Решение № 2-820/2019 2-820/2019~М-724/2019 М-724/2019 от 16 июля 2019 г. по делу № 2-820/2019

Дело № 2-820/2019 (50RS0050-01-2019-001015-89)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Шатура Московской области 17 июля 2019 г.

Шатурский городской суд Московской области в составе:

председательствующего – судьи Жигаревой Е.А.,

при секретаре Усуровой С.Н.,

с участием старшего помощника Шатурского городского прокурора Пантюхиной А.С., представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» по доверенности ФИО3, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, ФИО4, ее представителя – адвоката Мосалевой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, ФИО1, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО6 обратились в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что 07.11.2018 на станции <адрес> была смертельно травмирована несовершеннолетняя ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (дочь и внучка соответственно), следовавшая на учебу в <адрес>. Утрата родного человека произошла вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязанности по обеспечению безопасности на железной дороге, поскольку станция не оснащена железнодорожным переходом на платформу для пассажиров. Передвижение осуществляется к железнодорожной платформе по железнодорожным путям в условиях ограниченной видимости. Просят взыскать с ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда по 1.000.000 руб. каждому.

Определением суда от 17.06.2019, отраженным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено СПАО «Ингосстрах», третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, - ФИО4

Третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, заявлены требования к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1.000.000 руб., расходов по составлению искового заявления 2000 руб., по оплате госпошлины 300 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО4 указала, что 07.11.2018 погибла ее дочь ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Ответчиком, как владельцем источника повышенной опасности, ей причинен моральный вред в виде физических и нравственных страданий. В результате гибели ребенка она понесла невосполнимую потерю. Истцы ФИО6 никогда не являлись членами семьи погибшей, не интересовались ее жизнью, в связи с чем не могут испытывать физические и нравственные страдания.

Истцы ФИО5, ФИО1 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного слушания извещены надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 заявленные требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Третье лицо ФИО4, ее представитель – адвокат Мосалева О.Н. в судебном заседании заявленные третьим лицом требования поддержали, в удовлетворении иска ФИО6 просили отказать по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» по доверенности ФИО3 просила в удовлетворении требований истцов и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, отказать. В случае удовлетворения требования, просила снизить размер компенсации морального вреда.

Третье лицо представитель СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного слушания извещен надлежащим образом.

Свидетель ФИО11, ФИО12 в судебном заседании пояснили, что погибшая часто общалась с бабушкой и отцом, смерть ФИО17 потрясла их, ФИО6 испытывают страдания в связи с ее гибелью.

Свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО15 в судебном заседании пояснили, что ФИО6 крайне редко общались с погибшей, сторонились ее.

Исследовав представленные доказательства, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО5 и ФИО4 являются родителями ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1 - бабушкой.

07 ноября 2018 г. при переходе через железнодорожные пути на станции «<адрес>» ФИО8 была смертельно травмирована тепловозом ОАО «РЖД».

Согласно акту служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни и здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте (по факту травмирования ФИО8), составленному ОАО «РЖД» 09 ноября 2018 г., причиной несчастного случая является нарушение правил безопасности пострадавшим при нахождении на железнодорожных путях: грубая неосторожность при нахождении на железнодорожных путях, в части не обращения внимания на подаваемые сигналы приближающимся электропоездом, нахождения в момент происшествия в наушниках.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина, источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В абзаце втором пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Разрешая спор, суд исходит из того, что смерть несовершеннолетней причинена источником повышенной опасности, владельцем которого является ОАО «РЖД», в связи с чем, данный ответчик должен компенсировать моральный вред.

Исследовав и оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 56, 67 ГПК РФ, руководствуясь названными правовыми нормами, регулирующими спорные правоотношения, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований в части взыскания в пользу истца ФИО5 и третьего лица ФИО4 в счет компенсации морального вреда 90000 руб. и 250000 руб. соответственно в связи с гибелью дочери, в пользу истца ФИО1 в счет компенсации морального вреда 80000 руб. в связи с гибелью внучки, поскольку факт причинения смерти близкому родственнику источником повышенной опасности, принадлежащим ответчику, нашел подтверждение в процессе судебного разбирательства и не был опровергнут.

