Апелляционное постановление № 22-206/2019 от 20 мая 2019 г. по делу № 22-206/2019

Дело № 22-206/2019

Судья Благиных М.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Биробиджан 21 мая 2019 года

Судья суда Еврейской автономной области Шульга А.А.,

при секретаре Князь Т.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осуждённой ФИО1 и защитника Гурского С.А. на приговор Ленинского районного суда ЕАО от 28 февраля 2019 года, которым

ФИО1, <...> не судимая,

осуждена по ч.2 ст.293, ст.73 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года с лишением права занимать руководящие должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных и муниципальных общеобразовательных органах и учреждениях всех форм собственности сроком на 2 года 6 месяцев. С возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённых, являться один раз в месяц на регистрацию в УИИ в дни, установленные специализированным государственным органом за поведением условно осуждённого.

Доложив существо дела, доводы апелляционных жалоб и возражений государственного обвинителя, заслушав пояснения осуждённой ФИО1 и защитника Гурского С.А., просивших отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный, мнение прокурора Золотухину А.В., полагавшую приговор как законный и обоснованный оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признана виновной в том, что, являясь должностным лицом и муниципальным служащим – директором МКОУ «Средняя общеобразовательная школа <...>», в нарушение: п.2 ч.6 ст.26, пп.8, 9 ч.1 ст.41, ч.4 ст.48, ч.8 ст.51 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»; пп. 2, 3.2, 3.3, 5.1, 5.8 Устава МКОУ «СОШ с<...>»; приказа Министерства здравоохранения и социального развития от 26.08.2010 № 761н; пп. 1.5, 2.1, 2.2, 3.4, 3.6, 3.26, 3.34, 3.46, 3.49 Должностной инструкции директора школы не исполнила и ненадлежащим образом исполнила свои должностные обязанности вследствие небрежного отношения к службе и к исполнению своих обязанностей, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и неосторожное причинение смерти несовершеннолетнему Ш. при следующих обстоятельствах.

В период с 9 марта 2017 года по 6 апреля 2017 года ФИО1, находясь на рабочем месте в МКОУ СОШ <...>, расположенной по ул. <...> д. <...>, с. <...> ЕАО, издала приказ от 5 апреля 2017 года № 1 «Об организации и проведении пробного экзамена по математике в 9 классе», которым внесла изменение в ранее утверждённое расписание уроков, сократив 6 апреля 2017 года в 6 классе их количество с 6 до 3. При этом учащиеся, проживающие в ближайших населённых пунктах, в указанный день в период с 11 часов 45 минут до 13 часов 40 минут (до начала занятий в группе продлённого дня) не были заняты в образовательном процессе и находились на территории образовательного учреждения без соответствующего присмотра и контроля. В связи с чем, ученик 6 класса Ш., проживающий в <...> ЕАО, после окончания 3 урока свободно покинул здание школы, взобрался на сопку, расположенную в 1 км 300 м от <...>, и во время спуска с неё примерно в 12 часов 30 минут, не удержавшись на ногах, упал и вследствие контакта с тупыми твердыми предметами при некоординированном продвижении тела получил тупую сочетанную травму тела: рвано-ушибленную рану поднижнечелюстной области слева; множественные ссадины тела; ушибы лёгких, множественные кровоизлияния органов и частей тела, ушиб сердца, кровоизлияния под эпикардиальной оболочкой, влекущую за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, применительно к живым лицам. Смерть несовершеннолетнего Ш.. наступила 6 апреля 2017 года, спустя непродолжительный период времени после падения, на месте происшествия в результате тупой сочетанной травмы тела.

Наступление смерти Ш. состоит в прямой причинно–следственной связи с неисполнением и ненадлежащим исполнением ФИО1 своих обязанностей по должности, т.к. в период подготовки и проведения пробного экзамена с 9 марта 2017 года по 6 апреля 2017 года ФИО1 не осуществила контроль за соблюдением здоровых и безопасных условий обучения и воспитания обучающихся и присмотра за ними во время их пребывания в школе, в том числе, когда они остались без присмотра, по причине отсутствия в локальных нормативных актах, издаваемых директором школы, норм об организации присмотра и осуществления контроля за обучающимися, их занятости в перерыве между окончанием учебных занятий и началом группы продлённого дня у учащихся из других населённых пунктов, количество уроков у которых было сокращено; не в полном объёме распределила обязанности и определила степень ответственности работников школы; в недостаточной мере осуществила планирование и координацию работы педагогических и других работников школы. При этом в силу своих должностных обязанностей при необходимой внимательности и предусмотрительности ФИО1 должна была и могла предвидеть возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти несовершеннолетнего.

В судебном заседании ФИО1 вину не признала и пояснила, что не знакомилась со своей должностной инструкцией, подпись в листке ознакомления ей не принадлежит. В школе с 2015 года функционировала группа продлённого дня для присмотра и ухода за детьми, которая не входит в образовательный процесс, а создана для питания детей, приезжающих из ближайших населённых пунктов. Присмотр и уход больше относится к детским садам. При этом посещение группы не являлось обязанностью учеников. Контроль за деятельностью группы возложен на заместителя директора по воспитательной работе. Детей развозили на автобусе домой, когда заканчивались уроки у всех классов.

6 апреля 2017 года на основании изданного ею приказа в 9 классе проводился пробный экзамен по математике, в установленное расписание внесены изменения, сокращены уроки в 6 классе. Необходимости вносить изменения и корректировку в работу группы продлённого дня она не видела, т.к. положение о работе данной группы уже существовало, режим определён с 13 часов 40 минут. Дети по окончании уроков всегда приходили к воспитателю группы продлённого дня, который не имел большой нагрузки и всегда мог взять детей в кабинет на задние парты. При этом Ч.. предупредила об этом Л. что являлось достаточным. Заместители взаимодействуют между собой, воспитателем группы продлённого дня и классными руководителями, со слов которых известно, что учащимся, в том числе, ученику 6 класса Ш. 6 апреля 2017 года предлагали пойти в группу продлённого дня, но он и еще двое учеников сговорились, спрятали свои портфели и убежали за территорию школы, где и произошёл несчастный случай. Все необходимые меры, как руководителем, так и сотрудниками школы для предупреждения несчастного случая принимались. Школа не является закрытым и режимным учреждением.

В апелляционной жалобе осуждённая ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным, в виду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Приказом от 5 апреля 2017 года <...> внесены корректировки в утверждённое расписание уроков. Каких-либо конкретных указаний по количеству уроков данный приказ не содержит. Внесение изменений в расписание осуществляет диспетчер по расписанию и заместитель директора по воспитательной работе Ч., из показаний которой следует, что она не согласовывала расписание уроков с ней ни накануне экзамена, ни в другие дни. Между тем, именно Ч. осуществляет взаимодействие с педагогами, её распоряжения являются обязательными для исполнения классными руководителями и воспитателем группы продлённого дня. Не доверять её показаниям оснований не имелось.

Несчастный случай с Ш. произошёл за пределами школы и не во время образовательного процесса. Учащиеся, подвозимые из ближайших сёл, зачислены в группу продлённого дня, должны были находиться в ней до отправления автобуса. Воспитатель Л. была заблаговременно предупреждена Ч.. о количестве уроков в 6 классе и пообещала забрать к себе учащихся этого класса после 3 урока. Однако данный факт в судебном заседании Л. не подтвердила, осознавая свою вину за произошедшее событие. Вместе с тем кабинет воспитателя находился в 15 м. от фойе школы и ей ничего не мешало забрать к себе вместе с девочками, также М.., Ш. и Б.., как это практиковалось на протяжении 5 лет существования группы продлённого дня.

Обращает на факт не ознакомления её с должностной инструкцией, оставленный судом без внимания. В настоящее время образовательный процесс полностью соответствует требованиям законодательства и безопасности, за 15 лет работы не был травмирован ни один учащийся или педагог.

Защитник Гурский С.А. в апелляционной жалобе также не соглашается с приговором, просит об его отмене и оправдании ФИО1

В жалобе подробно приводит показания потерпевшей и свидетелей, указывая, что содержание их допросов в приговоре отражено не полностью и не содержит существенные обстоятельства, указанные в судебном заседании.

Трагический случай произошёл за пределами школы. О том, что нельзя покидать территорию школы без согласования с учителями учащиеся знали. При этом анализ показаний свидетелей позволяет придти к выводу о том, что учащиеся, при наличии желания, имеют реальную возможность покинуть территорию образовательного учреждения, которая режимным объектом не является. В судебном заседании установлено, что дети самовольно покидали образовательное учреждение. В день трагедии, приняв решение уйти, дети оставили портфели, покинули огороженный двор школы, передвигались по населённому пункту и пришли к сопке, т.е. совершали совокупность активных, целенаправленных действий, которых не могла предвидеть директор школы.

Кроме того, ФИО1 осуществляет общее руководство, разграничивая и определяя, кто и чем из её заместителей занимается. Расписание уроков и контроль работы группы продлённого дня не является обязанностью директора, что подтверждается не только показаниями осуждённой, свидетеля Ч. и др., но и приказом о разграничении обязанностей.

Акцентирует внимание, что группа продлённого дня не относится к образовательному процессу, её посещение является добровольным.

В школе и на её территории созданы безопасные условия для учащихся, проводились инструктажи по технике безопасности, недостатков в данном направлении со стороны надзорных ведомств не выявлено.

Обращает внимание, что свидетель Л. в день трагедии, услышав от учениц - К., Т. и П. что Ш., М. и Б. находятся в школе, проставила отметки всех 6-х детей в журнале посещения, не убедившись в наличии мальчиков на территории школы. Несмотря на это, в судебном заседании Л. указала, что на тот момент, когда мальчики покинули территорию школы, она еще не исполняла обязанности воспитателя группы продлённого дня. При этом данный свидетель не могла утверждать о конкретном времени начала работы группы продлённого дня, т.к. согласно акту проверки комитета образования ЕАО и их же предписанию от 2 июня 2017 года на момент проверочных мероприятий отсутствовал режим группы продлённого дня.

ФИО1 не была ознакомлена с должностной инструкцией руководителя образовательного учреждения и все выводы суда о том, что она фактически их исполняла, являются предположением.

Более того, не установлена причинно-следственная связь между действиями/бездействиями осуждённой и наступившими последствиями. Стороной обвинения не доказано, что при наличии локального акта по группе продлённого дня, которым было бы учтено, что у 6 класса, в котором обучался Ш., 6 апреля 2017 года 3 урока, имевших место трагических последствий не наступило бы.

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённой и защитника государственный обвинитель Ф. считает приговор законным и обоснованным, просит оставить без изменения, а доводы апелляционных жалоб без удовлетворения, как несостоятельные. С подробным приведением мотивов указывает на доказанность вины осуждённой в инкриминируемом преступлении.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в халатности, повлекшей по неосторожности существенное нарушение прав и законных интересов граждан и смерть несовершеннолетнего, подтверждаются совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, всестороннее и объективно исследованных и получивших оценку по правилам ст.88 УПК РФ.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст.307 УПК РФ. В нём указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие виновность осуждённой в совершённом преступлении, при этом выводы суда должным образом мотивированы. Доказательства, приведенные в приговоре, соответствуют доказательствам, исследованным в судебном заседании и отражённым в протоколе судебного заседания.

Установленные судом обстоятельства, при которых наступила смерть несовершеннолетнего ученика 6 класса МКОУ СОШ <...> Ш. сторонами не оспариваются, правильно установлены судом и подтверждаются представленными доказательствами, в том числе, показаниями свидетелей очевидцев - Б.. и М. согласно которым, 6 апреля 2017 года они вместе с Ш. после 3 урока решили пойти посмотреть на сопку в с<...> поскольку у них было свободное время, при этом во время спуска с сопки Ш. упал вниз и потерял сознание.

Согласно заключению СМЭ <...> от 19 июня 2017 года смерть Ш. наступила в результате тупой сочетанной травмы тела в форме рвано-ушибленной раны левой поднижнечелюстной области, множественных ссадин различных областей тела с ушибами и кровоизлияниями во внутренние органы. Ушиба сердца, кровоизлияний под эпикардиальную оболочку. Травма осложнилась наружным легочным кровотечением из-за ушиба легких и сочетанным травматическим - геморрагическим шоком. Данное повреждение (тупая сочетанная травма) образовалась при падении с крутого склона сопки и контакте с тупыми твердыми предметами при некоординированном продвижении тела и влечет за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, применительно к живым лицам. Непосредственная причина смерти - сочетанный травматический - геморрагический шок находится в прямой причинно-следственной связи с телесными повреждениями, обнаруженными на трупе и составляющими вместе тупую сочетанную травму тела.

Доводы осуждённой, о том, что она надлежащим образом выполняла свои должностные обязанности и обеспечила достаточный контроль за соблюдением здоровых и безопасных условий обучения и воспитания обучающихся и присмотра за ними во время их пребывания в школе, в том числе, когда они остались без присмотра 6 апреля 2017 года, т.к. корректировку в расписание вносит диспетчер по расписанию и заместитель директора по воспитательной работе Ч., которая накануне трагических событий предупредила Л. о сокращенных уроках в 6 классе и необходимости взять детей к себе раньше, тщательно проверялись судом 1-й инстанции и обоснованно признаны несостоятельными.

Так, согласно выписке из приказа отдела образования <...> ЕАО ФИО1 с 15 апреля 2003 года назначена на должность директора средней школы <...>.

Согласно пп. 2, 2.4, 3.2, 5.8 Устава МКОУ СОШ с<...> наряду с реализацией основных образовательных программ, учреждение создано для присмотра и ухода за детьми. Учреждение обязано создавать безопасные условия обучения, воспитания обучающихся, присмотра и ухода за ними, их содержание в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся, работников Учреждения. Руководитель при выполнении возложенных на него обязанностей организует работу Учреждения; утверждает должностные обязанности работников Учреждения, правила внутреннего трудового распорядка Учреждения, положения о структурных подразделениях Учреждения и другие локальные акты.

В соответствии с п.8.17 трудового договора <...> заключённого с ФИО1, на последнюю возложены обязанности планирования, координации и контроля за работой педагогических и других работников учреждения.

На основании п.3.49 должностной инструкции директора школы – он несет персональную ответственность за обеспечение здоровых и безопасных условий образовательного процесса.

Проведение пробного экзамена по математике 6 апреля 2017 года регламентировано приказом <...> от 5 апреля 2017 года директора МКОУ «СОШ <...>» «Об организации и проведении пробного экзамена по математике в 9 классе».

Согласно пп. 2.1, 3.5, 5.1.10 положения о группе продлённого дня, введённого в действие приказом директора <...> от 29 августа 2014 года, в её задачи входит, в том числе, организация досуга во второй половине дня и мероприятий, направленных на сохранение и укрепление здоровья учащихся. Учащиеся находятся под наблюдением воспитателей с 13 часов 40 минут и до отъезда детей. Воспитатель принимает детей в установленном порядке от родителей или педагогов в школы.

На основании приказа директора МКОУ «СОШ <...>» <...> от 05.09.2016 г. «О комплектовании групп продленного дня», Ш.. включён в список учащихся, посещающих указанную группу.

С учётом приказа директора МКОУ «СОШ <...>» <...> от 29.08.2016 г. «Об организации подвоза учащихся в 2016/2017 учебном году» с приложениями № 1 и № 2 утверждено расписание автобуса.

Согласно показаниям потерпевшей Г. её сын Ш. после уроков в школе с<...> посещал группу продлённого дня, где кушал, делал домашнее задание и обратно возвращался домой на автобусе. Между уроками и продлёнкой сын сидел в фойе школы играл в телефоне, отличался хорошим поведением и успеваемостью, мог сходить из школы в магазин и купить что-нибудь, она ему давала деньги, но по селу не ходил. О том, что 6 апреля 2017 года у сына будет только 3 урока, знала, но об экзаменах понятия не имела, если бы предупредили, могла бы забрать детей раньше.

Из показаний свидетеля П. – классного руководителя следует, что Ш. не допускал пропуска занятий, не уходил со школы и посещал группу продлённого дня после окончания уроков. Из-за проведения 6 апреля 2017 года пробного экзамена по математике количество уроков в 6 классе было сокращено до 3-х, о чём родители знали. О наличии локальных актов по данному поводу ей не известно. Про расписание группы продлённого дня не знала. После 3 урока на перемене она увидела группу учеников в фойе, в том числе Ш., которым сказала идти на продлёнку. Детей не контролировала, т.к. проводила свой урок по расписанию, предполагая, что детей может забрать к себе на урок воспитатель группы продлённого дня – Л.. Накануне проводилась планерка по организации проведения экзамена, на которой было озвучено, что после окончания уроков, ученики идут на продлёнку и уезжают на час раньше домой. Проводился инструктаж о запрете покидать школу, но дети часто самостоятельно уходили за её пределы в магазин, в том числе, и по просьбе родителей. Воспрепятствовать этому она не могла, могла только предупредить.

Свидетель Л. показала суду, что в 2017 году занимала должность воспитателя группы продлённого дня и преподавала технологию в школе <...>. Работа группы начиналась в одно время у всех учеников после 5 урока в 13 часов 40 минут. Её обязанности связаны с присмотром, уходом и контролем за детьми, обеспечением их питания и сопровождения до автобуса. Посещение данной группы являлось добровольным и свободным, Ш. её посещал, о его единичных случаях отсутствия она знала. 6 апреля 2017 года её график оставался без изменения, каких-либо поручений о корректировках в расписании она не получала, об издании локального акта ей не известно, на планерке не присутствовала. Поручений посадить детей 6 апреля 2017 года раньше 13 часов 40 минут в группу продлёнки от директора школы, его заместителей и классных руководителей не получала, но на практике брала детей к себе на урок часто. В указанный день девочки из 6 класса пришли на продлёнку после третьего урока, мальчики, в том числе Ш., не явились, но в журнале она отметила их посещение. О том, что их нет сказать не успела. Запрет покидать школу разъяснялся ученикам постоянно.

Свидетель П.. – заместитель директора по учебно-воспитательной работе пояснила, что расписание уроков составляет и корректирует заместитель директора по воспитательной работе, она же диспетчер. 6 апреля 2017 года на планерке вопросы занятости учеников, у которых количество уроков было сокращено, не обсуждались, какой-либо локальный акт не принимался. Полагала, что дети пойдут после окончания уроков в группу продлённого дня. Во время проведения учебного процесса покидать территорию школы нельзя, однако ученики самостоятельно уходят, никому не сообщая.

Свидетель Ч.. – заместитель директора по воспитательной работе суду пояснила, что на неё возложены, в том числе, обязанности диспетчера по составлению расписания. 6 апреля 2017 года количество уроков было сокращено. Поэтому, накануне она сказала Л.., что ей нужно забрать детей к себе на группу продлённого дня в класс на задние парты, а после 3 урока сказала об этом детям. Локальный акт об изменении времени работы группы продлённого дня не издавался. О сокращении уроков родители знали, но вопрос о том, чтобы они забрали детей, не ставился. Также не корректировали расписание автобуса.

Из показаний свидетеля П.. – социального педагога следует, что о расписании группы продлённого дня она не знала, поэтому 6 апреля 2017 года после 3 урока, увидев детей в фойе школы, сказала им идти в группу продлённого дня. Расписание автобуса утверждено, но могло измениться, если уроки заканчивались раньше. Родители детей, которых привозят, часто составляют большие списки продуктов и дети отпрашиваются сходить в магазин.

Тот факт, что часть своих полномочий, в том числе по изменению расписания и контролю за соблюдением здоровых и безопасных условий обучения и воспитания обучающихся и присмотра за ними во время их пребывания в школе, передала своим заместителям, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ, поскольку делегирование полномочий не освобождает директора учреждения от выполнения обязанностей, предусмотренных Уставом учреждения и должностной инструкцией, в том числе от проведения мероприятий по контролю за надлежащим исполнением подчинёнными своих обязанностей, оптимизации учебного процесса, обеспечения безопасности учеников, подвозимых из других населённых пунктов, которые находясь в учебном заведении, полностью зависят от установленного графика движения школьного автобуса.

Имея данное ограничение, дети, подвозимые школьным автобусом из других населённых пунктов, фактически передаются под опеку учебному заведению с момента их посадки в месте проживания в автобус до возвращения в свой населённый пункт.

При указанных обстоятельствах соблюдение безопасных условий обучения лежит в первую очередь на руководителе учебного заведения, который в целях соблюдения этих условий и осуществляет руководство подчинёнными ему заместителями и педагогами, в том числе, посредством издания локальных нормативных актов.

Как установлено материалами уголовного дела и подтверждено допрошенными свидетелями в целях проведения экзамена в 9-ом классе ФИО1 как директор школы издала приказ, который затронул деятельность фактически всего учебного заведения, однако во исполнение этого приказа никаких дополнительных распоряжений издано не было. Поэтому работа педагогов, непосредственно не задействованных в организации пробного экзамена 6 апреля 2017 года, продолжалась в рамках ранее установленного графика.

Это видно из показаний Л. – воспитателя группы продлённого дня, которая после освобождения учеников 6-го класса по окончанию 3-го урока не была освобождена от ведения уроков в других классах. Классный руководитель 6-го класса, где обучался Ш. - П. так же не была освобождена от ведения уроков в других классах.

Судом проверялись доводы осуждённой и защитника о том, что ФИО1 не была ознакомлена с должностной инструкцией. Этим доводам дана надлежащая оценка в приговоре - они отвергнуты судом, как опровергающиеся совокупностью исследованных доказательств, в том числе сведений о длительном периоде её работы в должности директора школы. С этими выводами соглашается и суд апелляционной инстанции, полагая доводы апелляционных жалоб в этой части необоснованными.

Дана судом надлежащая оценка всем исследованным доказательствам по делу как каждому в отдельности, так и их совокупности с точки зрения их допустимости, достоверности и достаточности для вынесения окончательного решения по делу.

Судом первой инстанции правильно установлено, что в связи с изменением графика работы учебного заведения ввиду сдачи пробного экзамена в 9 классе, директором школы не были приняты необходимые меры к недопущению бесконтрольного нахождения учащихся в учебном заведении. Образовавшийся значительный временной перерыв между последним уроком и началом действия группы продлённого дня в условиях не занятости малолетних воспитанников в образовательном процессе позволил Ш.. покинуть здание школы и прилегающей территории с целью осмотра с<...> с сопки, с которой он сорвался и получил травмы несовместимые с жизнью.

Сведений об отсутствии у ФИО1 реальной возможности надлежащим образом исполнить свои должностные обязанности ни суду первой инстанции, ни при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции представлено не было.

Между бездействием и ненадлежащим исполнением должностных обязанностей ФИО1, как директора школы и преступными последствиями – существенным нарушением прав и законных интересов несовершеннолетних на безопасные условия обучения и воспитания, присмотра и ухода, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся, и смертью Ш.., имеется прямая причинно-следственная связь.

Уголовно-правовая оценка действий подсудимой и квалификация по ч.2 ст.293 УК РФ, как халатность, то есть ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и исполнению обязанностей по должности, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и по неосторожности смерть человека сделана правильно на основании фактически установленных обстоятельств совершения преступления.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описания преступного деяния действия, связанные с не извещением законных представителей несовершеннолетних о сокращении уроков в установленном порядке, т.к. в суде первой инстанции потерпевшая Г. указала на то, что ей было известно о сокращении уроков.

Исключение из описания преступления данных действий на квалификацию действий осуждённой не влияют, т.к. халатность со стороны ФИО1 выразилась в бездействии и ненадлежащим исполнением должностных обязанностей по организации учебного процесса в самом учебном заведении.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6 и 60 УК РФ. При этом суд учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности осуждённой, положительно характеризующейся, ранее не судимой, её возраст и состояние здоровья, наличие смягчающих и отягчающего обстоятельств, влияние назначенного наказания на её исправление и условия жизни её семьи, не усмотрев оснований для применения положений стст. 64, 53.1 УК РФ.

Каких-либо дополнительных обстоятельств, смягчающих наказание, в том числе исключительных, существенно снижающих степень общественной опасности преступления, суд апелляционной инстанции не находит.

Суд первой инстанции правильно пришел к выводу о назначении ФИО1 наказания именно в виде лишения свободы, которое определил с применением ст.73 УК РФ и возложением дополнительных обязанностей. Свои доводы в части назначения наказания суд мотивировал в приговоре, с которыми соглашается и суд второй инстанции.

Необходимость определения дополнительного наказания судом 1-й инстанции надлежащим образом мотивирована.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает необходимым внести уточнения в описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора в части назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности. По смыслу положений ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности в государственных органах на государственной службе и в органах местного самоуправления, поэтому ссылка суда первой инстанции на руководящие должности, общеобразовательные органы и на формы собственности учреждений является излишней, а их исключение не ухудшает положение осуждённой.

Оснований для изменения категории преступления, в порядке ч. 5 ст. 16 УК РФ, не имеется в виду наличия отягчающего обстоятельства.

Каких-либо иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства либо иным путём повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного приговора, по делу не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда ЕАО от 28 февраля 2019 года в отношении ФИО1 изменить:

Исключить из описания преступления указание о не извещении ФИО1 законных представителей о сокращении уроков в 6 классе с 6 до 3.

Считать назначенным ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных и муниципальных учреждениях.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённой ФИО1 и защитника Гурского С.А. без удовлетворения.

Судья суда ЕАО А.А. Шульга