Решение № 2-1476/2019 2-62/2020 2-62/2020(2-1476/2019;)~М-1527/2019 М-1527/2019 от 27 января 2020 г. по делу № 2-1476/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Черемхово 28 января 2020 года

Черемховский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Шуняевой Н.А., при секретаре Цуленковой Е.В., с участием помощника прокурора Невидимовой Ю.В., истца ФИО1, представителя истца Самойлова С.Б., представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-62/2020 по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Рудоремонтный завод» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в связи с профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Рудоремонтный завод» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в связи с профессиональным заболеванием, указав в обоснование требований, что он находился в трудовых отношениях с ООО «Рудоремонтным завод» в должности обрубщика в литейном цехе, занятом на обработке литья наждаком и вручную с ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ он был уволен в связи с отказом от перевода на другую работу, необходимую в соответствии с медицинским заключением (п.8 ст.77 ТК РФ). По заключению Клиники ФГБНУ «ВСИМЭИ» № от ДД.ММ.ГГГГ у него установлено профессиональное заболевание: вибрационная болезнь 2 степени, связанная с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия- рук, периферический ангиодистонический синдром рук с приступами акроангиоспазма пальцев рук). По данному факту был составлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что вибрационная болезнь была вызвана длительным воздействием локальной вибрации, превышающей ПДУ до 26 дБ. В период с 2012г. по 2016г. (п.18 Акта). Заболевание является профессиональным и возникло от воздействия локальной вибрации, возникающей при обдирке литья наждаком вручную (п.20 Акта). До настоящего времени он ежегодно проходил обследование и лечение в Клинике ФГБНУ «ВСИМЭИ» для подтверждения диагноза. Согласно заключению № от 11 09 2017 у него подтвержден диагноз профессионального заболевания. Противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическим перенапряжением, общим охлаждением, с продолжением лечения. Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ у него подтвержден диагноз профессионального заболевания. Противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическим перенапряжением, общим охлаждением, с продолжением лечения. Согласно заключени № от ДД.ММ.ГГГГ у него подтвержден диагноз профессионального заболевания. Отмечены стойкое сохранение проявлений вибрационной болезни, противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическим перенапряжением, общим охлаждением, с продолжением лечения. Во всех заключениях зафиксированы демиелинизирующие поражения моторного компонента срединного, локтевого, большеберцового нерва и сенсорного компонента срединного, локтевого нервов и икроножного нерва. Утрата профессиональной трудоспособности ему устанавливалась ежегодно в 30%, а с ДД.ММ.ГГГГ ему установлена бессрочно, что подтверждается справкой МСЭ №. Работа в неблагоприятных условиях подорвала его здоровье в значительной мере, так как он испытывает постоянную физическую боль даже в покое. Надежд на его выздоровление современная медицина не дает, поскольку утрата профессиональной трудоспособности ему установлена бессрочно. В связи с заболеванием он потерял возможность трудиться по специальности, в получать иную специальность не имеет финансовой возможности. Именно с этим связаны нравственные страдания: психологические переживание человека, обязанного обеспечить благополучие своей семьи, но потерявшего такую возможность. При определении компенсации морального вреда необходимо учесть степень нравственных и физических страданий, длительность испытывания страданий более 3 лет, прохождение стационарного лечения дважды в год также усугубляет его страдания. Вина ответчика в причинении ему профессионального заболевания заключается в том, что ответчик допустил неудовлетворительные условия труда и только после выявления у него заболевания запланировал своевременную замену устаревшего и изношенного ручного оборудования, обеспечить балансировку движущихся частей, разработать мероприятия по доведению уровней вибрации до нормативов (п.22 Акта). Тем самым, ответчик признал, что указанные мероприятия им не проводились в достаточной мере. Компенсация морального вреда по своей природе не может в полном объеме компенсировать причиненный вред, но предназначена для формирования положительных эмоций, которые облегчают психологические и физические страдания, связанные с повреждением здоровья. Указанные обстоятельства дают ему право просить суд о компенсации морального вреда в значительном размере с учетом безвозвратности утраты его здоровья. Считает, что взыскание 600000 рублей поможет ему компенсировать нравственные и физические страдания из расчета 20000 руб. за каждый процент утраты трудоспособности.

В связи с чем, истец просил взыскать в его пользу с Общества с ограниченной ответственностью «Рудоремонтный завод» компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивал на их удовлетворении.

Представитель истца адвокат Самойлов С.Б., действующий на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ и удостоверения №, в судебном заседании поддержал исковые требования ФИО1 в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил взыскать с ответчика, ООО «Рудоремонтный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением его здоровья, в размере 600 000 рублей.

Представитель ООО «Рудоремонтный завод» ФИО2, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, иск не признала, пояснив, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда на сумму 600 000 рублей. Статья 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях» от 24.07.1998 №125-ФЗ содержит перечень видов обеспечения по социальному страхованию, на которые работник гарантированно (т.е. независимо от каких-либо обстоятельств) имеет право в случае повреждения здоровья вследствие профессионального заболевания: в виде пособия по временной нетрудоспособности; в виде страховых выплат; в виде оплаты дополнительных расходов. Оплата данных видов обеспечения осуществляется за счет средств Фонда социального страхования РФ. Все обязанности в части социального страхования перед ФИО1 выполнены. Таким образом, возмещение морального вреда не является безусловным правом работника, факт причинения морального вреда должен быть доказан истцом. Считает, что истцом не доказаны факт невозможности трудоустроиться и получить другую специальность, ввиду наличия профессионального заболевания. В результате полученного профессионального заболевания истцом утрачено 30 % профессиональной трудоспособности, группа инвалидности истцу не установлена. Данное обстоятельство не позволяет истцу работать в контакте с вибрацией, физическим перенапряжением, общим охлаждением, однако не исключает возможность выполнять иные работы, с использованием профессиональных навыков с большим напряжением. Утверждения истца о том, что он не имеет финансовой возможности получить иную специальность, в связи с заболеванием, не состоятельны. Доказательства, подтверждающие данный факт не представлены. ОГКУ ЦЗН города Черемхово обеспечивает реализацию гарантированного государством права на защиту от безработицы путем оказания населению и работодателям государственных услуг в области содействия занятости в соответствии с Законом Российской Федерации «О занятости населения в РФ» и утвержденными административными регламентами на безвозмездной основе. С каждым гражданином, обратившимся за содействием в трудоустройстве, ведется адресная работа с учетом индивидуальных особенностей и возможностей, доступных видов труда и противопоказаний к труду. У истца имеется возможность трудоустройства и профессионального обучения через Центр занятости, но он этой возможностью не пользуется. Кроме того, при расторжении трудового договора, ФИО1 уведомлением № от ДД.ММ.ГГГГ, были предложены вакансии, имеющиеся в ООО «Рудоремонтный завод», не противопоказанные истцу по состоянию здоровья, в том числе специальности токарь и слесарь ремонтник. По профессии токарь истец прошел обучение в ВСПТУ-3, имеется у него так же и опыт работы по данной специальности. Имеется стаж работы у истца и по специальности слесарь- ремонтник. От предложенных вакансий истец отказался. Истец не прилагает к исковому заявлению никаких доказательств, свидетельствующих о том, что он потерял возможность трудиться, в том числе по специальности, доказательства невозможности трудоустроится ввиду наличия профессионального заболевания. Доводы истца об ответственности ООО «Рудоремонтный завод» за причинение физических и нравственных страданий не обоснованы. В пункте 20 акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия локальной вибрации. В пункте 21 акта указано, что лица, допустившие нарушение государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов не установлены. В акте (п. 9) указан стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов - 16 лет, в трудовых отношениях с ответчиком истец состоял с сентября 2012г. по декабрь 2016г. Согласно Списку профессиональных заболеваний (Приложение № 5 к Приказу Минздравмедпрома России от 14.03.1996 № 90) вибрационная болезнь возникает в результате длительного систематического воздействия производственной локальной вибрации, передающейся на руки работающих, и вибрации рабочих мест. По мнению ответчика, работа в ООО «РРЗ» в подвергнутый анализу период, не могла повлечь заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (т.е. профессиональное заболевание). Истцом не приводятся факты нарушений со стороны ответчика правил техники безопасности, государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных государственных нормативных требований охраны труда. Актом от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что истец был обеспечен средствами индивидуальной защиты, предусмотренными Типовыми отраслевыми нормами бесплатной выдачи работникам специальной одежды, специальной обуви и других СИЗ, утвержденными постановлением Минтруда РФ от 08.12.97 № 61, в том числе рукавицами виброзащитными. Истец не прилагает к исковому заявлению никаких доказательств, свидетельствующих о том, что существующие физические и нравственные страдания (собственно моральный вред) возникли по причине получения профессионального заболевания в период работы у ответчика. Доводы истца носят эмоционально-психологическую окраску, но доказательственной базой истец их не подкрепляет. При рассмотрении данного дела суду следует учитывать тот факт, что работа у ответчика признается работой с вредными и (или) опасными условиями труда. Истец заведомо знал (должен был знать) о наличии вредных производственных факторов, регулярно проходил медицинские осмотры, целью которых являлось выявление, в том числе, признаков профессионального заболевания. Однако истец добровольно нёс риск повреждения здоровья вследствие вредных и тяжелых условий труда. В качестве компенсации работникам за работу в таких условиях законодательными и иными нормативными правовыми актам предусмотрен повышенный уровень оплаты труда, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, право на льготную пенсию по возрасту (старости) в качестве компенсации. Таким образом, противоправных действий, приведших к профзаболеванию истца, со стороны ответчика допущено не было, следовательно, оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО1 компенсации морального вреда нет. В связи с чем, просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей отказать.

