Апелляционное определение № 33-7455/2025 от 17 декабря 2025 г.

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Дело № 33-7455/2025

№ 2-3095/2025

УИД: 36RS0006-01-2025-005754-96

Строка № 2.162


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 18 декабря 2025 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Кузнецовой И.Ю.,

судей Гусевой Е.В., Косаревой Е.В.,

при секретаре Тарасове А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Воронежского областного суда по докладу судьи Косаревой Е.В.

гражданское дело № 2-3095/2025 по иску ФИО1 к акционерному обществу «Зетта Страхование» о взыскании страхового возмещения, штрафа, убытков, неустойки, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Центрального районного суда г. Воронежа от 13 октября 2025 г.,

(судья районного суда Багрянская В.Ю.)

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Зетта Страхование» о взыскании с ответчика недоплаченного страхового возмещения в размере 372000 руб., неустойки в размере 400000 руб., компенсации морального вреда в размере 10000 руб., штрафа в размере 50 % от взысканного судом страхового возмещения.

Свои требования мотивирует тем, что 17.11.2024 по вине водителя ФИО17 управлявшего транспортным средством МАЗ, государственный регистрационный знак № произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю БМВ, государственный регистрационный знак № принадлежащему истцу на праве собственности, были причинены механические повреждения.

В связи с тем, что гражданская ответственность потерпевшего по договору ОСАГО была застрахована в акционерном обществе «Зетта Страхование», последний в порядке прямого возмещения убытков 25.11.2024 обратился в адрес страховой компании с заявлением о выплате страхового возмещения, представив необходимый пакет документов.

Вышеуказанное событие страховщиком признано страховым случаем и 20.12.2024 произведена выплата страхового возмещения в размере 28000 руб., а также неустойки в размере 1400 руб.

Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, истец обратился к ответчику с претензией, в которой просил произвести доплату страхового возмещения, представив калькуляцию № 3-2025, согласно которой стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства с учетом износа составляет 888945 руб., однако страховой компанией в удовлетворении данных требований было отказано.

Полагая, что страховое возмещение выплачено ответчиком не в полном объеме, с целью досудебного урегулирования спора между потребителем финансовых услуг и финансовой организацией, ФИО1 обратился к финансовому уполномоченному, решением которого от 07.04.2025 в удовлетворении требований отказано.

Полагая свои права нарушенными, истец обратилась в суд с настоящим иском (т.1, л.д.4-6).

Решением Центрального районного суда г. Воронежа от 13.10.2025 в удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Зетта Страхование» о взыскании недоплаченного страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа отказано (т.1, л.д.242, 243- 245).

Не согласившись с указанным решением, истцом ФИО1 была подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене решения суда и принятии по делу нового решение об удовлетворении исковых требований. Полагает, что суд первой инстанции не обосновал, в связи, с чем он не принял в качестве доказательства результаты независимой экспертизы, подготовленной по заказу истца обществом с ограниченной ответственностью «Страхование-Консалтинг», по заказу истца, а также незаконно не принял в качестве допустимого доказательства экспертное исследование индивидуального предпринимателя ФИО2 от 28.08.2025, применив нормы Федерального закона «О государственной судебной-экспертной деятельности в Российской Федерации» несмотря на то, что индивидуальны предприниматель ФИО2 не проводил, именно, судебную экспертизу, в связи, с чем данные положения закона не распространялись. Кроме того, согласно экспертному исследованию индивидуального предпринимателя ФИО2 от 28.08.2025 следует, что в заключении эксперта ФБУ ВРЦСЭ Минюста России, принятого судом в качестве надлежащего доказательства по делу, имеется ряд несоответствий, последнее проведено с нарушением установленного порядка проведения автотехнических экспертиз, в связи, с чем заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы на предмет определения повреждений образованных в результате дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024, а также установлении стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на основании Единой Методики, по среднерыночным ценам, а также с целью определения рыночной стоимости автомобиля и годных остатков, в случае наступления конструктивной гибели (т.2, л.д.2-7).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении требований истца в полном объеме, ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы, отраженное в апелляционной жалобе, поддержал.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика акционерного общества «Зетта Страхование» по доверенности ФИО4 против удовлетворения доводов апелляционной жалобы возражала, просила решение суда первой инстанции оставить без изменения, полагая, что отсутствуют основания для назначения по делу повторной судебной экспертизы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дне слушания извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку их неявка в силу статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления, и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 17.11.2024 по вине водителя ФИО5, управлявшего транспортным средством МАЗ, государственный регистрационный знак №, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю БМВ, государственный регистрационный знак № принадлежащему истцу на праве собственности, причинены механические повреждения (т.1, л.д.56-57).

