Апелляционное определение № 33-246/2026 33-3875/2025 от 25 января 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

УИД: №18RS0004-01-2022-005976-35

судья Яхин И.Н. 1-я инстанция: №2-1180/2025

докладчик Шаклеин А.В. Апелл. производство: №33-246/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 января 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Хохлова И.Н.,

судей Ступак Ю.А., Шаклеина А.В.,

при секретаре судебного заседания Рогожниковой Е.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 20 июня 2025 года по исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Шаклеина А.В., объяснения представителя ответчика ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя истца ФИО4 и представителя третьего лица Ш. А.Ф. – Батуева Р.Е., возражавших по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 (истец) первоначально обратился в суд с иском к Ш. А.Ф. и ФИО1 (ответчики) о возмещении ущерба от ДТП. В обоснование требований указал, что 13 января 2022 года в <адрес> произошло столкновение автомобиля Митсубиси (гос. рег. знак №) под управлением ФИО1 с автомобилем Шкода (гос. рег. знак №). В результате ДТП автомобиль Шкода получил повреждения, истцу как его собственнику причинен ущерб в размере 549 442 руб. (стоимость ремонта согласно экспертному заключению от 29 марта 2022 года №). По утверждению истца причиной ДТП послужило несоблюдение водителями Ш. А.Ф. и ФИО1 ПДД. Водитель т/с Лада (гос. рег. знак №) Ш. А.Ф. маневром выезда с прилегающей территории создал помеху для движения водителю т/с Митсубиси ФИО1, который во избежание столкновения перестроился влево, создав помеху т/с истца, который не успев остановиться, совершил, совершил наезд на т/с Митсубиси. По данному ДТП ПАО СК «Росгосстрах» (страховщик владельца т/с Митсубиси) осуществил выплату страхового возмещения в размере 65 500 руб., АО «МАКС» (страховщик владельца т/с Лада) 57 950 руб., с учетом чего истец определил невозмещенный ущерб в размере 425 992 руб. (549 442 – 57950 - 65500).

Ссылаясь на перечисленные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчиков солидарно ущерб в размере 425 992 руб., судебные расходы по оценке ущерба в размере 20 000 руб., по оплате юридических услуг в размере 31 000 руб., по копированию в размере 4 000 руб., по оплате государственной пошлины в размере 7 460 руб., почтовые расходы в размере 320 руб.

Определением суда от 24 января 2024 года производство по делу в части исковых требований, заявленных к ответчику Ш. А.Ф. прекращено в связи с отказом истца от иска к данному ответчику (том 2 л.д.30). Ш. А.Ф. привлечен к участию по делу в качестве третьего лица (том 2 л.д.31).

В суде первой инстанции представитель истца ФИО4 заявленные требования поддержал, указав, что изменение водителем т/с Митсубиси ФИО1 повлияло на ДТП.

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО3 просил в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на отсутствие вины водителя т/с Мицубиси.

Представитель третьего лица Ш. А.Ф. - Батуев Р.Е. полагал, что вины водителя т/с Лада в ДТП не имеется.

Истец ФИО2, ответчик ФИО1, третьи лица Ш. А.Ф., представители ПАО СК «Росгосстрах», АО «МАКС» в суд первой инстанции не явились, извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в связи с чем, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее по тексту - ГПК РФ), суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Суд постановил указанное решение, которым иск удовлетворен частично. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскан ущерб в размере 418 442 руб., судебные расходы по оплате оценки ущерба в размере 19 646 руб., по оплате услуг представителя в размере 22 592 руб. 90 коп., оплате копировальных услуг в размере 2 619 руб. 47 коп., оплате государственной пошлины в размере 7 327 руб. 96 коп., почтовые расходы в размере 10 руб. 51 коп.

В апелляционной жалобе (с учетом дополнений том 3, л.д.176-177) ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований к нему отказать. По доводам жалобы ответчик ссылается на отсутствие своей вины в ДТП и на наличие вины в ДТП только водителя т/с Лада Ш. А.Ф., создавшего помеху для движения автомобиля Митсубиси, выездом на полосу его движения со второстепенной дороги на расстоянии около 10 м. Для избежания столкновения ФИО1 применил торможение, но из-за скользкого дорожного покрытия (снежная каша, снегопад) автомобиль снесло влево, что привело к ДТП с т/с Шкода. Действия Ш. А.Ф. явились непосредственной причиной, вынудившей ФИО1 применить торможение, а снос автомобиля произошел вследствие объективных дорожных условий, а не умышленного маневра. По мнению апеллянта, суд необоснованно принял за основу показания Ш. А.Ф., а не ФИО1 и свидетеля ФИО5, что привело к необоснованным выводам о вине ФИО1 Суд не назначил повторную экспертизу и не предложил сторонам представить дополнительные доказательства для уточнения обстоятельств, что нарушило право ФИО1 объективное рассмотрение дела. Суд неправомерно взыскал расходы на юридические услуги без проверки их разумности, взыскал расходы связанные с необязательным досудебным порядком. Объем работы представителя истца не оправдывает взысканную сумму, учитывая сложность дела и цену иска, некорректно взыскал на копирование без учета отсутствия необходимость копирования документов для Ш. А.Ф., от требований к которому истец отказался.

В возражениях на апелляционную жалобу третье лицо Ш. А.Ф. приводит доводы о законности принятого судом решения, утверждения ответчика считает несостоятельными.

В судебном заседании судебной коллегии представитель ответчика ФИО1 - ФИО3, действующий на основании доверенности, доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель истца ФИО2 - ФИО4, действующий на основании доверенности, просил оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Представитель третьего лица Ш. А.Ф. – Батуев Р.Е., действующий по ордеру адвоката, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В соответствии со статьями 327, 167 ГПК РФ дело судебной коллегией рассмотрено в отсутствие истца ФИО2, ответчика ФИО1, третьих лиц Ш. А.Ф., ПАО СК «Росгосстрах», АО «МАКС» надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

Информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Верховного Суда Удмуртской Республики в сети Интернет ((http://vs.udm.sudrf.ru/).

Изучив и проанализировав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

Как усматривается из материалов дела и установлено судебной коллегией, 13 января 2022 года на проезжей части дороги около <адрес> в г. Ижевске произошло столкновение автомобилей Митсубиси (гос. рег. знак №) под управлением ФИО1 и ФИО6 (гос. рег. знак №) под управлением ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия автомобили получили механические повреждения.

По данному факту определением должностного лица ГИБДД от 28 января 2022 года производство по делу об административном правонарушении, предусмотренного ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ в отношении водителя т/с Митсубиси ФИО1 прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения (том 1 л.д.159).

Также определением должностного лица ГИБДД от 28 января 2022 года отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя т/с Лада (гос. рег. знак №) Ш. А.Ф. в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения (том 1 л.д.158).

Собственником т/с Шкода является ФИО2, т/с Мицубиси ФИО1, т/с Л. ФИО7 Водитель т/с Л. Ш. А.Ф. является лицом, допущенным собственником к управлению данным т/с.

На момент ДТП гражданская ответственность водителя т/с Мицубиси была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах», т/с Лада в АО «МАКС», т/с Шкода застрахована не была.

Страховая компания ПАО СК «Росгосстрах» по обращению истца осуществила выплату страхового возмещения в размере 65 500 руб. (50% от установленной суммы страхового возмещения – 131 000 руб. согласно экспертному заключению ООО «ТК Сервис М» том 1, л.д.145-153). Страховая компания АО «МАКС» по обращению истца осуществила выплату страхового возмещения в размере 57 950 руб. (том 1 л.д.12).

Согласно досудебному отчету № от 29 марта 2022 года, выполненному по поручению истца ИП ФИО8, рыночная стоимость восстановительного ремонта т/с Шкода составляет 549 442 руб. (том 1 л.д.19-39).

В суде между сторонами возник спор относительно виновности участников ДТП.

Так, из первоначальных объяснений водителя т/с Митсубиси ФИО1 по делу об административном правонарушении, следует, что он двигался по <адрес>, проезжая поворот с <адрес>, перестраивается в средний правый ряд, и в этот момент прямо под него выехал автомобиль Л. Г. (гос. рег. знак №). ФИО1 ему сигналил, но тот не ускорялся. Убедившись в безопасности перестроился влево, уходя от удара. Сзади автомобиль Шкода его догнал. Удар пришелся в заднюю левую часть т/с. Водитель т/с Лада начал скрываться с места ДТП, водитель т/с Ниссан остановил его, включив «аварийку», и как только водитель т/с Ниссан уехал, водитель т/с Лада сразу скрылся с места происшествия. Догнать его на ногах не смогли (том 3 л.д.49).

Водитель т/с Шкода ФИО2 в объяснениях по делу об административном правонарушении указал, что он двигался по ул. 40 лет Победы в крайней левой полосе, столкнулся с автомобилем Митсубиси, уходящим в его полосу от удара с автомобилем Лада Гранта оранжевого цвета (гос. рег. знак №), который выезжал с <адрес> с прилегающей. Автомобиль Лада с места скрылся (том 3 л.д.50).

Свидетель ФИО5 пояснил сотрудникам ГИБДД, что находился на заднем сиденье т/с Митсубиси. ФИО9 выехала из кармана со стороны ТЦ Италмас, повернул направо во вторую полосу слева, по которой двигался автомобиль Митсубиси. Расстояние до т/с Лада было примерно 50 м. Начали притормаживать и смещаться влево, где произошло столкновение с автомобилем Шкода, который двигался в левой полосе. Далее водитель т/с Лада остановился примерно в зоне места разворота, а затем уехал (том 3 л.д.52).

Свидетель ФИО10 пояснил сотрудникам ГИБДД, что находился на переднем сиденье т/с Шкода. Двигались по <адрес> по крайней левой полосе. ФИО9 выезжал из кармана во вторую слева полосу. Автомобиль Митсубиси начал тормозить и смещаться в сторону Шкоды, в результате чего произошло столкновение. Далее автомобиль Лада остановился, но уехал (том 3 л.д.54).

На схеме ДТП зафиксировано расположение т/с Шкода и Митсубиси в левом крайнем ряду проезжей части <адрес>, в среднем ряду после выезда с <адрес> отмечено нахождение т/с Лада (том 3 л.д.48).

ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками ГИБДД водитель автомобиля Лада Гранта, был установлен, им оказался Ш. А.Ф. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения). Сведения о нем были получены от собственника данного т/с ФИО7

В тот же день, т.е. ДД.ММ.ГГГГ в дело в качестве защитника Ш. А.Ф. вступил адвокат Батуев Р.Е., и после ознакомления которого с материалами дела, Ш. А.Ф. даны объяснения о том, что 13 января 2022 года он выезжал с прилегающей территории (карман) от <адрес> выездом убедился в безопасности маневра, помех другим т/с не создавал, слева от него двигался поток автомобилей, расстояние от них до него было около 200 м. Он выехал на проезжую часть <адрес>, повернув направо, двигался по средней полосе. Через некоторое время услышал как сзади водитель одно из автомобилей засигналил. Проехав немного остановился, думая что сигналят ему. Также рядом остановился водитель т/с Ниссан. Они осмотрели свои автомобили, претензий друг к другу не было. Позади метрах через 100 стояли два автомобиля Митсубиси Оутлендер и ФИО6, вокруг них ходили люди. Что между ними произошло Ш. не известно (том 3 л.д.53).

Для установления обстоятельств ДТП по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено АНО «Департамент судебных экспертиз».

Согласно заключению судебной экспертизы 15-ДЛА-25 от 28 апреля 2025 года (том 3 л.д.8-34) эксперт пришел к выводу о том, что перед столкновением автомобилей Митсубиси и Шкода водитель автомобиля Лада Гранта Ш. А.Ф., выезжая из кармана с <адрес> с правым поворотом на проезжую часть <адрес> для следования в направлении <адрес>, осуществил выезд на среднюю полосу движения, по которой со стороны <адрес> в направлении <адрес> двигался автомобиль Митсубиси. То есть преимущественным правом в движении на данном участке <адрес> пользовался водитель автомобиля Митсубиси ФИО1, двигавшийся по проезжей части <адрес> как скорость движения автомобиля Митсубиси была больше скорости движения выехавшего перед ним автомобиля Лада Гранта, то водитель автомобиля Митсубиси был вынужден принять меры к снижению скорости и направления движения его транспортного средства.

Следовательно, в данной дорожной ситуации, исходя из показаний водителей транспортных средств и очевидцев данного ДТП, водитель автомобиля Лада Гранта Ш. А.Ф. своим выездом из кармана с <адрес> с правым поворотом на среднюю полосу проезжей части <адрес> для следования в направлении <адрес>, по которой двигался автомобиль Митсубиси под управлением водителя ФИО1, с технической точки зрения создал помеху для движения водителю ФИО1, пользовавшемуся преимущественным правом в движении.

Исходя из расстояния между автомобилями Митсубиси и Л. в момент выезда последнего на полосу движения автомобиля Митсубиси, указанного водителем ФИО1 и очевидцем ДТП ФИО5 (50м), водитель автомобиля Митсубиси не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Л., приняв меры к торможению без изменения направления своего движения с момента выезда автомобиля Лада на его полосу движения.

Исходя из расстояния между автомобилями Митсубиси и Лада в момент выезда последнего на полосу движения автомобиля Митсубиси, указанного водителем Ш. А.Ф. (200м), водитель автомобиля Митсубиси располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Лада, приняв меры к торможению без изменения направления своего движения с момента выезда автомобиля Лада на его полосу движения.

В дорожной ситуации, указанной водителем ФИО1 и очевидцем ДТП ФИО5, маневр изменения водителем автомобиля Митсубиси направления движения своего транспортного средства влево, с технической точки зрения являлся вынужденным, так как водитель автомобиля Митсубиси в указанной ФИО1 и ФИО5 дорожной ситуации с момента выезда автомобиля Л. на его полосу движения не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Лада, приняв меры к прямолинейному торможению без изменения направления своего движения.

В дорожной ситуации, указанной водителем Ш. А.Ф., маневр изменения водителем автомобиля Митсубиси направления движения своего транспортного средства влево, с технической точки зрения не являлся вынужденным, так как водитель автомобиля Митсубиси в указанной Ш. А.Ф. дорожной ситуации с момента выезда автомобиля Лада на его полосу движения располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Лада, приняв меры к прямолинейному торможению без изменения направления своего движения.

Исходя из оценки совокупности представленных доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что причиной рассматриваемого ДТП явились действия водителя автомобиля Митсубиси ФИО1, нарушившего п.п.10.1 ПДД РФ. В действиях водителя т/с Лада Ш. А.Ф. (третьего лица по делу) суд нарушений требований ПДД РФ, приведших к возникновению ДТП, не усмотрел.

Применив к спорным правоотношениям положения статей 1064, 1079 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции признал ФИО1 ответственным за вред, причиненный в результате повреждения, принадлежащего истцу автомобиля Шкода и исходя из установленной степени вины ответчика (100%) и стоимости восстановительного ремонта автомобиля Шкода, установленной отчетом об оценке ИП ФИО8 №, взыскал с ответчика в пользу истца в счет возмещения ущерба денежную сумму 418 442 руб. (разницу между стоимостью ремонта т/с 549 442 руб. и страховым возмещением (131 000 руб.).

Удовлетворение требований истца судом послужило основанием для возмещения ему понесенных в связи с рассмотрением дела судебных расходов, признанными судом разумными.

Выводы суда первой инстанции о наличии вины в ДТП водителя т/с Митсубиси ФИО1 и об отсутствии вины в ДТП водителя т/с Шкода ФИО2, судебная коллегия находит верными.

Суд апелляционной инстанции, исходя из совокупности представленных в деле доказательств, устанавливает следующий механизм ДТП, при котором водитель автомобиля Лада Гранта Ш. А.Ф. 13 января 2022 год в г. Ижевске осуществил выезд на указанном автомобиле из кармана с <адрес> с правым поворотом на проезжую часть <адрес> на среднюю полосу движения, чем создал помеху движущемуся по этой же полосе в прямом направлении автомобилю Митсубиси под управлением водителя ФИО1, пользующемуся преимущественным правом в движении на данном участке дороги. Водитель т/с Митсубиси ФИО1 для избежания столкновения с т/с Лада предпринял меры к торможению и изменил направления движения своего транспортного средства сместившись влево, чем в свою очередь создал помеху движущемуся по крайней левой полосе проезжей части <адрес> в прямом направлении автомобилю Шкода под управлением водителя ФИО2, в результате чего произошло столкновение автомобилей Митсубиси и Шкода.

Выводы о таком механизме ДТП подтверждаются: вышеприведенными объяснениями водителей т/с Митсубиси ФИО1 и т/с Шкода ФИО2 по делу об административном правонарушении, из которых следует, что автомобиль Лада Гранта выехал с прилегающей территории (кармана) в средний ряд непосредственно перед движущимся в этом ряду автомобилем Митсубиси, который уходя от столкновения перестроился влево, где произошло столкновение с автомобилем Шкода. При этом водитель т/с Лада был остановлен т/с Ниссан, но в последующем уехал с места ДТП.

Объяснения водителей ФИО1 и ФИО2 согласуются с приведенными выше объяснениями свидетелей ФИО5 и ФИО11, подтвердившими, что автомобиль Лада выехала из кармана со стороны ТЦ Италмас, повернул направо во вторую полосу слева, по которой двигался автомобиль Митсубиси, из-за чего автомобиль Митсубиси начал тормозить и смещаться влево в сторону автомобиля Шкода. При этом свидетель ФИО11 указал на расстояние от т/с Митсубиси до т/с Лада (примерно 50 м.). Свидетели подтвердили и тот факт, что автомобиль Лада останавливался после столкновения т/с Шкода и Митсубиси, но затем уехал.

Кроме того выводы о таком механизме ДТП подтверждаются схемой ДТП и заключением судебной экспертизы, установившей, что исходя из показаний водителей транспортных средств и очевидцев данного ДТП, водитель автомобиля Лада Гранта Ш. А.Ф. своим выездом из кармана с <адрес> с правым поворотом на среднюю полосу проезжей части <адрес> для следования в направлении <адрес>, по которой двигался автомобиль Митсубиси под управлением водителя ФИО1, с технической точки зрения создал помеху для движения водителю ФИО1, пользовавшемуся преимущественным правом в движении.

Учитывая изложенное к объяснениям водителя т/с Лада Ш. А.Ф., скрывшегося с места происшествия и заявившего впоследствии о том, что после его выезда с прилегающей территории (карман) от <адрес> расстояние от двигавшихся в потоке автомобилей до него было 200 м., судебная коллегия считает возможным отнестись критически, поскольку какими-либо достоверными доказательствами эти доводы не подтверждены, более того опровергнуты совокупностью перечисленных выше согласующихся между собой доказательствами.

По этим же мотивам судом апелляционной инстанции не принимаются выводы судебного эксперта, основанные по представленным Ш. А.Ф. сведений, согласно которым водитель автомобиля Митсубиси располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Лада, приняв меры к торможению без изменения направления своего движения с момента выезда автомобиля Лада на его полосу движения.

Также судебная коллегия отдает предпочтение первоначальным показаниям водителя т/с Митсубиси ФИО1 о том, что после выезда на его полосу движения т/с Лада он перестроился влево, уходя от удара, поскольку они в полной мере согласуются с объяснениями водителя т/с Шкода и свидетелей ФИО5 и ФИО11, сведениями зафиксированными в схеме ДТП, заключением судебной экспертизы. При таких данных последующие объяснения ФИО1 о том, что он выехал на полосу движения т/с Шкода из-за скользкого дорожного покрытия (снежная каша, снегопад), т.е. из-за того, что его автомобиль снесло влево, судебной коллегией не принимаются, поскольку какими-либо доказательствами они не подтверждены.

В силу пункта 10.1 Правил дорожного движения при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что действия водителя автомобиля Митсубиси ФИО1, который в нарушение 10.1 ПДД изменил направление движения своего автомобиля, сместившись от столкновения с автомобилем Лада влево на полосу движения автомобиля Шкода, были небезопасными и находятся в причинно-следственной связи с последующим столкновением.

Несмотря на то, что маневр изменения им направления движения влево, являлся вынужденным и ФИО1 не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Лада, приняв меры к прямолинейному торможению без изменения направления своего движения, данное обстоятельство не освобождает его от ответственности за столкновение с т/с Шкода, которому т/с Митсубиси создал помеху в движении.

При таких данных доводы апелляционной жалобы об отсутствии вины в ДТП водителя ФИО1 являются необоснованными и подлежат отклонению.

Вместе с тем, с выводом суда первой инстанции об отсутствии вины в рассматриваемом ДТП водителя т/с Лада Ш. А.Ф. судебная коллегия согласиться не может.

В соответствии с п.8.1 ПДД перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п.8.3 ПДД при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности и пешеходам, движущимся по ней.

В силу п.8.6 ПДД при повороте направо транспортное средство должно двигаться по возможности ближе к правому краю проезжей части.

Оценив приведенные выше доказательства, в том числе выводы судебного эксперта, установившего, что водитель автомобиля Лада Ш. А.Ф. своим выездом из кармана с <адрес> с правым поворотом на среднюю полосу проезжей части <адрес> создал помеху для движения водителю автомобиля Митсубиси ФИО1, пользовавшемуся преимущественным правом в движении, судебная коллегия полагает, что действия водителя Ш. А.Ф., не убедившегося в безопасности своего маневра и не уступившего дорогу автомобилю Митсубиси, также были небезопасными, повлекшими изменение направления движение водителем автомобиля Митсубиси ФИО1 влево на полосу движения автомобиля Шкода и находятся в причинно-следственной связи с последующим столкновением т/с Митсубиси и Шкода.

Таким образом, судебная коллегия, определяя пределы ответственности, исходит из того, что повреждение автомобиля истца произошло по обоюдной вине водителей ФИО1 и Ш. А.Ф., поскольку предотвращение столкновения с т/с Шкода зависело от действий каждого из указанных лиц и действия каждого из них находятся в причинной связи с наступившими в результате данного ДТП последствиями. Степень вины водителей т/с Митсубиси и Лада ФИО1 и Ш. А.Ф. судебная коллегия определяет равной (т.е. по 50%).

С учетом установленной судом апелляционной инстанции степени вины ответчика ФИО1 (50%) которая соответствует сумме 274 721 руб. от заявленного размера ущерба (549 442 руб. х 50%) с ФИО1 в пользу истца подлежит взысканию ущерб в размере 209 221 руб. (274 721 руб. минус 65 500 руб., сумма соответствующая 50% от размера надлежащего страхового возмещения, т.е. стоимости ремонта т/с Шкода по ЕМР (131 000 руб.), установленная экспертным заключением страховщика ООО «ТК Сервис М»). Размер ущерба подтвержден отчетом № от 29 марта 2022 года, выполненным по поручению истца ИП ФИО8, и ответчиком не оспорен.

Принимая во внимание вышеизложенное, проверяемое решение суда подлежит изменению с уменьшением размера взысканного ущерба до суммы 209 221 руб.

В соответствии с ч.3 ст.98 ГПК РФ, поскольку судебной коллегией изменено проверяемое решение суда, оно подлежит изменению и в части распределения судебных расходов. Исковые требования ФИО2 удовлетворены частично (на 49% от заявленных). В соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов, установленным в ч.1 ст. 98 ГПК РФ, судебные расходы подлежат возмещению пропорционально удовлетворенным требованиям, т.е. с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате досудебной оценки ущерба в сумме 9 800 руб., по оплате почтовых услуг в сумме 5 руб. 24 коп., по оплате государственной пошлины в сумме 3 655 руб. 40 коп., по оплате копировальных услуг в сумме 1 960 руб., по оплате услуг представителя в сумме 11 270 руб. При этом размер расходов на оплату услуг представителя суд апелляционной инстанции определяет от признанной районным судом разумной суммы таких расходов, т.е. от 23 000 руб. (33 000 руб. общая сумма на оплату юридических услуг минус 10 000 руб. расходы на досудебный порядок, который по заявленному спору не предусмотрен законом), размер расходов по копированию от суммы 4 000 руб., по оценке ущерба в от суммы 20 000 руб., почтовые расходы от суммы 10 руб. 70 коп.. Все перечисленные расходы понесны истцом в связи с рассмотрением настоящего дела и подтверждены документально (том 1 л.д.4,40-46). Соответственно решение подлежит изменению с уменьшением размера перечисленных судебных расходов.

Судебной коллегией отклоняются доводы апеллянта о неразумности и несоразмерности взысканных размера расходов на представителя.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что разумный и соразмерный размер расходов на оплату услуг представителя по данному делу составляет 23 000 руб. Взысканная сумма отвечает требованиям разумности.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, соотношение расходов на представителя с объемом защищаемого права, принимая к сведению фактический объем проделанной представителем работы по договору на оказание юридических услуг от 01 апреля 2022 года (составление иска, участие в качестве представителя истца в судебных заседаниях 26 июня 2023 года, 21 августа 2023 года, 05 декабря 2023 года, 10 декабря 2024 года, 14 февраля 2025 года), суд апелляционной инстанции признает верными выводы районного суда о том, что разумный и соразмерный размер расходов на оплату юридических услуг, оказанных истцу по гражданскому делу, составляет 23 000 руб.

Оснований считать, что данный размер расходов является чрезмерно завышенным, о чем указывает автор жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает. Доказательств чрезмерности и неразумности, указанной суммы расходов, либо злоупотребления правом со стороны истца ответчиком не представлено. Расходы в указанном размере также можно признать соотносимыми с расходами, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги (находящие в открытом доступе рекомендуемые минимальные ставки вознаграждения за юридическую помощь, оказываемую адвокатами Адвокатской палаты Удмуртской Республики, утв. Решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 11 июля 2019 года (находится в открытом доступе в информационной телекоммуникационной сети «Интерент», 40 000 руб. по делам не относящимся к сложным). Кроме того расходы в указанном размере, суд апелляционной инстанции полагает соотносимыми и со сведения о средней стоимости услуг юристов и адвокатов в Удмуртской Республики размещенных на сайте https://pravorub.ru/users/.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 20 июня 2025 года – изменить, уменьшив размер, взысканного ущерба с ФИО1 в пользу ФИО2 до суммы 209 221 руб., судебных расходов по оплате услуг оценки до суммы 9 800 руб., по оплате услуг представителя до суммы 11 270 руб., по оплате копировальных услуг до суммы 1 960 руб., по оплате государственной пошлины до суммы 3 655 руб. 40 коп., почтовых расходов до суммы 5 руб. 24 коп.

Апелляционную жалобу ФИО1 - удовлетворить частично.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 06 февраля 2026 года.

Председательствующий И.Н. Хохлов

Судьи Ю.А. Ступак

А.В. Шаклеин