В своем заключении помощник прокурора г.Черемхово Невидимова Ю.В. полагала, что требования истца к ООО «Рудоремонтный завод» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, обоснованы. При разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда просит учесть требования разумности и справедливости, установление истцу степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, допросив свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора г. Черемхово, исследовав представленные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно материалам дела, ФИО1 находился в трудовых отношениях с ООО «Рудоремонтный завод» с ДД.ММ.ГГГГ по профессии обрубщика в литейном цехе, занятым на обработке литья наждаком и вручную, ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимую в соответствии с медицинским заключением что подтверждается трудовой книжкой истца, приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении.

Общий стаж трудовой деятельности составляет 27 лет, по профессии обрубщика, занятого на обрубке литья наждаком и вручную составляет 16 лет.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Рудоремонтный завод» создано в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», зарегистрировано Межрайонной инспекцией МНС России № по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. Указанное Общество является правопреемником по всем правам и обязанностям присоединенных ООО «Никольское угольное предприятие», ООО «Касьяновская обогатительная фабрика» и ООО «Свирский Ремонтно-механический завод», что подтверждается Уставом ООО «Рудоремонтный завод», утв. Решением внеочередного Общего собрания участников Общества от ДД.ММ.ГГГГ.

В силу положений п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, работавшего обрубщиком, занятого на обрубке литья наждаком и вручную в ООО «Рудоремонтный завод», подтверждено наличие вибрационной болезни второй степени, связанной с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук, периферический ангиодистонический синдром рук с приступами акроангиоспазма пальцев рук) от ДД.ММ.ГГГГ. На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия локальной вибрации, возникающей при обдирке литья наждаком вручную. Непосредственной причиной заболевания послужила локальная вибрация. Наличие вины работника не установлено. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов не установлены.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты> % в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (справка серии МСЭ-2011 №, выдана филиалом ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес> Бюро №»).

Согласно медицинскому заключению № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на обследовании и лечении в клинике с основным заболеванием: вибрационная болезнь второй степени, связанная с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук, периферический ангиодистонический синдром рук с приступами акроангиоспазма пальцев рук).

Согласно медицинскому заключению № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на обследовании и лечении в клинике с основным заболеванием: вибрационная болезнь второй степени, связанная с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук, периферический ангиодистонический синдром рук с приступами акроангиоспазма пальцев рук).

Согласно медицинскому заключению № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на обследовании и лечении в клинике с основным заболеванием: вибрационная болезнь второй степени, связанная с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук, периферический ангиодистонический синдром рук с приступами акроангиоспазма пальцев рук).

Согласно медицинскому заключению № ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на обследовании и лечении в клинике с основным заболеванием: вибрационная болезнь второй степени, связанная с воздействием локальной вибрации (умеренно выраженная вегетативно-сенсорная полинейропатия рук, периферический ангиодистонический синдром рук с приступами акроангиоспазма пальцев рук).

В судебном заседании свидетель ШИА пояснила суду, что её муж ФИО1 работал обрубщиком в литейном цехе в ООО «Рудоремонтный завод». В 2013-2014 г.г. у него стали проявляться заболевания, а в 2016 г. ему было установлено профессиональное заболевание, из-за которого он испытывает сильные боли в руках и ногах, не может выполнять работу по дому, носить тяжести, иногда у него бывают такие боли, что он не может держать в руках кружку. Это причиняет ему нравственные страдания. Они проживают в частном доме, а муж не может оказать ей помощь по-хозяйству, приходится просить помощи у знакомых и соседей.

Свидетель СИА пояснила суду, что с истцом знакома на протяжении 30 лет. ФИО1 работал на рудоремонтном заводе, в 2016 г. ушел на пенсию. Перед тем как уйти на пенсию, стал жаловаться на боли в руках и ногах, из-за чего не может выполнять работу по-хозяйству. Они с мужем помогают ему по дому, в огороде.

Свидетель ИЕИ пояснил, что работал с 2012 г. по 2015 г. на рудоремонтном заводе, вместе с истцом, также они проживают по-соседству. ФИО1 работал отбойным молотком, жаловался на боли в руках. По просьбе ФИО1 он помогал ему по-хозяйству: пилил дрова и др., так как эту работу истец не может делать по состоянию здоровья.

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями. Данных о какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела нет, их показания соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что заболевание, имеющееся у ФИО1, является профессиональным, возникло в результате длительного воздействия локальной вибрации, возникающей при обдирке литья наждаком вручную. Непосредственной причиной заболевания послужила локальная вибрация.

В соответствии со ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно ст. 151 ГК РФ здоровье является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения. Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами.

Из положений ст. 22 Трудового кодекса РФ следует, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в размере и условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В силу ст. 220 Трудового кодекса РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ст.8 п.3 абзаца 2 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда.

Абзац 2 пункта 3 статьи 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан (определение Конституционного Суда РФ от 26 января 2010 года №145-О-О).

Судом установлено, что заболевание ФИО1 является профессиональным и получено, в том числе, в период работы у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также в ООО «Свирский ремонтно-механический завод», где истец работал также в качестве обрубщика литья на наждаках и вручную с ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, правопреемником которого является ООО «Рудоремонтный завод».

Как следует из акта о случае профессионального заболевания, причиной заболеваний истца послужило длительное воздействие локальной вибрации, превышающей ПДУ до 26 дБ. (2010 г. – 152 дБ., 2012 г. – 130 дБ., 2014 г. – 131 дБ., 2015 г. – 136,6 дБ., 2016 г. -134 дБ., при ПДУ 126 дБ.)

При этом установлено отсутствие вины работника в возникновении профессионального заболевания.

С учетом изложенного, суд считает установленным, что профессиональное заболевание у истца возникло в связи с виновными действиями работодателя, не обеспечившего ФИО1 средствами индивидуальной защиты, работающего в зоне с уровнем повышенной вибрации, превышающей допустимые нормы, а также допустившего истца к работе с конструктивными недостатками машин, механизмов, оборудования, то есть, создав истцу неудовлетворительные условия труда. Обстоятельств, при наличии которых работодатель освобождался бы от обязанности возместить вред истцу судом не установлено.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.п., или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя размер компенсации, суд, в соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, учитывает, что в результате профессионального заболевания ФИО1 утратил профессиональную трудоспособность на 30% в связи с профессиональным заболеванием, чему способствовала работа в условиях повышенной вибрации, работа с конструктивными недостатками машин, механизмов, оборудования.

Ранее истец работал в иных предприятиях с вредными условиями труда, где не прошел обследование на предмет наличия профессионального заболевания и к которым не предъявлены требования истцом, самостоятельно определяющим способ защиты права.

При таких обстоятельствах, обязанность возмещения причиненного ФИО1 вреда здоровью лежит на ООО «Рудоремонтный завод».

Из материалов дела усматривается, что впервые профессиональное заболевание у истца были установлены именно в период работы в ООО «Рудоремонтный завод», не обеспечившее надлежащие условия труда. В силу ст.56 ГПК РФ ответчик не предоставил суду доказательств того, что вред здоровью истцу причинен в период его трудовых отношений с другим работодателем.

При определении размеров компенсации морального вреда в соответствии с ч. 2 ст. 151, ст. 1101 ГК РФ суд принимает во внимание степень вины ООО «Рудоремонтный завод», а также характер и степень физических и нравственных страданий ФИО1 в результате воздействия на организм ФИО1 локальной вибрации, ему было установлено профессиональное заболевание и определено <данные изъяты> % утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, в связи с чем, последний испытывает физические и нравственные страдания, лишен возможности полноценно трудиться, вести активный образ жизни.

Характер физических и нравственных страданий ФИО1 суд оценивает с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред.

На основании ст. 45 ТК РФ отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей).

Согласно ст. 48 ТК РФ соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в ч. 3 и ч. 4 ст. 48 ТК РФ.

В силу ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, а также трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не могут применяться.

Пунктом 9.2.6 коллективного договора ООО «Рудоремонтный завод», заключенного 2017-2019 г.г., действие которого продлено до ДД.ММ.ГГГГ, установлена выплата единовременного пособия в счет возмещения морального вреда за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие произведенной травмы или профессионального заболевания в размере не менее 20 % среднемесячного заработка за последний год работы (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ).

Аналогичные положения были предусмотрены п. 9.2.6 коллективного договора ООО «Рудоремонтный завод» на 2011-213гг., продленного до ДД.ММ.ГГГГ.

На основании приказа ООО «Рудоремонтный завод» № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выплачено единовременное пособие за стаж работы в угольной промышленности.

В судебном заседании установлено, что денежная компенсация в счет возмещения морального вреда, предусмотренная п. 9.2.6 коллективного договора ООО «Рудоремонтный завод», ООО «Рудоремонтный завод» истцу выплачена не была, а выплата единовременного пособия в размере 15 % среднемесячного заработка за каждый год работы, предусмотрена п. 9.2.1 коллективного договора ООО «Рудоремонтный завод», производится работникам, получившим право на пенсионное обеспечение.

С учетом принципов разумности и справедливости, степени вины ответчика, характера физических и нравственных страданий истца, суд полагает возможным взыскать с ООО «Рудоремонтный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 190 000 руб.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст.333.19 Налогового кодекса РФ государственная пошлина при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц составляет 300 руб.

Следовательно, с ООО «Рудоремонтный завод» в доход бюджета муниципального образования «город Черемхово» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, удовлетворить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Рудоремонтный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 190 000 рублей.

Взыскать с ООО «Рудоремонтный завод» государственную пошлину в бюджет муниципального образования «город Черемхово» в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Черемховский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Н.А. Шуняева