Апелляционное определение № 33А-288/2026 33А-5548/2025 от 27 января 2026 г.

Судья Бубнова М.Е. УИД 39RS0020-01-2025-000327-40

дело № 2а-720/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33а-288/2026
28 января 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по административным делам Калининградского областного суда в составе

председательствующего Тимощенко Р.И.

судей Быстровой М.А., Неробовой Н.А.

при секретаре Росинской А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному иску финансового управляющего умершего ФИО1 – ФИО2 к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области о признании незаконным решения об отказе в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории, устранении допущенных нарушений

с апелляционной жалобой административного истца финансового управляющего умершего ФИО1 – ФИО2 на решение Светлогорского городского суда Калининградской области от 26.09.2025.

Заслушав доклад судьи Тимощенко Р.И., объяснения представителя административного истца ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Финансовый управляющий умершего ФИО1 – ФИО2 обратился в суд с вышеназванным иском в порядке гражданского судопроизводства, указав, с учетом уточнения требований, что на основании решения Арбитражного суда Калининградской области от 29.02.2024 по делу № А21-13/2024 ФИО1, умерший <данные изъяты>, признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества. Этим же решение он назначен финансовым управляющим ФИО1 Земельный участок с разрешенным видом использования для индивидуального жилищного строительства, площадью <данные изъяты> сформированный 17.04.1995, находился в собственности ФИО1 На данном земельном участке расположен индивидуальный жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> После смерти ФИО1 приказом Министерства градостроительной политики Калининградской области от 10.07.2024 № 227 утверждены Правила землепользования и застройки муниципального образования «Светлогорский городской округ», согласно которым смежная территория с земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> отнесена к той же территориальной зоне – Ж-3 (зона застройки малоэтажными жилыми домами, а также для индивидуального жилищного строительства), в которой установлены предельные размеры земельных участков, а именно: минимальные размеры - 400 кв. м, максимальные размеры - 1500 кв. м. Кадастровым инженером ФИО11. в связи с его обращением изготовлена схема расположения земельных участков на кадастровом плане территории, предполагающая образование земельного участка путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, и части территории с кадастровым номером <данные изъяты>, принадлежащей Российской Федерации. Схема соответствует утвержденной форме, в ней имеется графическая часть образуемого земельного участка, координаты поворотных точек, масштаб, указана площадь образуемого земельного участка, а также дополнительные сведения, позволяющие идентифицировать исходные земельные участки. Образуемый земельный участок расположен в территориальной зоне Ж-3 - зоне застройке малоэтажными жилыми домами и функциональной зоне - зоне застройки малоэтажными жилыми домами (до 4 этажей, включая мансардный). При жизни ФИО1 неоднократно обращался за перераспределением земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с частью земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> в иных границах согласно ранее действовавшим правилам землепользования и застройки, однако в этом ответчиком ему было отказано. ФИО1 также обратился в суд за восстановлением своих нарушенных прав, но в связи с его смертью производство по делу прекращено. При анализе имеющихся документов после его смерти, в том числе судебных актов, в связи с введением процедуры банкротства наследственной массы, он как финансовый управляющий обратился с заявлением в Территориальное управление Росимущества в Калининградской области о перераспределении земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, к которому приложил изготовленную схему, предполагающую перераспределение земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с частью земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>. Как следует из пояснительной записки кадастрового инженера ФИО12. от 27.08.2024, основанием для перераспределения земельного участка является подп. 3 ч. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации. В письме исх. № 39-04/8930 от 11.12.2024 ответчиком отказано в утверждении представленной схемы с указанием на то, что земельный участок фактически используется для обслуживания жилого дома, в связи с чем нормы ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации не подлежат применению, при этом испрашиваемая к перераспределению территория не может быть предоставлена в частную собственность, поскольку относится к округу горно-санитарной охраны курорта федерального значения. Считает такое решение незаконным и необоснованным. Разрешенное использование земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> (для индивидуального жилищного строительства) соответствует классификатору видов разрешенного использования земельных участков, которое предполагает как наличие существующего индивидуального жилого дома, так и его строительство. Земельные участки расположены в границах второго округа горно-санитарной охраны курорта федерального значения Светлогорск-Отрадное и не являются ограниченными в обороте. Перераспределяемая часть земельного участка не может быть самостоятельным земельным участком, так как правилами землепользования и застройки установлен предельный минимальный параметр размера земельного участка для индивидуального жилищного строительства - 400 кв.м. Иная смежная территория с земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> в границах земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенная в единой функциональной и территориальной зоной отсутствует. Площадь предполагаемого к образованию земельного участка путем перераспределения составляет 521 кв.м, что не превышает установленный правилами землепользования и застройки предельный максимальный размер земельного участка - 1500 кв. м. Предполагаемый к образованию земельный участок не входит в пределы особо охраняемой природной территории. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец просил признать незаконным решение ответчика исх. № 39-04/8930 от 11.12.2024 об отказе в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории, в связи с образованием земельного участка путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> (180 кв. м) и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с сохранением последнего в измененных границах, расположенного по адресу: <...>; обязать ответчика в срок не более чем двадцать дней со дня вступления решения суда в законную силу принять решение об утверждении схемы расположения земельного участка площадью <данные изъяты>, согласно каталогу координат поворотных точек границ перераспределяемого земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с частью земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося в собственности Российской Федерации; обязать Территориальное управление в срок не позднее чем тридцать дней со дня представления истцом ответчику кадастрового паспорта (выписки из ЕГРН) земельного участка, образуемого в результате перераспределения, обязать ответчика направить истцу подписанные экземпляры проекта соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, государственная собственность Российской Федерации и частной собственности, на земельный участок площадью <данные изъяты>, образованный путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, с установлением в соглашении выкупной цены в размере, предусмотренным действующим законодательством.

