Решение № 2-4773/2025 2-748/2026 2-748/2026(2-4773/2025;)~М-3904/2025 М-3904/2025 от 7 апреля 2026 г. по делу № 2-4773/2025

УИД 68RS0001-01-2025-006326-76

Дело № 2-748/2026 (2-4773/2025)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 апреля 2026 г. г. Тамбов

Октябрьский районный суд города Тамбова в составе судьи Нишуковой Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карповой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству социальной защиты и семейной политики Тамбовской области, УМВД России по Тамбовской области, ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Тамбовской области, ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области» об отмене заключений врачебных комиссий, предоставлении в качестве средства реабилитации транспортного средства, компенсации морального вреда и др.,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству социальной защиты и семейной политики Тамбовской области, Главному бюро МСЭ Тамбовской области, ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области, в котором первоначально просил суд: отменить заключения ВВК, вынесенные до 21 октября 2011 г., восстановить ему срок на получение программы реабилитации инвалида и бесплатное получение автомобиля; возложить на ответчиков обязанность по установлению ему с 2003 года второй группы инвалидности «военная травма» бессрочно.

В последующем ФИО1 дополнил исковые требования и в окончательном варианте просит суд (за исключением требований, в принятии которых отдельными определениями было отказано):

отменить все ранее заключения ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области», вынесенные в отношении него до 2011 года (если такие имеются), и вынести их в соответствии с решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 25 августа 2011 г. и заключением ВВК ФКУЗ «МСЧ УМВД Тамбовской области» от 21 октября 2011 г.;

обязать ответчиков установить ему с 1994 года группу инвалидности «военная травма» бессрочно и возложить на ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области и на УМВД Тамбовской области обязанность по направлению документов в Главное Бюро МСЭ Тамбовской области в Главное бюро МСЭ Тамбовской области;

обязать ответчика выдать ему программу реабилитации инвалида II группы – «военная травма, бессрочно» для получения бесплатного автомобиля, и предоставить ему бесплатный автомобиль как инвалиду II группы – «военная травма, бессрочно», с включением его в соответствующие программы как федеральные, так и региональные, за период до 2005 года;

взыскать компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб. и со всех ответчиков – 30 000 000 рублей; взыскать с ответчиков судебные расходы (почтовые и на копирование документов) в размере 466 руб., а также за производство копий документов для суда в размере 15 руб.

В последнее судебное заседание истец ФИО1 не явился (повторно), о времени и месте судебного заседания в каждом случае – был извещён надлежащим образом. Посредством телефонограммы сообщил о то, что не явится по семейным обстоятельствам. Однако ходатайств об отложении судебного заседания не заявил, доказательств причин неявки не представил. В связи с этим суд, руководствуясь ст. 165.1 ГК РФ, ст. 117, 118, 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в его отсутствие.

Ранее в судебных заседаниях, отвечая на вопросы суда, ФИО1 пояснял об обстоятельствах получения им травмы и последующего направления его медико-социальную экспертизу. Целью установления второй группы инвалидности бессрочно, начиная с 1994 года, является для него получение всех льгот, на которые он имел право, если бы ему сразу установили группу по причине «военная травма». О том, что ему положен автомобиль, он узнал недавно по телевизору, после чего обратился сначала в министерство социальной защиты Тамбовской области, а когда ему отказали – в суд.

В судебном заседании представитель ответчика ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области по доверенности ФИО3 исковые требования не признала, поддержав доводы, изложенные в письменных возражениях. Указала, что требование об обязании установить бессрочно группу инвалидности по причине «военная травма» не подлежит удовлетворению, поскольку право на признание заболевания, полученного в период военной службы, уже реализовано им в судебном порядке. В частности, решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 25 августа 2011 г. по делу № 2-30/2011 был установлен факт несчастного случая, произошедшего с истцом в 1991 году во время нахождения в г. Москве в служебной командировке, в виде получения травмы в связи с исполнением служебных обязанностей. Решение основано на заключении Военно-врачебной комиссии ФКУЗ МСЧ «МВД России по Тамбовской области» № 1593 от 21 октября 2011 г., которая установила: Военная травма. Заболевание получено в период военной службы (на момент увольнения из органов внутренних дел 15 февраля 1994 г.). В данном решении ВВК № 1593 от 21 октября 2011 г. заключение ВВК УВД Тамбовской области № 221 от 18 декабря 2006 г. отменено.

