показания ФИО2, данные им в судебном заседании, в части, не подтвержденной совокупностью иных доказательств, имеющихся в материалах дела, о чем привел в приговоре убедительные мотивы, с которыми соглашается судебная коллегия.

Судом проанализированы и иные письменные, вещественные доказательства, исследованные в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все доказательства, приведенные в приговоре, положенные в его основу, суд обоснованно признал допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и достаточными для постановления приговора. Оснований для переоценки доказательств, указанных судом в обоснование вывода о виновности осужденного в совершении вышеуказанного преступления, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам, изложенным защитником в апелляционной жалобе, оснований для признания каких-либо доказательств, положенных судом в основу приговора, недопустимыми, не имеется, поскольку доказательства, на которые суд первой инстанции сослался в обоснование виновности ФИО2 в совершении преступления, добыты в ходе предварительного следствия, при осуществлении процессуальной деятельности в рамках возбужденного уголовного дела надлежащими лицами. В процессе сбора и закрепления доказательств соблюдены все необходимые требования уголовно-процессуального закона.

Оснований для истребования новых доказательств не имеется.

Оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО2 вопреки доводам стороны защиты проведены в соответствии с требованиями Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Результаты данных оперативно-розыскных мероприятий оформлены и предоставлены органу следствия в соответствии с требованиями закона. При этом результаты оперативно-розыскной деятельности, переданные следователю, рассекречены в соответствии с требованиями закона Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», о чем свидетельствует соответствующее постановление (т. 1 л.д. 78-79).

Доводы стороны защиты о том, что в отношении ФИО2 имела место провокация взятки обоснованно признаны несостоятельными судом первой инстанции, поскольку совокупностью положенных в основу приговора доказательств установлено, что умысел на дачу взятки у ФИО2 сформировался до начала осуществления оперативно-розыскной деятельности и независимо от нее. Об этом прямо свидетельствуют показания свидетелей КНО, СДИ

При этом судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о недопустимости представленного стороной защиты доказательства – заключения эксперта <№>, поскольку заказчиком данной экспертизы являлась сторона защиты, которая и оплатила проведение экспертизы, что позволяет усомниться в ее объективности. Как верно отмечено судом первой инстанции, выводы эксперта основаны на неполном анализе видеозаписей, который произведен выборочно.

Доводы защитника о недопустимости ряда доказательств, положенных судом в основу обжалуемого приговора отклоняются судебной коллегией, поскольку основаны на неправильном и произвольном толковании действующего законодательства, при этом они являлись предметом оценки суда первой инстанции, с которой соглашается судебная коллегия.

Так, из протокола изъятия предметов и документов от 15 июля 2024 года следует, что изъятие сумки с денежными средствами, находящейся при ФИО2, произведено старшим оперуполномоченным ОСБ УФСБ России по ЦВО СДИ в ходе обследования автомобиля «Фольксваген Тигуан», то есть в рамках санкционированного ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств». При этом в протоколе обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 15 июля 2024 года также указано на изъятие сумки с находящимися в ней денежными средствами в общей сумме 500000 рублей из вышеуказанного автомобиля (т. 1 л.д. 38-42). В связи с чем судом сделан правильный вывод о допустимости данных доказательств.

Доводы стороны защиты о недопустимости протокола осмотра автомобиля «Фольксваген Тигуан» в связи с участием в данном следственном действии в качестве понятых ФДЮ, ГЭР являются необоснованными, поскольку опровергаются показаниями ГЭР, АДИ, допрошенных в качестве свидетелей, пояснивших обстоятельства проведения следственного действия, а также отсутствие каких-либо законных препятствий для участия в нем вышеназванных лиц в качестве понятых.

Протоколы осмотра изъятых денежных средств, видеозаписей, представленных следователю по результатам проведения ОРМ, обоснованно признаны судом допустимыми доказательствами и положены в основу приговора, так как получены в установленном законом порядке, отвечают всем требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам.

Также судебная коллегия соглашается с мотивированной и надлежащей оценкой судом первой инстанции показаний свидетеля КНО, которые также положены в основу приговора, поскольку они подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе видеозаписями, просмотренными в судебном заседании. Приведенные защитником в апелляционной жалобе доводы выражают лишь несогласие с содержанием данных показаний и их оценкой судом, при этом не содержат доказательств их недостоверности, недопустимости.

Вопреки доводам защитника судом принимались меры к установлению местонахождения и вызову в судебном заседание для допроса в качестве свидетеля КНА, явка которого не была обеспечена в связи с наличием объективной причины – участия того в специальной военной операции. Допустимых доказательств, добытых в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, свидетельствующих о невозможности участия КНА в ходе проведения ОРМ в рамках данного уголовного дела стороной защиты не представлено. Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что письменное обращение защиты от 12 ноября 2025 года, в котором заявляется о телефонном разговоре с КНА, ксерокопия письма, иные приложенные материалы, автором которых указан КНА, не могут быть положены в основу приговора, так как КНА в порядке статьи 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не допрашивался, его личность не устанавливалась в порядке, определенном уголовно-процессуальным законом, тот об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации не предупреждался. Само по себе прохождение понятыми ППЕ, КНА военной службы, как верно отметил суд первой инстанции, не является обстоятельством, которое исключает их возможность участвовать в качестве понятых, с учетом ответа командира войсковой части <№> от 05 ноября 2025 года.

Судебная коллегия отклоняет довод защитника о незаконности возбуждения уголовного дела в отношении ( / / )1 по следующим основаниям.

В силу пункта 3 части 1 статьи 140 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации поводом для возбуждения уголовного дела является, в частности, сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, к которому согласно статье 143 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации может быть оформлено в виде рапорта об обнаружении признаков преступления.

В соответствии с постановлением о возбуждении уголовного дела, вынесенного следователем АДИ 15 июля 2024 года в 21:00, уголовное дело возбуждено в отношении ФИО2 после фактического задержания последнего, по результатам рассмотрения материала проверки КРСП <№> от 15 июля 2024 года, на основании рапорта следователя АДИ (сообщения о преступлении). Относительно составления данного рапорта в нескольких экземплярах следователем даны исчерпывающие показания, получившее в обжалуемом приговоре надлежащую оценку, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

Основанием для возбуждения уголовного дела явились имевшиеся у следователя достаточные данные, указывающие на признаки преступления, отраженные в вышеуказанном рапорте, в котором зафиксированы ставшие известными следователю АДИ сведения о передаче ФИО2 15 июля 2024 года в период с 12:30 до 15:30 следователю следственного отдела УФСБ России по ЦВО КНО взятки в виде денег, в крупном размере, за совершение заведомо незаконных действий – переквалификацию действий АЕА со статьи 275 Уголовного кодекса Российской Федерации на статью 283 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, требования уголовно-процессуального закона к порядку, поводу и основанию возбуждения уголовного дела следователем АДИ по настоящему уголовному делу соблюдены.

Обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены судом правильно, они подтверждены вышеуказанными показаниями свидетелей, осужденного (в части, указанной судом), а также исследованными письменными и вещественными доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, в соответствии с принципом состязательности стороны поставлены в равные условия, все ходатайства участников процесса рассмотрены судом с принятием по ним законных, обоснованных и надлежащим образом мотивированных решений.

Вопреки доводам защитника его ходатайство о назначении судебной лингвистической экспертизы в судебном заседании, состоявшемся 30 сентября 2025 года, разрешено в установленном законом порядке, о чем вынесено постановление, отраженное в протоколе судебного заседания (т. 4 л.д. 126).

Не направление судом первой инстанции письменных заявлений ФИО2 о совершении преступлений в орган, уполномоченный осуществлять их проверку, не влияет на законность, обоснованность и справедливость обжалуемого приговора, учитывая, что всем указанным в данных заявлениях документам суд дал надлежащую оценку в совещательной комнате на предмет их законности, допустимости, достоверности и относимости, как доказательств. При этом сторона защиты не лишена права на обращение с данными заявлениями напрямую в правоохранительные органы, чего ни осужденным, ни защитником сделано не было.

Судом тщательно, всесторонне проверены, мотивированно отвергнуты доводы стороны защиты, изложенные в судебном заседании, о допущенных процессуальных нарушениях в ходе проведения ОРМ, возбуждении уголовного дела, его расследовании, а также иные доводы, приведенные стороной защиты в судебном заседании при изложении защитной позиции.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований как для возвращения уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и для направления по ходатайству защитника запроса в Конституционный Суд Российской Федерации, в отсутствие оснований предусмотренных Федеральным конституционным законом от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». При этом необходимо отметить, что как сам защитник, так и осужденный вправе самостоятельно обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с данным запросом, в связи с чем отказ судебных инстанций в его направлении в рамках настоящего уголовного дела не лишает указанных лиц такого права в целом.

Довод защитника о необоснованном отклонении замечаний, принесенных на протокол судебного заседания, является несостоятельным, поскольку они рассмотрены судом первой инстанции в соответствии с положениями статьи 260 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам чего вынесено мотивированное постановление. При этом само по себе отклонение указанных замечаний не лишает сторону защиты права ссылаться в обоснование своих доводов на имеющуюся в деле аудиозапись судебного заседания.

Судом сделан верный вывод о том, что ФИО2 дал взятку должностному лицу (КНО) лично, за совершение заведомо незаконных действий, в крупном размере, надлежащим образом мотивировано, в чем выражались незаконные действия КНО, которые, по мнению ФИО2, тот должен был совершить за взятку.

Вопреки доводам стороны защиты, КНО на 15 июля 2024 года являлся старшим следователем-криминалистом (с дислокацией в городе Екатеринбург) следственного отдела УФСБ России по Центральному военному округу (войсковая часть <№>), то есть должностным лицом, имел специальное звание майор юстиции и в соответствии с исследованными материалами уголовного дела, положениями статьи 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в его обязанности входило, среди прочего, осуществление предварительного следствия по уголовным делам о преступлениях, отнесенных к подследственности органов безопасности, в связи с чем он был вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, в том числе, о назначении экспертизы, а также вправе предъявлять обвинение в совершении преступления с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление, с учетом собранных доказательств.

