Решение № 2-257/2025 2-257/2025~М-28/2025 М-28/2025 от 14 апреля 2025 г. по делу № 2-257/2025

№ 2-257/2025

УИД № 43RS0010-01-2025-000026-15


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 апреля 2025 года г. Вятские Поляны

Вятскополянский районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Бердниковой Я.В.,

при секретаре Рупасовой О.А.,

с участием истца М.Н.,

ответчика В.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-257/2025 по иску М.Н. к В.Е. о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

М.Н. обратился в суд с иском к В.Е. о взыскании компенсации морального вреда за оскорбление в размере <данные изъяты> рублей.

В обоснование требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ он обратился в МО МВД России «Вятскополянский» с заявлением о привлечении В.Е. к ответственности за высказанные в его адрес оскорбления, однако постановлением заместителя Вятскополянского межрайонного прокурора Антонова Ю.В. в возбуждении дела об административном правонарушении было отказано. ФИО1 на указанное определение решением и.о. прокурора от ДД.ММ.ГГГГ оставлена без удовлетворения. Однако истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях, чувстве беспомощности ввиду того, что он не смог предпринять никаких действий в адрес ответчика и прекратить оскорбления, на почве конфликта у него развились головные боли и ухудшилось самочувствие, в результате неправомерных действий ответчика, уничижительного отношения к нему, высказываний в грубой форме, унизительной оценки его действий с использованием ненормативной лексики, он испытал сильнейшие переживания, чувство подавленности и беспомощности в произошедшей ситуации.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. 150, ст.151, ст.1100, п.2 ст.1101 ГК РФ, истец просит суд взыскать в свою пользу с В.Е. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, а также судебные издержки в размере <данные изъяты> рублей за составление искового заявления и почтовые расходы в размере <данные изъяты> рублей, всего в общей сумме <данные изъяты> рублей.

В судебных заседаниях М.Н. исковые требования поддержал в полном объеме по мотивам, указанным в иске, пояснил, что знаком с В.Е. на протяжении нескольких лет, они проживают в соседних квартирах (№ и №) на одной площадке в одном доме <адрес>. М.Н. является председателем ТСЖ в указанном доме и у В.Е. по отношению к нему сложились неприязненные отношения, он высказывает в его адрес претензии на собраниях жильцов, а также при встрече, при этом употребляет в его адрес выражения оскорбительного характера. В ДД.ММ.ГГГГ в доме, в котором проживает он и ответчик, имело место плановое отключение горячего водоснабжения, о чем было размещено объявление на подъезде дома, однако в установленный срок горячее водоснабжение не было возобновлено, о чем ООО «Теплоснаб» уведомило с указанием на задержку ремонтных работ, о чем также было размещено объявление при входе в подъезд дома. Однако ДД.ММ.ГГГГ в 14-21 час., когда он ехал в своем автомобиле один, на его мобильный телефон №) позвонил В.Е. и предъявил ему претензии по поводу отсутствия горячего водоснабжения, указал, что он оплачивает услугу горячего водоснабжения, которая не предоставляется, а также заявил о его личном не уведомлении о продлении срока проведения ремонтных работ, после чего высказал в его адрес оскорбительные выражения – «<данные изъяты>, а также еще два выражения, содержащие неприличные высказывания, после которых он завершил разговор, при этом данный разговор был им записан с использованием мобильного телефона. Поскольку после указанного события со стороны В.Е. продолжились оскорбительные выражения в его адрес, он, обладая полученной аудиозаписью, принял решение обратиться в суд за взысканием с ответчика компенсации морального вреда, причиненного оскорблением, поскольку В.Е. в его адрес были высказаны выражения, содержащие ненормативную лексику, которые он не использует в своей речи, полагает их недопустимыми, высказанные в его адрес выражения унизили и оскорбили его, при этом оскорбительным он полагает как каждое отдельное выражение, так и все выражения В.Е. в его адрес в целом. При проведении проверки в Вятскополянской межрайонной прокуратуре он не вызывался для дачи пояснений, был не согласен с принятым определением прокурора об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, поскольку в заключении специалиста были указаны несколько оскорбительных по его мнению выражений, высказанных В.Е. в его адрес, а в определении прокурора было указано только на одно выражение <данные изъяты>, что не соответствует действительности и опровергается аудиозаписью разговора, которая в материалах прокурорской проверки отсутствует, в связи с чем он принял решение о защите своего права в гражданско-правовом порядке.

