Постановление № 1-64/2017 от 19 июля 2017 г. по делу № 1-64/2017

Дело № 1-64/17
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Рязань 20 июля 2017 года

Железнодорожный районный суд г. Рязани в составе:

председательствующего судьи Кураева О.В.,

с участием: государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Железнодорожного района г. Рязани Соловья Р.Т.,

подсудимого Саморукова Ю.А.,

защитника подсудимого – адвоката коллегии адвокатов № 4 Адвокатской палаты Рязанской области Трифонова А.Н., представившего удостоверение № 829 и ордер № 27 от 09.03.2017 года,

потерпевшего ФИО1,

при секретаре Сафиулиной И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Саморукова Юрия Алексеевича, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Саморуков Ю.А. обвиняется в том, что он, являясь лицом, управляющим автомобилем, ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 16 часов 39 минут, водитель Саморуков Ю.А., управляя личным технически исправным автомобилем «ВАЗ-21150», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, следовал в светлое время суток, с включенным ближним светом фар, по автомобильной дороге сообщением <адрес> – <адрес>, проходившей по территории <адрес>, со стороны <адрес> в направлении <адрес>.

Проезжая часть автодороги сообщением <адрес> – <адрес> на данном участке была предназначена для двустороннего движения, была представлена в виде сухого асфальтированного покрытия горизонтального профиля, общей шириной от 4,3м до 4,6 м, дорожная разметка отсутствовала. <адрес>м проезжей части имелись грунтовые обочины, заросшие травой.

Саморуков Ю.А. вел автомобиль по правой при движении в направлении <адрес> стороне проезжей части, со скоростью примерно 50 км/ч, с включенным ближним светом фар и приближался к участку автодороги, имевшему левостороннее закругление по ходу его движения.

В соответствии с требованиями п. п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993г. №, с изменениями и дополнениями внесенными постановлениями Правительства Российской Федерации, он был обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В это время по автодороге сообщением <адрес> – <адрес>, во встречном для Саморукова Ю.А. направлении, то есть со стороны <адрес>, двигался технически исправный автомобиль «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1, который, следуя со скоростью примерно 60 км/час по своей, правой, стороне проезжей части, также приближался к указанному закруглению автодороги, являвшемуся для него правосторонним.

Согласно требованиям п. п. 1.4, 9.1 Правил дорожного движения РФ водитель Саморуков Ю.А. должен был знать, что на дорогах установлено правостороннее движение, и что количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними, при этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева.

Однако Саморуков Ю.А., проявляя преступное легкомыслие, то есть предвидев возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, управляя автомобилем «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в нарушение требований п. п. 1.3, 1.5, 1.4 и 9.1 Правил дорожного движения РФ, при проезде левостороннего закругления проезжей части автодороги, выехал на сторону автодороги, предназначенную для встречного движения, где ДД.ММ.ГГГГ, около 16 часов 40 минут (более точное время в ходе следствия не установлено), на участке автомобильной дороги сообщением <адрес> – <адрес>, расположенному в 470 м от правого угла фасада <адрес> стр. 4 <адрес> в сторону <адрес>, на правой относительно направления движения в сторону <адрес> стороне проезжей части, имеющего координаты 54.5644870 северной широты и 39.7094680 восточной долготы, совершил столкновение с движущимся во встречном ему направлении автомобилем «ВАЗ-21101», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1, следовавшего без нарушений Правил дорожного движения РФ.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были причинены следующие телесные повреждения: закрытый перелом левой бедренной кости на границе верхней и средней третей диафиза со смещением костных отломков. Рассматриваемое повреждение не было опасным для жизни, повлекло за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, в силу чего является тяжким вредом, причиненным здоровью человека.

Действия Саморукова Ю.А., выразившиеся в нарушении пунктов 1.3, 1.4, 1.5 и 9.1 Правил дорожного движения РФ, находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, предусмотренными ч. 1 ст. 264 УК РФ.

В ходе судебного разбирательства государственным обвинителем заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в связи с тем, что по делу допущены многочисленные процессуальные нарушения в период предварительного расследования, которые не могут быть преодолены в рамках судебного следствия.

В свою очередь защитником – адвокатом Трифоновым А.Н. заявлено аналогичное ходатайство (о возвращении уголовного дела прокурору) со ссылкой на нарушение права обвиняемого Саморукова Ю.А. на защиту, также имевшем место на предварительном следствии.

При этом защитник обратил внимание суда на протокол допроса Саморукова Ю.А. в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что допрос проходил в период с 16 часов 40 минут до 17 часов 20 минут, и совпадающее с ним по времени (с 17 часов 10 минут до 17 часов 15 минут) уведомление обвиняемого и защитника (на тот момент адвоката Таирова Р.Н.) об окончании следственных действий. Также защитник связывал нарушение права на защиту Саморукова Ю.А. с отсутствием его письменного волеизъявления на допуск к его защите адвоката Кирьяновой О.А., присутствовавшей при допросе Саморукова Ю.А. в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ.

Подсудимый Саморуков Ю.А. ходатайство защитника поддержал.

Потерпевший ФИО1 согласился с возвращением дела прокурору по доводам государственного обвинителя.

Проверив представленные материалы уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного обвинительного заключения.

При этом основанием для возвращения дела прокурору являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости.

В ходе судебного разбирательства установлено, что дорожно-транспортное происшествие имело место ДД.ММ.ГГГГ в дневное время на участке автодороги <адрес> – <адрес> (в черте <адрес> в районе Богородского кладбища). В ходе него произошло встречное столкновение автомобилей ВАЗ-21150 под управлением Саморукова Ю.А. и ВАЗ-21101 под управлением ФИО1, в результате которого транспортные средства получили механические повреждения, а водители – травмы, с которыми они были госпитализированы с места происшествия.

При этом столкновение произошло на закруглении проезжей части, имевшей зауженную ширину по отношению к стандартной дороге данной категории. Кроме того, вплотную к проезжей части примыкала высокая (сравнимая с высотой автомобилей) трава, которая могла ограничивать видимость участникам дорожного движения, приближавшимся навстречу друг другу на данном участке.

Таким образом, характер столкновения и особенности дороги предопределяли необходимость проверки и установления следующих обстоятельств:

- была ли действительно ограничена видимость в направлении движения сближавшимся на встречных курсах водителям, и, если была, то с какой безопасной скоростью они должны были вести транспортные средства; имело ли место превышение скоростного режима с чьей-либо стороны с учетом данного критерия, находится ли оно в причинно-следственной связи с наступившими вредными последствиями либо нет;

- позволяла ли ширина проезжей части совершить встречный разъезд водителям, участвовавшим в столкновении, без выезда на обочину с учетом безопасного интервала между транспортными средствами, и каким именно образом они должны были действовать на данном участке дороги в соответствии с Правилами дорожного движения РФ, чтобы совершить этот безопасный разъезд;

- если ширина проезжей части изменялась на участке, где произошло происшествие, то насколько это было существенно, влияло ли на действия водителей; на участке какой конкретно ширины дороги произошло столкновение и кто из водителей и насколько именно занял левую сторону дороги.

Ответы на данные вопросы должны были найти отражение в обвинительном заключении либо отдельных процессуальных решениях, содержащих правовую оценку названным обстоятельствам.

Между тем, по мнению суда, таких сведений нет в полном объеме как в обвинительном заключении, так и в материалах дела.

Попытки государственного обвинителя конкретизировать ширину проезжей части в месте столкновения и порядок разъезда с учетом этой ширины, установить высоту примыкавшей к дороге растительности и определить – препятствовала ли она видимости, к однозначному результату не привели. Более того, прокурор был вынужден признать часть доказательств недопустимыми.

Устранить допущенные нарушения (в частности определить однозначно ширину проезжей части в непосредственном месте столкновения, проверить доводы об ограниченной видимости в направлении движения) самостоятельно суд не может, а любые попытки этого лишь повлекут нарушение права сторон на справедливое судебное разбирательство.

Соглашается суд и с доводами адвоката Трифонова А.Н., что право на защиту Саморукова Ю.А. было нарушено, поскольку еще до окончания его первого допроса в качестве обвиняемого он был уже уведомлен об окончании следственных действий по делу. При этом, как минимум, после указанного допроса у Саморукова Ю.А. было отобрано обязательство о явке.

Таким образом, по делу установлены явные противоречия, которые суд также не в состоянии устранить.

В то же время суд не может согласиться доводами адвоката Трифонова А.Н. о нарушении права на защиту Саморукова Ю.А. в связи с отсутствием его письменного волеизъявления на допуск к защите адвоката Кирьяновой О.А., поскольку в деле имеется ордер № от ДД.ММ.ГГГГ на защиту интересов Саморукова Ю.А. адвокатом Кирьяновой О.А., выданный на основании соглашения.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта.

Если возникает необходимость устранения иных препятствий рассмотрения уголовного дела, указанных в пунктах 2 - 5 части 1 статьи 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, судья в соответствии с частью 1 статьи 237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в порядке, предусмотренном статьями 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений.

В тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту и права потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 237 УПК РФ,

п о с т а н о в и л :

Возвратить прокурору <адрес> уголовное дело в отношении Саморукова Юрия Алексеевича, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, для устранения допущенных нарушений.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Рязанского областного суда через Железнодорожный районный суд <адрес> в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья О.В. Кураев