Определением суда от 18.09.2025 осуществлен переход к рассмотрению дела по правилам административного судопроизводства.

Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 26.09.2025 административные исковые требования финансового управляющего ФИО2 оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий умершего ФИО1 – ФИО2 в лице представителя ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных требований в редакции уточненного искового заявления, отменить определение о переходе к рассмотрению дела по правилам административного судопроизводства. Не соглашается с рассмотрением дела в порядке КАС РФ, поскольку требования были обоснованы нормами Земельного кодекса Российской Федерации и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в контексте реализации права на землю, а не в виде оспаривания ответа на обращение. В связи с этим считает неправильным применение норм КАС РФ о сроке обращения в суд. Обращает внимание на то, что судом рассмотрены первоначальные требования, в том числе требование о признании незаконным решения, и в решении отсутствует информация об уточнении истцом исковых требований и причин их непринятия.

Административный истец финансовый управляющий умершего ФИО1 – ФИО2, административный ответчик Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, с ходатайствами об отложении судебного заседания не обращались. С учетом положений статей 150, 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), судебная коллегия определила возможным провести судебное заседание в отсутствие неявившихся участников процесса.

Проверив законность и обоснованность решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что решением Арбитражного суда Калининградской области от 29.02.2024 по делу № А21- 13/2024 умерший 03.07.2023 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества. Этим же судебным актом назначен финансовый управляющий ФИО2, являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация Арбитражных управляющих «Меркурий» и имеющий регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих – 0012. (л.д. 37-42 т.1)

При жизни ФИО1 приобретен в собственность индивидуальный жилой дом № 10А, общей площадью 340,7 кв. м, расположенный по ул. Островского в г. Светлогорске Калининградской области. Сведения о регистрации права собственности внесены в ЕГРН 13.05.2016. (л.д. 62, 91-97 т.1)

Жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, право собственности на который также зарегистрировано за ФИО1 15.10.2021. (л.д. 43-46, 63-69, 74-77, 83-90 т. 1)

Земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> относится к категории земель - земли населенных пунктов, имеет вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства, приобретен ФИО1 на основании постановления № 868 от 24.09.2021 и договора купли-продажи земельного участка от 27.09.2021.

