Апелляционное определение № 33-1008/2026 от 26 января 2026 г.

Судья Лянная О.С. УИД 38RS0036-01-2025-007732-88

Судья-докладчик Шишпор Н.Н. № 33-1008/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 января 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Шишпор Н.Н.,

судей Кулаковой С.А.,Герасимовой Я.В.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5438/2025 по исковому заявлению ФИО2 к акционерному обществу «Иркутская электросетевая компания» о взыскании неустойки, убытков, компенсации морального вреда, штрафа,

по апелляционной жалобе ФИО2

на решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 28 октября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 12 ноября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском, в обоснование которого указала, что Дата изъята между ней и ответчиком заключен договор Номер изъят об осуществлении технологического присоединения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес изъят> Согласно п.5 договора срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет Дата изъята со дня заключения договора, размер платы за технологическое присоединение составляет 36 277,03 руб.

Вместе с тем присоединение к электрическим сетям было осуществлено лишь Дата изъята В связи с длительным неисполнением АО «ИЭСК» обязательств по договору, ФИО2 была лишена возможности получения ипотеки по льготной программе, прекратившей свое существование к моменту фактического подключения. Кроме того, в связи с инфляцией, истцом были понесены убытки в связи с удорожанием цен на строительство.

На основании изложенного ФИО2 просила:

- взыскать с АО «ИЭСК» неустойку за нарушение сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренных договором от Дата изъята Номер изъят в размере 37 908,42 руб.;

- взыскать с АО «ИЭСК» убытки в размере разницы суммы процентов по кредиту в размере 6 000 000 руб.;

- убытки в размере увеличения стоимости строительства бани и коробки дома в размере 5 997 737,13 руб.;

- убытки в связи со снижением стоимости имущества для оплаты строительства в размере 2 291 768,50 руб.;

- компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.;

- штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Решением Свердловского районного суда г.Иркутска от 28 октября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 12 ноября 2025 года, исковые требования удовлетворены частично.

С АО «ИЭСК» в пользу ФИО2 взыскана неустойка за неисполнение обязательств по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям за период с Дата изъята по Дата изъята в размере 24 849,76 рублей, компенсация морального вреда 5 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 14 924,88 рублей, всего взыскано 44774,64 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к АО «ИЭСК» о взыскании неустойки за нарушение сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению в большем размере, убытков в виде разницы суммы процентов по кредиту в размере 6 000 000 рублей, убытков в виде увеличения стоимости строительства бани и «коробки» дома в размере 5 997 737,13 рублей, убытков в виде снижения стоимости имущества для оплаты строительства в размере 2 291 768,50 рублей, компенсации морального вреда в большем размере рублей отказано.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 - ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование указывает, что судом неверно определил период взыскания неустойки, поскольку не учтено, что срок для осуществления технологического присоединения истек Дата изъята , а не Дата изъята как было установлено судом.

Повторяя доводы иска, отмечает, что истец по вине ответчика, нарушившего срок технологического присоединения, была лишена возможности получить ипотечный кредит по льготной ставке на строительство жилого дома, поскольку одним из условий для получения данного кредита являлось наличие электроснабжения, по этим же причинам не был заключен договор строительного подряда; в настоящее время стоимость кредита, равно как и стоимость строительства жилого дома стали выше; кроме того, в счет оплаты строительных работ, истец намеревалась передать подрядчику имеющиеся у нее квартиры, стоимость которых в настоящее время стала меньше, что также является убытками.

Таким образом, вывод суда о том, что истцом фактически убытки не были понесены, в связи с чем, не подлежали взысканию с ответчика, является неверным и основан на неправильном толковании норм материального права.

Ответчиком представлены письменные возражения относительно доводов апелляционной жалобы.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц, чье извещение признано надлежащим.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Шишпор Н.Н., объяснения представителя истца, поддержавшего жалобу, представителя ответчика, полагавшего, что основания для отмены решения суда отсутствуют, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, а также законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ), с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого решения.

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, полномочия органов государственной власти на регулирование этих отношений, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики (в том числе производства в режиме комбинированной выработки электрической и тепловой энергии) и потребителей электрической энергии установлены Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон № 35-ФЗ).

Согласно абзацу 16 пункта 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ по договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

В свою очередь, заказчик вносит сетевой организации плату по договору об осуществлении технологического присоединения с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению, а также разрабатывает проектную документацию в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, и выполняет технические условия, касающиеся обязательств заказчика (пункт 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ).

В настоящее время действует порядок технологического присоединения, определенный Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861 (далее - Правила N 861).

В пункте 16.3 указанных Правил установлено, что обязательства сторон по выполнению мероприятий по технологическому присоединению в случае заключения договора с лицами, указанными пункте 14 этих Правил (физического лица в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 15 кВт, которые используются для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и электроснабжение которых предусматривается по одному источнику), распределяются следующим образом: заявитель исполняет указанные обязательства в пределах границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя; сетевая организация исполняет указанные обязательства (в том числе в части урегулирования отношений с иными лицами) до границ участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом,ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером Номер изъят, расположенного по адресу: <адрес изъят>

Судом установлено и подтверждается материалами настоящего гражданского дела, что Дата изъята между АО «ИЭСК» (сетевая организация) и ФИО2 (заявитель) заключен договор Номер изъят (далее – договор) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, по условиям которого сетевая организация принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя: хозяйственная постройка, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик: максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств 15 кВт; категории надежности: III (третья); класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение: 0,4 кВ.

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора (пункт 5 договора).

В силу пункта 6 договора сетевая организация обязуется надлежащим образом исполнить обязательства по настоящему договору, в том числе по выполнению возложенных на сетевую организацию мероприятий по технологическому присоединению (включая урегулирование отношений с иными лицами) до точки присоединения энергопринимающих устройств заявителя, указанные в технических условиях.

Сетевая организация обязуется не позднее 8 рабочих дней со дня проведения осмотра (обследования) указанного в абзаце 3 пункта 6 договора, с соблюдением срока, установленном пунктом 5 договора, осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям, фактический прием (подачу) напряжения и мощности, составить при участии заявителя акт об осуществлении технологического присоединения и направить его заявителю (пункт 6 договора).

Согласно п. 17 договора, сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку равную 0,25 процента от указанного общего размера платы за каждый день просрочки. При этом совокупный размер неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению Заявителем не может превышать размер неустойки, определенной в предусмотренном настоящим абзацем порядке за год просрочки.

Пунктом 10 договора предусмотрено, что размер платы за технологическое присоединение по договору составляет 36 277,03 руб.

Обязательства по внесению платы истцом исполнены Дата изъята г. в полном объеме.

Дата изъята истцом были выполнены технические условия, что подтверждается уведомлением о выполнении технических условий, выкопировкой из личного кабинета.

АО «ИЭСК» исполнило принятые на себя обязательства Дата изъята г., что подтверждается представленным суду актом допуска в эксплуатацию прибора учета электрической энергии от Дата изъята Номер изъят, согласно которого технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрической сети сетевой организации выполнено, заявитель претензий не имеет.

Установив, что ответчик нарушил срок исполнения обязательств, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст. 330, 331 Гражданского кодекса РФ, признав за истцом право на взыскание неустойки, предусмотренной п.17 договора, с представленным расчетом неустойки, выполненным за период с Дата изъята по Дата изъята , не согласился, указав, что неустойка подлежит исчислению не с момента уведомления о выполнении технических условий, а с момента окончания срока исполнения обязательств ответчика по технологическому присоединению, а именно с Дата изъята , учитывая, что срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет шесть месяцев со дня заключения договора, то есть до Дата изъята ; соответственно, период неустойки исчислен судом с Дата изъята по Дата изъята , что составило 24 305,61 руб. из расчета: 36277,03 руб.*0,25%*Номер изъят дней.

Разрешая ходатайство ответчика о применении положений ст.333 Гражданского кодекса РФ, оснований для уменьшения неустойки суд не усмотрел.

Установив, что в результате несоблюдения срока технологического присоединения нарушены прав истца как потребителя, руководствуясь ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», суд признал за истцом право на компенсации морального вреда, определив ее в размере 5 000 руб.

Руководствуясь пунктом 6 статьи 13 Закона РФ "О защите прав потребителей", определил подлежащий взысканию в пользу истца штраф в размере 14 924,88 руб.

С ответчика в доход соответствующего бюджета суд взыскал государственную пошлину в размере 7000 руб.

Разрешая требования истца о взыскании убытков в виде разницы суммы процентов по кредиту в размере 6 000 000 руб., убытков в размере увеличения стоимости строительства бани и коробки дома в размере 5 997 737,13 руб., убытков в связи со снижением стоимости имущества для оплаты строительства в размере 2 291 768,50 руб., суд установил, что в целях строительства жилого дома на земельном участке, указанном в договоре о технологическом присоединении, истец ФИО2 имела намерение заключить договор строительного подряда на условиях оплаты стоимости строительства за счет кредитных средств, а также за счет передачи имеющегося у нее имущества – двух квартир. Невозможность заключения договора строительного подряда на желаемых для нее условиях и как следствие возникновение убытков в виде увеличения стоимости строительства и стоимости кредита, истец связывает с нарушением ответчиком условий договора о технологическом присоединении.

Проверяя указанные доводы, суд установил, что в отношении ФИО2 (данные изъяты) было принято положительное решение о кредитовании на сумму 6 000 000 руб. со ставкой 3% на срок Номер изъят месяцев (10 лет) по программе «сельская ипотека».

Из доводов искового заявления следует, что в настоящее время программа «сельская ипотека» не действует, ФИО2 одобрен кредит ПАО Сбербанк по ставке 27,8%, при первоначальном взносе не менее 20%. Переплата по кредиту составляет 11 691 191 руб. Разница суммы уплаченных процентов составит 9 891 191 руб., что, по мнению истца, является убытками. Истец ограничивает размер требований в данной части суммой, необходимой для получения кредита в размере 6 000 000 руб.

В подтверждение размера убытков в размере увеличения стоимости строительства бани и коробки дома в размере 5 997 737,13 руб. истцом представлен предварительный договор от Дата изъята между ФИО2 и ФИО1 по условиям которого стороны договорились о заключении в будущем договора подряда на выполнение следующих работ: строительство бани в соответствии с проектом Номер изъят (данные изъяты)», строительство «коробки» жилого дома по проекту Номер изъят (данные изъяты)» на земельном участке с кадастровым номером Номер изъят.

Согласно п. 1.5 предварительного договора, основной договор должен быть заключен сторонами в срок не позднее 6 месяцев со дня подписания настоящего договора, продолжительность работ – не более 18 месяцев с даты подписания основного договора.

Стороны установили, что стоимость работ по строительству бани составляет 5 078 742,52 руб., стоимость строительства «коробки» жилого дома составляет 11 633 025,98 руб., итого общая стоимость составит 16 711 768,50 руб. (п. 2.1 предварительного договора).

В соответствии с п. 2 предварительного договора стороны установили, что расчет оплаты по основному договору будет производиться частично денежными средствам, для чего ФИО2 оформляет договор ипотечного кредитования в (данные изъяты) на сумму 6 000 000 руб. по программе «сельская ипотека», в счет оставшейся суммы 10 711 768,50 руб. ФИО2 передает ФИО1 в собственность из расчета 146 335,63 руб. за 1 кв.м. следующие объекты недвижимости, принадлежащие ей на праве собственности:

- квартира, расположенная по адресу: <адрес изъят>, площадью 38 кв.м., с кадастровым номером Номер изъят;

- квартира, расположенная по адресу: <адрес изъят>, площадью 35,2 кв.м., с кадастровым номером Номер изъят

Согласно п. 4.1 предварительного договора, настоящий договор вступает в силу момента его подписания сторонами и действует до окончания срока, указанного в п.1.5 настоящего договора.

Согласно информации, подготовленной ИП ФИО1 Дата изъята г., в соответствии с которым заключить договор подряда на условиях, предусмотренных предварительным договором от Дата изъята , не представляется возможным ввиду значительного увеличения стоимости работ, материалов, изменения налогового законодательства для ИП.

В дальнейшем ФИО2 обратилась в ООО «(данные изъяты) которое в письме (техническом задании) сообщило, что стоимость работ по строительству бани в пересчете в ценах по состоянию на 3 квартал 2025 года составляет 6 770 234,07 руб., стоимость работ по строительству дома – 15 939 271,56 руб., итого: 22 709 505,63 руб. Таким образом, разница в стоимости строительных работ по сравнению со стоимостью, определенной в предварительном договоре с ИП ФИО1 от Дата изъята г., составляет 5 997 737, 13 руб., исходя из расчета: 22 709 505,63 руб. - 16 711 768,50 руб. = 5 997 737,13 руб., что, по мнению истца, также является убытками ФИО2

Судом также установлено, что основной договор на строительство жилого дома и бани ФИО2 ни с ИП ФИО1, ни с иной подрядной организацией не заключала, денежные средства в счет оплаты строительства будущего жилого дома, бани она не вносила.

В подтверждение размера убытков в связи со снижением стоимости имущества для оплаты строительства в размере 2 291 768,50 руб. истцом представлены заключение оценщика ООО «(данные изъяты) от Дата изъята г. о рыночной стоимости квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят> - 4 420 000 руб., стоимость квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>, составляет 3 700 000 руб.; квартиру по адресу: <адрес изъят> ФИО2 продала по цене 4 000 000 руб. по договору купли-продажи от Дата изъята

Учитывая, что общая стоимость имущества, за счет которого истец планировала осуществить строительство, составляет 8 420 000 руб., тогда как по условиям предварительного договора подрядчик соглашался принять в счет оплаты квартиры, цена которых была определена в сумме 10 711 768,50 руб., разницу в размере 2 291 768,50 руб. (исходя из расчета: 10 711 768,50 руб. – 8 420 000 руб. = 2 291 768,50 руб.) истец определяет в качестве своих убытков.

Установив, что, несмотря на одобрение заявки, кредит в (данные изъяты) по льготной ставке 3% истец не оформила, договор строительства не заключала, суд первой инстанции, руководствуясь ст. ст.15, 393 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями о порядке их применения, содержащимися в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований о взыскании убытков.

Выводы суда подробно мотивированы, основаны на тщательном исследовании и оценке доказательств, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, доводами жалобы не опровергаются.

Доводы жалобы о том, что неустойка подлежит определению с момента, указанного в п. 6 договора, то есть по истечении 16 рабочих дней со дня получения уведомления заявителя о выполнении технических условий, то есть в данном случае с Дата изъята , отклонены.

Не соглашаясь с представленным истцом расчетом неустойки, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что неустойка подлежит взысканию за нарушение предельного срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению, то есть по истечении 6 месяцев со дня заключения договора. Установив, что договор заключен Дата изъята ( п.21 договора (учитывая, что в указанную дату произведена оплата в полном объеме), суд пришел к верному выводу о том, что по истечении 6 месяцев с указанной даты обязательство ответчика считается нарушенным, поэтому правильно произвел расчет неустойки с Дата изъята по Дата изъята .

Иные доводы жалобы, фактически сводящиеся к несогласию с выводами суда об отсутствии оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, основанием для отмены судебного акта не являются, так как основаны на иной оценке доказательств.

В силу статьи 393 Гражданского кодекса РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

По общему правилу, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.(п.1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ).

По смыслу норм ст. 15, п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие какого-либо элемента исключает ответственность.

Установив, что истец не реализовала право на получение кредита ни по льготной ставке, ни на каких-либо иных условиях, не заключила договор подряда на строительство жилого дома, судебная коллегия признает верными выводы суда об отсутствии оснований для квалификации указанных истцом сумм в качестве убытков, поскольку сами по себе нереализованные намерения истца на получение кредита и заключение договора подряда на желаемых условиях не могут быть отнесены к убыткам истца, причинно-следственная связь между допущенными ответчиком нарушениями условий договора и указанными истцом убытками также отсутствует. Противоположная позиция истца, основанная на собственной оценке доказательств, не свидетельствует о неправильности выводов суда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд надлежащим образом установил и оценил фактические обстоятельства дела, сослались на нормы права, подлежащие применению, в результате чего сделали обоснованный вывод о наличии оснований для удовлетворения иска. Все представленные в материалы дела доказательства оценены судами в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, соответствующие выводы изложены в оспариваемых судебных постановлениях, в дополнительной мотивировке не нуждаются. Доводы кассационной жалобы выводов суда не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними.

Приведенные доводы были предметом рассмотрения суда, получили надлежащую правовую оценку и свидетельствуют не о нарушении норм права, а о несогласии заявителя жалобы с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 28 октября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 12 ноября 2025 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

Н.Н. Шишпор

Судьи

С.А. К. Герасимова

Мотивированное апелляционное определение составлено 10.02.2026.