Решение № 2-2346/2024 2-438/2025 2-438/2025(2-2346/2024;)~М-1896/2024 М-1896/2024 от 4 мая 2025 г. по делу № 2-2346/2024

Дело № 2-438/2025

УИД: 67RS0007-01-2024-003381-66

Резолютивная часть решения объявлена 17.04.2025

Мотивированное
решение составлено 05.05.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 апреля 2025 года город Сафоново Смоленская область

Сафоновский районный суд Смоленской области в составе:

председательствующего судьи Новичковой А.С., при секретаре Романовой П.О.,

с участием представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Русэлпром. Сафоновский электромашиностроительный завод» и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Смоленской области о компенсации морального вреда по потере кормильца,

установил:

ФИО2 первоначально обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Русэлпром. Сафоновский электромашиностроительный завод» (далее – ООО «Русэлпром.СЭЗ») и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Смоленской области (далее – ОСФР по Смоленской области) о возмещении вреда, причинённого повреждением здоровья. В обоснование иска указала, что ее муж работал на ОАО «Сафоновский электромашиностроительный завод» в должности чистильщик металла механического цеха. В связи со своей трудовой деятельностью он получил профессиональное заболевание, связанное с легкими, повлекшее за собой инвалидность. Согласно акту о случае профессионального заболевания от 03.04.2002, заключительный диагноз: <данные изъяты> Степень утраты профессиональной трудоспособности, исходя их двух справок серии № ххх, составила 10% и 60%. 18.11.2021 супруг истца умер, причиной смерти явилась болезнь легкого обструктивная с обострением, вызванная профессиональным заболеванием. Он постоянно болел, тяжело переносил физические нагрузки, пропивал множество лекарственных средств, а истец постоянно находилась рядом с ним, поддерживала, переживала за его самочувствие, которое с каждым днем ухудшалось. Постоянный уход и переживания за мужа, а также переживания, связанные с его смертью, отразились на здоровье истца, в связи с чем на сегодняшний день она имеет I группу инвалидности и у нее диагностирован рак. В этой связи просила взыскать солидарно с ответчиков в свою пользу моральный вред в размере 1 000 000 рублей (т. № ххх).

В ходе рассмотрения дела ФИО2 заявленные требования уточнила, поддержав доводы об ухудшении состояния своего здоровья, связанного с профессиональным заболеванием супруга и его смертью, учитывая, что умерший являлся близким членом семьи и кормильцем, а также в связи с тем, что смерти ФИО3 способствовало указанное профессиональное заболевание, полученное у ответчика при исполнении им трудовых обязанностей, просит взыскать с ООО «Русэлпром.СЭЗ» компенсацию морального вреда по потере кормильца – умершего супруга ФИО3 в размере 100 000 000 рублей (т. № ххх).

Истец ФИО2 и ее представитель – адвокат Герасимова О.С. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом – под роспись (т. № ххх), об уважительных причинах неявки суд не извести и об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали. Ранее, в ходе судебных заседаний ФИО2 и ее представитель заявленные требования, с учетом их уточнения, поддержали, просили иск удовлетворить. Дополнительно поясняли, что супруги являлись работниками ОАО «СЭЗ». При этом, с завода в пользу ФИО3 в связи с получением им профессионального заболевания и утратой трудоспособности взыскивалась компенсация морального вреда. Поскольку ФИО3 умер, истец, как супруга умершего, находящаяся на его иждивении, имеет право компенсации морального вреда с работодателя. Также не оспаривали факт ликвидации ОАО «СЭЗ», однако полагали, что учредители и акционеры ликвидированного завода являются учредителями и акционерами ООО «Русэпром.СЭЗ», расположенного на месте старого завода, вследствие чего обязаны отвечать по обязательствам как правопреемники.

Представитель ответчика ООО «Русэлпром.СЭЗ» ФИО1 в судебном заседании в удовлетворения заявленных требований к обществу просил отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях, поддержанных в предыдущих судебных заседаниях (т. № ххх). Дополнительно пояснил, что ООО «Русэлпром.СЭЗ» является не надлежащим ответчиком по данному делу, так как ФИО3 получил профессиональное заболевание работая в ОАО «СЭЗ», которое на основании решения Арбитражного суда <адрес> от 17.12.2013 признано несостоятельным (банкротом), а созданное 12.02.2018 ООО «Русэлпром.СЭЗ» не является правопреемником по обязательствам ликвидированного общества. Помимо прочего, истцом не представлено доказательств, что причиной смерти ФИО3 явилось профессиональное заболевание, что состояние здоровья истца ухудшилось в связи с состоянием здоровья ее супруга, как не представлено доказательств, что ООО «Русэлпром.СЭЗ» является причинителем вреда как умершему, так и истцу, поскольку они в трудовых отношениях с ООО «Русэлпром.СЭЗ» не состояли. Также истцом не обоснован размер компенсации морального вреда, заявленный к взысканию.

Представитель ответчика ОСФР по Смоленской области в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, поддержав доводы письменных возражений (т. № ххх). Ранее в судебном заседании представитель ОСФР по Смоленской области в удовлетворении иска просил отказать, указав, что согласно материалов личного (учетного) дела пострадавшего ФИО3, в период его работы в ОАО «Сафоновский электромашиностроительный завод» в должности чистильщика металла у него было установлено профессиональное заболевание, и установлена стойкая утрата профессиональной трудоспособности в размере 40% на срок с 10.05.2000 по 10.05.2001. При очередном переосвидетельствовании в МСЭ установлена стойкая утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% на период с 01.07.2005 и до бессрочно. В дальнейшем, во время работы ФИО3 в ОАО «СЭЗ» в должности стропальщика основного звена у него было установлено второе профессиональное заболевание - «<данные изъяты>», и также установлена стойкая утрата профессиональной трудоспособности в размере 60% на срок с 01.05.2005 и до бессрочно. С момента установления ФИО3 профессиональных заболеваний и установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности ему, страховщиком, были назначены выплаты по возмещению вреда здоровью в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Выплаты осуществлялись ежемесячно, своевременно, в полном объеме и ежегодно индексировались в соответствии с постановлениями Правительства Российской Федерации. Помимо этого, учреждением МСЭ ФИО3, согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания, была определена нуждаемость в мероприятиях по реабилитации – в лекарственных препаратах и медицинских изделиях, транспортном средстве. Страховщиком оплачивались приобретенные лекарственные препараты; в декабре 2018 года выплачена компенсация за самостоятельно приобретенное транспортное средство в сумме 387 950 руб. 50 коп.; производилась оплата горюче-смазочных материалов. В связи со смертью ежемесячные страховые выплаты ФИО3 прекращены с 01.12.2021. Поскольку в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 №125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда, кем ОСФР по Смоленской области не является, заявленные требования истца к ОСФР по Смоленской области являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Представитель Сафоновской межрайонной прокуратуры Смоленской области, привлеченный к участию в деле на основании ч. 3 ст. 45 ГПК РФ, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, поскольку в связи с изменением истцом заявленных требований оснований для участия прокурора с целью дачи заключения не имеется (т. № ххх).

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав объяснения представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела и представленные сторонами документы, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми, не запрещенными законом способами (часть 2).

К таким способам защиты гражданских прав относится компенсация морального вреда (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации – далее ГК РФ).

Положениями статьи 151 ГК РФ определено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 – 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также – Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N33), следует, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В пункте 46 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N33 разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 ТК РФ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 N125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Федеральный закон от 24.07.1998 N125-ФЗ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 7 Федерального закона от 24.07.1998 N125-ФЗ право на обеспечение по страхованию со дня наступления страхового случая имеют сами застрахованные, а также в случае их смерти иные перечисленные в этой статье лица.

Право нетрудоспособных иждивенцев на возмещение вреда по случаю потери кормильца не ставится в зависимость от того, состоят ли они в какой-либо степени родства или свойства с умершим кормильцем. Основополагающими юридическими фактами в этом случае являются факт состояния на иждивении и факт нетрудоспособности.

Следует учитывать, что нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются, в том числе, женщины старше 55 лет и мужчины старше 60 лет. Достижение общеустановленного пенсионного возраста (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17.12.2001 N173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации») является безусловным основанием для признания такого лица нетрудоспособным независимо от фактического состояния его трудоспособности; инвалиды I, II или III группы.

Необходимо иметь в виду, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (пункт 3 статьи 9 Федерального закона от 17.12.2001 N173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

Право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного может быть предоставлено и в том случае, если решением суда будет установлено, что при жизни застрахованный оказывал нетрудоспособным лицам постоянную помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, несмотря на имеющийся у этих лиц собственный доход.

Необходимо учитывать, что смерть застрахованного, наступившая как в результате несчастного случая на производстве, так и вследствие профессионального заболевания, служит основанием для возникновения у таких лиц права на получение страховых выплат и в том случае, когда обеспечение предоставлялось при жизни самому застрахованному.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N2 разъяснено, что следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, что ФИО2 и ФИО3 с дд.мм.гггг состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством о регистрации брака (т. № ххх). Также супруги осуществляли свою трудовую деятельность в ОАО «Сафоновский электромашиностроительный завод» (ранее – АООТ).

Из материалов личного (учетного) дела следует, что у ФИО3 в период работы в ОАО «СЭЗ» были установлены профессиональные заболевания, подтвержденные актами о профессиональных заболеваниях, с установлением Учреждением медико-социальной экспертизы стойкой утраты профессиональной трудоспособности. На основании приказов страховщика от 19.07.2000 № ххх и от 23.05.2002 № ххх, в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 N125-ФЗ, ФИО3 были назначены выплаты по возмещению вреда здоровью: 1) в виде выплаты единовременной страховой выплаты в сумме 3 168 руб. и ежемесячной страховой выплаты в размере 1 090,07 руб.; 2) в виде выплаты пособия по временной нетрудоспособности; выплаты единовременной страховой выплаты в сумме 16 200 руб. и ежемесячной страховой выплаты в размере 3 715,77 руб.. Выплаты осуществлялись ежемесячно, своевременно, в полном объеме и ежегодно индексировались в соответствии с постановлениями Правительства Российской Федерации. Также Учреждением МСЭ ФИО3 согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания была определена нуждаемость в мероприятиях по реабилитации – в лекарственных препаратах, медицинских изделиях, транспортном средстве. Страховщиком, оплачивались приобретенные ФИО3 лекарственные препараты. На основании приказа ОСФР по Смоленской области от 26.12.2018 № ххх ФИО3 выплачена компенсация за самостоятельно приобретенное транспортное средство в сумме 387 950,50 руб.; производилась оплата горюче-смазочных материалов (т. № ххх).

Решением Сафоновского городского суда Смоленской области от 15.02.2006, с учетом изменений, внесенных кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда от 28.03.2006, с ОАО «СЭЗ», как работодателя, в пользу ФИО3, как работника, получившего профессиональное заболевание, взыскана компенсация морального вреда в размере 30 000 руб. (т. № ххх).

дд.мм.гггг ФИО3 умер, что подтверждается свидетельством о смерти (т. № ххх). В связи со смертью ежемесячные страховые выплаты ФИО3 прекращены с 01.12.2021 (т. № ххх).

В обоснование требований компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ООО «Русэлпром.СЭЗ», с учетом их уточнений, ФИО2 указывает, что смерть ее супруга наступила вследствие ухудшения состояния его здоровья, связанного с полученными в период работы у ответчика профессиональными заболеваниями. Также она состояла на его иждивении, а в период ухода за ним состояние ее здоровья сильно ухудшилось, в настоящее время она является инвалидом I группы и у нее диагностирован рак. В подтверждение доводов истцом представлены копии медицинских документов ее и умершего супруга, справка о смерти супруга, сведения о доходах истца и умершего (т. № ххх).

При этом, предъявляя требования к ООО «Русэлпром.СЭЗ» и не оспаривая то обстоятельство, что с указанным обществом ни истец, ни умерший в трудовых отношениях не состояли, ФИО2 и ее представитель Герасимова О.С. указывают, что учредители и акционеры ООО «Русэлпром.СЭЗ» ранее являлись учредителями и акционерами ОАО «СЭЗ», то есть это те же лица, следовательно ООО «Русэлпром.СЭЗ» является правопреемником ОАО «СЭЗ» и должно отвечать по обязательствам последнего, в том числе, вследствие причиненного вреда умершему.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что согласно Уставу, утвержденному 30.09.1992 (т. № ххх), акционерное общество открытого типа «Сафоновский электромашиностроительный завод» учреждено в соответствии с Указом президента Российской Федерации от 01.07.1992 N721 «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества». Пунктом 2.2 Устава предусмотрено, что учредителем общества является Комитет по управлению государственным имуществом Смоленской области. Общество несет ответственность по своим обязательствам только в пределах своего имущества. Акционеры несут убытки в пределах своего вклада (пакета принадлежащих акций). Общество не отвечает по имущественным обязательствам акционеров (пункт 2.3 Устава).

Согласно Уставу, утвержденному общим собранием акционеров протокол № ххх от 29.04.2002 (т. № ххх), открытое акционерное общество «Сафоновский электромашиностроительный завод» является правопреемником Сафоновского электромашиностроительного завода, которое в процессе приватизации было преобразовано в акционерное общество открытого типа (пункт 2.2 Устава).

В соответствии с пунктами 2.11 и 2.12 Общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Общество не отвечает по обязательствам своих акционеров. Акционеры не отвечают по обязательствам Общества и несут риск убытков, связанных с его деятельностью, в пределах стоимости принадлежащих им акций.

Ликвидация Общества влечет за собой его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам. Общество может быть ликвидировано: по решению Общего собрания акционеров; по решению суда в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 16.1 Устава).

Решением Арбитражного суда Смоленской области от дд.мм.гггг ОАО «СЭЗ» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда Смоленской области от дд.мм.гггг конкурсное производство завершено. При этом, согласно указанному определению конкурсным управляющим все мероприятия конкурсного производства выполнены, а именно: проведена инвентаризация имущества должника, сформирована конкурсная масса, проведена оценка имущества, переданы в архив документы по личному составу должника, денежные средства, полученные от реализации имущества направлены на погашение задолженности по заработной плате, расходов в рамках дела о банкротстве должника, на погашение текущих требований (т. № ххх).

Из представленных в электронном виде Арбитражным судом Смоленской области по запросу суда материалов архивного дела №№ ххх, в частности отчета конкурсного управляющего о деятельности и результатах проведения конкурсного производства, следует, что имущество ликвидируемого предприятия реализовано, в том числе с публичных торгов (т. № ххх).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ОАО «СЭЗ» 05.11.2015 внесена запись о ликвидации юридического лица на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства (т. № ххх).

Из учредительных документов ООО «Русэлпром.СЭЗ», в частности выписок из ЕГРЮЛ, решений единственного учредителя и участника, протокола, а также Уставов общества следует, что ООО «Русэлпром.СЭЗ» (прежнее наименование ООО «ЭлектроИндустрия») создано 12.02.2018 на основании решения единственного учредителя – ООО «Концерн РУСЭЛПРОМ» (прежнее наименование ООО «Национальная технологическая группа»). Созданное общество не является правопреемником ОАО «СЭЗ», не владеет ранее принадлежащим ОАО «СЭЗ» имуществом, а также не является его акционером и не владеет его акциями (т. № ххх).

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Юридическое лицо считается созданным, а данные о юридическом лице считаются включенными в единый государственный реестр юридических лиц со дня внесения соответствующей записи в этот реестр (пункт 8 статьи 51 ГК РФ).

Согласно статье 62 ГК РФ ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (пункт 1).

Юридические лица, за исключением предусмотренных статьей 65 настоящего Кодекса юридических лиц, по решению суда могут быть признаны несостоятельными (банкротами) и ликвидированы в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством о несостоятельности (банкротстве). Общие правила о ликвидации юридических лиц, содержащиеся в настоящем Кодексе, применяются к ликвидации юридического лица в порядке конкурсного производства в случаях, если настоящим Кодексом или законодательством о несостоятельности (банкротстве) не установлены иные правила (пункт 6).

Положениями статьи 65 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо, за исключением казенного предприятия, учреждения, политической партии и религиозной организации, по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом). Признание юридического лица банкротом судом влечет его ликвидацию (пункт 1). Основания признания судом юридического лица несостоятельным (банкротом), порядок ликвидации такого юридического лица, а также очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливается законом о несостоятельности (банкротстве) (пункт 3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» решение арбитражного суда о признании должника - юридического лица банкротом и об открытии конкурсного производства принимается в случаях установления признаков банкротства должника - юридического лица, предусмотренных статьей 3 настоящего Федерального закона, при отсутствии оснований для оставления заявления о признании должника - юридического лица банкротом без рассмотрения, введения финансового оздоровления, внешнего управления, утверждения мирового соглашения или прекращения производства по делу о банкротстве.

Принятие арбитражным судом решения о признании должника банкротом влечет за собой открытие конкурсного производства.

Статьей 149 вышеназванного Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ предусмотрено, что после завершения мероприятий, выполняемых в ходе конкурсного производства, конкурсный управляющий обращается в арбитражный суд с ходатайством о завершении конкурсного производства и представляет отчет о результатах проведения конкурсного производства (пункт 1).

Определение арбитражного суда о завершении конкурсного производства является основанием для внесения в единый государственный реестр юридических лиц записи о ликвидации должника (пункт 3).

Ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим свою деятельность после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц. Регистрирующий орган публикует информацию о ликвидации юридического лица (пункт 6 статьи 22 Федерального закона от 08.08.2001 N129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Учитывая изложенное, доводы истца и его представителя о том, что ООО «Русэлпром.СЭЗ» является правопреемником ОАО «СЭЗ» и должно отвечать по его обязательствам, своего подтверждения в судебном заседании не нашли и опровергаются материалами дела, согласно которым ООО «Русэлпром.СЭЗ» является вновь созданным юридическим лицом.

Оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства в совокупности с объяснениями сторон, исходя из вышеназванных норм права и их разъяснений, суд приходит к выводу, что истцом и его представителем не представлено доказательств, подтверждающих, что ООО «Русэлпром.СЭЗ» является лицом, причинившим вред и нарушившим права как истца, так и умершего супруга истца, либо лицом, которое в силу закона обязано возместить причиненный вред, вследствие чего основания для взыскания с ООО «Русэлпром.СЭЗ» компенсации морального вреда в пользу истца отсутствуют.

Также, исходя из позиции истца, не настаивавшей на взыскании компенсации морального вреда с ОСФР по Смоленской области и не отказываясь от требований в указанной части в установленном ГПК РФ порядке, в силу положений Федерального закона от 24.07.1998 N125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» у суда отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда с ОСФР по Смоленской области.

Помимо прочего, истцом и его представителем не представлено доказательств, что смерть ФИО3 наступила в связи с профессиональными заболеваниями. Само по себе наличие у ФИО3 профессиональных заболеваний, что не оспаривается сторонами и установлено в судебном заседании, не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между указанными заболеваниями и его смертью, а представленные медицинские документы, в том числе справка о смерти, указанные обстоятельства не подтверждают.

При таких установленных по делу обстоятельствах, в отсутствие доказательств нарушения прав истца действиями ответчиков, которые не являются причинителями вреда умершему супругу истца, суд приходит к выводу, что заявленные требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, следует отметить, что в судебном заседании установлено, не оспаривается сторонами и подтверждается материалами дела, что ОАО «СЭЗ», как работодатель, признан ответственным за вред, причиненный здоровью работника ФИО3 (получены профессиональные заболевания).

В силу положений статьи 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Пунктом 2 статьи 1093 ГК РФ предусмотрено, что в случае ликвидации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, соответствующие платежи должны быть капитализированы для выплаты их потерпевшему по правилам, установленным законом или иными правовыми актами. Законом или иными правовыми актами могут быть установлены и другие случаи, при которых может быть произведена капитализация платежей.

Исходя из названных норм права капитализация платежей означает, что организация - причинитель вреда в случае ликвидации производит расчет будущих выплат гражданам, перед которыми она несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, и по общему правилу перечисляет сумму соответствующих выплат (капитализированные платежи) в установленном порядке на счет страховщика (Фонд социального страхования РФ).

Обязательство ликвидируемой организации по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, возлагается законом на иных лиц: на страховые организации в случае обязательного социального страхования, в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 N125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»; на Российскую Федерацию - в силу пункта 3 статьи 135 Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

По смыслу пункта 1 статьи 135 Закона о банкротстве капитализации подлежат только повременные платежи, уплачиваемые на основании пункта 1 статьи 1085, пункта 1 статьи 1092 ГК РФ в счет возмещения утраченного потерпевшим заработка (дохода), который он имел или определенно мог иметь.

Из материалов архивного дела №А62-6919/2012 следует, что в ходе конкурсного производства Межрайонная ИФНС России № 4 по Смоленской области обращалась с заявлением об установлении и включении в реестр требований кредиторов ОАО «СЭЗ» задолженности перед Филиалом № ххх Государственное учреждение – Смоленское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в размере 98 296 671 руб. 36 коп., являющейся капитализированными платежами. Исходя из положений пункта 3 статьи 135 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ, определением Арбитражного суда Смоленской области от дд.мм.гггг указанные требования были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ОАО «СЭЗ» в составе третьей очереди (т. № ххх).

В силу положений части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В этой связи, учитывая, что причинение вреда здоровью ФИО3 имело место при исполнении им трудовых обязанностей в ОАО «СЭЗ», и он с 2000 года получал от Фонда социального страхования ежемесячные страховые выплаты, а также ему оплачивались дополнительные расходы, принимая во внимание, что ФИО2 в рамках рассматриваемого дела заявлены требования только о компенсации морального вреда, связанного с потерей кормильца, суд приходит к выводу, что истец, как супруга умершего застрахованного, не лишена возможности реализовать право на получение сумм возмещения вреда либо страховых выплат при наличии оснований, предусмотренных Федеральным законом от 24.07.1998 N125-ФЗ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Русэлпром. Сафоновский электромашиностроительный завод» и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Смоленской области о компенсации морального вреда по потере кормильца – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Сафоновский районный суд Смоленской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: /подпись/ А.С. Новичкова

Копия верна.

Судья Сафоновского районного суда

Смоленской области А.С. Новичкова