Решение № 2-2212/2019 2-2212/2019~М-2232/2019 М-2232/2019 от 4 ноября 2019 г. по делу № 2-2212/2019

УИД 89RS0005-01-2019-003182-42


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 ноября 2019 года г. Ноябрьск ЯНАО

Ноябрьский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Тихоновой Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Бугровой Д.С.,

с участием: истца ФИО4, его представителя ФИО5, представителей ответчиков ФИО6, ФИО7, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2212/2019 по иску ФИО4 к Прокуратуре Ямало-Ненецкого автономного округа о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки и приказа «Об освобождении от должности и увольнении», о восстановлении на службе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании денежной компенсации, компенсации морального вреда, предоставлении ежегодного отпуска,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО4 обратился в суд с уточненным иском к Прокуратуре ЯНАО о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа «Об освобождении от должности и увольнении», восстановлении на службе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации и компенсации морального вреда, о предоставлении ежегодного отпуска. В обоснование требований указал, что он проходил службу в Прокуратуре ЯНАО с 10.05.2012 в должности помощника прокурора г.Ноябрьск. В соответствии с графиком отпусков на 2019 года ему был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск, в период которого он планировал прекратить трудовые отношения по собственному желанию. С 09.09.2019 он (истец) находился на листе нетрудоспособности, о чем сообщил руководителю. 23.09.2019 в телефонном разговоре с кадровой службой Прокуратуры ЯНАО ему стало известно о том, что приказом Прокурора ЯНАО от 09.09.2019 его (истца) освободили от должности на основании п.1 ст. 41.7, пп. «в» п.1 ст. 43 Федерального закона «О прокуратуре РФ», п.14 ст.81 ТК РФ за совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника. Он (истец) полагает увольнение является незаконным, поскольку до 23.09.2019 не знал о результатах проверки, а ответчиком допущены существенные нарушения Инструкции о порядке проведения проверок в отношении прокурорских работников и организаций прокуратуры РФ, в частности ФИО3. отбиравший объяснения у ФИО1 и ФИО11, не является лицом проводящим проверку; он же направлял запросы в ОМВД г.Ноябрьск (распоряжение о распределении обязанностей) при этом осуществляя прокурорский надзор в отношении лиц о разговоре с которыми составлены им телефонограммы; он (истец) не был осведомлен о лице проводящим проверочные мероприятия и потому был лишен возможности заявлять отводы; период служебной проверки превысил один месяц; при проведении проверки не учтены сведения о мотивах совершения проступка и личные качества работника, причины и условия, способствовавшие его совершению, что привело к необъективности результатов проверки. Полагает, что в процессе проверки искажены события, послужившие основанием для увольнения, поскольку он (истец) не понуждал кого либо совершать действия в его пользу и не имел намерения воздействовать на кого- либо, используя служебное положение. Целью обращения к сотруднику ОМВД являлось выяснение места проживания ФИО1.. Он (истец) не имел намерения вызвать ФИО1 в прокуратуру и психологически воздействовать на нее теми способами, которые обозначены в результатах проверки. Взаимодействие с ФИО1 13.06.2019 имел формат беседы, в которой он (истец) разъяснил ей ситуацию и позицию Росреестра, изложил возможные варианты решения вопроса. Ответчиком не были запрошены объяснения по факту вмененного проступка, а именно принятия мер к сокрытию противоправных действий путем выяснения у ФИО13 содержания объяснения, данного последним 20.08.2019. Кроме того, указывает на нарушения ответчиком ч.7 ст. 41.7 Федерального закона «О прокуратуре ЯНАО» и ст. 81 ТК РФ, так как увольнение произошло в период нетрудоспособности и с приказом об увольнении он (истец) не был ознакомлен. Просит признать незаконными заключение служебной проверки и приказ «Об освобождении от должности и увольнении», восстановить на службе, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с 10.09.2019 по 29.10.2019 в размере 258552,24 рубля. Поскольку в день увольнения с ним не был произведен расчет, и денежные средства поступили на банковский счет только 11.09.2019 и 25.09.2019, просит взыскать денежную компенсацию за задержку расчета в размере 320,89 рублей. Поскольку в результате неправомерных действий ответчика он испытал физические и нравственные страдания, ему причинен моральный вред, которые просит компенсировать в размере 200000 рублей. Требование о предоставлении ежегодного отпуска продолжительностью 35 календарных дней просит привести к немедленному исполнению.

В судебном заседании истец ФИО4 и его представитель ФИО5 настаивали на иске по тем же доводам и основаниям.