Ответчик В.Е. в судебных заседаниях исковые требования не признал, после прослушивания в судебном заседании представленной истцом аудиозаписи подтвердил факт его телефонного разговора с М.Н. в указанные им дату и время - ДД.ММ.ГГГГ, а также высказывание им в адрес М.Н. выражений, однако полагал, что его высказывания в адрес М.Н. не являются оскорбительными, что подтверждается выводами специалиста, полученными в ходе прокурорской проверки, пояснил, что он употребил такие выражения в адрес М.Н., поскольку без очков он не увидел объявление на подъезде дома о продлении ремонтных работ и задержке в связи с этим отключения горячей воды, указал на наличие у него с М.Н. неприязненных отношений, конфликтов, по которым имели место обращения в правоохранительные органы, проводились проверки в МО МВД России «Вятскополянский».

Прокурор, извещенный о дате, времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела без участия сотрудника Вятскополянской межрайонной прокуратуры, каких-либо объяснений не представил.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь, здоровье достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Согласно п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно абз.6 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, … право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 48 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 года) оскорбления, совершенные путем направления СМС-сообщений либо личных сообщений, в том числе голосовых, в мессенджерах или социальных сетях, подлежат квалификации по части 1 статьи 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, то есть как оскорбление.

Исходя из положений ст.150 – ст.152 Гражданского кодекса РФ следует, что закон допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда, причиненного оскорблением. Способ реализации права на защиту от оскорбления чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления требования в гражданско-правовом порядке о компенсации морального вреда является самостоятельным и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты, в частности посредством публичной защиты такого права в порядке привлечения к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.5.61 КоАП РФ, за оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме. В рамках заявленных в гражданско-правовом порядке требований о компенсации морального вреда, причиненного оскорблением, истец должен представить, доказательства факта высказывания ответчиком в его адрес оспариваемых выражений и их оскорбительный характер, при этом факт их распространения ответчиком третьим лицам в данном случае не является обязательным к доказыванию (Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 19.12.2023 N 88-28986/2023).

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства унижения, беспомощности, стыда, разочарования, переживания в связи с распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно сведениям паспорта, регистрационного досье МВД России, истец М.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес>, согласно справке № является инвалидом <данные изъяты> по общему заболеванию бессрочно с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.6, 12).

Ответчик В.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно сведениям паспорта с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> ( л.д.66).

Из материалов проверки КУСП № следует, что М.Н. ДД.ММ.ГГГГ обратился с заявлением в МО МВД России «Вятскополянский» о привлечении В. (согласно пояснениям истец заблуждался относительно фамилии ответчика при обращении с заявлением), проживающего по адресу: <адрес>, к уголовной ответственности за нападение на него, в котором также просил привлечь его по ст.5.61 КоАП РФ за то, что он оскорбил его в ходе телефонного разговора ДД.ММ.ГГГГ в 14-11час. (л.д.26).

В объяснениях, полученных ДД.ММ.ГГГГ УУП МО МВД России «Вятскополянский», В.Е. указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 11 минут, находясь дома, у него состоялся телефонный разговор со старшим по дому М.Н. с целью выяснения срока подачи горячей воды, в ходе которого М.Н. сообщил ему, что висит объявление, в котором все написано, после чего он не сдержался и назвал М.Н. <данные изъяты>, иных выражений в его адрес не высказывал (л.д.27-28).

В объяснениях, полученных ДД.ММ.ГГГГ УУП МО МВД России «Вятскополянский», М.Н. указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 14-11 час. у него состоялся телефонный разговор с В.Е., в ходе которого В.Е. оскорбил его, сказав ему <данные изъяты>, ранее у него с В.Е. были устные конфликты, в связи с тем, что В.Е. не устраивает его председательствование ТСЖ в их доме (л.д.29-30).

Определением заместителя Вятскополянского межрайонного прокурора от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.5.61 КоАП РФ в отношении В.Е. отказано на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, поскольку в ходе проведенной проверки совокупностью доказательств подтвердить факт высказывания В.Е. оскорблений в адрес М.Н., а также наличия у него умысла на унижения чести и достоинства не представилось возможным, при этом были приняты во внимание полученные объяснения специалиста – филолога О.Л., преподавателя дисциплин «Русский язык», «Русский язык и культура речи», согласно которым выражения, высказанные в адрес М.Н., не содержат неприличной формы выражения и не унижают чести и достоинства человека (л.д.58).

Решением и.о. Вятскополянского межрайонного прокурора от ДД.ММ.ГГГГ жалоба М.Н. на вышеуказанное определение от ДД.ММ.ГГГГ оставлена без удовлетворения, указано, что в ходе проверки была истребована и приобщена аудиозапись телефонного разговора В.Е. и М.Н. от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе прослушивания которой установлено, что иных выражений, высказанных В.Е. в адрес М.Н., не содержится (л.д.63).

Из объяснений от ДД.ММ.ГГГГ О.Л., имеющей высшее образование и являющейся преподавателем русского языка в Вятскополянском механическом техникуме, полученных помощником Вятскополянского межрайонного прокурора Хиревой А.И. в ходе проверки по заявлению М.Н., следует, что словосочетание <данные изъяты> имеет значение «человек, не имеющий собственное мнение», которое в словаре употребляется с пометкой презрительное, словосочетание не содержит неприличной формы выражения и не унижает чести и достоинства человека. Слово <данные изъяты> имеет значение «глуповатый, странный человек», употреблено с пометкой пренебрежительное, не содержит неприличной формы выражения и не унижает чести и достоинства человека. Выражение <данные изъяты> имеет значение раздражения, неудовольствия чьими-либо словами, действиями, поведением, в выражении имеется ненормативное слово, однако чести и достоинства человека данное выражение не унижает, но содержит неприличную форму, противоречащую общепринятым нормам морали (л.д.54).

В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

При исследовании в судебном заседании надзорного производства Вятскополянского межрайонного прокурора по вышеуказанным материалам проверки установлено, что имеющийся в материалах надзорного производства цифровой носитель (диск) не содержит какой-либо аудиозаписи и какой-либо иной информации, не имеет какого-либо иного содержания.

В соответствии со ст.56, 77 Гражданского процессуального кодекса в судебное заседание истцом была представлена и исследована с участием ответчика В.Е. аудиозапись его телефонного разговора с ответчиком от ДД.ММ.ГГГГ, факт которого и действительность представленной аудиозаписи ответчик не оспаривал, пояснил, что действительно он употребил зафиксированные на аудиозаписи выражения именно в адрес М.Н., однако полагает, что они не являются оскорбительными, ссылаясь в обоснование на выводы прокурора по результатам проведенной проверки, тогда как М.Н., обратившись в суд с требованиями о компенсации морального вреда, настаивал, что высказывания В.Е. в его адрес являются именно оскорбительными, выраженными в неприличной форме, противоречащими общепринятым нормам морали и нравственности, несут негативный смысл и отрицательно характеризуют его личность и моральный облик, унижают его честь и достоинство, в результате чего ему причинены морально-нравственные страдания, в связи с чем в порядке реализации права на защиту от оскорбления просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в заявленном размере.

В связи с заявленными возражениями ответчика относительно квалификации высказанных им выражений в адрес истца в качестве оскорбительных, по ходатайству истца М.Н. судом была назначена и проведена судебная лингвистическая экспертиза.

Согласно выводам заключения эксперта ФБУ Кировская ЛСЭ Минюста России №, № от ДД.ММ.ГГГГ во всех заявленных высказываниях В.Е. в адрес М.Н. содержится значение унизительной оценки лица, при этом в высказываниях <данные изъяты> содержатся лингвистические признаки неприличной формы выражения, в высказываниях <данные изъяты> отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения, вопрос о наличии в высказываниях, содержащихся на аудиозаписи, признаков оскорбления, предполагает правовую квалификацию деяния и не решается лингвистическими методами. В указанной части невозможно дать заключение (л.д.98-120).

Оценивая данное экспертное заключение, суд признает его допустимым доказательством по делу, поскольку оно соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, эксперт обладает необходимыми познаниями и квалификацией в области лингвистики и до начала выполнения судебной экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, какой-либо личной или иной заинтересованности эксперта в исходе дела не усматривается. Полученное заключение судебной экспертизы содержит подробное описание проведенного исследования, является объективным, мотивированным, научно обоснованным.

Стороны в судебном заседании несогласия с выводами экспертного заключения не выразили, ходатайство о назначении повторной или дополнительной экспертизы не заявляли, ответчик В.Е. указал, что считает экспертное заключение выражением субъективного мнения эксперта, которое подлежит оценке судом.

С учетом всех представленных суду доказательств, разрешая заявленный спор, суд полагает, что из материалов гражданского дела – прослушанной аудиозаписи разговора истца и ответчика однозначно усматривается, что ответчиком В.Е. совершены действия по унижению чести и достоинства М.Н., выраженные в неприличной форме, с использованием нецензурной брани и ненормативной лексики, в устном виде в телефонном разговоре непосредственно с истцом, что зафиксировано на 1:26 мин. - 1:28 мин. и 4:16 мин. – 4:24 мин. представленной в материалы дела аудиозаписи.

Факт телефонного разговора сторон и действительность представленной аудиозаписи ответчик не оспаривал, в ходе указанного разговора употребил в адрес истца выражения, включая высказывания <данные изъяты> сопровождаемые нецензурной бранью.

При разрешении вопроса о наличии оскорбления в адресованных ответчиком истцу выражениях, суд принимает во внимание, что честь представляет собой общественную, устойчивую положительную моральную оценку деятельности индивида общественным мнением, объективную оценку личности, определяющую отношение общества к гражданину, а достоинство является внутренней самооценкой собственных качеств, способностей, мировоззрения, своего общественного значения, в связи с чем исходит из того, что оскорблением является акт прямого действия, направленный на подавление интеллектуальной составляющей сознания личности с целью отрицания внутренней самооценки собственных качеств, способностей, мировоззрения, своего общественного значения, отрицания ценности деятельности лица, в связи с чем оскорбление в форме высказывания негативного характера, адресованные конкретному лицу, может нарушить его право на высокую внутреннюю самооценку (достоинство) и на положительное отношение к нему общества (честь).

Оценивая содержание спорных выражений В.Е. в адрес М.Н. суд исходит из того, что оскорбление представляет собой выраженную в неприличной форме отрицательную оценку личности потерпевшего, унижающую его честь и достоинство, а оскорбительными выражения являются тогда, когда они унижают честь и достоинство потерпевшего, противоречат установленным нравственным нормам, общепринятым правилам поведения в обществе, манере обращения между людьми в целом и особенностям отношений между высказавшими адресатом, правилам морали.

Принимая во внимание вышеуказанное значение оскорбления и существующее и общепризнанное толкование спорных слов и выражений ответчика в адрес истца, подробно приведенное и проанализированное в экспертном заключении №, № от ДД.ММ.ГГГГ суд приходит к убеждению, что данные выражения в совокупности и в контексте содержания разговора истца и ответчика, имеют оскорбительное содержание и были высказаны ответчиком в адрес истца именно с указанной целью.

При этом, суд не принимает в качестве допустимого доказательства объяснения О.Л. от ДД.ММ.ГГГГ в качестве специалиста, содержащиеся в материале проверки прокурора, поскольку не имеется сведений о прослушивании ею аудиозаписи разговора истца и ответчика в целях оценки его содержания, непосредственно аудиозапись в материале проверке отсутствует, истец и ответчик не опрашивались в ходе проверки, содержание решения и.о. Вятскополянского межрайонного прокурора от ДД.ММ.ГГГГ по составу высказанных ответчиком в адрес истца выражений не соответствует содержанию объяснения специалиста О.Л. от ДД.ММ.ГГГГ, а также содержанию представленной суду аудиозаписи разговора истца и ответчика, в связи с чем суд исходит из собранных в рамках гражданского дела доказательств.

Проанализировав содержание аудиозаписи разговора истца и ответчика, с учетом конкретных обстоятельств дела, при которых ответчик В.Е. употребил в адрес истца высказывания, противоречащие элементарным моральным нормам поведения в обществе, суд приходит к убеждению, что ответчик совершил действия по оскорблению истца, употребив в его адрес высказывания: <данные изъяты>, которые являются отрицательной и унизительной оценкой личности истца, оскорбляющими его и, как следствие, причиняющими ему нравственные страдания. Спорные высказывания ответчика в адрес истца содержат недопустимые и неприемлемые для общества выражения, уничижительные слова, которые были применены ответчиком в разговоре именно с целью унизить и оскорбить истца, в связи с чем, исходя из обстоятельств дела, суд полагает, что охраняемое законом право на защиту от оскорбления было нарушено ответчиком.

В соответствии, со ст. 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Осуществление, указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и с положениями ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, согласно которой достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления.

Следовательно, право на выражение своего мнения не означает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса РФ, не допускаются.

Поскольку допущенное ответчиком в отношении истца выражения унизили его честь и достоинство, суд приходит к выводу о том, что истец имеет право на взыскание в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Из п. 1 и п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из вышеприведенных требований и критериев по правилам ст.1101 ГК РФ, суд принимает во внимание обстоятельства его причинения и характер допущенных ответчиком нарушений, а именно – высказывание оскорбительных выражений ответчиком в адрес истца в приватном телефонном разговоре между ними, учитывая содержание всего разговора, исходит из степени нравственных и физических страданий истца и руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывая материальное положение ответчика В.Е., являющегося пенсионером и его возраст на момент рассмотрения дела - 75 лет, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, который находит достаточным и справедливым.

В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда истцу следует отказать.

Согласно ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с абз. 2 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к числу которых в ст.94 Гражданского процессуального кодекса РФ отнесены, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами.

В соответствии со ст.100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец М.Н. в исковом заявлении просит взыскать с ответчика почтовые расходы в размере <данные изъяты> рублей, в подтверждение произведенных расходов представил суду квитанции АО Почта России от ДД.ММ.ГГГГ., из содержания которых следует, что <данные изъяты> оплачено за направление заказного письма с уведомлением в адрес В.Е. (квитанция №), которые связаны с разрешением спора и необходимостью направления истцом иска в адрес ответчика, а <данные изъяты> рубля по квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ оплачены за товар «ватные палочки Я Самая 200 шт. стакан», которые не являются судебными издержками, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежат взысканию почтовые расходы в размере <данные изъяты>.

Также истцом заявлены судебные расходы по оплате услуг представителя за составление искового заявления, в подтверждение которых суду представлены договор возмездного оказания услуг от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым Н.А. (Исполнитель) обязалась по указанию Заказчика - М.Н. оказать услугу по составлению и изготовлению искового заявления в Вятскополянский районный суд о возмещении морального вреда М.Н., причиненного В.Е. в результате оскорбления, а Заказчик обязался оплатить указанные услуги стоимостью <данные изъяты> рублей, а также расписка Н.А. от ДД.ММ.ГГГГ о получении ею от М.Н. <данные изъяты> рублей за составление искового заявления в Вятскополянский районный суд о взыскании компенсации морального вреда с В.Е.

Из материалов дела следует, что исковое заявление к В.Е. составлено и предъявлено в суд М.Н. ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, в совокупности с договором и распиской суд находит документально подтвержденными расходы истца на оплату услуг по составлению искового заявления в размере <данные изъяты> рублей в рамках гражданского дела №2-257/2025.

Рассматривая требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере <данные изъяты> рублей, суд учитывает разъяснения, содержащиеся в пунктах 11, 13 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в соответствии с которыми, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая предмет и основание исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, соответствующее им бремя доказывания, и, как следствие, уровень сложности гражданского дела, являющегося достаточно распространенным, объем проделанной представителем Н.А. по составлению искового заявления, объем работы и количество времени, необходимого на подготовку представленных документов с учетом их содержания, исходя из принципа разумности и справедливости, принимая во внимание размер заявленных исковых требований и материальное положение ответчика, являющегося пенсионером, находящимся в преклонном возрасте 75 лет, суд приходит к выводу, что заявленные к взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме <данные изъяты> рублей, исходя из содержания искового заявления, носят при рассматриваемых обстоятельствах явно чрезмерный характер и не могут быть признаны обеспечивающим баланс процессуальных прав сторон, поэтому руководствуясь принципами разумности и справедливости приходит к убеждению взыскать в пользу М.Н. с В.Е. судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме <данные изъяты> рублей, полагает, что указанная сумма является соразмерной понесенным трудозатратам представителя.

В удовлетворении остальной части заявленных требований М.Н. о взыскании судебных расходов следует отказать.

Также, на основании ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 Налогового кодекса РФ суд взыскивает с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Городской округ город Вятские Поляны Кировской области» государственную пошлину в размере <данные изъяты> руб. по неимущественному требованию о компенсации морального вреда.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства по ходатайству истца М.Н. была проведена судебная лингвистическая экспертиза, производство которой поручено ФБУ «Кировская лаборатория судебных экспертиз Минюста России», стоимость экспертизы составила <данные изъяты> рубля (л.д.100-102). Экспертное заключение принято судом в качестве доказательства по делу. Услуги экспертов оплачены истцом в части <данные изъяты> рублей посредством внесения им денежных средств на депозитный счет Управления судебного департамента в Кировской области на основании чека АО КБ «Хлынов» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.82), в оставшейся части <данные изъяты> рубля услуги эксперта не оплачены, в связи с чем на основании ст.98 ГПК РФ расходы по судебной экспертизе следует взыскать с ответчика В.Е. в размере <данные изъяты> рублей в пользу истца М.Н. и в размере <данные изъяты> рублей непосредственно в пользу ФБУ «Кировская лаборатория судебных экспертиз Минюста России».

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования М.Н. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного оскорблением, удовлетворить в части.

Взыскать с В.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) в пользу М.Н., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, а также судебные расходы по оплате почтовых расходов в размере <данные изъяты>, по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты>, а также по оплате судебной лингвистической экспертизы в размере <данные изъяты>, всего в сумме <данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов – отказать.

Взыскать с В.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Городской округ город Вятские Поляны Кировской области» в размере 3000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Взыскать с В.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) в пользу ФБУ «Кировская лаборатория судебных экспертиз Министерства юстиции Российской Федерации» <данные изъяты> за проведение судебной лингвистической экспертизы, подлежащие перечислению по следующим реквизитам:

Получатель УФК по Кировской области (ФБУ Кировская ЛСЭ Минюста России л/с 20406У11400)

ИНН <***> КПП 434501001 БИК 013304182

ОТДЕЛЕНИЕ ФИО2 БАНКА РОССИИ//УФК по Кировской области г. ФИО2

р/с <***>

к/с 40102810345370000033

КБК 00000000000000000130

ОКТМО 33701000

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Вятскополянский районный суд Кировской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 18 апреля 2025 года.

Судья Я.В. Бердникова