Приговор № 1-119/2024 1-814/2023 от 27 февраля 2024 г. по делу № 1-119/2024

<...>

№ 1-119/2024 (1-814/2023)

УИД 66RS0003-02-2023-001362-86


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

28 февраля 2024 года г. Екатеринбург

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего Никифорова А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Гасановым А.С.,

с участием государственных обвинителей Неволиной Ю.Н., Милюхина М.О., Коваленко Е.Г.,

потерпевшей В. В.И.,

подсудимой ФИО1, защитника – адвоката Филимоновой О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ***, несудимой,

содержащейся под стражей в порядке задержания с 18.09.2023 и меры пресечения с 20.09.2023,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Преступление совершено в Кировском административном районе г. Екатеринбурга при следующих обстоятельствах.

В период с 18:19 15.09.2023 до 19:50 16.09.2023, в квартире № *** дома № *** по ул. *** в г. *** между ФИО1 и В. И.Ю. в ходе совместного распития алкоголя произошел конфликт, в ходе которого В. И.Ю. нанес побои ФИО1, после чего у последней возник преступный умысел на убийство В. И.Ю.

Реализуя преступный умысел, в период с 18:19 15.09.2023 до 19:50 16.09.2023 ФИО1, находясь по адресу: ***, в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, действуя умышленно, из личных неприязненных отношений к своему сожителю В. И.Ю., возникших в ходе конфликта между ними, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, с целью убийства В. И.Ю. села рядом с ним, в тот момент, когда последний находился на диване в положении лежа на спине в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, и, предвидя неизбежность наступления его смерти и желая этого, понимая, что В. И.Ю. не сможет оказать ей должного сопротивления, обхватила обеими руками шею В. И.Ю., после чего, преодолевая его сопротивление, с силой сдавила обеими руками органы шеи В. И.Ю., перекрыв ему естественный доступ кислорода, и удерживала, пока последний не перестал дышать и подавать признаков жизни.

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинила В. И.Ю. телесные повреждения в виде ***, которые повлекли механическую странгуляционную асфиксию от сдавления шеи, и привели к развитию угрожающего для жизни потерпевшего состояния (асфиксия), и, в соответствии с пунктом 4 «а» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации № 522 от 17.08.2007, пунктом 6.2.10 раздела II Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшего.

Смерть В. И.Ю. наступила на месте происшествия через непродолжительный период в результате противоправных действий ФИО1 от механической странгуляционной асфиксии от сдавления шеи.

Подсудимая ФИО1 вину в совершении преступления не признала, указав, что 15.09.2023 она находилась дома с В. И.Ю. по адресу: ***. Около 16:00 В. И.Ю. сходил в магазин за сигаретами и пивом, после чего вернулся домой. Затем к ним в гости пришел знакомый В. И.Ю. по имени Виктор, после чего они вдвоем остались в гостиной комнате, где стали распивать алкоголь, при этом не разрешили ей находиться с ними в комнате. Однако она слышала, как В. И.Ю., держась рукой за челюсть, спрашивал Виктора, зачем тот сломал ему челюсть. Затем она легла спать. Проснувшись ночью, она сходила в туалет, после чего заглянула в гостиную комнату, где В. И.Ю. лежал на диване на спине, Виктора в квартире не было. Около 11:00 следующего дня она проснулась, попила чай и зашла в комнату к В. И.Ю., который по-прежнему лежал на диване. Она проверила его пульс и поняла, что он мертв, после чего через соседа вызвала скорую помощь. В. И.Ю. она никаких ударов не наносила, не душила и не убивала его. Шумов из комнаты, где находились В. И.Ю. и Виктор, а также конфликтов между ними она не слышала. Жив ли был В. И.Ю. на момент ухода Виктора из их квартиры, она не знает.

На основании пункта 1 части 1 статьи 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании оглашены показания ФИО1, данные ей в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой и обвиняемой.