Представители ответчика - Прокуратуры ЯНАО – ФИО6, ФИО7, ФИО8, действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Пояснили, что в ходе служебной проверки в период с 16.08.2019 по 05.09.2019 установлен факт совершения ФИО4 проступка, порочащего честь прокурорского работника. По окончанию проверки принято решение об освобождении ФИО9 от занимаемой им должности и увольнении, о чем приказ № был вынесен и направлен в прокуратуру г.Ноябрьска 09.09.2019. Истец принимал меры, чтобы скрыться от сотрудников прокуратуры с целью неполучения приказа. Направляя сведения о своей нетрудоспособности ФИО9 прикладывает только справку о вызове скорой помощи, которая не является основанием для освобождения от работы. Лист нетрудоспособности получен ответчиком только 20.09.2019. Работодателем приняты все меры по вручению истцу приказа об увольнении, в частности совершались телефонные звонки, осуществлялся выезд по месту жительства истца и по месту работы его супруги. Полагают несостоятельными доводы истца о незаконности результатов служебной проверки. Просят отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Установлено, что ФИО4 проходил службу в органах прокуратуры ЯНАО с 10 мая 2012 года в должности помощника прокурора г.Ноябрьск (л.д.217-219), с 28 декабря 2018 года в должности старшего помощника прокурора, что подтверждается приказом от 28.12.2018 №-к.

Приказом Прокуратуры ЯНАО от 09.09.2019 №-к ФИО4 освобожден от должности старшего помощника прокурора г.Ноябрьск и уволен с 09.09.2019 из органов прокуратуры за совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника (л.д.14-15).

Основанием для издания приказа об увольнении явилось заключение служебной проверки Прокурора ЯНАО от 05 сентября 2019 года, проведенной по факту нарушения ФИО4 трудовой дисциплины, нарушения Кодекса этики прокурорского работника и совершения проступков, порочащих честь прокурорского работника и подрывающего авторитет органов прокуратуры (л.д.24-29).

В силу ст. 40 Федерального закона РФ от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации") служба в органах и организациях прокуратуры является федеральной государственной службой.

В силу пунктов 5, 8, 13 ч.1 ст. 18 Федерального закона от 27.07.2004 N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" гражданский служащий обязан: не совершать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению должностных обязанностей; не совершать поступки, порочащие его честь и достоинство; не допускать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа.

Трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях, предусмотренных ст. 81 ТК РФ и в других случаях, установленных настоящим Кодексом и иными федеральными законами (п.14 ст.81 ТК РФ).

За неисполнение или ненадлежащее исполнение работниками своих служебных обязанностей и совершение проступков, порочащих честь прокурорского работника, руководители органов и организаций прокуратуры имеют право налагать на них дисциплинарные взыскания, в том числе в виде увольнения из органов прокуратуры (пункт 1 статьи 41.7 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации").

Согласно подпункту "в" пункта 1 статьи 43 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" служба в органах и учреждениях прокуратуры прекращается при увольнении прокурорского работника. Помимо оснований, предусмотренных законодательством Российской Федерации о труде, прокурорский работник может быть уволен в связи с выходом в отставку и по инициативе руководителя органа или организации прокуратуры, в частности в случае нарушения Присяги прокурора, а также совершения проступков, порочащих честь прокурорского работника.

Специфическая деятельность, которую осуществляют органы и учреждения прокуратуры, предопределяет и специальный правовой статус ее работников. Исходя из этого государство, регулируя государственную службу в органах и учреждениях прокуратуры, в том числе основания увольнения с этой службы, а также сроки претерпевания негативных последствий применения дисциплинарных взысканий, включая увольнение со службы за виновное поведение, может устанавливать в данной сфере особые правила.

Закрепляя за руководителем право увольнения прокурорского работника, законодатель предусмотрел такой порядок его реализации, который распространяется на всех прокурорских работников. Законность и обоснованность увольнения прокурорского работника за совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника, могут быть предметом судебной проверки. Суд при рассмотрении дела обязан выяснить все обстоятельства, в том числе дать оценку проступку прокурорского работника, оценить доказанность совершения сотрудником действий, порочащих честь сотрудника.

Обстоятельства нарушения прокурорским работником Присяги прокурора, совершения таким работником проступка, порочащего честь прокурорского работника, в том числе связанного с нарушением Кодекса этики прокурорского работника, подлежат установлению в ходе проведения служебной проверки в отношении прокурорского работника, основания и процедура проведения которой регламентированы Инструкцией о порядке проведения служебных проверок в отношении прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации, утвержденной приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 28 апреля 2016 г. N 255 (действовала на момент проведения служебной проверки и утверждения оспариваемого заключения) (далее – Инструкция).

Так, в соответствии с пунктом 2.1 названной Инструкции служебные проверки проводятся при наличии оснований полагать, что в действиях (бездействии) прокурорского работника имеются признаки дисциплинарного проступка, в том числе: совершения проступка, порочащего честь прокурорского работника, в том числе связанного с нарушением норм Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации; нарушения трудовой дисциплины.

Поводами к проведению служебных проверок являются, в том числе рапорт (докладная записка) руководителя органа (организации) прокуратуры (заместителя руководителя) или руководителя подразделения органа (организации) прокуратуры (пункт 2.3 Инструкции).

Решения о проведении служебных проверок принимают, в том числе прокуроры субъектов Российской Федерации, в отношении прокуроров городов, районов и приравненных к ним прокуроров (пункт 2.4 Инструкции).

Поручение о проведении служебной проверки оформляется в виде резолюции руководителя органа (организации) прокуратуры, имеющего право ее назначить, на документе (докладной записке, рапорте) о наличии оснований для ее проведения с обязательным проставлением даты, которая является началом служебной проверки (пункт 2.8.Инструкции).