Оформление документов о дорожно-транспортном происшествии произведено водителями в соответствии со статьей 11.1 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» без участия уполномоченных на то сотрудников полиции с использованием автоматизированной информационной системы обязательного страхования через приложение РСА, где присвоен номер обращения №576252 (т.1, л.д.56-57).

В связи с тем, что гражданская ответственность потерпевшего по договору ОСАГО была застрахована в акционерном обществе «Зетта Страхования» по договору ОСАГО серии XXX № (т.1, л.д.54), последний в порядке прямого возмещения убытков, 25.11.2024 обратился в адрес страховой компании с заявлением о выплате страхового возмещения, представив необходимый пакет документов, предусмотренный Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

29.11.2024 индивидуальным предпринимателем ФИО6 по направлению страховщика проведен осмотр транспортного средства, что подтверждается соответствующим актом №3574.

Обществом с ограниченной ответственностью «Центр оценки «Профессионал» по инициативе страховой компании проведено транспортно-трасологическое исследование, по результатам подготовлено экспертное заключение № 104-12-24, согласно выводам которого повреждения транспортного средства не соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024, за исключением повреждений задней правой боковины в виде незначительной деформации в месте притира с нарушением ЛКП деформации арки задней правой боковины (т.1, л.д.76-121).

Письмом от 20.12.2024 акционерное общество «Зетта Страхование» уведомило ФИО1 о выплате страхового возмещения с учетом результатов вышеуказанного транспортно-трасологического исследования (т.1, л.д.60).

20.12.2024 страховая компания выплатила ФИО1 денежные средства в размере 32 000 руб., в том числе: 28 000 руб. – в счет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, 4 000 руб. – в счет расходов на оплату экспертных услуг, что подтверждается платежным поручением № 218254, страховым актом от 20.12.2024 (т.1, л.д.61).

16.01.2025 истец обратился в акционерное общество «Зетта Страхование» с заявлением о доплате страхового возмещения в размере 368 000 руб., выплате неустойки, в связи с нарушением срока осуществления страхового возмещения, приложив подготовленную по инициативе заявителя калькуляцию № 3-2025, согласно которой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) составила 1 720 474 руб., с учетом износа – 888945,50 руб. (т.1, л.д.65-66).

Письмом от 21.01.2025, страховая компания уведомила потерпевшего о принятом решении о выплате неустойки, а также об отказе в доплате страхового возмещения.

Полагая, что страховое возмещение выплачено ответчиком не в полном объеме, с целью досудебного урегулирования спора между потребителем финансовых услуг и финансовой организацией обратился к финансовому уполномоченному.

В ходе рассмотрения вопросов, связанных с рассмотрением обращения ФИО1, финансовым уполномоченным было назначено проведение транспортно-трасологиеского исследования индивидуальному предпринимателю ФИО7, согласно заключения которого от 04.04.2025 № У-25-24209/3020-004, повреждения транспортного средства не соответствуют обстоятельствам ДТП от 17.11.2024.

Для решения вопросов, связанных с рассмотрением обращения, финансовым уполномоченным организовано проведение транспортно-трасологиеского исследования у индивидуального предпринимателя ФИО7 Согласно заключению вышеуказанной экспертной организации №У-25-24209/3020-004 от 04.04.2025 следует, что повреждения транспортного средства не соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024 (т.1, л.д.162-163).

Решением финансового уполномоченного от 07.04.2025 в удовлетворении требований ФИО1 отказано (т.1, л.д.14-16).

