Решение № 2-237/2018 2-237/2018(2-3725/2017;)~М-2739/2017 2-3725/2017 М-2739/2017 от 4 февраля 2018 г. по делу № 2-237/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 05 февраля 2018 г.

Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Левицкой Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Михеевой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО1 В, ФИО2 о признании недействительным договора дарения,

Установил:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО1, ФИО3 о признании недействительным договора дарения. Требования мотивирует тем, что 28.04.2010 между сторонами был заключен договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка, по которому ФИО1 подарила своему внуку ФИО4 2/5 доли и внучке ФИО3 3/5 доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес>. Ответчики убедили истца, что договор оформлен в соответствии с законом. Экземпляр договора истцу после государственной регистрации предоставлен не был. ФИО1 пояснил, что договор должен остаться в материалах дела в Управлении Росрееста по Красноярскому краю. Истец полагала, что подписывает договор пожизненного содержания, и что собственность на дом и земельный участок перейдет к внукам только после ее смерти. Истец не предполагала, что подписанный ей договор является договором дарения, а не договором пожизненного содержания. После совершения сделки, ответчик какой либо помощи истцу не оказывал. Просит признать недействительным заключенный между ФИО1, ФИО5 и ФИО1 договор дарения от 28.04.2010 долей в праве собственности на земельный участок расположенный по адресу <адрес>, кадастровый № и 2/5 доли в праве собственности на объект капитального строительства - жилой дом, общей площадью 76,4 кв.м., расположенный по адресу <адрес>, кадастровый №; погасить в Едином государственном реестре на недвижимое имущество и сделок с ним записи о правах собственности ФИО1 и ФИО5 на 2/5 и 3/5 доли в праве собственности на указанные объекты недвижимости.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, указала на то, что не имеет возможности пользоваться придомовой территорией, так как она захламлена ФИО1, ответчик угрожает ей, грозится выселить, не признает ее права пользования земельным участком жилым домом.

Представитель истца ФИО6 заявленные требования поддержал, указал на то, что сделка недействительна по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 178 ГК РФ, внуки ввели бабушку в заблуждение, в договоре имеется пункт о том, что ФИО1 сохраняет право пользования домом, в силу преклонного возраста, истец полагала, что подписала договор пожизненного содержания. Полагала, что право собственности на дом и земельный участок перейдет к ответчикам только после ее смерти. Истец не предполагала, что подписанный ею договор, является договором дарения, а не договором пожизненного содержания. Она с детских лет растила внуков, их мать умерла, истец доверяла внукам. В настоящее время пользоваться не может земельным участком, так как он захломлен. Об обстоятельствах сделки узнала лишь летом 2017 г., когда ФИО1 сообщил, что она не собственник дома, он может ее выселить.

Ответчик ФИО2 согласилась с заявленными требованиями, указала, что действительно, с бабушкой не обсуждали вопрос о переходе права собственности, в 2010 году при подписании договора убедили ее, что она продолжить жить в спорном доме, а они с братом ФИО1 будут ей помогать. В настоящее время она вышла замуж за ФИО7, между ее супругом и ФИО1 имеется конфликт, ФИО1 грозится всех выселить из дома, разделить территорию, поставить заборы, угрожает ФИО1 выселить ее из дома.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указал на то, что 2/5 доли в праве на земельный участок и дом достались ему после смерти прабабушки, за которой он ухаживал, обязательств содержать ФИО1 он на себя не принимал, предоставить в пользование ФИО1 принадлежащую ему половину дома он не желает, считает необходимым выделить в доме доли в натуре, установить ограждения.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Красноярскому краю, в судебное заседание не явился, о месте, дате и времени судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, причину не явки суду не сообщил.

Выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с со ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу приведенных положений п. 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть, совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В силу п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 153, 154 ГК РФ сделки – это волевые действия, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей, то есть на достижение определенного правового результате. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли сторон.

Сделка действительна при одновременно наличии таких условий, как ее законность и содержание, гражданская дееспособность участников, соответствие их воли и волеизъявления, надлежащая форма. Невыполнение хотя бы одного условия влечет за собой недействительность сделки.

Таким образом, по настоящему спору юридически значимым обстоятельством является установление факта действительной воли истца на отчуждение принадлежащего ему имущества.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, на основании договора № от 20.06.1956 о представлении в бессрочное пользование земельного участка под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности, ФИО1 был предоставлен земельный участок <адрес>.

За счет собственных средств и сбережений ФИО1, на указанном земельном участке был построен жилой дом. С момента постройки истец проживала в указанном доме постоянно, иного жилья не имеет.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 02.11.1999 за ФИО1 зарегистрировано право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.

28.04.2010 на основании договора дарения ФИО1 безвозмездно передала в собственность 2/5 доли ФИО1, и 3/5 доли ФИО5 в праве собственности на земельный участок и те же доли: 2/5 доли ФИО1, 3/5 доли ФИО5 на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>. ФИО1, ФИО5 приняли имущество в дар.

В силу п. 3.1. договора, даритель ФИО1 сохраняет право пользования жилым домом на условиях и в порядке, предусмотренном действующим законодательством.

Право собственности одаряемых было зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается свидетельством о праве собственности от 25.12.2015.

В спорном жилом доме на регистрационном учете состоят ФИО1 с 26.03.1965, ее внучка Пастушенко (Мелихова, ФИО4) Е.В. с 02.08.2014 и правнук ФИО8 с 02.08.2014.

Настаивая на удовлетворении исковых требований, истец указывает на то, что была введена в заблуждение внуками, полагала, что заключила договор ренты с пожизненным содержанием, а принадлежащее ей имущество перейдет к ответчикам только после ее смерти, считала себя собственником. Указала на то, что постоянно передавала внукам деньги для оплаты жилищно-коммунальных услуг, на ремонт придомовой территории.

Из дела видно, что ФИО1 родилась ДД.ММ.ГГГГ, на момент заключения договора дарения ей было 79 лет.

Ее внучка ФИО2 проживала в спорном доме с детства, внук ФИО1 проживает и зарегистрирован с семьей по другому адресу.

Условиями договора дарения предусмотрено, что истец сохраняет право пользования жилым домом. Между тем, из объяснений истца следует, что она лишена возможности пользоваться всем домом, с лета 2017 г. ответчик ФИО1 препятствует ей в этом, грозится выселить ее во времянку, самовольно сносит принадлежащие ей постройки. Ответчик ФИО1 также указывал на то, что не желает, чтобы истец пользовалась принадлежащей ему половиной дома, а также прилегающей частью земельного участка.

Из показаний свидетелей ТЭЕ (соседа В-вых), ФИО9 (супруга ответчика ФИО2), ГАВ (сестры истца), ГЛВ (внучки истца), ВВН (сына истца), ВНВ (супруги ответчика ФИО1), ВВВ (внука истца), усматривается, что жилой дом и земельный участок по ул. <адрес> расценивались как наследственное имущество в виду значительного возраста истца ФИО1, которое перейдет ФИО1 и ФИО2 после смерти бабушки. При этом, все свидетели указывали на то, что обязанность внуков по содержанию бабушки, предполагалась.

Свидетель со стороны ответчика ВВН (сын истца и отец ответчиков) указал на то, что имущество было несправедливо разделено между внуками, следовало разделить его поровну. Свидетель ГЛВ говорила о том, что разговоры о передаче дома внукам Александру и Елене шли давно, ФИО1 хотела от них уход, так как сама не могла справляться в силу возраста, а взамен, после смерти передаст им дом и земельный участок.

Таким образом, из дела видно, что истец постоянно проживает в спорном жилом доме, за счет своих средств содержит дом и придомовую территорию, поскольку передает внукам деньги на ремонт дома, обустройство придомовой территории и оплату жилищно-коммунальных услуг, иного помещения для проживания не имеет, в силу преклонного возраста и состояния здоровья нуждалась в уходе, который ей должны были обеспечить ответчики.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец заблуждалась относительно природы совершаемой сделки, не имела намерения отчуждать принадлежащие ей на праве собственности дом и земельный участок, полагала, что принадлежащее ей имущество перейдет внукам в качестве наследства после ее смерти, поскольку преследовала цель помочь внукам, оставшимся без матери в раннем детстве. ФИО1 не имела намерения лишить себя прав, на принадлежащее ей на праве собственности единственное жилое помещение, воля на заключение договора дарения, в отношении указанного имущества, у истца отсутствовала.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами истца о том, что она полагала, что фактически заключает договор ренты с пожизненным содержанием, полагая, что ответчики в силу ее преклонного возраста (79 лет на момент заключения сделки) и болезненного состояния здоровья, намеревались содержать и ухаживать за ней, в обмен на спорный дом и земельный участок.

Доказательств обратного стороной ответчика суду не представлено.

Доводы ФИО1 о целенаправленных и добровольных действиях ФИО1 по отчуждению дома и земельного участка, в связи с чем, истец не могла заблуждаться относительно условий договора и природы сделки, не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются указанными выше материалами дела. Его доводы о том, что договор был заключен у нотариуса, опровергаются материалами дела, так как договор дарения заключен в простой письменной форме.

Учитывая изложенное, исковые требования о признании договора дарения недействительным, подлежат удовлетворению.

Между тем, требования истца о применении последствий недействительности сделки в виде погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записей о правах собственности на жилой дом и земельный участок, следует отказать, поскольку такой способ возвращения сторон в первоначальное положение законом не предусмотрен.

Между тем, признавая сделку дарения недействительной, суд считает возможным применить последствия недействительности сделки возвратив жилой дом и земельный участок по адресу: Россия, <адрес>, в собственность ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО1, ФИО2 о признании недействительным договора дарения, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения от 28 апреля 2010 г., заключенный между дарителем ФИО1 и одариваемыми ФИО1, ФИО5 в отношении жилого дома по адресу: <адрес>, общей площадью 76,4 кв.м., и земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, общей площадью 547 кв.м., кадастровый №, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: под строительство индивидуального жилого дома.

Применить последствия недействительности сделки, возвратив указанные жилой дом и земельный участок по адресу: Россия, <адрес>, в собственность ФИО1.

В удовлетворении исковых требований в части погашения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записей о правах собственности на жилой дом и земельный участок, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию Красноярского краевого суда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения, путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Красноярска.

Председательствующий Ю.В. Левицкая