Прокурорский работник, которому поручено проведение служебной проверки, имеет право: получать от прокурорского работника, в отношении которого проводится служебная проверка, письменные объяснения и иную информацию по вопросам, относящимся к предмету служебной проверки (в случае уклонения работника от явки для дачи письменного объяснения либо отказа от дачи письменного объяснения составляется акт, который приобщается к материалам служебной проверки); получать от прокурорских работников, федеральных государственных гражданских служащих, иных работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации, а также от граждан, которым могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, подлежащих установлению в ходе служебной проверки, письменные объяснения; истребовать необходимую информацию, документы, заключения из подразделений Генеральной прокуратуры Российской Федерации, иных органов и организаций прокуратуры Российской Федерации и знакомиться с документами и материалами, относящимися к предмету служебной проверки (пункт 3.1. Инструкции).

Прокурорский работник, которому поручено проведение служебной проверки, председатель комиссии по проведению служебной проверки обязан: уведомить под расписку прокурорского работника об организации и основаниях проведения в отношении его служебной проверки не позднее 2 рабочих дней со дня ее назначения, разъяснить его права и обязанности, а при отсутствии такой возможности по объективным причинам - направить уведомление заказным письмом по месту жительства прокурорского работника, в отношении которого назначена служебная проверка (пункт 3.2 Инструкции).

Прокурорский работник, в отношении которого проводится служебная проверка, имеет право: давать письменные объяснения с изложением своего мнения по основаниям проводимой служебной проверки (либо отказаться от дачи объяснений); знать об основаниях проведения в отношении его служебной проверки; представлять письменные заявления и другие документы по существу вопросов, подлежащих изучению в ходе проведения служебной проверки, которые приобщаются к материалам данной проверки; заявлять мотивированные отводы прокурорским работникам, которым поручено проведение служебной проверки и иное (пункт 3.3. Инструкции).

Служебная проверка должна быть завершена в срок, установленный руководителем, ее назначившим, но не позднее 15 рабочих дней со дня назначения служебной проверки (пункт 3.5 Инструкции).

По результатам служебной проверки составляется письменное заключение, которое подписывается прокурорским работником (членами комиссии), проводившим (проводившими) служебную проверку. Заключение по результатам служебной проверки утверждается руководителем, назначившим проведение служебной проверки (пункт 4.1 Инструкции).

Окончанием служебной проверки является дата утверждения заключения. Если последний день служебной проверки приходится на выходной либо нерабочий праздничный день, то днем окончания проверки считается следующий за ним рабочий день.

Не позднее 2 рабочих дней со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки прокурорскому работнику, в отношении которого проводилась служебная проверка, прокурорским работником, проводившим служебную проверку, вручается (а в случае отсутствия прокурорского работника на службе по уважительной причине - направляется заказным письмом) уведомление об окончании служебной проверки и ее результатах, где одновременно разъясняется порядок ознакомления с заключением и материалами служебной проверки. В случае невозможности письменно уведомить прокурорского работника об окончании служебной проверки либо его отказа от проставления подписи, свидетельствующей об ознакомлении с заключением проверки, составляется акт в произвольной форме. При этом факт отказа от подписания уведомления заверяется не менее чем тремя прокурорскими работниками (пункт 4.3. Инструкции).

Как следует из материалов гражданского дела, 01 августа 2019 года в прокуратуру г.Ноябрьск поступило обращение ФИО2, действующего в интересах ФИО1, в котором заявитель сообщил, что 11.06.2019 ФИО1 находилась дома по адресу: <адрес>, когда пришедшим к ней работником полиции была обязана явкой в прокуратуру г.Ноябрьск. При этом сотрудник полиции сообщил, что ФИО1 обвиняется в мошенничестве. 13.06.2019 придя в прокуратуру г.Ноябрьск ФИО1 беседовала с помощником прокурора ФИО4, который сообщил, что приобрел с торгов квартиру по адресу: <адрес>, находящуюся в совместной собственности ФИО1 и ее бывшего супруга и потому ей надо подписать договор по отчуждению принадлежащей ей доли. С указанного времени ФИО4 продолжал оказывать на нее давление с целью понуждения к подписанию договора путем многократных телефонных звонков и смс-сообщений. Заявитель утверждал, что таким образом помощник прокурора ФИО4 преследует корыстный интерес, используя свое служебное положение.

В рамках проверки поступившей жалобы, и.о.прокурора <адрес> ФИО3 02.08.2019 получены письменные объяснения от ФИО1 и ФИО11, которые пояснили, что 11.06.2019 в <адрес> приходил сотрудник полиции и сообщил, что ФИО1 вызывают в прокуратуру г.Ноябрьск поскольку обвиняют в мошенничестве (л.д.42-44, 45-46).

Указанное обращение адвоката было направлено прокурору ЯНАО в соответствии с Инструкцией о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в органах прокуратуры РФ (л.д.30).

