Решение № 2-429/2020 2-429/2020~М-160/2020 М-160/2020 от 19 ноября 2020 г. по делу № 2-429/2020

Дело № 2-429/20


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

город Светлогорск 20 ноября 2020 года

Светлогорский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Аниськова М.В.

при секретаре Никоненко И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искам ФИО1, ФИО2 к ООО «Ротонда», <ФИО>1 о признании договора аренды недействительным и применении последствий ее недействительности путем истребования имущества из чужого незаконного владения и взыскании доходов, полученных от его использования,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Ротонда». В исковом заявлении и в заявлении об уточнении иска (т.2 л.д. 82-84) указывала, что после смерти ФИО3, умершего <Дата>, нотариусом открыто наследственное дело. О праве на наследство заявила она и несовершеннолетняя дочь наследодателя <ФИО>1 Наследодатель ФИО3 был индивидуальным предпринимателем, вел предпринимательскую деятельность <Адрес> в кафе «Ротонда». В состав наследства вошли несколько квартир, нежилое здание кафе и земельный участок. Имущество, находящееся в кафе на момент смерти ФИО3 (денежные средства, мебель, посуда, инвентарь, товарные запасы, оборудование, имущественные права и обязанности) не были описаны нотариусом и им завладели посторонние лица. Кафе не прекращало работать после смерти ФИО3, помещение и все находящееся в нем имущество находится в пользовании ООО «Ротонда» без согласия наследников, без ведома органа опеки и попечительства. Всем имуществом завладел ответчик. На основании ст.ст. 303, 1103 ГК РФ просила истребовать из чужого незаконного владения наследственное имущество: открывшееся после смерти ФИО3 и обязать ООО «Ротонда» передать наследникам нежилое здание, в котором размещено кафе «Ротонда» и земельный участок с кадастровым номером <Данные изъяты> по адресу <Адрес>, имущество, находящееся в кафе на момент смерти ФИО3 (наличные денежные средства, мебель, посуда, инвентарь, товарные запасы и оборудование); взыскать с ООО «Ротонда» доходы, полученные в результате незаконного использования чужого имущества в размере 972000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО2, также к участию в деле привлечен орган опеки и попечительства- отдел опеки и попечительства над несовершеннолетними Комитета по образованию администрации ГО «Город Калининград».

В ходе рассмотрения дела ФИО1 увеличила свои исковые требования, предъявив иск также к <ФИО>1 (т.6 л.д. 123-130).

В исковом заявлении указывает, что в материалы дела представлен заключенный <ФИО>1 договор аренды спорного нежилого помещения от 09.12.2019 г., дополнительное соглашение к нему. Также подал заявление о принятии наследства ФИО2 Договор аренды является недействительной сделкой в силу ст. 168 ГК РФ, так как заключен в нарушение ст.ст. 1, 246, 980 и 981 ГК РФ. Принятое наследство принадлежит наследникам со дня открытия наследства. Распорядиться имуществом, находящимся в долевой собственности <ФИО>1 могла только при наличии соглашения с ней и ФИО2 Такого соглашения не было и договор нарушает её права и права ФИО2 Установленный договором размер арендной платы не соответствует рыночной оценки и нарушает собственные интересы несовершеннолетней <ФИО>1 Фактически ООО «Ротонда» денежные средства в счет арендной платы не перечислялись. Дополнительным соглашением ООО «Ротонда» освобождено не только от арендной платы за период с 28.03.2020 г. по 10.05.2020 г., но и от внесения коммунальных платежей, хотя кафе осуществляло деятельность в этот период. ООО «Ротонда» обязана возвратить полученное по договору аренды имущество и возместить собственникам стоимость его использования. Договор аренды подлежит прекращению на будущее время, а ответчик обязан возвратить собственникам нежилое здание и земельный участок, оборудование в кафе общей стоимостью 347800 рублей. ООО «Ротонда» извлекло неосновательное обогащение в результате использования в предпринимательской деятельности наследственного имущества ФИО3 Брошки, принадлежавшие ФИО3 выставлены ООО «Ротонда» на продажу и частично реализованы, о чем свидетельствует размещенная в Инстаграме информация. ООО «Ротонда» реализовало кофе Blaser, чай, печенье «кантуччи», банки с мармеладом, которые находились в кафе и принадлежали ФИО3 Согласно данным ККМ с 13.01.2020 г. по 24.07.2020 г. ООО «Ротонда» получило неосновательный доход 2 143 837,50 руб. Она и ФИО2 зарегистрировали право собственности на 1/3 доли в наследственном имуществе, однако, об условиях сделки они поставлены в известность только 16.09.2020 г. На основании ст.ст. 1, 10, 167, 168, 971, 980, 981, 1102, 1103, 1107 ГК РФ просит признать недействительным договор аренды от 09.12.2019 г. заключенный между ООО <Данные изъяты> (правопредшественник ООО «Ротонда») и <ФИО>1; признать недействительным дополнительное соглашение от 14.05.2020 г. к этому договору аренды; применить последствия недействительности ничтожной сделки и обязать ООО «Ротонда» освободить и возвратить собственникам нежилое здание КН <Данные изъяты> и земельный участок КН <Данные изъяты><Адрес> а также оборудование: посудомоечную машину HotpointAriston, витрину десертную, трёхдверный холодильник, индукционную плиту, кофе-машину Simonelli двухрожковую, набор Delonghi (компактную кофемашину, тостер, чайник), капсульную кофе-машину Gaggia, проигрыватель AudioTechnica; применить последствия недействительности ничтожных сделок и взыскать с ООО «Ротонда» в пользу собственников имущества 2 427 840 руб. по 876 559,16 руб. каждому, в том числе: за пользование нежилым помещением кафе «Ротонда» 285 840 руб. по 95280 руб. каждому; экономию на расходах по приобретению оборудования в собственность или в аренду 100 000 руб. по 33 333,33 руб. каждому; компенсацию за присвоенные и реализованные брошки 100 000 руб. по 33 333,33 руб. каждому; выручку от реализации кофе и чая, принадлежавших ФИО3 2 143 837,50 руб. по 714 612,50 руб. каждому.

