Апелляционное определение № 33-873/2026 от 10 марта 2026 г.

№33-873/2026 Судья Иванов С.Н.

УИД 71RS0001-01-2025-002113-30


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 марта 2026 года город Тула

Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего Селищева В.В.,

судей Крымской С.В., Алдошиной В.В.,

при секретаре Новиковой А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1345/2025 по апелляционным жалобам истца ФИО2 ФИО14, ответчика Акционерного общества «ФИО1 опытный механический завод» на решение Алексинского межрайонного суда Тульской области от 16 октября 2025 г. по иску о признании незаконными и отмене приказов, взыскании денежных средств за невыплаченную премию, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы (премии), компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Крымской С.В., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 обратился в суд с иском к акционерному обществу «ФИО1 опытный механический завод» (далее – АО «АОМЗ») о взыскании незаконно удержанных сумм из заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, указывая на то, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в АО «АОМЗ», в должности главного инженера - с ДД.ММ.ГГГГ

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания, приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ему не начислена премия в связи с наличием дисциплинарного взыскания за неисполнение распоряжений генерального директора АО «АОМЗ» по показателю «неукоснительное выполнение должностных обязанностей и выполнение всех распоряжений руководства» по итогам работы за ДД.ММ.ГГГГ года. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за отказ от исполнения распоряжения генерального директора от ДД.ММ.ГГГГ покинуть производственное совещание и приступить к выполнению должностных обязанностей.

Указал, что при применении к нему дисциплинарных взысканий, работодатель не учел тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, отсутствие вины работника.

По изложенным основаниям истец ФИО2 просил суд:

признать незаконным и отменить приказ АО «АОМЗ» «О наказании» № от ДД.ММ.ГГГГ, признать незаконным и отменить приказ АО «АОМЗ» «О наказании» № ДД.ММ.ГГГГ, признать незаконным и отменить приказ АО «АОМЗ» «О наказании» № от ДД.ММ.ГГГГ взыскать с АО «АОМЗ» в пользу него (ФИО2) денежные средства в размере 17 143,30 руб. (часть невыплаченной заработной платы в виде 10% премии за ДД.ММ.ГГГГ г.), компенсацию за задержку выплаты заработной платы (премии) на день вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ответчика АО «АОМЗ» по доверенности ФИО3 исковые требования не признала, полагая их незаконными и необоснованными по основаниям указанным в возражениях на иск.

Представитель третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Калужской и Тульской областях в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте его проведения извещен в установленном законом порядке.

Решением Алексинского межрайонного суда Тульской области от 16 октября 2025 г. исковые требования ФИО2 удовлетворены частично.

Суд решил:

признать незаконными и отменить приказы АО «АОМЗ» «О наказании» № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ,

взыскать с АО «АОМЗ» в пользу ФИО2 заработную плату в размере 17 143,30 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы (премии) за период с ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 995,48 руб., компенсацию морального вреда в размере 8 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.,

в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Взыскать с АО «АОМЗ» в доход бюджета муниципального образования г. Алексин государственную пошлину в размере 7 000 руб.

Не согласившись с постановленным решением, ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, оспаривая взысканный судом размер компенсации морального вреда, размер судебных расходов на оплату услуг представителя, отказ в удовлетворении требования об отмене приказа АО «АОМЗ» «О наказании» № от ДД.ММ.ГГГГ.

В апелляционной жалобе АО «АОМЗ» просило отменить решение суда, ссылаясь на нарушение норм материального права, указывая на его незаконность и необоснованность.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ответчика АО «АОМЗ» по доверенности ФИО3 поддержала доводы апелляционной жалобы АО «АОМЗ», возражала против жалобы истца.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, обсудив доводы апелляционных жалоб, разрешив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

Частью второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину (абзацы второй, третий, четвертый части второй названной статьи).

Работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы пятый и шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (часть первая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью пятой статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (часть 2).

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (часть 3).

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (часть 6).

Согласно п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

В соответствии с абз. 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как следует из материалов дела и установлено судом, с 12.05.2016 г. ФИО2 работает АО «АОМЗ», с 14.02.2022 г. - главным инженером.

Должностной инструкцией главного инженера №14 от 19.03.2018 предусмотрено, что главный инженер осуществляет руководство техническими службами предприятия, обеспечивает техническую подготовку предприятия, контролирует соблюдение конструкторской, проектной, технологической дисциплины, контролирует выполнение правил и норм по охране труда и промышленной безопасности, реализует мероприятия по техническому перевооружению и реконструкции (раздел 4), непосредственно подчиняется руководителю предприятия (п. 3.4), в своей деятельности руководствуется приказами, распоряжениями руководителя предприятия (п. 3.6).

Приказом АО «АОМЗ» от ДД.ММ.ГГГГ № за совершение дисциплинарного проступка в виде ненадлежащего исполнения обязанностей, предусмотренных п. 3.6 должностной инструкции главного инженера, а именно отказ от исполнения распоряжения генерального директора от ДД.ММ.ГГГГ о необходимости покинуть производственное совещание, проходившее ДД.ММ.ГГГГ в кабинете генерального директора и приступить к выполнению должностных обязанностей главного инженера к ФИО2 применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.

Основанием для издания данного приказа послужили: акт № от ДД.ММ.ГГГГ о неисполнении ФИО2 распоряжения генерального директора ДД.ММ.ГГГГ покинуть совещание и заняться исполнением непосредственных должностных обязанностей на своем рабочем месте, приказ АО «АОМЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ создании комиссии для проведения служебной проверки, уведомление о предоставлении объяснения № от ДД.ММ.ГГГГ, служебная записка № от ДД.ММ.ГГГГ, акт о проведении служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ г.

Из акта о проведении служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 32 мин. в кабинете генерального директора АО «АОМЗ» ФИО4 главному инженеру ФИО2 дано распоряжение генеральным директором ФИО4 покинуть совещание и приступить к исполнению своих непосредственных должностных обязанностей ввиду отсутствия вопросов к главному инженеру, ФИО2 данное распоряжение не выполнил, совещание не покинул.

Указанные обстоятельства подтверждаются протоколом № производственного совещания ДД.ММ.ГГГГ, объяснениями начальника ПДО ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, объяснениями заместителя генерального директора по качеству ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, объяснениями начальника ОТК ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ г.

Разрешая спор, и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2 об отмене приказа АО «АОМЗ» «О наказании» № от ДД.ММ.ГГГГ, суд первой инстанции исходил из того, что у работодателя имелись основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде замечания в связи с наличием факта дисциплинарного проступка истца, выразившегося в отказе от исполнения распоряжения генерального директора.

Суд первой инстанции, проверяя законность и обоснованность привлечения истца к дисциплинарной ответственности, указал на соблюдение работодателем установленной статьями 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности по дисциплинарному проступку, соразмерный характер мер дисциплинарного воздействия совершенному истцом проступку, справедливое и обоснованное применение наказания, учитывая, что работником допущены нарушения трудовых обязанностей.

Судебная коллегия находит выводы суда, приведенные в решении, правильными, соответствующими материалам дела, установленным по делу обстоятельствам и исследованным доказательствам.

В судебном акте приведено правильное толкование норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, результаты оценки доказательств, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что устные высказывания не относятся к распоряжениям генерального директора и ранее он на постоянной основе участвовал в производственном совещании, не опровергают правильных выводов суда первой инстанции о наличии в действиях ФИО2 состава дисциплинарного проступка, поскольку должностной инструкцией главного инженера № от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что главный инженер непосредственно подчиняется руководителю предприятия, обязан выполнять как письменные, так и устные распоряжения руководителя, что не было сделано ФИО2

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца выводы суда о наличии в действиях истца дисциплинарного проступка и соблюдении процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности подтверждаются исследованными доказательствами и ничем не опровергнуты.

Ссылка в апелляционной жалобе ФИО2 на то, что со стороны работодателя в отношении него допущена дискриминация труда, в ходе проверки судебного решения своего подтверждения не нашла.

Указание истца в жалобе на необоснованность привлечения к дисциплинарной ответственности, судебная коллегия считает несостоятельным, поскольку судом установлен факт совершения работником дисциплинарного проступка, указанного в приказе АО «АОМЗ» «О наказании» № от ДД.ММ.ГГГГ

По изложенным основаниям судебная коллегия соглашается с судебным решением в данной части.

Материалами дела подтверждается, что приказом АО «АОМЗ» от ДД.ММ.ГГГГ № № за совершение дисциплинарного проступка в виде ненадлежащего исполнения обязанностей, предусмотренных п. 3.6 должностной инструкции главного инженера, неисполнения распоряжений генерального директора № 54 «О предоставлении плана работы» (не предоставлен в срок до ДД.ММ.ГГГГ план работы главного инженера в соответствии с должностными обязанностями на ДД.ММ.ГГГГ с указанием сроков исполнения) и № 60 «О плане работы» (не представлен в срок до ДД.ММ.ГГГГ развернутый план работы главного инженера на ДД.ММ.ГГГГ года с указанием конкретных мероприятий и сроков их исполнения) к ФИО2 применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.

Основанием для издания данного приказа послужил акт о проведении служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ г., из которой видно, что распоряжением АО «АОМЗ» от ДД.ММ.ГГГГ № 54 ФИО2 поручено задание предоставить генеральному директору в срок до ДД.ММ.ГГГГ план работы главного инженера в соответствии со своими должностными обязанностями на ДД.ММ.ГГГГ года с указанием сроков исполнения; представлять план работы ежемесячно не позднее 6 числа месяца; представлять генеральному директору сведения о проделанной работе в письменном виде ежедневно, не позднее 09:00 дня, следующего за отчетным.

Согласно служебной записке главного инженера ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ представлен план работы главного инженера с указанием срока исполнения «постоянно». Указано на невозможность сформировать план работы с конкретными сроками исполнения в связи с невозложением на него дополнительных задач, а также неучастием в совещаниях на основании приказа генерального директора.

Распоряжением АО «АОМЗ» от ДД.ММ.ГГГГ № главному инженеру ФИО2 поручено задание предоставить генеральному директору в срок до ДД.ММ.ГГГГ план работы главного инженера в соответствии со своими должностными обязанностями на ДД.ММ.ГГГГ года с указанием конкретных мероприятий и сроков исполнения.

Согласно служебной записке главного инженера ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ представлен план работы главного инженера с указанием срока исполнения «постоянно», а также исполнения распоряжений № 56, 57 от ДД.ММ.ГГГГ в установленные сроки Указано на невозможность сформировать план работы с конкретными сроками исполнения в связи с невозложением на него дополнительных задач, а также неучастием в совещаниях на основании приказа генерального директора. В дополнение к данной служебной записке представлена служебная записка ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ об исполнении распоряжения № № от ДД.ММ.ГГГГ и распоряжения № от ДД.ММ.ГГГГ с приложением планов-графиков ремонта оборудования предприятия.

Разрешая заявленные требования в указанной части, исходя из того, что по заданию руководителя ФИО2 в установленный срок подготовлены планы работы на месяц в АО «АОМЗ», однако форма таких планов на дату привлечения истца к дисциплинарной ответственности не установлена, локальные акты в данной сфере ответчиком не приняты, а поэтому оценить степень выполнения задания истцом не представляется возможным, суд пришел к выводу, что основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности за непредоставление планов работы у работодателя отсутствовали, в связи с чем признал приказ АО «ФИО1 опытный механический завод» от ДД.ММ.ГГГГ №к «О наказании» незаконным.

Поскольку приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «О наказании» основан на приказе от ДД.ММ.ГГГГ № суд пришел к выводу, что правовые основания для вынесения приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-к «О наказании» также отсутствовали.

В связи с отменой приказа от ДД.ММ.ГГГГ № «О наказании», суд взыскал с АО «АОМЗ» в пользу ФИО2 денежные средства в размере 17143,30 руб. (часть невыплаченной заработной платы в виде 10% премии за ДД.ММ.ГГГГ года), а также компенсацию, предусмотренную статьей 236 ТК РФ в размере 1995,48 руб.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд взыскал в пользу ФИО2 в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсацию морального вреда в размере 8 000 руб.

Руководствуясь ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд взыскал в пользу истца с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с вышеперечисленными выводами суда первой инстанции, поскольку при разрешении данных требований истца судом дано верное толкование норм материального права, регулирующих спорное правоотношение, правильно и полно установлены юридически значимые обстоятельства дела, имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными доказательствами, в судебном решении содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных фактов.

Частью 1 статьи 189 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Исходя из норм трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

При этом в силу действующего законодательства, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к привлечению к дисциплинарной ответственности, в действительности имело место.

Правильно применив приведенные нормы права, с учетом совокупности представленных в дело доказательств, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии у ответчика оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности на основании приказе от ДД.ММ.ГГГГ №к.

Материалами дела подтверждено, что ФИО2, выполняя распоряжение генерального директора АО «АОМЗ» от ДД.ММ.ГГГГ №, предоставил план работы главного инженера на ДД.ММ.ГГГГ г., а во исполнение распоряжения № от ДД.ММ.ГГГГ г. - перечень комплектующих и других материалов для станков с ЧПУ, план-график ремонта станочного оборудования с числовым программным управлением на ДД.ММ.ГГГГ по предприятию АО «АОМЗ», список оборудования с числовым управлением, используемых в основных средствах, график проверки оборудования с числовым программным управлением на технологическую точность на ДД.ММ.ГГГГ список эксплуатируемых грузоподъемных механизмов на территории АО «АОМЗ», что, в отсутствие локального нормативного акта предприятия об установлении формы плана работы главного инженера на месяц, не может свидетельствовать о невыполнении распоряжения руководителя.

Вменяя ФИО2 дисциплинарный проступок в виде непредоставления плана работы главного инженера на ДД.ММ.ГГГГ г., работодатель не доказал наличие в действиях истца какого-либо виновного поведения, а также состава проступка, поскольку по материалам дела видно, что план работы на ДД.ММ.ГГГГ г. истцом составлен в установленный срок, а проверить качество работы истца не представляется возможным ввиду отсутствия нормативного регулирования, при этом в должностной инструкции отсутствует обязанность ФИО2 составлять ежемесячные планы работы.

Доводы апелляционной жалобы АО «АОМЗ» об обратном не свидетельствуют.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о неверном определении размера компенсации морального вреда являются несостоятельными по следующим основаниям.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" приведены разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 названного постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ, интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, в числе которых значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушений, требования разумности и справедливости, а также соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации морального вреда.

Аналогичная правовая позиция о порядке определения размера компенсации морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, приведена в пункте 19 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 апреля 2022 г., и в пункте 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21 декабря 2022 г.

Судом при рассмотрении дела установлены нарушения трудовых прав работника, вследствие чего ФИО2 имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Оценив установленные по делу обстоятельства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, учитывая значимость для истца нематериальных благ, нарушенных ответчиком, в частности права на справедливую оплату труда, а также принимая во внимание объем таких нарушений, степень вины работодателя, продолжительность нарушенного права, характер и степень нравственных страданий истца, конкретные обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, суд определил компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца, в размере 8 000 руб.

Вопрос о присуждении суммы компенсации морального вреда решен судом с учетом всех обстоятельств дела, значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов истца, при этом исключено присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, то есть сумма компенсации морального вреда является адекватной и реальной.

Истцом доводов, свидетельствующих о заниженном размере определенной судом компенсации морального вреда, а также доказательств, могущих служить основанием для увеличения данного размера, не представлено.

Судебная коллегия соглашается с размером компенсации морального вреда. Оснований для его увеличения не усматривается.

Проверяя довод апелляционной жалобы о заниженном размере взысканной в пользу истца стоимости расходов на оплату услуг представителя, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Кодекса.

Из содержания указанных норм следует, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. п. 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Уменьшение судебных расходов на оплату услуг представителя не может быть произвольным, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в отсутствие доказательств чрезмерности судебных расходов суд вправе по собственной инициативе возместить расходы в разумных, по его мнению, пределах в том случае, если заявленные требования явно превышают разумные пределы.

Снижение суммы компенсации расходов на оплату услуг представителя возможно на основании применимых в порядке предусмотренного п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации исключения правил ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о компенсации судебных расходов в разумных пределах. Так, с учетом разъяснений п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

По смыслу названных норм права определение пределов разумности размера расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией. При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут быть приняты во внимание, в частности, сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг представителя, продолжительность рассмотрения дела и сложность дела.

Общим правилом возмещения расходов (издержек), возникших при судебном разрешении правовых конфликтов, является компенсация их стороне, в пользу которой принято решение, за счет другой стороны, кроме случаев, когда предусмотрены основания возмещения этих расходов (издержек) за счет бюджета. Именно такой подход соответствует требованиям справедливости и равенства сторон в споре.

Возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу. При этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного акта выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов (определения от 19 октября 2010 г. N 1349-О-О, от 21 марта 2013 г. N 461-О, от 22 апреля 2014 г. N 807-О, от 24 июня 2014 г. N 1469-О, от 23 июня 2015 г. N 1347-О, от 19 июля 2016 г. N 1646-О, от 25 октября 2016 г. N 2334-О).

Из права на судебную защиту вытекает общий принцип, в силу которого правосудие нельзя было бы признать отвечающим требованиям равенства и справедливости, если расходы, понесенные в связи с судебным разбирательством, ложились бы на лицо, вынужденное прибегнуть к этим расходам в рамках судебного механизма обеспечения принудительной реализации своих прав, свобод и законных интересов. При этом не исключается дифференциация федеральным законодателем правил распределения судебных расходов, которые могут иметь свою специфику, в частности в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений (Постановление от 11 июля 2017 г. N 20-П). Возмещение судебных расходов обусловливается не самим по себе процессуальным статусом лица, в чью пользу принят судебный акт, разрешивший дело по существу, а вынужденным характером затрат, понесенных лицом (Постановление от 21 января 2019 г. N 6-П).

Признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует также принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чьи права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления своих прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции проанализировал стоимость юридических услуг на официальном сайте адвокатской палаты Тульской области в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Согласно расценкам, указанным в Приложении к решению Конференции №182 от 18.03.2022 стоимость составления искового заявления, отзыва, жалобы и т.д. – от 7 000 руб., а в приложении к решению Конференции №182 от 18.03.2022 стоимость такой правовой помощи составляет 10 000 руб., стоимость одной устной консультации определена как 1 000 руб., составление документов правового характера 5 000 руб.

В соответствии с решением конференции Тульской областной адвокатской палаты от 22.11.2024 № 201, минимальными расценками, применяемыми при заключении соглашений об оказании юридической помощи в гражданском судопроизводстве являются: составление искового заявления, отзыва, жалобы и прочих процессуальных документов для физических лиц – от 15000 руб.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ года между ФИО8 (исполнитель) и ФИО2 (заказчик) заключен договор возмездного оказания услуг между физическими лицами.

Предметом договора является: изучение документов и предоставление устной консультации заказчику о порядке рассмотрения и подачи искового заявления в суд (п. 1.2.1 договора), а также подготовка искового заявления в отношении АО «АОМЗ» о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании, компенсации морального вреда, судебных расходов, ФИО2 (п. 1.2.2).

Согласно разделу 3 данного договора, стоимость услуг определяется в сумме 50000 руб.

С учетом изложенного, исходя из характера спора и сложности дела, реально оказанного исполнителем объема профессиональной юридической помощи (консультация и подготовка искового заявления), понесенных трудовых и временных затрат на оказанную ФИО2 правовую помощь, с учетом принципа разумности и справедливости, суд счел возможным определить ко взысканию расходы ФИО2 на оплату юридических услуг в размере 10 000 рублей.

Анализируя представленные документы, принимая во внимание среднюю стоимость юридических услуг по региону, учитывая характер сформировавшихся правоотношений, конкретные обстоятельства дела, объем оказанных услуг, сложность и характер спора, подтверждение несения расходов по оплате услуг документально, а также исходя из соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, учитывая требования разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции вопреки доводам апелляционной жалобы о разумности размера судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 10 000 руб., поскольку он соответствует рекомендуемым минимальным ставкам юридических услуг по региону, учитывает результат рассмотрения дела, а также сложность рассмотрения дела, объем оказанных его представителем юридических услуг.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что понятие "разумные пределы расходов" является оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства, что и было сделано судом первой инстанции.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами в совокупности, суд апелляционной инстанции не находит каких-либо оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции и произвести иную оценку разумности взысканных судом с ответчика в пользу истца судебных расходов. ФИО2 обоснованных аргументов не заявлено.

Таким образом, разрешая спор, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, применил закон, регулирующий спорные правоотношения, всесторонне и полно исследовал доводы сторон и представленные доказательства, дал им надлежащую правовую оценку по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Доводы апелляционной жалобы своего подтверждения не нашли.

Судебная коллегия отмечает, что в целом доводы апелляционных жалоб основаны на неправильном толковании положений законодательства, применяемого к спорным правоотношениям, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом первой инстанции оценкой обстоятельств дела и представленных по делу доказательств. Однако оснований для иной оценки имеющихся в материалах дела доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

Учитывая, что выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, которым дана надлежащая оценка, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, оснований для его отмены по доводам апелляционных жалоб ответчика и истца не имеется.

Каких-либо нарушений процессуальных норм, повлекших неправильное разрешение спора, а также процессуальных нарушений, которые в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ являются безусловным основанием для отмены решения суда, по материалам дела судебной коллегией не усматривается.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Алексинского межрайонного суда Тульской области от 16 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2 ФИО15, АО «АОМЗ» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 марта 2026 года.