Решение № 2-139/2020 2-139/2020~М-154/2020 М-154/2020 от 20 июля 2020 г. по делу № 2-139/2020

Дело № 2 – 139/2020

22RS0064-01-2020-000234-78


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

21 июля 2020 года с. Шипуново

Шипуновский районный суд Алтайского края в составе

председательствующего Ю.С.Давыдовой,

при секретаре Т.А.Правдиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Федерального казённого учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №22 Федеральной службы исполнения наказаний» к ФИО1 о возмещении материального ущерба в порядке регресса,

установил:

Федеральное казённое учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть №22 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее – ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России, Учреждение) обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю, в размере 124 558 рублей.

В обоснование исковых требований представитель истца указал, что решением <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с учётом определения судебной коллегии по гражданским делам <данные изъяты> областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, по иску Ч.Л.А. к ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России, в пользу истца Ч.Л.А. с Учреждения взыскана компенсация морального вреда, расходы на оплату судебной медицинской экспертизы.

На основании указанных судебных актов Учреждение выплатило Ч.Л.А. в счет возмещения морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, 100 000 рублей, судебные расходы – 24 558 рублей. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1, являясь сотрудником уголовно-исполнительной системы, оказала медицинскую помощь осужденной Ч.Л.А. с нарушением Порядка организации помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России и Минюста России от 17 октября 2005 года №640/190.

В ходе рассмотрения вышеуказанного гражданского дела назначалась комиссионная судебно-медицинская экспертиза, заключением которой установлен факт оказания Ч.Л.А. медицинской помощи с дефектами, в том числе, допущенных врачом гинекологом ФИО1 Так, при наличии признаков <данные изъяты>, ФИО1 была выбрана неверная тактика «выжидания», вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, вместо проведения неотложных диагностических мероприятий по установлению причины и источника <данные изъяты>; в виду неполного физикального и инструментального обследования, диагноз и дальнейшая тактика ведения больной на догоспитальном этапе были определены неверно. Поскольку ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России в пользу Ч.Л.А. возмещен причиненный действиями работников моральный вред в размере 124 558 рублей, истец приобрел право требования возмещения материального ущерба в порядке регресса с ответчика.

В судебном заседании представитель истца ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме, пояснила, что противоправность поведения ответчика, ее вина в причинении ущерба, причинно-следственная связь подтверждаются результатами экспертизы, установившей дефект оказания медицинской помощи Ч.Л.А., выразившийся в неверной тактике «выжидания», не проведении УЗИ диагностики, забора крови; данные нарушения отражены в результатах служебной проверки, по результатам которой установлена вина ФИО1 в причинении ущерба истцу; вины иных специалистов - врача-инфекциониста, терапевта в причинении ущерба истцом не установлено и не усматривается, просила учесть наличие у ответчика ФИО1 косвенного умысла в причинении вреда потерпевшему, что является основанием для возмещения ущерба в полном объеме.

Ответчик ФИО1, ее представитель - ФИО3 иск не признали, полагали, что ее вина в причинении вреда Ч.Л.А. не установлена, анализы у осужденной взять ответчик не могла по причине отсутствия у Ч.Л.А. страхового полиса и СНИЛСа, по этой же причине не могла направить осужденную на УЗИ, первичное обследование не было проведено по причине отсутствия лаборантов и контрактов с ЦРБ; оснований для экстренной госпитализации осужденной не имелось; тактика лечения выбрана была правильно; в сложившейся ситуации имеется также вина Учреждения, которое направило Ч.Л.А. на госпитализацию спустя только 12 дней с момента выдачи ей направления; не рассматривался вопрос о надлежащем лечении осужденной в стационаре; возложение на нее полной материальной ответственности не предусмотрено трудовым законодательством; при разрешении спора необходимо решить вопрос о вине врачей терапевта и инфекциониста; просила применить срок исковой давности.

В судебном заседании допрошен свидетель Ш.Н.В..

Выслушав стороны, их представителей, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

В соответствии с п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Cторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами (часть 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

Статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Работники в возрасте до восемнадцати лет несут полную материальную ответственность лишь за умышленное причинение ущерба, за ущерб, причиненный в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, а также за ущерб, причиненный в результате совершения преступления или административного правонарушения (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений следует, что основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника. Применение ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка означает, что, если размер ущерба превышает среднемесячный заработок работника, он обязан возместить только ту его часть, которая равна его среднему месячному заработку. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Согласно статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с данным кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (статья 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работает в должности врача-гинеколога гинекологического кабинета филиала «Медицинская часть №» с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается контрактом, заключенным с начальником УФСИН России по <адрес> сроком на 5 лет (л.д.174 т.1).

Как следует из материалов дела, «Медицинская часть №» является филиалом ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р., осуществляет медицинское обслуживание ФКУ ИК-6 УФСИН России по <адрес>, ФКУ КП-7 УФСИН России по <адрес> (л.д.42-43 т.1).

Решением <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.14-20 т.1), с учётом определения судебной коллегии по гражданским делам <данные изъяты> областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.21-31 т.1) по результатам рассмотрения гражданского дела по иску Ч.Л.А. к Минфину РФ, УФСИН России по <адрес>, ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России, ФСМН России о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, утраченного заработка, с ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р. в пользу Ч.Л.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату судебной медицинской экспертизы в размере 24 558 рублей.

Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу Ч.Л.А. истец перечислил 24 558 рублей (л.д.32), платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждено перечисление 100 000 рублей в пользу Ч.Л.А. (л.д.33).

Полагая, что материальный ущерб в размере 124558 рублей руб. причинен ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России в результате оказания медицинской помощи ненадлежащего качества осужденной Ч.Л.А. по вине врача ФИО1, истец просил взыскать с ответчика указанную денежную сумму в полном объеме.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ осужденная Ч.Л.А. прибыла в ФКУ ИК-6 УФСИН России по <адрес>, в этот же день осмотрена фельдшером (диагноз <данные изъяты>), врачом-стоматологом (заключение: <данные изъяты>), врачом гинекологом: (заключение: <данные изъяты>), взят общий и биохимический анализ крови.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ осужденная по вызову на прием к врачу-гинекологу не явилась.

ДД.ММ.ГГГГ Ч.Л.А. осмотрена врачом-гинекологом, жалобы на боли внизу живота тянущего характера, периодические мажущие выделения, диагноз: <данные изъяты>, назначено лечение.

ДД.ММ.ГГГГ Ч.Л.А. осмотрена врачом-гинекологом, жалобы на <данные изъяты> сохраняются, диагноз: <данные изъяты>? Лечение продолжает, мазок на онкоцитологию не взят из-за <данные изъяты>; для уточнения диагноза направляется в ФКЛПУ КТБ-12 УФСИН России по <адрес>

ДД.ММ.ГГГГ осмотрена врачом-терапевтом, заключение: этапом следовать может (л.д.191 т.1)

При рассмотрении иска Ч.Л.А. к Минфину РФ, УФСИН России по <адрес>, ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН России, ФСМН Р. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, утраченного заработка, определением суда была назначена комиссионная судебно - медицинская экспертиза, проведение которой поручено БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, были установлены дефекты оказания медицинской помощи Ч.Л.А., в филиале Медицинская часть № ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р., выразившиеся в следующем:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В заключении экспертная комиссия пришла к выводу о том, что в данном случае дефекты оказания медицинской помощи Ч.Л.А. не явились причиной заболевания (<данные изъяты>). Прогрессирование <данные изъяты>, учитывая его первичную распространённость, было обусловлено исключительно характером заболевания и особенностями заболевания у конкретной больной, возможность ранней диагностики и лечения сведены на нет ее поздним обращением за медицинской помощью, поэтому установленные дефекты оказания медицинской помощи Ч.Л.А. в условиях филиала «МЧ№» ФКУЗ МСЧ 22 ФСИН Р. в прямой причинно-следственной связи с действием (бездействием) медицинских работников филиала «МЧ№» ФКУЗ МСЧ 22 ФСИН Р. не находятся и не могут быть квалифицированы, как вред здоровью (л.д.28-29 т.2).

В связи с указанным, судебные инстанции <адрес> пришли к выводу об отказе в удовлетворении в требованиях истца Ч.Л.А., основанных на наличии вины в действиях (бездействии) работников филиала «МЧ№» ФКУЗ МСЧ 22 ФСИН Р., повлекших развитие и прогрессирование <данные изъяты> заболевания.

Вместе тем, решениями указанных судов было установлено, что при оказании Ч.Л.А. медицинской помощи медицинскими работниками ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р. были допущены дефекты, выразившиеся в неполном обследовании истца, неправильном выборе тактики лечения, не направлении больной на госпитализацию в стационар, что явилось основанием для взыскания с истца в пользу Ч.Л.А. компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей (л.д.14-31 т.1).

Согласно ч. 2 ст. 61 данного кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, вступившим в законную силу решением <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, определением судебной коллегии по гражданским делам <данные изъяты> областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, был установлен факт оказания ФИО1 медицинской помощи Ч.Л.А. ненадлежащего качества.

Из установленных обстоятельств по делу следует, что именно врач гинеколог ФИО1 неверно избрала тактику лечения и не решила своевременно вопрос о госпитализации Ч.Л.А. при наличии явных на то оснований. Ненаправление осужденной на госпитализацию, а также неверная тактика «выжидания» является виновным бездействием ответчика ФИО1, в результате которого причинен ущерб работодателю.

В силу ч. 2 ст. 209 ГПК РФ, после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Учитывая вышеизложенное, доводы ФИО1 об отсутствии возможности взятие анализов у Ч.Л.А. и направления их на исследование, о верно выбранной с ее стороны тактике лечения, об отсутствии оснований для госпитализации осужденной ДД.ММ.ГГГГ, о дальнейшем ненадлежащем лечении Ч.Л.А. в условиях стационара, о несвоевременном направлении осужденной в стационар со стороны сотрудников ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р., не имеют правого значения для разрешения настоящего спора.

Кроме того, заключением служебной проверки, проведенной ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р. по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт нарушения должностной инструкции врачом-гинекологом ФИО1, выразившийся в определении неверной тактики ведения больной, не проведении диагностических мероприятий (л.д.211-214 т.1), определено провести работу по взысканию с ФИО1 в порядке регресса суммы выплаченного возмещения вреда. К дисциплинарной ответственности ответчик не привлекалась в связи с истечением срока давности наложения дисциплинарного взыскания.

Результаты служебной проверки ответчиком не оспаривались.

Факт не привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности как врача-гинеколога не свидетельствует об отсутствии правовых оснований для возложения на нее обязанности по возмещению ущерба за некачественное оказание медицинской помощи.

Вместе с тем, суд учитывает, что дефекты оказания медицинской помощи имели место со стороны врача-терапевта, а также врача-инфекциониста, что установлено заключением судебной медицинской экспертизы, вышеуказанными судебными постановлениями, в связи с чем требование о возмещении вреда в полном объеме с ФИО1 заявлено необоснованно.

Обращаясь в суд, истец не определил степень вины врача-терапевта, а также врача-инфекциониста в причинении имущественного вреда.

Согласно ст. 12 ГК РФ нарушенное гражданское право (законный интерес) подлежит защите способом, указанным в законе.

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы этих требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В абзаце втором п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" установлено, что выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению основания и предмета иска с целью использования более эффективного способа защиты, а также выбора иного способа защиты.

Исходя из вышеуказанных требований закона суд, в данном случае, не вправе определять степень вины в причинении вреда иных лиц, не участвующих в деле, и к которым требования истцом не заявлены.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, виновное бездействие ФИО1, выразившееся в избрании неверной тактики лечения и не своевременном направлении Ч.Л.А. на госпитализацию, проведение обследования не в полном объеме, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении ущерба работодателю в размере 50%.

В данном случае ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р. в счет возмещения ущерба (компенсация морального вреда), причиненного его работниками МЧ № ФКУЗ МСЧ-22 ФСИН Р. за оказание в ДД.ММ.ГГГГ году некачественной медицинской помощи выплатило Ч.Л.А. денежную сумму в размере 100 000 руб., а также 24 558 рублей в счет возмещения судебных расходов.

Между тем предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами оснований для возложения на ФИО1 материальной ответственности в полном размере при рассмотрении дела судом не установлено.

Кроме того, заслуживает внимания довод ответчика о пропуске срока исковой давности в части взыскания расходов на оплату судебной медицинской экспертизы, которые были возмещены истцом в пользу Ч.Л.А. ДД.ММ.ГГГГ.

Работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба (часть 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что с настоящим иском истец обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ (л.д.55 т.1), срок по данному требованию работодателем пропущен.

Таким образом, объем вреда, причиненного истцу и подлежащий взысканию в порядке регресса с ответчика, необходимо устанавливать с учетом степени вины ответчика (50% от 100 000 рублей) и среднего заработка ФИО1 за 2016 год (л.д.35 т.2).

Порядок исчисления средней заработной платы установлен статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) и Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N 922 (далее - Положение N 922).

Согласно пункту 4 Положения N 922, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Следовательно, средний заработок ответчика за ДД.ММ.ГГГГ год составляет 44 077 руб. 33 коп. (528 928 руб. / 12 месяцев).

Учитывая, что среднемесячный заработок ответчика составляет 44 077 руб. 33 коп., исходя из положений ст. 250 ТК РФ и принимая во внимание фактические обстоятельства, степень вины ответчика, нахождение у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка (л.д.85-86 т.1), задолженности по алиментам (л.д.84 т.1), суд полагает возможным снизить размер материального ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, до 25 000 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования федерального казённого учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний» к ФИО1 о возмещении материального ущерба в порядке регресса, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального казённого учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний» сумму материального ущерба в порядке регресса в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Шипуновский районный суд Алтайского края путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ю.С.Давыдова

Мотивированное решение изготовлено 28 июля 2020 года