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанцией, определением Центрального районного суда г. Воронежа от 25.06.2025 назначена судебная комплексная автотехническая и автотовароведческая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России (т.1, л.д.162, 163).

Согласно заключения судебной комплексной автотехнической и автотовароведческой экспертиза, подготовленного ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России № 3460/7-2-2025, № 3461/7-2-25 от 31.07.2025, следует, что повреждения автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак №, указанные в калькуляции №3-2025 по определению стоимости ремонта автомобиля, положенной в обоснование суммы исковых требований, не могут быть образованы при заявленных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024, то есть в результате контакта с автомобилем МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак №.

Как следует из экспертного заключения основная локализация повреждений автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № приходится в район задней части правой габаритной плоскости кузова. Основная локализация повреждений автомобиля МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак №, приходится в район переднего левого угла кузова. При этом на представленных фотографиях не отражены повреждения как автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак №, так и автомобиля МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак №, то есть при фотофиксации были выбраны такие ракурсы съемки, которые не позволяют увидеть фактический объем повреждений автомобилей. Таким образом, повреждения указанных автомобилей, отраженные в извещении о дорожно-транспортном происшествии от 17.11.2024, не подтверждаются фотографиями с места заявленного ДТП.

Кроме того, как следует из экспертного заключения при заявленных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024 у автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № должны были образоваться повреждения, локализованные преимущественно в районе задней части правой габаритной плоскости кузова, основная локализация повреждений должна быть направлена сзади наперед и справа налево относительно продольной оси ТС, высота распространения повреждений должна быть сопоставима с высотой расположения выступающих элементов автомобиля МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак № повреждения автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № должны сопровождаться следами динамического контакта в виде горизонтально ориентированных линейных трас (царапин, притертостей ЛКП). Однако задняя правая боковина автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № имеет повреждения в виде нескольких зон деформаций металла, в основаниях описываемых деформаций динамические следы повреждений отсутствуют, что свидетельствует о статическом характере данных повреждений, причем каждая зона деформации образована не единовременно, а последовательно, при воздействии следообразующего объекта, обладающего относительно малой площадью контактной поверхности и перемещающегося справа налево относительно продольной оси ТС. Также на складках металла, которые после деформации являются наиболее выступающими элементами, имеются притертости ЛКП, которые образованы при касательном контакте уже деформированной детали со следообразующим объектом, перемещающимся вдоль продольной оси ТС, то есть, если и имел место касательный контакт автомобилей МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак № БМВ Х3, государственный регистрационный знак № то данный контакт мог происходить только с уже поврежденными деталями последнего, ввиду чего и могли образоваться царапины на складках деформированной задней правой боковины, описанные выше.

Кроме того, как следует из высотного сопоставления ТС и фотографий с места дорожно-транспортного происшествия, при заявленных обстоятельствах происшествия в непосредственное контактное взаимодействие обязательно должны были вступить левая часть переднего бампера автомобиля МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак № и нижняя часть лючка бензобака автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак №, однако из представленных фотографий следует, что лючок бензобака автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № повреждений и каких-либо следов контакта не имеет, то есть повреждения задней правой боковины автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № образованы в результате контакта со следообразующим объектом, имеющим иную высоту расположения, а также иные геометрические параметры, отличающиеся от высоты расположения и геометрических параметров левой части переднего бампера автомобиля МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак №

Также, как следует из заключения судебной экспертизы, до заявленных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024 у автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № уже имелись повреждения в виде деформации металла задней правой боковины кузова. Повреждения задней правой двери автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак №, не сопровождается динамическими следами в виде горизонтально ориентированных царапин, притертостей ЛКП, следовательно, фактические повреждений задней правой двери не соответствуют заявленным обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия. Поскольку внешние повреждения автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № не соответствуют заявленному контактному воздействию с автомобилем МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак № следовательно, и внутренние повреждения данного ТС, к которым относится повреждение колесной арки задней правой наружной не могут быть образованы при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024 (т.1, л.д.186-193).

В судебном заседании суда первой инстанции был допрошен эксперт ФИО18 проводивший вышеуказанное экспертное исследование, который разъяснил суду, сторонам, не обладающим специальными познаниями, порядок, примененные методы исследования, положенные в основу оценки и заключения судебной экспертизы, подтвердил суду выводы заключения.

Кроме того, истцом было представлено экспертное исследование № 12, подготовленное индивидуальным предпринимателем ФИО2 от 28.12.2025, согласно которого следует, что указанные в заключении экспертизы № 3460/7-2-25 от 31.07.2025 ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России выводы не являются достоверными, научно обоснованными (т.1, л.д.219-237).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оценив по правилам статей 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности, имеющиеся в деле доказательства, положив в основу решения суда заключение комплексной автотехнической и автотовароведческой экспертизы подготовленной ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России № 3460/7-2-2025, № 3461/7-2-25 от 31.07.2025, установив, что повреждения принадлежащего истцу транспортного средства не могли быть получены в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии от 17.11.2024, в связи с чем, страховой случай не наступил пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, в том числе, и производных.

Согласно положениям ст.195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как следует из разъяснений, данных в п.п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч.1 ст.1, ч.3 ст.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Вынесенное судом первой инстанции по настоящему гражданскому делу оспариваемое решение указанным требованиям соответствует в полной мере, ввиду следующего.

Порядок взаимодействия страховщика и потерпевшего при обращении потерпевшего за страховым возмещением регулируется Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО).

В соответствии со статьей 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим федеральным законом.

Согласно пункту 10 статьи 12 Закона об ОСАГО при причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховое возмещение или прямое возмещение убытков, в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан предоставить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, проводимой в порядке, установленном статьей 12.1 данного закона.

Если характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (например, повреждения транспортного средства, исключающие его участие в дорожном движении), об этом указывается в заявлении и указанные осмотр и независимая техническая экспертиза, независимая экспертиза (оценка) проводятся по месту нахождения поврежденного имущества в срок не более чем пять рабочих дней со дня подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов (абзац третий пункта 10 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Согласно пункта 6 статьи 11.1 Закона об ОСАГО при оформлении документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции для получения страхового возмещения в пределах 100 тысяч рублей при наличии разногласий участников дорожно-транспортного происшествия относительно обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характера и перечня видимых повреждений транспортных средств либо страхового возмещения в пределах страховой суммы, установленной подпунктом «б» статьи 7 настоящего Федерального закона, при отсутствии таких разногласий данные о дорожно-транспортном происшествии должны быть зафиксированы его участниками и переданы профессиональному объединению страховщиков одним из следующих способов:

с помощью технических средств контроля, обеспечивающих оперативное получение формируемой в некорректируемом виде на основе использования сигналов глобальной навигационной спутниковой системы Российской Федерации информации, позволяющей установить факт дорожно-транспортного происшествия и координаты места нахождения транспортных средств в момент дорожно-транспортного происшествия;

с использованием программного обеспечения, в том числе интегрированного с федеральной государственной информационной системой «Единая система идентификации и аутентификации в инфраструктуре, обеспечивающей информационно-технологическое взаимодействие информационных систем, используемых для предоставления государственных и муниципальных услуг в электронной форме», соответствующего требованиям, установленным профессиональным объединением страховщиков по согласованию с Банком России, и обеспечивающего, в частности, фотосъемку транспортных средств и их повреждений на месте дорожно-транспортного происшествия.

В силу пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если между участниками дорожно-транспортного происшествия нет разногласий по поводу обстоятельств происшествия, степени вины каждого из них в дорожно-транспортном происшествии, характера и перечня видимых повреждений транспортных средств, при этом данные о дорожно-транспортном происшествии зафиксированы и переданы в автоматизированную информационную систему обязательного страхования, то размер страхового возмещения не может превышать 400 тысяч рублей (пункт 6 статьи 11.1 Закона об ОСАГО).

Согласно пункта 15 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего (за исключением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации), может осуществляться по выбору потерпевшего: путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на станции технического обслуживания, которая выбрана потерпевшим по согласованию со страховщиком в соответствии с правилами обязательного страхования и с которой у страховщика заключен договор на организацию восстановительного ремонта (возмещение причиненного вреда в натуре); путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Согласно пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) в случае:

а) полной гибели транспортного средства;

б) смерти потерпевшего;

в) причинения тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего в результате наступления страхового случая, если в заявлении о страховом возмещении потерпевший выбрал такую форму страхового возмещения;

г) если потерпевший является инвалидом, указанным в абзаце первом пункта 1 статьи 17 настоящего Федерального закона, и в заявлении о страховом возмещении выбрал такую форму страхового возмещения;

д) если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом "б" статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания;

е) выбора потерпевшим возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем шестым пункта 15.2 настоящей статьи или абзацем вторым пункта 3.1 статьи 15 настоящего Федерального закона;

ж) наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» следует, что страховое возмещение осуществляется в пределах установленной Законом об ОСАГО страховой суммы путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания либо в форме страховой выплаты (пункты 1 и 15 статьи 12 Закона об ОСАГО). Под страховой выплатой понимается конкретная денежная сумма, подлежащая выплате страховщиком в возмещение вреда жизни, здоровью и (или) в связи с повреждением имущества потерпевшего в порядке, предусмотренном абзацем третьим пункта 15 статьи 12 Закона об ОСАГО. Право выбора способа страхового возмещения принадлежит потерпевшего (пункт 1 статьи 12 Закона об ОСАГО), за исключением возмещения убытков, причиненных повреждением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан (в том числе индивидуальных предпринимателей) и зарегистрированных в Российской Федерации. Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется страховщиком путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение вреда в натуре) (пункт 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО). Перечень случаев, когда вместо организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств осуществляется в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», при осуществлении страхового возмещения в форме страховой выплаты, включая возмещение ущерба, причиненного повреждением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан (в том числе индивидуальных предпринимателей) и зарегистрированных в Российской Федерации, размер расходов на запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости (абзац второй пункта 19 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что размер страхового возмещения в форме организации и оплаты восстановительного ремонта при причинении вреда транспортному средству потерпевшего (за исключением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, далее - легковые автомобили) определяется страховщиком по Методике с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), который не может превышать 50 процентов их стоимости (пункт 19 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Стоимость восстановительного ремонта легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, определяется страховщиком без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (абзац третий пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Согласно пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Как следует из материалов дела, 25.11.2024 потерпевший обратился в акционерное общество «Зетта Страхование» с заявлением о прямом возмещении убытков, представив необходимый комплект документов (т.1, л.д.56-57).

29.11.2024, страховщик, исполняя возложенную на него обязанность, организовал осмотр поврежденного транспортного средства, по результатам которого составлен соответствующий акт.

Обществом с ограниченной ответственностью «Центр оценки «Профессионал» по инициативе страховой компании проведено транспортно-трасологическое исследование, подготовлено экспертное заключение № 104-12-24, согласно выводам которого, повреждения транспортного средства не соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024, за исключением повреждений задней правой боковины в виде незначительной деформации в месте притира с нарушением ЛКП деформации арки задней правой боковины (т.1, л.д.76-121).

20.12.2024 страховой компанией произведена выплата страхового возмещения в размере 28000 руб., а также неустойки в размере 1400 руб. (т.1, л.д.61,62).

Поскольку требования досудебной претензии в добровольном порядке не были удовлетворены, не согласившись с размером страховой выплаты, истец обратился к финансовому уполномоченному, по инициативе которого, в ходе рассмотрения обращения ФИО1, было назначено проведение транспортно-трасологиеского исследования индивидуальному предпринимателю ФИО7, согласно заключения которого от 04.04.2025 № У-25-24209/3020-004, повреждения транспортного средства не соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024.

Согласно заключения судебной комплексной автотехнической и автотовароведческой экспертиза, подготовленного ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России № 3460/7-2-2025, № 3461/7-2-25 от 31.07.2025, повреждения автомобиля БМВ Х3, государственный регистрационный знак № указанные в калькуляции № 3-2025 по определению стоимости ремонта автомобиля, положенной в обоснование суммы исковых требований, не могут быть образованы при заявленных обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия от 17.11.2024, то есть в результате контакта с автомобилем МАЗ МКС-33301, государственный регистрационный знак № (т.1, л.д.186-193).

Кроме того, как следует из материалов дела, в судебном заседании суда первой инстанции, допрашивался эксперт, составивший заключение судебной экспертизы – ФИО12, который данное им заключение поддержал, пояснил, что осмотр поврежденного автомобиля при производстве экспертизы не потребовался. Также указал, что на предоставленных с места дорожно-транспортного происшествия фотографиях транспортные средства размещены в разных положениях, о чем эксперт описал подробно на странице 8 заключения, угол бампера транспортного средства МАЗ, располагается на различных фотографиях, в различных частях относительно длинны автомобиля БМВ. Если взять фотографии с места происшествия, то заявленный истцом объем повреждений не виден, не видно деформацию крыла. Из представленных фотографий с места дорожно-транспортного происшествия очевидно положение автомобилей, однако фотоматериалы с места дорожно-транспортного происшествия, где отдельно сфотографированы транспортные средства и их повреждения не были представлены эксперту. Также эксперт пояснил, что именно чертежей такого транспортного средства МАЗ, которое участвовало в дорожно-транспортном происшествии не имеется, в связи с чем, им был взят бункеровоз с аналогичными техническими параметрами, и путем сравнения технических параметров, фотографий с места происшествия, местом локализации повреждений, эксперт пришел к выводу о том, что взятый им чертеж бункеровоза и транспортного средства МАЗ, участвовавшего в дорожно-транспортном происшествии идентичны, что усматривается из района локализации повреждений, в том числе, по высоте локализации повреждений совпадают с чертежом (схемой), приведенным в экспертном заключении, при этом транспортные средства МАЗ и бункеровоз идентичны по высоте, на которой располагается бампер БМВ. Также эксперт указал, что автомобиль БМВ имеет множество повреждений, по всей видимости, имеет агрессивную эксплуатацию, объективно утверждать, что деталь не была повреждена до спорного дорожно-транспортного происшествия нельзя. Повреждения динамического характера на двери транспортного средства, относящиеся к заявленному дорожно-транспортному происшествию, отсутствуют.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции стороной ответчика было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы; в качестве доводов о необходимости ее назначения указано на то, эксперт не производил осмотр автомобилей МАЗ и БМВ, в том числе, натуральную реконструкцию конкретного положения транспортных средств, не сопоставил их с целью установления высотных интервалов повреждений исследуемых транспортных средств, подменяя это графической схемой; технические характеристики автомобиля БМВ, взятые экспертом при исследовании, никак не подтверждаются, а технические характеристики автомобиля МАЗ, взятые экспертом, неверны, поскольку учтен иной автомобиль.

Между тем, основания, предусмотренные частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют; как следует из заключения судебной экспертизы, подготовленного ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России № 3460/7-2-2025, № 3461/7-2-25 от 31.07.2025, и подтверждается пояснениями эксперта, данными в ходе рассмотрения дела судом первой инстанцией, осмотр транспортных средств для составления экспертного заключения не потребовался; причины по которым он (эксперт) использовал технические характеристики бункеровоза, разъяснены и приведено подробное описание этого в экспертом заключении.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о принятии судебной экспертизы ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Минюста России № 3460/7-2-25, № 3461/2-2-25 от 31.07.2025 в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку она назначена судом и проведена экспертным учреждением в установленном законом порядке, в ней содержатся сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, она выполнена квалифицированными специалистами, имеющими соответствующее специальное образование и опыт работы, предупрежденные об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

То обстоятельство, что судебная экспертиза проводилась без осмотра транспортного средства, также не свидетельствует о незаконности экспертного заключения, так как для исследования были предоставлены акт осмотра, фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, материалы гражданского дела, при этом эксперт, как лицо, обладающее необходимыми специальными познаниями, самостоятельно определяет объем необходимых материалов, в том числе определяет их достаточность для формирования выводов по поставленным судом вопросам и дачи заключения.

Согласно части 2 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

С учетом изложенного, судебная коллегия принимает в качестве допустимого доказательства заключения судебной экспертизы, поскольку, оснований не доверять выводам судебного эксперта не имеется, как и оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы. Само по себе несогласие с заключением судебной экспертизы не является основанием для назначения по делу повторной судебной экспертизы, поскольку основано на субъективной позиции истца, который специальными познаниями в данной области не обладает, но заинтересован в исходе дела.

В данном случае, исходя из объема доказательственной базы, необходимость назначения повторной экспертизы по делу отсутствует, поскольку каких-либо сомнений в правильности выводов эксперта или наличие достоверных, допустимых и достаточных доказательств, опровергающих выводы проведенной по данному спору судебной экспертизы, судебной коллегией не установлено, в связи с чем, оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы не имеется, а соответствующее ходатайство не подлежит удовлетворению.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, о том, что суд первой инстанции не обосновал, в связи с чем, он не принял в качестве доказательства экспертизу общества с ограниченной ответственностью «Страхование-Консалтинг» № 26-2025 от 0505.2025, а также незаконно не принял в качестве доказательства экспертное исследование индивидуального предпринимателя ФИО2 от 28.08.2025, судебная коллегия исходит из следующего.

Заключение общества с ограниченной ответственностью «Страхование-Консалтинг», обоснованно не принято судом первой инстанции в качестве допустимого доказательства, поскольку представленные сторонами письменные доказательства в форме заключений экспертных организаций, не являются экспертными заключениями в смысле статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, они представляют собой письменные доказательства, которые не могут быть оценены судом применительно к положениям статей 85 и 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, как судебная экспертиза.

Назначение судебной экспертизы по правилам статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непосредственно связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается, если оно необходимо для устранения противоречий в собранных судом иных доказательствах, а иным способом это сделать невозможно. Вынося определение о назначении судебной экспертизы, суд первой инстанции, тем самым, признал недостаточность уже имеющихся в материалах дела доказательств для разрешения спора.

Отказывая в принятии в качестве доказательства заключения индивидуального предпринимателя ФИО2 №12 от 28.08.2025, суд первой инстанции мотивировано обосновал свою позицию, сославшись на положения статей 18, 55 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, 4, 7, 18, 41 Федерального закона от 31.05.2021 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», обосновано пришел к выводу о том, что эксперт ФИО2, составивший экспертное исследование от 28.08.2025 №12, одновременно является представителем истца по настоящему делу, тогда как эксперт или специалист не может участвовать в рассмотрении дела, если он находился, либо находится в служебной или иной зависимости от кого-либо из лиц, участвующих в деле, их представителей.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что вышеуказанное заключение, по сути, является письменной консультацией (рецензией), а не экспертным исследованием, т.е. субъективным мнением специалиста о формировании у судебного эксперта ложных выводов, выполнено по заказу ФИО1, направлено на оценку соответствия экспертного заключения требованиям законодательства, в то время как оценку доказательствам в силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дает суд.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что возникшие между сторонами правоотношения судом определены правильно, применен надлежащий материально-правовой закон, представленные доказательства оценены с соблюдением требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в их совокупности и взаимосвязи. Нарушения правил оценки доказательств при исследовании экспертного заключения, а также принципа состязательности и равноправия сторон, не допущено.

Вопреки доводам жалобы, все юридически значимые обстоятельства были установлены судом перовой инстанции, нормы материального права применены правильно, а при исследовании и оценке доказательств, собранных по делу, нарушений норм процессуального права не допущено.

Иные доводы жалобы фактически повторяют правовую позицию истца, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, направлены на переоценку доказательств, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали оспариваемые выводы суда, не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного постановления.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Центрального районного суда г. Воронежа от 13 октября 2025 г., оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 26.12.2025.

Председательствующий:

Судьи коллегии: