Приговор № 1-179/2017 от 11 декабря 2017 г. по делу № 1-45/2017

уголовное дело № 1 - 179/2017


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Белгород 12 декабря 2017 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

Председательствующего, судьи Крюкова С.Н.,

при секретаре Терещенко А.Л.,

с участием:

государственного обвинителя – помощника прокурора Белгородского района Раевской О.А.,

потерпевшего ХСБ.,

подсудимого ФИО1, его защитника, адвоката Уколова А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, (информация скрыта), осужденного приговором Белгородского районного суда от 31 мая 2017 года (с учетом апелляционного определения Белгородского областного суда от 11 сентября 2017 года) по ч.1 ст. 111 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 угрожал убийством потерпевшему ХСБ., при наличии у последнего оснований опасаться осуществления этой угрозы.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

18 сентября 2016 года, около 22 часов, ФИО1, испытывая личные неприязненные отношения к ВМС., которого ранее в ходе конфликта избил, причинив тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, с тремя неустановленным лицами, прибыл к месту проживания В. по адресу: (адрес обезличен), где неустановленные лица разбили окно в указанном доме, в том числе, с использованием камней.

Находившийся в это время в указанном доме (информация скрыта) В – ХСБ., пресекая противоправные действия указанных лиц, выйдя на улицу, стал преследовать одного из них, оказавшись в результате этого возле расположенного неподалеку от его домовладения дома (адрес обезличен), где встретил ФИО1, с которым в результате сложившихся неприязненных отношений у него возникла словесная ссора.

В ходе ссоры, в тот же день, около 22 часов, возле дома (адрес обезличен) ФИО1, высказал в адрес Х и его (информация скрыта) угрозы различного характера, в том числе, угрозу убийства потерпевшего и его (информация скрыта), подкрепляя эту угрозу демонстрацией потерпевшему предмета похожего на пистолет, в связи с чем Х, видя агрессивное поведение ФИО1, достоверно зная о ранее совершенных последним противоправных действиях в отношении его (информация скрыта) с причинением последнему тяжкого вреда здоровью, в сложившейся ситуации реально воспринимал угрозу убийства, высказанную ФИО1, поскольку имелись основания опасаться её осуществления.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении не признал. Заявил, что 18 сентября 2016 года он к ХСБ. не приезжал, с потерпевшим не встречался и никаких противоправных действий в отношении него не совершал, в том числе, не угрожал убийством. Заявил, что утверждения Х об их конфликте в этот день и угрозах в адрес последнего являются вымыслом потерпевшего.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей виновности в инкриминируемом преступлении, его вина подтверждается показаниями потерпевшего ХСБ., свидетелей ВМВ., ВМС., СЕС., протоколами осмотра места происшествия и места конфликта между потерпевшим и подсудимым, протоколами выемки и осмотра камней из домовладения потерпевшего, данными детализации телефонных соединений свидетелей В, иными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании.

Так, допрошенный в судебном заседании потерпевший ХСБ. сообщил, что 18 сентября 2016 года, в позднее вечернее время, он с (информация скрыта) ВМВ. находился дома по адресу: (информация скрыта)

Неожиданно раздались хлопки как от взрыва «петард» и он услышал звон разбившегося стекла окна в кухне. Схватив вилы, он выскочил на улицу и увидел двух убегающих мужчин. Он побежал за одним из них и повалил его на землю.

Неподалеку от дома, через дорогу, увидел огни стоящего автомобиля и сразу же со стороны автомобиля в него полетели камни, в том числе, один них попал ему в ногу. Он увидел, что камни в него кидал ФИО1, который также выражался в его адрес нецензурной бранью. Камни ФИО1 поднимал с тротуара, который не был доделан и поэтому там находился крупный щебень, который ФИО1 и кидал в его сторону. Последнего он знал как обидчика его (информация скрыта) ВМС. Незадолго до этого ФИО1 разбил его (информация скрыта) голову, причинив серьезные повреждения. До этого случая неприязненных отношений между его (информация скрыта) и ФИО1 не было. По факту избиения (информация скрыта) они обращались в полицию, чем был недоволен ФИО1.

