Решение № 2-606/2020 2-606/2020~М-428/2020 М-428/2020 от 25 ноября 2020 г. по делу № 2-606/2020

Дело № 2-606/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 ноября 2020 г. г. Короча

Корочанский районный суд Белгородской области в составе: председательствующего судьи Дорошенко Л.Э.,

при секретаре Кибицкой И.С.,

с участием: истца ФИО4, ее представителя ФИО5 (по доверенности), ответчика ФИО6, его представителя – адвоката Серикова Г.В. (по ордеру),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО6 о признании завещания недействительным,

у с т а н о в и л:

03.05.2020 умер ФИО1, 16.04.2020 он составил завещание, в соответствии с которым завещал все свое имущество, которое на момент смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, ФИО6

ФИО4 обратилась в суд с указанным иском, в котором просила признать недействительным завещание от 16.04.2020, составленное ФИО1. в пользу ФИО6, удостоверенное нотариусом Корочанского нотариального округа Белгородской области ФИО7 В обоснование требований сослалась на то, что является наследником первой очереди своего отца ФИО1, который в период составления завещания являлся <данные изъяты>.

В судебном заседании истица ФИО4 и ее представитель ФИО5 заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Настаивая на том, что на момент составления завещания ФИО1 был <данные изъяты>, в связи с чем, был не способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Ответчик ФИО6 и его представитель Сериков Г.В. иск не признали, полагали, что завещание соответствует волеизъявлению ФИО1, который в связи с тем, что ответчик осуществлял за ним уход, составил завещание в его пользу. ФИО1. был психически здоровым человеком с заболеваниями свойственными его возрасту.

Третье лицо – нотариус Корочанского нотариального округа ФИО7 полагал иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению, по тем основаниям, что ФИО1. в апреле 2020 обратился к нему по вопросу составления завещания на имя своего племянника. Так как ФИО1 был тяжело болен, его привезли в машине скорой помощи, кроме него, ФИО1 и рукоприкладчика ФИО2 никого не было. В ходе разговора с ФИО1, у него было адекватное поведение и речь, он понимал, куда его привезли и зачем. Сомнений в его дееспособности у него не возникло. ФИО1 пояснил, что племянник за ним ухаживает, в связи с чем, он хочет написать на его имя завещание. Пояснил, что у него есть дети, но они ему не помогают, не приезжают навестить. ФИО1 и рукоприкладчику были разъяснены последствия удостоверения завещания. Завещание было зачитано вслух, расписалась в завещании рукоприкладчик, так как в силу заболевания, ФИО1 не мог держать ручку. С момента удостоверения завещаниями до дня смерти за отменой или изменением завещания он не обращался.

Третье лицо ФИО1, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела судебной повесткой заказной корреспонденцией («неудачная попытка вручения» л.д. 167), в судебное заседание не явился, сведений о причине своей не явки суду не предоставил.

Суд считает возможным, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), статьей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) рассмотреть дело в отсутствие неявившегося третьего лица, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав показания свидетеля и врача-психиатра, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд не находит оснований к удовлетворению иска ФИО4

В силу части 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Статьей 1119 ГК РФ установлена свобода завещания - завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 названного Кодекса. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

На основании пункта 3 статьи 1125 ГК РФ завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

Судом установлено, что 03.05.2020 умер ФИО1, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 45).

После его смерти открылось наследство в виде ? долей в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенных по адресу: <адрес>, денежных вкладов, недополученной пенсии в ПФР.

Наследниками первой очереди по закону к имуществу ФИО1 являются его дети ФИО4 и ФИО8

Родственные отношения умершего 03.05.2020 ФИО1 с истцом ФИО4 подтверждаются свидетельством о рождении (л.д.10), справкой о заключении брака (л.д.11), с третьим лицом ФИО8 подтверждается свидетельством о рождении (л.д.50).

Согласно материалам наследственного дела №, открытого 18.05.2020 нотариусом Корочанского нотариального округа ФИО9, 16.04.2020 нотариусом Корочанского нотариального округа Белгородской области ФИО7 от имени ФИО1 было удостоверено завещание, согласно которому все свое имущество, которое на момент смерти окажется ему принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось, и где бы оно ни находилось, он завещал ФИО6 (л.д. 49).

Из текста завещания следует, что ввиду тяжелой болезни ФИО1, по его личной просьбе, в присутствии нотариуса завещание подписала ФИО2 Нотариусом удостоверено, что содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя, записано со слов завещателя, полностью прочитано нотариусом вслух для завещателя до подписания, личность завещателя установлена, его дееспособность проверена, установлена личность рукоприкладчика.

Состояние здоровья ФИО1 подтверждено пояснениями ответчика ФИО6, свидетеля ФИО3, которые указали, что на момент составления завещания ФИО1 тяжело болел, так как <данные изъяты>, в связи с чем была приглашена рукоприкладчик ФИО3 для подписания завещания за ФИО1, поскольку он самостоятельно его подписать не мог.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

На основании пункта 1 статьи 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В силу пункта 1 статьи 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

18.05.2020 ФИО8 и ФИО4 обратились к нотариусу с заявлением о принятии наследство после смерти отца ФИО1 (л.д.46,47).

06.07.2020 ФИО6 обратился в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства по завещанию ФИО1 (л.д. 48).

По утверждению истца психическое состояние ее отца ФИО1 ввиду болезни препятствовало пониманию им содержания и юридических последствий завещания, поскольку на момент его составления ФИО1 находился <данные изъяты>. Завещание ФИО1 было составлено под давлением ответчика, так как был <данные изъяты>.

В соответствии со статьей 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В силу прямого указания на то в части 5 статьи 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, нормы о сделках (глава 9 Гражданского кодекса Российской Федерации), за некоторыми исключениями, подлежат применению при разрешении споров о недействительности завещания, в том числе, и нормы об основаниях и последствиях признания сделок недействительными.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

На основании статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со статьей 17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

В силу статьи 21 ГК РФ способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (статья 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки, лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного.

В подтверждение своих доводов, стороной истца представлены копии следующих документов:

- справка <данные изъяты> № от 14.10.2008 (л.д.14), в соответствии с которой ФИО1 установлена вторая <данные изъяты>;

- выписка-эпикриз из истории болезни № (л.д.15), согласно которой ФИО1 находился на лечении в <данные изъяты> в ОГБУЗ «Областной наркологический диспансер» с 05.05.2015 по 20.05.2015 с диагнозом: <данные изъяты>.

Из справки ОГБУЗ «Корочанская ЦРБ» от 07.07.2020 следует, что ФИО1 состоял на консультативном наблюдении <данные изъяты> (л.д.40).

ФИО1 на стационарном лечении в Белгородской областной клинической психоневрологической больнице не находился, что подтверждается справкой ОГБУЗ БОКПНБ от 17.07.2020 (л.д.72).

Также судом истребованы и исследованы в судебном заседании амбулаторные карты на имя ФИО10 и медицинская карта из <данные изъяты>.

Согласно медицинских карт амбулаторного больного ОГБУЗ «Корочанская ЦРБ» ФИО1 состоял на консультативном наблюдении у <данные изъяты> с 2005 г. с диагнозом: «<данные изъяты>», направлен на <данные изъяты>. Посещал <данные изъяты> в 2006, 2007, 2008 гг. для заполнения посыльного листа на <данные изъяты>. 15.04.2015 был осмотрен <данные изъяты> на дому, был выставлен диагноз: «<данные изъяты>». 13.07.2016 посетил <данные изъяты>, был выставлен диагноз: «<данные изъяты>» (л.д.204-210).

Согласно медицинской карты (<данные изъяты>) филиала № 5 «<данные изъяты>», ФИО1 при освидетельствовании <данные изъяты> 13.10.2005 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>», была выставлена <данные изъяты>. При переосвидетельствовании <данные изъяты> 10.10.2006 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>» (акт освидетельствования № 3044 от 10.10.2006). При переосвидетельствовании <данные изъяты> 08.10.2007 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>» (акт освидетельствования № 3115 от 08.10.2007). При переосвидетельствовании <данные изъяты> 14.10.2008 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>» (акт освидетельствования № 2990 от 14.10.2008), <данные изъяты> (л.д.168-202).

ФИО3 в суде пояснила, что с 2011 г. работает <данные изъяты> в ОГБУЗ «Корочанская ЦРБ», ФИО1 был установлен диагноз: <данные изъяты>.

Суд принимает в качестве допустимых доказательств по делу показания свидетеля ФИО2, допрошенной в ходе судебного разбирательства, которая пояснила, что является соседкой умершего ФИО1., которого знала с 1990 г. ФИО1. сначала жил с отцом и матерью, после их смерти остался проживать в доме один. Дочь ФИО1 – ФИО4 общалась с отцом и помогала ему до 2017 г., сына ФИО8 она не видела у отца. В мае 2020 г. ФИО1 <данные изъяты>. За ним осуществлял уход его племянник ФИО6 со своей женой. До самой смерти ФИО1 был адекватным человеком, понимал все и отдавал отчет своим действиям, сознание ясное, разговаривал. После смерти матери, умершей около 4 лет назад, он <данные изъяты>, сам себя обслуживал, ходил по магазинам, получал пенсию с 2017 г. сам, до этого его пенсию получала и забирала дочь Н.. ФИО1 ей с мужем сказал, что хочет завещать дом своему племяннику В.. Она не замечала никаких отклонений в его поведении.

Показания свидетеля ФИО2 свидетельствуют о том, что несмотря на <данные изъяты>, <данные изъяты> в апреле 2020, ФИО1 никаких странностей в поведении не проявлял, и оснований полагать, что на момент составления завещания 16.04.2020 он имел <данные изъяты>, у суда не имеется.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).

Для проверки доводов истца, принимая во внимание основания и предмет исковых требований, тот факт, что для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, необходимо разрешение вопросов, требующих наличие специальных познаний, для разрешения вопроса о психическом состоянии ФИО1 в момент составления завещания судом по ходатайству истца была назначена посмертная комплексная судебную психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 05.10.2020 № 1500 (л.д.115-121), в период 2005-2016 гг. ФИО1. обнаруживал <данные изъяты>. Таким образом, решить диагностические и экспертные вопросы в отношении ФИО1 при производстве амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы не представляется возможным, в связи с недостаточностью сведений на период составления и подписания завещания от 16.04.2020.

Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, компетентны в вопросах, поставленных судом на их разрешение, обладают знаниями в области медицины и психологии, имеют большой стаж работы, высокий уровень квалификации, содержание заключения соответствует клиническим и нормативно-правовым требованиям. Заключение является полным, не обнаруживает каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, дано с учетом имеющихся материалов дела, не противоречит другим доказательствам по делу, выводы экспертов носят категоричный характер, заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Как видно из медицинских документов, ФИО1 действительно страдал различными видами заболеваний, в том числе <данные изъяты>. Вместе с тем, экспертами установлено и подробно описано в заключении, что решить диагностические и экспертные вопросы в отношении ФИО1 при производстве амбулаторной судебной психолого-психиатрической экспертизы не представляется возможным, в связи с недостаточностью сведений на период составления и подписания завещания от 16.04.2020.

Показания ФИО3 не опровергают заключение экспертизы. Кроме того, данными показаниями установлены факты, свидетельствующие о наличии у ФИО1 <данные изъяты> заболевания на момент осмотра ею больного, а именно в 2015 г., в дальнейшем она его не наблюдала, и не опровергают заключение судебной экспертизы и не подтверждают, что ФИО1 на момент составления завещания не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить.

Суд не принимает довод представителя истца о том, что сын ответчика ФИО6 присутствовал при удостоверении оспариваемого завещания, поскольку он объективно по делу ничем не подтвержден. Напротив, опровергается текстом завещания и показаниями нотариуса ФИО7

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принципа равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Проанализировав и оценив в совокупности собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу, что доказательств бесспорно и объективно свидетельствующих о наличии оснований для признания завещания от 16.04.2020, составленного ФИО1 в пользу ФИО6, удостоверенного нотариусом Корочанского нотариального округа Белгородской области ФИО7, недействительным в связи с нахождением наследодателя в момент совершения завещания в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.

Как видно из материалов дела, медицинские документы не содержат описания психического и психологического состояния ФИО1 в момент совершения им юридически значимых действий, не посещал <данные изъяты> с 2016 г.

Установленные судом обстоятельства о злоупотреблении ФИО1 <данные изъяты> в данном случае не могут явиться основаниями для признания завещания недействительным, поскольку оспариваемое завещание совершено в письменной нотариально удостоверенной форме, следовательно, в случае наличия <данные изъяты>, нотариус отказал бы ФИО10 в составлении завещания. Сам по себе факт наличия у ФИО10 <данные изъяты> заболевания и его преклонный возраст о пороке воли наследодателя свидетельствовать не могут. Сведения о всех имевшихся заболеваниях тщательно исследовались судебными экспертами, им дана оценка в заключении экспертизы.

Со своей стороны суд, по правилам ст. 12 ГПК РФ, предпринял все исчерпывающие меры по выяснению действительных юридически значимых обстоятельств дела, в том числе, удовлетворил все ходатайства стороны истца об истребовании материалов. Однако по материалам дела нет никаких данных, подтверждающих обоснованность иска по заявленному предмету и основанию.

Как следует из материалов дела, в поведении ФИО1 при оформлении завещания на своего племянника совершенно не было ничего необычного, заставляющего задуматься об адекватности его поступка. Суд также принимает во внимание, что после смерти родителей, ФИО1 стал проживать один, истец не предпринимала действий по налаживанию общения с отцом. Сын наследодателя ФИО8 отца не посещал, с бытовыми проблемами не помогал, его дочь ФИО4 в последнее время также отца не посещала, дети ФИО10 не заботились о нем, не помогали. Истец, по ее же объяснениям, не видела отца с февраля 2020, не общалась с ним. Данные обстоятельства истцом не оспариваются. Ответчик принял на себя обязательства по уходу за ФИО1., оказывал ему необходимую помощь, ухаживал за ним, после смерти наследодателя организовал похороны. Сам ФИО1 вел себя вполне осознанно и адекватно, что подтвердила соседка ФИО2, допрошенная в качестве свидетеля. Недееспособным ФИО1 не признавался, он сам получал пенсию и распоряжался ею. При таких обстоятельствах, суд полагает, что составление завещания в пользу ответчика являлось свободным волеизъявлением ФИО1., который осознанно распорядился своим имуществом, понимая тяжесть состояния своего здоровья, завещав его племяннику, осуществлявшему за ним уход в последние дни его жизни.

Достоверных, допустимых и достаточных доказательств в подтверждение факта нахождения ФИО1 в момент составления завещания 16.04.2020 в состоянии, которое лишало его способности понимать значения своих действий и руководить ими, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Таким образом, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд полагает, что оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО4 не имеется, поскольку истцом не доказана вся совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемое завещание могло быть квалифицировано как сделка, совершенная лицом, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к Халанскому ФИО88 о признании завещания недействительным отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Корочанский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья:

Решение принято в окончательной форме 4 декабря 20202 г.