Как следует из искового заявления, ФИО1 неоднократно обращался за перераспределением земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с частью земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> в иных границах согласно ранее действовавшим правилам землепользования и застройки и по результатам рассмотрения обращений получал от Территориального управления Росимущества в Калининградской области отказы. Также ФИО1 обращался в суд за восстановлением своих нарушенных прав, но в связи с его смертью производство по делу было прекращено.

С целью приведения границ земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов по обращению истца подготовлена схема расположения земельного участка на кадастровом плане территории, в соответствии с которой предполагается образование земельного участка <данные изъяты>, путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося у ФИО1 в собственности, и земельного участка федеральной собственности округа санитарной охраны курорта федерального значения Светлогорск-Отрадное, с кадастровым номером <данные изъяты> с сохранением последнего в исходных границах. (л.д. 162 т.1)

Финансовый управляющий умершего ФИО1 - ФИО2 обратился в Территориальное управление с заявлением о перераспределении земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> (вх. № 39-11667 от 08.11.2024), к которому приложил изготовленную схему, предполагающую перераспределение земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с частью земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>. (л.д. 163 т. 1)

Территориальное управление отказало в утверждении схемы перераспределения земельных участков с кадастровыми номерами <данные изъяты> (исх. 39-04/8930 от 11.12.2024) по тем основаниям, что испрашиваемая к перераспределению часть территории земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> не может быть предоставлена в частную собственность, поскольку относится к округу горно-санитарной охраны курорта федерального значения (п. 2 ст. 27 Земельного кодекса Российской Федерации). Кроме того, указано, что в пределах земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> расположен жилой дом общей площадью <данные изъяты>, вследствие чего фактически занимаемый земельный участок используется для эксплуатации и обслуживания жилого дома. (л.д. 24-26 т.1)

Согласно пояснительной записке к схеме образования земельного участка путем перераспределения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> с сохранением последнего в измененных границах, подготовленной 27.08.2024 ООО «Бюро кадастровых услуг» (л.д. 164-182 т.1), предполагаемый к образованию земельный участок полностью относится к территориальной зоне застройки малоэтажными жилыми домами (Ж-3), функциональной зоне застройки малоэтажными жилыми домами. Согласно сведениям, содержащимся в Постановлении Правительства Российской Федерации от 22.02.2018 № 188 «Об установлении границ режимов округов горно-санитарной охраны курортов федерального значения Светлогорск-Отрадное и Зеленоградск», внесении изменений в отдельные постановления Совета Министров РСФСР и признании утратившими силу отдельных постановлений Правительства Российской Федерации», указанные земельные участки полностью расположены в границах второго округа горно-санитарной охраны курорта федерального значения Светлогорск-Отрадное.

Из выписки ЕГРН на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, следует, что участок поставлен на кадастровый учет 08.10.2007, категория земель - земли населенных пунктов, виды разрешенного использования - округ санитарной охраны курорта федерального значения, правообладатель Российская Федерация. (л.д. 174-176 т. 1)

Приказом Министерства градостроительной политики Калининградской области от 10.07.2024 № 227 утверждены Правила землепользования и застройки муниципального образования «Светлогорский городской округ», согласно которым смежная территория с земельным участком с кадастровым номером <данные изъяты> отнесена к той же территориальной зоне – Ж-З, то есть к зоне застройки малоэтажными жилыми домами, а также для земельных участков с видом разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства. Для данной территориальной зоны установлены следующие предельные размеры земельных участков: минимальный размер - 400 кв.м, максимальный размер - 1500 кв.м.

Согласно справке ГБУ Калининградской области «Центр кадастровой оценки и мониторинга недвижимости» от 30.07.2025 образуемый земельный участок расположен в территориальной зоне Ж-3 - зоне застройке малоэтажными жилыми домами и функциональной зоне - зоне застройки малоэтажными жилыми домами (до 4 этажей, включая мансардный), то есть образуемый земельный участок полностью находится в одной функциональной и территориальной зоне. (л.д. 30-39 т.2)

Установлено, что разрешенное использование земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> соответствует классификатору видов разрешенного использования земельных участков, утвержденному Приказом Росреестра от 10.11.2020 № П/0412, а именно: 2.1 - для индивидуального жилищного строительства. В соответствии с описанием вида разрешенного использования земельного участка, указанного в Приказе Росреестра от 10.11.2020 № П/0412, вид разрешенного использования с кодом 2.1 для индивидуального жилищного строительства устанавливается в целях размещения жилого дома (отдельно стоящего здания количеством надземных этажей не более чем три, высотой не более двадцати метров, которое состоит из комнат и помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании, не предназначенного для раздела на самостоятельные объекты недвижимости); выращивание сельскохозяйственных культур; размещение гаражей для собственных нужд и хозяйственных построек.

Таким образом, вид разрешенного использования с кодом 2.1. - для индивидуального жилищного строительства предполагает как строительство индивидуального жилого дома, так и его фактическое наличие.

Указание ответчика на то, что нормы ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации в данном случае не применимы ввиду использования участка для обслуживания дома, суд первой инстанции признал необоснованным, поскольку подп. 3 ч. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации прямо предусматривает возможность перераспределения земельных участков, находящихся в государственной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков, при этом земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> предназначен для индивидуального жилищного строительства, его площадь в результате перераспределения увеличится не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков данного назначения, что соответствует условию, предусмотренному подпунктом 3 пункта 1 статьи 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации.

Довод ответчика о том, что испрашиваемая к перераспределению территория не может быть предоставлена в частную собственность, так как относится к округу горно-санитарной охраны курорта федерального значения, суд первой инстанции обоснованно отклонил, указав, что земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> полностью расположены в границах второго округа горно-санитарной охраны курорта федерального значения Светлогорск-Отрадное, в связи с чем испрашиваемая территория земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> не является ограниченной в обороте, при этом судом учтено, что площадь предполагаемого к образованию земельного участка путем перераспределения составляет 521 кв.м, что не превышает установленный правилами землепользования и застройки предельный максимальный размер земельного участка - 1500 кв.м.

Признавая незаконным оспариваемое решение, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 11.7, 27, 39.28, 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», исходил из того, что оспариваемое решение не соответствует закону и нарушает права административного истца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки образуются при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, а также из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

В силу подп. 3 п. 1 ст. 11.3 Земельного кодекса Российской Федерации образование земельных участков из земель или земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется, в том числе в соответствии с утвержденной схемой расположения земельного участка или земельных участков на кадастровом плане территории, которая предусмотрена ст. 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации.

Пунктами 1 и 3 статьи 11.7 Земельного кодекса РФ установлено, что земельные участки образуются при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, а также из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности. При перераспределении нескольких смежных земельных участков образуются несколько других смежных земельных участков, и существование таких смежных земельных участков прекращается. Перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, между собой и таких земель и (или) земельных участков и земельных участков, находящихся в частной собственности, осуществляется в случаях и в порядке, которые предусмотрены главой V.4 (статьями 39.27 - 39.29) названного Кодекса.

В целях заключения соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, гражданин или юридическое лицо - собственники таких земельных участков обращаются с заявлением о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности, в уполномоченный орган (пункт 1 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации).

К заявлению о перераспределении земельных участков прилагается, в том числе схема расположения земельного участка в случае, если отсутствует проект межевания территории, в границах которой осуществляется перераспределение земельных участков (подпункт 2 пункта 3 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации).

Согласно подп. 3 п. 8 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации в срок не более чем тридцать дней со дня поступления заявления о перераспределении земельных участков уполномоченный орган по результатам его рассмотрения принимает решение об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков при наличии оснований, предусмотренных пунктом 9 данной статьи.

В п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019) разъяснено, что при решении вопроса о правомерности перераспределения земельных участков из земель, государственная собственность на которые не разграничена, необходимо установить наличие оснований для перераспределения, указанных в п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса РФ, а также отсутствие оснований для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, перечисленных в п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации.

При подаче заявления об утверждении схемы земельного участка с целью его перераспределения истец ссылался на положения подп. 3 п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации, согласно которым допускается перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных максимальных размеров земельных участков.

Как установлено судом, условия подп. 3 п. 1 ст. 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации соблюдены.

Согласно подп. 11 п. 9 ст. 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации уполномоченный орган принимает решение об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, в том числе в случае, если имеются основания для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка, предусмотренные пунктом 16 статьи 11.10 настоящего Кодекса.

В соответствии с подп. 3 п. 16 ст. 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации основанием для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка является разработка схемы расположения земельного участка с нарушением предусмотренных статьей 11.9 настоящего Кодекса требований к образуемым земельным участкам.

Образование земельных участков не должно приводить к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам, а также нарушать требования, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами (п. 6 ст. 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации).

Федеральным законом от 28.12.2013 № 406-ФЗ внесены изменения в Земельный кодекс Российской Федерации, в частности в пункт 2 статьи 94, содержащий перечень земель, относящихся к землям особо охраняемых территорий, в который включались особо охраняемые природные территории, в том числе лечебно-оздоровительные местности и курорты, исключены слова «в том числе лечебно-оздоровительных местностей и курортов».

Соответствующие изменения внесены и в Федеральный закон от 23.02.1995 № 26-ФЗ «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах». С 30.12.2013 лечебно-оздоровительные местности и курорты стали относиться соответственно к особо охраняемым территориям и объектам, имеющим свои особенности в использовании и защите.

Нормы части 3 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 406-ФЗ не определяют статус ранее созданных особо охраняемых природных территорий, а лишь указывают на сохранение границ, определенных соответствующими органами государственной власти или органами местного самоуправления в порядке, установленном до дня вступления в силу упомянутого закона, в отношении особо охраняемых природных территорий и их охранных зон, созданных до 30.12.2013 и продолжающих быть таковыми после этой даты. Такая правовая позиция изложена в кассационном определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.10.2023 № 19-КАД23-17-К5.

Согласно пункту 2 статьи 96 Земельного кодекса Российской Федерации в целях сохранения благоприятных санитарных и экологических условий для организации профилактики и лечения заболеваний человека на землях территорий лечебно-оздоровительных местностей и курортов устанавливаются округа санитарной (горно-санитарной) охраны в соответствии с законодательством. Границы и режим округов санитарной (горно-санитарной) охраны курортов, имеющих федеральное значение, устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Земельные участки, расположенные в границах второй и третьей зон санитарной (горно-санитарной) охраны лечебно-оздоровительных местностей курортов, не являются ограниченными в обороте в соответствии со статьей 27 Земельного кодекса Российской Федерации и могут быть предоставлены в частную собственность.

В соответствии с пунктом 3 статьи 96 Земельного кодекса Российской Федерации только земельные участки, расположенные в границах первой зоны санитарной (горно-санитарной) охраны лечебно-оздоровительных местностей и курортов, полностью изъяты из оборота.

В рассматриваемом случае испрашиваемая административным истцом территория расположена во второй зоне округа горно-санитарной охраны курорта федерального значения Светлогорск-Отрадное, предусматривающей ее использование с учетом ограничений, установленных действующим законодательством.

При таком положении указание административного ответчика о том, что вместе с сохранением границ особо охраняемых природных территорий и их охранных зон, созданных до дня вступления в силу Федерального закона от 28.12.2013 № 406-ФЗ, сохраняются ограничения оборота в отношении лечебно-оздоровительных местностей и курортов и их охранных зон, противоречит части 3 статьи 10 указанного федерального закона.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что ответчиком в оспариваемом ответе не приведены основания, предусмотренные законом, для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о незаконности оспариваемого решения, которое нарушает права административного истца.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь ч. 8 ст. 219 КАС РФ, исходил из того, что истцом пропущен срок обращения в суд, поскольку оспариваемое решение от 11.12.2024 направлено истцу 12.12.2024 по электронной почте, а настоящее исковое заявление поступило в суд 21.03.2025, то есть по истечении установленного трехмесячного срока, который истекал 12.03.2025, при этом суд указал, что доказательств невозможности обращения с настоящим административным иском в установленный законом срок и уважительности причин пропуска процессуального срока, как и ходатайства о восстановлении пропущенного срока, не представлено.

С выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска по мотиву пропуска срока обращения в суд судебная коллегия согласиться не может, поскольку он основан на неправильном применении норм процессуального права.

Частями 3, 5 и 7 статьи 219 КАС РФ установлено, что если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом.

Из приведенных законоположений следует, что суд первой инстанции при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке главы 22 КАС РФ обязан выяснять причины такого пропуска.

Вместе с тем суд первой инстанции от данной обязанности уклонился, вопрос о причинах пропуска срока обращения в суд на обсуждение сторон не ставил, формально указал в решении суда на то, что доказательств, подтверждающих уважительных причин пропуска трехмесячного обращения в суд не представлено.

Кроме того, согласно пунктам 2 и 4 статьи 3 КАС РФ задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одним из принципов административного судопроизводства является законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 КАС РФ).

В соответствии с частями 8 и 9 статьи 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 данной статьи, в полном объеме, в том числе соблюдение истцом сроков обращения в суд, нарушение его прав, свобод и законных интересов, соответствие оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, наличие полномочий и оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) и соблюдение порядка принятия такого решения, совершения действия (бездействия).

Учитывая изложенное, пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признан достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий (бездействия), что следует из статьи 226 КАС РФ (п. 42 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020).

В п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что срок обращения в суд по делам, рассматриваемым по правилам главы 22 КАС РФ, главы 24 АПК РФ, начинает исчисляться со дня, следующего за днем, когда лицу стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, о создании препятствий к осуществлению его прав и свобод, о возложении обязанности, о привлечении к ответственности (часть 3 статьи 92 КАС РФ, часть 4 статьи 113 и часть 4 статьи 198 АПК РФ).

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления (заявления) к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании. Уважительность причин пропуска срока оценивается судом независимо от того, заявлено ли гражданином, организацией отдельное ходатайство о восстановлении срока.

Такие обстоятельства, как предъявление требований в суд прокурором или лицом, указанными в статье 40 КАС РФ, статье 53 АПК РФ, и последующее прекращение производства по делу, либо такие обстоятельства, как предъявление до обращения в суд прокурором лицу, наделенному публичными полномочиями, требований, связанных с пресечением нарушений прав (например, вынесение прокурором представления об устранении нарушений закона), явившихся впоследствии основанием для подачи административного иска (заявления), а также другие подобные обстоятельства, дававшие административному истцу (заявителю) разумные основания полагать, что защита (восстановление) его нарушенных или оспоренных прав будет осуществлена без обращения в суд, могут рассматриваться как уважительные причины пропуска срока обращения в суд (часть 7 статьи 219 КАС РФ, часть 4 статьи 198 АПК РФ).

Вместе с тем такие обстоятельства, как возвращение административного искового заявления (заявления) другим судом по причине его неподсудности или в связи с нарушением требований, предъявляемых к содержанию заявления и прилагаемым к нему документам, сами по себе не являются уважительными причинами пропуска срока обращения в суд. Однако, если данные нарушения были допущены гражданином, организацией при добросовестной реализации процессуальных прав, причины пропуска срока обращения в суд могут быть признаны уважительными (например, при неприложении к административному исковому заявлению (заявлению) необходимых документов в связи с несвоевременным представлением их гражданину органами власти, должностными лицами).

Принимая во внимание изложенное, ходатайство истца о восстановлении пропущенного срока, поступившее в суд апелляционной инстанции, а также то, что настоящее исковое заявление подано финансовым управляющим в порядке гражданского судопроизводства, который добросовестно реализовывал свои процессуальные права, судебная коллегия приходит к выводу о том, что пропуск трехмесячного срока обращения в суд имел место по уважительной причине.

Указание истца на то, что заявленные требования подлежали рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, не может быть принят во внимание, поскольку административным истцом оспаривалось решение государственного органа, при этом требования о понуждении к утверждению схемы, направлению проекта соглашения судом первой инстанции правильно расценены как способ устранения нарушенного права. С учетом характера спора, заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно рассмотрел дело в порядке главы 22 КАС РФ.

При таких обстоятельствах решение Светлогорского городского суда Калининградской области от 26.09.2025 подлежит отмене с принятием по делу нового решения о признании незаконным решения Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области, оформленного письмом от 11.12.2024 № 39-04/8930, об отказе в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории.

Согласно пункту 1 части 3 статьи 227 КАС РФ в резолютивной части решения по административному делу об оспаривании решения, действия (бездействия) в случае удовлетворения административного иска должно содержаться, в частности, указание на необходимость принятия решения по конкретному вопросу, совершения определенного действия либо на необходимость устранения иным способом допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца.

В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, признав оспоренное решение, действие (бездействие) незаконным, суд независимо от того, содержатся ли соответствующие требования в административном исковом заявлении (заявлении), вправе указать административному ответчику (наделенным публичными полномочиями органу или лицу) на необходимость принятия решения о восстановлении права, устранения допущенного нарушения, совершения им определенных действий в интересах административного истца (заявителя) в случае, если судом при рассмотрении дела с учетом субъектного состава участвующих в нем лиц установлены все обстоятельства, служащие основанием материальных правоотношений (пункт 1 части 2, пункт 1 части 3 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если в соответствии с законом за наделенными публичными полномочиями органом или лицом сохраняется возможность принять то или иное решение по существу вопроса, затрагивающего права, свободы, законные интересы административного истца (заявителя), суд вправе ограничиться возложением на него обязанности повторно рассмотреть поставленный гражданином, организацией вопрос. При таком рассмотрении наделенные публичными полномочиями орган или лицо обязаны учитывать правовую позицию и обстоятельства, установленные судом в результате рассмотрения дела (статья 16 КАС РФ, статья 16 АПК РФ).

Принимая во внимание приведенные положения процессуального законодательства, поскольку в рамках настоящего дела все обстоятельства, служащие основанием материальных правоотношений, не были предметом рассмотрения, судебная коллегия, не подменяя при этом собой компетентный орган, действующий в рамках собственных полномочий, для устранения допущенного нарушения прав административного истца считает необходимым обязать административного ответчика повторно рассмотреть заявление финансового управляющего от 08.11.2024 вх. № 39-11667 об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории в течение 1 месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь ст.ст. 309, 311 КАС РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Светлогорского городского суда Калининградской области от 26.09.2025 отменить.

Принять по делу новое решение, которым административные исковые требования финансового управляющего умершего ФИО1 – ФИО2 удовлетворить.

Признать незаконным решение Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области, оформленное письмом от 11.12.2024 № 39-04/8930, об отказе в утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории.

Обязать Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калининградской области повторно рассмотреть заявление финансового управляющего умершего ФИО1 – ФИО2 от 08.11.2024 вх. № 39-11667 об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории в течение 1 месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Кассационная жалоба может быть подана в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05.02.2026.

Председательствующий

Судьи