Решение № 2-125/2023 2-18/2024 2-18/2024(2-125/2023;2-3282/2022;)~М-2657/2022 2-3282/2022 М-2657/2022 от 10 марта 2024 г. по делу № 2-125/2023

УИД 68RS0№-93 Дело № (2-125/2023; 2-3282/2022)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2024 г. <адрес>

Октябрьский районный суд <адрес> в составе судьи Нишуковой Е.Ю., при секретаре ФИО3,

с участием сторон и их представителей по доверенности ФИО4 и ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, указав, что в ноябре 2021 года между нею и ответчиком была достигнута устная договоренность на проведение ремонтных работ в её квартире по адресу: <адрес>А, <адрес>. За ремонтные работы она заплатила ему в общей сложности 270 000 рублей. Однако впоследствии установила, что работы были выполнены некачественно, без соблюдения соответствующих технологий. С целью определения соответствия выполненных ремонтных работ строительным нормам и правилам она обратилась в АНО «Бюро судебной экспертизы, оценки и исследований». По результатам исследования было дано заключение о том, что качество ремонтных работ не соответствует требованиям строительных норм и правил, выявленные несоответствия влияют на использование отделки помещений квартиры по назначению, на ее долговечность; дефекты являются значительными и неустранимыми; стоимость устранения выявленных дефектов, с учетом демонтажа и восстановительных строительно-монтажных работ, составляет 626 967,73 рублей. При проведении работ ответчиком были использованы материалы, приобретенные за её средства, которые по итогам выполненных работ пришли в негодность. В адрес ответчика была направлена досудебная претензия о возмещении причиненного ущерба в сумме 792 567 рублей, состоящего из: демонтажных и восстановительных работ – 626 968 рублей, стоимости поврежденного материала – 105 599 рублей, а также расходов за проведение экспертизы – 60 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ ответчик дал ответ на претензию, в котором фактически признал наличие с ней договорных отношений, факт выполнения работ с подсобными рабочими (бригадной работы), а также наличия дефектов и недостатков в проведенных ремонтных работах. Ссылаясь на нарушение своих прав как потребителя, первоначально просила суд взыскать с ФИО2 сумму материального ущерба в размере 792 567 рублей, неустойку в сумме 207 432 рубля, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, штраф.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель истца по доверенности ФИО4, с согласия самой ФИО1, изменила размер исковых требований, просила суд взыскать с ФИО2: стоимость устранения выявленных недостатков – 602 638 рублей; стоимость пришедшего в негодность строительного и отделочного материала - 323 488 рублей; неустойку - 13 873 рубля (с целью ограничения общей цены исковых требований одним миллионом рублей); стоимость проведения досудебной строительно-технической экспертизы - 60 000 рублей; компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей; штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50 % от присужденной суммы.

Вместе с тем, в последнем судебном заседании представитель истца в части неустойки уточнила, что изначально они ограничивали размер неустойки с целью непревышения общей суммы требований 1 000000 рублей (чтобы не платить государственную пошлину). Но, если по основному требованию суд придет к выводу о взыскании только одной части из тех сумм, которые ими заявлены, то они просят взыскать сумму неустойку в размере, недостающем до 1 000000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала свои требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснила, что раньше она знала ФИО2, 25 лет назад он делал для неё определенные работы. У неё был его номер телефона, поэтому она позвонила ему и спросила, может ли он сделать в её квартире ремонт? Он сказал, что сможет сделать ремонт «под ключ». Договоренность о ремонте была устной. Она заключала устное соглашение только с ФИО2. Он один приходил делать замеры, и она с ним обговаривала все суммы. Договаривались они в ноябре 2021 года, а ДД.ММ.ГГГГ он приступил к работе. С ним пришли еще два человека, в том числе ФИО7. Раньше она никогда его не видела. ФИО2 как бригадир заявил, что эти люди работают с ним. На Авито он размещал объявления о том, что ищет людей для производства ремонтных работ. Еженедельно она отдавала ему деньги наличными, присутствовал ФИО7 Сначала она отдала ему 175 000 рублей. Но, когда поняла, что ремонт «стоит» на месте, начала задавать вопросы. ФИО2 прекратил осуществлять работы в марте 2022 года, передав ей во дворе дома ключи от квартиры. После этого она не производила в квартире никаких работ, а ДД.ММ.ГГГГ провела досудебное экспертное исследование. Пояснила, что натяжные потолки делала фирма. Но ФИО2 испортил их при производстве работ. Двери - мало того, что испорчены, они еще и не закрываются. Она не рассматривает вариант их покраски, ей такое не подходит. Она заплатила за установку каждой двери по 4 000 рублей. Когда достигалась договоренность о производстве работ «под ключ», то предполагалось, что будет произведено выравнивание стен. Настаивала на том, чтобы суд учел заключение первой судебной экспертизы.

Представитель истца по доверенности ФИО4 в судебном заседании поддержала позицию своей доверительницы, пояснив, что их требования, предъявленные непосредственно к ФИО2, подтверждаются его пояснениями сотруднику полиции, в которых он подтверждал, что является бригадиром, и денежные средства передавались только ему. ФИО7 также это пояснял. Кроме того, на момент, когда в квартире ФИО1 выполнялись ремонтные работы, ФИО2 ремонтировал еще и другие объекты. Об этом есть его пояснения из полиции. Кроме того, через «Телеграм» они вбили в бот номер телефона ФИО2 (№), и там выскочили на Авито все объявления, которые он давал. На протяжении нескольких лет им подавались объявления как от бригадира на оказание строительных услуг. Она представили суду соответствующие отчеты. Ответчиком произведена некачественная работа, и истец просит возвратить ей стоимость испорченных материалов, сколько будет стоить демонтаж и новые работы, мы ссылаемся, что произведена некачественная работа. Так же стоимость иска включена стоимость проведенной экспертизы, моральный вред и неустойка, которую мы снизили. Они с ответчиком договорились изначально на 300 000 рублей, а заплатила 270 000 рублей.

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признал, пояснив, что он не занимается предпринимательской деятельностью по осуществлению ремонтных работ. Он имеет постоянное место работы, в подтверждение чего представил копию трудовой книжки. В квартире ФИО1 он выполнял только часть работ, поэтому ответственность, по его мнению, должен нести, в том числе ФИО7, который вместе с ним делал ремонт. Полагал, что часть обнаруженных повреждений возникла после того, как работы были прекращены. На уточняющие вопросы ответил, что ФИО1 действительно заплатила 270 000 рублей. Эти деньги были разделены между всеми, кто делал ремонт. ФИО1 позвонила ему и сказала, что нужно сделать ремонт в её квартире. Он сказал, что не умеет. Она попросила его найти для неё рабочих. Ему стало её жалко, он давно её знает, поэтому нашел для нее рабочих по объявлению. Сам он выполнял в её квартире работу плотника на балконе, полы, ламинат клал, двери устанавливал. Считает, что в его работе нет недостатков. Не признавая исковые требования в полном объеме, настаивал при этом на результатах последней судебной экспертизы.

В судебном заседании представитель ФИО2 по доверенности ФИО8 поддержал позицию своего доверителя, озвучив доводы, изложенные в письменных возражениях. В возражениях указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства выполнения ФИО2 всех работ, вследствие чего установить вину ответчика в причинении ущерба истцу невозможно. Тогда как обязанность доказывания того, что ответчик является лицом, от действий которого возник ущерб, лежит на истце (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25).

Полагает, что истец не доказала причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и возникшими у неё убытками. Согласно сложившейся судебной практике прямая (непосредственная) причинно-следственная связь существует тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. В данном случае подобные обстоятельства имеются - выполнение работ по устройству натяжного потолка сторонними лицами, выполнение работ по устройству стяжки на полу и оштукатуриванию стен, по монтажу конструкций ПВХ окон и ПВХ дверей застройщиком.

Указал, что ФИО2 выполнил в квартире истца следующие работы: в кухне - монтаж двери (2 500 руб.), монтаж дверных откосов (1 500 руб.), установка откосов окна и балконной двери (1 500 руб.), демонтаж-монтаж левого откоса для укладки провода (750 руб.), установка двух подоконников (1 000 руб.), установка откосов внутри балкона на окна и двери (3 000 руб.); в комнате: укладка ламината (5 000 руб. (250 руб./кв. м, 20 кв.м), установка откосов на окно и дверь (1 500 руб.), поднятие ламината на 6 этаж (1 000 руб.). На балконе: демонтаж штукатурки (2 000 руб.), нарезание стекловаты (2 000 руб.), измельчение штукатурки и перенос её в подвал (500 руб.), нарезание пятаков (500 руб.), перенос стекловаты из квартиры на улицу, погрузка в газель, выгрузка в гараж на <адрес> (4 000 руб.), поездки на автомобиле за материалами вместе с истцом (3 раза - 1 500 руб.); пропитка досок и брусков антисептиком (1 000 руб.), крепление пола на балконе (2 250 руб. (9 кв.м по 250 руб./кв.м), укладка стекловаты (900 руб. (15 см толщина, 9 кв.м), настил ОСБ-плит на пол балкона (1 800 руб. (200 руб./кв. м, 9 кв.м), подъём подоконника на 6 этаж (300 руб.), изготовление крепления и установка подоконника 7 м - 3 500 руб. (500 руб./м), изготовление каркаса на стены балкона и крепление МДФ к каркасу (24 000 руб. (300 и 500 руб./кв.м, 30 кв.м), подъём МДФ на 6 этаж (1 000 руб.), установка углов (4 000 руб. (180 руб./м, 23 м), утепление стен на балконе пенополистиролом (4 500 руб. (150 руб./кв.м, 30 кв.м), подъём пенополистирола на 6 этаж (500 руб.), демонтаж правой и передней стенок для просверливания отверстий под кондиционер (900 руб.), монтаж стены, утепление МДФ, уголки (3 200 руб. (900руб./кв.м, 3,6 кв.м), фугование досок, брусков (1 000 руб.), вынос строительного мусора (500 руб./день), перенос штукатурного раствора от демонтажа стекловаты на балконе в подвал (600 руб.), укладка ламината (2 250 руб. (250 руб./кв.м, 9 кв.м), крепление плинтуса (2 175 руб.). В коридоре: выпиливание стены, удаление проёма - 1 500 руб., измельчение пеноблока, перенос его и штукатурки в подвал - 3 000 руб., установка входной двери - 2 500 руб., демонтаж старой двери - 500 руб., установка откосов на двери - 3 000 руб.

Общая стоимость вышеперечисленных работ составила 93 125 рублей. Никаких других работ ответчик ФИО2 в квартире истца не выполнял.

Поэтому его ответственность должна ограничиваться стоимостью устранения недостатков только в выполненной им работе. При этом следует учесть, что в выполнении работ принимало участие несколько человек: ФИО2 и ФИО7 со своим товарищем. Устройство натяжных потолков осуществлял неизвестный человек, по договорённости с истцом. Поэтому считает, что в силу статей 321, 707 ГК РФ, учитывая, что предмет спора является делимым, то каждый из названных лиц должен нести перед заказчиком ответственность в пределах своей доли.

Кроме того, ссылаясь на положения абзаца 2 пункта 2 статьи 393 ГК РФ, возражает против взыскания ущерба свыше 105 599 руб. (стоимости приобретённого истцом материала) и 270 000 рублей (стоимости выполненных работ), всего - 385 599 руб. (данная позиция подтверждается Определением Верховного Суда РФ от 21.08.2019 г. № 307-ЭС19-590 (дело № А56-88551/2017).

Отмечает, что ответчик не предоставлял ФИО1 гарантий на выполняемые работы, соответственно, гарантийного срока в этом случае нет. Тогда как в силу пункта 4 статьи 29 Закона РФ от 7.02.1992 г. N 2300-1 исполнитель отвечает за недостатки работы (услуги), на которую не установлен гарантийный срок, только если потребитель докажет, что они возникли до ее принятия им или по причинам, возникшим до этого момента. Ничего из вышеперечисленного истец не доказала. Поэтому иск не подлежит удовлетворению.

Поскольку между сторонами произошел скандал, то он ответчик не смог завершить работы в квартире истца; она закрыла ему доступ в квартиру. В такой ситуации частью 1 статьи 404 ГК РФ предусмотрено, что если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, то суд уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Полагает, что к данному спору неприменимы нормы Закона о защите прав потребителей, поскольку ФИО2 не зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и предпринимательскую деятельность не осуществляет. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. В сентябре 2023 года ФИО2 сдал в ИФНС России по <адрес> налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ и оплатил как физическое лицо налог 12 106 руб. с полученного дохода в сумме 93 125 руб. Поэтому полагает, что к правоотношениям сторон следует применять нормы законодательства о подряде (в связи с этим ссылается на Определение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ22-9-К5). В связи с этим они возражают против взыскания неустойки и штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей. В части штрафа возражают ещё и потому, истец не предоставила истцу возможности устранить недостатки в добровольном порядке. Но в случае взыскания неустойки и штрафа просит применить статью 333 ГК РФ и снизить размер штрафа и неустойки в связи с явной несоразмерностью последствиям нарушения обязательства.

Возражает также против компенсации морального вреда, поскольку в силу пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. В данном случае вина ответчика в некачественном выполнении всех работ в квартире ФИО1 отсутствует. Физические либо нравственные страдания, факт их причинения, размер заявленной компенсации истцом не доказаны в нарушение статьи 56 ГПК РФ.

В судебном заседании третье лицо ФИО7 не выразил конкретной позиции по требованиям ФИО1, пояснив, что познакомился с ФИО2 по объявлению на Авито, в котором тот искал рабочих для ремонтных работ. Он (ФИО7) нашел ФИО2 как работодателя, и тот озвучивал ему суммы, которые будет ему выплачивать. До того, как он позвал его ремонтировать квартиру ФИО1, они проработали вместе около полугода, на другом объекте. Потом он сказал, что они будут делать ремонт в квартире ФИО1. Он был как бригадир, а они - рабочие. Он обо всём сам договаривался - и о финансах, и об объемах работы. Он (ФИО7) никогда не готовил сметные расчеты, его это не касалось. ФИО2 принимал его работу и платил ему заработную плату. Истец один раз передавала ему 20 000 рублей, чтобы он отдал их ФИО2. В остальном - она всегда рассчитывалась с ФИО2. Во время работ на этом объекте (квартира истца) ФИО2 делал работы и на другом объекте. Он (ФИО7) - не многопрофильный специалист; он делал в квартире истицы внутреннюю отделку – клеил обои, шпаклевал стены, частично – ламинат клал. Перед тем, как класть ламинат, они сделали «наливной» пол, всё прогрунтовали, уложили подложку. На балконе они делали каркас, всё утепляли. Укладывали МДФ-панели и пол. Потолки были подвесные, он делал каркас из профиля. Подшивался гипсоскартон, который потом шпаклевался, грунтовался. Частично плитку клал он, частично другие ребята. Туда приходили и другие ребята по объявлениям; еще четыре человека – это точно (Саша, Антон, Максим и еще один Максим). Всё делалось совместно. Общим итогом работ в квартире истца должен был быть сдать её «под ключ»: пол, стены, потолки, всё, кроме мебели. И в итоге этого не было выполнено той по причине, что ФИО1 не устраивал результат работ, которые были сделаны. Первоначально главной претензией были двери. В общем, начались разногласия, и они ушли с объекта. После этого он прекратил общение с ФИО2.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на праве собственности принадлежит жилое помещение - квартира по адресу: <адрес>А, <адрес> (выписка из ЕГРН - т. 1 л.д. 28-32).

Судом установлено, и не оспаривалось ответчиком, что в ноябре 2021 года ФИО1 заключила с ним устный договор на выполнение ремонтно-отделочных работ в квартире по вышеназванному адресу.

В дальнейшем ФИО1 отказалась от исполнения договора подряда, заключенного с ФИО2, ссылаясь на некачественное выполнение им работ. После чего - ДД.ММ.ГГГГ направила в его адрес претензию с требованием возместить причиненный ей ущерб, связанный с необходимостью устранения недостатков в его работе, согласно экспертному заключению АНО «Бюро судебной экспертизы, оценки и исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 135-136).

В ответ на данную претензию ФИО2 направил ФИО1 ответ, в которой, ссылаясь на статьи 420, 421 ГК РФ, подтвердил, что между ним и ФИО1 была достигнута устная договоренность о проведении ремонтных работ в вышеуказанном помещении; что строительные и отделочные материалы приобретались и доставлялись на объект силами и средствами заказчика (ФИО1). Вместе с тем, он настаивал на том, что должен был выполнить только часть работ (перечислил их в ответе), и согласно достигнутым договоренностям выполнял свои обязательства. На протяжении двух месяцев выполнения работ со стороны заказчика поступали замечания, которые незамедлительно им устранялись. Иных замечаний об устранении некачественно выполненных работах, до того момента, как у него забрали ключи и потребовали покинуть помещение, со стороны заказчика не поступало. По мере выполнения работ ФИО1 осуществляла платежи после приемки каждого этапа работ. Таким образом, производя оплату, ФИО1 подтверждала факт их принятия без замечаний. До настоящего времени требований об устранении замечаний по выполненным работам и доведении до конца начатых работ в его адрес не поступало. Посчитал, что претензия ФИО1 - необоснованна и не содержит вариантов по устранению выявленных недостатков. В экспертном заключении поставлены некорректные вопросы ввиду того, что работы на объекте не были завершены, а эксперт оценивает данные работы как завершенные. Далее ссылается на статью 737 ГК РФ и указывает, что заказчик вправе потребовать безвозмездного повторного выполнения работы; в случае обнаружения существенных недостатков результата работы заказчик вправе предъявить подрядчику требование о безвозмездном устранении таких недостатков, если докажет, что они возникли до принятия результата работы заказчиком или по причинам, возникшим до этого момента (т. 1 л.д. 137-140).

Статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу и т.п., а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В соответствии со статьёй 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с пунктом 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 714 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик несет ответственность за несохранность предоставленного заказчиком материала, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, оказавшегося во владении подрядчика в связи с исполнением договора подряда.

В силу пункта 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Обратившись в суд с требованиями к ФИО2, истец основывала их, в том числе на Законе РФ "О защите прав потребителей".

Из преамбулы к Закону РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» следует, что он регулирует отношения, возникающие между потребителями и, в том числе - исполнителями при выполнении работ, оказании услуг; устанавливает права потребителей на приобретение работ надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей, получение информации о работах, услугах и об их исполнителях, а также определяет механизм реализации этих прав.

При этом потребитель - это гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий работы (услуги), исключительно для семейных, личных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а исполнитель - это организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы

или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В силу пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 23 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым настоящего пункта (пункт 1). Гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что применительно к пункту 4 статьи 23 ГК РФ - к таким сделкам, заключаемым гражданином, суд применяет законодательство о защите право потребителей.

Из приведенных положений закона и разъяснений по их применению следует, что само по себе отсутствие у гражданина, занимающегося предпринимательской деятельностью с нарушением требований, установленных пунктом 1 статьи 23 ГК РФ (без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя), не исключает применения в отношении заключенных с ним сделок законодательства о защите прав потребителей.

В связи с этим истец и её представитель представили суду отчет из Telegram bot с привязкой к номеру телефона <***> (использование данного номера ФИО2 подтвердил в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ), в которой имеются объявления, которые ответчик официально размещал: от 26.08.2017 г., 14.12.2017 г., 9.02.2018 г., 24.03.2018 г., 13.05.2019 г., 12.09.2020 г. (т. 3 л.д. 125).

В этих объявлениях он указывал, что требуется работник с обязательным опытом работы (обсуждение зарплаты - при встрече) в бригаду с наработанной базой клиентов (это описание работодателя), которая занимается строительством домов под ключ. Указывал, что бригада выполняет любые строительные работы, начиная от планировки, заканчивая ремонтом под ключ; стаж в данной индустрии - выше 10 лет.

То есть на протяжении нескольких лет ФИО2 подавал объявления, фактически рекламируя себя как лицо, выполняющее любые строительные работы, и имеющее большой опыт работы в этой сфере. И для этих целей он подыскивал дополнительных работников. Представляется очевидным, что данные работы ФИО2 выполнял на возмездной основе.

Факт размещения таких объявлений ФИО2 ничем не опроверг, и каких-либо ходатайств в этой части не заявлял.

Содержание указанных объявлений согласуется с пояснениями в судебном заседании ФИО7 о том, что с ФИО2 он начал работать, прочитав одно из таких объявлений; ФИО2 платил ему зарплату. И до того, как они приступили к отделочным работам в квартире ФИО1, они с ним работали на протяжении полугода.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО2 производил отделочно-ремонтные работы на постоянной основе, и это являлось его постоянным источником доходов. И, учитывая, что для ФИО1 он также выполнял эти работы на возмездной основе, следует считать, что эта работа не носила разового характера, а являлась ничем иным, как осуществление предпринимательской деятельности.

Наличие у ФИО2 постоянного места работы (в подтверждение чего он представлял копию трудовой книжки) на данный вывод не влияет, поскольку он работает не пятидневную рабочую неделю с восьмичасовым рабочим днем (о чем он сам пояснил в судебном заседании).

Иных доказательств в опровержение довода об осуществлении предпринимательской деятельности ФИО2 в судебном заседании не представил.

Таким образом, несмотря на то, что ФИО2 не регистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, и работы в квартире ФИО1 выполнял для удовлетворения её личных потребностей, суд приходит к выводу о том, что на возникшие правоотношения распространяются положения Закона о защите прав потребителей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб),

В пунктах 11, пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

В состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Как следует из разъяснений в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 14 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, подтверждающие, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер.

В соответствии со статьей 29 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя (пункт 1).

Требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), могут быть предъявлены при принятии выполненной работы (оказанной услуги) или в ходе выполнения работы (оказания услуги) либо, если невозможно обнаружить недостатки при принятии выполненной работы (оказанной услуги), в течение сроков, установленных настоящим пунктом.

Потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе (пункт 3).

В силу разъяснений в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", бремя доказывания обстоятельств, освобождающих исполнителя от ответственности за исполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе).

Судом установлено, и это подтверждается фотографиями квартиры ФИО1 (представленными стороной ответчика), что до начала ФИО2 ремонтных работ квартира находилась в том состоянии, в котором она была передана застройщиком - при полном отсутствии отделки, но с остеклением окон и балкона. А потому следует считать, что все отделочные работы, которые были установлены экспертами (за исключением натяжных потолков), были произведены ФИО2 совместно с работниками, нанятыми им по своему усмотрению.

В этой части истец в судебном заседании пояснила (и это не опровергнуто ответчиком), что с ответчиком была договоренность на проведение отделочных работ в полном объеме - "под ключ". Это же подтвердил в судебном заседании ФИО7, нанятый ФИО2 для совместного исполнения работ.

Кроме того, в судебном заседании 26 июля 2022 г. ФИО2 представлял суду изложенный собственноручно, а также в печатном виде перечень выполненных им работ (т. 1 л.д. 152-168, 169-174). Следовательно, в убытки, возникшие у ФИО1, подлежит включению стоимость всех работ и материалов, необходимых для восстановления нарушенного права истца.

По смыслу положений статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации - при наличии технической возможности подрядчик вправе безвозмездно выполнить работу заново с возмещением заказчику причиненных просрочкой исполнения убытков. Однако это возможно лишь в случае сохранения у заказчика интереса в выполнении работы и его согласия.

В данном случае, исходя из фактических обстоятельств, при которых ФИО1 расторгла с ФИО2 договор на выполнение ремонтных работ, следует считать, что такой интерес у неё отсутствовал. Установив, что работы выполнялись с недостатками, она на законном основании предъявила ФИО2 требование о возмещении убытков, возникших по его вине в связи с некачественным выполнением ремонтно-отделочных работ. Поэтому вправе требовать их возмещения при доказанности их фактического возникновения.

Возражая против стоимости ущерба, установленной досудебным экспертным исследованием, ФИО2 заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы. Впоследствии, не согласившись с выводами первой судебной экспертизы, он ходатайствовал о назначении повторной экспертизы.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Назначение судебной экспертизы по правилам статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается - если это необходимо для устранения противоречий в собранных судом иных доказательствах, а другим способом сделать это не представляется возможным.

Вместе с тем, как следует из положений части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со статей 67 Кодекса, заключение эксперта - необязательно для суда и оценивается судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

В данном случае, учитывая характер спора и особенности работ, являвшихся предметом договора подряда (который фактически был заключён между сторонами), суд полагает, что для разрешения спора требовалось получение информации об объемах произведенных работ, их качестве и стоимости работ, необходимых для устранения возникших недостатков. Такую информацию, по мнению суда, могли дать эксперты - на основе специальных знаний, которыми они обладают, по результатам исследования квартиры ФИО1

Как было указано выше, судом по ходатайству истца назначались две экспертизы, на разрешение экспертов в обоих случаях были поставлены следующие вопросы:

- какие ремонтные и отделочные работы, согласно материалам гражданского дела, были выполнены в <адрес>А по <адрес> в период с 4 декабря 2021 г. по 24 марта 2022 г.;

- соответствуют ли результаты данной работы строительным нормам и правилам? Если не соответствуют, то каковы причины их возникновения;

- при выявлении экспертом недостатков в указанных работах необходимо определить их объем; а также объем качественно выполненных ремонтных и отделочных работ, определить его/их стоимость;

- при выявлении недостатков в выполненных работах - определить стоимость их устранения с использованием установленного/израсходованного материала, а в случае если данные работы не могут быть устранены без существенного повреждения данного материала

- определить стоимость пришедшего в негодность строительного и отделочного материала, а также стоимость работ по его/их демонтажу?

Проведение первой экспертизы было поручено АНО «Строительная Судебно - Экспертная Лаборатория». В заключении № 2492/50 от 10 января 2023 г. эксперт ФИО6 пришла к следующим выводам (т. 2 л.д. 1-211):

- ввиду объемности ремонтных и отделочных работ, произведенных в квартире в период с 4 декабря 2021 г. по 24 марта 2022 г. их описание приведено в исследовательской части заключения;

- объем качественно выполненных ремонтных и отделочных работ указан в таблице 19; стоимость качественно выполненных ремонтных и отделочных работ (на момент I квартал 2022 г. - период выполнения работ) составляет 118 141 рубль;

- стоимость устранения выявленных недостатков (на момент IV квартала 2022 г. - период составления исследования; на момент визуального осмотра какие-либо работы по устранению дефектов не производились) составляет 602 638 рублей;

- стоимость пришедшего в негодность строительного и отделочного материала на момент I квартал 2022 г. - период выполнения работ) составляет 323 488 рублей;

- стоимость демонтажных работ (на момент IV квартала 2022 г. - период составления исследования; на момент визуального осмотра какие-либо работы по охранению дефектов не производились) составляет сумму 47 195 рублей (входит в сумму 603 724 (сумма устранения дефектов).

Кроме того, отвечая в выводах на второй и третий вопросы суда - об объеме выявленных недостатков в произведенных работах, эксперт подробно их описала со ссылкой на нарушение пунктов 7.4.12, 8.9.2, 5.29, 7.4.12, 8.9.2, 7.4.12, 7.7.4, 7.7.5 Свода Правил 71.13330.2017; на СНиП 3.04.01-87; ГОСТ 31173-2016; п. 4 Свода Правил 73.13330.2016. Указала, в частности, что зафиксированы нарушения: в кухне и коридоре - наличие раствора на поверхности плитки; между помещениями коридора и комнаты - отсутствие стыковой планки между материалами; в помещении санузла - отсутствие раствора в швах между плитками; на балконе - отклонение панелей и каркаса от вертикали (в облицовке стен панелями ПВХ по деревянному каркасу); в кухне - наличие раствора на поверхности плитки (на фартуке); в кухне и в комнате - наличие неровностей на поверхности короба из гипсокартона, отклонение от вертикали; в санузле - наличие раствора на поверхности плитки; неровности плоскости облицовки; механическое повреждение на плитке (сколы); в комнате на потолке - неровности на поверхности гипсокартона, в коридоре на потолке - отклонение от плоскости; входная дверь - отклонение от вертикали; наличники имеют механические повреждения, а также нарушение цветового покрытия; двери между коридором и санузлом, а также между коридором и кухней - отклонение от вертикали. В числе иных дефектов эксперт указала на нарушения в проводке, установке полотенцесушителя. Также установлены загрязнения на конструкции окон и нарушения целостности пластикового элемента (ручки); зафиксировано наличие следов монтажной пены (конструкции испорчены).

При этом эксперт указала, что причиной возникновения вышеперечисленных дефектов являются некачественно выполненные работы.

В исследовательской части заключения эксперта подробно рассчитала объем работ, необходимых для устранения возникших дефектов, и их стоимость указав, в частности, что дверные блоки и оконные системы подлежат замене.

В судебном заседании эксперт ФИО5 дала разъяснения по данному заключению и, отвечая на вопросы, пояснила, что экспертиза проводилась в присутствии сторон и представителя ответчика. При себе она имела то оборудование, которое указано на листе 8 экспертного заключения. На момент визуального осмотра она делала фотофиксацию. Она не заимствовала фотографии из другой экспертизы, отметив, что фотографии могут быть похожи. Все фотографии она делала самостоятельно. При расчете она руководствовалась нормативными расценками. Нормативные расценки - это средняя стоимость строительного рынка. На какие-то материалы нельзя установить цену, поэтому приходится брать материал по средней стоимости. Все расценки утверждены Минстроем. На момент визуального осмотра она зафиксировала затрудненное закрывание и открывание дверного полотна от коробки. Поэтому она считает, что дверь необходимо демонтировать и заново устанавливать. Сначала устанавливаются двери, а потом крепятся наличники, которые ни на что не влияют, так же, как откосы. Наличники можно сделать под разным углом. Это отдельная конструкция. Она проверяла отклонение от дверной коробки и от дверного полотна. Фототаблица содержит справочную информацию. По тексту заключения она описывает каждый дефект, который есть и на фотографиях. Описанная на страницах 194-195 заключения стоимость выявленных недостатков включает в себя демонтаж старого материала, покупку нового материала и ремонтные работы. В отдельном порядке она посчитала стоимость испорченного материала, потому что перед ней был поставлен такой вопрос. Эта стоимость не была включена ею в 602 638 рублей (стоимость устранения выявленных недостатков). Но при расчете стоимости восстановительного ремонта она включила стоимость новых материалов, поскольку из старых материалов невозможно сделать новый ремонт; негодные материалы выбрасываются. Оконные конструкции были испорчены монтажной пеной. Признаком надлежащего монтажа является отсутствие монтажной пены. Стороны обсуждали в судебном заседании, что ответчик работал с монтажной пеной в районе окна с отливом. В перечне работ сам ответчик указывал, что устанавливал подоконник длиной 7 м. Значит, он его устанавливал. Это делалось с помощью монтажной пены. И она увидела, что конструкция окна испорчена монтажной пеной, ее невозможно убрать. Монтажные пены бывают разными. Она пользуется при производстве экспертизы нормативными источниками, и в них нет веществ для удаления монтажной пены. Фактически конструкция окна была испорчена. При расчете стоимости она учитывала всю конструкцию окна, поскольку окна были испорчены. Также она учитывала стоимость работы по установке. При этом она брала средние цены по нормативной базе. В двери в месте крепления замка есть механические повреждения - на коробке и на самом полотне. Часть замка, которая делается в процессе монтажа, смонтирована некачественно. Есть характерные следы, по которым видно, как делается монтаж. Нормативный способ устранения таких недостатков - это замена. Замок можно починить кустарным способом, но эксперт не рассматривает такие варианты. На замке в области личинки были царапины и сколы. На двух дверях, в местах, где замки, она увидела характерные недостатки. Руководствуясь специальными познаниями, она увидела, что это испорченные конструкции, которые подлежат замене. Это - как в случае с обоями, которые можно изрисовать, но они уже не будут в прежнем виде после зачистки. По поводу подоконников она зафиксировала наличие двух дефектов. В материалах дела есть позиция истца и ответчика, где они указали, что стяжкой пола на кухне занимался ответчик. Это скрытые работы, и их она не может проверить, поэтому в смете она их не указывает.

Не согласившись с заключением эксперта АНО «Строительная Судебно - Экспертная Лаборатория», ФИО2 представил рецензию специализированной организации и ходатайствовал о назначении повторной экспертизы.

С целью устранения сомнений, описанных в рецензии, суд назначил повторную экспертизу (по тем же вопросам), проведение которой поручил ООО "Тамбов-Альянс". В заключении ООО "Тамбов-Альянс" №с-23 от ДД.ММ.ГГГГ эксперт ФИО9 пришла к следующим выводам:

- в ходе проведенного исследования экспертом проведен осмотр квартиры, исследованы материалы дела. В виду объемности перечня фактически выполненных работ, их детализация приведена в таблице 2 исследовательской части настоящего заключения;

- соответствие фактически выполненных работ требованиям строительных норм и правил детализировано в таблице 2 исследовательской части заключения;

- стоимость качественно выполненных ремонтно-отделочных работ в квартире, осуществленных в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, определенная экспертом базисно-индексным методом (на 1 <адрес>.), составляет 82 420 рублей;

- стоимость устранения не качественно выполненных ремонтно-отделочных работ в квартире, определенная экспертом базисно-индексным методом на дату составления заключения (на 4 квартал 2023 года), с округлением составляет 230 332 рубля;

- определить стоимость фактически затраченных материалов, пришедших в негодность вследствие выполнения не качественно выполненных работ, установить не представляется возможным;

- стоимость демонтажных работ, требуемых к выполнению в квартире, определенная экспертом базисно-индексным методом, на дату составления экспертного заключения (4 квартал 2023 года), с округлением составляет 39 277 рублей, однако данная сумма содержится в расчете стоимости устранения некачественно выполненных работ.

В судебном заседании эксперт ФИО9 дала разъяснения по данному заключению и, отвечая на вопросы, пояснила, что она использовала базисно-индексный метод – ввиду того, что отсутствует какой-либо установленный порядок расчетов между двумя физическими лицами. Эксперт не может определять за стороны, поэтому она использовала базисно-индексный метод и нормативный расчет сметной стоимости, установленный территориальными денежными центрами, и методологию составления сметной документации. У сторон отсутствует сложившийся порядок расчета, поэтому эти расходы составляют среднерыночную стоимость тех или иных видов работ. При вычитании каких-либо параметров получается, что среднерыночная стоимость так или иначе будет занижаться.

Таким образом, эксперт ООО "Тамбов-Альянс" производила расчет стоимости восстановительного ремонта, основываясь на базисно-индексном методе, уточнив, что он применяется при расчете между физическими лицами.

Базисно-индексный метод предполагает, что участники строительного процесса будут ориентироваться на уровень затрат и на сопутствующие расходы в текущий момент, а не на полное возмещение издержек со стороны подрядной организации. Тогда в данном случае суд установил, что ФИО2 на профессиональном основе осуществляет деятельность в области строительства, а, соответственно, должен нести нести ответственность, как участник подрядной организации, а не физическое лицо. В свою очередь, ФИО1 обратилась в суд за полным возмещением затрат, которые вынуждена будет осуществить при восстановлении нарушенных прав.

Также эксперт пояснила, что при осмотре ей не предоставили стремянку, поэтому она не смогла установить, что плафон в потолке имеет какие-то отклонения, и отверстие под светильником было как-то повреждено. То есть фактически она не осматривала при близком расстоянии потолок, на котором одно из отверстий для светильника не соответствовало надлежащему размеру, было больше (что первый эксперт учла). При этом она пояснила, что, если бы при визуальном осмотре просматривалась щель в районе встраиваемого светильника (зазор), то в таком случае требовалась бы замена гипсокартона.

Эксперт пояснила, что не исследовала вопрос выравнивания углов и стен и, как следствие, не устанавливала необходимость проведения работ в этой части, поскольку перед ней не ставилась такая задача. Вместе с тем, суд установил, что истец договаривалась с ответчиком о проведении отделочных работ «под ключ». Что предполагает и выравнивание стен.

Также эксперт не включила в смету устранение недостатков на балконе (в отличие от предыдущего эксперта). При этом, не соглашаясь в этой части с предыдущим экспертом, она пояснила, что эксперт не производила вскрытия данного материала, был поверхностный замер вертикальности устройства; чтобы сказать о качественном или некачественном устройстве каркаса, нужно снять эти панели и исследовать его. В то же время сама в ходе исследования не снимала панели и не исследовала внутреннюю часть каркаса – для установления его качественного либо некачественного устройства (неровности).

Также эксперт установила нарушение при устройстве на откосе под наружным подоконником, отливом. В то же время она подтвердила, что в ходе осмотра она фиксировала участки и указывала на неровности. На балконе она видела непроклейку материала в некоторых местах, запилы; клеечные материалы, когда затвердевают на поверхности; неровные стыки. Пояснила, что все углы подразумевают дополнительное устройство декоративной накладки, которая закрывает стыковку; внутренние и внешние углы имели непроклеенные фрагменты; ввиду того, что материал не предусматривает многократного демонтажа и устройства, то он делается один раз, соответственно, при снятии он портится. Поэтому, как пояснила эксперт, если абстрагироваться от спорной ситуации, необходимо менять все откосы с отделкой лоджии. Но, несмотря на все эти несоответствия, эксперт не включила эти недостатки в смету расчета восстановительного ремонта. Что существенно повлияло на уменьшение стоимости восстановительного ремонта.

Оконные конструкции эксперт также не включила в смету со ссылкой на то, что эти недостатки были устранены. Тогда как этот вид работ и материалов существенно влиял на стоимость восстановительных работ.

Кроме того, эксперт отметила, что она не имела возможности самостоятельно провести исследование всех видов работ, указанных в предыдущей экспертизе, поскольку уже были произведены работы, видоизменившие исходное состояние.

Из заключения данного эксперта не усматривается мотивированное исследование, позволяющее установить, была включена в стоимость восстановительного ремонта покупка новой плитки (в местах, где были установлены сколы), и по какой причине эксперт её не включила.

Таким образом, оценив выводы эксперта ООО "Тамбов-Альянс" в вышеназванном заключении и её разъяснения в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что они не только не устранили сомнений, которые имелись при назначении данного экспертного исследования, а, напротив, являются неполными и во многом – необоснованными. В связи с чем - суд отклоняет выводы эксперта ООО "Тамбов-Альянс" и не принимает их в качестве доказательство причиненных убытков.

В связи с этим представленную ФИО2 рецензию (которую он представлял для назначения повторной экспертизы), суд также не принимает, поскольку она может быть признана судом письменным доказательством в совокупности с другими доказательствами. Других доказательств в данном случае не установлено. Кроме того, заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не является экспертным заключением по рассматриваемому делу в смысле статей 55 и 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Получение на основе специальных знаний информации об обстоятельствах, имеющих значение для дела, возможно лишь посредством назначения и проведения судебной экспертизы (Определение Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. N 20-КГ22-13-К5).

Соответственно, при разрешении исковых требований ФИО1 суд принимает во внимание информацию, указанную в заключении эксперта АНО «Строительная Судебно-Экспертная Лаборатория», которым установлено, что качество работ, выполненных ФИО2, не соответствует обычно предъявляемым требованиям к качеству таких работ.

Возникновение на плитке сколов до начала отделочных работ ответчик в судебном заседании не опроверг.

Несмотря на то, остекление балкона и окон осуществлялось застройщиком, судом установлено, и это подтверждается обоснованным заключением эксперта АНО «Строительная Судебно-Экспертная Лаборатория», что в результате работ, которые ФИО2 осуществлял на балконе, они были испорчены. И этот недостаток можно устранить только посредством полной замены.

В этой части эксперт полностью обосновала свои выводы, и они не опровергнуты повторной судебной экспертизой. Кроме того, несмотря на зачищение истцом стекол от монтажной пены к моменту повторной экспертизы, эксперт АНО «Строительная Судебно-Экспертная Лаборатория» ФИО5 в этой части поясняла, что после загрязнения окон монтажной пеной их приведение в первоначальное положение нормативами не предусмотрено.

Оснований сомневаться в обоснованности и законности данного заключения не имеется, поскольку в нём изложены мотивированные выводы, основанные на материалах дела, а также на действующих методических рекомендациях. Эксперт состоит в государственном реестре экспертов-техников, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств; имеет необходимую квалификацию, подтверждённую сертификатом соответствия, а также образование по соответствующей специальности. Кроме того, он был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что причиной возникновения дефектов, выявленных в квартире ФИО1, является некачественное выполнение ФИО2 ремонтно-отделочных работ. Кроме того, выявленные недостатки суд расценивает как существенные, поскольку частичные результаты работ, перечисленные в заключении, требуют демонтажа и нового исполнения.

Принимая во внимание право заказчика в такой ситуации отказаться от договора и потребовать возмещения причиненных ему убытков, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 убытков в виде стоимости устранения выявленных недостатков в размере 602 639 рублей (рассчитанной экспертом АНО «Строительная Судебно-Экспертная Лаборатория»).

При этом суд не принимает во внимание фактические затраты истца, подтверждённые кассовыми чеками и другими платежными документами (представленными в материалы дела), поскольку ФИО1 предъявила требование не о возмещении фактически понесённых затрат, а о полном возмещении убытков, которые ей надлежит понести при проведении работ по устранению недостатков. Кроме того, ответчик не заявлял в суде о том, что материалы, с использованием которых был произведен ремонт (наличие которых установлено экспертным заключением).

Поскольку суд рассматривает дело в пределах заявленных требований, то при определении размера убытков суд не принимает во внимание дополнение к заключению эксперта АНО «<данные изъяты>» (в котором стоимость ущерба указана 603 724 рублей, в котором он устраняет описки в части стоимости устранения выявленных недостатков - т. 2 л.д. 215).

Взыскивая с ФИО2 стоимость устранения выявленных недостатков - 602 638 рублей, суд между тем отказывает ФИО1 во взыскании стоимости пришедших в негодность материалов - 323 488 рублей, поскольку при расчете стоимости устранения выявленных недостатков эксперт учла необходимость приобретения нового материала (о чем пояснила в судебном заседании).

Довод ответчика о том, что ответственность за недостатки должна быть возложена на всех лиц, выполнявших работы в квартире истца (соразмерно доле выполненных работ), суд находит несостоятельным ввиду следующего.

Статьей 706 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если из закона или договора подряда не вытекает обязанность подрядчика выполнить предусмотренную в договоре работу лично, подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков). В этом случае подрядчик выступает в роли генерального подрядчика (пункт 1).

Подрядчик, который привлек к исполнению договора подряда субподрядчика в нарушение положений пункта 1 настоящей статьи или договора, несет перед заказчиком ответственность за убытки, причиненные участием субподрядчика в исполнении договора (пункт 2).

В этой связи ФИО1 пояснила, что договаривалась о проведении ремонтных работ в своей квартире только с ФИО2, других лиц, которые находились в её квартире во время проведения ремонта, она не знала, и ни о чем с ними не договаривалась.

Данные пояснения согласуются с объяснениями самого ФИО2, который не отрицал договоренности ФИО1 лично с ним; а также объяснениями третьего лица ФИО7, пояснившего, что начал выполнять работу в квартире истицы по поручению ФИО2

Из этого следует, что фактически между сторонами имел место договор о личном выполнении ФИО2 указанной работы. Следовательно, в силу пункта 2 статьи 706 ГК РФ он единолично несёт перед ФИО1 ответственность за убытки, даже если они могли быть причинены совместно с субподрядчиком (в данном случае – ФИО7).

Кроме того, в силу статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В данном случае, ФИО2 не отрицал того, что ФИО7 исполнял работу под его руководством, и он ничем этого не опроверг. Следовательно, он лично должен нести перед ФИО1 ответственность за те действия, которые выполняли работу под его руководством.

В рассматриваемом споре, исходя из характера и видов работ, не представляется возможным разделить предмет исполнения. Поэтому даже при наличии сведений о том, что часть работ в квартире ФИО1 выполнял ФИО7 либо иные лица, то в силу статьи 321, пункта 1 статьи 707 ГК РФ ФИО1 вправе требовать возмещения убытков только от ФИО2

В соответствии со статьей 31 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» требования потребителя о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

За нарушение предусмотренных настоящей статьей сроков удовлетворения отдельных требований потребителя исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона (пункт 3).

В свою очередь, пунктом 5 статьи 28 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа.

Размер неустойки (пени) определяется, исходя из цены выполнения

работы (оказания услуги), а если указанная цена не определена, исходя из общей цены заказа, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было.

В судебном заседании представитель истца, с согласия последней, пояснила, что изначально они ограничивали размер неустойки с целью непревышения общей суммы требований 1 000000 рублей (чтобы не платить государственную пошлину). Но, если по основному требованию суд придет к выводу о взыскании только одной части из тех сумм, которые заявлены, то они просят взыскать сумму неустойку в размере, недостающем до 1 000000 рублей.

В данном случае, несмотря на длительность периода нарушения прав истца после направления досудебной претензии (которая не была удовлетворена), суд учитывает, что кредитор вправе требовать взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательств. Вместе с тем, исходя из положений вышеприведенной нормы, считает необходимым ограничить размер неустойки ценой договора, фактически оплаченной истцом, - 270 000 рублей. Соответственно, в остальной части требование ФИО1 о взыскании неустойки подлежит отклонению.

При этом суд учитывает, что при определении суммы неустойки размер убытков, причиненных ФИО1 в результате ненадлежащего исполнения ответчиком его обязательств, не учитывается. Убытки возмещаются сверх суммы судебной неустойки (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

В судебном заседании представитель ответчика, возражая против взыскания неустойки, просил, вместе с тем, снизить её размер в случае, если суд придет к выводу о её взыскании.

Пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, то суд вправе уменьшить её. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Вместе с тем суд считает необходимым учесть разъяснения, содержащиеся в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17, о том, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжёлого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75).

Из приведённых правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки, взысканной в пользу потребителя, производится в исключительных случаях и с указанием судом мотивов, по которым он пришёл к выводу о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Снижение неустойки не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность. При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях с потребителями. Данная правовая позиция со ссылкой не вышеприведенные разъяснения изложена в Обзоре практики по делам о защите прав потребителей, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 20 октября 2021 г. (вопрос № 20).

Заявляя о снижении размера неустойки, представитель ответчика не

представил суду доказательств того, что нарушение обязательств по договору произошло вследствие непреодолимой силы или по вине истца. Равно как и не представил доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств и не привел исключительных обстоятельств, при которых суд мог бы уменьшить неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ. Тогда как обязанность по представлению таких доказательств возложена на ответчика.

Таким образом, суд не находит оснований для снижения неустойки, взыскиваемой с ФИО2

Согласно статье 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33).

Таким образом, моральный вред подлежит взысканию в пользу потребителя при наличии вины исполнителя в нарушении прав потребителя. Сам по себе факт нарушения прав ФИО1 как потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать ей моральный вред (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Определяя размер компенсации, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд учитывает длительность нарушения её прав с момента возникновения убытков, при том, что работы производились в жилом помещении, предназначенном для проживания. Соответственно, длительное время она лишена была возможности пользоваться квартирой по её назначению - для проживания и удовлетворения ежедневных, бытовых потребностей. Поэтому суд приходит к выводу о том, что заявленная сумма компенсации морального вреда - 20 000 рублей - вполне соразмерна и соответствует нарушенному праву.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно статье 15 вышеназванного Закона моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Поскольку судом установлено, что досудебная претензия ФИО1 в добровольном порядке не была исполнена, то с ФИО2 подлежит взысканию в её пользу штраф в размере 50 % от всех взысканных сумм - в размере 311 319 рублей (602 638 + 20 000 / 2).

Довод представителя ответчика о том, что штраф не должен взыскиваться по причине того, что ФИО1 не предоставила ему возможности исправить возникшие недостатки, суд считает несостоятельным, поскольку в досудебной претензии она просила возместить ей материальный ущерб (убытки), и именно это требование ФИО2 не исполнил в добровольном порядке. В свою очередь, требование о взыскании убытков суд посчитал законным и обоснованным.

В части требования о взыскании расходов на досудебное экспертное исследование суд приходит к следующему выводу.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Во втором абзаце пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21 января 2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании

которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска.

Судом установлено, что до подачи искового заявления в суд ФИО1 обращалась в экспертное учреждение АНО «Бюро судебной экспертизы, оценки и исследований» для оценки стоимости восстановительного ремонта в квартире. В связи с этим в материалы дела были представлены договор на выполнение строительно-технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ и само экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 5-105, 133).

Несение расходов на проведение экспертного исследования подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 4 апреля

2022 г. об оплате 60 000 рублей (т. 1 л.д. 134).

Учитывая, что данное заключение необходимо было для установления размера убытков и направления ответчику досудебной претензии с требованием об их возмещении, то суд полагает, что ФИО1 вправе требовать компенсации этих расходов за счет ФИО2 в полном объеме.

Поскольку суд приходит к выводу об удовлетворении имущественных требований ФИО1, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 11 926,38 рублей (от цены иска - 602 638 + 270 000 руб.), от уплаты которой истец была освобождена в силу закона.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 убытки в виде стоимости устранения недостатков, выявленных при производстве ремонтных и отделочных работ, в размере 602 638 (шестьсот два тысячи шестьсот тридцать восемь) рублей; неустойку в сумме 270 000 (двести семьдесят тысяч) рублей; компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей, штраф в размере 311 319 (триста одиннадцать тысяч триста девятнадцать) рублей, а также расходы по составлению досудебного экспертного заключения в сумме 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 11 926 (одиннадцать тысяч девятьсот двадцать шесть) рублей 38 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья подпись Е.Ю. Нишукова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