Решение № 2-232/2020 2-232/2020~М-127/2020 М-127/2020 от 9 июля 2020 г. по делу № 2-232/2020

Дело № 2-232/2020

УИД 33RS0020-01-2020-000260-20


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

10 июля 2020 года г. Юрьев- Польский

Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Забавновой О.М.,

при секретаре Милашкиной Л.В.,

с участием

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика, адвоката Бабенкова Ю.А.,

прокурора Смирновой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Юрьев-Польском гражданское дело по иску Х.Л.Н. к обществу с ограниченной ответственностью «Лиственница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника,

установил:

Х.Л.Н. обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Лиственница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника - мужа, в сумме 3 000 000 руб.

В обоснование указано следующее.

Приговором суда ФИО2, директор ООО «Лиственница», признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, а именно нарушив требования обязательных правил и норм, не предвидел возможности наступления вредных последствий - наступления смерти потерпевшего Р.В.М., а должен был предвидеть, допустил работника - подсобного рабочего ООО «Лиственница» к погрузочно - разгрузочным работам без обучения и инструктажа по охране труда, стажировки и проверки знаний. ФИО3, являясь лицом, на которое возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, нарушил их, что повлекло по неосторожности смерть человека. Поскольку ФИО4 находился в момент смерти в трудовых отношениях с ответчиком, выполнял трудовые функции, возмещение морального вреда должно быть возложено на ООО. Истец потеряла супруга, испытала сильнейшее потрясение в результате его внезапной гибели, до настоящего времени пребывает в подавленном депрессивном состоянии. Дочь истца была вынуждена оставить работу и переехать к ней. На следственные мероприятия истец была вынуждена отпрашиваться с работы или брать дни за свой счет, как и дочь, что вызывало раздражение со стороны руководства.

Истец надлежащим образом извещенная о дате и месте рассмотрения дела, просила рассматривать дело в ее отсутствие.

Представитель истца поддержала требования. Сослалась на некорректное поведение ответчика по вопросу урегулирования спора миром, в связи с чем, размер компенсации, предложенный истцом ООО ранее, увеличился в половину. Просила учесть, что извинения так и не были принесены истцу ответчиком.

Представитель ответчика иск признал в части. Согласился с требованием о возмещении морального вреда, но оспорил предъявленную к взысканию сумму, посчитав ее чрезмерно завышенной. Полагал, что разумной является сумма в размере 50 000 руб.

Третье лицо ФИО3, надлежащим образом извещенный о дате и месте рассмотрения дела, в суд не явился. Просил рассматривать дело в его отсутствие, и в иске отказать. Материальную помощь, оказанную истцу в похоронах, и выплачиваемые ей средства ФСС, посчитал достаточными для удовлетворения ее претензий.

Изучив материалы дела, заслушав мнение сторон, заключение прокурора, полагавшего требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Установлено следующее. 11 марта 2019 года Р.В.М. - подсобный рабочий ООО «Лиственница» пришел на работу. В 07 часов 50 минут генеральный директор ООО «Лиственница» ФИО3 выдал устную разнарядку Б.Р.А. и Р.В.М. укладывать доски на погрузочно-разгрузочной площадке для дальнейшей их перевозки погрузчиком к сушильной камере. В рабочее время Б.Р.А. и Р.Т.М. приступили к выполнению задания. Р.Т.М. при помощи беспроводного пульта управления мостовым краном МК-15 решил переместить пачку досок к краю площадки для удобного подъезда автопогрузчика. После поднятия зацепленной пачки произошел наклон и смещение пиломатериала, разъехавшиеся вбок доски придавили Р.Т.М., проходившего рядом, в результате чего последний скончался (трудовая книжка Р.Т.М., трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ о приеме на работу в ООО «Лиственница» Р.Т.М. подсобным рабочим - № от ДД.ММ.ГГГГ, должностная инструкция № 9 от 01.03.2016 подсобного рабочего ООО «Лиственница», инструкция по охране труда для стропальщиков грузов, утвержденная 12.01.2015, табель учета рабочего времени, акт о несчастном случае на производстве, акт от 29.04.2019 о расследовании несчастного случая, акт судебно-медицинского исследования № от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, характеризующие материалы).

29 апреля 2019 года комиссией ООО «Лиственница» составлен акт №1 о несчастном случае на производстве.

Причиной несчастного случая установлена неудовлетворительная организация производства работ по подъему и перемещению грузов (пачки пиломатериала) с применением грузоподъемных машин, выразившаяся в фактическом допуске к выполнению погрузочно-разгрузочных работ и размещению грузов с применением грузоподъемных машин работников, не имеющих удостоверения на право производства работ, а также проведение этих работ (при отсутствии разработанной схемы строповки пачки пиломатериала) не под руководством лица, ответственного за безопасное производство, чем нарушены п.п.6,35 «Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов».

В качестве лица допустившего нарушение требований охраны труда указан генеральный директор ООО «Лиственница» ФИО3 (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о приеме работника на работу, трудовая книжка ФИО3, должностная инструкция № 1 генерального директора ООО «Лиственница», утвержденная 01.03.2011, табель учета рабочего времени).

Приговором Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 22 октября 2019 года (апелляционное определение от 30.12.2019), вступившим в законную силу 16 января 2020 года ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год условно с испытательным сроком 1 год.

Приговором не установлено грубой неосторожности при выполнении работ со стороны Р.Т.М., повлекшей причиненную травму, данный довод был исследован и отклонен. Суд также считает, что грубой неосторожности со стороны Р.Т.М. не имеется, поскольку необученный соответствующим видам работ и правилам техники безопасности, применимым к ним, рабочий Р.Т.М. был не только допущен к ним, но и не контролировался вышестоящим ответственным за безопасность работ сотрудником, что входило в обязанности ФИО3. Довод ответчика о небрежности Р.Т.М. отклоняется как бездоказательный, ссылки о наличии возможности отказаться от выполнения обязанностей, не состоятельны.

Несчастный случай, произошедший с Р.В.М., связан с производством, поскольку Р.В.М. состоял в трудовых отношениях с ООО «Лиственница», участвовал в производственной деятельности работодателя, и являлся лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Произошедшее с ним событие указано в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев в соответствии со ст. 227 Трудового Кодекса Российской Федерации, и произошло в течение рабочего времени на территории работодателя.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.»

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Потерпевшей по уголовному делу признана <данные изъяты> Р.В.М. - Х.Л.Н. Согласно свидетельству о заключении брака I-НА № брак между ними зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ.

Суд учел обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно Х.Л.Н. физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют на определение размера компенсации этого вреда.

По смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

При рассмотрении настоящего дела судом принято во внимание, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни гражданина.

Вместе с тем, исследованы обстоятельства, свидетельствующие о том, что Х.Л.Н. действительно испытывала и продолжает испытывать физические или нравственные страдания в связи со смертью <данные изъяты>.

Брак между Х.Л.Н. и Р.В.М., как было указано выше, заключен ДД.ММ.ГГГГ.

То есть, в законном браке до смерти ФИО4 супруги прожили более года. Вместе с тем, период их совместного, мирного и счастливого проживания, ведения совместного общего хозяйства, из подтвержденных, составляет более 12 лет.

Об этом свидетельствуют пояснения истца, материалы дела и свидетельские показания.

Представитель истца указала, что проживали они более 14 лет.

Свидетель П.В.Г., <данные изъяты>, пояснила, что с Р.В.М. (Р.В.М.) <данные изъяты> жила с 2007 года, вместе они ухаживали за <данные изъяты> свидетеля, вместе воспитывали <данные изъяты> истца - Х.А.С., которую он любил как <данные изъяты>. Отношения в семье были основаны на любви и взаимопонимании, они все делали вместе, ходили на рыбалку, работали на земельном участке, не разлучались, друг без друга не могли находиться. В 2018 году зарегистрировали брак и вскоре обвенчались, где она присутствовала. Теперь Х.Л.Н. все время плачет, депрессия не прекращается, тяжело наблюдать за ее страданиями. Пояснила, что аналогичное состояние испытывает и сама, поэтому понимает ее, плачет. Аргументировала тем, что остаться в серьезном возрасте при недостаточно хорошем состоянии здоровья одной, без поддержки и любимого человека, очень трудно. Состояние <данные изъяты> позволяет ей делать вывод, что истец утратила интерес к жизни после внезапной смерти <данные изъяты>. <данные изъяты> Х.А.С. пришлось вернуться в г.Юрьев-Польский, поскольку оставлять <данные изъяты> одну опасно для ее здоровья. Заметила, что раньше, при жизни <данные изъяты>, Х.Л.Н. почти не жаловалась на состояние своего здоровья, а теперь не прекращаются вызовы врачей и походы по больницам, а также постоянные жалобы на состояние здоровья. Также, свидетель пояснила, что слышала о наличии у Р.В.М. <данные изъяты>, однако, за все время их с истцом проживания, она его не видела, с <данные изъяты> он не общался. <данные изъяты> он считал <данные изъяты> истца - Х.А.С.. Также ей известно о наличии у Р.Т.М. <данные изъяты>.

Свидетель С.В.Г., <данные изъяты>, пояснила, что Х.Л.Н. с Р.В.М. жила более 10 лет, в этой семье всегда царили мир и согласие. Смерть <данные изъяты> была внезапной и стала для нее не только утратой, но и ударом, от которого она не может оправиться: все время плачет, пребывает в депрессивном состоянии. Пояснила, что теперь смотреть на истца больно, состояние ее тяжелое. Раньше они все делали вместе, даже рыбачили вместе. Они были счастливы. Поскольку с <данные изъяты> встречалась практически каждый день, их жизнь она могла наблюдать постоянно, и знает, что истец потеряла очень близкого человека и ей теперь будет очень трудно. После смерти <данные изъяты> ввиду ее состояния ей нужна была помощь, для чего приехала <данные изъяты>, поскольку в одиночестве она находиться не может. Свидетель сообщила, что Х.Л.Н. до сих пор говорит о <данные изъяты> постоянно, часто вспоминает его и их жизнь, плачет, усугубились ее болезни.

О том, что истец и <данные изъяты> проживали совместно достаточно длительное время, более 10 лет в гражданском браке, о хороших, теплых и доверительных отношениях в этой семье говорит и наследственное дело Р.В.М. согласно которому, ДД.ММ.ГГГГ им было оформлено завещание на имя Х.А.С. - <данные изъяты> истца от первого брака, которая и приняла наследство после его смерти.

Свидетельские показания, собранные по делу доказательства, согласуются с объяснениями Х.Л.Н., данными в ходе расследования уголовного дела.

По ее пояснениям от 15.04.2019, среди родственников <данные изъяты>, есть <данные изъяты> Р.М.В., проживающий в г.Москва, и <данные изъяты> Р.Т.М., проживающая в Саратовской области. Родители Р.Т.М. умерли. <данные изъяты> Х.А.С. Р.Т.М. не удочерялась. С Р.В.М. она жила последние 14 лет, отношения между ними были хорошие. По характеру он был добрым, справедливым, неконфликтным человеком, спокойным, спиртные напитки не употреблял, к работе относился ответственно, физически и психически был здоров.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного №, результатов медицинских исследований, датированных 2020 годом, Х.Л.Н., ДД.ММ.ГГГГ г.р., имеет ряд серьезных заболеваний с осложнениями, требующих контроля врачей, наблюдения со стороны медиков, в том числе, невролога, терапевта, кардиолога, употребления соответствующих заболеваниям лекарств. Суд учитывает, что истцу причинено горе, от последствий которого она никогда не оправится, будучи до конца жизни лишена душевного тепла со стороны <данные изъяты> и поддержки с его стороны, которая ей требуется, в том числе, и по состоянию здоровья.

Следует принять во внимание также возраст истца на момент гибели <данные изъяты> - 50 лет, поскольку внезапная смерть <данные изъяты> привела, в том числе, к разрыву их семейных связей. Немногим более года назад до смерти Р.В.М., они пришли к обоюдному желанию оформить официально супружеские отношения и венчаться, что говорит об осознанном решении, дополнительно и убедительно свидетельствует о наличии тесной связи и эмоциональной привязанности между супругами, хороших отношениях.

Судом учтена степень и глубина нравственных страданий истца ввиду непредвиденной и невосполнимой утраты близкого человека, поскольку в процессе совместной жизни в течение длительного времени - более 12 лет между ними сложились хорошие отношения, которые учтены наряду с наличием родственных отношений. Также учтено отсутствие вины потерпевшего.

Суд считает, что смерть <данные изъяты> сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. Неизгладимой является боль утраты <данные изъяты>, особенно в зрелом возрасте и подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Усмотрено из материалов дела, что с <данные изъяты> Р.В.М. не общался более 14 лет, <данные изъяты> считал Х.А.С., <данные изъяты>, воспитывал ее, растил. Со слов представителя истца, Х.А.С. на сегодняшний день не имеет намерения обратиться с подобным иском, фактически родственницей Р.Т.М. она не является, потерпевшей по уголовному делу не признавалась. <данные изъяты> Р.Т.М., проживающий в г.Москва, также не признавался потерпевшим по делу, из иных родственников Р.Т.М. осталась только <данные изъяты>, проживающая в Саратовской области. Родители Р.Т.М. умерли.

Таким образом, суд рассмотрел вопрос о наличии иных родственников погибшего, лиц, которые могут обратиться с аналогичным иском в суд.

Однако, при этом, суд учел обстоятельства причинения морального вреда именно истцу с учетом перечисленных выше требований закона, фактов, доказательств. При разрешении иска о взыскании компенсации морального вреда учтены, среди прочих, обстоятельства причинения вреда и индивидуальные особенности истца, которые не могут быть сопоставлены с обстоятельствами дела о компенсации морального вреда иному лицу в связи с гибелью близкого человека.

Х.Л.Н. была одна признана потерпевшей по уголовному делу.

Со слов стороны истца, до настоящего времени ни ФИО3, ни иной представитель ООО «Лиственница» не принес Х.Л.Н. свои извинения, вместо этого, имели место неуважительные, недоброжелательные со стороны представителей Общества переговоры по возмещению морального вреда, инициированные истцом, что приносит еще большие моральные переживания, причиняет боль. Самостоятельной инициативы о возмещении ей морального вреда ответчик не проявил.

Материалы уголовного дела, приговор по делу № 1-80/2019 не подтверждают факта принесения извинений потерпевшей стороне. В судебных заседаниях по данному делу также извинений не последовало. Предложений добровольной компенсации морального вреда в разумных и справедливых пределах, от ответчика не поступило. Это позволяет придти к выводу о наличии у истца дополнительных негативных эмоций, переживаний, а, следовательно, о глубине нравственных страданий, на что и ссылается сторона истца.

Сумму компенсации морального вреда, предложенную ответчиком в размере <данные изъяты> руб., суд считает несправедливой и несоразмерной причиненным нравственным страданиям истца, при отсутствии вины погибшего Р.Т.М., наличии вины ответчика и всех обстоятельств, исследованных судом и имевших место. Ранее моральный вред истцу и/или кому-либо в связи с этим случаем не был компенсирован.

В соответствии с налоговой декларацией Общества за 2019 год, представленной ответчиком, сумма доходов за налоговый период составила <данные изъяты> руб., налоговая база для исчисления налога составила <данные изъяты> руб., сумма исчисленного минимального налога - <данные изъяты> руб.

Ссылки на материальное положение ответчика отклоняются как несостоятельные, не могут быть приняты во внимание, поскольку имущественное положение ответчика - юридического лица не является юридически значимым обстоятельством, которое подлежит учету при определении размера компенсации морального вреда.

Вместе с тем, размер, предложенный истцом, суд также считает неразумным и чрезмерно завышенным.

Ссылки стороны истца на обстоятельства, связанные с потерей работы <данные изъяты> и переездом к ней с целью ухода, не могут быть приняты во внимание для определения размера компенсации морального вреда Х.Л.Н. ввиду смерти <данные изъяты>. Кроме того, согласно трудовой книжке Х.А.С., она уволена по собственному желанию из <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ принята на работу в <данные изъяты>, тогда как трагический случай произошел 11.03.2019. Безусловной связи между событиями, указанными истцом, не усматривается.

К доводам истца о том, что нравственные страдания ей причинены ответчиком в результате неоднократного изложения и выслушивания обстоятельств, связанных с гибелью мужа, на следственных действиях, суд относится критически, равно как к доводам о виновности ответчика в том, что для участия в следственных мероприятиях она была вынуждена отпрашиваться с работы, что вызывало недовольство руководства.

Согласно справке ООО «МЯСТОРГ» № 3 от 09.07.2020 Х.Л.Н., работающая в <данные изъяты>, находилась в отпуске без сохранения заработной платы 03.10.2019, 07.10.2019, 09.10.2019, 15.10.2019, 22.10.2019, 25.10.2019, 20.01.2020, 05.02.2020. Однако, материалы уголовного дела № 1-802019 не подтверждают ее участия в каких-либо следственных действиях. Ее объяснения были взяты единожды 15.04.2019, тогда же она признана потерпевшей по делу. Эта дата не входит в перечень дней, предоставленных ей работодателем за свой счет. В ходе расследования по уголовному делу Х.Л.Н. подано заявление от 23.04.2019 о выдаче копии акта судебно-медицинского исследования в отношении <данные изъяты>, подан гражданский иск в уголовном деле от ДД.ММ.ГГГГ. Даты также не соответствуют перечню дат, указанных в справке.

Само по себе изложение в ее присутствии обстоятельств гибели мужа могло причинять истцу дополнительные волнения, переживания.

Однако, суд критически относится к тому, что отпуск без сохранения заработной платы в эти дни также является виной ответчика, которая оценивается в совокупности с моральным вредом в целом.

Суд усматривает, что, согласно материалам уголовного дела она участвовала с представителем в судебных заседаниях суда первой инстанции 10.09.2019, 27.09.2019, 03.10.2019, 07.10.2019, 09.10.2019, 22.10.2019. Вызовы лиц на судебное заседание оформляются повесткой суда.

По смыслу статьи 170 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан освобождать работника от работы с сохранением за ним места работы (должности) на время исполнения им государственных или общественных обязанностей в случаях, если в соответствии с Трудовым кодексом и иными федеральными законами эти обязанности должны исполняться в рабочее время.

Несмотря на то, что перечень государственных и общественных обязанностей в ТК РФ не прописан, он определен федеральными законами. В частности, к таким обязанностям относится явка в качестве потерпевшего в суд.

Необходимость подачи ею заявлений о предоставлении указанных дней без сохранения заработной платы Х.Л.Н. не доказана безусловно, вины ответчика не усматривается.

Доводы третьего лица ФИО3 и ответчика о достаточности истцу материальной помощи на организацию похорон и выплат ФСС, отклоняются.

Учтено, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.

Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, в силу абзаца второго п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ осуществляется причинителем вреда.

ООО «Лиственница», ФИО3 не представлено доказательств возмещения истцу морального вреда полностью или в какой-либо части.

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» разъяснено, что надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Из приведенных нормативных положений следует, что выплаты членам семьи работника, погибшего (умершего) в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, полученного при исполнении трудовых обязанностей, а также выплаты лицам, состоявшим на иждивении умершего, входят в объем возмещения вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, указанным лицам.

Также, суд исходит из того, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ и расходному кассовому ордеру от 15.03.2019 со стороны ООО «Лиственница» Х.Л.Н. оказана материальная помощь в размере <данные изъяты> руб.

Материальная помощь Х.Л.Н., в том числе, социальное пособие на погребение ( <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.) в общей сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., согласно справке, средства, выплачиваемые ей из ФСС, не могут влиять на определение размера компенсации морального вреда.

С момента смерти Р.В.М. (11.03.2019) прошло более года. Судом данное обстоятельство учитывается, одновременно, принимается во внимание, что нашли подтверждения факты пребывания Х.Л.Н. до настоящего времени в подавленном депрессивном состоянии как последствие утраты <данные изъяты>.

В действительности, не установлено безусловной причинно-следственной связи между смертью <данные изъяты> и наличием у истца указанного в медицинских документах перечня заболеваний, что также учтено. Не представлено доказательств того, что данных заболеваний до смерти <данные изъяты> у истца не было и/или в период после его смерти заболевания обострились.

Судом учтены обстоятельства несчастного случая на производстве. Р.В.М. получил травму, проходя между пачками рассыпавшихся досок, когда резкое смещение верхних досок, придавило потерпевшего к соседней пачке досок. Приговором суда грубой неосторожности потерпевшего не установлено, не установлена она и в настоящем деле. При этом, вина ФИО3, директора ООО «Лиственница», являвшегося лицом, на которого возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, нарушившего их, что повлекло по неосторожности смерть человека, доказана, доказана вина ответчика.

При указанных и исследованных обстоятельствах, разумной и справедливой, по мнению суда, будет являться сумма компенсации в размере 800 000 руб.

В остальном в удовлетворении требований истца, суд отказывает.

Если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, она взыскивается с ответчика в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, подп. 8 п. 1 ст. 333.20 НК РФ).

В связи с этим, с общества с ограниченной ответственностью «Лиственница» в доход местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст. 198-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск Х.Л.Н. удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лиственница» в пользу Х.Л.Н. компенсацию морального вреда, причиненного смертью мужа, в сумме 800 000 руб.

В остальном в иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Лиственница» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 15.07.2020.

Председательствующий Забавнова О.М.