Решение № 2-2298/2019 2-2298/2019~М-856/2019 М-856/2019 от 5 апреля 2019 г. по делу № 2-2298/2019

К делу №2-2298/19


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 апреля 2019 года г. Краснодар

Прикубанский районный суд города Краснодара в составе:

судьи ФИО1,

при секретаре Кузьмич Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИП ФИО2 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору аренды нежилых помещений, встречному иску ФИО3 к ИП ФИО2 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО2 обратился в суд с исковыми требованиями к ФИО3 о взыскании задолженности по оплате арендной платы, неустойки и судебных расходов.

Свои требования истец мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 был заключен договор аренды нежилых помещений, в соответствии с п. 1.1. го истец предоставил арендатору за плату во временное пользование часть нежилого помещения под №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, входящее в состав единого нежилого помещения № здания литер А с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м., а ответчик согласно п. 3.2.1. договора обязался своевременно и в полном объеме совершать все платежи, предусмотренные договором. Право собственности ФИО2 на объект аренды подтверждается выпиской из ЕГРН. Объект аренды был передан ответчику истцом по акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ Согласно п. 4.1. договора стороны определили, что цена договора состоит из двух - постоянной и переменной. Постоянная часть арендной платы согласно п. 4.2. договора представляет собой ежемесячную арендную плату, устанавливаемую на период его действия в размере 20 400 рублей, то есть 1 000 рублей за 1 кв.м. в месяц, НДС не облагается. Расчетным периодом принимается календарный месяц. Переменная часть арендной платы согласно п. 4.3. договора представляет собой плату за коммунальные услуги (водоснабжение, электроэнергию и др.), оплачиваемую арендатором отдельно по счетам, предъявленным арендодателю поставщиками услуг.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО4 заявленные исковые требования уточнила, просила суд взыскать с ФИО3 пользу ИП ФИО2 задолженность по оплате постоянной части арендной платы по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ в размере 41 600 рублей, задолженность по оплате переменной части арендной платы по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ в размере 20 810 рублей., неустойку за просрочку исполнения обязательств по оплате постоянной части арендной платы по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ в размере 41 600 рублей, судебные издержки на направление досудебной претензии в размере 174 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 280 рублей.

Ответчик ФИО3 и ее представитель в судебном заседании против удовлетворения заявленных исковых требований возражали и заявили встречные исковые требования о признании договора аренды нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ИП ФИО2 и ФИО3 недействительным, ввиду несоответствия его требованиям закона, взыскании с ИП ФИО2 полученные по незаконной сделке денежных средств в размере 40 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ в размере 2 891,22 рублей, государственной пошлину, оплаченную за подачу настоящего иска в размере 1486,74 рублей. Мотивируя свои требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО3 и ИП ФИО2 был заключен договор аренды нежилых помещений, в соответствии с п. 1.1. которого Арендодатель (ответчик) обязуется предоставить Арендатора (истцу) за плату во временное пользование часть нежилого помещения под №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенное по адресу: <адрес>; входящее в состав единого нежилого помещения - № здания литер А с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м. В силу пункта 1.2. Договора аренды установлено, что на момент заключения настоящего Договора помещения, сдаваемые в аренду, принадлежат Арендодателю на праве собственности ответчиком приобретено помещение, указанное в п. 1.1. Договора аренды, на основании решения Прикубанского районного суда г.Краснодара от 30 ноября 2017 года. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, и явилось основанием для государственной регистрации права собственности за ФИО2 в Управлении Росреестра по КК. Однако, в соответствии с представленной выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, правовые последствия по распоряжению предметом Договора аренды наступили у ответчика только после регистрации в установленном законом порядке, то есть после ДД.ММ.ГГГГ. Исходя из этого, на момент заключения Договора аренды, действия ответчика по распоряжению недвижимым имуществом, являющимся предметом Договора аренды, не могут быть признаны законными, следовательно, договор аренды нежилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между сторонами настоящего спора подлежит признанию в судебном порядке недействительным, а стороны должны быть приведены первоначальное состояние.

Представитель ИП ФИО2 против удовлетворения встречных исковых требований возражала.

Представитель третьего лица ООО «Никастрой» в судебное заседание не явился. О месте и времени слушания дела извещался надлежащим образом. О причине своей неявки суду не сообщил, о рассмотрении дела в свое отсутствие суд не просил, в связи с чем, суд приходит к выводу возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица.

Суд, выслушав мнение сторон, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Как установлено судом, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 был заключен договор аренды нежилых помещений, в соответствии с п. 1.1. которого истец предоставил арендатору за плату во временное пользование часть нежилого помещения под №, площадью <данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, входящее в состав единого нежилого помещения № здания литер А с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м., а ответчик согласно п. 3.2.1. договора обязался своевременно и в полном объеме совершать все платежи, предусмотренные договором.

Согласно выписке из ЕГРН право собственности истца на указанное нежилое помещение зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ.

Мотивируя свои встречные исковые требования, ФИО3 указывает на то, что договор аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ является оспоримой сделкой в силу положений ст. 168 ГК РФ, поскольку нарушает требования закона, в частности - положения ст. 608 ГК РФ.

Однако, согласно правовой позиции ВАС РФ, отсутствие у арендодателя регистрации права собственности на объект аренды на момент подписания договора аренды само по себе не является основанием для признания такого договора недействительным.

Так, применительно к отношениям аренды Пленумом ВАС РФ от 17.11.2011 №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» в п.10 указано, что в соответствии со ст. 608 ГК РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду. Судам следует иметь в виду, что по смыслу названной статьи арендодатель, заключивший договор аренды и принявший на себя обязательство по передаче имущества арендатору во владение и пользование либо только в пользование, должен обладать правом собственности на него в момент передачи имущества арендатору. С учетом этого договор аренды, заключенный лицом, не обладающим в момент его заключения правом собственности на объект аренды, не является недействительным на основании ст. 168 и 608 ГК РФ.

Кроме того, судам необходимо учитывать, что применительно к ст. 608 ГК РФ договор аренды, заключенный с лицом, которое в момент передачи вещи в аренду являлось законным владельцем вновь созданного им либо переданного ему недвижимого имущества и право собственности которого на недвижимое имущество еще не было зарегистрировано в реестре, также не противоречит положениям ст. 608 ГК РФ и не может быть признан недействительным по названному основанию.

Помимо этого, согласно п. 12 указанного Постановления Пленума ВАС РФ доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

Указанные разъяснения корреспондируют с положениями п. 5 ст. 166 ГК РФ, где указано, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Исходя из изложенного, в сферу правомочий арендатора, пользовавшегося имуществом, не входит оспаривание титула арендодателя на соответствующее имущество, если только арендатор не считает такое имущество своим.

Так, на дату внесения первого арендного платежа по договору истец являлся законным владельцем объекта аренды на основании вступившего в силу решения суда, в свою очередь, в сферу правомочий арендатора, фактически пользовавшегося имуществом, не входит оспаривание титула арендодателя, независимо от момента государственной регистрации права.

Соответственно, ФИО3, принимая имущество в пользование, каких-либо замечаний не высказала, и стороны достигли соглашения в требуемой форме по всем существенным условиям договора аренды. Ответчик фактически признавал и исполнял договор аренды, внося арендную плату за март-апрель 2018 г. в пользу ИП ФИО2, о чем сам сделал заявление в судебном разбирательстве. Факт частичного исполнения договора ответчиком в судебном заседании не оспаривался.

В силу вышеуказанных разъяснений, арендатор не может отказаться вносить арендную плату, сославшись на отсутствие регистрации права собственности арендатора момент подписания договора аренды, указанные обстоятельства не являются снованием для признания такого договора недействительным.

Тот факт, что истец не зарегистрировал свое право собственности на имущество на момент его передачи в аренду ответчику, не является основанием для признания указанной сделки недействительной, поскольку основанием для возникновения права собственности ФИО2 на нежилое помещение является решение Прикубанского районного суда г. Краснодара от 30.11.2017 г., тогда как в соответствии с п. 3 ст. 1 ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество - это юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. При этом государственная регистрация возникшего права собственности является правом, а не обязанностью собственника.

Помимо этого, предъявляя требования о признании договора аренды недействительной сделкой, ответчик, в нарушение положений абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ, не указала, какие именно права или охраняемые законом интересы были нарушены оспариваемой сделкой, и какие конкретно неблагоприятные последствия она повлекла для ответчика.

Таким образом, в удовлетворении встречных исковых требований о признании сделки недействительной суд считает необходимым отказать.

Судом установлено, что объект аренды был передан ответчику истцом по акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 4.1. договора стороны определили, что цена договора состоит из двух - постоянной и переменной. Постоянная часть арендной платы согласно п. 4.2. договора представляет собой ежемесячную арендную плату, устанавливаемую на период его действия в размере 20 400 рублей, то есть 1 000 рублей за 1 кв.м. в месяц, НДС не облагается. Расчетным периодом принимается календарный месяц. Переменная часть арендной платы согласно п. 4.3. договора представляет собой плату за коммунальные услуги (водоснабжение, электроэнергию и др.), оплачиваемую арендатором отдельно по счетам, предъявленным арендодателю поставщиками услуг.

Однако ответчик не произвела оплату арендных платежей за январь-февраль 2018 г.

В то же время, при рассмотрении дела, ответчиком было сообщено суду о том, что сумма постоянной части арендной платы за период январь-февраль 2018 г. по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 была ошибочно внесена на счет ООО «Никастрой».

При этом в судебном заседании было установлено, что ООО «Никастрой» являлось прежним собственником и арендодателем нежилого помещения № здания литер А с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м.

В подтверждение осуществления платежей ответчиком представлена копия банковской выписки, согласно которой ИП ФИО3 перечислено на счет ООО «Никастрой»: ДД.ММ.ГГГГ. - 20 000 руб., назначение платежа: арендная плата за январь 2018 года; ДД.ММ.ГГГГ - 20 000 руб., назначение платежа: арендная плата за февраль 2018 года; 20.02.2018г. - 6 577 руб., назначение платежа: оплата электроэнергии за период с 12.2017 по 01.2018 включительно.

Соответственно, указанные сведения, по мнению ответчика, доказывают надлежащее исполнение договора аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ, что, однако противоречит положениям действующего законодательства, в том числе ст. 312 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 312 ГК РФ надлежащее исполнение обязательства подразумевает, в том числе, исполнение надлежащему лицу. Под надлежащим лицом рассматривается сам кредитор, либо уполномоченное им лицо. Обязательство, исполненное ненадлежащему лицу, признается неисполненным. Действительный кредитор сохраняет свое право требовать платежа.

В рассматриваемых правоотношениях уполномоченным лицом является ИП ФИО2, ответчиком каких-либо доказательств наличия у ООО «Никастрой» полномочий на принятие арендной платы от ИП ФИО3 по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ представлено не было, также ответчик не оспаривал тот факт, что обязательства перед истцом по внесению арендной платы за январь-февраль 2018 г. не были исполнены.В свою очередь, производство исполнения стороннему лицу не освобождает должника от обязанности предоставить удовлетворение самому кредитору, за ним существует только право требовать возвращения удовлетворения от того стороннего лица, которому оно ошибочно было предоставлено.

Договор аренды нежилых помещений между ИП ФИО2 и ИП ФИО3 был заключен ДД.ММ.ГГГГ, доказательств обратного ответчиком не представлено. Сам договор не содержит отдельной даты подписания, отличной от даты заключения.

Соответственно, с ДД.ММ.ГГГГ ответчик была поставлена в известность о лице, уполномоченном принимать арендные платежи по договору, проинформирован о банковских реквизитах получателя.

Из вышеизложенного следует, что произведенная ответчиком оплата постоянной части арендной платы в пользу ООО «Никастрой» не может рассматриваться как надлежащее исполнение обязательств перед истцом, в данном случае риск исполнения обязательства ненадлежащему лицу несет должник.

Доводы ответчика относительно неверно избранного истцом способа защиты своих нарушенных прав также не основаны на нормах действующего законодательства.

Суд считает, что истцом был верно избран способ защиты нарушенного права — путем предъявления иска к арендатору о взыскании задолженности по договору.

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

ГК РФ не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права, граждане в силу ст. 9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор самостоятельно по своему усмотрению.

Выбор способа защиты является субъективным правом истца и не может оспариваться иными участниками судебного разбирательства. Избранный истцом способ защиты, по его мнению, может в полной мере обеспечить восстановление его нарушенного права при этом имеются все правовые основания для его использования.

Целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав. Выбор способа защиты, в конечном счете, предопределяется спецификой охраняемого права и характером его нарушения.

В рассматриваемом случае между ИП ФИО2 и ООО «Никастрой», получившим исполнение, не имеется и не возникает каких-либо гражданских правоотношений. Отсутствуют какие-либо правовые основания для предъявления требований о возврате денежных средств к ООО «Никастрой».

Поскольку с ДД.ММ.ГГГГ ООО «Никастрой» и ИП ФИО3 не состояли ни в каких договорных правоотношениях, у ответчика отсутствовало правомочие по оплате арендных платежей в пользу ООО «Никастрой».

Ответчик, осуществляя оплату в пользу ООО «Никастрой», тем не менее, в нарушение положений ст. 312 ГК РФ не потребовала от получателя подтверждения о том, что исполнение принимается уполномоченным лицом. Соответственно, вопрос ошибочно произведенной оплаты должен быть урегулирован ответчиком с третьим лицом самостоятельно.

На основании вышеизложенного, суд считает, что правовых оснований для избрания иного способа защиты нарушенного права в данном случае не имеется, поскольку в силу существующих договорных правоотношений и их содержания (ст. 614 ГК РФ), право истца на получение оплаты по договору нарушено именно ответчиком, а не третьим лицом.

Мотивируя свои доводы, ответчик указывает на то, что договор аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ, был заключен лишь в марте 2018 г., то есть в период надлежащего исполнения обязательств по договору в части оплаты постоянной арендной платы.

Однако суд считает, что указанные доводы ответчика не отражают имеющие место фактические обстоятельства дела.

Ст. 421 ГК РФ предусмотрено, что стороны свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу положений действующего законодательства существует запрет к понуждению заключения договора, а, следовательно, в случае не достижения консенсуса по каким-либо вопросам, в том числе относительно даты его заключения, сторона имела возможность отказаться от его заключения, либо же проставить наряду с датой заключения договора - дату его подписания последней подписавшей стороной.

На основании п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Соответственно, ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор аренды нежилых помещений, а также подписан акт приема-передачи объекта. При этом факт существования между сторонами арендных отношений с января 2018 года касательно предмета договора от ДД.ММ.ГГГГ (часть нежилого помещения под №, площадью <данные изъяты> кв.м.) и на оговоренных в договоре условиях ответчиком не оспаривается.

Иной даты заключения договора и подписания акта приема-передачи представленные ответчиком документы не содержат. Соответственно, стороны установили для себя, что действие договора распространяется на сложившиеся между ними правоотношения именно с ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик выразил свое согласие со всеми условиями, закрепленными в договоре.

Соглашение об изменении условий договора в соответствии со ст. 450 ГК РФ стороны не заключали, доказательств обратного не представлено.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся ч. 1 ст. 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом

цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, а также последующее поведение сторон.

Из представленных материалов, в том числе договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ, акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ, выписки по банковскому счету ФИО3, явно следует, что арендная плата, ошибочно произведенная в пользу третьего лица за январь-февраль 2018 г. - была перечислена в размере, установленном именно договором аренды от ДД.ММ.ГГГГ (по 20 000 руб.). Из доводов ответчика следовало, что ранее заключенный с ООО «Никастрой» договор аренды нежилых помещений был заключен в отношении помещения площадью <данные изъяты> кв.м., что предполагало более высокий размер арендной платы, нежели произведенный ответчиком. Соответственно, производя оплату в пользу ООО «Никастрой» в размере, установленном договором аренды от ДД.ММ.ГГГГ, указав при этом период, за который произведена оплата (январь-февраль 2018 г.), ответчик тем самым подтвердил существование и действие арендных правоотношений с января 2018 г. по условиям договора, заключенного с ИП ФИО2

Ответчиком не представлено никаких доказательств, свидетельствующих об отказе от исполнения договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ или же о возражениях относительно каких-либо условий договора, соответственно арендатор заключил договор, действуя по собственной воле и без каких-либо оговорок.

В связи с вышеизложенным, суд считает, что ответчик при заключении договора, а также подписании акта приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ не мог не знать о том, что при их подписании сторонами - указанным документам придана юридическая сила, а также нарушение или ненадлежащее исполнение взятых на себя обязательств может повлечь неблагоприятные последствия.

В судебном заседании ответчиком был также поднят вопрос о возможной аффилированности истца и ООО «Никастрой». Тем не менее, ни одного доказательства в соответствии со ст. 56 ГПК РФ им представлено не было.

В соответствии со ст. 53.2 ГК РФ наличие или отсутствие отношений аффилированности определяется в соответствии с законом.

Согласно ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 в ред. от 26.07.2006 г. «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» установлен перечень признаков, определяющих аффилированность лиц по отношению друг к другу, при этом истец и ООО «Никастрой» не отвечают указанным критериям.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО2 не значится ни лицом, осуществляющим полномочия единоличного исполнительного органа ООО «Никастрой», ни участником данного общества.

Доводы ответчика относительно взаимозависимости истца и третьего лица основываются лишь на том обстоятельстве, что данные лица по отношению друг к другу являются нынешним и предыдущим собственниками нежилого помещения №, с кадастровым номером №, площадью <данные изъяты> кв.м., арендатором которого выступала ФИО3 как по договору с ООО «Никастрой», так и с ИП ФИО2 При этом, ответчик самостоятельно выразила намерение заключить договор аренды на часть указанного нежилого помещения с новым собственником, понуждение к заключению договора отсутствовало.

Соответственно, позиция ответчика, относительно того, что арендная плата за январь-февраль 2018 г. была получена ФИО2 в лице ООО «Никастрой» - несостоятельна и противоречит имеющимся доказательствам по делу.

Как установлено судом и не опровергается сторонами в период действия договора арендатор перечислил арендодателю постоянную часть арендной платы:

- за март 2018 года в сумме 20 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ №;

- за апрель 2018 года в сумме 20 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ №.

Не оплачена постоянная часть арендной платы в период действия договора:

- за январь 2018 года в размере 20 400 рублей;

- за февраль 2018 года в размере 20 400 рублей;

- за март 2018 года в размере 400 рублей;

- за апрель 2018 года в размере 400 рублей.

Общий размер задолженности ответчика перед истцом по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ по оплате постоянной части арендной платы составил 41 600 рублей.

Счета на оплату переменной части арендной платы были выставлены арендодателем и получены арендатором, однако, в нарушение п. 4.3. Договора арендатор не исполнил свои обязательства по оплате коммунальных платежей за весь период действия договорных отношений. Общая сумма задолженности по оплате переменной части арендой платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 20 810 рублей.

Задолженность по оплате за содержание и ремонт арендуемой части нежилого помещения и коммунальные услуги составила:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Оплата коммунальных услуг была произведена истцом самостоятельно в виду неисполнения ответчиком предусмотренных договором обязательств, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

Задолженность по оплате электроэнергии за период с января по апрель 2018 года составила: 17 644,14 руб. и была также оплачена истцом самостоятельно в виду неисполнения ответчиком предусмотренных договором обязательств, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

Общий размер задолженности ответчика перед истцом по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ по оплате переменной части арендной платы составил 20 810 рублей.

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований о взыскании задолженности по оплате постоянной части арендной платы в размере 41 600 руб. и переменной части арендной платы в размере 20 810 руб.

В соответствии с п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно п. 6.2 договора за каждый день просрочки в уплате арендной платы (в том числе и в том случае, если арендная плата уплачена не в полном объеме) начисляется пеня в размере 0,8% от суммы задолженности.

Соответственно, размер неустойки за просрочку исполнения ответчиком обязательств по оплате постоянной части арендной платы в период с 22.01.2018 г. по 31.12.2018 г. Согласно расчету на момент подачи искового заявления составила 109 904 руб.

Поскольку начисленная на основании п. 6.2 договора сумма неустойки значительно превышает задолженность и несоразмерна сумме основного долга по оплате постоянной арендной платы, суд считает необходимым принять во внимание положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за исполнение обязательств» и самостоятельно снизить размер начисленной неустойки 1 000 руб. в целях пресечения чрезмерности неустойки.

Кроме того, в соответствии со ст. 98, ст.100 ГПК РФ суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы в виде издержек понесенных на направление досудебной претензии в размере 174 руб., оплате государственной пошлины в размере 3 280 руб., оплате услуг представителя, снизив заявленный размер с учетом принципов разумности с 30 000 руб. до 15 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ИП ФИО2 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору аренды нежилых помещений — удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 пользу ИП ФИО2 задолженность по оплате постоянной части арендной платы по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ в размере 41 600 рублей, задолженность по оплате переменной части арендной платы по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ в размере 20 810 рублей., неустойку за просрочку исполнения обязательств по оплате постоянной части арендной платы по договору аренды нежилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 000 рублей, судебные расходы в размере 18 454 рубля.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к ИП ФИО2 о признании сделки недействительной - отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд в апелляционном порядке через Прикубанский районный суд г. Краснодара в течение месяца.

Судья: