Решение № 2-2894/2024 2-2894/2024~М-1432/2024 М-1432/2024 от 25 ноября 2024 г. по делу № 2-2894/2024

Дело № 2-2894/2024 Строка стат.отчета 2.212

УИД 36RS0004-01-2024-003227-07


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 ноября 2024 года г. Воронеж

Ленинский районный суд г.Воронежа в составе:

председательствующего судьи Калининой Е.И.,

при секретаре Толкачевой Д.А.,

с участием старшего помощника прокурора Урывской К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству здравоохранения Воронежской области, БУЗ Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1», БУЗ Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница скорой медицинской помощи №8» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству здравоохранения Воронежской области, БУЗ ВО «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1», <данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие смерти близкого родственника – матери ФИО3, указывая, что с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. проходила лечение в БУЗ ВГКБСПМ №1, была госпитализирована в кардиологическое отделение учреждения в связи с жалобами на самочувствие и сердечные проблемы. В период нахождения в лечебном учреждении пациент ФИО3 упала с кровати, получив телесные повреждения. Как указано в иске, ФИО3 раздели, насильно одели в памперсы, отобрали одежду, в палате интенсивной терапии не работала кнопка экстренного вызова персонала, не было медицинского оборудования над кроватью, палата не отвечала требованиям палаты ПИТ, персонал отделения препятствовал истцу ФИО1 навещать ее мать ФИО3, разговаривал с истцом в грубой форме, выталкивали истца из отделения кардиологии, выкручивали руки, надевали наручники, разбили телефон, не предоставляли информацию о состоянии матери ФИО3, хотя имелась доверенность на сообщение всей информации о состоянии пациента ФИО3 именно дочери ФИО2, в отделении не проводились санитарные мероприятия, медперсонал не носил медицинских масок, не соблюдал карантин по заболеванию КОВИД-19, истец видела лежащий в отделении труп женщины. При посещении матери ФИО3 она пожаловалась истцу на ухудшение состояния в связи с падением с кровати, однако медперсонал препятствовал общению истца с матерью ФИО3, привязывал ФИО3 к кровати, вызывал охрану, которая грубо выгоняла истца из отделения кардиологии. В период нахождения ФИО3 в ВГКБСМП №1, ДД.ММ.ГГГГ., истец заметила у матери лихорадочный румянец и кашель с кровью, причем о состоянии ФИО3 истца не информировали и при попытке задать вопросы выталкивали из отделения, не давали провести гигиенические процедуры матери, не разрешали телефонные переговоры, только сообщили о поднятии температуры у ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. истцу не разрешили перевозку ФИО3 в другое медицинское учреждение, выписали домой, не сообщив о контакте ФИО3 с больной КОВИД-19 ФИО6, находящейся в кардиологическом отделении в палате вместе с ФИО3 ФИО6 была переведена в отделение КОВИД из кардиологии после подтверждения у нее заболевания путем проведенного ПЦР теста. О том, что ФИО3 была в контакте с ковидным больным, истец узнала из смс, направленного Управлением Роспотребнадзора на телефон ФИО3 Претензий по поводу лечения матери по заболеванию сердца истец не заявляла, полагает, что именно от лечения по кардиологии у матери наступило улучшение. Указывает на заражение ФИО3 КОВИД -19 в период пребывания в ГКБСМП №, что и стало причиной смерти ФИО3, а также на нарушение условий пребывания ФИО3 в учреждении и ненадлежащее обращение с истцом и ее матерью со стороны медицинских работников в период госпитализации, не информирование о состоянии близкого родственника, в том числе о контакте с ковидным пациентом, чем истцу, как дочери умершей ФИО3, причинен моральный вред.

При нахождении дома, состояние ФИО3 ухудшалось, истец вызывала неоднократно Скорую помощь, о чем свидетельствует карточка вызовов, имеющаяся в материалах дела, а также обращалась в ВГКБСМП №10, где проводились исследования ФИО3, выписка из журнала имеется в материалах дела, в результате вышеуказанных событий ФИО3 была госпитализирована в <данные изъяты> где уже проходила лечение от новой коронавирусной инфекции. Доступ в данное учреждение всем, в том числе истцу был закрыт, информация о состоянии пациента ей не сообщалась, переданные продукты и вещи принимались, полагает нарушением прав ее и ФИО3 также не приглашение в палату адвоката и священника, отказ в уходе за болеющей матерью ей, дочери. Полагает, что в <данные изъяты>8 лечение ФИО3 проходило ненадлежащим образом, поскольку смерть наступила очень быстро. После наступившей смерти ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ., причиной которой в справке о смерти указана пневмония, отек легкого, КОВИД-19, у нее требовали денежные средства в МОРГе, вскрытие ФИО3 провели без ее, истца, согласия. С учетом уточнений просит взыскать с Министерства здравоохранения <адрес>, БУЗ ВО «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1», <данные изъяты> в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, 3 000 000руб. Истец в судебном заседании пояснила, что предъявленная ею к взысканию сумма компенсации морального вреда 3 000 000руб., определена как следствие причиненных истцу страданий в связи со смертью близкого родственника – матери истца, на ухудшение своего здоровья вследствие смерти матери в настоящем иске не ссылается. Также указывала, что мать была для нее самым близким человеком, других близких родственников нет, совместно проживала с матерью, отношения были теплыми и доверительными, семья была крепкой, у истца есть брат – сын ФИО3, однако он требований о компенсации морального вреда не заявляет, его ФИО истец назвать отказалась.

Определением суда на стадии подготовки дела к судебному разбирательству от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечен прокурор Ленинского района г.Воронеж.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены БУЗ Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница скорой медицинской помощи №8», СПАО «Ингосстрах», ООО «Инкомед».

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в протокольной форме БУЗ Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница скорой медицинской помощи №8» исключено из участия в деле в качестве третьего лица и привлечено к участию в деле в качестве соответчика.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения воронежской области по доверенности ФИО4 в судебное заседание не явился, возражал против заявленных исковых требований в полном объеме, по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Представитель ответчика БУЗ Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» по доверенности ФИО5 возражал против заявленных исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель ответчика БУЗ Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница скорой медицинской помощи №8» по доверенности ФИО7 возражал против заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Третьи лица отдел полиции №5 УМВД РФ по Советскому району г. Воронежа, СПАО «Ингосстрах», ООО «Инкомед» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, суд считает возможным с учетом мнения лиц, участвующих в деле, рассмотреть дело в их отсутствие.

Старший помощник прокурора Ленинского района г.Воронежа Урывская К.В. в заключении полагала, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению только в отношении одного ответчика БУЗ Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1», размер подлежащей выплаты должен быть осуществлен в размере 50 000 руб. – 70 000 руб.

Суд, с учетом мнения старшего помощника прокурора, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, оценив все доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец ФИО1 является родной дочерью ФИО3, что подтверждается свидетельством о рождении ФИО2

Мать истца ФИО3 проходила стационарное лечение в кардиологическом отделении №2 БУЗ «Воронежская государственная клиническая больница скорой медицинской помощи №1» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., согласно выписке эпикризу из истории болезни №, с диагнозом ИБС. Повторный инфаркт миокарда без элевации ST без зубца Q передней стенки правого желудочка от 14.0-2.2021г. GRASE196б. Кардиосклероз постинфаркный от ДД.ММ.ГГГГ. Перманентная форма фибрилляции предсердий CHA2-DS-Vasc=7б,HAS-BLED=4б. Атеросклероз коронарных артерий. Гипертоническая болезнь IIIст.рССО4,ХСН2А,ХДЭП IIIст. С правосторонней пирамидной симптоматикой (ОНМК в анамнезе». Крииптогенный гепатит с минимальной степенью активности. ХБП 3Б (СКФ 31мл/мин). Хронический колит, вне обострения. Хронический панкреатит вне обострения.

После проведенного лечения в кардиологическом отделении ФИО3т. выписана домой, сообщено в поликлинику по месту жительства о том, что была контактна по covid-19, рекомендован прием противовирусных препаратов арбидол 200мг 1 раз в день 10 дней, пациенту и дочери пациента даны разъяснения по режиму и лечению.

За время лечения в палате интенсивной терапии кардиологического отделения ФИО3 находилась в палате вместе в пациентом ФИО6, у которой ДД.ММ.ГГГГ. диагностирована пневмония, вследствие чего она была переведена в отделение для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией COVID 19, в выписном эпикризе ФИО3 указана информация о контакте по COVID, даны соответствующие рекомендации.

Как следует из представленной медицинской документации на момент выписки из БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ. не имела клинических проявлений вирусной инфекции, была выписана на амбулаторное наблюдение, о контакте с больным COVID-19 сообщено в поликлинику по месту жительства ГП 10. По выявлению признаков вирусной инфекции рекомендовано обратиться в поликлинику по месту жительства немедленно.

Согласно ответу <данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ. в № час. № мин. на номер телефона № <данные изъяты>» направлено смс с текстом, что ФИО3 является контактным лицом с больным COVID-19 и обязана соблюдать режим самоизоляции по месту проживания не менее 14 дней.

Согласно журналу вызовов скорой медицинской помощи в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 произведены вызовы ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ.- 4 вызова, в результате госпитализирована в БУЗ ВО «ВГКБСМП №8».

До ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 находилась дома, в связи с ухудшением состояния осуществлены вызовы скорой медицинской помощи, ДД.ММ.ГГГГ госпитализирована в БУЗ ВО «ВГКБСМП №8» с диагнозом внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония вирусно-бактериальной этиологии (основной), кардиосклероз диффузный и очаговый, перманентная форма фибрилляции предсердий, нормоформа, гипертоническая болезнь 3 ст. риск ССО, ХСН 2А, ФК3.ЦВБ ХДЭП2-3, последствия перенесенного ОНМК в ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ. в результате исследования биоматериала на COVID-19 у ФИО3 обнаружено заболевание. ДД.ММ.ГГГГ. наступила смерть пациента ФИО3 Согласно результатам вскрытия патологоанатомического отделения ВГКБСМП № основной диагноз: новая коронавирусная инфекция COVID-19 лабораторно подтвержденная от ДД.ММ.ГГГГ., тяжелая форма. Двусторонняя полисегментарная пневмония. Осложнения ОРДС ОССН, отек легких. Сопутствующий: ИБС. Кардиосклероз постинфарктный (ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ и атеросклеротический. Перманентная форма ФП. Гипертоническая болезнь 3 ст. ХСН 2АЦВБ ДЭП Зет.Последствия перенесенного ОНМК. Хр. Панкреатит. Ушиб грудной клетки.

Согласно справки о смерти №№ от ДД.ММ.ГГГГ. дата смерти ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. № час. № мин., причина смерти 1. отек легкого, пневмония вирусно-бактериальная, коронавирусная инфекция 2. Инфаркт миокарда острый перегородочный.

Суду представлены реестр актов экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ. ООО «Инкомед» и экспертное заключение ООО «Инкомед» согласно которым замечаний по оказанию медицинской помощи за указанный период нет, замечаний по сбору информации и обследований нет, замечаний по формулировке, содержанию, времени постановки диагноза нет, ошибок в процессе лечения нет, замечаний по обоснованности поступления, длительности лечения, переводу пациентов замечаний нет.

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ. по лечению ФИО3 в БУЗ ВО «ВГКБСМП №» качество оказания медицинской помощи ФИО3 признано удовлетворительным, соответствующим приказу МЗ РФ №741н от 09.11.12г. «Стандарт специализированной медицинской помощи при пневмонии тяжелой степени тяжести с осложнениями», временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции COVID-19 10 версия и приказу МЗ РФ №198-н от 19.03.2020г. «О временном порядке организации работы медицинских организаций».

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» от ДД.ММ.ГГГГ. на основании изучения медицинских карт № установлено, что медицинская помощь ФИО3 в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» оказана своевременно, в соответствии с планом обследования, планом лечения, с учетом установленного диагноза на основании Национальных клинических рекомендаций Российского общества кардиологов «Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST, год утверждения 2020г. и стандарту оказания специализированной помощи взрослым при остром коронарном синдроме (приказ МЗРФ от 01.07.2015г. № 405ан «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при нестабильной стенокардии, остром и повторном инфаркте миокарда (без подъема сегмента ST электрокардиограммы)», пересмотр: приказ Минздрава России от 02.03.2021г. №158н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме» с соблюдением санитарно-эпидемиологического режима и правил ведения пациентов контактных по COVID-19. Даны разъяснения о необходимости соблюдения режима самоизоляции, продолжения приема арпефлю (согласно Постановлению Главного государственного санитарного врача РФ от 22.05.2020г. № 15». П. 3.8 Выписка контактных лиц, у которых не появились клинические симптомы в течение всего периода медицинского наблюдения, к занятию трудовой деятельностью (обучению), допуск в организованные коллективы осуществляется по истечении 14 календарных дней со дня последнего контакта с больным COVID-19 без проведения лабораторного исследования на COVID-19. Отбор проб биологического материала у лица, контактировавшего с больным COVID-19 для лабораторного исследования проводится при проявлении клинических симптомов заболевания, сходного с COVID-19.

По поводу неэтичного обращения с матерью ФИО3 медицинского персонала лечебных учреждений, запрета на посещение матери, отсутствие ухода за пациентом, падения в палате и для проверки качества оказания медицинской помощи, истец обращалась с заявлениями в различные инстанции - в ГУ МВД России по Воронежской области, в Министерство здравоохранения в Воронежской области, в <данные изъяты> в следственное управление следственного комитета РФ отдел по <данные изъяты>, в территориальный орган федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения, прокуратуру <данные изъяты>, прокуратуру <данные изъяты>.

Вышеуказанными органами все обращения ФИО1 были рассмотрены, проведены внутренние проверки в медицинских учреждениях, отобраны объяснения, составлены докладные, изучены данные медицинской документации, по результатам которых в адрес заявителя направлены ответы, из содержания которых усматривается, что ФИО3 была госпитализирована по медицинским показаниям в палату интенсивной терапии кардиологического отделения №, где имеется круглосуточный пост медицинского персонала, осуществляется уход за пациентами ПИТ. Привлечение родственников для ухода за пациентами с учетом эпидобстановки было нецелесообразно. Посещения пациентов родственниками осуществлялось в установленные часы. ФИО1 допускалась к посещению ФИО3 ежедневно. Все лечебные мероприятия осуществлялись с письменного согласия пациентки ФИО3 Тяжесть состояния ФИО3 требовала использования подгузников. После проведенного опроса сотрудников и других пациентов ПИТ факт падения ФИО3 не установлен, при попытке встать ФИО3 ударилась о боковое ограждение кровати, в месте ушиба появилась гематома. О результатах лечения ФИО1 предоставлялась информация лечащим врачом и заведующим отделением. С ФИО1 проводились беседы о соблюдении режима лечебного учреждения, соблюдении правил посещения родственников и соблюдения эпидрежима. Отмечена эмоциональность ФИО1 при общении с медперсоналом, другими пациентами, отказывалась снимать головной убор, снимала маску, по фактам поведения вызывалась дежурная смена сотрудников охранного предприятия <данные изъяты>» и участковый полицейский полицейского участка № ФИО10 Также ФИО3 проведены необходимые диагностические исследования. Пациентка ФИО3 выписана ДД.ММ.ГГГГ. в удовлетворительном состоянии без признаков вирусного заболевания на день выписки, даны рекомендации по лечению. За время лечения в палате интенсивной терапии кардиологического отделения № у соседки по палате ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ. диагностирована пневмония, пациентка переведена в отделение для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией, в выписном эпикризе указана информация о том, что пациентка ФИО3 контактна по COVID-19 на день выписки ДД.ММ.ГГГГ.

По факту обращения ФИО1 в <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений предусмотренных ст. 330 УК РФ на основании п.1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления, отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24, 144, 145, 148 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 заведующая отделением кардиологии БУЗ ВО «ВГКБСМП №» суду пояснила, что ФИО1 разрешались посещения матери, о состоянии матери ФИО1 информировалась, ФИО1 нарушала режим учреждения, ударила медсестру, вызывались охранники. Палата ПИТ оснащена в соответствии с предъявляемыми требованиями, в ней находится круглосуточный пост. Соседка по палате ФИО3 заболела Ковид, в связи, с чем для дальнейшего лечения переведена в другое специализированное отделение ВГКБСМП. На момент выписки у ФИО3 симптомов вирусного заболевания не было.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО12 врач кардиологического отделения БУЗ ВО «ВГКБСМП №1», суду пояснил, что палата ПИТ, где находилась ФИО3 оснащена по существующим стандартам, в ней круглосуточно находится врач. При агрессивном поведении ФИО1 в палату вызывалась охрана, ФИО1 вывели из палаты.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13, врач БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» суду пояснил, что в палате ПИТ где находилась ФИО3 соблюдались все санитарные нормы, оснащение палаты соответствовало предъявляемым требованиям. Писал докладную записку в связи с поведением ФИО1, когда она препятствовала работе врачей ПИТ. ФИО3 к кровати не привязывали.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО14 врач БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» суду пояснил, что врачи в палате ПИТ были в масках, ФИО2 при посещении матери отказывалась снять верхнюю одежду и шапку, поэтому ее не пускали в отделение, вызвали охранников, ФИО1 удалили из палаты. Не помнит, чтобы ФИО3 падала с кровати.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО15 врач БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» суду пояснил, что не помнит, чтобы у ФИО3 было кровохарканье, повышение температуры в период лечения в отделении кардиологии. ФИО3 всегда была в сознании, адекватна, общалась с врачами. У соседки ФИО3 по палате была выявлена температура, выявлен КОВИД, ее перевели сразу в ковидное отделение больницы. Все пациенты ежедневно осматривались, измерялась температура. Знает о конфликтах ФИО1 с медперсоналом, ФИО1 проходила в отделение в шапке. При выписке у ФИО3 не было признаков вирусной инфекции.

Кроме того, как пояснила в судебном заседании сама истец, просьб о вызове к матери адвоката и священника от нее не поступало.

Доводы о том, что ФИО22 и близкий родственник ФИО1 не извещены при выписке о контакте ФИО21. при нахождении в кардиологическом отделении ВГКБСПП №1 с больным COVID-19 не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку опровергаются самим выписным эпикризом от ДД.ММ.ГГГГ., в котором такая информация имеется, эпикриз вручается пациенту при выписке.

Таким образом, суд полагает, что доводы ФИО2 о нарушении медицинскими работниками БУЗ ВО «ВГКБСМП №» этических норм, режима функционирования учреждения, при лечении пациента ФИО3, а также правил посещения отделения родственниками пациентов в кардиологическом отделении больницы не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Также суду представлено объяснение заведующей патологоанатомическим отделением БУЗ ВО «ВГКБСМП №» ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ. в адрес главного врача БУЗ ВО «ВГКБСМП №8» по жалобе ФИО1 о том, что протезы умерших в отделении патанатомии при приеме трупов не осматриваются и не учитываются. Изъятие протезов не осуществляется, а передается родственникам с телом. Каких либо манипуляций с нарушением целостности тканей лица и полости рта при аутопсии не проводилось. В отделении патанатомии платные услуги не предусмотрены, денежные средства с ФИО2 не взимались.

Истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ суду не представлены бесспорные доказательства того, что при лечении ФИО3 в БУЗ ВО «ВГКБСМП №» с истца незаконно взимались денежные суммы, не передавались продукты и средства гигиены предназначенные для ФИО3, кроме того, требования материального характера о взыскании сумм ущерба ФИО2 в настоящем гражданском деле не заявлены.

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы № от 17.09.2024г. инкубационный период новой коронавирусной инфекции (НКВИ) составляет от 2 до 14 суток, в среднем 5-7 суток. Источником инфекции является больной человек, в том числе находящийся в инкубационном периоде заболевания, и бессимптомный носитель SARS-CoV-2. Наибольшую опасность для окружающих представляет больной человек в последние два дня инкубационного периода и первые дни болезни. Передача инфекции осуществляется воздушно-капельным, воздушно-пылевым и контактным путями. Ведущим путем передачи SARS-CoV-2 является воздушно-капельный, который реализуется при кашле, чихании и разговоре на близком (менее 2 метров) расстоянии. Контактный путь передачи реализуется во время рукопожатий и других видах непосредственного контакта с инфицированным человеком, а также через поверхности и предметы, контаминированные вирусом. В БУЗ ВО «ВГКБСМП №» ФИО3 поступила ДД.ММ.ГГГГ, контакт её с больной НКВИ зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ. выписана из кардиологического отделения ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, поступила в БУЗ ВО «ВГКБСМП №» с клиникой НКВИ ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая средние сроки инкубационного периода (2-14 суток), можно утверждать, что ФИО3 могла быть инфицирована SARS-CoV-2 до поступления в БУЗ ВО «ВГКБС МП №», во время стационарного лечения, так и после выписки из БУЗ ВО «ВГКБСМП №1». Достоверно ответить на данный вопрос не представляется возможным. В феврале и марте ДД.ММ.ГГГГ. лечение пациентов с НКВИ проводилось на основании актуального на тот момент нормативно-правового документа, а именно методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19 версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ. Комплекс мероприятий, указанных в вышеизложенных методических рекомендациях, недопущению распространения COVID-19 в медицинских организациях, проводился в соответствии с приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19».Из методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ.» следует, что: «в случае подтверждения диагноза COVID-19 в стационаре необходимо выявить лиц, имевших контакт с пациентом, среди находившихся в данном учреждении. За лицами, контактными с пациентом, устанавливают медицинское наблюдение. Проведение 2-кратного в течение суток медицинского осмотра и термометрии всех стационарных пациентов с записью результатов в листе наблюдения.».При обращении в медицинские организации лабораторному обследованию на РНК SARS-CoV-2 подлежат пациенты без признаков ОРИ при данных эпидемиологического анамнеза: наличие тесных контактов за последние 14 дней с лицами, находящимися под наблюдением по инфекции, вызванной SARS-CoV-2, которые в последующем заболели;

наличие тесных контактов за последние 14 дней с лицами, у которых лабораторно подтвержден диагноз COVID-19.

Тактика ведения пациента, у которого был контакт с пациентом с установленным диагнозом COVID-19 (при отсутствии симптомов ОРВИ):

Оформление листка нетрудоспособности на 14 дней;

Изоляция на дому на 14 дней;

В случае появления симптомов ОРВИ или других заболеваний пациент вызывает врача на дом;

Забор мазка из носо- и ротоглотки в день обращения с первичным осмотром врача (в кратчайшие сроки), при появлении клинических симптомов ОРВИ - немедленно.

За ФИО3 после контакта по палате было установлено наблюдение с замером температуры 4 раза в день. Симптомов ОРВИ у ФИО3 до выписки не было выявлено, о чём свидетельствуют дневниковые записи в медицинской карте стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1». С профилактической целью ФИО3 был назначен препарат «Арпефлю» в дозировке 200 мг 4 раза в день.

В выписном эпикризе из истории болезни БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» имеется запись о контакте с больной НКВИ, о чем сообщено в поликлинику по месту жительства. Рекомендовано: «режим самоизоляции, прием арбидола по 200 мг 1 раз в день 10 дней. При появлении симптомов вирусной инфекции сообщить в поликлинику по месту жительства.».

По данным медицинской карты амбулаторного больного на имя ФИО3 до ДД.ММ.ГГГГ. вызова из поликлиники врача не было, а имеется только запись врача терапевта участкового от ДД.ММ.ГГГГ., что врач не попал на вызов к данной пациентке по причине отсутствия её дома, по скорой медицинской помощи пациентка была направлена а БУЗ ВО «ВГКБСМП №».

В медицинской карте стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» не имеется сведений о проведении обследования на РНК SARS-CoV-2 у ФИО3 после установления контакта по COVID-19 ДД.ММ.ГГГГ

Исходя из временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ.» ФИО3 в кратчайшие сроки после контакта с больным НКВИ необходимо было провести обследования на РНК SARS-CoV-2. В медицинской карте стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» не имеется сведений о проведении обследования на РНК SARS-CoV-2 у ФИО3 после установления контакта rio COVID-19 22.02.2021г., что является дефектом диагностики.

Алгоритм обследования пациента (Сподозрением на COVID-19 включает в себя:

- подробную оценку всех жалоб, анамнеза заболевания, эпидемиологического анамнеза;

- физикальное обследование с установлением степени тяжести состояния пациента (оценку видимых слизистых оболочек верхних дыхательных путей; аускультацию и перкуссию легких; пальпацию лимфатических узлов; исследование органов брюшной полости с определением размеров печени и селезенки; термометрию; оценку уровня сознания; измерение частоты сердечных сокращений, артериального давления, частоты дыхательных движений; пульсоксиметрию с измерением Sp02 для выявления дыхательной недостаточности и оценки выраженности гипоксемии);

- инструментальную диагностику (пульсоксиметрию с измерением Sp02, электрокардиографию);

- лабораторную диагностику COVID-19 (общий (клинический) анализ крови, биохимический анализ крови (мочевина, креатинин, электролиты, глюкоза, аланинаминотрансфераза, аспартатаминотрансфераза, билирубин, альбумин, лактат, лактатдегидрогеназа тропонин, ферритин), С-реактивный белок (СРБ), гормональное исследование, коагулограмма);

- этиологическую лабораторную диагностику: прямые методы этиологической диагностики (выявление РНК SARS-CoV-2 с применением МАНК, выявление антигена SARS-CoV-2 с применением иммунохроматографических методов), непрямые методы этиологической диагностики (выявление иммуноглобулинов классов А, М, G (IgA, IgM и IgG) к SARS-CoV-2);

- лучевую диагностику при COVID-19 (обзорную рентгенографию легких (РГ) (которая имеет низкую чувствительность в выявлении начальных изменений в первые дни заболевания и не может применяться для ранней диагностики); компьютерную томографию легких (КТ) (которая имеет высокую чувствительность в выявлении изменений в легких, характерных для COVID-19); ультразвуковое исследование легких и плевральных полостей (УЗИ) (у пациентов с предполагаемой/известной COVID-19 пневмонией является дополнительным методом визуализации, который не заменяет и не исключает проведение РГ и КТ).

Анализируя вышеизложенное, экспертная комиссия приходит к выводу, что ФИО3, в условиях стационарного лечения в БУЗ ВО «ВГКБСМП № 8», были проведены все необходимые диагностические мероприятия, в соответствии с методическими рекомендациями, утвержденными Министерством здравоохранения РФ «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» 10 версия от 08.02.2021г.

Основным подходом к терапии COVID-19 должно быть упреждающее назначение лечения до развития полного симптомокомплекса жизнеугрожающих состояний, а именно пневмонии, ОРДС, сепсиса. Лечение COVID-19 в соответствии с протоколами настоящих рекомендаций проводится в подтвержденных и вероятных случаях заболевания. В рамках оказания медицинской помощи необходим мониторинг состояния пациента для выявления признаков ухудшения его клинического состояния. Пациенты, инфицированные SARS-CoV-2, должны получать поддерживающую патогенетическую и симптоматическую терапию. Лечение сопутствующих заболеваний и осложнений осуществляется в соответствии с клиническими рекомендациями, стандартами медицинской помощи по данным заболеваниям.

В данном конкретном случае ФИО9, находясь на стационарном лечении в БУЗ ВО «ВГКБСМП № 8», получала следующие препараты:

- «Цефтриаксон 1.0 NaCl 0.9% 200», показания для назначения которого - инфекционно-воспалительные заболевания, вызванные чувствительными к цефтриаксону микроорганизмами, в т.ч. сепсис, пневмония, абсцесс легкого, эмпиема плевры и др;

- «Левофлоксацин 500», показания для назначения которого - лечение инфекционно-воспалительных заболеваний, вызванных чувствительными к левофлоксацину микроорганизмами (внебольничная пневмония и др.);

- «Омепразол 20», показания для назначения которого - язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки в фазе обострения;

- «Гепарин 5000», показания для назначения которого - профилактика и терапия тромбозаглубоких вен, тромбоэмболии легочной артерии (в т.ч. при заболеваниях периферических вен), тромбоза коронарных артерий, тромбофлебита, нестабильной стенокардии, острого инфаркта миокарда, мерцательной аритмии (в т.ч. сопровождающейся эмболией), ДВС-синдрома и др;

- «Дексаметазон 4», показания для назначения которого - шок различного генеза; тяжелые инфекционные заболевания (в сочетании с антибиотиками) и др.;

- «Бисопролол», показания для назначения которого - артериальная гипертензия, профилактика приступов стенокардии, хроническая сердечная недостаточность;

-«Лизиноприл», показания для назначения которого - эссенциальная и реноваскулярная артериальная гипертензия (в виде монотерапии или в комбинации с другими антигипертензивными препаратами), хроническая сердечная недостаточность (в составе комбинированной терапии);

- «Зилт 75», показания для назначения которого - вторичная профилактика атеротромботических осложнений; у взрослых пациентов после недавно перенесенного инфаркта миокарда (с давностью от нескольких дней до 35 дней), профилактика атеротромботических и тромбоэмболических осложнений у взрослых пациентов с фибрилляцией предсердий (мерцательной аритмией) и др;

- «Аспирин», показания для назначения которого - симптоматическое облегчение головной боли, боли в горле, повышенной температуры тела при простудных и других инфекционно-воспалительных заболеваниях и др;

- «Спиронолактон», показания для назначения которого - отеки при хронической сердечной недостаточности, артериальная гипертензия и др;

- «Гриппферон по 3 кап в нос ход 5 раз», показания для назначения которого - профилактика и лечение гриппа и ОРВИ у детей и взрослых;

-«Арбидол 200 4 р», показания для назначения которого - профилактика и лечение у взрослых и детей: грипп А и В, другие ОРВИ, комплексная терапия пневмонии и др;

- «Фуросемид», показания для назначения которого - отечный синдром различного генеза, в т.ч. при хронической сердечной недостаточности II-III стадии, отек легких, сердечная астма, отек мозга, проведение форсированного диуреза, артериальная гипертензия тяжелого течения и др;

- «Амиодарон 300 glucosae 5% 200», показания для назначения которого - лечение и профилактика пароксизмальных нарушений ритма: угрожающие жизни желудочковые аритмии, профилактика фибрилляции желудочков, суправентрикулярные аритмии, предсердная и желудочковая экстрасистолия, аритмии на фоне коронарной недостаточности или хронической сердечной недостаточности и др.

Данные препараты были показаны ФИО3 ввиду наличия у неё сопутствующей соматической патологии (ишемическая болезнь сердца (ИБС), трансмуральный инфаркт миокарда передней стенки левого желудочка, межжелудочковой перегородки от ДД.ММ.ГГГГ., диффузный кардиосклероз, стенозирующий коронароатеросклероз, гипертоническая болезнь, гипертрофия сердца, дисциркуляторно- дистрофическая энцефалопатия на фоне последствий перенесенного ишемического инсульта с правосторонней пирамидной симптоматикой).

Оказание медицинской помощи ФИО3 в БУЗ ВО «ВГКБСМП № 8» проводилось в соответствии с методическими рекомендациями, утвержденнымиМинистерством здравоохранения РФ «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» 10 версия от ДД.ММ.ГГГГ. и другими действующими на то время нормативными документами. Назначенные лекарственные препараты (дексаметазон и гепарин) соответствуют 5 схеме лечения цитокинового шторма при COVID-19, который, как правило, приводит к развитию ОРДС (острого респираторного дистресс-синдрома), полиорганной недостаточности и может быть причиной летального исхода. Назначение остальных препаратов обусловлено лечением сопутствующих заболеваний и их осложнений.

Согласно данным литературных источников, пожилой возраст и хронические сопутствующие заболевания, особенно диабет, хроническая обструктивная болезнь легких, заболевания сердечно-сосудистой системы, почек и печени, являются факторами риска развития тяжелых форм COVID-19 и смерти пациентов. Пациенты пожилого возраста и пациенты с сопутствующими заболеваниями подвержены более высокому риску заражения коронавирусом SARS-CoV-2, быстрому прогрессированию инфекции, развитию метаболического ацидоза, дисфункции коагуляции, повреждению органов, вторичной инфекции и септическому шоку, часто приводящих к смерти. Пожилой возраст является самым сильным фактором риска летального исхода при COVID-19. Риск смерти увеличен в 7,9 раза у пациентов в возрасте >75 лет и в 3,4 раза у пациентов в возрасте 65- 74 лет по сравнению с пациентами в возрасте до 65 лет.

Согласно данным предоставленной медицинской документации и данным протокола патологоанатомического вскрытия (№ от ДД.ММ.ГГГГ), у ФИО3, помимо Коронавирусной инфекции, вызванной вирусом COVID-19, имелись следующие заболевания: ишемическая болезнь сердца (ИБС), трансмуральный инфаркт миокарда передней стенки левого желудочка, межжелудочковой перегородки от ДД.ММ.ГГГГ., диффузный кардиосклероз, стенозирующий коронароатеросклероз (стеноз до 75%), порок Менкеберга (развитие в аортальном клапане первичного кальциноза), гипертоническая болезнь, гипертрофия сердца, (масса- 420г, толщина стенки левого желудочка- 2,5 см), первично-сморщенные почки (масса- 80/80г), хроническая почечная недостаточность (уремия, азотемия (мочевина - 41,7 ммоль/л; креатинин -0,312 ммоль/л)), дисциркуляторно-дистрофическая энцефалопатия на фоне последствий перенесенного ишемического инсульта с правосторонней пирамидной симптоматикой. Кроме того, стоит отметить, что на момент госпитализации ФИО3 было полных 83 года (ДД.ММ.ГГГГ года рождения); которые могли обусловить тяжелое течение НКВИ и наступление смерти.

Сам по себе ушиб грудной клетки в виде гематомы (полости, заполненной кровью) грудной клетки слева, не мог оказать какого-либо влияния на течение развития коронавирусом SARS-CoV-2, поскольку является ограниченным скоплением крови в мягких тканях, которые, обычно, проходят самостоятельно, в том числе без использования медикаментозного лечения. Ввиду вышеизложенного наличие ушиба грудной клетки слева не связано с тяжелым течением НКВИ и наступлением смерти.

На основании проведенных экспертных исследований, принимая во внимание имеющиеся в распоряжении экспертов документированные материалы, с учетом оценки результатов специального исследования и в соответствии с поставленными вопросами, подробно обосновывая их в разделе «Оценка результатов исследований», комиссия приходит к следующим выводам:

(ответ на вопрос №1). В какой период времени могло произойти инфицирование пациента ФИО23 новой коронавирусной инфекцией COVID-19? (ответ на вопрос №2). Могло ли инфицирование ФИО3 новой коронавирусной инфекцией COVID-19 произойти в период стационарного лечения в БУЗ ВО «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» в отделении кардиологии?

Учитывая средние сроки инкубационного периода (2-14 суток), можно утверждать, что ФИО3 могла быть инфицирована SARS-CoV-2 до поступления в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1», во время стационарного лечения, так и после выписки из БУЗ ВО «ВГКБСМП №1». Достоверно ответить на данный вопрос не представляется возможным.

(ответ на вопрос №3). Соответствовало ли качество медицинской помощи ФИО3 оказанное ей в БУЗ ВО «ВГКБСМП№1» после обнаружения того обстоятельства, что в период стационарного лечения она находилась в контакте с пациентом (нахождение в одной палате кардиологического отделения), заболевшей в период нахождения в палате новой коронавирусной инфекцией COVID-19? Имелись ли нарушения стандартов и порядка оказания медицинской помощи?

За ФИО3 после контакта по палате было установлено наблюдение с замером температуры 4 раза в день. Симптомов ОРВИ у ФИО3 до выписки не было выявлено, о чём свидетельствуют дневниковые записи в медицинской карте стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1». С профилактической целью ФИО3 был назначен препарат «Арпефлю» в дозировке 200 мг 4 раза в день, доза соответствует лечебной тактике, изложенной в методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ

Исходя из временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ.» ФИО3 в кратчайшие сроки после контакта с больным НКВИ необходимо было провести обследования на РНК SARS-CoV-2. В медицинской карте стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» не имеется сведений о проведении обследования на РНК SARS-CoV-2 у ФИО3 после установления контакта по COVID-19 ДД.ММ.ГГГГ., что является дефектом диагностики.

Помимо временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ.», каких- либо иных нормативно-правовых документов, регламентирующих профилактику, диагностику и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), в том числе стандартов и порядка оказания медицинской помощи не имеется.

(Ответ на вопрос №4). Своевременно либо несвоевременно была проведена диагностика заболевания новой коронавирусной инфекцией COVID-19 ФИО3?

Экспертная комиссия приходит к выводу, что ФИО3, в условиях стационарного лечения в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1», после контакта с больным НКВИ, не было проведено своевременное обследование на РНК SARS-CoV-2, что является дефектом диагностики.

Экспертная комиссия приходит к выводу, что ФИО3, в условиях стационара БУЗ ВО «ВГКБСМП № 8», своевременно были проведены все необходимые диагностические мероприятия, в соответствии с методическими рекомендациями, утвержденными Министерством здравоохранения РФ «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» 10 версия от ДД.ММ.ГГГГ

(ответ на вопрос №). Соответствовало ли качество медицинской помощи, оказанной ФИО3 в период ее госпитализации в стационаре БУЗ ВО «ВГКБСМП №8» критериям качества медицинской помощи, действовавшим на территории Российской Федерации в период госпитализации ФИО3 в стационаре БУЗ ВО «ВГКБСПМ№8»? Имелись ли нарушения стандартов и порядка оказания медицинской помощи?

Оказание медицинской помощи ФИО3 в БУЗ ВО «ВГКБСМП № 8» проводилось в соответствии с методическими рекомендациями, утвержденными Министерством здравоохранения РФ «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» 10 версия от 08.02.2021г.. Назначенные лекарственные препараты (дексаметазон и гепарин) соответствуют 5 схеме лечения цитокинового шторма при COVID-19, который, как правило, приводит к развитию ОРДС (острого респираторного дистресс-синдрома), полиорганной недостаточности и может быть причиной летального исхода.

Остальные препараты были показаны ФИО3 ввиду наличия у неё сопутствующей соматической патологии (ишемическая болезнь сердца (ИБС), трансмуральный инфаркт миокарда передней стенки левого желудочка, межжелудочковой перегородки от 14.02.2021г., диффузный кардиосклероз, стенозирующий коронароатеросклероз, гипертоническая болезнь, гипертрофия сердца, дисциркуляторно- дистрофическая энцефалопатия на фоне последствий перенесенного ишемического инсульта с правосторонней пирамидной симптоматикой).

Помимо временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от 08.02.2021г.», каких- либо иных нормативно-правовых документов, регламентирующих профилактику, диагностику и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), в том числе стандартов и порядка оказания медицинской помощи не имеется.

(ответ на вопрос №6). Можно ли утверждать, что наличие у ФИО3 на момент госпитализации в БУЗ ВО «ВГКБСПМ №8» фоновых (сопутствующих) заболеваний, а также полученные в БУЗ ВО «ВГКБСПМ№1» в период госпитализации травмы при падении ФИО3 с кровати осложняли лечение и способствовали наступлению летального исхода при инфицировании новой коронавирусной инфекцией COVID-19?

Согласно данным предоставленной медицинской документации и данным протокола патологоанатомического вскрытия (№ от ДД.ММ.ГГГГ), у ФИО3, помимо Коронавирусной инфекции, вызванной вирусом COVID-19, имелись следующие заболевания: ишемическая болезнь сердца (ИБС), трансмуральный инфаркт миокарда передней стенки левого желудочка, межжелудочковой перегородки от 14.02.2021г., диффузный кардиосклероз, стенозирующий коронароатеросклероз (стеноз до 75%), порок Менкеберга (развитие в аортальном клапане первичного кальциноза), гипертоническая болезнь, гипертрофия сердца, (масса- 420г, толщина стенки левого желудочка- 2,5 см), первично-сморщенные почки (масса- 80/80г), хроническая почечная недостаточность (уремия, азотемия (мочевина - 41,7 ммоль/л; креатинин -0,312 ммоль/л)), дисциркуляторно-дистрофическая энцефалопатия на фоне последствий перенесенного ишемического инсульта с правосторонней пирамидной симптоматикой. Кроме того, стоит отметить, что на момент госпитализации ФИО3 было полных 83 года (ДД.ММ.ГГГГ года рождения); которые могли обусловить тяжелое течение НКВИ и значительно повышали шансы наступления смерти. Сам по себе ушиб грудной клетки в виде гематомы (полости, заполненной кровью) грудной клетки слева, не мог оказать какого-либо влияния на течение развития коронавирусом SARS-CoV-2, поскольку является ограниченным скоплением крови в мягких тканях, которые, обычно, проходят самостоятельно, в том числе без использования медикаментозного лечения. Ввиду вышеизложенного наличие ушиба грудной клетки слева не связано с тяжелым течением НКВИ и наступлением смерти.

Допрошенный в судебном заседании с использованием видеоконференц-связи эксперт ФИО18 подтвердил данное им заключение экспертизы, кроме того, пояснил, что помимо указанных им в заключении временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика, и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19) версия 10 от ДД.ММ.ГГГГ.», действует также Постановление главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 22.05.2020г. №15 «Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции ((COVID-19), ссылка на которые имеется в приведенной им в экспертизе временных методических рекомендаций, версия 10. Исходя из приведенных документов эксперт настаивал на своем заключении в части необходимости проведения обследования на РНК SARS-CoV-2, пациента, контактного с выявленным в медицинском учреждении пациентом, заболевшим COVID-19, сразу после выявления такого заболевшего, что является дефектом диагностики.

Суд соглашается с выводами судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ., ввиду следующего.

"Временные методические рекомендации "Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 10 (08.02.2021)" (утв. Минздравом России) предусматривают в обязательном порядке лабораторное обследование на COVID-19 с применением МАНК проводится следующим категориям лиц (Постановление Главного государственного санитарного врача РФ от 30 марта 2020 г. N 9 "О дополнительных мерах по недопущению распространения COVID-19"; постановление Главного государственного санитарного врача РФ от 22 мая 2020 г. N 15 "Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 "Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" (с изменениями от 13.11.2020):

-при обращении в медицинские организации лабораторному обследованию на РНК SARS-CoV-2 подлежат пациенты без признаков ОРИ при наличии следующих данных эпидемиологического анамнеза: наличие тесных контактов за последние 14 дней с лицами, у которых лабораторно подтвержден диагноз COVID-19; основным видом биоматериала для лабораторного исследования на РНК SARS-CoV-2 является материал, полученный при заборе мазка из носоглотки (из двух носовых ходов) и ротоглотки. Мазки со слизистой оболочки носоглотки и ротоглотки собираются в одну пробирку для большей концентрации вируса.

При поступлении в приемное отделение медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, пациента с клиническими проявлениями ОРВИ с характерными для COVID-19 симптомами и данными эпидемиологического анамнеза, медицинский работник проводит комплекс первичных противоэпидемических мероприятий с использованием СИЗ. Медицинский работник, не выходя из помещения, в котором выявлен больной, с использованием имеющихся средств связи извещает руководителя медицинской организации о выявленном пациенте и его состоянии для решения вопроса об его изоляции по месту его выявления (бокс приемного отделения) до его перевода в мельцеровский бокс медицинской организации, в которой был выявлен больной, или госпитализации в специализированный инфекционный стационар при невозможности организовать изоляцию пациента в медицинской организации, в которой он был выявлен. В случае изоляции пациента по месту выявления, перевод в специализированный инфекционный стационар осуществляется после подтверждения диагноза COVID-19.Руководитель медицинской организации, в которой был выявлен пациент, организует сбор биологического материала (мазок из носо- и ротоглотки) у всех медицинских работников и лиц, находившихся с ним в контакте, и направляет их для проведения соответствующего лабораторного исследования. (п. 7.4 мероприятия по предупреждению распространения COVID-19 в медицинской организации "Временные методические рекомендации "Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 10 (08.02.2021).

Согласно Постановлению Главного государственного санитарного врача РФ от 30.03.2020 N 9 (ред. от 27.07.2020 "О дополнительных мерах по недопущению распространения COVID-2019" высшим должностным лицам субъектов Российской Федерации (руководителям высшего исполнительного органа государственной власти субъектов Российской Федерации): 1.5. Обеспечить обязательное проведение лабораторного обследования на COVID-2019 следующих категорий лиц: вернувшихся на территорию Российской Федерацию с признаками респираторных заболеваний; контактировавших с больным COVID-2019; с диагнозом "внебольничная пневмония"; старше 65 лет, обратившихся за медицинской помощью с симптомами респираторного заболевания; медицинских работников, имеющих риски инфицирования COVID-2019 на рабочих местах, - 1 раз в неделю, а при появлении симптомов, не исключающих COVID-2019, - немедленно; находящихся в учреждениях постоянного пребывания независимо от организационно-правовой формы (специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа, кадетские корпуса, дома-интернаты, учреждения ФСИН России) и персонал таких организаций - при появлении симптомов респираторного заболевания.

Согласно п. 5.7. Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 22.05.2020 N 15 (ред. от 13.11.2020) "Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 "Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" при выявлении лиц с подтвержденным диагнозом COVID-19 и лиц с подозрением на заболевание в непрофильных медицинских организациях проводятся:

- перевод больного COVID-19 в специализированную медицинскую организацию;

- установление лиц, контактировавших с больными COVID-19, среди работников медицинских организаций и больных, их изоляция в домашних условиях или госпитализация в том числе по эпидемиологическим показаниям, лабораторное обследование на COVID-19 и установление медицинского наблюдения на срок 14 календарных дней со дня последнего контакта с больным, назначение средств экстренной профилактики (профилактического лечения);

- закрытие отделения на "прием", максимальная выписка пациентов из отделения, заключительная дезинфекция;

- в зависимости от эпидемиологических рисков закрытие стационара на "прием" с обсервацией больных и работников медицинских организаций.

У суда отсутствуют основания не доверять экспертному заключению ввиду ясности и полноты выводов, сделанных экспертами, квалификации и стажа работы экспертов, отсутствии противоречий в выполненном исследовании, экспертиза проведена в соответствии с требованиями процессуального законодательства. В заключении приведены ссылки на нормативную и методическую документацию, использованную при производстве экспертизы, а эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, допрошенный ТВ судебном заседании эксперт ФИО18 подтвердил данное им заключение, ответил на поставленные судом и участниками процесса вопросы, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Отказ суда в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы заявленного представителем ответчика БУЗ ВО «ВГКБСПМ№1» обусловлен отсутствием предусмотренных частью 2 статьи 87 ГПК РФ оснований.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено право пациента на и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 года), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 указанного постановления Пленума).

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности, статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

На основании изложенного, суд полагает что факт возможного инфицирования ФИО3 новой коронавирусной инфекцией COVID-19 в период стационарного лечения в БУЗ «ВГКБСМП №1» в отделении кардиологии нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Оценив представленные в дело доказательства, с учетом заключения судебной медицинской экспертизы, суд приходит к выводу, что ответчиком БУЗ «ВГКБСМП №1» были допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО3, а именно дефекты диагностики наличия у пациента коронавирусной инфекции, и, несмотря на то, что прямая или косвенная причинно следственная связь между установленными дефектами диагностики и наступившими неблагоприятными последствиями в виде смерти ФИО3 отсутствует, сами по себе дефекты оказания медицинской помощи – несвоевременное обследование на РНК SARS-CoV-2, могли негативно отразится на течении заболевания, причинили страдания и самому пациенту и его дочери – ФИО2, что является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца. Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда в размере 70 000 руб. и взыскивая его с БУЗ «ВГКБСМП №1» суд учитывает, что истец ФИО1 постоянно и на протяжении длительного времени проживала с матерью, осуществляла уход за ней, учитывает, что истец не работала, принимает во внимание сложившиеся между матерью и дочерью близкие и доверительные отношения, основанные на уважении и любви, ценность семейных связей, степень вины ответчика, материальное положение сторон, потерю истцом близкого человека, смерть которого сама по себе является необратимым обстоятельством и тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания истцу. Суд учитывает также объем и характер выявленных дефектов оказания медицинской помощи, допущенных нарушений со стороны ответчика, однако не состоящих в причинной связи со смертельным исходом, требования разумности и справедливости, принимает во внимание, что на момент нахождения на стационарном лечении пациента, COVID-19 являлся заболеванием, вызванным коронавирусом нового типа, SARS-CoV-2, многие аспекты патогенеза и патоморфологии коронавирусной инфекции нуждались, и в настоящее время нуждаются, в дальнейшем комплексном изучении с использованием современных методов исследования, а методические рекомендации по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции являются временными и пересматриваются по результатам проведенных исследований. Кроме того, имевшиеся у ФИО3 сопутствующие заболевания, как и преклонный возраст, могли обусловить тяжелое течение заболевания и значительно повышали шансы наступления смерти ФИО3

Суд не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчиков БУЗ «ВГКБСМП №8» и Министерства здравоохранения Воронежской области поскольку их вина в причинении истцу физических и нравственных страданий не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно статье 94 ГПК РФ относятся, помимо прочего, суммы, подлежащие выплате экспертам, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами и другие признанные судом необходимыми расходы.

ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» в связи с направлением в адрес Ленинского районного суда г. Воронежа заключения эксперта с материалами данного гражданского дела и медицинской документацией на ФИО9, материала КУСП понесены почтовые расходы в сумме 1 232 руб. 99 коп.

При таких обстоятельствах, с учетом положений ч.1 ст.96, ст.ст.88, 94 и 98 ГПК РФ взысканию с ответчика БУЗ ВО «ВГКБСПМ№1» в пользу ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно-медицинской экспертизы» подлежат почтовые расходы в сумме 1232руб. 99 коп.

В силу положений ст.ст. 103 ГПК РФ, 333.19 НК РФ с ответчика БУЗ ВО «ВГКБСПМ№1» подлежит взысканию госпошлина уплаченная истцом в доход бюджета в размере 300 руб.

Поскольку согласно определению Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ. расходы по оплате экспертизы в силу положений ч. 3 ст. 96 ГПК РФ возложены на Управление судебного департамента в Воронежской области вследствие уклонения сторон от заявления ходатайства о назначении экспертизы, указанные расходы в сумме 80660 рублей подлежат взысканию за счет средств федерального бюджета, выделяемых на данные цели Управлению Судебного Департамента в Воронежской области.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Взыскать с БУЗ Воронежской области «Воронежская городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 70 000 руб., расходы по уплате госпошлины 300 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 к Министерству здравоохранения Воронежской области, БУЗ Воронежской области «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №8» о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с БУЗ Воронежской области «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №1» в пользу ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно- медицинской экспертизы» почтовые расходы в сумме 1232 руб. 99 коп.

Возложить обязанность по оплате проведения судебно-медицинской экспертизы по гражданскому делу на Управление Судебного департамента в Воронежской области за счет средств федерального бюджета в пользу ГУЗ «Липецкое областное бюро судебно- медицинской экспертизы» в размере 80 660 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.И.Калинина

Решение в окончательной форме изготовлено 10.12.2024г.