Кроме того, ФИО2 обратился в суд с самостоятельным иском к ООО «Ротонда», <ФИО>1 (т. 6 л.д. 5-11). ФИО2 как наследник умершего ФИО3 по аналогичным основаниям просит, также как и ФИО1, признать недействительным договор аренды от 09.12.2019 г. заключенный между ООО <Данные изъяты> (правопредшественник ООО «Ротонда») и <ФИО>1; признать недействительным дополнительное соглашение от 14.05.2020 г. к этому договору аренды; применить последствия недействительности ничтожной сделки и обязать ООО «Ротонда» освободить и возвратить вышеуказанные нежилое здание и земельный участок <Адрес>, а также оборудование: посудомоечную машину, витрину десертную, холодильник, индукционную плиту, кофе-машину, компактную кофемашину, тостер, чайник, капсульную кофе-машину, проигрыватель; взыскать с ООО «Ротонда» в его пользу 876 559,16 руб. неосновательного обогащения (1/3), в том числе, за пользование нежилым помещением кафе «Ротонда» в размере 95 280 руб., экономию на расходах по приобретению оборудования в собственность или аренду в размере 33 333,33 руб., компенсацию за присвоенные и реализованные брошки в размере 33 333,33 руб., доход, вырученный за период с 13.01.2020 г. по 24.07.2020 г. в размере 714 612,5 руб.

Определением Светлогорского городского суда от 22 октября 2020 года гражданские дела по искам ФИО1 и ФИО2 соединены в одно производство (т. 6 л.д. 104, 105).

В судебном заседании ФИО1 поддержала свои исковые требования, по изложенным в иске основаниям, а также поддержала исковые требования ФИО2 Также истица направила в суд письменные пояснения по существу дела (т. 2 л.д. 232, 233).

Соистец ФИО2, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием своих представителей.

Представители ФИО1 и ФИО2- ФИО4, действующий на основании доверенностей (т. 1 л.д. 38-42, 227, 251, 252) и ФИО5, действующая на основании ордеров адвоката (т. 1 л.д. 222) в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования ФИО1, ФИО2 по изложенным в исках основаниям. ФИО5 представлены письменные пояснения по существу дела (т. 6 л.д. 168-172, т. 7 л.д. 30-34), которые она поддержала в судебном заседании.

Представитель ответчика ООО «Ротонда»- ФИО6, действующий на основании доверенности (т. 2 л.д. 185, 186) в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО2 по основаниям, изложенным в письменном отзыве и письменных пояснениях ответчика на исковые заявления (т. 2 л.д. 194-199, т. 6 л.д. 89-93, 179-188). Пояснил, что ООО «Ротонда» не возражает в части исковых требований о взыскании арендной платы за все время пользования зданием кафе в размере, предусмотренном договором аренды, и в соответствии со справочным расчётом арендной платы перечислила истцам и <ФИО>1 арендную плату на день рассмотрения дела по 1/3 каждому. Причитающаяся истцам арендная плата перечислена на депозитный счет Управления судебного департамента в Калининградской области.

Соответчик <ФИО>1 и её законный представитель ФИО7, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились, направив для участия в деле своего представителя. Представитель <ФИО>1- ФИО8, действующий на основании доверенности (т. 1 л.д. 113, 114), в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО2 Полагает, что права несовершеннолетней <ФИО>1 заключением договора аренды с ООО «Ротонда» нарушены не были. После смерти ФИО3 <Дата> между ФИО1 и несовершеннолетней <ФИО>1 в лице её законного представителя ФИО7, а также с участием ФИО4 и управляющей кафе <ФИО>17 проходили встречи, на которых наследники договорились предварительно о разделе наследственного имущества. Предполагалось, что ФИО2 не будет вступать в наследство. ФИО1 утверждала, что ей не нужно кафе и была заинтересована в получении другого имущества, говорила, что кафе должно остаться <ФИО>1. У него, как у представителя <ФИО>1 была полная уверенность, что стороны договорились и другие наследники не будут претендовать на кафе. Был создан чат в мессенджере Вотсап, в котором стороны обсуждали вопросы по разделу наследства. В декабре 2019 года <ФИО>1 действительно заключила договор аренды здания кафе с ООО «Ротонда», так как считала, что другие наследники против этого не возражают. В январе 2020 года в Калининград приезжал супруг ФИО1, встречался с ним и с ФИО4 и подтвердил, что кафе им не нужно, пусть остается <ФИО>1. Однако, в дальнейшем между наследниками возник спор в отношении раздела имущества, ФИО1 настроила ФИО2 против <ФИО>1. <ФИО>1 вступила в наследство, но свое право собственности на 1/3 долю наследства еще не зарегистрировала. Она не требует взыскания в свою пользу с ООО «Ротонда» каких-либо денежных средств. Истцы хотят взыскать с ООО «Ротонды» полученную выручку, не участвуя в расходах, связанных с деятельностью кафе. При этом, доказательств того, что имущество, находившееся в кафе, являлось собственностью ФИО3, не представлено. Ему известно, что часть этого оборудования покупал ФИО4

Ранее представителем <ФИО>1 был представлен письменный отзыв на первоначальные исковые требования ФИО1 (т. 2 л.д. 122-125).

Третье лицо- нотариус Пионерского нотариального округа Калининградской области ФИО9, просила рассмотреть дело без её участия.

Представитель органа опеки и попечительства- Комитета по образованию администрации ГО «Город Калининград», ФИО10, действующий на основании доверенности (т. 6 л.д. 178), в судебном заседании дал заключение о том, что имущественные права несовершеннолетней <ФИО>1 при разделе наследства, а также в связи со сдачей в аренду здания кафе, входящего в состав наследства, не нарушены.

Представитель органа опеки и попечительства администрации Пионерского городского округа просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства и дав им оценку, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 и ФИО2 подлежат частичному удовлетворению.

Судом установлено, что ФИО3, <Дата> рождения, был зарегистрирован и проживал по адресу: <Адрес> (т. 1 л.д. 14).

<Дата> ФИО3 умер, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1 л.д. 85).

После его смерти нотариусом Пионерского нотариального округа Калининградской области ФИО9 в связи с подачей наследниками заявлений о принятии наследства было заведено наследственное дело <№> (т. 1 л.д. 71-210).

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Из материалов представленного нотариусом электронного образа наследственного дела следует, что завещание ФИО3 не оставил.

Наследниками по закону первой очереди, согласно ч. 1 ст. 1142 ГК РФ являются дети, супруг и родители наследодателя.

В установленный законом шестимесячный срок с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО3 к нотариусу обратились три наследника по закону первой очереди: мать наследодателя ФИО1 (т. 1 л.д. 73, 74), несовершеннолетняя дочь наследодателя <ФИО>1, <Дата> рождения (т. 1 л.д. 75, 76), отец наследодателя ФИО2 (т.1 л.д. 78-82). Родство указанных лиц по отношению к умершему ФИО3 подтверждается представленными документами (т. 1 л.д. 203-209).

Сведений о наличии других наследников ФИО3 не имеется.

Также из материалов наследственного дела следует, что на момент смерти ФИО3 принадлежало различное недвижимое имущество, денежные средства и другое имущество.

Права ФИО3 на недвижимое имущество зарегистрированы в ЕГРН (т. 1 л.д. 124-128).

Между наследниками возник спор относительно раздела наследства, оставшегося после смерти ФИО3 В настоящее время в производстве Светлогорского городского суда Калининградской области находится гражданское дело <№> по иску ФИО1, ФИО2 к <ФИО>1 о выделе доли в натуре в праве общей долевой собственности, встречному исковому заявлению <ФИО>1 к ФИО1, ФИО2 о выделе в натуре объектов в праве общей долевой собственности, решение по которому судом еще не принято.

При этом, нотариусом всем наследникам выданы свидетельства о праве на наследство на имущество ФИО3 по 1/3 доли каждому. Истцы ФИО1 и ФИО2 зарегистрировали права на свои доли недвижимого имущества.

Свидетельства о праве на наследство по закону в отношении спорного имущества выдано нотариусом истцам 09 июня 2020 года (т. 2 л.д. 68-71).

Спор относительно размера долей каждого из наследников в наследстве ФИО3 между наследниками отсутствует.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

Днем открытия наследства является день смерти гражданина (п. 1 ст. 1114 ГК РФ).

В силу положений ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять (пункт 1). Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось (пункт 2). Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации (пункт 4).

В соответствии с п. 1 ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В силу п. 1 ст. 1162 ГК РФ свидетельство о праве на наследство выдается по месту открытия наследства нотариусом или уполномоченным в соответствии с законом совершать такое нотариальное действие должностным лицом. Свидетельство выдается по заявлению наследника. По желанию наследников свидетельство может быть выдано всем наследникам вместе или каждому наследнику в отдельности, на все наследственное имущество в целом или на его отдельные части.

Согласно ст. 1164 ГК РФ при наследовании по закону, если наследственное имущество переходит к двум или нескольким наследникам, и при наследовании по завещанию, если оно завещано двум или нескольким наследникам без указания наследуемого каждым из них конкретного имущества, наследственное имущество поступает со дня открытия наследства в общую долевую собственность наследников.

В соответствии со ст. 1167 ГК РФ при наличии среди наследников несовершеннолетних, недееспособных или ограниченно дееспособных граждан раздел наследства осуществляется с соблюдением правил статьи 37 настоящего Кодекса. В целях охраны законных интересов указанных наследников о составлении соглашения о разделе наследства (статья 1165) и о рассмотрении в суде дела о разделе наследства должен быть уведомлен орган опеки и попечительства.

Таким образом, все наследственное имущество ФИО3 с момента открытия наследства, то есть с <Дата>, поступило в общую долевую собственность трёх его наследников: ФИО1, ФИО2 и несовершеннолетней <ФИО>1

В то же время, судом установлено, что часть наследственного имущества ФИО3 после его смерти в нарушение закона и в нарушение прав истцов было передано в пользование другому лицу.

Так, до момента своей смерти ФИО3 осуществлял деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом его деятельности являлось- деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания, что подтверждается выпиской из ЕГРИП (т. 1 л.д. 8-11).

На основании договора купли-продажи земельного участка и нежилого помещения от 17.07.2015 года ФИО3 являлся собственником нежилого здания площадью 39,4 кв.м., кадастровый номер <Данные изъяты> и земельного участка площадью 235 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов- эксплуатация и обслуживание нежилого здания (торговый павильон), кадастровый номер <Данные изъяты>, расположенных по адресу: <Адрес>, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права (т. 1 л.д. 12, 13).

Указанные нежилое здание и земельный участок входят в состав наследства ФИО3 и на них по изложенным выше основаниям со дня открытия наследства возникло право общей долевой собственности ФИО1, ФИО2, <ФИО>1- по 1/3 доли у каждого.

Государственная регистрация права собственности ФИО1 и ФИО2 по 1/3 доли за каждым на спорные нежилое здание и земельный участок осуществлена в ЕГРН 11 июня 2020 года, что подтверждается выписками из ЕГРН (т. 2 л.д. 85-100).

Нежилое здание площадью 39,4 кв.м. <Адрес> использовалось ФИО3 в его предпринимательской деятельности для организации кафе «Ротонда», что не оспаривается ответчиками и подтверждается информацией рекламного характера в сети Интернет (т. 1 л.д. 23-34).

Но, несмотря на то, что истцы ФИО1 и ФИО2 с <Дата> являются сособственниками указанного нежилого здания и земельного участка, они лишены возможности пользоваться этим имуществом, в частности, извлекать из него доход.

09 декабря 2019 года между <ФИО>1, действующей с согласия своей матери ФИО11, и ООО <Данные изъяты> был заключен договор аренды недвижимого имущества, по условиям которого <ФИО>1 (арендодатель) обязуется передать во временное владение и пользование ООО <Данные изъяты> (арендатор) торговый павильон (нежилое здание) общей площадью 39,4 кв.м., расположенное по адресу: <Адрес>, расположенное на земельном участке площадью 235 кв.м., а арендатор обязуется принять указанное имущество и вносить арендодателю арендную плату в размере и порядке, определенными договором (т. 2 л.д. 200-202).

Договор подписан несовершеннолетней <ФИО>1 с согласия своей матери ФИО7, которая также расписалась в договоре в подтверждение своего согласия на заключение сделки.

Пунктом 1.3. договора аренды предусмотрено, что здание передается в целях использования его в качестве кафе и розничных продаж, целевое использование является существенным условием договора.

Согласно пункта 4.1. договора аренды размер ежемесячной арендной платы за использование объекта аренды составляет сумму из расчета 20 000 рублей за каждый полный месяц, при этом, арендная плата за май-сентябрь уплачивается в повышенном размере и составляет 30 000 рублей в месяц.

Арендная плата начисляется с 01.01.2020 года (пункт 4.2. договора аренды).

Пунктами 6.1. и 6.2. договора предусмотрено, что аренда по настоящему договору начинается с 01 января 2020 года. Настоящий договор заключен на неопределенный срок.

Фактически ООО <Данные изъяты> начало использовать предоставленное в аренду нежилое здание с 01 января 2020 года, что в судебном заседании подтвердил представитель ООО «Ротонда».

09 января 2020 года ООО <Данные изъяты> изменило название на ООО «Ротонда», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ (т. 1 л.д. 15-20).

14 мая 2020 года между <ФИО>1, действующей с согласия своей матери ФИО11, и ООО «Ротонда» заключено соглашение <№> к договору от 09.12.2019 г. аренды недвижимого имущества, согласно которого название арендатора во взаимоотношениях изменено на ООО «Ротонда»; в связи с введением с 28 марта 2020 года на территории Калининградской области режима повышенной готовности, а также в связи с временным запретом деятельности кафе и введением режима самоизоляции для граждан, деятельность арендатора с 28 марта по 10 мая 2020 года временно приостановлена и арендатор освобождается от арендной платы за этот период (т. 2 л.д. 203).

С 01 января 2020 года до настоящего времени ООО «Ротонда» в соответствии с условиями договора аренды недвижимого имущества использует нежилое здание <Адрес> в качестве кафе и ведет в нем свою деятельность.

Суд считает, что доводы истцов о ничтожности договора аренды недвижимого имущества от 09.12.2019 г. являются обоснованными.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу положений ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2). Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время (п. 3).

Заключенная между <ФИО>1 и ООО «Ротонда» сделка нарушает требования закона.

В соответствии со ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

По договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение (п. 1 ст. 650 ГК РФ).

Право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду (ст. 608 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

В соответствии с п. 1 ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников.

Таким образом, недвижимое имущество, находящееся в долевой собственности, может быть сдано в аренду только по соглашению всех участников долевой собственности, либо одни сособственники должны передать другому сособственнику соответствующие правомочия.

Очевидно, что такого соглашения в данном случае достигнуто не было, и <ФИО>1 передала общее недвижимое имущество в аренду без согласия других сособственников- наследников ФИО3 первой очереди по закону, и не будучи ими управомоченной.

Указание во вводной части договора аренды недвижимого имущества на то, что <ФИО>1 действует также по поручению своей бабушки ФИО1, является формальным.

Никакого юридически оформленного поручения ФИО1 на передачу нежилого здания кафе в аренду <ФИО>1 или её законному представителю не давала, полномочий действовать от своего имени не предоставляла, сделку не одобрила.

Доказать обратное ни <ФИО>1, ни ООО «Ротонда» не могут.

То, что вскоре после открытия наследства между двумя наследниками велись обсуждения возможных вариантов раздела наследства, не свидетельствует о том, что ФИО1 дала согласие на сдачу общего наследственного имущества в аренду третьим лицам.

Напротив, 05 февраля 2020 года представитель ФИО1- ФИО4, обратился к нотариусу ФИО9 с заявлением о принятии мер к охране наследственного имущества в виде земельного участка и нежилого здания <Адрес>, которое находится в пользовании неустановленных лиц без согласия наследников. Также ФИО4 обратился в администрацию Пионерского городского округа с заявлением о нарушении имущественных прав несовершеннолетней <ФИО>1 (т. 1 л.д. 91-95).

То, что никакого конкретного соглашения с ФИО1 о передаче кафе и земельного участка в аренду достигнуто не было, подтверждается и представленной истицей перепиской в созданной в сети Вотсап, которая велась ФИО1 и представителями в декабре 2019 и в январе 2020 года (т. 7 л.д. 9-19).

Кроме того, <ФИО>1 и её представителям было известно, что имеется третий наследник первой очереди по закону- ФИО2, поскольку о таком наследнике в своем заявлении нотариусу от 27.11.2019 г. прямо указала ФИО1

Между тем, согласие ФИО2 на передачу нежилого здания с земельным участком в аренду ответчик <ФИО>1 вообще не спрашивала, хотя на тот момент ФИО2 не отказывался от полагающегося ему наследства.

Кроме того, в пункте 1.6 договора аренды недвижимого имущества от 09.12.2019 г. указано, что нежилое здание и земельный участок являются наследственным имуществом ФИО3 и свои права собственности на наследство два наследника оформят только после 20 мая 2020 года.

В соответствии с п. 2 ст. 37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

Таким образом, с учетом требований ст. 1167 ГК РФ, поскольку объекты аренды являлись наследственным имуществом, раздел которого еще не был произведен, передача этих объектов в аренду несовершеннолетним наследником могла быть осуществлена только с предварительного разрешения органа опеки и попечительства.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что договор аренды недвижимого имущества от 09.12.2019 года и дополнительное соглашение к нему от 14.05.2020 года являются недействительными (ничтожными) сделками и должны быть применены последствия их недействительности в виде возложения на ООО «Ротонда» обязанности освободить объекты аренды: нежилое здание и земельный участок, расположенные по адресу: <Адрес>.

Тем самым, действие договора аренды недвижимого имущества от 9 декабря 2019 года прекращается на будущее время.

Кроме того, ответчик ООО «Ротонда» обязано также возвратить собственникам- наследникам ФИО3, и все оборудование, являвшееся принадлежностью здания кафе на момент передачи его в аренду.

Истцам ФИО1 и ФИО2 не известно достоверно, какое именно принадлежавшее наследодателю оборудование находилось в кафе на момент его смерти.

Но то, что оборудование, необходимое для функционирования кафе в переданном ООО «Ротонда» нежилом здании находилось, ни кем не оспаривается.

В своем письменном отзыве на исковое заявление ответчик ООО «Ротонда» прямо признает, что вместе со зданием ответчику было передано следующее имущество, находившееся в здании на 1 января 2020 года: 6 круглых столиков и 12 стульев; встроенная посудомоечная машина HotpointAriston, витрина десертная, трехдверный холодильник «Горизонт», индукционная электро-плита, кофе-машина Simonelli двухрожковая, кассовый терминал АТОЛЛ, набор Delonghi (компактная бытовая кофе-машина, тостер, чайник), капсульная кофемашина Gaggia, проигрыватель виниловых пластинок AudioTechnica (т. 2 л.д. 195, 196).

Доводы ответчиков о том, что указанное имущество могло принадлежать другим лицам, а не ФИО3 ни на чем не основаны.

В наследственном деле никто из кредиторов ФИО3 не заявил о наличии у наследодателя обязательств по уплате денежных средств за полученное оборудование или о возврате этого оборудования.

В судебном порядке также никем подобные требования к наследникам не заявлены.

При таких обстоятельствах, оснований полагать, что находившееся в здании кафе имущество не принадлежало ФИО3, который осуществлял в этом здании свою предпринимательскую деятельность, не имеется.

В связи с признанием недействительной сделкой договора аренды недвижимого имущества и возложения на ООО «Ротонда» обязанности освободить нежилое здание по адресу: <Адрес>, которое было передано в аренду с целевым назначением использования его в качестве кафе и розничных продаж, суд полагает, что на основании ст. 301 ГК РФ ООО «Ротонда» обязано передать наследникам ФИО3 указанные посудомоечную машину, витрину десертную, трехдверный холодильник, индукционную плиту, кофе-машину, набор Delonghi (компактная бытовая кофе-машина, тостер, чайник), капсульную кофемашину, музыкальный проигрыватель, которые также использовались для деятельности кафе.

В то же время, суд полагает, что требования истцов о взыскании с ООО «Ротонда» неосновательного обогащения в общей сумме 2 427 840 рублей подлежат удовлетворению только в части платы за пользование нежилым помещением.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2).

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (п. 1).

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2).

В силу п. 1 ст. 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Таким образом, истцы вправе требовать взыскания с ООО «Ротонда» неосновательного обогащения, полученного в результате неправомерного пользования наследственным имуществом, включая доходы, которые ответчик извлек или должен был извлечь из пользования таким имуществом.

Для ООО «Ротонда» должно было быть очевидным, что незаконность пользования имуществом возникла с 01 января 2020 года, поскольку в договоре аренды недвижимого имущества от 09.12.2019 г. прямо указано, что нежилое помещение и земельный участок являются наследством, права на которое к тому времени заявили только два наследника, а срок для принятия наследства не истек, остальные наследники стороной договора не являлись, своего согласия на сдачу имущества в аренду не давали, условия аренды (включая размер арендной платы) не обсуждали и не согласовывали.

Таким образом, суд считает, что неосновательное обогащение возникло с 01.01.2020 года.

Судом установлено, что ООО «Ротонда» с 01 января 2020 года арендную плату за пользование нежилым зданием и земельным участком в соответствии с условиями договора аренды не вносило.

Доказательств того, что арендодатель <ФИО>1 ежемесячно получала арендную плату в размере, предусмотренном договором, суду не представлено.

Более того, ООО «Ротонда» не оспаривает, что арендная плата за пользование имуществом, действительно, не вносилась. Признавая данное обстоятельство, ООО «Ротонда» в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела перечислило на депозитный счет Управления судебного департамента в Калининградской области арендную платы, исходя из размера, предусмотренного договором аренды (т. 6 л.д. 86-88, 189-195, т. 7 л.д. 1-6).

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что у ООО «Ротонда» за счет истцов возникло неосновательное обогащение в размере не выплаченной арендной платы за пользование имуществом в размере, соответствующем доли истцов в наследстве.

Требования ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения также в пользу <ФИО>1 не могут быть удовлетворены, поскольку <ФИО>1 в лице своего законного представителя обладает собственной процессуальной дееспособностью, но ни каких исковых требований к ООО «Ротонда» она не предъявила, а ФИО1 не обладает процессуальным правом предъявлять исковые требования в интересах своей внучки. Напротив, ФИО1 указала <ФИО>1 в качестве ответчика по делу.

Следовательно, из общей суммы арендной платы, которая была сэкономлена ООО «Ротонда» за период с 01 января 2020 года, 1/3 доля подлежит взысканию в пользу ФИО1 и 1/3 доля в пользу ФИО2

Определяя размер неосновательного обогащения в виде арендной платы, невыплаченной ООО «Ротонда», суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ ответчик должен возвратить ФИО1 и ФИО2 только то неосновательное обогащение, которое он получил (сберег) именно за счет этих потерпевших, а не то, что является неисполненным по сделке с <ФИО>1

Истцы ФИО1 и ФИО2 не являлись сторонами договора аренды, заключенного между <ФИО>1 и ООО «Ротонда» и действия этого договора, в том числе о размере арендной платы и об освобождении от арендной платы в период с 28 марта по 10 мая 2020 года на них не распространяются.

Судом договор аренды недвижимого имущества от 09 декабря 2019 г. признается недействительной сделкой, поэтому, определенная договором арендная плата не может быть использована для расчета размера неосновательного обогащения.

В соответствии с п. 1 ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.

Согласно п. 2 ст. 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Исходя из этого, суд полагает, что размер неосновательного обогащения ООО «Ротонда» должен быть определен исходя из рыночной стоимости права аренды нежилого здания и земельного, которыми пользовалось ООО «Ротонда».

В ходе рассмотрения дела стороны не просили о проведении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости арендной платы, поскольку истцы ФИО1 и ФИО2 согласились с результатами оценки, представленной <ФИО>1

Так, согласно отчета <№> от 08 июня 2020 года, составленного специалистами ООО «Декорум», рыночная стоимость права аренды нежилого здания, расположенного на земельном участке по адресу: <Адрес>, - величина ежемесячной арендной платы, составляет 31 760 рублей (т. 2 л.д. 127-154).

Данный отчет выполнен по заказу представителя <ФИО>1 и с такой оценкой рыночной стоимости права аренды согласились ФИО1 и ФИО2 При составлении отчета специалистом были осмотрены предмет оценки- кафе и земельный участок, произведено сравнение объектов аренды <Адрес>. Оснований не доверять сделанному в отчете выводу о рыночном размере величины ежемесячной арендной платы у суда не имеется.

Следовательно, за 9 месяцев с января по сентябрь 2020 года (как просят истцы в заявленных исковых требованиях) ООО «Ротонда» должна была выплатить арендную плату в размере 285 840 рублей (31760 х 9).

Каждому из истцов полагается по 1/3 от этой суммы. 285840 / 3 = 95280. То есть, в пользу ФИО1 и ФИО2 с ООО «Ротонда» должно быть взыскано по 95 280 рублей в качестве неосновательного обогащения.

В остальной части суд не может согласиться с исковыми требованиями ФИО1 и ФИО2 по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 303 ГК РФ при истребовании имущества из чужого незаконного владения собственник вправе также потребовать от лица, которое знало или должно было знать, что его владение незаконно (недобросовестный владелец), возврата или возмещения всех доходов, которые это лицо извлекло или должно было извлечь за все время владения; от добросовестного владельца возврата или возмещения всех доходов, которые он извлек или должен был извлечь со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения или получил повестку по иску собственника о возврате имущества.

Владелец, как добросовестный, так и недобросовестный, в свою очередь вправе требовать от собственника возмещения произведенных им необходимых затрат на имущество с того времени, с которого собственнику причитаются доходы от имущества.

Также, п. 1 ст. 1107 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Таким образом, данными законоположениями предусмотрено два способа расчета дохода, который собственник может потребовать у недобросовестного владельца: доход, который недобросовестный владелец действительно извлек; доход, который недобросовестный владелец должен был бы извлечь. Второй способ расчета зависит от использования имущества в нормальном обороте, то есть сколько бы средний участник оборота извлек бы из пользования этим имуществом.

Из этого следует, что предметом доказывания является факт использования имущества недобросовестным владельцем, размер возможных доходов за время владения имуществом.

В обоснование своих исковых требований истцы указывают на то, что от реализации брошек, принадлежавших ФИО3, после его смерти ООО «Ротонда» получен доход в размере 100 000 рублей. А также, до представленным суду данным контрольно-кассовой машины за период с 13.01.2020 г. по 24.07.2020 г. ООО «Ротонда» получены денежные средства в размере 2 143 837,50 рублей.

Между тем, ни каких объективных и достаточных доказательств наличия в переданном ООО «Ротонда» здании кафе каких-либо брошек, принадлежавших ФИО3 суду не представлено. Отсутствуют данные о наименовании брошек, их производителе, материале, из которого они были сделаны и другие сведения об этих изделиях, сведения об их количестве, стоимости. Отсутствуют доказательства того, что именно ООО «Ротонда» в помещении кафе осуществляло предпринимательскую деятельность по реализации этих брошек.

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 в этой части фактически основаны на предположениях и, отчасти, на объявлениях рекламного характера в сети Интернет, достоверность которых не подтверждена.

Суд не может признать доказанным, что ООО «Ротонда» были реализованы принадлежавшие ФИО3 брошки, и от их реализации получен доход в размере 100 000 рублей.

Что касается дохода от основной деятельности кафе, то действительно, на запрос суда УФНС России по Калининградской области было сообщено, что ООО «Ротонда» имеет одну единицу контрольно-кассовой техники: модель АТОЛ 150Ф заводской номер <Данные изъяты>, зарегистрированную в налоговых органах 12.01.2020 года по адресу: <Адрес>. Ранее эта же ККТ была зарегистрирована по тому же адресу за ИП ФИО3 (т. 2 л.д. 118).

Согласно ответа оператора фискальных данных ООО <Данные изъяты> представлена информация о расчетах, произведенных ООО «Ротонда» с применением контрольно-кассовой техники заводской номер <Данные изъяты> за период по 24.07.2020 года (т. 2 л.д. 172-174).

Из указанной информации о расчетах с использованием контрольно-кассовой техники следует, что всего за период с 13.01.2020 г. по 24.07.2020 г. ООО «Ротонда» в здании кафе были получены от потребителей денежные средства в общей сумме 2 143 837,50 рублей.

Однако, суд не может согласиться с тем, что указанные денежные средства, полученные от потребителей, в полном объеме являются доходом недобросовестного владельца, который должен быть выплачен собственникам имущества в качестве неосновательного обогащения.

По смыслу статей 303 и 1107 ГК РФ, под доходом понимаются не любые абстрактно определяемые поступления, которые могли быть получены при эксплуатации того или иного имущества, а те поступления, которые либо не могли не быть приобретены в силу особенностей имущества, либо для получения которых имелись конкретные предпосылки в виде уже заключенных договоров, сложившейся и приносящей стабильные результаты практики его эксплуатации.

В то же время, истцами не представлено ни каких доказательств того, а какую именно прибыль от деятельности кафе получал сам ФИО3 до момента своей смерти, при том, что он являлся собственником здания, а не его арендатором, как ответчик.

В материалах наследственного дела имеются доказательства того, что у ФИО3 существовала кредиторская задолженность перед поставщиками кофе и других товаров- ООО <Данные изъяты>, ООО <Данные изъяты>. Претензии кредиторов приобщены к материалам наследственного дела.

Несмотря на утверждение истцов о том, что ООО «Ротонда» воспользовалось имевшимися у ФИО3 товарными запасами, бесспорных доказательств этого суду не представлено.

Также не имеется доказательств того, что ООО «Ротонда» пользовалось ранее заключенными ФИО3 договорами с поставщиками (налаженными связями, длительным сотрудничеством и т.п.) и должно было только на этом основании получать прибыль, не менее той, которую получал ФИО3

Кроме того, произведенные субъектом предпринимательской деятельности затраты относятся к его обычной производственно-хозяйственной деятельности, характерной для цели, с которой арендовалось имуществом. Затраты могут быть связаны как с самой предпринимательской деятельностью, так и связаны с текущей эксплуатацией объекта аренды и не подпадают под определение реального ущерба истцов.

ООО «Ротонда» представлены письменные доказательства расходов, которые, как утверждает ответчик, были произведены в связи с деятельностью кафе за период с 01 января 2020 года.

Представленные ООО «Ротонда» доказательства приобщены к материалам дела в томах № 3-5 дела.

Суд соглашается с возражениями истцов о том, что часть документом о понесенных расходах, действительно, не имеет отношения к деятельности кафе «Ротонда» и не могут быть приняты судом в качестве доказательств.

В то же время, другие документы, по мнению суда, подтверждают доводы ответчика о том, что для получения дохода, отраженного в работе контрольно-кассовой техники в кафе, ООО «Ротонда» были произведены расходы, которые могут повлиять на итоговое определение величины полученной ответчиком прибыли, и она не будет соответствовать сумме в размере 2 143 837,50 рублей.

То есть, доход в размере 2 143 837,50 рублей нельзя в данном случае считать доказанным исключительно по показаниям контрольно-кассовой техники.

Кроме того, сами ФИО1 и ФИО2 явно не намеревались использовать спорное имущество (здание кафе и земельный участок) в прошедший период времени для ведения собственной предпринимательской деятельности и получения дохода от самостоятельного использования этих объектов.

Никаких реальных мер к самостоятельному использованию имущества они не предпринимали и не заявляли о наличии у них таких намерений. Также они не ссылаются на то, что передача имущества в аренду ООО «Ротонда» препятствовала в получении ими дохода иным способом, например от продажи имущества, передачи в залог и т.п.

В этой связи, единственный доход, который истцы реально не получили в результате незаконных действий ответчиков, это арендная плата от использования имущества, которая и подлежит взыскании с ООО «Ротонда» в пользу истцов.

Согласно ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в связи с чем, размер уплаченной истцами государственной пошлины подлежит взысканию с ООО «Ротонда» в равных долях в пользу обоих истцов пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Признать недействительными договор аренды недвижимого имущества от 09.12.2019 года и дополнительное соглашение к нему от 14.05.2020 года, заключенные между ООО «Ротонда» и <ФИО>1 с согласия законного представителя ФИО7.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки:

- обязать ООО «Ротонда» освободить нежилое здание с кадастровым номером <Данные изъяты> общей площадью 39,4 кв.м., расположенное по адресу: <Адрес>;

- обязать ООО «Ротонда» освободить земельный участок с кадастровым номером <Данные изъяты> общей площадью 235 кв.м., расположенный по адресу: <Адрес>.

Обязать ООО «Ротонда» передать наследникам ФИО3 следующее имущество: посудомоечную машину HotpointAriston, витрину десертную, трехдверный холодильник «Горизонт», индукционную плиту, кофе-машину Simonelli двухрожковую, набор Delonghi (компактная бытовая кофе-машина, тостер, чайник), капсульную кофемашину Gaggia, проигрыватель AudioTechnica.

Взыскать с ООО «Ротонда» в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере арендной платы за пользование нежилым зданием, расположенным по адресу: <Адрес>, за 9 месяцев (с января по сентябрь 2020 года) в сумме 95 280 рублей.

Взыскать с ООО «Ротонда» в пользу ФИО2 неосновательное обогащение в размере арендной платы за пользование нежилым зданием, расположенным по адресу: <Адрес>, за 9 месяцев (с января по сентябрь 2020 года) в сумме 95 280 рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 отказать.

Взыскать с ООО «Ротонда» в пользу ФИО1 и ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере по 2805 рублей 60 копеек в пользу каждого, а всего в сумме 5611 рублей 20 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Светлогорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 01 декабря 2020 года.

Судья М.В. Аниськов