Решение № 2-315/2024 2-315/2024(2-4715/2023;)~М-3702/2023 2-4715/2023 М-3702/2023 от 8 февраля 2024 г. по делу № 2-315/2024

УИД 61RS0006-01-2023-005795-92

Дело № 2-315/2024 (2-4715/2023)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

9 февраля 2024 года г. Ростов-на-Дону

Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего Евстефеевой Д.С.

при секретаре Ибрагимовой Э.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ч.Т.А. к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

Истец Ч.Т.А. обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что более 20 лет является клиентом Банка ВТБ (ПАО).

Как указывает истец, 20 января 2023 года в результате взлома мобильного приложения «ВТБ Онлайн», установленного в ее смартфоне, мошенниками оформлен кредит на ее имя на покупку автомобиля (кредитный договор от 20 января 2023 года №) в размере 1133387 рублей 06 копеек. Об указанном обстоятельстве Ч.Т.А. стало известно лишь 30 января 2023 года, в связи с чем она незамедлительно обратилась в полицию. По факту обращения истца в Отделе полиции № УМВД России по г. Ростову-на-Дону 2 февраля 2023 года возбуждено уголовное дело № по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении неустановленного лица.

В рамках уголовного дела, установлено, что в телефоне Ч.Т.А. обнаружено приложение, функционально предназначенное для управления с мобильного телефона операционной системой другого компьютера или мобильного устройства с использованием сети «Интернет». Таким образом, используя специальные программы, третьи лица обманным путем заключили от ее имени кредитный договор и воспользовались кредитными денежными средствами помимо ее воли.

Часть полученных на расчетный счет истца № денежных средств в размере 894500 рублей мошенниками, имеющими возможность управлять мобильным приложением «ВТБ Онлайн», установленном в смартфоне истца, переведена на расчетный счет №, открытый в АО «Райффайзенбанк» г. Москвы на имя ФИО1 При этом, как указывает Ч.Т.А., она не давала согласия на такую банковскую операцию, равно как не сообщала поступившие в смс-сообщениях коды – соответствующие действия осуществлены мошенниками удаленно.

Также истец указывает, что ею расторгнут договор страхования № от 20 января 2023 года, и сразу после возврата ей денежных средств в размере 233388 рублей 8 февраля 2023 года, таковые внесены на расчетный счет в счет возврата кредитных средств.

По мнению истца, ответчиком грубо нарушены положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1), притом что после подачи мошенниками анкеты на получение автокредита, сотрудники банка, отвечающие за проверку соответствия представленных сведений требованиям банка к заемщикам, такую проверку не проводили. Такой вывод истца основан, в частности, на том, что, согласно условиям банка, для получения автокредита общий стаж работы заемщика должен составлять не менее 1 года, на последнем месте работы – не менее 3 месяцев. Однако последним местом работы Ч.Т.А. являлась МИФНС России № по Ростовской области, где она работала до 13 мая 2020 года. После указанной даты истец не работает, являясь пенсионером, тогда как в анкете мошенниками указано о продолжении трудовой деятельности по прежнему месту работы. Сотрудниками банка такая информация не проверена, равно как не дана надлежащая оценка указанию дохода в размере 16000 рублей и дополнительного неподтвержденного дохода в размере 85000 рублей, и отсутствия расходов, притом что в том же банке у нее имеется непогашенный кредит.

Также, как полагает Ч.Т.А., сотрудниками банка не была осуществлена проверка контактных номеров телефона, указанных в анкете, притом что один из указанных номеров телефона ей не принадлежит.

По мнению истца, выдача автокредита на общую сумму более 1000000 рублей заемщику, который в силу возраста не имеет права по закону занимать должность государственного служащего в налоговом органе, без каких-либо документов, подтверждающих доход, без залога имущества и без проверки наличия у заемщика иных кредитных обязательств, в том числе, имеющихся в том же банке, может свидетельствовать о том, что проверка заемщика не проводилась, либо если и проводилась, то сотрудником банка, заинтересованным в одобрении заявки.

По мнению Ч.Т.А., ответчиком не обеспечена банковская безопасность на должном уровне, что противоречит основным требованиям Банка России к обеспечению защиты информации при переводе денег.

В связи с нарушением ее прав, Ч.Т.А. обратилась в Банк ВТБ (ПАО) с претензией, которая оставлена без ответа и исполнения.

На основании изложенного истец Ч.Т.А. просит суд признать кредитный договор от 20 января 2023 года № недействительным, применить последствия недействительности: признать денежные средства в размере 1333387 рублей 06 копеек неполученными, обязательства по их возврату и уплате процентов – не возникшими; обязать ответчика Банк ВТБ (ПАО) удалить запись о кредите из ее кредитной истории.

Истец Ч.Т.А. в судебное заседание не явилась, извещена о дне, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. В отношении истца Ч.Т.А. дело рассмотрено судом в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца Ч.Т.А. – адвокат М.Е.В., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить, дала пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) – Б.Л.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме. Дала пояснения, аналогичные изложенным в письменных возражениях на исковое заявление (л.д. 90-96).

Суд, выслушав представителя истца Ч.Т.А. – адвоката М.Е.В., а также представителя ответчика Банка ВТБ (ПАО) Б.Л.В., исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанный выше принцип добросовестности в реализации гражданских прав нашел свое отражение также в положении пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

На основании пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Специальным законом, регулирующим отношения, возникающие в связи с предоставлением потребительского кредита (займа) физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на основании кредитного договора, договора займа и исполнением соответствующего договора, является Федеральный закон от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Федеральный закон от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 3 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ, потребительский кредит (заем) – денежные средства, предоставленные кредитором заемщику на основании кредитного договора, договора займа, в том числе с использованием электронных средств платежа, в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, в том числе с лимитом кредитования.

Исходя из части 1 статьи 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ, договор потребительского кредита (займа) состоит из общих условий и индивидуальных условий.

На основании части 3 статьи 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ общие условия договора потребительского кредита (займа) устанавливаются кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения.

В свою очередь, в силу части 9 статьи 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально и включают в себя, в том числе, условия о сумме потребительского кредита (займа) или лимите кредитования и порядке его изменения; сроке действия договора потребительского кредита (займа) и сроке возврата потребительского кредита (займа).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно пункту 1 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Исходя из пункта 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 названного Кодекса.

На основании абзаца второго пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В соответствии с частью 1 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных названным Федеральным законом.

На основании части 6 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 названного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Согласно части 14 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с той же статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с названным Федеральным законом.

Совокупность приведенных положений закона свидетельствует о том, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Судом установлено, что истец Ч.Т.А. является клиентом Банка ВТБ (ПАО).

Как указывает истец, 30 января 2023 года ей стало известно о совершенных в отношении нее мошеннических действиях, что явилось поводом для обращения в тот же день в правоохранительные органы (л.д. 32).

В частности, Ч.Т.А. ссылается на то, что 20 января 2023 года в результате взлома мобильного приложения «ВТБ Онлайн», установленного в принадлежащем ей смартфоне, неустановленными лицами с Банком ВТБ (ПАО) заключен кредитный договор от ее имени №, по условиям которого кредитором заемщику предоставлен кредит на иные потребительские нужды в размере 1133387 рублей 06 копеек, сроком на 60 месяцев под 6,1% годовых (л.д. 11-16).

Договор от 20 января 2023 года № заключен на основании анкеты-заявления на получение кредита в Банке ВТБ (ПАО) (л.д. 19-21).

Согласно выписке об операциях по счету от 30 января 2023 года, в день заключения кредитного договора от 20 января 2023 года № денежные средства в размере 1133387 рублей 06 копеек в соответствии с условиями кредитного договора зачислены на расчетный счет Ч.Т.А. №.

Часть денежных средств в размере 233387 рублей 06 копеек 20 января 2023 года перечислена в счет оплаты страховой премии по договору страхования в пользу САО «РЕСО-Гарантия».

В свою очередью, основная часть суммы выданного кредита 20 января 2023 года несколькими платежами (495000 рублей, 195000 рублей, 194500 рублей и 10000 рублей), три из которых совершены через систему быстрых платежей, перечислена на счет ФИО1 №, открытый в АО «Райффайзенбанк» (<адрес>) (л.д. 28, 29, 30, 31).

По факту обращения истца Ч.Т.А. в Отдел полиции № УМВД России по г. Ростову-на-Дону 2 февраля 2023 года возбуждено уголовное дело № по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении неустановленного лица (л.д. 33-34), в рамках которого Ч.Т.А. признана потерпевшей (л.д. 35-37).

В рамках уголовного дела на основании заключения эксперта от 2 августа 2023 года, составленного ФБУ Южный РЦСЭ Минюста России, установлено, что в памяти мобильного телефона Ч.Т.А. установлено два приложения с наименованием <данные изъяты>, функционально предназначено для управления с данного мобильного телефона операционной системой другого компьютера или мобильного устройства с использованием сети интернет; приложение <данные изъяты>, функционально предназначено для управления операционной системой данного мобильного телефона с другого компьютера или мобильного устройства с использованием сети интернет. В памяти представленного мобильного телефона сведения об использовании указанных приложений <данные изъяты>, а именно, сведения о выполненных операциях с помощью данного программного обеспечения, отсутствуют (л.д. 46-59).

Согласно протоколу допроса эксперта от 11 октября 2023 года, при помощи приложения <данные изъяты>, установленного в мобильном телефоне, возможно управлять функциями операционной системы и приложениями данного мобильного телефона, в том числе принимать и направлять SMS, использовать функции приложений банк-клиент (л.д. 42-43).

Истец Ч.Т.А. настаивает, что посредством использования специальных программ, дистанционно установленных на ее мобильный телефон, третьи лица обманным путем заключили от ее имени указанный выше кредитный договор и воспользовались кредитными денежными средствами помимо ее воли.

В свою очередь, после того как Ч.Т.А., согласно ее пояснениям, стало известно о заключении от ее имени указанного кредитного договора, ею инициировано расторжение договора страхования № от 20 января 2023 года, который также дистанционно был заключен при заключении кредитного договора. Денежные средства, возвращенные Ч.Т.А. страховщиком, 8 февраля 2023 года внесены ею на расчетный счет в счет возврата кредитных средств.

Предъявляя требования к Банку ВТБ (ПАО), Ч.Т.А. исходит из того, что ответчиком не обеспечен надлежащий уровень банковской безопасности, что противоречит основным требованиям Банка России к обеспечению защиты информации при переводе денежных средств, проверка заемщика не осуществлена либо осуществлена ненадлежащим образом, в связи с чем полагает кредитный договор от 20 января 2023 года № недействительным.

В силу пункта 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 названного Кодекса, если иное не установлено названным Кодексом.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

На основании абзаца первого пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно правовым разъяснениям, изложенным в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25, по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 13 октября 2022 года № 2669-О, в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, существенным обстоятельством, подлежащим установлению для правильного разрешения настоящего спора, является добросовестность и осмотрительность поведения банка, обязанного учитывать интересы потребителя и оказывать ему содействие, обеспечивая безопасность дистанционного предоставления услуг и принимая в случае необходимости соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Возражая против удовлетворения исковых требований Ч.Т.А., представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) в судебном заседании не отрицала, что кредитный договор от 20 января 2023 года № заключен дистанционно – посредством программных средств личного кабинета Ч.Т.А. в мобильном приложении «ВТБ Онлайн». Все операции, которые были необходимы при заключении соответствующего кредитного договора, осуществлены посредством направления Ч.Т.А. смс-сообщений по доверительному номеру телефона, указанному ею в заявлении на предоставление комплексного обслуживания в Банке ВТБ (ПАО). При этом как полагает представитель ответчика, Банк ВТБ (ПАО) не может нести ответственность за собственные неосмотрительные или неосторожные действия клиента Ч.Т.А., которая самостоятельно сообщала смс-коды третьим лицам.

Материалами дела подтверждается, что при заключении кредитного договора № 20 января 2023 года на номер телефона № (принадлежность которого Ч.Т.А. ею не оспаривается) направлены смс-сообщения:

18:06:27 – «Подтвердите подачу заявки на автокредит, согласие на обработку персональных данных и запрос в Бюро кредитных историй. Никому не сообщайте этот код: 006059»;

18:08:20 – «Ч.Т.А., вам одобрен автокредит, узнать подробности и оформить кредит вы можете в ВТБ Онлайн №, в автосалоне с представителем»;

18:19:29 – «Ч.Т.А., документы по вашему автокредиту готовы к подписанию. Завершите оформление кредита в ВТБ Онлайн №;

18:20:18 – «Для подписания документа по операции «Подписание ЕФС» используйте код 528162»;

18:22:22 – «Ч.Т.А., документы по вашему автокредиту готовы к подписанию. Завершите оформление кредита в ВТБ Онлайн №;

18:26:51 – «Для подписания документа по операции «Подписание КОД» используйте код 213418»;

18:31:37 – «Ч.Т.А., автокредит оформлен, деньги будут перечислены на ваш счет. Благодарим, что выбрали Банк ВТБ (ПАО)»;

18:43:44 – «В целях безопасности ваших средств операции по карте/счету в ВТБ Онлайн ограничены. Для снятия ограничений позвоните в банк по номеру, указанному на оборотной стороне вашей карты, или по номеру 1000»;

19:19:43 – «`Перевод по реквизитам` 495000.00 RUB на счет №. Никому не сообщайте этот код: 078747»;

19:27:17 – «Перевод в ВТБ-Онлайн» на №, получатель ФИО2 на сумму 195000.00 RUB. Никому не сообщайте этот код: 541917»;

19:34:25 – «Перевод в ВТБ-Онлайн» на №, получатель ФИО2 на сумму 194500.00 RUB. Никому не сообщайте этот код: 827784»;

19:37:13 – «Перевод в ВТБ-Онлайн» на №, получатель ФИО2 на сумму 10000.00 RUB. Никому не сообщайте этот код: 444860».

Однако истец Ч.Т.А. настаивает, что перечисленные смс-сообщения она не получала, направленные в них коды не вводила, притом что управление ее телефоном в указанный момент осуществлялось дистанционно неустановленными лицами. Указанные доводы истцовой стороны не противоречат обстоятельствам, установленным в рамках производства по уголовному делу.

Оценивая действия ответчика на предмет их соответствия перечисленным выше повышенным требованиям осмотрительности в рамках дистанционного обслуживания клиента, учитывает, что Банком ВТБ (ПАО) не представлено доказательств, подтверждающих, что после установления ограничения на операции по карте/счету Ч.Т.А. ею осуществлен звонок с целью снятия таких ограничений, равно как и доказательств того, каким образом осуществлена идентификация личности звонящего, в случае поступления такого звонка.

При этом, как следует из распечатки смс-сообщений, за установлением соответствующего ограничения последовали несколько операций, позволившие частями перевести денежные средства со счета Ч.Т.А. на иной счет. Однако мер к дополнительной проверке действительности воли лица, от имени которого соответствующие операции совершались, банком не предпринято.

Также суд находит заслуживающими внимание доводы истца о том, что при оформлении кредитного договора не была осуществлена проверка заемщика, подавшего анкету-заявление на получение кредита, притом что в такой анкете содержались явно противоречащие действительности сведения.

Доводы представителя ответчика в судебном заседании о том, что проведение подобных проверок не предусмотрено действующим законодательством, учитывая заключение кредитного договора дистанционно с использованием личного кабинета клиента Банка ВТБ (ПАО), суд находит неубедительным и не отвечающим приведенным выше требованиям о необходимости принятия повышенных мер предосторожности при совершении дистанционных операций.

В свою очередь, при совокупности перечисленных выше фактических обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства по делу (обращение Ч.Т.А. в правоохранительные органы по факту оформления кредита на ее имя; расторжение договора страхования, заключенного одновременно с кредитным договором; возврат кредитору денежных средств, поступивших от страховщика), суд приходит к выводу о том, что в данном случае не имеется достаточных оснований полагать наличие у Ч.Т.А. воли на заключение оспариваемого кредитного договора.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и каждое в отдельности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что в данном случае действия Банка ВТБ (ПАО) как профессионального участника кредитных правоотношений нельзя признать отвечающими повышенным требованиям разумности, осмотрительности и добросовестности в рамках дистанционного обслуживания клиента Ч.Т.А., что в совокупности с отсутствием у истца воли на совершение сделки, свидетельствует об обоснованности предъявленного иска.

Следовательно, с учетом приведенных выше положений действующего законодательства, правовых разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, кредитный договор от 20 января 2023 года №, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) и Ч.Т.А. в отсутствие воли последней, подлежит признанию недействительным с признанием в качестве применения последствий недействительности сделки денежных средств в размере 1133387 рублей 06 копеек не полученными заемщиком, а обязательства заемщика – не возникшими, а также с одновременным возложением на ответчика обязанности исключить запись о соответствующем кредитном договоре из кредитной истории Ч.Т.А., притом что наличие подобных сведений при условии недействительности кредитного договора может повлечь в дальнейшем для истца негативные последствия.

Истец Ч.Т.А. в соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты госпошлины при подаче иска о защите прав потребителей освобождена.

В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление Ч.Т.А. к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о защите прав потребителя удовлетворить.

Признать кредитный договор от 20 января 2023 года №, заключенный между Банком ВТБ (публичное акционерное общество) и Ч.Т.А., недействительным.

Применить последствия недействительности договора.

Признать денежные средства в размере 1133387 рублей 06 копеек неполученными, обязательства заемщика по возврату денежных средств и уплате процентов за пользование кредитом – не возникшими.

Обязать Банк ВТБ (публичное акционерное общество) исключить запись о кредите на основании кредитного договора от 20 января 2023 года № из кредитной истории Ч.Т.А. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серия №).

Взыскать с Банка ВТБ (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>, юридический адрес: 191144, <адрес>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд через Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 16 февраля 2024 года.

Судья Д.С. Евстефеева