В связи с этим также отклоняются доводы апелляционной жалобы о недоказанности незаконности действий, за совершение которых осужденный дал взятку КНО

Показания КНО, исследованные видеозаписи свидетельствуют о том, что ФИО2 дал КНО взятку в виде денег за назначение и проведение определенного вида экспертизы, с целью последующей переквалификации деяния своего знакомого АЕА на менее тяжкое преступление, зная, что уголовное дело в отношении последнего находится в производстве следователя КНО, который, исходя из положений статьи 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, самостоятельно направляет ход расследования. Взятка передана осужденным КНО за совершение тем с использованием служебных полномочий действий, в отсутствие предусмотренных законом оснований или условий для их реализации, то есть именно за совершение незаконных действий.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, обвинительное заключение соответствует требованиям статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе оно не содержит неопределенности при указании времени совершения ФИО2 преступления – 15 июля 2024 года, в период с 14:21 по 14:51. Указанный довод защитника основан на неправильном и произвольном толковании описания инкриминированного ФИО2 преступления.

Также судом, исходя из суммы взятки, с учетом примечания к статье 290 Уголовного кодекса Российской Федерации, сделан верный вывод о доказанности квалифицирующего признака дачи взятки должностному лицу в крупном размере.

При указанных обстоятельствах действия осужденного ФИО2 верно квалифицированы судом по пункту «б» части 4 статьи 291 Уголовного кодекса Российской Федерации, как дача взятки должностному лицу лично, за совершение заведомо незаконных действий, в крупном размере.

Оснований для иной квалификации действий осужденного не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для освобождения ФИО2 от наказания, ответственности, в том числе по примечанию к статье 291 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку ни одно из обстоятельств, позволяющих применить положения, указанные в данном примечании, в ходе судебного заседания не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО2 в совершении преступления, подлежащих толкованию в его пользу в соответствии с частью 3 статьи 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется, как и оснований для его оправдания по преступлению.

Назначая наказание ФИО2, суд правильно руководствовался требованиями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учел характер и степень общественной опасности преступления, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обсуждая данные о личности ФИО2, суд обоснованно учел при назначении наказания возраст осужденного, уровень его образования, семейное и материальное положения, состояние здоровья ФИО2 и его родственников, а также отметил, что ФИО2 на специализированных учетах врачей не состоит, имеет постоянные места жительства, регистрации.

В качестве иных обстоятельств, смягчающих наказание, на основании части 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации судом обоснованно учтено признание осужденным вины (в том, числе явка с повинной, данная ФИО2 после возбуждения уголовного дела), положительные характеристики осужденного, грамоты, состояние здоровья ФИО2, его родственников, оказание им помощи со стороны осужденного.

Отягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно не установлено.

Иных обстоятельств, подлежащих учету в качестве смягчающих наказание ФИО2, не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, приняв во внимание фактические обстоятельства совершенного осужденным преступления и степень его общественной опасности.

Кроме того, судом верно не усмотрено оснований для применения положения статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания за совершенное преступление, поскольку из материалов дела не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью осужденного в его совершении, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности.

Также судом обоснованно не усмотрено оснований для применения положений статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания, о чем в приговоре приведены убедительные мотивы.

Назначенные осужденному как основное (лишение свободы), так и дополнительное наказания (штраф) по своему виду и размеру отвечают требованиям закона, соответствуют характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления, являются справедливыми и соразмерными содеянному, смягчению не подлежат.

Кроме того, судом при назначении наказания обоснованно применены положения статьи 48 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которых ФИО2, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, лишен специального звания «майор юстиции».

Вместе с тем, суд первой инстанции необоснованно назначил ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в правоохранительных и следственных органах, связанных с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий.

Так, согласно части 1 статьи 47 Уголовного кодекса Российской Федерации лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

При этом, в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, по общему правилу, может быть назначено в качестве дополнительного наказания за преступление, которое связано с определенной должностью или деятельностью лица.

Дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, должно быть непосредственно связано с совершенным преступлением и обстоятельствами совершения преступления, в том числе в целях предотвращения совершения виновным лицом новых аналогичных преступлений.

Как следует из материалов уголовного дела ФИО2 на момент совершения преступления не занимал должность в правоохранительных и следственных органах, связанных с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, в связи с чем назначение судом дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности в правоохранительных и следственных органах, связанных с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, на срок 3 года не соответствует требованиям уголовного закона и подлежит исключению из приговора.

Вид исправительного учреждения осужденному определен правильно, в соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу разрешена верно.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьей 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, принял правильное решение о необходимости конфискации у ФИО2 денежных средств, явившихся предметом взятки, в размере 500000 рублей.

С учетом исполнения дополнительного наказания в виде штрафа, суд обоснованно сохранил ранее наложенный арест на принадлежащие осужденному денежные средства в размере 1 000 000 рублей.

Нарушений права на защиту осужденного и принципов уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 18 ноября 2025 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из приговора указание на назначение ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности в правоохранительных и следственных органах, связанных с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий сроком на 3 года.

В остальной части приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 18 ноября 2025 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Кондратюка Е.И. – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным ФИО2, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения его копии.

Участники процесса вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи