Апелляционное определение № 33-808/2026 от 13 апреля 2026 г.

УИД 60RS0001-01-2025-005745-79 № 33-808/2026

Дело № 2-3845/2025

Судья 1 инст. – Булочникова В.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 апреля 2026 г. гор. Псков

Судебная коллегия по гражданским делам Псковского областного суда в составе председательствующего Адаева И.А.,

судей Дмитриевой Ю.М., Русаковой О.С.

при секретаре Пискуновой С.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области о признании незаконным отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости и обязании назначить страховую пенсию по старости

по апелляционной жалобе представителя ФИО9 ФИО1 ФИО10 ФИО2 на решение Псковского городского суда Псковской области от 30 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Русаковой О.С., объяснения истца ФИО9 ФИО1 и ее представителя ФИО10 ФИО2 поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области ФИО11 ФИО1 возражавшей по доводам жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО9 ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области о признании незаконным решения об отказе в назначении страховой пенсии по старости и обязании назначить страховую пенсию по старости.

В обоснование иска указано, что решением названного пенсионного органа от 21 мая 2025 г. № (****) ФИО9 ФИО1 отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как женщине, родившей трех детей и воспитавшей их до 8 лет, достигшей возраста 57 лет по мотивам рождения двух ее детей, (дд.мм.гг.). рождения и (дд.мм.гг.) рождения, в Латвийской Республике.

Полагая решение пенсионного органа незаконным и нарушающим ее пенсионные права, ФИО9 ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском и просила признать незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области от 21 мая 2025 г. № (****) об отказе в установлении пенсии и обязать Отделение назначить ей страховую пенсию по старости с 8 марта 2025 г.

Истец ФИО9 ФИО1 в судебное заседание суда первой инстанции при надлежащем извещении не явилась, воспользовалась своим правом на ведение дела через представителя ФИО10 ФИО2 который исковые требования поддержал.

Представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области ФИО11 ФИО1 в судебном заседании просила в удовлетворении заявленных требований отказать по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление.

Решением Псковского городского суда Псковской области от 30 сентября 2025 г. в удовлетворении иска ФИО9 ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе представителя истца ФИО9 ФИО1 ФИО10 ФИО2 ставится вопрос об отмене решения в полном объеме и удовлетворении требований ФИО9 ФИО1, поскольку суд первой инстанции, делая вывод о недоказанности самого факта воспитания ФИО9 ФИО1 старшего сына до достижения им возраста 8 лет, средней дочери до достижения ею возраста 4 лет, вышел за пределы заявленных требований и возражений, так как сам по себе факт воспитания детей пенсионным органом не оспаривался. При этом суд первой инстанции соответствующие обстоятельства как юридически значимые не определил, не предлагал истцу представить дополнительные доказательства, вместе с тем, сам факт проживания двух старших детей ФИО9 ФИО1 от разных браков на территории Латвии по одному адресу до 1998 г. свидетельствует о том, что дети проживали с матерью и воспитывались ею. Полагал, что пункт 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» не ставит реализацию права на досрочное назначение страховой пенсии по старости в зависимость от места рождения и воспитания детей.

В письменных возражениях Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области, не оспаривая факт воспитания всех трех детей ФИО9 ФИО1 полагает решение суда по существу законным.

В судебном заседании истец ФИО9 ФИО1 заявленные требования поддержала, пояснила, что более поздняя регистрация ее старшего ребенка на территории Российской Федерации была обусловлена необходимостью получения вида на жительство, при этом все дети проживали с ней и воспитывались ею; ее старший сын имеет гражданство Латвии, младшие дети – граждане России.

Представитель ответчика ФИО11 ФИО1 полагала, что решение является по существу законным с учетом места рождения и возраста прибытия на территорию Российской Федерации детей ФИО9 ФИО1

Проверив законность и обоснованность постановленного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, 12 февраля 2025 г. ФИО9 ФИО1 обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области с заявлением о назначении пенсии в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с применением абзацев 2 и 3 статьи 25 Договора между Российской Федерацией и Латвийской Республикой о сотрудничестве в области социального обеспечения от 18 декабря 2007 г.

Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области от 21 мая 2025 г. № (****) ФИО9 ФИО1 отказано в установлении досрочной страховой пенсии по мотивам отсутствия воспитания до 8 лет на территории Российской Федерации ребенка, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, и соответственно, не подтверждения условия о рождении и воспитании трех детей на территории российской Федерации до достижения ими возраста восьми лет.

При этом страховой стаж на дату обращения составил 23 года 08 месяцев 06 дней, при требуемом 15 лет, величина ИПК 39,470.

Как следует из дела, ФИО9 ФИО1 (дд.мм.гг.) рождения, имеет троих детей: ФИО12 ФИО3 родившегося (дд.мм.гг.). в гор. <****> ФИО9 ФИО4, родившуюся (дд.мм.гг.). в гор. <****> ФИО13 ФИО5 родившуюся (дд.мм.гг.) в гор. <****>

В дело представлены справки Управления по делам гражданства и миграции согласно которым ФИО12 ФИО6 с (дд.мм.гг.) по (дд.мм.гг.) а ФИО9 ФИО4 с (дд.мм.гг.) по (дд.мм.гг.) имели регистрацию по адресу: <****>, с (дд.мм.гг.) г.; справки ООО УО «Дом Псков», о том что ФИО9 ФИО7 и ее дочь ФИО9 ФИО4 были зарегистрированы по месту жительства по адресу: <****> с (дд.мм.гг.)., ФИО12 ФИО6 по тому же адресу с (дд.мм.гг.).; с (дд.мм.гг.) все трое зарегистрированы по адресу: <****>, а (дд.мм.гг.) по тому же адресу зарегистрирована ФИО13 ФИО8

Сославшись на расторжение брака между ФИО9 ФИО1 с отцом ФИО12 ФИО6 (дд.мм.гг.) и факт регистрации ФИО12 ФИО6 по месту жительства в <****> после достижения им 12 лет позже регистрации самой ФИО9 ФИО1 со средним ребенком, отсутствие иных доказательств воспитания ФИО12 ФИО6 до достижения им возраста 8 лет матерью, суд сделал вывод об отсутствии правовых оснований для установления ФИО9 ФИО1 страховой пенсии по старости по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в связи с чем в исковых требованиях отказал.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может ввиду следующего.

Страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

По смыслу приведенной нормы пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» условиями назначения страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, является факт рождения у женщины трех детей и воспитания их до достижения ими возраста 8 лет в совокупности с достижением возраста 57 лет, наличием страхового стажа 15 лет и необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента. Каких-либо дополнительных условий для назначения пенсии по указанному основанию, в том числе, относительно рождения детей на территории бывшей РСФСР или Российской Федерации указанная норма права не содержит.

Приказом Минтруда Российской Федерации от 4 августа 2021 г. N 538н утвержден перечень документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, согласно пунктам 12 (в) и (г) которого для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30-32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6и и 7 настоящего перечня, необходимы документы (сведения) о рождении ребенка (детей) и о воспитании ребенка (детей) до достижения им (ими) возраста 8 лет (пункты 1, 1.1, 1.2, и 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

В силу части 3 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» при определении права на страховую пенсию по старости в соответствии с пунктами 1-2 части 1 настоящей статьи не учитываются дети, в отношении которых застрахованное лицо было лишено родительских прав или в отношении которых было отменено усыновление.

Согласно пункту 2 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам; в силу пункта 1 статьи 63 кодекса родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей.

Конвенция о правах ребенка от 20 ноября 1989 г. также в числе прав и обязанностей родителей закрепляет заботу о детях, также право детей на воспитание в семье, право на совместное проживание с родителями, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам (статьи 7, 8, 9, 10).

Соответственно как российское законодательство, так и международные договоры исходят из презумпции семейного воспитания детей, осуществляемого их родителями.

Отсюда, сам по себе факт регистрации ФИО14 ФИО1 и ее сына ФИО12 ФИО6 по месту жительства в городе Пскове в 1998 г. с разницей в три месяца ни в коей мере не является доказательством неосуществления ею воспитания сына до достижения им 8 лет, поскольку не опровергает презумпцию личного воспитания детей родителями при отсутствии данных о том, что ФИО14 ФИО1 была лишена родительских прав в отношении сына.

Кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции представлена справка о регистрации ФИО14 ФИО1 в 1971-1998 г. по одному месту жительства с сыном ФИО12 ФИО6 <****>, которая принята в качестве нового доказательства, поскольку судом первой инстанции соответствующее обстоятельство на обсуждение сторон не выносилось, истцу не предлагалось представить дополнительные доказательства воспитания старшего сына.

Пункт 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» не содержит нормы, предусматривающей обязательное рождение женщиной и воспитание ею ребенка до 8 лет именно на территории Российской Федерации и РСФСР.

Таким образом, поскольку условиями назначения пенсии по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» является факт рождения у женщины трех детей и воспитания их до достижения возраста 8 лет, в совокупности с условиями достижения возраста 57 лет, страхового стажа 15 лет, которые в отношении ФИО9 ФИО1 выполняются на 8 марта 2025 г. при ее обращении за назначением пенсии 12 февраля 2025 г., у пенсионного органа не было оснований для отказа ей в назначении пенсии.

Приведенные же в возражении Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации доводы о том, что дети ФИО12 ФИО6 родившийся в Латвийской СССР и воспитывавшийся до 12 лит на территории Латвии, ФИО9 ФИО4 родившаяся и воспитывавшаяся в Латвийской Республике до 4-х лет, не могут учитываться при определении права на пенсию в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» исходя из установленного Договором между Российской Федерацией и Латвийской Республикой о сотрудничестве в области социального обеспечения от 18 декабря 2007 г. принципа пропорциональности судебной коллегией отклоняются, поскольку названный договор применяется к вопросам учета стажа в целях определения размера пенсии и не охватывает другие элементы социально-демографического статуса лица, претендующего на назначение пенсии.

С учетом изложенного решение Псковского городского суда Псковской области от 30 сентября 2025 г. подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении требований ФИО9 ФИО1 об обязании Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области досрочно назначить ей страховую пенсию по старости по основанию, предусмотренному пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», с 8 марта 2025 г., поскольку тем самым обеспечивается восстановление ее нарушенных пенсионных прав.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Псковского городского суда Псковской области от 30 сентября 2025 г. отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО9 ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Псковской области назначить ФИО9 ФИО1 (паспорт (****) страховую пенсию по старости по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 8 марта 2025 г.

В остальной части исковых требований отказать.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 апреля 2026 г.

Председательствующий

(подпись)

И.А. Адаев

судьи

(подпись)

Ю.М. Дмитриева

(подпись)

О.С. Русакова

Копия верна.

Судья О.С. Русакова