Решение № 2-147/2020 2-147/2020~М-112/2020 М-112/2020 от 15 июля 2020 г. по делу № 2-147/2020

№ 2-147


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

16 июля 2020 года г. Первомайск

Первомайский районный суд Нижегородской области в составе

председательствующего судьи Красненкова Е.А.,

с участием законного представителя ответчика ФИО1 - опекуна ФИО2,

при секретаре Бирюковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по Лукояновскому району Нижегородской области (межрайонное) к ФИО1 о взыскании переполученной суммы повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии,

У С Т А Н О В И Л:

Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по Лукояновскому району Нижегородской области (межрайонное) (далее по тексту - УПФР по Лукояновскому району) обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании переполученной суммы повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии и в обосновании своих требований указали, что с 01.03.2003 года ФИО1 была установлена повышенная фиксированная выплата к страховой пенсии по инвалидности сына ФИО3, являющегося инвалидом детства. При отработке списка пенсионеров, которым установлено повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и инвалидности с учетом иждивенца выявлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ года. В результате того, что ответчиком не были своевременно представлены сведения о смерти иждивенца, образовалась переплата с 01.07.2015 года по 30.11.2019 года в сумме 85573,08 рублей. ФИО1 было предложено добровольно уплатить переполученную сумму повышенной фиксированной выплаты к пенсии, однако до настоящего времени на расчетный счет истца сумма долга не перечислена. Поэтому просят взыскать с ФИО1 переполученную суммы повышенной выплаты к страховой пенсии в размере 85573,08 рублей.

Определением Первомайского районного суда Нижегородской области от 03.06.2020 года, в порядке ст. 52 ГПК РФ, к участию в деле в качестве законного представителя ФИО1, привлечена опекун недееспособного ответчика - ФИО2.

Представитель истца УПФР по Лукояновскому району в судебное заседание не явился, хотя о дате и времени рассмотрения дела были извещены надлежащим образом судебной повесткой, согласно искового заявления просят рассмотреть дело в отсутствие их представителя (л.д. 142).

В судебном заседании законный представитель ответчика ФИО2 иск не признала и пояснила, что с 05.05.2015 года она назначена опекуном над ФИО1, который решением суда был признан недееспособным. О наличии какой-либо переплаты повышенной выплаты к страховой пенсии она не знала, так как при получении всей суммы социальной выплаты в расчетном листке это не указывается. В декабре 2019 года пенсия ФИО1 была выплачена в меньшем размере где-то на 2000 рублей и когда она обратилась за разъяснениями в Пенсионный фонд ей пояснили, что имеется переплата, которую необходимо возвратить. После смерти ФИО3, умершего 01.06.2015 года, над которым она также была назначена опекуном, свидетельство о смерти ФИО3 для сведения и для получения пособия на погребение, она отнесла в УПФР, поэтому истцу достоверно было известно о смерти ФИО3, в связи с чем УПФР по Лукояновскому району пропустили срок на обращение в суд. Считает, что требования являются необоснованными и просит в иске отказать.

Суд, выслушав объяснения законного представителя ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (статья 7 часть 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39 часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров пенсий, к компетенции законодателя (статья 39 часть 2), который в целях обеспечения каждому конституционного права на пенсию вправе определять виды пенсий, источники их финансирования, предусматривать условия и порядок приобретения права на отдельные виды пенсий конкретными категориями лиц.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей;

В соответствии с п. 3 ст. 17 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в пунктах 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 настоящего Федерального закона, на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трех нетрудоспособных членов семьи.

Как следует из п. 8 ст. 18 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в случае достижения пенсионером возраста 80 лет, установления I группы инвалидности или изменения группы инвалидности, изменения количества нетрудоспособных членов семьи или категории получателей страховой пенсии по случаю потери кормильца либо в случае приобретения необходимого календарного стажа работы в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях и (или) страхового стажа, дающих право на установление повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости или к страховой пенсии по инвалидности в связи с работой в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, переезда пенсионера на новое место жительства в районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности, в другие районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности, в которых установлены иные районные коэффициенты, выезда пенсионера за пределы районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей на новое место жительства, оставления работы и (или) иной деятельности либо поступления на такую работу и (или) осуществления иной деятельности, в период которой застрахованное лицо подлежит обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», выезда пенсионера за пределы сельской местности на новое место жительства производится соответствующий перерасчет размера фиксированной выплаты к страховой пенсии.

28.02.2003 года ФИО1 обратился в ГУ УПФР по Первомайскому району с заявлением о назначении пенсии в связи с наличием на сына - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который является инвалидом с детства, где был предупрежден о необходимости безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении всех обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты (л.д. 13-15, 88-90) и решением ГУ УПФР по Первомайскому району с 01.03.2003 года ФИО1 установлена повышенная фиксированная выплата к страховой пенсии по инвалидности сына ФИО3 в размере 982,08 рублей, с последующим перерасчетом пенсии (л.д. 16, 39-41).

Как следует из протокола УПФР по Лукояновскому району от 03.12.2019 года № 216, в отношении ФИО1 выявлен факт излишней фиксированной выплаты с 01.07.2015 года по 30.11.2019 года в размере 85573,08 рублей, в связи с тем, что страховая пенсия по старости выплачивалась с учетом повышенной фиксированной выплаты на иждивенца ФИО3, который умер ДД.ММ.ГГГГ года (л.д. 11, 13, 136-137).

На основании п. 4 ст. 28 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Решением УПФР по Лукояновскому району от 21.11.2019 года № 214 выплата ФИО1 повышенной фиксированной выплата к страховой пенсии прекращена с 01.12.2019 года (л.д. 10, 114).

Согласно ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Решением от 09.12.2019 года № 166 УПФР по Лукояновскому району решил взыскать с ФИО1 сумму переплаты пенсии в размере 85573,08 рублей (л.д. 12).

В соответствии с ч. 2 ст. 28 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Статья 1109 ГК РФ предусматривает, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Согласно представленного истцом расчета, который законным представителем ответчика не оспаривается, размер переполученной суммы повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии с 01.07.2015 года по 30.11.2019 года составляет в сумме 85573,08 рублей (л.д. 14), о чем ФИО1 31.01.2020 года был письменно уведомлен УПФР по Лукояновскому району (л.д. 16-17).

Вместе с тем, согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, выраженной в Обзоре судебной практики Верховного суда РФ, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ от 24.12.2014 года, при разрешении в судах указанной категории споров и в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Решением Первомайского районного суда Нижегородской области от 29.12.2014 года, вступившим в законную силу 30.01.2014 года, ФИО1 был признан недееспособным (л.д. 27-29). Приказом Министерства социальной политики Нижегородской области от 05.05.2015 года № 1125-ОП над недееспособным ФИО1 установлена опека, ФИО4, после заключения брака ФИО2 (л.д. 33), назначена опекуном совершеннолетнего недееспособного ФИО1 (л.д. 20-21).

Фактически получала и пользовалась указанной выплатой ФИО2, назначенная с 05.05.2015 года опекуном совершеннолетнего ФИО1, поскольку последний был признан недееспособным, поэтому именно с нее подлежит взысканию компенсационная выплата, однако исковые требования УПФР по Лукояновскому району к ФИО2 не предъявляли, ходатайство о привлечении её к участию в деле в качестве ответчика не заявляли.

Кроме того, законным представителем ответчика ФИО2 заявлено ходатайство о пропуске срока на обращение в суд.

Так пунктом 1 ст. 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей200 данного кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п.2 ст. 199 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В судебном заседании установлено, что после смерти ФИО3, умершего 01.06.2015 года, ФИО2, являющаяся опекуном ФИО3 на основании приказа Министерства социальной политики Нижегородской области от 05.05.2015 года № 1124-ОП (л.д. 30-31), в июне 2015 года представила в УПФР по Лукояновскому району свидетельство о смерти ФИО3, в том числе и для получения пособия на погребение последнего, что подтверждается объяснениями ФИО2 и сообщением из УПФР по Лукояновскому району (л.д. 113).

Таким образом, о нарушении прав УПФР по Лукояновскому району стало известно в июне 2015 года после получения свидетельства о смерти ФИО3, однако с заявлением в суд обратилось только 24.03.2020 года о чем свидетельствует штемпель на почтовом конверте, то есть за пределами срока исковой давности.

На основании ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Однако доказательства уважительности пропуска срока исковой давности, равно как и доказательства наличия обстоятельств, объективно препятствовавших истцу обратиться с заявлением в суд в пределах установленного законом срока, УПФР по Лукояновскому району представлены не были.

При таких обстоятельствах исковые требования УПФР по Лукояновскому району являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по Лукояновскому району Нижегородской области (межрайонное) к ФИО1 о взыскании переполученной суммы повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А.Красненков