На его предложение ФИО1 подойти и объяснить причину такой агрессии по отношении к его (информация скрыта) последний приблизился к нему, продолжая высказывать угрозы расправы с его (информация скрыта), в том числе, угрожал «завалить» его, сжечь дом, убить (информация скрыта), изнасиловать (информация скрыта), выгнать из села диаспору.

По отношении к нему ФИО1 вел себя агрессивно, угрозу подтверждал извлеченным откуда-то из-под куртки пистолетом темного цвета, похожим на пистолет «ПМ», с накладкой на рукоятку красноватого цвета. Пистолет он видел непродолжительное время. Опасаясь использования пистолета в отношении него, он выбил пистолет из руки ФИО1 вилами. Подошедшая к ним его (информация скрыта) отвела его в сторону, после чего он на какое-то время потерял из виду ФИО1.

К последнему подошел его знакомый, они подняли поваленного им ранее на землю мужчину и уехали на большой черной машине, которую он считал автомобилем ФИО1, так как тот до указываемых событий сам говорил ему о покупке такого автомобиля. Автомобиль был припаркован через дорогу от его дома, рядом с домом № (адрес обезличен), в котором проживают (информация скрыта) ФИО1.

Пистолет ФИО1 и его знакомые, вероятно, забрали, так как на месте конфликта его не нашли ни он, ни прибывшие по вызову сотрудники полиции, проводившие осмотр места происшествия.

После возвращения с (информация скрыта) домой, они обнаружили, что в кухне разбито окно, впоследствии в кухне (информация скрыта) обнаружил три камня, которые ранее в его доме не было. Камни (информация скрыта) выдал органам следствия.

Угрозы ФИО1 в свой адрес и в адрес (информация скрыта) с учетом тех обстоятельств, в которых эти угрозы были высказаны и намерений ФИО1 воспользоваться пистолетом в отношении него, он воспринял реально как угрозу убийством, опасался за свою жизнь, был взволнован этим, в связи с чем полтора месяца не мог нормально засыпать.

ВМВ. в судебном заседании подтвердила показания (информация скрыта) о событиях, имевших место в позднее вечернее время 18 сентября 2016 года, в том числе, о том, что неизвестными было разбито окно в их доме, после чего (информация скрыта) стал оборонять дом от нападавших неизвестный ей лиц, выбежал на улицу. Она вслед за ним через непродолжительное время также вышла из дома. На улице, неподалеку от их дома, возле дома (адрес обезличен), где живут (информация скрыта) ФИО1, увидела, что (информация скрыта) конфликтовал с ФИО1, который ранее нанес травму их (информация скрыта) ВМС. (информация скрыта) защищался вилами, а у ФИО2 в руке она видела какой-то предмет, но что именно – пояснить не смогла. Со слов Х ей известно, что ФИО1 был вооружен пистолетом. ФИО1 был с приятелями. Слышала, как именно ФИО1 высказывал в адрес их (информация скрыта) различные грубые угрозы расправы. Полагает, что (информация скрыта), в целом воспринимал их реально, в том числе, как угрозу своего убийства. Полагает, что основания для этого были, угрозы на них с (информация скрыта) сильно подействовали, поскольку уходя ФИО1 пообещал вернуться и учинить расправу в отношении их (информация скрыта) с поджогом дома, тем более, что окно в доме уже было разбито непосредственно перед конфликтом (информация скрыта) с ФИО1.