Обращает внимание суда на то, что истцом не представлено доказательств того, каким образом нарушены его права, свободы и законные интересы, поскольку указанные в заключении ВВК ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области» № 1593 от 21 октября 2011 г. обстоятельства применяются на момент увольнения из органов внутренних дел 15 февраля 1994 г., право истца на признание заболевания как полученного в период военной службы реализовано в установленном порядке. Требование об отмене всех имеющихся заключений ВВК – немотивированно и не основано на законе, поскольку единственное решение ВВК от 18 декабря 2006 г. было отменено. Установление группы инвалидности не относится к полномочиям ВВК, а причинная связь травмы с состоянием здоровья установлена по состоянию на момент увольнения истца – 15 февраля 1994 г. - как решением суда, так и вынесенным во его исполнение заключением ВВК от 2011 года. Решение об участии в социальных программах, в том числе о выдаче программ реабилитации, ВВК МВД России по Тамбовской области не принимает. Считает, что требование о признании истца инвалидом II группы бессрочно противоречит закону и выходит за сроки исковой давности. В 2003 году истцу определена II группа инвалидности. В дальнейшем инвалидность устанавливалась на годичный период вплоть до акта освидетельствования от 1 февраля 2007 г. Бюро МСЭ № 212, в котором указано, что истец переосвидетельствованию не подлежит. Истец фактически оспаривает правомерность временного характера (на 1 год) выдаваемых с 2003 года справок о наличии у него инвалидности II группы без оспаривания обстоятельств причинения вреда здоровью, следовательно, на данные правоотношения распространяются сроки давности – три года. То есть истцом пропущен срок исковой давности по данному требованию.

В дополнительных возражениях представитель ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области» ссылается на то, что истец фактически ставит вопрос об установлении категории годности в период с 1991 по 1994 гг. Истец уволен из органов внутренних дел 15 февраля 1994 г. по статье 58 п. «к» Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденном постановлением ВС РФ от 23 декабря 1992 г. № 4202-1 – за грубое нарушение дисциплины, но не по состоянию здоровья. Прохождение ВВК носит заявительный характер, а на момент увольнения от ФИО1 такого заявления не поступало. Решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 25 августа 2011 г. (дело № 2-30/2011) в удовлетворении исковых требований ФИО1 об изменении формулировки увольнения и возложении обязанности на ВВК ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области» и выдать заключение о невозможности прохождения военной службы с формулировкой «не годен к военной службе в связи с военной травмой» ему было отказано. В рамках дела № 2-30/2011 была проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза от 28 июля 2011 г. № 208/11. Перед экспертом были поставлены вопросы, в том числе: «Исключают ли <данные изъяты>, полученная ФИО1 в 1991 г. или ее последствия возможность дальнейшего прохождения службы ФИО1 в занимаемой должности на момент увольнения из органов внутренних дел?» Ответ эксперта содержит следующие выводы: «<данные изъяты>, полученная ФИО1 11 сентября 1991 г. и ее последствия не исключала возможность дальнейшего прохождения службы ФИО1 в занимаемой должности на момент увольнения из органов внутренних дел 15 февраля 1994 г…». ФИО1 по последствиям <данные изъяты> с момента ее получения вплоть до увольнения из органов внутренних дел за медицинской помощью не обращался. Доводов последствий <данные изъяты> также не приведено. Вопрос состояния здоровья истца не момент увольнения из органов внутренних дел и годности к службе неоднократно являлся предметов споров в судах, действия ответчиков при этом признавались законными, в исковых требованиях об изменении категории годности к военной службе в заключениях ВВК судами отказано. Просит отказать в удовлетворении иска.

Представитель ФКУ «Главное бюро МСЭ по Тамбовской области» по доверенности ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поддержав письменные возражения. В возражения указано, что 25 ноября 2003 г. истцу впервые при проведении медико-социальной экспертизы установлена II группа инвалидности. 7 декабря 2004 г. повторно установлена II группа инвалидности сроком на 1 год, о чем была выдана справка. В последующем ему была установлена бессрочно вторая группа инвалидности. Таким образом, инвалидность продлевалась годично вплоть до 9 ноября 2011 г. Экспертные решения истцом не обжаловались. В дальнейшем ФИО1 в учреждение МСЭ не обращался, направление на МСЭ из медицинской организации в отношении него (в том числе, для разработки инвалидной программы реабилитации или абилитации инвалида) не поступало. Установление причинно-следственной связи полученного увечья не входит в компетенцию ФКУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» Минтруда России. Определение причинной связи увечий, заболеваний входит в компетенцию ВВК в соответствии с Положением о военно-врачебной экспертизе, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 4.07.2013 г. № 565. Причина инвалидности «военная травма» устанавливается военнослужащим федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы в случае наличия соответствующего заключения ВВК ФГКУ «Главный центр военно-врачебной экспертизы» Министерства обороны Российской Федерации, его филиалов, центров военно-врачебной экспертизы или штатных ВВК федеральных органов исполнительной власти, в которых предусмотрена военная служба (приравненная к ней служба), о причинах связи увечий, заболеваний. Действующее законодательство не содержит правовых оснований для установления причины инвалидности за прошедший период, а также не имеется на это технической возможности в государственной информационной системе «Единая централизованная цифровая платформа в социальной сфере». Что касается требования о получении автомобиля, то до 1 января 2005 г. инвалиды имели право на получение транспортных средств бесплатно или на льготных основаниях по медицинским показаниям. Медицинские показания определялись учреждениями МСЭ согласно установленного Перечня заболеваний. При наличии медицинских показаний на обеспечение транспортным средством инвалидам выдавалась справка установленного образца, где указывалось, что у инвалида имеются медицинские показания на обеспечение транспортным средством с ручным управлением. На основании этой справки инвалиды принимались на учет органами социальной защиты населения. С 1 января 2025 г. льготы по обеспечению инвалидов всех категорий транспортными средствами - отменены. Вместе с тем, Правительством РФ было принято обязательство по обеспечению транспортными средствами инвалидов, вставших на учет в органах социальной защиты населения до 1 января 2005 г. Заболевание, по которому ФИО1 установлена инвалидность, не входит в Перечень медицинских показаний на получение инвалидами мотоколясок с ручным управлением. Просит отказать в удовлетворении исковых требований.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства социальной защиты и семейной политики Тамбовской области по доверенности ФИО5 возражала против удовлетворения исковых требований. В материалах дела имеется письменный отзыв, в котором представитель указала, что, исходя из положений Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», Федерального закона от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», регулирующих вопросы обеспечения инвалидов, у которых право на получение транспортного средства возникло 1 января 2005 г., одним из основных условий для предоставления инвалиду транспортного средства бесплатно или на льготных условиях является факт его постановки на соответствующий учет в органах социальной защиты населения субъекта РФ на 1 января 2005 г. Поскольку установлено, и не отрицалось самим истцом, что он не состоял в очереди на бесплатное получение транспортного средства в органах социальной защиты населения до 1 января 2005 г., то право на бесплатное получение транспортного средства и компенсационных выплат у него не возникло.

В судебном заседании представитель УМВД России по Тамбовской области и третьего лица МВД России по доверенности ФИО6 возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, указанным другими участниками процесса.

Представитель Министерства труда и социальной защиты в судебное заседание не явился, направив письменный отзыв, в котором цитирует положения закона, регулирующие спорные правоотношения, и просит рассмотреть дело в его отсутствие. На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело

Заслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств, суд приходит к следующему выводу.

Пунктами 4, 7 Положения о военно-врачебной экспертизе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 20 апреля 1995 г. N 390, которое действовало на момент возникновения спорных правоотношений, предусматривалось, что под освидетельствованием понимаются изучение и оценка состояния здоровья и физического развития граждан на момент освидетельствования в целях определения их годности к военной службе, обучению (службе) по военно-учетной специальности, службе в органах внутренних дел, разрешение других предусмотренных настоящим Положением вопросов с вынесением письменного заключения.

По решению вышестоящей ВВК или суда гражданин может быть направлен на контрольное обследование и повторное освидетельствование.

Заключение ВВК действительно в течение года с момента освидетельствования, если иное не оговорено в этом заключении. Если заключение ВВК не реализовано или в состоянии здоровья освидетельствованного произошли изменения, дающие основания для пересмотра ранее вынесенного заключения, ВВК проводит повторное освидетельствование. Гражданин может обжаловать в вышестоящую ВВК или в суд вынесенное в отношении его заключение ВВК.

В соответствии с частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В силу части 2 статьи 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения. Аналогичные разъяснения даны в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении».

Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности. Признание обязательности таких решений направлено на обеспечение его стабильности и общеобязательности, а также на исключение возможного конфликта судебных актов.

Судом установлено, и это следует из материалов дела, что 11 сентября 1991 г. ФИО1, будучи сотрудником службы исполнения наказаний, получил травму.

14 сентября 1991 г. ФИО1 обратился за медицинской помощью, сообщив о получении <данные изъяты>.

30 сентября 1991 г. администрация учреждения ИЗ-65/1 г. Тамбова составила акт о том, что <данные изъяты> получена ФИО1 во время служебной командировки в г. Москве.

15 февраля 1994 г. ФИО1 был уволен из органов внутренних дел по статье 58 п. «К» Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утв. постановлением ВС РФ от 23 декабря 1992 г. № 4202-1, не относящейся к состоянию здоровья.

На основании заявления ФИО1 от 13 октября 2005 г. администрация УФСИН РФ по Тамбовской области провела служебную проверку об обстоятельствах получения им <данные изъяты>, составив заключение от 9 ноября 2006 г., по результатам которого признала полученную ФИО1 травму не связанной с исполнением служебных обязанностей.

Позднее - администрация УФСИН РФ по Тамбовской области провела дополнительную проверку обстоятельств получения ФИО1 травмы, по результатам которой составила заключение от 2 августа 2007 г. Ранее составленные заключение от 16 сентября 1991 г. и акт от 30 сентября 1991 г. были признаны недействительными. Однако полученная ФИО1 ЗЧМТ была признана не связанной с исполнением служебных обязанностей. Результаты служебной проверки ФИО1 оспорил в судебном порядке.

Решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 7 февраля 2008 г., вступившим в законную силу, было признано незаконным заключение УФСИН России по Тамбовской области от 2 августа 2007 г. по факту получения травмы ФИО1, и суд обязал ответчика в рамках дополнительной проверки по факту получения ФИО1 в сентябре 1991 года травмы опросить лиц, составлявших акт от 30 сентября 1991 г. об обстоятельствах составления данного акта.

Решением Октябрьского районного суда г. Тамбова от 19 марта 2009 г. признано незаконным заключение дополнительной служебной проверки УФСИН России по Тамбовской области от 10 июля 2008 г. по факту получения травмы ФИО1 на том основании, что не было исполнено решение Октябрьского районного суда г. Тамбова от 7 февраля 2008 г. в части опроса названных лиц; не проверены материалы личного дела ФИО1 и т.д.

17 ноября 2009 г. комиссия УФСИН России по Тамбовской области дала заключение о невозможности установления обстоятельств получения ФИО1 травмы в 1991 году в связи с неустранимыми в ходе служебной проверки противоречиями, а также отсутствием подтверждающих документов и достаточной свидетельской базы. ФИО1 разъяснено право обратиться в суд для установления факта, имеющего юридическое значение.

Решением Октябрьского районного суда города Тамбова от 10 марта 2010 г., вступившем в законную силу, ФИО1 отказано в признании незаконным заключения служебной проверки от 17 ноября 2009 г., признав за ним право на обращение в суд в порядке главы 27 ГПК РФ с заявлением об установлении факта несчастного случая, связанного с исполнением служебных обязанностей.

Решением Октябрьского районного суда города Тамбова от 25 августа 2011 г., вступившим в законную силу, установлен факт несчастного случая, произошедшего с ФИО1, 11 сентября 1991 г., во время нахождения в г. Москве в служебной командировке в виде получения травмы – «закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга», связанного с исполнением служебных обязанностей. ФИО1 отказано в изменении формулировки увольнения и в возложении на ВВК УВД Тамбовской области обязанности по выдаче заключения о невозможности прохождения военной службы с формулировкой «не годен к военной службе в связи с военной травмой».

В рамках вышеназванного гражданского дела проводилась судебная экспертиза, результаты которой ФИО1 не оспорил, и которые суд положил в основу принятого решения. Суд также учел преюдициальное значение предыдущих решений суда (приведенных выше).

По вступлению решения суда в законную силу военно-врачебная комиссия УВД Тамбовской области 21 октября 2011 г. составила новое заключение о причине, полученной ФИО1 травмы – «военная травма».

Таким образом, несколькими судебными решениями была дана оценка обстоятельствам получения ФИО1 травм, причинам ухудшения состояния его здоровья, а также всем заключениям ВВК ФГУЗ «МСЧ УВД по Тамбовской области», вынесенным в отношении ФИО1 до 2011 года.

То есть обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения данного спора, уже являлись предметом судебной оценки, соответственно, повторному доказыванию либо опровержению не подлежат. А, поскольку ФИО1 не представлено новых доказательств (помимо тех, которые ранее представлялись), то оснований для иных выводов в отношении оспариваемых им заключений ВВК, в рамках настоящего гражданского дела не имеется.

В силу статьи 7 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» медико-социальная экспертиза - признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма.

Медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев, разрабатываемых и утверждаемых в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Пунктами 12, 19, 20, 21, 22 Положения «О признании лица инвалидом», утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 1996 г. N 965 (утратило силу 7 марта 2006 г. в связи с изданием постановлением Правительства РФ от 20 февраля 2006 г. № 95), предусматривалось, что:

медико-социальная экспертиза лица проводится по его письменному заявлению либо письменному заявлению его законного представителя;

датой установления инвалидности считается день поступления в учреждение заявления гражданина о признании его инвалидом с прилагаемыми к нему документами; инвалидность I группы устанавливается на 2 года, II и III групп - на 1 год;

в случае отсутствия документов о профессиональном заболевании, трудовом увечье, военной травме и других обстоятельствах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, учреждение устанавливает, что причиной инвалидности является общее заболевание;

в случае признания лица инвалидом специалистами учреждения, проводившими медико-социальную экспертизу, в месячный срок разрабатывается индивидуальная программа реабилитации.

Пунктами 9, 11, 15, 24 Правил признания лица инвалидом, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 20 февраля 2006 г. N 95 (утратили силу с 1 января 2022 г. в связи с изданием постановления Правительства РФ от 5 апреля 2022 г.), предусматривалось, что:

инвалидность I группы устанавливается на 2 года, II и III групп - на 1 год;

в случае признания гражданина инвалидом - датой установления инвалидности считается дата поступления в бюро направления на медико-социальную экспертизу (заявления гражданина о проведении медико-социальной экспертизы);

инвалидность устанавливается до 1-го числа месяца, следующего за месяцем, на который назначено проведение очередной медико-социальной экспертизы гражданина (переосвидетельствования);

гражданин направляется на медико-социальную экспертизу медицинской организацией независимо от ее организационно-правовой формы, органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, либо органом социальной защиты населения с письменного согласия гражданина (его законного или уполномоченного представителя):

в случае, если медицинская организация, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, либо орган социальной защиты населения отказали гражданину в направлении на медико-социальную экспертизу, ему выдается справка, на основании которой гражданин имеет право обратиться в бюро самостоятельно. В этом случае, а также в случаях, предусмотренных пунктом 19 (4) Правил, медико-социальная экспертиза проводится по гражданина заявлению о проведении медико-социальной экспертизы, поданному в бюро.

Таким образом, приведенными пунктами Положения N 965 и Правил № 95 (действовавших в разное время до момента установления ФИО1 группы инвалидности по причине «военная травма» бессрочно) предусматривалось, что проведение медико-социальной экспертизы осуществлялось только на основании направления медицинского учреждения либо органа, осуществлявшего пенсионное обеспечение, органа социальной защиты населения; носило заявительный характер; датой установления инвалидности считается дата поступления направления на медико-социальную экспертизу и заявления гражданина о проведении медико-социальной экспертизы; на каждую группу инвалидности предусматривался определенный срок, и только по истечении определенного времени инвалидность устанавливалась бессрочно.

В целях единообразного применения формулировок причин инвалидности федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы при определении причин инвалидности в зависимости от обстоятельств наступления инвалидности, предусмотренных законодательством Российской Федерации, от которых зависит уровень пенсионного обеспечения инвалида, выплата компенсаций и предоставление различных льгот, постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 15 апреля 2003 г. N 17 были утверждены разъяснения «Об определении федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы причин инвалидности» (действовавшие на момент первичного обращения истца).

В пунктах 7, 20 Разъяснений указано, что, если увечье (ранение, травма, контузия), заболевание бывшего военнослужащего, ставшие причиной инвалидности, не упоминаются в заключении ВВК о причинной связи увечий (ранений, травм, контузий), заболеваний, то причина инвалидности устанавливается с формулировкой "общее заболевание". Причина инвалидности изменяется со дня представления в федеральное государственное учреждение медико-социальной экспертизы документов, подтверждающих обстоятельства возникновения увечий (ранений, травм, контузий), заболеваний, приведших к инвалидности.

По информации представленной врио руководителя – главного эксперта по МСЭ ФКУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» Минтруда России, и не оспоренной истцом, суд установил, что 25 ноября 2003 г. при проведении ФИО1 медико-социальной экспертизы во 2 составе Главного бюро МСЭ по Тамбовской области на основании направления на медико-социальную экспертизу от 24 ноября 2003 г., выданного ГУЗ «Тамбовский областной госпиталь для ветеранов войн», и заявления от 25 ноября 2003 г. ему впервые была установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности общее заболевание» сроком на 1 год на период с 25 ноября 2003 г. до 1 декабря 2004 г. (справка серии МСЭ-2001 № 3344984 от 25 ноября 2003 г.).

Поскольку на тот момент, документов, подтверждающих причину инвалидности «военная травма», не было предоставлено, то причина инвалидности была установлена - «общее заболевание», диагноз: Энцефалопатия сложного генеза (посттравматическая, гипертоническая) с частыми церебрально-сосудистыми кризами и астено-невротическим синдромом.

7 декабря 2004 г. на основании направления на медико-социальную экспертизу, выданного из ГУЗ «Тамбовский областной госпиталь для ветеранов войн» от 24 ноября 2004 г., и заявления ФИО1 при проведении медико-социальной экспертизы ему повторно была установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности «общее заболевание» сроком на 1 год с 1 декабря 2004 г. до 1 декабря 2005 г., была выдана справка серии МСЭ-2001 № 6258734 от 7 декабря 2004 г.

15 декабря 2005 г. при проведении медико-социальной экспертизы в филиале № 21 ФГУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» на основании направления на медико-социальную экспертизу из МЛПУ «Городская больница им. Арх. Луки» от 24 ноября 2005 г. и заявления ФИО1 от 28 ноября 2005 г. ему повторно была установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности - «общее заболевание» сроком на 1 год с 28 ноября 2005 г. до 1 декабря 2006 г., выдана справка серии МСЭ-2004 № 4845094 от 15 декабря 2005 г.

20 ноября 2006 г. при проведении медико-социальной экспертизы в филиале № 21 ФГУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» на основании направления на медико-социальную экспертизу из МЛПУ «Городская больница им. Арх. Луки» от 4 октября 2006 г. и заявления ФИО1 от 31 октября 2006 г. ему повторно была установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности - «общее заболевание» сроком на 1 год с 31 октября 2006 г. до 1 декабря 2007 г., была выдана справка серии МСЭ-2006 № 0010061744 от 20 ноября 2006 г.

1 февраля 2007 г. ФИО1 была проведена медико-социальная экспертиза в филиале № 21 ФГУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» с целью изменения причины инвалидности на основании его заявления от 26 декабря 2006 г., приказа № 239л/с от 15 апреля 1994 г., заключения ВВК № 221 от 18 декабря 2006 г. с причинной связью имеющихся заболеваний «получено в период военной службы». По результатам освидетельствования ему повторно установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности - «заболевание получено в период военной службы» в соответствии с заключением ВВК сроком на 1 год - до 1 декабря 2007 г., была выдана справка серии МСЭ-2006 № 0009930091 от 1 февраля 2007 г.

13 декабря 2007 г. при проведении медико-социальной экспертизы в филиале № 21 ФГУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» на основании направления на медико-социальную экспертизу из МЛПУ «Городская больница им. Арх. Луки» от 27 ноября 2007 г. и заявления ФИО1 от 28 ноября 2007 г. ему была повторно установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности - «заболевание получено в период военной службы» (в соответствии с заключением ВВК) с 28 ноября 2007 г. бессрочно, выдана справка серии МСЭ-2006 № 0009951458 от 13 декабря 2007 г.

На тот момент у него был диагноз: «<данные изъяты>».

Во всех указанных случаях переосвидетельствования ФИО1 им не было представлено документов, подтверждающих причину инвалидности - «военная травма».

9 ноября 2011 г. на основании заявления ФИО1 от 1 ноября 2011 г. бюро № 10 ФГУ «ГБ МСЭ по Тамбовской области» провело медико-социальную экспертизу - с целью изменения причины его инвалидности. Экспертиза проводилась на основании приказа № 239 л/с от 15 апреля 1994 г., заключения ВВК № 190 от 21 октября 2011 г. с указанием причинной связи имеющихся заболеваний «военная травма».

По результатам освидетельствования ФИО1 в соответствии с заключением ВВК была повторно установлена вторая группа инвалидности с причиной инвалидности - «военная травма» с 1 ноября 2011 г. - бессрочно, была выдана справка серии МСЭ-2011 № 2351147 от 1 февраля 2007 г. В последующем, как указал руководитель Бюро СМЭ, ФИО1 не обращался в учреждение медико-социальной экспертизы.

В связи с изложенным – суд приходит к выводу, что, поскольку до 2003 года (когда проводилось первое освидетельствование) из медицинской организации в бюро СМЭ не поступало направление ФИО1 на медико-социальную экспертизу (в том числе, для разработки индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида), равно как и не поступало заявление о проведении экспертизы от самого ФИО1, то, исходя из Положения N 965 и Правил № 95 (действовавших до момента установления ФИО1 группы инвалидности по причине «военная травма» бессрочно), суд не имеет законных оснований для возложения на ответчиков обязанности по установлению ему второй группы инвалидности по причине «военная травма» с 1994 года.

Оценивая действия Бюро СМЭ в части не указания причины инвалидности – «военная травма» в период, предшествовавший 1 ноября 2007 г., суд исходит из того, что до 2007 года в Бюро МСЭ не поступало документов ВВК, подтверждающих это обстоятельство. Следовательно, у бюро отсутствовали основания для указания такой причины в более ранние сроки.

Не имеется таких оснований и у суда, поскольку – ни решениями судов, ни заключениями ВВК (за исключением ВВК № 190 от 21 октября 2011 г.) такая причина в более ранние сроки не устанавливалась. Притом, что в период с 1994 по 2003 годы вопрос об установлении ФИО1 группы инвалидности последним не инициировался, и медицинская организация не усматривала оснований для формирования ему соответствующего направления. А, значит, до указанного времени у ФИО1 не имелось медицинских показаний для его освидетельствования на предмет установления инвалидности, и он с этим соглашался (доказательств обратному не представлено).

При этом следует учесть, что вышеприведенные положения предусматривали право гражданина - в случае несогласия с экспертным решением бюро медико-социальной экспертизы обжаловать его в главное бюро медико-социальной экспертизы, или в соответствующий орган социальной защиты населения; а решение учреждения - в суд. В данном случае – ни одно из экспертных решений, принятых Бюро МСЭ до 2007 года, ФИО1 в установленном порядке не обжаловал, следовательно, соглашался с ними.

Таким образом, суд не усматривает законных оснований для возложения на ответчиков обязанности по установлению ФИО1 группы инвалидности «военная травма» бессрочно, начиная с 1994 года; обязанности по направлению документов в Главное Бюро МСЭ Тамбовской области в Главное бюро МСЭ Тамбовской области и, как следствие, обязанности по выдаче ему программы реабилитации инвалида II группы – «военная травма, бессрочно». Соответственно, исковые требования ФИО1 в этой части подлежат отклонению.

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее Федеральный закон № 181-ФЗ) инвалид - лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты.

Социальная защита инвалидов - система гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества.

Социальная поддержка инвалидов - система мер, обеспечивающая социальные гарантии инвалидам, устанавливаемая законами и иными нормативными правовыми актами, за исключением пенсионного обеспечения.

Статьями 7, 8, 11 Федерального закона № 181-ФЗ (в ранее действовавшей редакции) предусмотрено, что медико-социальная экспертиза - признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма.

На федеральные учреждения медико-социальной экспертизы возлагаются: установление инвалидности, ее причин, сроков, времени наступления инвалидности, потребности инвалида в различных видах социальной защиты; разработка индивидуальных программ реабилитации, абилитации инвалидов.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида содержит как реабилитационные мероприятия, технические средства реабилитации и услуги, предоставляемые инвалиду с освобождением от платы в соответствии с федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, так и реабилитационные мероприятия, технические средства реабилитации и услуги, в оплате которых принимают участие сам инвалид либо другие лица или организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Статьей 11.1 Федерального закона № 181-ФЗ (в редакции ФЗ от 23 октября 2003 г. N 132-ФЗ) было предусмотрено, что к техническим средствам реабилитации инвалидов относятся устройства, содержащие технические решения, в том числе специальные, используемые для компенсации или устранения стойких ограничений жизнедеятельности инвалида. К иным средствам реабилитации относятся средства, используемые по тому же назначению, но не квалифицируемые в качестве технических средств.

Техническими средствами реабилитации инвалидов являются, в том числе - средства для передвижения (включая транспортные средства с ручным управлением, лошадей с упряжью и соответствующими гужевыми транспортными средствами (пункт утратил силу с 1 января 2005 г. на основании Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ).

Решение об обеспечении инвалидов техническими средствами реабилитации принимается при установлении медицинских показаний и противопоказаний.

В письме Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 15 сентября 2015 г. N 13-5/В-1367 разъяснено, что статьями 8 и 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» федеральным государственным учреждениям медико-социальной экспертизы предоставлено право разрабатывать инвалидам индивидуальные программы реабилитации (ИПР), в том числе определять: виды, формы, сроки и объем мероприятий по медицинской, социальной и профессиональной реабилитации.

ИПР может содержать как реабилитационные мероприятия, предоставляемые инвалиду с освобождением от платы в соответствии с федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, так и реабилитационные мероприятия, в оплате которых принимает участие сам инвалид либо другие лица и организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

При этом законодательством определено, что к техническим средствам реабилитации инвалидов относятся устройства, содержащие технические решения, в том числе специальные, используемые для компенсации или устранения стойких ограничений жизнедеятельности инвалида.

Транспортное средство не входит в Федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2005 г. N 2347-р, предоставляемых инвалидам бесплатно за счет средств федерального бюджета.

Вместе с тем транспортное средство является одним из видов реабилитации, поскольку, компенсируя ограниченные физические способности, в частности способность к передвижению, способствует социальной и профессиональной реабилитации инвалидов всех категорий, в том числе и детей-инвалидов, а также позволяет облегчить выполнение повседневных действий по уходу за инвалидом (ребенком-инвалидом). Медицинские показания для обеспечения инвалидов транспортными средствами определяются в соответствии с действующими Перечнями от 1969 и 1970 годов.

Что касается транспортных средств, то в соответствующую индивидуальную программу может быть внесено заключение о наличии медицинских показаний для приобретения инвалидом (ребенком-инвалидом) транспортного средства за собственный счет либо за счет других разрешенных

источников.

Подпунктом 19 пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 12 января 1995 г. N 5-ФЗ «О ветеранах» предусматривалось, что при наличии медицинских показаний (инвалидам войны I группы по зрению или без обеих рук - без медицинских показаний) бесплатное получение в пользование в качестве средства реабилитации транспортных средств, тип которых и срок пользования которыми устанавливаются Правительством Российской Федерации. При наличии противопоказаний к вождению транспортного средства инвалиду войны предоставляется право передать управление указанным транспортным средством другому лицу, проживающему с данным инвалидом в одном населенном пункте. При необходимости инвалиду войны могут быть бесплатно выделены вместо автомобиля лошадь с упряжью и соответствующее гужевое транспортное средство.

В дополнение к этому статьей 30 Федерального закона № 181-ФЗ от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» предусматривалось, что инвалиды, в том числе дети-инвалиды, достигшие пятилетнего возраста, имеющие соответствующие медицинские показания, обеспечиваются транспортными средствами (легковыми автомобилями, включая автомобили с ручным управлением, или мотоколясками).

Федеральным законом от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ подпункт 19 пункта 1 статьи 14 Федерального закона «О ветеранах» и статья 30 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» признаны утратившими силу с 1 января 2005 г.

С 1 января 2005 г. был введен в действие Федеральный закон от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ, в соответствии с которым был осуществлен переход к новой системе социальной поддержки граждан, в рамках которого были изменены

содержание и форма ранее установленных льгот и социальных гарантий.

Вместе с тем, статьей 152 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ предусмотрено, что в рамках длящихся правоотношений для лиц, у которых возникло до 1 января 2005 г. право на компенсации в натуральной форме или льготы и гарантии, носящие компенсационный характер, закрепленные в отменяемых настоящим Федеральным законом нормах, настоящий Федеральный закон не может рассматриваться как не допускающий реализацию возникшего в указанный период права на эти компенсации, льготы и гарантии в форме и размерах, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В развитие вышеприведенных положений федеральных законов Правительством Российской Федерации 6 сентября 2007 г. было принято постановление N 561 «Об обеспечении транспортными средствами за счет средств федерального бюджета инвалидов, поставленных до 1 января 2005 г. органами социальной защиты населения субъектов Российской Федерации на учет по обеспечению транспортными средствами» (утратило силу 1 октября 2008 г.).

Пунктом 1 Постановления N 561 было установлено, что транспортные средства - легковые автомобили предоставляются бесплатно за счет средств федерального бюджета инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий, а также участникам Великой Отечественной войны, ставшим инвалидами вследствие общего заболевания, трудового увечья или других причин (кроме лиц, инвалидность которых наступила вследствие их противоправных действий), имеющим медицинские показания на бесплатное получение автомобилей и впервые поставленным до 1 января 2005 г. органами социальной защиты населения субъектов Российской Федерации на учет по обеспечению автомобилями в соответствии с действовавшими до указанной даты законодательными и иными нормативными правовыми актами (далее - инвалиды).

Механизм исполнения возникших до 1 января 2005 г. обязательств Российской Федерации по обеспечению транспортными средствами бесплатно отдельных категорий инвалидов, которые до названной даты в этих целях были приняты на учет в органах социальной защиты населения субъектов Российской Федерации и стали участниками соответствующих правоотношений, был определен Указом Президента Российской Федерации от 6 мая 2008 г. N 685 «О некоторых мерах социальной поддержки инвалидов», а также постановлением Правительства Российской Федерации от 12 сентября 2008 г. N 670 «Об обеспечении транспортными средствами за счет средств федерального бюджета инвалидов, поставленных до 1 января 2005 г. органами социальной защиты населения субъектов Российской Федерации на учет по обеспечению транспортными средствами».

Однако названными нормативными актами, регламентирующими порядок исполнения возникших до 1 января 2005 г. обязательств Российской Федерации по обеспечению транспортными средствами бесплатно отдельных категорий инвалидов, возможность получения после 1 января 2005 г. некоторыми категориями инвалидов указанной льготы в натуральной форме была сохранена лишь при условии нахождения их на соответствующем учете в органах социальной защиты населения субъекта Российской Федерации по состоянию на 1 января 2005 г.

Таким образом, до 1 января 2005 г. такая мера социальной поддержки, как транспортное средство, предоставлялась: без медицинских показаний - исключительно инвалидам войны I группы по зрению или без обеих рук; а по медицинские показания, установленным соответствующими Перечнями - инвалидам ВОВ и инвалидам боевых действий, а также участникам ВОВ, ставшим инвалидами вследствие общего заболевания, трудового увечья или других причин, вставшим до указанного времени соответствующий учет в органах социальной защиты населения. Программа реабилитации инвалида может включать технические средства реабилитации, если эти устройства направлены на компенсацию ограниченных физических способностей (способность к передвижению), способствуют социальной и профессиональной реабилитации инвалидов, позволяет облегчить выполнение повседневных действий.

В данном случае судом установлено, и ничем не опровергнуто, что на момент вступления в силу Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ (1 января 2005 г.) ФИО1 не стоял в органах социальной защиты на учете для получения за счет средств федерального бюджета автомобиля. Следовательно, он не является участником длящихся правоотношений, названных в статье 153 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ, в рамках которых он мог бы получить бесплатно за счет средств федерального бюджета транспортное средство.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 20 апреля 2015 г. N 18-КГ15-22.

При такой ситуации – суд полагает, что, независимо от наличия либо отсутствия у ФИО1 на период до 1 января 2005 г. необходимых медицинских показаний - он не приобрел права на бесплатное получение транспортного средства на основании Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2008 г. N 685 «О некоторых мерах социальной поддержки инвалидов» и постановления Правительства Российской Федерации от 12 сентября 2008 г. N 670 «Об обеспечении транспортными средствами за счет средств федерального бюджета инвалидов, поставленных до 1 января 2005 г. органами социальной защиты населения субъектов Российской Федерации на учет по обеспечению транспортными средствами».

Объективных причин, которые препятствовали ФИО1 своевременно встать на учет для получения автомобиля, им не приведено и соответствующих доказательств не представлено. Что исключает восстановление ему срока для постановки на такой учет.

В настоящее время транспортное средство не входит в утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2005 г. N 2347-р Федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, которые

предоставляются инвалидам бесплатно за счет средств федерального бюджета.

Кроме того, в контексте программы реабилитации, у Бюро МСЭ не имелось доказательств наличия у ФИО1 таких медицинских показаний (исходя из заболеваний, указанных выше), которые явились бы поводом для назначения ему технического средства с той целью, чтобы компенсировать ему ограниченные физические способности, делавшие затруднительной способность к передвижению без такого технического средства, либо поспособствовать социальной и профессиональной реабилитации.

Заболевания, установленные у ФИО1 в спорный период времени, не входили в перечень заболеваний, установленный Перечнем медицинских показаний на получение инвалидами мотоколясок с ручным управлением (утв. Минздравом СССР 11 августа 1970 г.), который действует по настоящее время и в силу Приказа Минсоцобеспечения РСФСР от 28 июля 1982 г. N 72 распространяется на инвалидов Отечественной войны и других инвалидов из числа военнослужащих, а также инвалидов от общего заболевания, трудового увечья, профессионального заболевания, инвалидов с детства и др.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении требований о возложении обязанности по разработке индивидуальной программы инвалида с включением в неё средства реабилитации – автомобиля, обязанности по предоставлению ему автомобиля и других вытекающих из этого требований (заявленных в рамках данного дела).

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пунктах 25, 26, 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Поскольку суд не установил нарушения действиями (бездействием) ответчиков прав ФИО1 на получение мер социальной защиты (поддержки) и иных социальных гарантий; права на своевременное установление ему группы инвалидности, которые могли бы порождать его право на компенсацию морального вреда, то суд не усматривает оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

Поскольку суд в полном объеме отказывает ФИО1 в удовлетворении основных требований, то требование о возмещении судебных расходов, понесенных в связи с изготовлением копий документов и отправкой документов суду и сторонам также подлежит отклонению (в силу статьи 98 ГПК РФ).

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Министерству социальной защиты и семейной политики Тамбовской области, ФКУ «Главное Бюро МСЭ по Тамбовской области, ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тамбовской области», УМВД России по Тамбовской области – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд города Тамбова в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 30 апреля 2026 г.

Судья подпись Е.Ю. Нишукова