Решение № 2-904/2019 2-904/2019~М-731/2019 М-731/2019 от 24 июля 2019 г. по делу № 2-904/2019

61RS0017-01-2019-000854-09


Р Е Ш Е Н И Е 2-904/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Зверево 25 июля 2019 г.

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Голикова А.В.,

при секретаре Ярыш Ю.В.,

с участием истцов ФИО1 и ФИО2,

представителя истцов – адвоката Назинкиной И.В.,

прокурора – помощника прокурора г.Зверево Рутковского С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к АО «Шахтоуправление «Обуховская»» - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, повлекшего смерть ФИО3, и судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к АО «Шахтоуправление «Обуховская»» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований истцы указали, что 16 августа 2018 г. в 16 ч 30 мин в результате несанкционированного взрыва на угольной шахте АО «Шахтоуправление Обуховская» в возрасте 26 лет погиб ФИО17, состоявший в трудовых отношениях с АО «Шахтоуправление «Обуховская» в должности машиниста подземных установок. Истцу ФИО1 погибший приходился единственным сыном, а истцу ФИО2 единственным родным братом. При этом вина погибшего ФИО18 М.С. в случившемся отсутствует, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве. Причиной смерти ФИО19 М.С. явились травмы, не совместимые с жизнью - размозжение головы. Внезапная гибель ФИО20 явилась для истцов сильнейшим психологическим потрясением и стрессом, от которого они до сих пор не могут отойти. Гибель единственного сына для матери и единственного брата для сестры является невосполнимой утратой. Потеряв родного человека, истцы навсегда утратили его заботу, поддержку, внимание, что конечно же не может отразиться на их психологическом состоянии, в том числе и в будущем. В силу указанного истцы просят взыскать с АО «Шахтоуправление «Обуховская»» компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 2000000 руб., в пользу ФИО2 1000 000 руб., а также возмещение понесенных ими судебных издержек на оплату услуг адвоката в размере по 10000 руб. в пользу каждой.

Дело слушалось с участием истцов ФИО1 и ФИО2, их представителя адвоката Назинкиной И.В., помощника прокурора Рудковского С.В., в отсутствие ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» в порядке ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании истцы ФИО4 и ФИО2, а также их представитель адвокат Назинкина И.В. поддержали заявленные исковые требования в полном объеме, просили удовлетворить. Истец ФИО1 дополнительно пояснила, что после гибели сына длительное время не могла прийти в себя, не хотела жить, отказывалась от еды, постоянно принимает успокоительные препараты, без которых не может уснуть. Спустя почти год после похорон сына так и не смогла смириться с его гибелью и все свое свободное время проводит на его могиле, полагая, что так она ближе к нему. Истец ФИО2 пояснила суду, что с братом у нее были очень близкие и доверительные отношения, он ее первому сыну приходился крестным отцом и жил длительное время именно с ними, т.к. вследствие осложнений после рождения ребенка за нею требовался постоянный посторонний уход, который брат и осуществлял за ней, т.к. супруг ее оставил, а мама работала в другом городе. После того, как ей сообщили о смерти брата, учитывая что младший ребенок находился на грудном вскармливании, у нее на нервной почве пропало молоко, она начала заикаться, перестала спать, стала очень рассеяна, в силу чего вынуждена принимать сильнодействующие успокоительные препараты. На похоронах же брата она, как и мама, фактически лишена была возможности с ним проститься, поскольку вследствие сильной его травмированности, его тело в гробу было закрыто плотной тканью. После получения их семьей известия о гибели ее брата и в течение длительного времени она очень сильно переживала за душевное состояние их матери, т.к. боялась, что та от горя сойдет с ума. Пояснила, что даже по истечении года после похорон брата, боль утраты его так и не утихла ни у нее, ни у матери, которая все свое свободное время пребывает на могиле сына и даже 1 января поехала туда с новогодней елкой и пакетом конфет.