При этом, определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства конкретного дела, обстоятельства происшествия, причинение вреда жизни несовершеннолетней, степень родства истцов и третьего лица с погибшей, длительность проживания ФИО5 с погибшей в разных населенных пунктах, степень его участия в воспитании и содержании дочери, проживание ФИО4 с ребенком с рождения последней, привязанность матери и дочери, периодичность общения бабушки с внучкой, душевные переживания, нравственные страдания истцов и третьего лица в связи с гибелью дочери и внучки, для которых утрата близкого родственника является невосполнимой, нарушает неимущественное право на семейные связи, основания наступления ответственности ответчика и требования разумности и справедливости.

Гибель дочери причиняет родителю неисчислимые и длительные нравственные страдания, выраженные в душевной пустоте в связи с пониманием невозможности возвратить ребенка, что впоследствии лишает мать, осуществляющую полную опеку и заботу за несовершеннолетним ребенком, нормальной жизнедеятельности.

Суд считает необходимым отметить, что доводы ФИО4 о том, что отец и бабушка никогда не являлись членами семьи погибшей, не интересовались ее жизнью, в связи с чем не могут испытывать физические и нравственные страдания, являются несостоятельными, поскольку из материалов дела следует, что встречи истцов с ФИО8 имели место на протяжении жизни ребенка. Отсутствие систематического общения не может служить доказательством того, что истцы в связи со смертью дочери и внучки не испытывают чувства потери и горя, а может лишь повлиять на размер компенсации морального вреда.

Доводы представителя ОАО «РЖД» о том, что одним из оснований отказа в иске является неявка истцов в судебное заседание для дачи пояснений об обстоятельствах причинения морального вреда, по которым можно было бы определить размер полагаемой им компенсации, суд считает необоснованными, так как гражданским процессуальным законодательством стороне предоставлено право вести свои дела лично или через представителя (часть 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а представитель, в свою очередь, в силу статьи 54 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия, в том числе давать объяснения по существу заявленных требований, а также отвечать на поставленные вопросы. Более того, в материалах дела имеются письменные объяснения истцов по обстоятельствам происшедшего и по существу заявленных ими требований о взыскании компенсации морального вреда.

Также суд считает необоснованными доводы представителя ОАО «РЖД» о том, что судом необходимо применить принцип единообразия судебной практики со ссылкой на судебные акты судов Российской Федерации различного уровня, поскольку институт прецедентного права российским законодательством не предусмотрен, и судебные решения, вынесенные по иным делам, не относящимся к рассматриваемому делу по субъектному составу, преюдициального значения не имеют.

Суждения представителя ответчика о том, что обязанность по возмещению морального вреда, причиненного истцам, возлагается на СПАО «Ингосстрах» по договору страхования от 14.09.2016, суд находит несостоятельными. Согласно п. 2.3 договора страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД» по договору застрахован, в том числе риск по обязательствам вследствие причинения морального вреда лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред. При этом п. 1.5 договора страхования предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда должна быть возложена на страхователя решением суда.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку требования ФИО4 судом удовлетворены, снижен лишь размер компенсации, суд считает необходимым взыскать с ответчика понесенные стороной расходы по составлению искового заявления в размере 2000 руб.

На основании ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и ст. ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом удовлетворенных требований с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход бюджета в размере 600 руб. (за рассмотрение требований ФИО5, ФИО1 и требований ФИО4), от уплаты которой, в силу закона, освобождены истцы и третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО5, ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 90000 (девяноста тысяч) рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80000 (восьмидесяти тысяч) рублей.

В удовлетворении требований ФИО5, ФИО1 о компенсации морального вреда в размере, превышающем взысканную сумму, отказать.

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 250000 (двухсот пятидесяти тысяч) рублей, расходы по составлению искового заявления в размере 2000 (двух тысяч) рублей.

В удовлетворении требований ФИО4 о компенсации морального вреда в размере, превышающем взысканную сумму, отказать.

Обязать налоговые органы вернуть ФИО4 оплаченную госпошлину по чек-ордеру от 17.06.2019 в размере 300 (трехсот) рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход местного бюджета госпошлину в размере 600 (шестисот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Шатурский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Жигарева

Мотивированное решение составлено 19.07.2019

Председательствующий Е.А. Жигарева