Из показаний ФИО1, данных ей в ходе допроса в качестве подозреваемой 18.09.2023, обвиняемой 18.09.2023, а также в ходе проверки показаний на месте 18.09.2023 следует, что 15.09.2023 в течение всего дня она находилась в квартире по адресу: ***, вместе с В. И.Ю., кроме них в квартире больше никого не было, гостей к себе домой в тот день они не приглашали. С самого утра они с В. И.Ю. распивали водку. Когда алкоголь закончился, В. И.Ю. попросил ее сходить в магазин и купить еще алкоголя, в связи с чем около 08:30 она сходила в магазин «Пятерочка», расположенный по адресу: г. ***, где купила несколько бутылок водки и пива. Вернувшись домой, они с В. И.Ю. продолжили распивать алкоголь. Около 11:00 по просьбе В. И.Ю. она сходила в тот же магазин и приобрела пару бутылок алкоголя и, вернувшись домой, продолжила с В. И.Ю. распивать алкоголь. Около 21:00, когда они выпили всю водку и пиво, В. И.Ю. вновь попросил ее сходить в магазин, чтобы купить несколько бутылок алкоголя, однако она отказалась, поскольку уже находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения и не хотела больше употреблять алкоголь. При этом она сидела на диване, а В. И.Ю. сидел рядом с ней. Так как ее отказ идти в магазин разозлил В. И.Ю., последний, в тот момент, когда они оба сидели на диване, обеими руками схватил ее за переднюю поверхность бедер и с силой сжал их, отчего она испытала физическую боль. Чтобы В. И.Ю. разжал руки и отпустил ее, она сказала ему, что сходит в магазин за алкоголем, после чего В. И.Ю. разжал руки. Около 21:15 она сходила в тот же магазин и купила бутылку водки и, вернувшись домой около 21:45, они с В. И.Ю. продолжили распивать алкоголь. После того, как водка закончилась, В. И.Ю. вновь заставил ее пойти в магазин. Она отказалась, что разозлило В. И.Ю., в связи с чем последний, сидя на диване возле нее, нанес ей один удар правым кулаком в область лица, отчего она испытала физическую боль и упала с дивана на спину на пол. Вблизи небольшого столика, который расположен напротив дивана посередине комнаты, на полу она увидела пустую стеклянную бутылку из-под водки, объемом 0,5 л. В этот момент она очень сильно захотела ударить В. И.Ю. бутылкой из-под водки по голове, чтобы тот также испытал физическую боль, за то, что нанес ей удар кулаком в область лица. Она взяла указанную пустую стеклянную бутылку из-под водки в правую руку, после чего поднялась на ноги и со всей силы с размаха сверху вниз нанесла В. И.Ю. один удар указанной бутылкой в область волосистой части головы, когда тот сидел на диване. Она не видела, чтобы после удара бутылкой по голове у В. И.Ю. образовались какие-либо телесные повреждения. Затем В. И.Ю. левой рукой схватил ее за футболку, резко притянув к себе, и правой рукой нанес ей не менее 2 ударов кулаком в область груди, отчего она испытала физическую боль. После этого она ушла от В. И.Ю. в другую комнату, где легла на пол, застеленный постельным бельем. Спустя непродолжительное время, она услышала как В. И.Ю. попросил ее принести ему чай и сигареты, что она и сделала. При этом, нагнувшись и посмотрев под диван, она нашла бутылку водки, в которой имелось около 100 граммов алкоголя, после чего они стали вместе ее употреблять. В ходе распития алкоголя, когда она с В. И.Ю. сидела на диване в комнате, последний внезапно схватил ее правой рукой за волосы и с силой потянул назад, отчего она упала на спину на диван, после чего нанес ей не менее 2 ударов кулаком правой руки в область груди, отчего она испытала физическую боль. Затем В. И.Ю. лег на диван и стал требовать у нее принести ему чай и сигареты. Так как она очень сильно разозлилась на В. И.Ю. за то, что он нанес ей удары, она решила сдавить руками его шею и начать его душить, чтобы он больше никогда ее не трогал и не причинял ей телесных повреждений. В тот момент, сидя на диване по правую руку от В. И.Ю., она наклонилась над ним, после чего ладонями обеих рук схватила его за шею и с силой сжала ее, перекрыв В. И.Ю. доступ к кислороду. Она душила В. И.Ю. на протяжении 3 минут, сжимая пальцами и ладонями рук его шею, давила на нее весом своего тела, то есть сверху вниз. Когда она душила В. И.Ю., последний хрипел и пытался выбраться, также В. И.Ю. пытался убрать ее руки с его шеи, однако она не давала ему этого сделать, поскольку была очень зла. Она понимала, что В. И.Ю. может задохнуться и умереть от ее действий, либо, что она может повредить ему органы шеи, однако в тот момент ей это было безразлично. Когда В. И.Ю. еле слышно попросил ее отпустить его, она разжала обе руки и отпустила его шею, после чего он начал кашлять. Никаких повреждений на шее В. И.Ю. она не увидела, однако заметила, что у последнего на шее покраснела кожа. После того как она перестала душить В. И.Ю., последний находился в сознании. Она не слышала, чтобы у В. И.Ю., в момент того, когда она его душила, ломались кости либо хрящи, она не почувствовала, что повредила ему органы шеи. По ребрам В. И.Ю. она не била, в область лица, верхних и нижних конечностей каких-либо ударов ему она также не наносила, откуда у последнего образовались синяки и гематомы на туловище, ей неизвестно. Около 23:00 она ушла спать в другую комнату. В. И.Ю. остался лежать на диване. 16.09.2023, в ночное время она услышала, как В. И.Ю. вышел из комнаты и направился в туалет, при этом последний не заходил к ней в комнату, после чего она уснула. 16.09.2023 в течение всего дня она спала, поскольку находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения. 17.09.2023 около 11:00 она проснулась и зашла в комнату, где на диване спал В. И.Ю. Подойдя к В. И.Ю., она решила его разбудить, однако, прикоснувшись к его туловищу, почувствовала, что В. И.Ю. на ощупь холодный, таким образом она поняла, что В. И.Ю. мертв. Поскольку у нее нет мобильного телефона, она дошла до соседа, проживающего в квартире № ***, и попросила того вызвать скорую медицинскую помощь, сообщив, что В. И.Ю. на ощупь холодный. В содеянном она раскаивается, понимает, что совершила преступление, убивать В. И.Ю. она не хотела, преступление совершено ей в связи с тем, что она находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения (т. 2 л.д. 69-75, 83-87, 104-111). Данные показания ФИО1 после их оглашения не подтвердила, пояснив, что в таком виде их она дала по просьбе следователя.

Из показаний ФИО1, данных ей в ходе протокола допроса в качестве обвиняемой 28.09.2023 следует, что 15.09.2023 в течение всего дня она находилась в квартире по адресу: *** вместе с В. И.Ю. С утра 15.09.2023 они вместе с В. И.Ю. распивали водку. В период с 16:00 до 17:00 к ним в квартиру пришел знакомый В. И.Ю., ранее ей неизвестный Виктор Витальевич. В. И.Ю. вместе с Виктором прошел в комнату, где стоял диван, после чего они втроем стали распивать алкоголь. В ходе распития алкоголя конфликтов между ними не возникало, однако В. И.Ю. жаловался на то, что у него болят челюсть и ребра. Затем она ушла в туалет, откуда услышала голос В. И.Ю. и не менее 3 звуков, похожих на удар кулаком в туловище. Выйдя из туалета, она увидела, как Виктор, находясь в комнате, где расположен диван, нанес В. И.Ю. не менее 3 ударов кулаком в область лица. Когда она спросила Виктора, что он делает, последний сказал ей замолчать. После этого они втроем продолжили распивать алкоголь. Когда алкоголь закончился, В. И.Ю. вновь попросил ее сходить в магазин за алкоголем. Поскольку до прихода Виктора она уже ходила за алкоголем в магазин «Пятерочка», то сказала В. И.Ю., что не хочет этого делать, так как находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. После этого В. И.Ю. руками схватил ее за переднюю поверхность бедер и с силой сжал их, отчего она испытала физическую боль. В 21:15 она сходила в магазин «Пятерочка», где купила водку. Около 21:45, вернувшись домой, она увидела, что Виктор все еще находился у них в квартире. Вместе с В. И.Ю. она продолжила распивать алкоголь. После этого, поскольку она отказала В. И.Ю. в просьбе в очередной раз купить алкоголь, последний, сидя на диване в комнате, нанес ей 1 удар кулаком в область лица. В тот момент Виктора в квартире уже не было, поскольку в 21:45 он сообщил о том, что хочет покататься на машине и ушел. Когда Виктор ушел, она заметила, что у В. И.Ю. на туловище и в области лица проявляются синяки. В. И.Ю. не жаловался ей на то, что ему тяжело дышать, повреждений на шее В. И.Ю. она не заметила. Она не помнит, в какой последовательности и каким образом В. И.Ю. бил ее, однако она упала на пол с дивана от удара В. И.Ю. по лицу только 1 раз. Все телесные повреждения на туловище и лице у нее образовались от В. И.Ю. После этого она взяла пустую бутылку из-под водки и нанесла ей 1 удар в область головы В. И.Ю. Затем В. И.Ю. продолжил наносить ей удары кулаком в область груди, а также толкать ее руками в бок, в связи с чем она вышла из комнаты. Когда она по просьбе В. И.Ю. вернулась обратно к нему, последний продолжал распивать алкоголь. В ходе распития алкоголя, В. И.Ю. схватил ее за волосы и нанес ей не менее 2 ударов кулаком в область груди, отчего она испытала физическую боль. После этого В. И.Ю. лег на спину на диван и начал требовать у нее принести ему чай и сигареты. После этого она решила задушить В. И.Ю., чтобы последний больше никогда ее не бил. Она не хотела убивать В. И.Ю., однако понимала, что своими действиями может повредить ему органы шеи и тем самым убить его, однако в тот момент ей на это было все равно. Она села на диван по правую руку от В. И.Ю., предварительно отодвинув ее немного в сторону, после чего обеими руками обхватила шею В. И.Ю. и с силой сдавила ее пальцами и ладонями обеих рук. Также она давила руками на шею В. И.Ю. сверху вниз весом своего тела. Она душила В. И.Ю. на протяжении не более 3 минут, при этом последний хрипел и пытался выбраться, однако она не давала ему этого сделать, поскольку находилась в ярости. Когда В. И.Ю. попросил ее отпустить его и поскольку ее руки устали сдавливать шею, она разжала их, в тот момент В. И.Ю. еще дышал, был жив. Она не заметила, что повредила В. И.Ю. органы шеи, однако у него на шее покраснела кожа. Около 23:00 она ушла спать в другую комнату. 17.09.2023, проснувшись, она поняла, что В. И.Ю. мертв, поскольку он был холодным на ощупь. В ранее данных показаниях она не упоминала Виктора, поскольку забыла о нем. 16.09.2023 она не слышала, чтобы кто-нибудь заходил в квартиру, поскольку крепко спала. 16.09.2023 в ночное время она слышала, как В. И.Ю. выходил из комнаты и ходил в туалет. Она не видела, чтобы В. И.Ю. душил кто-либо еще, кроме нее. В тот момент, когда она душила В. И.Ю. дверь в квартиру была закрыта, В. И.Ю. не представлял для нее угрозы (т. 2 л.д. 116-125). Данные показания ФИО1 после их оглашения не подтвердила.