Поручение о проведении служебной проверки в отношении ФИО4 оформлено 16 августа 2019 года (дата начала служебной проверки) в виде резолюции прокурора ЯНАО на поступившем из прокуратуры г.Ноябрьск письме. Поручение о проведении проверки поручено конкретному прокурорскому работнику ФИО8.

19 августа 2019 года ФИО4 письменно уведомлен об организации и основаниях проведения в отношении его служебной проверки. Согласно расписке от 19.08.2019 ФИО9 с уведомлением ознакомлен, права понятны, отводов не имеет (л.д.47,49).

В ходе проведения служебной проверки лицо, которому поручено проведение таковой в соответствии с пунктом 3.1 названной Инструкции направляло прокуратуру г.Ноябрьск запросы и поручения об истребовании информации (л.д.59,68).

В соответствии с пунктом 2.11 названной Инструкции при проведении служебной проверки должны быть полностью, объективно и всесторонне установлены: факт, дата, время, место, обстоятельства, мотивы совершения прокурорским работником проступка; вина прокурорского работника, а также степень вины каждого прокурорского работника в случае совершения проступка несколькими прокурорскими работниками; обстоятельства, причины и условия, способствовавшие совершению прокурорским работником проступка; характер и размер вреда (ущерба), причиненного прокурорским работником в результате совершения проступка; обстоятельства, послужившие основанием для рапорта прокурорского работника о проведении служебной проверки; деловые и личные качества прокурорского работника, в отношении которого проводится служебная проверка, иные данные, характеризующие его личность.

В письменных объяснения, отобранных в рамках служебной проверки 20.08.2019, ФИО4 пояснил, что в мае 2019 года им действительно приобретена указанная выше квартира по результатам торгов в рамках процедуры банкротства в отношении ФИО12. Для приобретения жилого помещения он занимал денежные средства и оформил кредит в банке. Однако в государственной регистрации права собственности ему было Росреестром отказано в связи с тем, что 1/2 доли в праве собственности на объект принадлежит ФИО1. Узнав, что в собственности ФИО1 имеется доля в праве собственности на <адрес>, он после работы заезжал по данному адресу, но в квартире ни кого не застал. 11.06.2019 в прокуратуре г.Ноябрьск он (ФИО4) встретил участкового уполномоченного ФИО13 и решил обратиться к нему с вопросом о том на чьем участке находится квартира. ФИО13 пояснил, что сотрудники обслуживающие данный участок находятся в отпуске. ФИО9 пояснил ФИО13, что не может найти ФИО1, с которой необходимо разрешить вопрос регистрации квартиры. ФИО13 сам вызвался посетить квартиру и ФИО9 попросил взять у ФИО1 номер телефона. Указания вызвать ФИО1 он (ФИО9) не давал, об обвинениях в мошенничестве не говорил. 13.06.2019 в служебный кабинет в прокуратуре г.Ноябрьск пришли ФИО2 и ФИО1, что явилось для него (ФИО9) неожиданностью и он предложил им встретиться на нейтральной территории. Но они настаивали на выяснении вопросов, поскольку работник полиции сообщил ФИО1, что ее разыскивает прокуратура города. Он (ФИО9) заверил, ФИО1, что работник полиции неверно представил информацию. Он (ФИО9) изложил им обстоятельства приобретения квартиры и разъяснил положения Пленума Верховного суда РФ. После чего предложил ФИО1 выполнить необходимые юридические действия, на что она и представитель согласились. При этом он (ФИО9) находился в форменном обмундировании, поскольку в указанный день осуществлял личный прием граждан и поддерживал государственное обвинение в суде. На следующий день он (ФИО9) записался на прием к нотариусу. Однако при телефонном разговоре ФИО1 сообщила, что все вопросы необходимо решать с ее представителем ФИО2, который в телефонном разговоре сообщил, что не видит оснований для отчуждения доли. В этой связи ФИО9 пришел к выводу о необходимости защиты своих прав в судебном порядке, потому направил смс-сообщения ФИО1 о необходимости явиться к нотариусу.

03 сентября 2019 ФИО4 были предоставлены письменные объяснения по обстоятельствам участия в торгах на приобретение квартиры, о рабочих отношениях с ФИО13, и режиме его работы 13.06.2019 (л.д.58).

Как следует из заключения по результатам служебной проверки, утвержденной 05.09.2019, ФИО4 вменяется нарушение трудовой дисциплины 13.06.2019, пунктов 1.3, 4.3 Кодекса этики прокурорского работника, совершения проступка, порочащего честь прокурорского работника, подрывающего авторитет органов прокуратуры.

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденного Приказом прокурора ЯНАО 10.03.2015 № (далее – Правила), трудовые отношения работников прокуратуры ЯНАО регулируются трудовым законодательством, Федеральным законом «О прокуратуре РФ», иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права, организационно-распорядительными документами Генерального прокурора РФ и прокурора ЯНАО.

Работодателем для прокурорских работников является прокуратура ЯНАО в лице прокурора ЯНАО либо первого заместителя прокурора в период временного исполнения обязанностей последнего.

