Решение № 2-370/2020 2-370/2020~М-311/2020 М-311/2020 от 15 июля 2020 г. по делу № 2-370/2020

Дело № 2-370/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 июля 2020 года г. Южноуральск

Южноуральский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Черепановой О.Ю.,

при секретаре Матушкиной Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование иска указало, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП), в результате которого были причинены механические повреждения транспортному средству ответчика <данные изъяты>

Первоначально виновной в ДТП признана водитель ФИО2, управлявшая автомобилем <данные изъяты>. Ответственность владельца указанного автомобиля зарегистрирована в СПАО «Ингосстрах».

По данному страховому случаю истец выплатил ответчику страховое возмещение <данные изъяты>

От виновника ДТП ФИО2 в адрес СПАО «Ингосстрах» поступило решение Увельского районного суда Челябинск области от 21 октября 2019 года по жалобе на определение по делу об административном правонарушении <данные изъяты>, которым вышеназванное постановление отменено, производство по делу прекращено.

Полагает, что в соответствии со статьей 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем 4 пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО в данном случае страховые компании должны производить выплаты в равных долях от размера ущерба (50% от фактической суммы), поэтому сумма 200 000 рублей является для ответчика неосновательным обогащением.

Просило взыскать с ответчика в свою пользу указанную сумму неосновательного обогащения и расходы по уплате государственной пошлины.

В судебном заседании представитель истца СПАО «Ингосстрах» участия не принимал. О времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещен. Просил рассмотреть дело в отсутствие представителя истца, о чем указал в исковом заявлении.

Ответчик ФИО1 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что не нарушал Правила дорожного движения РФ, двигался по автодороге Челябинск-Троицк в направлении г. Троицка, совершал обгон нескольких автомобилей, обгон начал в месте, разрешающем обгон. Из-за плотности потока своевременно вернуться в свою полосу не мог, хотел завершить обгон сразу после перекрестка. Когда его автомобиль поравнялся с автомобилей ФИО2, она, не включая сигнала поворота, резко повернула налево, столкнув его автомобиль с дороги. Считал, что вина в ДТП исключительно ФИО2, которая не убедилась в безопасности выполняемого маневра.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признал. Пояснил, что у ФИО1 отсутствуют правоотношения с истцом, выплату страхового возмещения ему производило ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ», поэтому истцом не доказано нарушение его прав ФИО1 Также истцом не доказан факт нарушения Правил дорожного движения ФИО1, ДТП стало исключительно следствием нарушения ФИО2 требований пунктов 1.5 и 8.1 Правил дорожного движения. Также указал на то, что 1/2 доля от причиненного ФИО1 ущерба должна рассчитываться от суммы фактического ущерба, а не от лимита ответственности в 400 000 рублей. Просил в удовлетворении иска отказать.

Третьи лица ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ», ФИО2 правом на участие в судебном заседании не воспользовались. О времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещены. Представитель «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» ФИО4 просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя компании, о чем передала телефонограмму.

Дело рассмотрено в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей и исследовав материалы дела, суд считает исковые требования законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статья 1109 настоящего Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Таким образом, обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии трех условий:

- имеет место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям должно было выйти из состава его имущества;

- приобретение или сбережение произведено за счет другого лица, а имущество потерпевшего уменьшается вследствие выбытия из его состава некоторой части или неполучения доходов, на которые это лицо правомерно могло рассчитывать;

- отсутствуют правовые основания, то есть когда приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, а значит, производит неосновательно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ, для того чтобы констатировать неосновательное обогащение, необходимо отсутствие у лица оснований (юридических фактов), дающих ему право на получение имущества.

Такими основаниями могут быть договоры, сделки и иные предусмотренные статьей 8 Кодекса основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Наличие установленных законом оснований, в силу которых лицо получает имущество, в том числе денежные средства, исключает применение положений главы 60 ГК РФ.

Согласно статье 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Согласно пункту 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

Согласно пункту 4 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

Как следует из материалов дела, <данные изъяты> на <данные изъяты> автодороги Челябинск-Троицк произошло ДТП с участием двух транспортных средств: <данные изъяты> под управлением собственника ФИО1 С,М., и <данные изъяты> под управлением собственника ФИО2.

В определении о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, вынесенном ДД.ММ.ГГГГ инспектором ДПС полка ДПС ГИБДД ГУ МВД России по Челябинской области ФИО5, указано, что водитель ФИО1 управлял автомобилем, выехал на полосу встречного движения, водитель ФИО2 управляла автомобилем, совершала поворот налево, в результате между автомобилями произошло столкновение (л.д. 126).

ДД.ММ.ГГГГ старшим инспектором ДПС ОГИБДД МО МВД России «Южноуральский» ФИО7 вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении за отсутствием состава административного правонарушения, в постановлении сделан вывод о том, что данное ДТП стало возможным вследствие нарушения ФИО2 пунктов 8.1 и 1.5 Правил дорожного движения РФ. В определении о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования ФИО7 внесены записи о нарушении ФИО2 пунктов 1.3 и 8.1 Правил дорожного движения и об отсутствии нарушений Правил со стороны ФИО1

Указанные обстоятельства подтверждаются копиями указанных определения и постановления (л.д. 126, 134-135) и показаниями свидетеля ФИО7

Автогражданская ответственность ФИО1 застрахована в ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» по полису серии <данные изъяты> (л.д.137), автогражданская ответственность ФИО2 застрахована в ПАО «Ингосстрах» по полису серии <данные изъяты> (л.д.6).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» с заявлением о прямом возмещении убытков по ОСАГО, предоставив постановление, содержащее вывод о виновности ФИО2 в ДТП (л.д.7-8).

ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» признало случай страховым, о чем ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт (л.д. 172), и на основании экспертного заключения <данные изъяты> составленного ООО «Уральская техническая экспертизы», согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> с учетом износа составила <данные изъяты> платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № произвело выплату ФИО1 страхового возмещения в размере 400 000 рублей (л.д. 138-170,173).

Платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № ПАО «Ингосстрах» на основании платежного требования ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» возместило последнему сумму страхового возмещения, выплаченного в порядке прямого возмещения убытков, в размере 400 000 рублей (л.д. 46).

Решением судьи Увельского районного суда Челябинской области от 21 октября 2019 года постановление по делу об административном правонарушении старшего инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России «Южноуральский» ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ изменено, из него исключено указание на нарушение ФИО2 п. 8.1 и 1.5 Правил дорожного движения РФ (л.д. 84-85). ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 представила копию указанного решения в ПАО «Ингосстрах».

Согласно пункту 22 статьи 12 Закона об ОСАГО если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Производя выплату страхового возмещения в размере 400 000 рублей, ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» исходило из представленных ответчиком документов ГИБДД, из которых усматривалась вина в произошедшем в ДТП ФИО6

Истец, компенсировавший расходы ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» по выплате страхового возмещения, полагает, что в связи с последующим предоставлением судебного акта, которым из постановления ГИБДД исключены суждения о нарушении ФИО2 Правил дорожного движения, из составленных сотрудниками ГИБДД документов не возможно установить вину ФИО2 или определить степень вины обоих водителей, поэтому ответчик безосновательно получил страховое возмещение в большем размере, чем установлено законом.

Исследовав доказательства по делу в их совокупности и проанализировав обстоятельства произошедшего ДТП, суд приходит к выводу, что данное ДТП произошло по вине ответчика, а не ФИО2, вина которой в ДТП, напротив, отсутствует.

Так, сторона ответчика и допрошенный в судебном заседании старший инспектор ДПС ФИО7 указали на нарушение ФИО2 пунктов 1.5 и 8.1 Правил дорожного движения РФ, ставшее непосредственной причиной ДТП.

Суд с данным доводом согласиться не может в силу следующего.

Пункт 1.5 Правил дорожного движения РФ предусматривает, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пункт 8.1. Правил предписывает, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Вместе с тем в силу пункта 1.3 Правил участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами. Одним из таких требований является требование, обязывающее водителя, прежде чем начать обгон, убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения (пункт 11.1). В случае, если по завершении обгона водитель не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу, обгон запрещен (пункт 11.2).

Разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств. (Приложение № 2 к Правилам дорожного движения РФ).

В судебном заседании была исследована содержащаяся в административном материале видеозапись с видеорегистратора автомобиля ФИО1, на которой зафиксировано, что непосредственно перед ДТП ответчик начинает разрешенный маневр обгона с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, при этом пересекает разметку 1.5, которая разделяет транспортные потоки противоположных направлений на дорогах, имеющих две или три полосы, обозначает границы полос движения при наличии двух и более полос, предназначенных для движения в одном направлении. Не возвращаясь в свою полосу, ответчик обгоняет подряд пять транспортных средств, после чего начинается разметка 1.6, которая предупреждает о приближении к разметке 1.1.

Несмотря на это ответчик не возвращается в свою полосу, хотя обязан сделать это, и для этого имеется возможность, а напротив, двигаясь слева от сплошной линии разметки 1.1, обгоняет шестое транспортное средство, двигающееся непосредственно за транспортным средством Форд Куга под управлением ФИО2, и непосредственно на пересечении проезжих частей выполняет обгон автомобиля под управлением ФИО2, которая приступила к повороту налево.

Факт того, что обгон автомобиля ФИО2 ответчик выполнял именно на участке дороги, на котором нанесена сплошная линия разметки 1.1, также подтверждается схемой места совершения административного правонарушения (л.д. 126- оборот), с которой ФИО1 был ознакомлен и возражений по поводу ее правильности не имел.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании не оспаривал правильность составления схемы и не отрицал, что в момент столкновения двигался по встречной полосе дороги, слева от сплошной линии разметки.

Допрошенная в качестве свидетеля дочь ответчика ФИО8, находившаяся в его автомобиле в момент ДТП в качестве пассажира, также пояснила, что она точно не помнит, какая была разметка на месте столкновения.

Инспектором ДПС полка ДПС ГИБДД ГУ МВД России по Челябинской области ФИО5, участвовавшим в оформлении ДТП, изначально в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 12.15 КоАП РФ, которым ему вменялось совершение обгона движущегося транспортного средства, выезд на полосу дороги, предназначенную для движения транспортных средств встречного направления, нарушение требований разметки 1.1. (л.д.178).

Старшим инспектором ДПС ФИО7, исполнявшим обязанности начальника ОГИБДД МО МВД России «Южноуральский», действия ФИО1 без какого-либо изменения описания события и состава административного правонарушения по сравнению с протоколом об административном правонарушении были переквалифицированы на часть 4 статьи 12.16 КоАП РФ - несоблюдение требований, предписанных дорожными знаками или разметкой проезжей части дороги, запрещающими остановку или стоянку транспортных средств, за исключением случая, предусмотренного частью 5 настоящей статьи, что никаким образом не соотносится с обстоятельствами ДТП. (л.д. 177).

Довод стороны ответчика и старшего инспектора ДПС ФИО7 о том, что обгон был начат ФИО1 на разрешающей разметке, не свидетельствует о том, что действия ответчика при обгоне автомобиля ФИО2 соответствовали Правилам дорожного движения РФ, поскольку по смыслу Правил, по завершении разрешенного обгона возвращение на ранее занимаемую сторону проезжей части должно быть осуществлено водителем до начала разметки 1.1.

Утверждение стороны ответчика о правомерности движения слева от разметки 1.1 для завершения обгона транспортных средств, когда водитель начал не запрещенный Правилами обгон через прерывистую линии разметки 1.5, является их субъективным толкованием Правил и не согласуется с нормой пункта 5 статьи 22 Федерального закона «О безопасности дорожного движения» о правостороннем движении транспортных средств на дорогах Российской Федерации, а также аналогичной нормой пункта 1.4 Правил в системном толковании с иными предписаниями Правил, допускающими возможность движения по полосе, предназначенной для встречного движения, лишь в качестве исключения из общего правила о запрете такого движения.

Довод ответчика о том, что ФИО2 перед выполнением поворота не включила сигнал поворота, опровергается материалами дела.

Так, при проверке по факту ДТП в объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ как сама ФИО2, так и ФИО1 последовательно указывали на то, что ФИО2 перед выполнением поворота налево включила левый сигнал поворота.

На видеозаписи также видно, что автомобиль ФИО2 перед поворотом снизил скорость, один из следовавших за ним автомобилей обгоняет его справа, а следующий автомобиль также снизил скорость. Из чего следует, что водителям автомобилей, двигавшихся непосредственно за автомобилем ФИО2, было понятно намерение ФИО2 повернуть налево.

В ситуации, когда на перекрестке нанесена сплошная линия разметки 1.1 с разрывом ее непосредственно посередине перекрестка разметкой 1.7, обозначающей полосы движения в пределах перекрестка, у двигающейся по своей полосе и выполняющей поворот налево ФИО2 существовала предусмотренная пунктом 8.1 Правил дорожного движения РФ обязанность убедиться в безопасности маневра и не создавать помех транспортным средствам, движущимся только во встречном направлении, поскольку нахождение на данном участке дороги на полосе, предназначенной для встречного движения, попутно движущихся транспортных средств должно быть исключено, так как запрещено требованием разметки 1.1.

Таким образом, в действиях ФИО2 отсутствует нарушение Правил дорожного движения РФ, которое могло бы находиться в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

Непосредственной причиной ДТП является нарушение ФИО1 требований разметки 1.1 (Приложение 2 к Правилам дорожного движения РФ).

Неверная квалификация действий участников ДТП сотрудниками ГИБДД не является обязательной для суда и не влияет на правомочие суда в рамках гражданско-правового спора самостоятельно установить вину участников в ДТП.

Совокупностью приведенных выше доказательств, отвечающих признакам допустимости, относимости и достоверности, опровергнуты доводы стороны ответчика о вине в произошедшем ДТП ФИО2 и отсутствии вины ответчика. Каких-либо доказательств в подтверждение указанных доводов кроме собственных объяснений стороной ответчика не представлено. Показания свидетеля ФИО8 сводятся лишь к тому, что обгон был начат ответчиком в разрешенном месте, сигнала поворота на автомобиле ФИО2 она не видела, маневр ФИО2 для них был неожиданным. Поэтому эти показания на выводы суда не влияют.

Учитывая изложенное, у страховой компании ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» не имелось установленных законом или договором оснований для выплаты ФИО1, а у ответчика – для получения страхового возмещения в размере 400 000 рублей, о чем страховой компании на момент принятия решения о выплате страхового возмещения с учетом представленных документов ГИБДД не было известно.

Таким образом, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в размере 400 000 рублей. При этом требование истца о взыскании неосновательного обогащения в соответствии с положениями статьи 196 ГПК РФ подлежит удовлетворению в пределах заявленных требований в размере 200 000 рублей.

При таких обстоятельствах довод представителя ответчика о том, что истцом неверно определен размер исковых требований, значения не имеет.

Ссылка представителя ответчика на то, что соглашение о прямом возмещении убытков не распространяет свое действий на правоотношения между страховщиком, осуществившим выплату, и потерпевшим (выгодоприобретателем), не является основанием к отказу во взыскании неосновательного обогащения.

В силу пункта 1 статьи 26.1 Закона об ОСАГО такое соглашение определяет порядок и условия расчетов между страховщиками, но не их взаимоотношения с выгодоприобретателем. Последнее обстоятельство означает, что соответствующие взаимоотношения регулируются положениями закона, в частности следующими.

Как указывалось ранее, в части 4 статьи 14.1 Закона об ОСАГО определено, что страховщик, который страховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков).

В силу пункта 5 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, обязан возместить в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 Закона об ОСАГО соглашением о прямом возмещении убытков.

Таким образом, в силу прямого указания закона ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ», выплачивая страховое возмещение в пользу ответчика, действовало от имени истца ПАО «Ингосстрах». В данном случае, вопреки доводам представителя ответчика требование из неосновательного обогащения изначально принадлежит ПАО «Ингосстрах» как страховщику, за счет которого осуществляется страховое возмещение.

Суждение представителя ответчика о том, что только ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ», производившее выплату, имеет право требовать с ответчика компенсации переплаты страхового возмещения, не соответствует фактическим обстоятельствам спора.

ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ», выплатив ответчику страховое возмещения в сумме 400 000 рублей в порядке прямого возмещения убытков, полностью компенсировало свои затраты на названную выплату за счет истца. Поэтому у ПАО «АСКО – СТРАХОВАНИЕ» отсутствует правовой интерес в защите своего права на получение такой компенсации, что согласно статье 3 ГПК РФ требуется для обращения в суд.

При таких обстоятельствах иск ПАО «Ингосстрах» подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Учитывая, что иск СПАО «Ингосстрах» удовлетворен полностью, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 200 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» неосновательное обогащение в сумме 200 000 рублей, в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 5 200 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Южноуральский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий О.Ю. Черепанова

Мотивированное решение составлено 22 июля 2020 года

Судья О.Ю.Черепанова