ВМС. также утверждал, что (информация скрыта) были сильно напуганы угрозами ФИО1. О разбитом окне и агрессии с стороны ФИО1 он узнал из телефонного разговора с (информация скрыта) в тот же день через непродолжительное время после случившегося, сам он находился за пределами с.Крутой Лог. Сразу приехал домой и от (информация скрыта) узнал о том, что ФИО1 угрожал расправиться с их (информация скрыта), что и есть угроза убийством. О том, что ФИО1 на такое способен, (информация скрыта) он сразу поверил, поскольку незадолго до этого ФИО1 (информация скрыта), причинив тяжкий вред здоровью, о чем было известно (информация скрыта), в том числе Х. Кроме того, с учетом обнаруженного разбитого стекла в кухонном окне с отверстиями округлой формы от камней, а возможно от пуль, а также сообщении ему (информация скрыта), что с ФИО1 было несколько человек, а (информация скрыта) защищался вилами, считает, что у Х были основания опасаться угрозы убийством. Сообщил также об обнаружении в кухне трех камней, выданных им следствию. Кроме того, рассказал, что примерно в то время, когда ему звонила о нападении на них (информация скрыта), на его телефон поступали звонки и СМС сообщения от ФИО1 и его (информация скрыта) Он не ответил, а на следующий день (информация скрыта) ФИО1 звонил и предлагал отремонтировать разбитое окно, но он отказался от такой помощи. О том, что звонили эти лица, он может сказать утвердительно, поскольку он и Ш. знали абонентские номера друг друга, поскольку до нанесения ФИО1 ему травмы они нормально общались как односельчане, их телефоны содержали сведения об абонентских номерах друг друга.

Свидетель СЕС., работающий (информация скрыта), участком которого является с. Крутой Лог, подтвердил факт обращения поздно вечером 18 сентября 2016 года Х в полицию в связи с угрозами ФИО1. Он лично сразу выехал домой к Х и встречался с ним. Последний был сильно взволнован, часто дышал, рассказывал о конфликте с ФИО1, который был с друзьями, со слов Х всего их, вместе с ФИО1, было четверо, а также об угрозах ФИО1 с демонстрацией пистолета, который потерпевший выбил вилами. Пистолет искали вместе с Х на месте конфликта, но не нашли. Х сообщал также о разбитом окне в кухне, выходящем на улицу в сторону дороги, что подтвердилось. Окно дома действительно было разбито, он лично видел отверстия в стекле круглой формы.

Потерпевший Х, а также названные свидетели, как в судебном заседании, так и в ходе следствия, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Их показания логичны, последовательны, согласуются между собой и позволяют установить картину инкриминируемого ФИО1 преступления. Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, вопреки доводам стороны защиты, у суда не имеется, поскольку они подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, помимо показаний потерпевшего и названных свидетелей, вина ФИО1 подтверждается:

- сообщениями от 18 сентября 2016 года в 22 часа 00 минут и в 22 часа 50 минут о том, что возле дома (адрес обезличен) разбиты окна (т.2 л.д.6-7),

- заявлением ХСБ. о проведении проверки по факту неправомерных действий ФИО1, связанных с угрозами в адрес Х с демонстрацией пистолета, а также повреждениями окна его дома и причинением повреждений, имевших место в 23-ем часу 18 сентября 2016 года (т.2 л.д. 8),

- протоколом осмотра места происшествия – территории домовладения по адресу: (адрес обезличен) (с фототаблицей), в ходе которого установлено повреждение стекол кухонного окна в виде трещин, а также двух больших отверстий неправильной округлой формы. При этом окно кухни выходит на переулок. Домовладение отгорожено от переулка забором, один из проемов которого, расположенный напротив кухонного окна, на момент осмотра отсутствует, открывая со стороны переулка доступ к окну кухни указанного дома (т. 2 л.д. 10-14),

- протоколом осмотра (с фотобаблицей) указываемого потерпевшим ХСБ. места конфликта с ФИО1 на участке местности возле дома (адрес обезличен), расположенного черед дорогу от дома (адрес обезличен) этого же населенного пункта (т.3 л.д. 139-142),

- протоколом выемки у ВМС. трех камней, обнаруженных им в доме (информация скрыта) по адресу: (адрес обезличен) по прибытию к этому дому после их сообщения о конфликте с ФИО1 с угрозами в адрес их (информация скрыта), в том числе, в адрес ХСБ. (т.2 л.д. 54-57),

- протоколом осмотра (с фототаблицей) изъятых у ВМС. трех камней, имеющих неправильную овальную форму с неровными краями, разными размерами от 2,5 до 13 см., которые признаны по делу вещественными доказательствами. При этом больший из камней – светло серого цвета, два других – темно-серого цвета, похожих по структуре (т.2 л.д. 183-186),

- детализацией телефонных соединений абонентского номера, используемого (информация скрыта) ХСБ – ВМВ., указывающей о ее звонке в органы полиции в 21 час 58 минут 18 сентября 2016 года, а также о звонках в 22 часа 44 минуты и в 22 часа 46 минут этого же дня на абонентский номер, используемый (информация скрыта) ВМС. (т.3 л.д. 123-126),

- детализацией телефонных соединений абонентского номера, используемого ХСБ. - ВМС., подтверждающей имевшее место попытки соединения с ним абонентских номеров, используемых ФИО1 и его (информация скрыта) ШАЕ. ((номер обезличен) и (номер обезличен)) в 22 часа 32 минуты (два звонка) и в 22 часа 44 минуты 18 сентября 2016 года, а также указывающей на звонок с абонентского номера, используемого ШАЕ., в 15-ом часу 19 сентября 2016 года (т.2 л.д. 237-242).

Причинение ФИО1 тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни (информация скрыта) Х установлено вступившим в законную силу приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 31 мая 2017 года (т.4 л.д.148-154, 213-226).

Названные доказательства проверены судом путем сопоставления их друг с другом, а также с показаниями подсудимого, потерпевшего и свидетелей. Содержащаяся в них информация взаимно согласуется между собой, с показаниями Х и свидетелей. Источники получения доказательств в ходе судебного заседания установлены и нормам УПК РФ не противоречат. Для признания исследованных доказательств недопустимыми, оснований нет. Суд приходит к выводу о том, что каждое из таких доказательств является относимым, допустимым и достоверным, а в своей совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела.

Так, названным протоколами осмотра домовладения потерпевшего, места конфликта потерпевшего с ФИО1, а также выемки камней у В и их осмотра объективно подтверждаются показания потерпевшего и свидетелей о повреждении стекол в окне дома потерпевшего в ночное время, что послужило причиной выхода потерпевшего из дома в направлении дома, где проживают (информация скрыта) ФИО1, возле которого он и находился.

Проживание неподалеку от этого места (информация скрыта) ФИО1 не отрицает.

Анализ детализации используемых В и ее (информация скрыта) абонентских номеров указывает на внезапно возникшую ситуацию, в результате которой (информация скрыта) Х в ночное время стала звонить (информация скрыта) и в полицию. В этот же день, в то же время, на телефон В неожиданно и без видимой причины стали поступать неоднократные звонки от его обидчика ФИО1 и (информация скрыта) последнего, что не только подтверждает показания В о сообщении ему (информация скрыта) о нападении на их дом и угроз отцу с использованием пистолета, но и указывает на явную заинтересованность ФИО1 связаться с (информация скрыта) Х в эту же ночь. Сведения о телефонном звонке этих лиц 19 сентября 2016 года также подтверждают показания В о звонке (информация скрыта) ФИО1 с намерениями починить разбитое в доме окно. С показаниями потерпевшего и его супруги о причастности ФИО1 к противоправным действиям в отношении Х эти сведения также полностью согласуются. При этом в судебном заседании проверены доводы стороны защиты о невиновности ФИО1. Своего подтверждения они не нашли.

Так, суждения защиты о том, что обвинение ФИО1 основывается исключительно на показаниях потерпевшего и его (информация скрыта), являются надуманными, поскольку показания Х и В подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе, данным осмотра места происшествия, детализацией телефонных соединений абонентов, используемых свидетелями, а также показаниями свидетелей В и С. Факт незамедлительного обращения Х в органы полиции для защиты от противоправных действий с этим выводом также согласуется.

В судебном заседании проверены также доводы ФИО1 и его защитника о наличии в показаниях Х и В противоречий, в том числе, об адресате угроз убийством, о складывающейся ситуации на месте конфликта и взаимном расположении Х, ФИО1 и неустановленных лиц и их точных действиях, о наличии у ФИО1 предмета, похожего на пистолет и его дальнейшей судьбе.

Для этого оглашены и исследованы предыдущие показания Х и В (т.1 л.д. 226-228, т.2 л.д. 39-42, 66-69, 202-204, ч.4 л.д.119-120, 124-125). Вопреки доводам стороны защиты, все неточности, имевшиеся в показаниях потерпевшего и его (информация скрыта), характера неустранимых противоречий не носят, существенными не являются, устранены в судебном заседании и логично объяснены самими Х и В скоротечностью развивавшейся обстановки на месте конфликта в ночное время суток при недостаточном освещении, их взволнованным состоянием в результате указанных событий, не располагающем для точной фиксации всех деталей случившегося, а также значительным временным промежутком с момента совершения рассматриваемого преступления.

Изучая доводы защиты о том, что действия потерпевшего не свидетельствуют о том, что он реально опасался какой-либо угрозы, суд исходит из того, что угрозы ФИО1 представляли собой обнаруженное вовне и рассчитанное на запугивание именно Х информационное воздействие словами на его психику, выражающее субъективную решимость и намерение ФИО1 расправиться с поперевшим и членами его семьи, в том числе, причинить ему смерть.

Поскольку словесная атака подсудимого подкреплялась его агрессивным поведением с демонстрацией предмета, похожего на пистолет, воспринимавшийся потерпевшим в сложившейся ситуации, в ночное время, как оружие, которое ФИО1 способен применить в отношении него, при осознании дерзкого и решительного характера ФИО1, способного на расправу с человеком, в том числе, с причинением тяжкого вреда здоровью, как в ситуации с (информация скрыта) Х, суд приходит к выводу о том, что у потерпевшего имелись реальные основания опасался угроз ФИО1, в том числе, расправы с ним.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая более чем тридцатилетнюю разницу в возрасте между подсудимым и потерпевшим, с учетом обстоятельств нападения на дом потерпевшего группы лиц с повреждением камнями окон его дома, вынужденное использование Х вил для обороны от нападавших своего дома, себя и (информация скрыта), вопреки доводам стороны защиты, не дают суду оснований для вывода об отсутствии у Х опасений за свою жизнь. Использование им для обороны вил, с незамедлительным вызовом при появившейся возможности органов полиции, напротив, указывает на такие опасения потерпевшего.

При таких обстоятельствах, оценивая показания ФИО1 о непричастности к противоправным действиям в отношении Х, суд находит их неубедительными, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, не доверяет им и расценивает как избранный способ защиты от уголовного преследования.

Вопреки доводам стороны защиты, нарушений требований уголовного закона при возбуждении уголовного дела не установлено. Уголовное дело по ч.1 ст. 119 УК РФ возбуждено при наличии повода и оснований его возбуждения, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. Предварительное следствие проведено в рамках обстоятельств, изложенных в заявлении Х, явившегося поводом для возбуждения уголовного дела. Конкретные обстоятельства этого преступления установлены в ходе предварительного следствия, что позволило в соответствии п.4 ч.2 ст. 171 УПК РФ вынести постановление о привлечении в качестве обвиняемого с изложением описания преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных имеющих значение обстоятельств. Установление в ходе следствия обстоятельств, несущественно отличающихся от изначально известных органам следствия, не указывает на необходимость возбуждения иного уголовного дела, так как повода и оснований для этого не было.

Ссылка стороны защиты на недоказанность события преступления, в том числе, в связи с неверным указанием в обвинении одного из инициалов потерпевшего, является неубедительной, поскольку в тексте обвинения прямо указано, что потерпевшим является ХСБ. Имеющаяся в обвинении очевидная для сторон техническая описка в указании в нескольких местах иной первой буквы отчества потерпевшего, не дает суду оснований для вывода о нарушении порядка привлечения ХСБ в качестве потерпевшего. С этим выводом согласуется и позиция ФИО1 в судебном заседании, признавшего, что указание отчества Х с указанием инициалов «С.Ю.» вместе «С.Б.» является технической ошибкой.

Принимая во внимание изложенное, исследовав представленные стороной обвинения и стороной защиты доказательства в их совокупности, сопоставив их между собой, суд находит вину подсудимого по инкриминируемому ему преступлению доказанной.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст. 119 УК РФ - угроза убийством при наличии оснований опасаться осуществления этой угрозы.

Инкриминируемое ФИО1 преступление отнесено законодателем к преступлениям небольшой тяжести. Преступление оконченное.

Объектом преступления являются общественные отношения, складывающиеся по поводу реализации естественного права человека на жизнь и обеспечивающие безопасность этого социального блага.

ФИО1 при совершении преступления осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности инкриминируемого ФИО1 преступления, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

ФИО1 осужден приговором Белгородского районного суда от 31 мая 2017 года (с учетом апелляционного определения Белгородского областного суда от 11 сентября 2017 года) по ч.1 ст. 111 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (т.3 л.д. 42-44, т.4 л.д.148-154, 213-226). В 2016-2017 годах к административной ответственности не привлекался (т.3 л.д. 45-50). Зарегистрирован по адресу: (адрес обезличен) по месту жительства характеризуется как человек, замечаний и жалоб на которого в администрацию не поступало, имеющий официальное место работы (т.3 л.д. 80). По месту обучения в МОУ (информация скрыта) и по месту работы (информация скрыта) характеризуется положительно (т.3 л.д. 92, т.1 л.д. 78). Признан (информация скрыта) (т.3 л.д. 78). (информация скрыта) (т.1 л.д. 77, т.3 л.д.81). На учетах врачей нарколога и психиатра не состоит (т.3 л.д. 76, 89-90).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики на период инкриминируемых деяний не страдал и не страдает ими в настоящее время. Мог во время совершения инкриминируемого деяния, а также может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается, не страдает наркоманией, в лечении от нее, а также в медицинской и социальной реабилитации не нуждается (т.1 л.д. 91-94).

Экспертное заключение понятно, логично, научно обосновано, выводы не противоречивы, их формулировки сомнений не вызывают, в связи с чем оснований не доверять им у суда не имеется. Поэтому с учетом данных экспертного исследования, а также поведения самого подсудимого в судебном заседании, суд считает его вменяемым.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает состояние его здоровья, в том числе, обусловленное наличием у ФИО1 (информация скрыта) (ч.2 ст. 61 УК РФ).

Суд также принимает во внимание (информация скрыта) зарегистрированных по одному с ФИО1 адресу его (информация скрыта), в том числе, обусловленного (информация скрыта).

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

ФИО1 к настоящему времени судим, однако на период инкриминируемого ему деяния таковым не являлся, поскольку был осужден уже после совершения этого преступления. Поэтому рецидива в его действиях нет.

При определении вида и размера наказания суд учитывает обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, данные о его личности, обстоятельства смягчающие его наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. С учетом этого, принимая во внимание положения ч.1 ст. 56 УК РФ, суд полагает, что цели наказания могут быть достигнуты с назначением ФИО1 такового в виде ограничения свободы, полагая, что это повлияет на исправление подсудимого.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, данных о личности ФИО1, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, то есть условного осуждения в отношении подсудимого, не имеется. Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ также не усматривается.

19 октября 2016 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ.

С 31 мая 2017 года он отбывает наказание по приговору Белгородского районного суда от 31 мая 2017 года (с учетом апелляционного определения Белгородского областного суда от 11 сентября 2017 года), которым он осужден к лишению свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, в срок отбытия наказания зачтен срок содержания под стражей до вынесения приговора с 19 октября 2016 года по 30 мая 2017 года, включительно.

Поскольку ФИО1 уже отбывает наказание в виде лишения свободы, оснований для избрания меры пресечения суд не усматривает.

В судебном заседании установлено, что инкриминируемое преступление ФИО1 совершил 18 сентября 2016 года, то есть до вынесения в отношении него по ранее рассмотренному уголовному делу приговора Белгородского районного суда от 31 мая 2017 года, в связи с чем при назначении ему наказания имеются основания для применения положений ч.5 ст. 69 УК РФ.

В окончательное наказание ФИО1 необходимо зачесть наказание, отбытое по приговору Белгородского районного суда от 31 мая 2017 года (с учетом апелляционного определения Белгородского областного суда от 11 сентября 2017 года), определив его, с применением положений п. «б» ч.1 ст. 71 УК РФ, в виде лишения свободы.

Учитывая данные о личности ФИО1, обстоятельства совершения преступлений, суд считает необходимым назначить ему отбывание окончательного наказания в соответствии с п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Потерпевшим ХСБ. заявлен гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 150000 рублей, а также материального вреда в размере 25500 рублей, причиненного ему в результате повреждения окна в его доме (т.4 л.д.80-81).

ФИО1 иск не признал.

На основании положений ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание установленную вину ФИО1, иные обстоятельства дела, учитывает характер и степень причиненных потерпевшему ХСБ. нравственных страданий, обусловленных угрозами расправы, в том числе, угрозой его убийства, которую он воспринимал реально. Суд также учитывает имущественное положение ФИО1, обусловленное отсутствием у него собственности, однако находящегося в молодом, трудоспособном возрасте, при отсутствии у него противопоказаний к труду.

С учетом изложенного, а также с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает, что исковые требования о возмещении морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере восемьдесят тысяч рублей, которые надлежит взыскать с подсудимого ФИО1, как с лица, действиями которого потерпевшему причинен моральный вред.

При рассмотрении гражданского иска о возмещении материального вреда суд исходит из того, что в судебном заседании причастность лично ФИО1 к повреждению окон дома потерпевшего - не установлена. Поэтому в удовлетворении гражданского иска о взыскании с подсудимого денежных средств для возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, следует отказать.

Вещественными доказательствами по делу признаны три камня, изъятых в ходе выемки у ВМС., их судьба разрешена приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 31 мая 2017 года (т.4 л.д. 148-154).

Процессуальных издержек нет.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296, 307 – 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев.

Установить ФИО1 следующие ограничения: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы не изменять место жительства ((адрес обезличен)) и не выезжать за пределы муниципальных образований «Город Белгород» и «Белгородский район» Белгородской области, возложить на осужденного обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации в дни и время, назначенные уголовно-исполнительной инспекцией.

На основании ч.3, ч.5 ст. 69, п. «б» ч.1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения назначенного по настоящему приговору наказания с наказанием, назначенным по приговору Белгородского районного суда Белгородской области от 31 мая 2017 года (с учетом апелляционного определения Белгородского областного суда от 11 сентября 2017 года), окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 12 декабря 2017 года.

Зачесть в срок отбытия наказания отбытое по приговору Белгородского районного суда Белгородской области от 31 мая 2017 года (с учетом апелляционного определения Белгородского областного суда от 11 сентября 2017 года) наказание в виде лишения свободы с 19 октября 2016 года по 11 декабря 2017 года включительно.

Меру пресечения ФИО1 не избирать.

Исковые требования потерпевшего, гражданского истца ХСБ. к ШИЕ. удовлетворить в части. Взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу ХСБ 80000 (восемьдесят тысяч) рублей; в удовлетворении гражданского иска ХСБ. в остальной части, в том числе, в части компенсации материального вреда – отказать.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора суда, путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

В этот же срок, в случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии его защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья С.Н. Крюков