Ответчик иск в полном объеме не признал, предоставив письменные возражения на него, в которых полагал возможным удовлетворение исковых требований истцов в размере 3-кратной суммы заработной платы погибшего, т.е. каждому из истцов по 156888 руб. 75 коп. В обоснование своей позиции о существенном снижении заявленной истцами суммы ответчик сослался на наличие вступившего в законную силу приговора Красносулинского районного суда от 29.05.2019 о признании ФИО21 Ю.И. и ФИО22 Р.И. виновными в смерти ФИО23 М.С., что по убеждению ответчика само по себе является основанием для снижения заявленных истцами сумм компенсации морального вреда, поскольку как полагает ответчик в своем отзыве на иск, у истцов имеется нереализованное право на предъявление требований о компенсации морального вреда непосредственно к виновным в смерти ФИО24 М.С. работникам АО «Шахтоуправление «Обуховская». Кроме того, в обоснование своих доводов о снижении заявленной истцами суммы ответчик ссылается на факт выплаты супруге погибшего ФИО25 Ю.А. определенных Коллективным договором пособий в общей сумме 943959 руб. 83 коп., при этом признав в отзыве на иск факт отсутствия непосредственно у самих истцов права на получение каких-либо пособий в рамках Коллективного договора и факт того, что никакие суммы непосредственно истцам АО «Шахтоуправление «Обуховская» не выплачивались.

Выслушав истцов, а также их представителя, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению исходя из требований разумности и справедливости, изучив материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований ФИО1 и ФИО2 по следующим основаниям.

Согласно положениям ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасности труда лежит на работодателе.

Как установлено в ходе судебного заседания и подтверждается материалами дела, ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, состоял в трудовых отношениях с АО «ШУ «Обуховская»» в должности машиниста подземных установок. 16 августа 2018 г. в 16 ч 30 мин в результате несчастного случая - несанкционированного взрыва на угольной шахте АО «Шахтоуправление «Обуховская»» ФИО27 М.С. погиб. Причиной его смерти явилось получение им травм, не совместимых с жизнью, - открытая черепно-мозговая травма: обширные рвано-ушибленные раны головы, множественные многооскольчатые переломы свода и основания черепа (размозжение головы); размозжение правой верхней конечности, множественные многооскольчатые переломы правой плечевой кости, правового предплечья, а также костей правой кисти; множественные, слепые осколочные повреждения лица, передней поверхности груди, живота, передней поверхности бедер, слепое осколочное повреждение области правой подключичной ямки, слепое осколочное повреждение передненаружной поверхности верней трети левого бедра.

Согласно акту о несчастном случае на производстве № № от ДД.ММ.ГГГГ, а также вступившему 11.06.2019 в законную силу приговору Красносулинского районного суда от 29.05.2019 причинами несчастного случая явились: допуск погибшего ФИО28 М.С. к производству взрывных работ, без специальных навыков к тому (не по специальности), неудовлетворительная организация производства работ - не был выведен из забоя монтажной камеры лавы № 501 перед началом заряжания забоя за пределы запретной зоны, составляющей 50 м; нарушение технологического процесса.

Вина погибшего ФИО29 в несчастном случае установлена не была.

Виновниками произошедшего с ФИО30 М.С. несчастного случая являются взрывник АО «Шахтоуправление «Обуховская»» ФИО31 Ю.И. и горный мастер подземного участка подготовительных работ № 2 АО «Шахтоуправление «Обуховская»» ФИО32 Р.И., вина которых установлена приговором Красносулинского районного суда от 29.05.2019, в котором как и в акте о несчастном случае на производстве отражены обстоятельства произошедшего 16.08.2018 несчастного случая.

Истец ФИО1 является матерью погибшего ФИО33 М.С., что подтверждается свидетельством о рождении ФИО34 М.С. (л.д.33), свидетельством о расторжении брака ФИО35 Н.Х. (л.д.35) и свидетельством о перемене имени с ФИО36 Н.Х. на ФИО1 (л.д.36), а истец ФИО2 - соответственно родной сестрой ФИО37 М.С., что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.37), свидетельством о перемене имени с ФИО38 Л.С. на ФИО2 (л.д.38)

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» установлено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями (бездействиями), нарушающими его личные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие не материальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях причинения вреда жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу положений ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, ввиду вышеназванных норм права, именно на работодателе, не обеспечившего безопасные условия труда для работника, в результате чего произошел несчастный случай на производстве и наступила смерть ФИО3, лежит обязанность по возмещению морального вреда, причиненного истцам гибелью близкого человека.

При этом, суд считает несостоятельной и ошибочной позицию ответчика о том, что у истцов имеется нереализованное право на обращение в суд к виновным в смерти ФИО39 М.С. работникам АО «Обуховская»» - ФИО40 Ю.А. и ФИО41 Р.И. с иском взыскании компенсации морального вреда, поскольку таким правом истцы в силу буквального содержания положений ст. 1068 ГК не наделены, т.к. согласно указанной нормы права именно юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Аналогичное отражено также и в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Исходя из указанного, именно АО «Шахтоуправление «Обуховская»» как работодатель несет обязанность по возмещению вреда, причиненного его работниками при исполнении ими служебных, должностных или иных трудовых обязанностей. В случае же возмещения такого вреда, у работодателя возникает право регрессного требования к своему работнику в размере выплаченного возмещения.

Учитывая изложенное, истцы ФИО1 и ФИО2, вопреки убеждению ответчика, не наделены правом обращения с самостоятельным иском к работникам АО «Шахтоуправление «Обуховская»», виновным в гибели ФИО42 М.С.

При этом, ответчик АО «ШУ «Обуховская»» является обязанным по возмещению ущерба лицом также и в силу положений ст. 1079 ГК РФ как владелец источника повышенной опасности.

Определяя сумму компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «Шахтоуправление «Обуховская»» в пользу каждого из истцов, суд учитывает то обстоятельство, что смерть ФИО43 М.С. для его матери и сестры является невосполнимой утратой. Потеряв по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, своего сына и брата, истцы навсегда утратили его любовь, заботу, внимание и поддержку, что исключает возможность отрицать факт причинения истцам как матери и родной сестре погибшего, нравственных страданий, причиненных смертью близкого и родного человека, имевших место продолжительный промежуток времени, и, несомненно, отразившихся негативным образом на их психологическом состоянии, в том числе и в будущем.

Таким образом, принимая во внимание глубину и степень нравственных переживаний ФИО1 и ФИО2, учитывая требования разумности и справедливости, а также фактические обстоятельства дела, принимая во внимание отсутствие со стороны ответчика действий по возмещений истцам морального вреда, суд считает возможным взыскать с АО «Шахтоуправление «Обуховская»» в пользу истца ФИО1 сумму возмещения морального вреда в связи с гибелью ее сына в размере 600000 рублей, а в пользу ФИО2 сумму в размере 500000 рублей.

Кроме указанного, суд считает необходимым также удовлетворить требования истцов о взыскании в их пользу понесенных ими расходов на оплату услуг представителя.

В силу ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела истцами предоставлены квитанции об оплате юридических услуг на сумму по 10 000 руб. 00 коп. (л.д.10-11) Суд считает возможным удовлетворение требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя в указанном размере, полагая данную сумму отвечающей принципам разумности и справедливости, соразмерной сложности дела с учетом подготовки представителем искового заявления в суд и количества судебных заседаний, в которых представитель принимала участие.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично и взыскать:

в пользу ФИО1 с АО «ШУ «Обуховская»»:

- 600 000 рублей 00 копеек – компенсацию морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, повлекшего смерть ФИО3, установленного актом о несчастном случае на производстве № 17 от 21 сентября 2018 года;

- 10 000 рублей 00 копеек – возмещение понесенных расходов на оплату услуг представителя – адвоката Назинкиной И.В.;

в пользу ФИО2 с АО «ШУ «Обуховская»»:

- 500 000 рублей 00 копеек – компенсацию морального вреда, причиненного в результате в результате несчастного случая на производстве, повлекшего смерть ФИО3, установленного актом о несчастном случае на производстве № 17 от 21 сентября 2018 года;

- 10 000 рублей 00 копеек – возмещение понесенных расходов на оплату услуг представителя – адвоката Назинкиной И.В.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Постоянное судебное присутствие в г. Зверево Красносулинского районного суда Ростовской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 30.07.2019

Председательствующий

судья: А.В. Голиков