В силу пункта 3.2. Правил работники обязаны, в том числе соблюдать служебную (трудовую) дисциплину, не покидать в рабочее время служебное помещение (здание) без разрешения руководителя. Кроме того, прокурорские работники обязаны соблюдать Присягу прокурора и не совершать проступков, порочащих честь прокурорского работника, соблюдать Кодекс этики прокурорского работника (л.д.211-216).

Согласно трудовому договору, заключенному между Прокуратурой ЯНАО в лице прокурора округа и ФИО4 10 мая 2012 года № 13, прокурорский работник принимается на федеральную государственную службу в органы прокуратуры ЯНАО на должность помощника прокурора г.Ноябрьск; он обязан соблюдать Конституцию РФ, Федеральные конституционные законы, Федеральный закон «О прокуратуре РФ», другие федеральные законы; не совершать проступков, порочащих честь прокурорского работника, соблюдать требования Кодекса этики прокурорского работника, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, трудовую дисциплину (л.д.217-218).

Как следует из графика приема граждан сотрудниками прокуратуры г.Ноябрьск, утвержденного прокурором г.Ноябрьск 25.04.2019, по четвергам с 09 часов до 12 часов 30 мин. прием осуществляется старшим помощником прокурора ФИО4 (л.д.72).

Согласно графику поддержания государственного обвинения по уголовным делам 13 июня 2019 года, участие ФИО4 в качестве государственного обвинителя было запланировано на 10 часов (л.д.73).

В ходе судебного заседания ФИО4 не отрицал, что 13.06.2019 он беседовал по личному вопросу с ФИО1 в своем служебном кабинете в рабочее время при форменном обмундировании, указывая на неформальность данной встречи и отсутствие каких либо последствий для последней.

Между тем, в ходе служебной проверки установлено, что переговоры с ФИО1 и ФИО2 13.06.2019 по вопросам неслужебного характера в которых ФИО4 прямо заинтересован были им организованны и проведены в рабочее время в помещение прокуратуры в своем служебном кабинете при наличии на ФИО4 форменного обмундирования.

Письменными объяснениями ФИО1, отобранными в рамках проверки обращения на действия прокурорского работника (л.д.42-44) подтверждаются обстоятельства встречи ФИО4 и ФИО1 13.06.2019.

Из заключения проверки и письменных объяснений самого истца данных им 20.08.2019 (л.д.51-55) следует, что последний разъяснил, явившимся 13.06.2019 ФИО1 и ФИО2 положения Пленума Верховного суда РФ об обязанности последних совершить юридически значимые действия в его интересах.

Тем самым, в ходе служебной проверки должностное лицо приходит к верному выводу о том, что ФИО4 нарушена трудовая дисциплина 13.06.2019 путем совершения описываемых выше действий.

Согласно пункт 1.3. Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации прокурорский работник в служебной и во внеслужебной деятельности обязан стремиться в любой ситуации сохранять личное достоинство и не совершать поступков, дающих основание сомневаться в его честности и порядочности.

Как гласит пункт 4.3. Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации во внеслужебной деятельности прокурорский работник не допускает использования своего служебного положения для оказания влияния на деятельность любых органов, организаций, должностных лиц, государственных служащих, граждан, других прокурорских работников при решении вопросов личного характера и получения преимуществ как для себя, так и в интересах иных лиц.

Выводы о нарушении ФИО4 п.п.1.3, 4.3. Кодекса этики прокурорского работника должностным лицом основаны на том, что 11 июня 2019 года в прокуратуре г.Ноябрьск встреча ФИО9 с участковым уполномоченным ФИО13 не носила случайный характер, как о том сообщает истец. Предварительно ФИО4 позвонил начальнику ОУУП и ПНД ОМВД России по г.Ноябрьск ФИО40 и договорился о прибытии в прокуратуру участкового уполномоченного для выполнения поручения, суть которого ФИО9 не уточнил. При этом ФИО1 и ФИО13 полагали, что поручение ФИО9 связано со служебной деятельностью. Участковые уполномоченный полиции ФИО13 прибыл в прокуратуру, выполняя указания своего непосредственного руководителя, и был направлен ФИО9 по месту предполагаемого жительства ФИО1. с поручением вызвать ее в прокуратуру. При этом, дату и время прибытия ФИО1 и номер служебного кабинета указал сам ФИО9 на бумажном листке, который ФИО13 в последующем передал ФИО1, что подтверждается имеющимися в материалах служебной проверки письменными объяснениями ФИО48) (л.д. 80-81, 82-84).

В судебном заседании опрошенный в качестве свидетеля ФИО13 пояснил, что в июне 2019 ему позвонил начальник ОУУП ОМВД по г.Ноябрьск ФИО1 и сообщил о необходимости помочь сотруднику прокуратуру. После чего он (свидетель) приехал в прокуратуру г.Ноябрьск, где встретил ФИО4. ФИО4 спросил не он ли обслуживает адрес: <адрес>. В ответ свидетель пояснил, что сейчас по рабочей необходимости данный участок обслуживает он (свидетель). После ФИО9 ему (свидетелю) сообщил, что необходимо проверить человека по адресу, и если застанет ФИО1 там, то дать номер телефона ФИО9 и взять номер телефона у нее. Также ФИО9 на бумажном листе указал, что ФИО1 необходимо явиться в прокуратуру. Свидетель пояснил, что ранее он ездил по повесткам ФИО9 в рамках дел об оскорблениях, и потому когда он (свидетель) выходил из кабинета ФИО9, то спросил в рамках чего необходимо вручить повестку. ФИО9 ответил про какие то махинации и мошенничество. Далее он (свидетель) поехал к ФИО1 и сообщил ей что необходимо явиться в прокуратуру г.Ноябрьск и передал ей бумажку на которой были записаны дата и время. При этом свидетель считал, что исполняет должностные обязанности по поручению работника прокуратуры.

Аналогичные пояснения были даны ФИО13 04 сентября 2019 года в рамках служебной проверки. Наличие разночтений с ранее данными им объяснениями – 20.08.2019 ФИО13 объяснил нежеланием указывать на своего непосредственного руководителя, который направил его к ФИО4.

С целью выяснения обстоятельств, имеющих значения для проведения служебной проверки, 04.09.2019, и.о.прокурора г.Ноябрьск был осуществлен телефонный звонок начальнику ОУУП и ПДН ОМВД России по г.Ноябрьск ФИО1 В ходе беседы ФИО1 сообщил, что в июне 2019 года ему на сотовый телефон позвонил сотрудник прокуратуры ФИО4, который спросил о том кто является участковым уполномоченным полиции дома по <адрес>. На вопрос о том, что необходимо сделать, ФИО9 ответил, что необходимо «то ли проверить проживание людей, то ли вручить повестку». После этого, ФИО1 созвонился с ФИО13 и поручил ему подъехать в прокуратуру г.Ноябрьск к Субботину для оказания помощи. ФИО1 пояснил, что на момент обращения ФИО9, ему не было известно о том, что ФИО9 решает свои личные вопросы (л.д.89).

В судебном заседании опрошенный в качестве свидетеля ФИО1., подтвердил суду, что 04 сентября 2019 года между ним и и.о.прокурора ФИО3 действительно состоялся описываемый телефонный разговор.

Кроме того, об обстоятельствах нарушения пункта 1.3 Кодекса этики прокурорского работника свидетельствуют последующие действия ФИО9, в частности как установлено в ходе служебной проверки, при рассмотрении данного дела и подтверждено свидетелем ФИО13, истец звонил ФИО13 сообщить о том, что поступила жалоба от ФИО1, а в здании прокуратуры состоялась встреча между ФИО13 и ФИО9, в ходе которой последний узнал подробное содержание письменных объяснений данных участковым заместителю прокурора 20.08.2019. При этом, письменные объяснения данные ФИО9 20.08.2019 по своему содержанию схожи с объяснениями ФИО13, в части указания на случайных характер встречи в здании прокуратуры, при этом ни один из них не указывал на то, что именно ФИО1. направил участкового по поручению ФИО9 в прокуратуру.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что заключение служебной проверки в части нарушения ФИО4 п.1.3, 4.3 Кодекса этики прокурорского работника и соответственно пунктов 5, 8, 13 ч.1 ст. 18 Федерального закона от 27.07.2004 N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" являются обоснованными и установленными в ходе служебной проверки.

Доводы истца о нарушении порядка проведения служебного расследования, своего подтверждения не нашли по изложенным ранее основаниям.

Тот факт, что проведение служебной проверки было окончено 05 сентября 2019 года, то есть с пропуском 15-ти дневного срока, не могут повлиять на законность заключения служебной проверки. При этом, доказательства, дающие основания полагать, что служебная проверка проводилась в иные временные промежутки, в материалах дела отсутствуют.

Оценивая доводы стороны истца о том, что нарушены его права путем не направления заключения о результатах служебной проверки суд учитывает, что положения пункта 7.12 Регламента прокуратуры ЯНАО, на которые истец ссылается, не применимы к рассматриваемому спору, так как глава 7 Регламента регулирует проверку исполнительской дисциплины.

Тогда как Инструкция о порядке проведения служебных проверок в отношении прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации", утвержденная Приказом Генпрокуратуры России от 28.04.2016 N 255, указывает на необходимость направления работнику уведомления о результатах служебной проверки.

Как следует из материалов дела, уведомление о завершении служебной проверки в отношении ФИО4 направлено в адрес последнего 10 сентября 2019 года заказным письмом (л.д. 106-107).

Из пояснений стороны ответчика следует, что прокуратурой ЯНАО указанное уведомление направлено также на официальный электронный адрес прокуратуры г.Ноябрьск для вручения ФИО4, что подтверждается скриншотом почтового отправления по состоянию на 08час.04мин. 09.09.2019 (л.д.152).

В судебном заседании в качестве свидетеля опрошен заместитель прокурора г.Ноябрьск ФИО3, который сообщил, что 09 сентября 2019 года в 11 час.40 мин., получив от специалиста уведомление о результатах служебной проверки в отношении ФИО4, он (свидетель) проследовал в кабинет ФИО4 и спросил будет ли он (ФИО4) знакомится с уведомлением. Из пояснений данных свидетелем следует, что ФИО4 отказался от ознакомления с уведомлением о результатах служебной проверки. ФИО4 сообщил о своем плохом самочувствие, и уехал домой. Свидетель также пояснил, что прежде чем предложить ознакомиться с уведомление, он (свидетель) предположил, что ФИО4 скорее всего уже известно о результатах проверки. К указанным выводам свидетель пришел так как у сотрудников прокуратуры города Ноябрьск зачастую имеются доступы к электронной почте прокуратуры.

Поскольку Инструкцией предусмотрено, что именно лицо, проводившее проверку, обязано вручить и составить акт об отказе прокурорского работника от получения уведомления о результатах служебной проверки, и поскольку ФИО3 таковым лицом не является, им был составлен акт от 09.09.2019 произвольной формы (л.д.221 оборот).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Поскольку, для решения вопроса о законности увольнения истца со службы в органах прокуратуры по пп. «в» ч. 1 ст. 43 Федерального закона «О прокуратуре РФ» юридически значимым, подлежащим выяснению и доказыванию с учетом содержания спорных правоотношений сторон, является установление факта совершения ФИО4 проступков, порочащих честь прокурорского работника, суд полагает, что обстоятельства, установленные служебной проверкой, нашли свое подтверждение в суде.

Установлено, что ФИО4, используя свое служебное положение при решении вопросов личного характера, обратился к начальнику ОУУП и ПНД ОМВД России по г.Ноябрьск для оказания помощи и направления к нему участкового уполномоченного, которого в последующем направил по адресу месту жительства ФИО1 с поручением вызвать последнюю в прокуратуру г.Ноябрьск; он же проводил беседу неслужебного характера с ФИО1, ее адвокатом в своем служебном кабинете в рабочее время при наличии форменного обмундирования; и он же принимал меры к возможному сокрытию своего проступка путем выяснения у участкового уполномоченного полиции содержание письменных объяснений последнего.

Безусловно, такие действия ставят под сомнение добросовестное исполнение прокурорским работником своих служебных обязанностей, требуемое согласно подп. 8 п. 1 ст. 18 Закона N 79-ФЗ, в том числе не совершать поступки, порочащие честь прокурорского работника.

В части 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Пункт 7 статьи 41.7 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации" также предусматривает, что дисциплинарное взыскание не может быть наложено во время болезни работника либо в период его пребывания в отпуске.

Порядок применения работодателем дисциплинарных взысканий к работнику регламентирован статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Аналогичные положения содержатся в ст. 41.7 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации».

При этом согласно Инструкции днем обнаружения проступка, с которого начинается исчисление месячного срока, считается день, когда руководителю, которому по службе подчинен прокурорский работник, стало известно о совершении им проступка.

В рассматриваемом случае основанием для вынесения приказа «Об освобождении от должности и увольнении» от 09.09.2019 №-к является заключение служебной проверки, дата утверждения которого является днем обнаружения проступка. В рамках проверки у истца были испрошены письменные объяснения.

В виду территориальной отдаленности места расположения прокуратуры ЯНАО, 09.09.2019 оспариваемый приказ направлен ответчиком на адрес электронной почты прокуратуры г.Ноябрьск и.о.прокурора г.Ноябрьск ФИО3. для последующего вручения ФИО4 (л.д.222 оборот).

Оценивая доводы стороны истца о том, что оспариваемый приказ является незаконным, поскольку увольнение произведено в день нахождения истца на листе нетрудоспособности, суд учитывает следующее.

Как следует из материалов дела, 09 сентября 2019 года ФИО4 приступил к исполнению своих служебных обязанностей, осуществлял государственное обвинение при рассмотрении уголовных дел Ноябрьским городским судом (л.д.100, 145).

Из пояснений истца и свидетеля ФИО3 следует, что к 12 часам дня ФИО4 покинул здание прокуратуры г.Ноябрьск в связи с плохим самочувствием.

В 13 часов 43 минуты ФИО4 направил смс-сообщение и.о. прокурора г.Ноябрьск ФИО3 следующего содержания: «скорая приезжала, дали справку. Жду терапевта. По больничному через пол часа».

Из пояснений свидетеля ФИО3 следует, что после указанного смс-сообщения, он (свидетель) предпринимал попытки дозвониться до ФИО4, отправлял смс-сообщения, а также ездил по адресу места его проживания. Однако принятые меры к уведомлению о вынесении приказа об увольнении являлись безуспешными.

Оснований сомневаться в пояснениях данного свидетеля у суда не имеется, поскольку последний предупрежден судом об ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Доводы истца о заинтересованности данного свидетеля не могут быть признаны обоснованными.

Из письменных пояснений фельдшера ФИО18 следует, что 09.09.2019 в 12-42 регистратором поликлиники был принят вызов с .... На вызов фельдшер выехала около 14-10 часов. После сбора анамнеза, осмотра пациента ФИО4, ... пациент был нетрудоспособен. В базу данных вызов был оформлен около 15 часов 25 минут и в 15 часов 45 минут был открыт больничный лист с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем как следует из материалов дела об указанных выше обстоятельствах и об обстоятельствах открытия истцу листка нетрудоспособности № (л.д.17) ответчику не могло быть известно на момент вынесения оспариваемого приказа.

Из материалов дела и пояснений стороны ответчика следует, что указанный больничный лист направлен истцом в адрес Прокуратуры ЯНАО заказным письмом 13 сентября 2019 года и получено ими только 20 сентября 2019 года. 09 сентября 2019 года прокурорским работником в адрес прокуратуры ЯНАО заказным письмом направлена справка о вызове скорой помощи и уведомление о нахождение на листке нетрудоспособности.

Согласно данным АИК «Надзор» приказ прокурора ЯНАО об освобождении от должности и увольнении ФИО4 зарегистрирован главным специалистом прокуратуры ЯНАО 09.09.2019 за №-к в период с 14 час. 47 мин. до 14 час. 48 мин. (л.д. 237).

Таким образом, учитывая требования закона о соблюдение работником общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, суд приходит к выводу о том, что ответчик на момент издания приказа 09.09.2019 года не знал и не мог знать о нахождении истца на листке нетрудоспособности; до своего увольнения истец в установленном порядке не ставил работодателя в известность о болезни, не представлял документы, подтверждающие освобождение от выполнения трудовых обязанностей до увольнения, а работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Справка станции скорой медицинской помощи, направленная на адрес электронной почты ответчика 09.09.2019 (л.д.16,19) не является документом, свидетельствующим о нетрудоспособности работника, что следует из содержания самой справки.

Вопреки доводам истца, листок нетрудоспособности выдается гражданину медицинской организацией по его желанию в день обращения либо в день закрытия листка нетрудоспособности (Приказ Минздравсоцразвития России от 29.06.2011 N 624н (ред. от 10.06.2019) "Об утверждении Порядка выдачи листков нетрудоспособности".

Необоснованной является ссылка стороны истца на надлежащее исполнение работником распоряжения Прокуратуры ЯНАО от 26.05.2011 № 4 (л.д.210), поскольку указанный акт возлагает на работников прокуратуры обязанность сообщать о периодах временной нетрудоспособности с целью исключения нарушений порядка и сроков исполнения приказов и распоряжений прокурора округа, связанных с командированием работников.

Учитывая, что ФИО4 по своему правовому статусу был не вправе совершать установленные в ходе служебной проверки проступки, порочащие профессиональную честь прокурорского работника, как лица, осуществляющего в силу своих полномочий надзор за соблюдением законности иными лицами, суд приходит к выводу о том, что у ответчика имелись достаточные основания для применения к истцу самой строгой меры дисциплинарной ответственности в виде увольнения, поскольку допущенные истцом нарушения являются нарушением требований Кодекса этики прокурорского работника РФ, положений Федерального закона «О государственной гражданской службе РФ», что несовместимо с дальнейшим пребыванием истца на службе в органах прокуратуры, учитывая повышенные требования, предъявляемые к данной категории работников.

Вопреки доводам стороны истца, при избрании меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения прокурором ЯНАО приняты во внимание стаж и опыт работы ФИО4, а также тяжесть и характер совершенного им проступка и обстоятельства его совершения.

Поскольку порядок и сроки наложения дисциплинарного взыскания на сотрудника органов прокуратуры, установленные законом о труде, Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», при увольнении ФИО4 по пункту «в» части 1 статьи 43 названного закона соблюдены, с учетом изложенного, оснований для удовлетворения иска судом в части отмены приказа «Об освобождении от должности и увольнении», восстановлении на службе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, предоставлении отпуска, не установлено.

В силу положений ст. 140 ТК Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Учитывая положения ст. 236 ТК Российской Федерации о том, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно, суд приходит к выводу об удовлетворении требований о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты расчета при увольнении.

Как следует из расчетного листа (л.д. 223 оборот) на 09 сентября 2019 года к выплате ФИО4 подлежала сумма 388742,71 рубля. Соответственно денежная компенсация составляет 362,82 рубля (388742,71 * 7% * 1/150*2).

При отсутствии возможности выйти за пределы заявленных к рассмотрению требований в силу положений ст. 196 ГПК РФ, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию в размере 320 рублей 89 коп..

Согласно ст. 237 ТК Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено, что причинение морального вреда возникло, в том числе из неправомерных действий ответчика по невыплате в срок расчета при увольнении, требования о компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению в размере 200 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО4 к Прокуратуре Ямало-Ненецкого автономного округа о признании незаконными заключения по результатам служебной проверки и приказа «Об освобождении от должности и увольнении», о восстановлении на службе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании денежной компенсации, компенсации морального вреда, предоставлении ежегодного отпуска, - удовлетворить в части.

Взыскать с прокуратуры Ямало-Ненецкого автономного округа в пользу ФИО4 денежную компенсацию в размере 320 рублей 89 копеек, компенсацию морального вреда 200 рублей, всего взыскать 520 (пятьсот двадцать ) рублей 89 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня, следующего за днем принятия решения в окончательной форме через Ноябрьский городской суд.

Председательствующий судья: