Постановление № 44Г-97/2018 4Г-742/2018 от 4 июля 2018 г. по делу № 2-2176/17

Суд первой инстанции:

Кировский районный суд г.Махачкалы

судья Магомедов Я.Р.

Суд апелляционной инстанции:

Верховный Суд Республики Дагестан

Ибрагимова А.М.,

Галимова Р.С. (докл.),

Сидоренко М.И.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

г. Махачкала 4 июля 2018 года

Президиум Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего Суворова С.А.,

членов президиума Абдулхалимова М.М., Загирова Н.В., Магомедова М.А., Мустафаевой З.К., Орцханова А.И., Османова Т.С.,

при секретаре Джамалдиновой С.А.,

рассмотрел по кассационной жалобе представителя Администрации ГОсВД «город Махачкала» ФИО1 на решение Кировского районного суда г. Махачкалы от 13 июля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 8 ноября 2017 года гражданское дело по иску ФИО2 к администрации ГОсВД «город Махачкала» РД о включении в наследственную массу и признании права собственности в порядке наследования на жилой дом и земельный участок.

Заслушав доклад члена президиума Абдулхалимова М.М., объяснения представителя истца ФИО2 адвоката Кушиевой Д.Г., просившей в удовлетворении кассационной жалобы отказать, президиум

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратился в суд с иском к Администрации ГОсВД «город Махачкала» о включении в наследственную массу и признании права собственности в порядке наследования на земельный участок площадью 600 кв.м. и жилой дом, состоящий из литеров «А» и «Б» общей площадью 228,9 кв.м., в том числе жилой площадью 171,9 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>.

В обоснование иска указал, что является сыном ФИО3, умершего 20 августа 2007 года. В 1956 году его отец был принят в члены садоводческого товарищества «Дачное», ему был выделен земельный участок № 5 площадью 600 кв.м. На данном земельном участке в 1961 году отец построил литер «А», а с 1992 по 2005 годы им был также возведен литер «Б». Общая площадь постройки составляет 228, 9кв.м., в том числе жилая площадь - 171.9 кв.м. При жизни отец не успел оформить в собственность земельный участок и домостроение. Истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, однако в выдаче свидетельства о праве на наследство отказано ввиду отсутствия необходимых документов, подтверждающих право наследодателя на наследуемое имущество.

Истец полагает, что земельный участок ФИО3 был предоставлен на праве собственности, в связи с чем, подлежит наследованию. То обстоятельство, что его отец при жизни не оформил право собственности на земельный участок, не умаляет прав наследника, поскольку законом не ограничивалось время перехода земельного участка в собственность и регистрации прав на него.

На земельном участке возведено домостроение, администрацией города легализовано проживание с семьями в домах, возведенных на садоводческих участках. С 2012 года данные земли переведены в категорию земель поселений. Препятствий к пользованию земельным участком и строением не имеется, спор о границах земельного участка отсутствует.

Решением Кировского районного суда г. Махачкалы от 13 июля 2017 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 8 ноября 2017 года, постановлено:

«Исковое заявление ФИО2 удовлетворить.

Включить в наследственную массу и признать право собственности в порядке наследования за ФИО2 на земельный участок площадью 600 кв.м. по адресу: <адрес>.

Включить в наследственную массу и признать право собственности в порядке наследования за ФИО2 на жилой дом, состоящей из литера «А» и «Б» общей площадью 228,9 кв.м., жилой площадью 171,9 кв.м. находящийся по адресу: <адрес>.

В кассационной жалобе представителя ГОсВД «город Махачкала» ФИО1 (на основании доверенности от 9 января 2018 года) содержится просьба об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений с вынесением по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2

В обоснование доводов жалобы указано, что судами первой и второй инстанций допущено неправильное толкование норм материального права, предусмотренные статьей 3 Федерального закона от 25.10.2001г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» условия для приобретения права собственности на земельный участок судами не установлены.

Ни истец, не наследодатель не предпринимали мер к оформлению права собственности на земельный участок, не обращались в специальные уполномоченные муниципальные органы.

Судами не принято во внимание отсутствие у истца свидетельства о праве пожизненного наследуемого владения земельным участком, других правоустанавливающих документов на земельный участок у наследодателя и документов, определяющих координаты границ земельного участка.

Суд первый инстанции вышел за пределы заявленных истцом требований о признании права собственности на земельный участок, в отсутствие иска признал право собственности на жилой дом.

Письменные доказательства, подтверждающие факт принятия ФИО3 в члены садоводческое товарищество «Дачное», предоставления ему спорного земельного участка в деле отсутствуют. Согласно спискам садоводческого товарищества «Дачное» земельный участок № 5 закреплен за Магомедовым М.А.

Согласно копии членской книжки земельный участок № 5 выделен ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Из архивной выписки от 18 апреля 2017 года, выданной Управлением по делам архивов, следует, что земельный участок № 83 значится за «Саликовым» или «Салиховым» «Зиял Мансуровичем». Согласно свидетельству о смерти имя наследодателя «Зайнув». Данные разночтения не были устранены судом.

В решении суда указано, что согласно справке БТИ от 11 декабря 1990 года № В-22 ФИО3 принадлежит целое домовладение, расположенное по адресу: Республика Дагестан, <адрес>, однако из решения исполкома Махачкалинского городского Совета народных депутатов от 20 марта 1990 года № 71 это обстоятельство не усматривается.

Также в решении суда указано, что, согласно техническому паспорту, литер «А» построен 1961 году, литер «Б» в 1992 – 2005 годах, общая площадь которых составляет 228,9 кв.м., в том числе жилая 171,9 кв.м. Однако согласно вышеуказанной справке БТИ от 11 декабря 1990 года № В-22 ФИО3 принадлежит целое жилое помещение площадью 24 кв.м., тогда спорное домостроение имеет площадь 228,9 кв.м. и состоит из двух этажей.

Отсутствуют разрешительные документы на строительство и (или) реконструкцию дома, а также доказательства принятия мер к легализации спорного жилого дома площадью 228,9 кв.м. Судами нарушены требования ст. 222 ГК РФ, строительно-техническая экспертиза по делу не проводилась, заключение специалиста истцом не представлено, соответствие постройки требованиям СНиП, градостроительным нормам не установлено.

Судом не установлено, что оспариваемый земельный участок входил в наследственную массу после смерти ФИО3, земельный участок является муниципальной собственностью. Суд, подменяя муниципальные органы, распорядился земельным участком в отсутствие к тому законных оснований. Границы земельного участка компетентными органами не установлены.

В представленных суду истцом документах отсутствует свидетельство о праве на наследство либо отказ нотариуса, уполномоченного органа в выдаче постановления о предоставлении на праве собственности истцу наследуемого имущества - земельного участка.

18 февраля 2009 года нотариус ФИО4 отказала в выдаче свидетельства о праве на наследство на жилой дом, а не на земельный участок ФИО2, ФИО5 и ФИО6, обратившимся по истечении шестимесячного срока, установленного для принятия наследства. Наследодатель ФИО3 умер 20 августа 2007 года.

Истец в течение шести месяцев после смерти отца не обратился в соответствующие органы для получения свидетельства о наследовании земельного участка либо в суд.

Определением судьи Верховного Суда Республики Дагестан Бейтуллаевой З.А. от 9 июня 2018 года кассационная жалоба с делом передана на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции – президиума Верховного Суда Республики Дагестан.

Президиум находит кассационную жалобу подлежащей частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения судами первой и апелляционной инстанций допущены.

Удовлетворяя требования истца, суды первой и апелляционной инстанций признали установленным, что 17 августа 1976 года отец ФИО2 - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, принят в члены садоводческого товарищества и ему предоставлен садовый участок № 5 размером 600 кв.м. В подтверждение данного обстоятельства истцом суду представлена членская книжка садовода, выданная 04 июня 1977 года (л.д. 9).

Установлено также, что на указанном участке ФИО3 построил жилой дом общей площадью 228,9 кв.м., в том числе жилой площадью 171,9 кв.м.

Согласно свидетельству о смерти от 28 августа 2008 года серии I-БД № ФИО3 умер 20 августа 2007 года.

18 февраля 2009 года нотариусом г. Махачкалы ФИО4 ФИО2, ФИО5, ФИО6 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство на жилой дом ввиду отсутствия у наследодателя ФИО3 правоустанавливающих документов на дом (л.д. 10).

Принимая решение о включении земельного участка и жилого дома в наследственную массу и признавая за ФИО2 право собственности на спорные объекты недвижимости в порядке наследования, нижестоящие суды со ссылкой на пункт 9.1 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» посчитали установленным, что наследодатель ФИО3 приобрел право собственности на спорные объекты, после его смерти открылось наследство, состоящее из земельного участка № 5 площадью 600 кв.м. в садоводческом товариществе «Дачное» и домостроения общей площадью 228,9 кв.м., расположенного на это участке.

С приведенными выше выводами нижестоящих судов согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии со ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ч. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе, имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 1181 ГК РФ принадлежавшие наследодателю на праве собственности или праве пожизненного наследуемого владения земельный участок входит в состав наследства и наследуется на общих основаниях.

В материалах дела отсутствуют доказательства принадлежности ФИО3 на праве собственности либо на праве пожизненного наследуемого владения земельного участка № 5 площадью 600 кв.м., расположенного в садоводческом товариществе «Дачное».

Законодательство, действовавшее на момент принятия ФИО3 в члены садового товарищества, такое право за гражданами не признавало.

Согласно пункту 9.1 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001г. № 137-ФЗ (ред. от 31.12.2017) «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

В случае, если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на земельный участок, предоставленный ему до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства, не указано право, на котором предоставлен такой земельный участок, или невозможно определить вид этого права, такой земельный участок считается предоставленным указанному гражданину на праве собственности, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность.

Государственная регистрация прав собственности на указанные в настоящем пункте земельные участки осуществляется в соответствии со статьей 49 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Принятие решений о предоставлении таких земельных участков в собственность граждан не требуется.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. п. 74, 82 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входят и наследуются на общих основаниях принадлежавшие наследодателю на праве собственности земельный участок или право пожизненного наследуемого владения земельным участком (в случае, если право на земельный участок принадлежит нескольким лицам, - доля в праве общей собственности на земельный участок либо доля в праве пожизненного наследуемого владения земельным участком).

Суд вправе признать за наследниками право собственности в порядке наследования:

- на земельный участок, предоставленный до введения в действие ЗК РФ для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве постоянного (бессрочного) пользования, при условии, что наследодатель обратился в установленном порядке в целях реализации предусмотренного пунктом 9.1 (абзацы первый и третий) статьи 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» права зарегистрировать право собственности на такой земельный участок (за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность);

- на земельный участок, предоставленный наследодателю, являвшемуся членом садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, в случае, если составляющий его территорию земельный участок предоставлен данному некоммерческому объединению либо иной организации, при которой до вступления в силу Федерального закона от 15 апреля 1998 года N 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» оно было создано (организовано), в соответствии с проектом организации и застройки территории данного некоммерческого объединения либо другим устанавливающим в нем распределение земельных участков документом, при условии, что наследодателем в порядке, установленном пунктом 4 статьи 28 названного Федерального закона, было подано заявление о приобретении такого земельного участка в собственность бесплатно (если только федеральным законом не установлен запрет на предоставление земельного участка в частную собственность).

Приведенные выше требования закона и указания Пленума Верховного Суда Российской Федерации судами при рассмотрении настоящего дела выполнены не были.

Между тем, по смыслу указанных норм, получить бесплатно в собственность земельный участок, предоставленный гражданину на праве постоянного (бессрочного) пользования для ведения садоводства до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации 2001 года, могло только лицо, которому этот участок был предоставлен. В случае, если такое лицо при жизни своим правом не воспользовалось, то данное право могло быть реализовано его наследниками, но лишь в том случае, если они стали собственниками зданий, строений и сооружений, расположенных на таких земельных участках.

По настоящему делу вышеуказанные обстоятельства, имеющие юридическое значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций в качестве таковых не были определены и установлены, вследствие чего вывод судов о возможности передачи истцу земельного участка в собственность в порядке наследования на основании пункта 9.1 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» не может быть признан обоснованным. Судами допущено неправильное толкование данной нормы материального права.

В материалах дела отсутствуют данные, свидетельствующие о том, что наследодатель ФИО3 при жизни принимал меры к приобретению спорного земельного участка в собственность бесплатно, на что обоснованно указано в кассационной жалобе представителя Администрации ГОсВД «город Махачкала».

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного Кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 г. № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Приведенные выше требования закона и указания Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела выполнены не были.

В кассационной жалобе также указано, что суд первый инстанции вышел за пределы заявленных истцом требований о признании права собственности на земельный участок, признал право собственности и на жилой дом общей площадью 228,9 кв.м., однако такие требования ФИО3 не были заявлены. Копию искового заявления либо дополнения к исковому заявлению с требованием о признании права собственности на дом администрации ГОсВД «город Махачкала» РД не получала.

Аналогичные доводы были приведены представителем Администрации ГОсВД «город Махачкала» и в апелляционной жалобе (л.д. 66).

В суде апелляционной инстанции представителем администрации ГОсВД «город Махачкала» было заявлено письменное ходатайство о приобщении к материалам дела, в числе других документов, копии искового заявления ФИО2, полученного администрацией в суде первой инстанции, в котором не содержится каких-либо требований относительно спорного дома (л.д. 88-89, 96-98).

Судом апелляционной инстанции данное ходатайство не разрешено, доводы апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции требований ч. 3 ст. 196 ГПК РФ не проверены и им не дана правовая оценка.

Не основаны на законе и не соответствуют материалам дела также выводы судов о принадлежности ФИО3 спорного домостроения, состоящего из литеров «А» и «Б» общей площадью 228,9 кв.м., в том числе, жилой площадью 171,9 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>.

В подтверждение данного выводы суды сослались на справку бюро технической инвентаризации от 11 декабря 1990 года.

Между тем, из данного документа следует, что согласно решению исполкома Махачкалинского городского Совета народных депутатов № 71 от 20 марта 1990 года «О мерах по упорядочению прописки граждан, проживающих в дачных домиках на садовых участках», Бюро технической инвентаризации г. Махачкалы выдало ФИО3 справку о принадлежности ему расположенного по указанному выше адресу домовладения жилой площадью 24 кв.м. (л.д. 13, 15).

Поскольку в материалах дела не имеется доказательств того, что наследодатель ФИО3 при жизни воспользовался своим правом получить бесплатно в собственность земельный участок, предоставленный гражданину на праве постоянного (бессрочного) пользования для ведения садоводства до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации 2001 года, предпринимал меры к его реализации, для правильного разрешения спора суду надлежало установить, имеется ли на спорном земельном участке объект недвижимости, принадлежавший ФИО3 на праве собственности, сохранился ли он в натуре.

Судами данное обстоятельство, имеющее существенное значение для дела, также не установлено.

Признавая за ФИО2 право собственности на спорное домовладение, суд первой инстанции, с выводами которого согласился и суд апелляционной инстанции, руководствовался ст.222 ГК РФ.

Между тем, самовольная постройка не является имуществом, принадлежащим наследодателю на законных основаниях, она не может быть включена в наследственную массу. Вместе с тем это обстоятельство не лишает наследников, принявших наследство, права требовать признания за ними права собственности на самовольную постройку. Однако, такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если к наследникам в порядке наследования перешло право собственности или право пожизненного наследуемого владения земельным участком, на котором осуществлена постройка, при соблюдении условий, установленных статьей 222 ГК РФ (п.27 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Также обоснованными президиум находит доводы кассационной жалобы о том, что судами надлежаще не исследован вопрос о том, принято ли наследство ФИО2 в установленном законом порядке.

Наследодатель ФИО3 скончался 20 августа 2007 года (л.д. 49).

Адресованное нотариусом г. Махачкалы ФИО4 ФИО2, ФИО5, ФИО6 письмо о невозможности выдачи свидетельства о праве на наследство на жилой дом ввиду отсутствия у наследодателя ФИО3 правоустанавливающих документов на дом, датировано 18 февраля 2009 года (л.д. 10).

Обращение ФИО2 в суд с иском последовало 17 мая 2017 года. При этом требований об установлении факта принятия наследства либо о продлении срока для принятия наследства им не заявлено (л.д. 6-8).

В силу ч.1 ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Согласно ст.1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (часть 1).

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства (часть 2).

В силу ч.1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Разрешая требования истца о включении земельного участка и домостроения в наследственную массу и признавая за ним право собственности на спорные объекты в порядке наследования, суды не учли приведенные выше положения гражданского законодательства о наследовании.

Доводы кассационной жалобы о том, что истец в течение шести месяцев после смерти отца не обратился в соответствующие органы для получения свидетельства о наследовании земельного участка, спорный земельный участок является муниципальной собственностью, ни наследодатель ФИО3, ни сам истец не обращались в установленном порядке с заявлением о переоформлении земельного участка в собственность в уполномоченные исполнительные органы, суд, подменяя муниципальные органы, распорядился земельным участком в отсутствие к тому законных оснований, материалами дела не опровергаются.

Допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права являются существенными и непреодолимыми, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем, принятые по делу судебные постановления подлежат отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст.390 ГПК РФ, президиум

п о с т а н о в и л :

кассационную жалобу представителя Администрации ГОсВД «город Махачкала» ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Кировского районного суда г. Махачкалы от 13 июля 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 8 ноября 2017 года отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе суда.

Председательствующий С.А. Суворов