Решение № 2-1671/2018 2-1671/2018~М-1578/2018 М-1578/2018 от 16 сентября 2018 г. по делу № 2-1671/2018

Дело №2-1671/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 сентября 2018 года г. Пенза

Железнодорожный районный суд г. Пензы в составе:

председательствующего судьи Шветко Д.В.,

с участием прокурора Портновой С.А.,

при секретаре Кругловой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Руднево» о признании расторжения трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1, действуя через своего представителя по доверенности ФИО2, обратился в суд с вышеназванным иском, указав, что с 10.02.2015 года он работает в ООО «Руднево» в должности <данные изъяты> на основании трудового договора. Приказом №2 от 31.07.2018 года истец уволен с работы на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ. Считает увольнение незаконным, последующим основаниям.

22.08.2015 года с истцом случился несчастный случай на рабочем месте, а именно в ходе выполнения своих должностных обязанностей он получил серьезную травму, в результате которой был госпитализирован в ГБУЗ Московской области «Селятинскую районную больницу».

С 22.08.2015 года по 06.10.2015 года истец находился в травматологическом отделении больницы Наро-Фоминского района Московской области, где ему поставлен диагноз: <данные изъяты>

По окончании лечения, по причине наступивших последствий травмы, истец был направлен на медицинское освидетельствование во ВТЭК. По результатам освидетельствования установлена 2 группа инвалидности (с 14.06.2016 года по 01.07.2017 года), далее 3 группа инвалидности (с 01.07.2017 года по 01.07.2018 года).

С момента получения травмы и по настоящее время истец не может продолжать трудовую деятельность, так как передвигается с клюшкой, продолжает проходить лечение, в том числе стационарное.

09.07.2018 года ответчиком в адрес истца направлено письмо с просьбой дать письменные объяснения об отсутствии на рабочем месте с 18.06.2018 года по 29.06.2018 года.

18.07.2018 года в связи с нахождением на лечении истец отправил письменные объяснения, которыми подтвердил, что 19.06.2018 года, 28.06.2018 года он проходил медико-социальную экспертизу на установление инвалидности, о чем имеются соответствующие справки №№120.9.58/2018, 113. В связи с данным обстоятельствами присутствовать на рабочем месте не мог.

Также в устной форме в ходе телефонных переговоров истец неоднократно сообщал ответчику, что продолжает находиться на больничном листе.

Помимо этого, согласно листку нетрудоспособности, выданного 24.07.2018 года, истец проходил лечение в период с 12.07.2018 года по 25.07.2018 года в ГБУЗ КБ №6 им.Г.А. Захарьина.

Код причины нетрудоспособности «01» - наличие какого-либо заболевания, которое не предполагает нахождения пациента на рабочем месте.

В строке «Иное» указан код «31» - продолжает болеть.

В связи с чем полагает, что у ответчика отсутствуют основания для расторжения трудового договора с ним в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей – прогулом. Считает, что в данном случае действия ответчика носят незаконный характер, законных оснований для увольнения у ответчика не имеется.

Также указывает, что первым днем прогула по мнению ответчика считается 18.06.2018 года, тогда как приказ вынесен 31.07.2018 года, то есть за пределами месячного срока со дня обнаружения проступка, что противоречит ст.193 ТК РФ.

Незаконными действиями работодателя истцу причинен моральный вред. В результате полученной травмы и нахождении на протяжении трех лет на лечении, он не имеет возможность продолжать рабочую деятельность, соответственно не имеет дохода. В результате незаконного увольнения не только истец испытывает переживания, но и его супруга, которая не работает и ухаживает за двумя несовершеннолетними детьми, которых необходимо содержать. В результате увольнения истец не может рассчитывать на последующее продолжение трудовой деятельности в ООО «Руднево» по выздоровлению, а также на финансовое обеспечение. Данные обстоятельства негативно сказываются на психическом состоянии истца, который стал находиться в подавленном состоянии, не понимает, почему работодатель безосновательно его уволил. Таким образом, причиненный моральный вред оценивает в размере 15 000 руб.

На основании изложенного, просит суд признать незаконным и отменить приказ о прекращении трудового договора; внести в трудовую книжку запись о признании недействительной записи об увольнении в соответствии со ст.81 ч.1 п.6 пп. «а» ТК РФ; внести соответствующую запись в трудовую книжку и восстановить в ООО «Руднево» в должности <данные изъяты>; взыскать компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, заявлением просил рассмотреть дело в его отсутствие.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала и просила их удовлетворить, в обоснование ссылалась на доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика ООО «Руднево» - ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, полагала их необоснованными и просила в удовлетворении иска отказать, в обоснование ссылалась на доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление и письменных дополнительных возражениях не исковое заявление.

В своем заключении старший помощник прокурора Железнодорожного района г.Пензы Портнова С.А. полагала исковые требования ФИО1 о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе подлежащими удовлетворению в полном объеме, а требование о взыскании компенсации морального вреда – подлежащим частичному удовлетворению в размере 10 000 руб.

Выслушав объяснения представителей сторон, заключение старшего помощника прокурора Железнодорожного района г.Пензы Портновой С.А., изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 21 ТК РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

Согласно ст. 189 ТК РФ, дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии законодательством РФ, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации под дисциплинарным проступком понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. К дисциплинарным взысканиям, которые могут быть применены работодателем к работнику за совершение дисциплинарного проступка, относится, в том числе, увольнение по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

На основании ст.193 ТК РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно содержащимся в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснениям, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены) (подпункт "а" пункта 39 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по данному спору является отсутствие работника на рабочем месте без уважительных причин.

Исходя из положений названных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, увольнение по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации является мерой дисциплинарного взыскания, вследствие чего, помимо общих требований о законности увольнения, юридическое значение также имеет порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренный статьями 192, 193 ТК Российской Федерации.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение признается законным при наличии законного основания увольнения и с соблюдением установленного трудовым законодательством порядка увольнения.

При рассмотрении спора судом установлено, что ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Руднево» на основании трудового договора №10/15 от 01.12.2015 года в должности <данные изъяты>.

Согласно п.1.2. указанного выше трудового договора ФИО1 принят на работу в ООО «Руднево» в подразделение Службы контроля на должность <данные изъяты> для выполнения трудовых обязанностей.

В соответствии с п.1.3. Трудового договора истец обязался выполнять работу в должности <данные изъяты> с подчинением внутреннему трудовому распорядку.

Согласно п.6.1. Правил внутреннего трудового распорядка для работников ООО «Руднево», утвержденных Генеральным директором Ч. и введенных в действие Приказом №-ОД от ДД.ММ.ГГГГ для работников ООО «Руднево» устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов с двумя выходными днями. Работодатель ведет учет времени, фактически отработанного каждым работником. Начало ежедневной работы, время обеденного перерыва и окончание рабочего дня устанавливается для работников ООО «Руднево» с учетом его производственной деятельности и определяется графиками работы, утверждаемыми работодателем.

Согласно Дополнению к Правилам внутреннего трудового распорядка, утвержденных Генеральным директором ООО «Руднево» ФИО9 и введенных в действие Приказом №7/10-ОД от 10.02.2015 года для <данные изъяты> Службы контроля, в том числе ФИО1, устанавливается график работы с 16 по 30 (31) число каждого месяца, рабочее время с 08.00 часов до 17.00 часов с перерывом на обед с 12.00 час. до 13.00 час.

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым сотрудником (п.6.1. Правил внутреннего трудового распорядка).

Приказом ответчика №2 от 31.07.2018 года ФИО1 уволен по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации - за прогул.

Основанием к увольнению истца послужили служебная записка старшего контролера Н. от 29.06.2018 года, из которой следует, что с 16.02.2018 года по настоящее время <данные изъяты> ФИО1 отсутствует на рабочем месте без уважительной причины и письменных объяснений не давал.

Кроме того, согласно заявлению старшего контролера Н.. от 29.06.2018 года в служебной записке от 29.06.2018 года по поводу отсутствия на рабочем месте ФИО1 допущена техническая ошибка в дате начала работы. Просит читать сведения об отсутствии ФИО1 на рабочем месте с 18.06.2018 года. Согласно табелям учета рабочего времени за период с 16.01.2018 года по 31.05.2018 года <данные изъяты> ФИО1 отсутствовал на рабочем месте, о чем был составлен акт об отсутствии на рабочем месте №1 от 29.06.2018 года.В подтверждение обстоятельств, указанных в приказе, стороной ответчика представлены служебная записка и заявление старшего контролера Н. от 29.06.2018 года, приказ генерального директора ООО «Руднево» от 26.07.2018 года за №8-ОД о создании комиссии по расследованию фактов нарушения дисциплины труда ФИО1 с 16.06.2018 года по 29.06.2018 года, акт об отсутствии ФИО1 на рабочем месте 16.06.2018 года-29.06.2018 года, подписанный главным бухгалтером Т., главным инженером У. и генеральным директором Ч. корректировочный акт №2а от 29.06.2018 года об отсутствии ФИО1 на рабочем месте с 18.06.2018 года по 29.06.2018 года, письмо от 03.07.2018 года, направленное ФИО1 с требованием о предоставлении письменных объяснений по факту отсутствия на рабочем месте.

Из содержания представленных документов следует, что работодателем зафиксировано отсутствие работника ФИО1 на рабочем месте в течение рабочего времени с 18.06.2018 года по 29.06.2018 года.

В ответ на запрос от 03.07.2018 года ФИО1 10.07.2018 года направил в адрес ответчика письмо, в котором сообщил, что 19.06.2018 года, 28.06.2018 года он проходил медико-социальную экспертизу на установление инвалидности, о чем имеются соответствующие справки. В связи с данными обстоятельствами присутствовать на рабочем месте не мог. В связи с полученной им 22.08.2015 года производственной травмой на рабочем месте в ООО «Руднево» вынужден регулярно проходить лечение, а также проходить медицинское переосвидетельствование.

Из сообщения государственной инспекции труда в городе Москве от 22.06.2018 года за № следует, что согласно представленному табелю учета рабочего времени за август 2015 года в отношении ФИО1, последний отработал в августе 2015 года в соответствии с условиями трудового договора и правилами внутреннего трудового распорядка по пятидневной рабочей неделе в периоды с 17 августа по 21 августа, далее с 22 августа на работу не являлся.

22 августа 2015 года – день получения травмы ФИО1 – суббота, по табелю учета рабочего времени – выходной день у ФИО1 Со слов опрошенных лиц, травму ФИО1 получил возле неустановленного населенного пункта (предположительно <адрес>), то есть не по месту работы в нерабочее время. После чего его отвезли в больницу, где госпитализировали. При госпитализации ФИО1 указал свою травму как бытовую, что подтверждает справка №63 от 05.06.2018 года.

В ходе служебного расследования не нашли своего подтверждения доводы ФИО1 о несчастном случае на производстве. С даты его выписки из больницы до настоящего времени ФИО1 не прибыл на место работы.

С января 2018 года по настоящее время в табеле учета рабочего времени у ФИО1 стоят прогулы, поскольку ФИО1 на работу не выходит, оригиналы больничных листов не предоставляет, но ссылается на то, что они у него имеются и он находится на больничном.

Оснований для принятия мер инспекторского реагирования по вопросу расследования несчастного случая, произошедшего 22.08.2015 года с ФИО1, Государственной инспекцией труда в г.Москве не усматривается.

Как пояснила в судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО2 в период с 18 июня 2018 года по 29 июня 2018 года ФИО1 на больничном не находился, в больницу не ложился, больничные листки за данный период ему не выдавались, поскольку в это время он проходил обследование у врачей для установления инвалидности. По результатам медико-социальной экспертизы с ФИО1 была снята инвалидность, повторно группа инвалидности ему не устанавливалась. После прохождения комиссии ФИО1 выдавались больничные листы, начиная с 12 июля 2018 года. За период с 18 июня 2018 года по 29 июня 2018 года листки нетрудоспособности истцом в ООО «Руднево» не направлялись, в связи с тем, что на листке нетрудоспособности в обозначенный период истец не находился, ответчику он направил только справки. Истец не выходил на работу с 22.08.2015 года по настоящее время, при этом получал заработную плату до 01.01.2018 года. В настоящее время истец по состоянию здоровья может приступить к трудовой деятельности.

Как пояснила в судебном заседании представитель ответчика ФИО3, в данном случае первым днем прогула является – 18.06.2018 года, что отражено в корректировочном акте. Оригиналы больничных листов истец в адрес ответчика не направлял. За год у истца было много пропусков и прогулов, которые ООО «Руднево» считает неоправданными.

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что истец ФИО1 в период с 18.06.2018 года по 29 июня 2018 года отсутствовал на рабочем месте, стороной истца данный факт не оспаривается, в обоснование ссылаются на справки №120.9.58/2018 от 19 июня 2018 года и №113 от 28 июня 2018 года, которые подтверждают, что в указанные дни истец проходил медико-социальную экспертизу.

Приказом Минздравсоцразвития РФ от 26.04.2011 г. №347н «Об утверждении формы бланка листка нетрудоспособности» установлена специальная форма больничного листа.

Согласно пункту 5 Порядка выдачи листков нетрудоспособности, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 29 июня 2011 г. N 624н, выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного (стационарного) больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы.

Следовательно, листок нетрудоспособности является документом, подтверждающим фактическую утрату работником (сотрудником) способности выполнять свои трудовые (служебные) обязанности вследствие болезни, травмы, определяет период освобождения работника от работы и причину временной нетрудоспособности.

Таким образом, справки №120.9.58/2018 от 19 июня 2018 года и №113 от 28 июня 2018 года о прохождении обследования не являются листком освобождения от выполнения трудовых обязанностей по временной нетрудоспособности.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, следует признать правомерным увольнение истца с работы, т.к. последний совершил прогулы по месту работы в указанный период без уважительных причин.

Как пояснила в судебном заседании представитель ответчика ФИО3 и подтверждается материалами дела, ООО «Руднево» 03.08.2018 г. направило в адрес ФИО1 телеграмму с просьбой явиться к работодателю для ознакомления с приказом об увольнении и получения трудовой книжки, но поскольку истец к работодателю по вызову не явился, трудовая книжка была направлена ему и получена ФИО1 почтой. Указанное стороной истца не оспаривается.

К доводу стороны истца о том, что приказ от 31.07.2018 года вынесен за пределами месячного срока со дня обнаружения проступка, суд относится критически.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Как усматривается из материалов дела истец проходил лечение в период с 12.07.2018 года по 24.07.2018 года в ГБУЗ КБ №6 им.Г.А. Захарьина, что подтверждается листком нетрудоспособности, выданного 24.07.2018 года. Следовательно, установленный законом месячный срок со дня обнаружения проступка – 29.06.2018 года приостанавливался 12.07.2018 года.

При указанных обстоятельствах следует признать, что процедура по увольнению истца работодателем была соблюдена.

То обстоятельство, что в период с 12.07.2018 года по 24.08.2018 год истец находился на больничном листе, не может повлечь отмену приказа от 31.07.2018 года и повлечь восстановление истца на работе.

В судебном заседании установлено, что истцом в адрес ответчика листки нетрудоспособности не направлялись. В настоящее время все оригиналы листков нетрудоспособности находятся у истца. ФИО1 направил работодателю лишь письменные объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте с 18 июня 2018 года по 25 июня 2018 года, после этого он не сообщал ответчику, что с 12 июля 2018 года находится на больничном листе, больничные листы работодателю не направлял.

Согласно ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, выборного коллегиального органа профсоюзной организации структурного подразделения организации (не ниже цехового и приравненного к нему), не освобожденным от основной работы, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации либо соответственно с предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Судом установлено, что хотя ФИО1 был уволен за прогулы, часть которых приходится на период прохождения им медико-социальной экспертизы, однако, истцом совершены действия, свидетельствующие о злоупотреблении правом, а именно листы нетрудоспособности не были представлены работодателю, не было надлежащим образом сообщено о нахождении на больничном руководителю ООО «Руднево».

Свою обязанность по доведению до руководителя организации надлежащих сведений о наличии листков нетрудоспособности за период с 12.07.2018 года по 24.08.2018 года истец не исполнил.

Надлежащих относимых и допустимых доказательств по своевременному представлению указанных документов, как и невозможности их представления по объективным, не зависящим от него исключительным обстоятельствам ФИО1 не представлено.

При этом, ответчиком предприняты исчерпывающие меры по получению объяснений от истца о причинах отсутствия на работе с с 18.06.2018 года по 29.06.2018 года.

Кроме того, после издания 31.07.2018 года приказа об увольнении ФИО1 за прогулы, ответчиком в адрес истца 03.08.2018 года была направлена телеграмма о расторжении трудового договора и необходимости получить трудовую книжку, которая была получена ФИО1 04.08.2018 года.

В судебном заседании установлено, что работодатель не мог достоверно знать о том, что ФИО1 с 12.07.2018 года по 24.08.2018 года находится на листке нетрудоспособности, последний не выполнил свою обязанность по сообщению работодателю данных фактов непосредственно сразу после открытия листка нетрудоспособности, в связи с чем суд признает эти действия злоупотреблением правом, то есть умышленными недобросовестными действиями (бездействием) работника по реализации трудовых прав, в связи с чем оснований для восстановления на работе не имеется.

При таких обстоятельствах, суд расценивает действия истца в виде ссылки на наличие у него больничного листа в день его увольнения, как на основание заявления иска о восстановлении на работе, как злоупотребление правом, так как им не принято мер по уведомлению работодателя о наличии у него больничного листа.

В соответствии с ч.1 ст. 56 и ч.1. ст. 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений, доказательства предоставляются сторонами и иными лицами, участвующими в деле.

В соответствии со ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В связи с изложенным, суд не усматривает оснований к удовлетворению исковых требований ФИО1 к ООО «Руднево» об отмене приказа о прекращении трудового договора от 31.07.2018 года, восстановлении на работе и внесении соответствующих записей в трудовую книжку.

Согласно ст.237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку суд не установил факта нарушения трудовых прав истца, учитывая, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда являются производными от вышерассмотренных, они также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Руднево» о признании расторжения трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Железнодорожный районный суд г.Пензы в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 21.09.2018 года.

Председательствующий - Д.В. Шветко