В ходе допроса в качестве обвиняемой 08.11.2023 ФИО1, в целом, дала показания, аналогичные тем, которые дала в ходе допроса в качестве обвиняемой 28.09.2023, однако дополнила их следующим. Она душила В. И.Ю. на протяжении 3 минут и не помнит, терял ли последний от этого сознание, однако, после того как она начала душить В. И.Ю., последний с ней больше не разговаривал, так как, по всей видимости, все-таки потерял сознание, пока она его душила. В. И.Ю. не просил ее отпустить его, она отпустила его шею, поскольку испугалась того, что он умер, так как В. И.Ю. никак не реагировал на ее действия и у него закрылись глаза. Она перестала душить В. И.Ю. сразу же после того, как последний перестал ей сопротивляться и его руки упали на диван. После этого она не проверяла, жив ли В. И.Ю., поскольку ей на это было все равно, однако В. И.Ю. не шевелился и не издавал звуков. Затем она ушла спать в другую комнату. 16.09.2023 в течение всего дня она спала, а 17.09.2023 обнаружила В. И.Ю. мертвым, поскольку он лежал на диване в том же положении, в котором она его душила. Относительно ранее данных ей показаний о том, что 16.09.2023 В. И.Ю. в ночное время ходил в туалет, пояснила, что, скорее всего, ей это приснилось и в действительности такого не было. Ранее она поясняла, что после удушения В. И.Ю., последний был еще жив и даже разговаривал с ней, однако, поскольку она находилась в шоковом состоянии и в состоянии сильного алкогольного опьянения, ей это могло показаться либо же она просто могла напутать. Она душила В. И.Ю. именно 15.09.2023 в период с 22:00 до 23:00, свидетелей произошедшего в доме не было. В содеянном раскаивается, вину в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации признает полностью. Она осознавала, что своими действиям может убить В. И.Ю., однако к его смерти относилась с безразличием. В ходе допроса обвиняемой ФИО1 предъявлены 3 бутылки из-под водки, изъятые 17.09.2023, в ходе осмотра места происшествия – квартиры по адресу: *** после обозрения которых ФИО1 пояснила, что удар по голове В. И.Ю. она нанесла бутылкой из-под водки марки «Ржаная» (т. 2 л.д.126-135). Данные показаний подсудимая ФИО1 после их оглашения не подтвердила.

В ходе допроса в качестве обвиняемой 05.12.2023 ФИО1, в целом, дала показания, аналогичные тем, которые дала в ходе допроса в качестве обвиняемой 08.11.2023, однако дополнила их следующим. 15.09.2023, примерно в 22:50 или чуть позднее, В. И.Ю. лег на спину на диван и потребовал у нее принести ему сигареты и чай. После этого она очень сильно разозлилась на него, так как посчитала, что он отнесся к ней как к служанке, в результате чего у нее возник умысел на убийство В. И.Ю., а именно она решила его задушить, чтобы последний больше никогда ее не избивал. Чтобы убить В. И.Ю., она села на диван по правую руку от него, предварительно отодвинув ее в сторону от туловища, после чего обеими руками обхватила шею В. И.Ю. и с силой ладонями и пальцами рук сдавила ее, чтобы перекрыть В. И.Ю. доступ к кислороду, тем самым убив его. Она понимала, что своими действиями может повредить В. И.Ю. органы шеи и что последний может умереть, однако в тот момент ей на это было все равно. Когда она душила В. И.Ю. и непосредственно до этого, последний не представлял угрозу для ее жизни, он не душил ее. Также у него не было в руках оружия. Когда она душила В. И.Ю., то действовала не в целях самообороны, а именно чтобы убить его, поскольку была очень зла на него. Когда она сдавливала руками шею В. И.Ю., она также с силой давила на нее сверху вниз всем весом своего тела, чтобы последний не смог встать. Когда она душила В. И.Ю., последний хрипел, пытался выбраться и убрать от себя ее руки, однако у него не получалось этого сделать, поскольку он был пьян и ранее избит Виктором. Она душила В. И.Ю. на протяжении 3 минут и не помнит, терял ли он в момент удушения сознание. После того как она начала душить В. И.Ю., последний с ней больше не разговаривал, он хрипел и, вероятнее всего, потерял сознание. Она испугалась, что В. И.Ю. умер, только когда увидела, что он перестал хрипеть и сопротивляться ей, после чего она отпустила руками его шею. Она не проверяла, жив ли В. И.Ю., поскольку находилась в сильном стрессе. На его смерть ей было все равно. В. И.Ю. не шевелился, глаза не открывал и не издавал звуков. Около 23:10 она ушла к себе в комнату. 16.09.2023 в течение всей ночи и всего дня она спала, поскольку была сильно пьяна. Проснувшись 17.09.2023 и зайдя в комнату к В. И.Ю., она обнаружила, что он мертв. Ей кажется, она душила В. И.Ю. в период с 22:50 до 23:00, в содеянном раскаивается, понимает, что, сдавливая шею В. И.Ю., могла его убить, однако в тот момент относилась к его смерти безразлично (т. 2 л.д. 144-155). Данные показания подсудимая ФИО1 после их оглашения не подтвердила.

Вина подсудимой ФИО1 подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из показаний допрошенной в судебном заседании потерпевшей В. В.И. следует, что погибший В. И.Ю. являлся ее сыном, проживал совместно с ФИО1 в принадлежащей ей квартире. ФИО1 характеризует положительно.

Из показаний свидетеля Р. Е.В. в судебном заседании, следует, что она является врачом ЦГБ № 7 и 17.09.2023 в вечернее время она выезжала по вызову по адресу: г. ***, на машине неотложной помощи, где констатировала смерть В. И.Ю. Дверь в квартиру ей открыла ФИО1, у которой на глазу имелся синяк. Тело В. И.Ю. лежало на диване в комнате данной квартиры, на спине. По результатам его осмотра она установила, что на лице, в области шеи и груди имелись гематомы и многочисленные кровоподтеки. Синяки на шее были широкими. Она определила, что у В. И.Ю. отсутствует пульс, после чего в справке сделала запись о том, что В. И.Ю. скончался до приезда врача.

Из показаний свидетеля С. О.В. в судебном заседании, а также данных в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании части 3 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подтвержденных им после оглашения, следует, что он проживает в квартире по адресу: г. ***. По соседству с ним в квартире № *** дома № *** по ул. *** в г. *** длительное время проживали В. И.Ю. и ФИО1 Он никогда не слышал, чтобы из квартиры № *** доносились крики и звуки, свидетельствующие о том, что в квартире происходит конфликт либо драка, в том числе между В. И.Ю. и ФИО1 В последний раз он видел В. И.Ю. живым в период с 10.09.2023 по 12.09.2023 вблизи подъезда дома. Никаких телесных повреждений в области лица и туловища В. И.Ю. он не заметил. 15.09.2023 в период с 08:00 до 17:00 он находился на работе. Вернувшись с работы домой около 18:00, он не слышал никаких криков, звуков драки, хриплого голоса, кашля, шума и ругани, доносящихся из квартиры № *** и свидетельствующих о том, что в указанной квартире происходит конфликт. В тот день он уснул примерно в 23:00. 16.09.2023 он также находился на работе с 08:00 до 16:00. В тот день он не встречал ни ФИО1, ни В. И.Ю., подозрительных звуков из квартиры № *** не слышал. 17.09.2023 в 16:45 в дверной звонок его квартиры позвонили, открыв дверь, он увидел в подъезде ФИО1, у которой на лице имелись гематомы и синяки. ФИО1 попросила его вызвать сотрудников скорой помощи, поскольку В. И.Ю. умер, после чего в 16:48 он позвонил в службу 112 и сказал диспетчеру, что у соседки умер муж, после этого, поскольку у него попросили назвать полные данные заявителя и погибшего, он передал трубку ФИО1, и последняя назвала диспетчеру свои данные и данные В. И.Ю. Об обстоятельствах смерти В. И.Ю., ФИО1 ему ничего не рассказала. После разговора ФИО1 с диспетчером, он прошел с разрешения ФИО1 в квартиру последней, после чего прошел в комнату, где располагался диван, на котором увидел лежащего на спине В. И.Ю. Он не заметил каких-либо явных телесных повреждений на теле В. И.Ю., однако заметил, что на туловище и шее последнего присутствуют темные пятна. Поскольку ему было неприятно смотреть на труп, он не стал рассматривать В. И.Ю. Он потрогал рукой пульс на шее В. И.Ю., после чего убедился, что тот отсутствует и В. И.Ю. действительно мертв. Следов борьбы и следов крови в комнате он не видел, После этого он ушел из квартиры (т. 2 л.д. 61-65).

Из показаний свидетеля М. С.Ю. в судебном заседании, а также данных в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании части 3 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подтвержденных им после оглашения, следует, что в доме по адресу: ***, проживает его соседка – В. В.И., являющаяся матерью В. И.Ю., с которым он знаком на протяжении 30 лет. В. И.Ю. проживал в квартире по адресу: ***, вместе со своей сожительницей ФИО1 Он может охарактеризовать В. И.Ю. как спокойного, дружелюбного, невспыльчивого и общительного человека. В. И.Ю. часто употреблял алкогольные напитки. С ФИО1 он очень редко контактировал, может охарактеризовать ее как тихую, спокойную и немногословную женщину, на которой В. И.Ю. собирался жениться. Ему неизвестно, происходили ли между В. И.Ю. и ФИО1 конфликты. 15.09.2023 в вечернее время он находился в с. Черноусово, в 18:19 ему на мобильный телефон с абонентского номера *** позвонил В. И.Ю. В ходе телефонного разговора с В. И.Ю., последний попросил его посмотреть, определился ли указанный абонентский номер в контактах его телефона под его именем или нет. Он сообщил В. И.Ю., что указанный абонентский номер определился у него в мобильном телефоне как «Илья В.». После этого В. И.Ю. рассказал ему, что произошла драка, в ходе которой его мобильный телефон разбили, в связи с чем он вставил сим-карту в какой-то другой телефон и в настоящее время проверяет связь. В. И.Ю. сообщил ему, что 15.09.2023 его избили трое человек, в связи с чем, по всей видимости, у него сломаны ребра и челюсть, а также выбиты зубы. Он услышал, что у В. И.Ю. очень плохая дикция. По поводу того, что В. И.Ю. повредили шею, последний ему ничего не сказал, В. И.Ю. в принципе ему не говорил о том, что у него какие-то проблемы с органами шеи и дыханием, в ходе разговора В. И.Ю. не задыхался. В. И.Ю. сказал, что ФИО1 начала разнимать его и трех человек, однако ей также причинили телесные повреждения в области лица, отчего у нее образовались гематомы. Где и кто избил В. И.Ю. и ФИО1, ему неизвестно. Диалог с В. И.Ю. у них длился на протяжении 2 минут, после чего они больше не общались и не созванивались (т. 2 л.д. 37-40).

Из показаний свидетеля К. С.Ю. в судебном заседании, следует, что она проживает в квартире по адресу: ***, вместе с дочерью. В квартире № ***, которая расположена над их квартирой, поживали В. И.Ю. и ФИО1, с которыми она знакома около 10 лет. 15.09.2023 с утра и до 18:00 она находилась на работе, после 18:00 в этот день, а также 16.09.2023, 17.09.2023 она не слышала криков, шума, звуков конфликта и драки в квартире № ***.

Из показаний свидетеля В. М.Ю., данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании с согласия сторон, следует, что В. И.Ю. приходился ему родным братом, который проживал в квартире по адресу: ***, вместе с сожительницей ФИО1 В. И.Ю. по характеру был добрым и общительным человеком, употреблял алкоголь по праздникам. По характеру ФИО1, показалась ему довольно скромным человеком, насколько ему известно, последняя употребляла алкоголь. Он не замечал вспышек агрессии у ФИО1, при нем последняя никогда не причиняла телесных повреждений В. И.Ю. Ничего плохого о ФИО1 он не может сказать. ФИО1 не говорила ему о том, что В. И.Ю. причиняет ей телесные повреждения. Периодически он приходил в гости к ФИО1 и В. И.Ю. в квартиру по адресу: ***, где видел в большом количестве бутылки из-под пива. Никто из посторонних лиц не угрожал В. И.Ю., поскольку последний был порядочным человеком. В последний раз он видел В. И.Ю. живым 05.09.2023, когда тот вместе с ФИО1 приезжал в гости к В. В.И. В. И.Ю. не сообщал ему о том, что кого-либо опасается (т. 2 л.д. 21-24).

Из показаний следователя следственного отдела по Кировскому району г. Екатеринбурга СУ СК России по Свердловской области П. В.В. в судебном заседании следует, что в ходе предварительного следствия она допрашивала подсудимую ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой. Все показания, зафиксированные в составленных протоколах допросов, ФИО1 давала добровольно, без оказания на нее давления со стороны кого-либо, в присутствии защитника.

Из рапорта оперативного дежурного ОП № 3 УМВД России по г. Екатеринбургу Ю. В.И. от 17.09.2023 следует, что 17.09.2023 в 17:09 от С. О.В., проживающего в квартире по адресу: ***, поступило сообщение о том, что в квартире по адресу: *** скончался В. И.Ю. (т. 1 л.д. 13).

Согласно справке ГБУЗ СО «Станция скорой медицинской помощи имени Капиноса В.Ф.» № 3049 от 31.10.2023, 17.09.2023 в 17:01 от ФИО1 поступил вызов бригады скорой медицинской помощи в квартиру по адресу: *** (т. 1 л.д. 21).

Согласно справке врача ГБУЗ СО «ЦГБ № 7» Р. Е.В. от 17.09.2023, 17.09.2023 в 17:48 по адресу: ***, ей констатирована смерть В. И.Ю. до приезда врача, зафиксированы повреждения на его трупе: *** (т. 1 л.д. 18).

Из протокола осмотра места происшествия от 17.09.2023 следует, что осмотрена квартира по адресу: ***, и труп В. И.Ю., на диване в комнате № 1 указанной квартиры в положении лежа на спине, лицом вверх, руки выпрямлены, расположены вдоль боковых поверхностей туловища, левая нога выпрямлена, правая нога отведена в сторону от левой под острым углом, согнута в колене под прямым углом. Кожный покров на ощупь прохладный, трупные пятна обильные. Интенсивные, сине-фиолетового цвета, расположены на задних поверхностях тела. В ходе наружного осмотра трупа обнаружены следующие повреждения: ушибленная рана волосистой части головы, кровоподтеки на лице, шее, груди, конечностях, ссадины на конечностях. Обнаружена патологическая подвижность и крепитация нижней челюсти слева, ребер слева, хрящей гортани. Остальные кости на ощупь целы, иных повреждений не обнаружено. В ходе осмотра квартиры изъяты бутылки из-под водки марки «Фаворит», а также марки «Ржаная», обнаруженные в мусорном пакете. В ходе осмотра места происшествия следов крови не обнаружено (т. 1 л.д. 22-43).

Из протокола дополнительного осмотра места происшествия от 18.09.2023 следует, что осмотрена квартира по адресу: ***. В ходе осмотра комнаты № 2, на деревянном стуле, расположенном слева у стола, обнаружены и изъяты трусы и рубашка. На столе в комнате № 2 в металлическом тазе обнаружен и изъят окурок сигареты. Также в ходе осмотра на столе обнаружен стеклянный стакан, на котором обнаружены и изъяты следы папиллярных линий рук на 2 отрезка липкой ленты. Кроме того, обнаружена стеклянная банка, на которой обнаружены следы папиллярных линий рук, изъятые на 3 отрезка липкой ленты (т. 1 л.д. 44-53).

Указанные 5 отрезков липкой ленты, трусы, рубашка, окурок сигареты, бутылки из-под водки марки «Фаворит», а также марки «Ржаная» осмотрены, признаны вещественными доказательствами, в качестве таковых приобщены к делу, переданы в камеру хранения вещественных доказательств следственного отдела по Кировскому району г. Екатеринбурга СУ СК России по Свердловской области (т. 1 л.д. 184-191, 192, 193, 196-202, 203, 204, 205-208, 209, 210).

Из протокола выемки от 25.09.2023 следует, что в помещении ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» по адресу: <...>, у санитара ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Б. А.Е. изъяты трусы, принадлежащие В. И.Ю. (т. 1 л.д. 172-177).

Указанный предмет осмотрен, признан вещественным доказательством, в качестве такового приобщен к делу, передан в камеру хранения вещественных доказательств следственного отдела по Кировскому району г. Екатеринбурга СУ СК России по Свердловской области (т. 1 л.д. 178-181, 182, 183).

Из протокола выемки от 26.09.2023 следует, что в помещении ГАУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» по адресу: <...>, у главного эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Свердловской области Х. Н.У. изъяты срезы ногтевых пластин с пальцев рук В. И.Ю., а также отпечатки пальцев и ладоней рук В. И.Ю. (т. 1 л.д. 156-161).

Указанные предметы осмотрены, признаны вещественными доказательствами, в качестве таковых приобщены к делу, переданы в камеру хранения вещественных доказательств следственного отдела по Кировскому району г. Екатеринбурга СУ СК России по Свердловской области (т. 1 л.д. 162-167, 168, 169).

Согласно протоколу выемки от 26.09.2023 у свидетеля М. С.Ю. изъят мобильный телефон марки «Honor View 10» модели «BKL-L09» (т. 2 л.д. 46-48).

Из протокола осмотра предметов от 26.09.2023 следует, что с участием свидетеля М. С.Ю. осмотрен мобильный телефон марки «Honor View 10» модели «BKL-L09», принадлежащий последнему. В ходе осмотра мобильного телефона обнаружены сведения о входящем звонке с абонентского номера ***, который записан в контактах устройства как «И. В.». Свидетель М. С.Ю. пояснил, что указанный абонентский номер принадлежит В. И.Ю., который неоднократно звонил с него. Дата осуществления указанного звонка – 15.09.2023, время 18:19, длительность разговора 02:47 (т. 2 л.д. 49-53).

Согласно заключению эксперта № 387/6932-23 от 20.10.2023 при исследовании трупа В. И.Ю. обнаружены повреждения: *** которые причинены незадолго до наступления смерти, привели к развитию угрожающего для жизни состояния (асфиксия), и, в соответствии с пунктом 4 «а» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации № 522 от 17.08.2007, пункта 6.2.10 раздела II Приказа № 194н МЗиСР РФ от 24.04.2008 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти В. И.Ю. Обнаруженные на шее повреждения могли образоваться как одномоментно, так и от разных (неоднократных) сдавливающих воздействий. Причиной смерти В. И.Ю. является механическая странгуляционная асфиксия от сдавления шеи, о чем свидетельствует наличие ссадины и кровоподтеков на шее, переломов подъязычной кости и щитовидного хряща с кровоизлияниями, а также признаки быстро наступившей смерти. Учитывая выраженность посмертных явлений, ориентировочная давность наступления смерти В. И.Ю. составляет около 2-3 суток ко времени исследования трупа в морге. Механическая асфиксия сопровождается тяжелыми нарушениями функций центральной нервной системы и потерей сознания в конце 1-й или в начале 2-й минуты, в связи с которой исключается возможность совершать активные целенаправленные действия от момента потери сознания до наступления смерти (т. 1 л.д. 81-86).

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа № 6932 от 18.10.2023, содержание его выводов аналогично ответам на вопросы №№ 1, 11 в заключении эксперта № 387/6932-23 от 20.10.2023 (т. 1 л.д. 68-75).

Согласно заключению эксперта (дополнительная экспертиза трупа) № 495/6932-23 от 20.11.2023 вероятный интервал давности наступления смерти В. И.Ю. составляет от 1-х до 2-х суток ко времени осмотра трупа на месте происшествия (17.09.2023 в 19:50) (т. 1 л.д. 94-98).

Согласно заключению эксперта № 5709 от 02.10.2023 при обращении за медицинской помощью 18.09.2023 у ФИО1 обнаружены: ***, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, квалифицируются как повреждения не причинившие вред здоровью человека. Отсутствие подробного описания морфологических характеристик вышеуказанных повреждений не позволяет в настоящее время установить конкретный травмирующий предмет, точную дату, время и последовательность их причинения, как и исключить возможность их образования в период, отмеченный в обстоятельствах дела: 15.09.2023-16.09.2023 (т. 1 л.д. 108-109).

Согласно заключению комиссии экспертов № 1-2239-23 от 27.10.2023 ФИО1 во время совершения инкриминируемого ей деяния психическим расстройством, которое делало обвиняемую неспособной в тот период осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдала. Обвиняемая ФИО1, во время совершения инкриминируемого ей деяния психическим расстройством, которое делало обвиняемую неспособной в тот период в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдала. Выявленные у ФИО1 психические нарушения относятся к категории психических недостатков, что определяет недостаточность понимания ею смысла и значения проводимых в ходе расследования и судебного разбирательства процессуальных действий, реализации возложенных на нее уголовно-процессуальным кодексом нрав и обязанностей, ограничивающих ее способности самостоятельно осуществлять свое право на защиту, хотя не препятствуют ей способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания. Обвиняемая ФИО1 психическим расстройством, которое делает ее неспособной ко времени производства по уголовному делу осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает. Обвиняемая ФИО1 в применении к ней принудительных мер медицинского характера не нуждается. Психологический анализ материалов уголовного дела и направленной беседы позволяют заключить, что в исследуемый период времени ФИО1 не находилась в состоянии физиологического аффекта. На это указывает отсутствие типичной динамики и феноменологии возникновения и развития эмоциональной реакции. Состояние алкогольного опьянения усилило враждебный смысл конфликтной ситуации, понизило возможности самоконтроля, облегчило проявление агрессии в поведении, сузило диапазон возможных вариантов реагирования в конфликтной ситуации. ФИО1 присущи такие индивидуально-психологические особенности, как личностный примитивизм, ограниченность взглядов и представлений, поверхностность оценок и суждений, избегание трудностей и усилий, признаки аддиктивного поведения. В ходе экспериментально-психологического исследования у ФИО1 не выявляется таких индивидуально-психологических особенностей, которые ограничивали бы ее способность к произвольной регуляции поведения в исследуемой ситуации (т. 1 л.д. 118-122).

Из копии журнала вызовов ГБУЗ СО «ЦГБ № 7» от 27.11.2023 следует, что 17.09.2023 в 17:04 в ГБУЗ СО «ЦГБ № 7» поступил вызов о том, что врачу необходимо осуществить выезд к В. И.Ю. в квартиру по адресу: ***, в связи с плохим самочувствием последнего (т. 2 л.д. 36).

Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами обвинения и защиты их процессуальных обязанностей и осуществления прав, в равной степени предоставлена возможность представлять имеющиеся у них доказательства, участвовать в исследовании материалов уголовного дела, которые оглашались в ходе судебного следствия, исследованы все представленные сторонами доказательства. Данные доказательства отвечают требованиям закона, являясь допустимыми, взаимно обуславливают и взаимно дополняют друг друга и приводят суд к убеждению об их достаточности для разрешения дела.

Оснований сомневаться в достоверности исследованных доказательств в их совокупности у суда не имеется, поскольку они убедительны и логичны, внутренне взаимосвязаны.

Проверив и оценив исследованные доказательства: каждое с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все в совокупности – их достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимой ФИО1 в совершении убийства В. И.Ю., то есть умышленном причинении смерти последнему, при установленных судом обстоятельствах доказана.

У суда нет оснований не доверять показаниям подсудимой, данным в ходе предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемой и обвиняемой в той части, в которой они не противоречат совокупности иных доказательств, подтверждающих вину подсудимой в совершении инкриминированного ей преступления, поскольку данные показания подсудимой получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в присутствии защитника – адвоката, ордер которого имеется в материалах уголовного дела. Достоверность и правильность показаний, зафиксированных следователем в протоколах допросов подтверждены собственноручно выполненными ФИО1 пояснительными надписями, а также подписями ФИО1 и присутствующего защитника. Каких-либо замечаний, в том числе, о нарушении Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, от указанных лиц относительно проведения следственных действий не подано. Оснований не доверять показаниям подсудимой, данным в ходе предварительного следствия, о том, что обнаруженное у В. И.Ю. телесное повреждение, повлекшее смерть последнего, образовалось именно от действий ФИО1, не имеется, поскольку данные показания подтверждаются совокупностью иных доказательств, в том числе, заключением эксперта № 387/6932-23 от 20.10.2023. Информацией о намерении подсудимой оговорить себя в ходе допросов на стадии предварительного следствия суд не располагает.

К показаниям ФИО1, данным в судебном заседании о непризнании ей вины в совершении преступления, ее непричастности к совершению преступления суд относится критически, расценивает их как стремление уйти от уголовной ответственности и наказания за фактически содеянное. Данные показания полностью опровергаются показаниями ФИО1, которые она давала последовательно на стадии предварительного следствия в присутствии защитника, а также вышеуказанной совокупностью письменных доказательств, исследованных в судебном заседании. Доводы стороны защиты об оказании на ФИО1 психологического давления сотрудника полиции по имени Артем в ходе проверки ее показаний на месте не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку опровергаются содержанием как самого протокола данного следственного действия, так и видеозаписью его хода, просмотренной в судебном заседании, из которой следует, что все показания в ходе проверки показаний на месте ФИО1 даны добровольно, в присутствии защитника. Доводы стороны защиты об оказании на ФИО1 психологического давления в ходе других ее допросов на стадии предварительного следствия со стороны следователя П. В.В. опровергаются как показаниями данного следователя в судебном заседании, так и протоколами допросов ФИО1, из которых, в частности, следует, что показания даны ей добровольно, в присутствии защитника, каких-либо замечаний относительно хода следственных действий ей и защитником не заявлено.

Кроме того, вина подсудимой подтверждается вышеуказанными показаниями потерпевшей, свидетелей, а также письменными доказательствами, содержание которых изложено ранее.

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей, поскольку их пояснения полны, последовательны, согласуются между собой, с показаниями подсудимой и письменными доказательствами по всем существенным моментам, имеющим юридическое значение в рамках предъявленного ФИО1 обвинения.

Взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, показания потерпевшей и свидетелей не содержат. Незначительные моменты объясняются вполне естественными особенностями восприятия событий конкретным человеком, временем наблюдения за происходящим и не влияют на квалификацию действий подсудимой.

Какой-либо заинтересованности потерпевшей и свидетелей в исходе данного уголовного дела суд не усматривает. Информации о намерении данных лиц оговорить подсудимую суду не представлено. В неприязненных отношениях они с подсудимой не находились и не находятся. Перед началом допросов как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании потерпевшей и свидетелям разъяснены права и положения статьи 51 Конституции Российской Федерации, они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Оснований сомневаться в выводах, изложенных в акте судебно-медицинского исследования и заключениях экспертов, у суда не имеется, поскольку исследование и экспертизы проведены уполномоченными лицами, в соответствии с установленными методиками, получены ответы на все поставленные вопросы, выводы надлежаще мотивированы, аргументированы, научно обоснованы. Заключения экспертов и акт исследования соответствуют требованиям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Форма и содержание протоколов следственных действий (протоколов осмотра места происшествия, выемки, осмотра предметов) соответствуют установленным законом требованиям, в них подробно описаны все действия, имеются соответствующие фототаблицы. При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований не доверять сведениям, изложенным в протоколах.

При таких обстоятельствах, суд считает возможным в основу обвинительного приговора положить показания подсудимой, данные в ходе предварительного следствия в той части, в которой они не противоречат иным доказательствам, подтверждающим вину подсудимой в совершении инкриминированного ей преступления, вышеуказанные показания свидетелей и потерпевшей, а также письменные доказательства, содержание которых изложено ранее.

Из приведенных доказательств следует, что подсудимая ФИО1, проявляя агрессивность в своих действиях, предвидя неизбежность наступления смерти В. И.Ю. и желая этого, понимая, что последний не сможет оказать ей должного сопротивления, обхватив обеими руками шею В. И.Ю., преодолевая его сопротивление, с силой сдавила обеими руками органы шеи В. И.Ю., перекрыв ему естественный доступ кислорода, и удерживала, пока В. И.Ю. не перестал дышать и подавать признаков жизни, то есть своими действиями умышленно причинила смерть В. И.Ю.

Об умысле ФИО1 на убийство В. И.Ю. свидетельствуют фактические обстоятельства содеянного подсудимой, в том числе, способ совершения преступления, характер и локализация телесных повреждений, причиненных В. И.Ю., собственные вышеуказанные действия подсудимой, которая, осознавая, что В. И.Ю. лежит на диване на спине в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, обхватив обеими руками шею В. И.Ю., преодолевая его сопротивление, с силой сдавила обеими руками органы шеи В. И.Ю., перекрыв ему естественный доступ кислорода, и удерживала, пока В. И.Ю. не перестал дышать и подавать признаков жизни. В силу возраста и жизненного опыта ФИО1 осознавала, что данные действия (сдавливание с силой обеими руками органов шеи В. И.Ю.) способно закономерно вызвать наступление смерти. Действия ФИО1 свидетельствуют о том, что она осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления смерти В. И.Ю. и желала этого. Именно причиненные подсудимой телесные повреждения состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью В. И.Ю.

Версия подсудимой, изложенная ей в показаниях в качестве подозреваемой 18.09.2023, обвиняемой 18.09.2023, 28.09.2023, а также в ходе проверки показаний на месте 18.09.2023 о том, что 16.09.2023 после совершенных ей действий В. И.Ю. ночью ходил в туалет, а также версия подсудимой, изложенная ей в показаниях в качестве обвиняемой 28.09.2023 о том, что, когда разжала руки на шее В. И.Ю. последний дышал и был жив, опровергается заключением эксперта № 387/6932-23 от 20.10.2023.

Из показаний ФИО1, данных ей в качестве обвиняемой 08.11.2023, 05.12.2023, следует, что подсудимая сдавливала обеими руками органы шеи В. И.Ю., исходя из личной неприязни к нему, до тех пор, пока последний не перестал ей сопротивляться и его руки не упали на диван. Из данных показаний подсудимой следует, что после того как она начала душить В. И.Ю., последний с ней больше не разговаривал, он хрипел и, вероятнее всего, потерял сознание. Она отпустила руками его шею, только когда увидела, что он перестал хрипеть и сопротивляться ей. Из этого следует, что действий ФИО1 по причинению смерти В. И.Ю. носили умышленный характер.

Мотивом к совершению преступления явилась внезапно возникшая личная неприязнь подсудимой ФИО1 к В. И.Ю., причина и обстоятельства возникновения которой не имеют юридического значения в рамках предъявленного подсудимой обвинения и не влияют на квалификацию ее действий.

С учетом анализа исследованных доказательств, последовательных и подробных показаний подсудимой на предварительном следствии, показаний свидетелей суд приходит к выводу, что подсудимая не находилась в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), поскольку совершала осмысленные и последовательные действия.

Кроме того, из совокупности исследованных доказательств следует, что нанесение ФИО1 В. И.Ю. телесных повреждений, которые привели к смерти последнего, явно не вызывалось ни характером, ни опасностью, ни обстановкой происходящего. К моменту причинения данных телесных повреждений каких-либо посягательств со стороны В. И.Ю., а также активных действий В. И.Ю. по отношению к ФИО1, которые бы представляли угрозу ее жизни и здоровью, не имелось. В момент, когда ФИО1 начала совершать действия, которые явились причиной смерти В. И.Ю., она имела возможность прекратить конфликт, избежать его продолжения, ее жизни ничего не угрожало. В связи с чем, суд не усматривает в действиях ФИО1 состояния необходимой обороны либо превышения пределов необходимой обороны.

ФИО2 Разифовны суд квалифицирует по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания суд учитывает характер, степень тяжести и общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, личность подсудимой, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и условия жизни ее семьи.

Совершенное ФИО1 преступление является умышленным, направлено против жизни человека и в силу части 5 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации относится к категории особо тяжких.

Обсуждая личность подсудимой, суд принимает во внимание, что она не судима (т. 2 л.д. 171, 172), на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит (т. 2 л.д. 175, 176), имеет места регистрации и жительства, характеризуется положительно, до заключения под стражу проживала совместно с В. И.Ю., поддерживала отношения со своими совершеннолетними детьми, внуками.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, на основании пункта «и» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации судом учитывается явка с повинной, в качестве которой судом расцениваются объяснения ФИО1, отобранные у нее до возбуждения уголовного дела (т. 1 л.д. 62-67), а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку из показаний ФИО1, данных ей в ходе предварительного следствия, положенных судом в основу приговора, следует, что она сообщила правоохранительным органам ранее им неизвестные обстоятельства совершения преступления, которые положены в основу обвинения, то есть ФИО1 представила органу предварительного следствия информацию, имеющую значение для расследования преступления, в том числе, сообщил сведения, подтверждающие ее причастность к совершению преступления, дала подробные показания об обстоятельствах его совершения.

С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, непосредственно предшествовавших совершению ФИО1 преступления, установленных из показаний самой подсудимой, данных в ходе предварительного следствия, положенных судом в основу приговора, о противоправном поведении В. И.Ю., выразившемся в нанесении подсудимой телесных повреждений, не причинивших вред ее здоровью, что привело к формированию у ФИО1 умысла на совершение убийства В. И.Ю. и его дальнейшей реализации, то есть явившегося поводом к совершению подсудимой преступления, суд приходит к выводу о необходимости учета и признания в соответствии с пунктом «з» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, противоправного поведения потерпевшего В. И.Ю., явившегося поводом к совершению ФИО1 данного преступления.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве смягчающих наказание обстоятельств судом признаются и учитываются признание вины и раскаяние в содеянном в ходе допросов в качестве подозреваемой и обвиняемой на стадии предварительного следствия, учитывая, что данные показания положены судом в основу обвинительного приговора, неудовлетворительное состояние здоровья подсудимой по причине болезни (т. 1 л.д. 118-122).

Согласно части 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного суд может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ. При этом, исходя из смысла данной нормы, само по себе совершение преступления в указанном состоянии не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

В судебном заседании из показаний подсудимой, данных ей в ходе предварительного следствия, установлено, что непосредственно перед совершением преступления подсудимая употребляла алкоголь. Вместе с тем, объективные данные, свидетельствующие о том, что ФИО1 находилась в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, которое явилось причиной совершения преступления, непосредственно оказало негативное воздействие как на физиологическое, так и на психическое состояние подсудимой, могло способствовать снижению самоконтроля, облегчить открытые проявления агрессии в поведении и снизить контроль над своими действиями, отсутствуют. При этом, суд принимает во внимание правильную ориентировку подсудимой в окружающей обстановке, целенаправленный и ситуационно-обусловленный характер ее действий, изменение поведения в зависимости от конкретно-складывающейся окружающей ситуации, сохранение в памяти особенностей своего поведения и событий происходящего, а также установленный в ходе судебного разбирательства факт того, что поводом к совершению ФИО1 преступления явилось вышеуказанное противоправное поведение потерпевшего В. И.Ю., в связи с чем суд приходит к выводу, что не имеется оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства на основании части 1.1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Суд не признает отягчающим наказание подсудимой обстоятельством совершение ей преступления в период мобилизации, поскольку сам по себе факт проведения мобилизации в период инкриминируемого подсудимой преступления на территории Российской Федерации не может безусловно признаваться обстоятельством, отягчающим ее наказание. В обвинительном заключении вопрос о влиянии проводимой в Российской Федерации мобилизации на преступные действия подсудимой не описан, доказательств влияния мобилизации на совершение ФИО1 преступления, обстоятельств использования ей мобилизации при совершении преступления, а также каких-либо иных мотивов признания данного обстоятельства отягчающим наказание стороной обвинения не приведено. Кроме того, в соответствии с докладом Министра обороны Российской Федерации Верховному Главнокомандующему Российской Федерации мобилизация завершена 28.10.2022, то есть до совершения преступления подсудимой.

Таким образом, обстоятельства, отягчающие наказание, предусмотренные статьей 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Основания для применения положений статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении ФИО1 наказания отсутствуют, поскольку в судебном заседании не установлено совокупности исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 как во время совершения преступления, так и после него, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества на срок, который соразмерен тяжести содеянного и необходим для достижения целей уголовного наказания, в связи с чем оснований для применения положений статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации об условном осуждении не имеется. Оснований для назначения дополнительного наказания суд не усматривает. Наказание в виде реального лишения свободы, без назначения дополнительного наказания, по мнению суда, является справедливым, будет максимально способствовать исправлению ФИО1, предупреждению совершения ей новых преступлений и восстановлению социальной справедливости.

С учетом принципа справедливости, закрепленного в статье 6 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд считает возможным определить продолжительность наказания в виде лишения свободы на срок, соразмерный тяжести деяния, соответствующий личности ФИО1, достаточный для полного осознания подсудимой недопустимости содеянного ей, а также формирования у нее правопослушного поведения в обществе, уважительного отношения к жизни человека.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении ФИО1 наказания суд руководствуется положениями части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Сведения о наличии у подсудимой заболеваний, препятствующих ее содержанию в местах лишения свободы, отсутствуют.

На основании пункта «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.

Для обеспечения исполнения наказания, принимая во внимание данные о личности подсудимой, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу ранее избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения.

Из материалов дела следует, что ФИО1 задержана 18.09.2023 и содержалась в ИВС УМВД России по г. Екатеринбургу до избрания ей 20.09.2023 меры пресечения в виде заключения под стражу (т. 2 л.д. 88-92, 161).

Вместе с тем из материалов уголовного дела, а также пояснений подсудимой в судебном заседании следует, что фактически ФИО1 задержана 17.09.2023. Согласно части 3 статьи 128 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при задержании срок исчисляется с момента фактического задержания. При таких обстоятельствах, в соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок назначенного ФИО1 наказания подлежит зачету время ее содержания под стражей с 17.09.2023 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Государственным обвинителем в судебном заседании заявлено о взыскании с ФИО1 процессуальных издержек в счет оплаты труда адвокатов в ходе предварительного следствия в размере 5 382 рубля. Данное заявление на основании статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежит удовлетворению.

Правовых оснований для освобождения подсудимой ФИО1 от взыскания с нее процессуальных издержек в судебном заседании не установлено. Объективных данных об имущественной несостоятельности ФИО1, а также о том, что взыскание процессуальных издержек существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на ее иждивении, суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о взыскании указанных процессуальных издержек в доход федерального бюджета с подсудимой ФИО1

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с частью 3 статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 303, 304, 307, 308, 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

До вступления приговора в законную силу ранее избранную в отношении ФИО1 меру пресечения оставить прежней – в виде заключения под стражу.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок наказания зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 17.09.2023 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации взыскать с осужденной ФИО1 процессуальные издержки в доход федерального бюджета в размере 5 382 рубля.

Вещественные доказательства: срезы ногтевых пластин, 18 отрезков с отпечатками пальцев и ладоней рук В. И.Ю., трусы, две бутылки из-под водки марки «Фаворит», бутылку из-под водки марки «Ржаная», трусы, рубашку, окурок сигареты, 5 отрезков липкой ленты со следами папиллярных линий рук, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Следственного отдела по Кировскому району г. Екатеринбурга СУ СК России по Свердловской области (т. 1 л.д. 193, 204, 210, 183, 169), по вступлению приговора в законную силу уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденной – в тот же срок с момента получения копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб, представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному ей защитнику.

Приговор изготовлен с использованием компьютера и принтера в совещательной комнате.

Председательствующий <...> А.Н. Никифоров