Приговор № 2-14/2018 от 20 мая 2018 г. по делу № 2-14/2018

Дело № 2-14/2018


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

21 мая 2018 года г. Хабаровск

Хабаровский краевой суд в составе:

председательствующего Ванеева П.В.

при секретаре Буйко С.О.

с участием государственного обвинителя Потемкиной Е.И.

переводчика ФИО13

потерпевшего ФИО1

защитника - адвоката Ревягиной О.И.

представившей удостоверение № от 24 мая 2013 года и ордер № 5161 от 30 сентября 2015 года

подсудимого ФИО14

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО14, <данные изъяты>, не судимого;

с 30 сентября 2015 года содержавшегося под стражей и в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, а затем вновь под стражей;

в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 2 п. «а,ж,к» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО14 в состоянии алкогольного опьянения группой лиц по предварительному сговору умышленно причинил смерть двум лицам: ФИО2 и ФИО3, при этом последней с целью скрыть преступление.

Преступление совершено в период с 18 часов 03 минут 20 сентября 2015 года до 03 часов 50 минут 21 сентября 2015 года при следующих обстоятельствах.

В указанный период ФИО14, ФИО15 у. (осужден по данному делу приговором Хабаровского краевого суда от 13 июля 2017 года) и потерпевшие находились на берегу протоки реки Амур в районе лодочной станции № 5, расположенной по ул. Прогрессивной, 1 в г. Хабаровске, где совместно употребляли спиртное. Испытывая к ФИО2 неприязнь, возникшую в ходе ссоры, ФИО14 и ФИО15 у. договорились причинить ФИО2 смерть.

Действуя в соответствии с этой договоренностью, ФИО14 и ФИО15 у. умышленно, с целью лишения жизни нанесли ФИО2 множественные удары руками и ногами по различным частям тела: ФИО14 нанёс не менее 3 ударов руками в область головы и не менее 1 удара в область груди, не менее 10 ударов ногами в область спины, и не менее 1 удара ногами в область головы потерпевшей, а ФИО15 у. нанёс ей не менее 1 удара руками в область груди, и не менее 8 ударов ногами в область груди и живота.

Полагая, что после нанесенных ударов ФИО2 мертва, они предприняли меры к сокрытию следов преступления, решив переместить тело ФИО2 в водоем протоки реки Амур. Для этого ФИО15 у. обернул вокруг шеи потерпевшей приисканную ФИО14 веревку, образовав петлю, затянул её. Затем ФИО14 положил камень на тело ФИО2, и они опустили тело в воду.

В результате указанных совместных и согласованных действий ФИО14 и ФИО15 у. потерпевшей ФИО2 были причинены:

-тупая травма грудной клетки в виде полного закрытого локального перелома тела грудины между 3, 4 ребрами, полных закрытых конструкционных переломов 1-х ребер в средней их частях, полного закрытого конструкционного перелома 2 правого ребра по среднеключичной линии, полного закрытого конструкционного перелома 10 правого ребра на линии между среднеключичной и передней подмышечной; полных закрытых конструкционных переломов 8, 9, 10 левых ребер на линии между среднеключичной и передней подмышечной, переломов ребер без повреждения пристеночной плевры, которая расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни;

-закрытая черепно-мозговая травма в виде кровоизлияния в левую височную мышцу, кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки обеих височных долей (ушибы легкой степени), которая расценивается как причинившая средней тяжести вред здоровью, по признаку длительности его расстройства свыше 21 дня;

-механическая асфиксия от сдавления органов шеи тупым предметом - полный перелом правого большого рога подъязычной кости, полный перелом правого верхнего рога щитовидного хряща с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани, симметричные кровоизлияния в пирамиды височных костей, интраальвеолярные кровоизлияния в ткани легких, которая расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинной связи со смертью.

Смерть ФИО2 наступила на месте происшествия от механической асфиксии в результате сдавления органов шеи тупым предметом.

Затем ФИО14 и ФИО15 у. вернулись на то же место, где распивали спиртное и находилась ФИО3, и договорились причинить ей смерть, чтобы исключить её обращение в правоохранительные органы, и тем самым скрыть умышленное убийство ФИО2

Действуя в соответствии с этой договоренностью, ФИО14 и ФИО15 у., чтобы скрыть убийство ФИО2, умышленно, с целью лишения жизни нанесли ФИО3 множественные удары руками и ногами по различным частям тела: ФИО14 нанёс не менее 7 ударов ногами в область груди и живота, не менее 2 ударов ногами в область шеи, а ФИО15 у. в это же время нанёс потерпевшей не менее 1 удара руками в область шеи, не менее 1 удара руками в область лица, не менее 13 ударов ногами в область живота, и убили ФИО3

В результате указанных совместных действий ФИО14 и ФИО15 у. потерпевшей ФИО3 были причинены:

-тупая травма грудной клетки: множественные сгибательные переломы 4, 5, 6, 7 рёбер справа по переднеподмышечной линии и 3, 4, 5, 6, 7 по переднеподмышечной линии слева с кровоизлиянием в мягкие ткани в зоне переломов, кровоизлияние в ткань правого и левого легкого по переднебоковой поверхности, и тупая травма живота: кровоизлияние в паранефральную клетчатку справа, разрыв ткани правой почки, наличие крови в области правой лоханки, мочеточника, наличие крови в области мочевого пузыря, кровоизлияние в области круглой связки печени, разрыв ткани печени, кровоизлияние в мягкие ткани правой эпигастральной области, два разрыва ткани селезенки и ее капсулы по задней поверхности, которые представляют собой единую тупую травму грудной клетки и живота, состоят в причинной связи со смертью и относятся к тяжкому вреду здоровья по признаку опасности для жизни в момент причинения;

-участок обтирания кожных покровов в области правой верхнечелюстной области и тупая травма шеи в виде кровоизлияния в мягкие ткани по левой боковой поверхности органокомплекса шеи, которые вреда здоровью не причинили.

Смерть ФИО3 наступила на месте происшествия в результате сочетанной тупой травмы груди и живота с развитием травматического шока.

Труп потерпевшей ФИО14 и ФИО15 у. сокрыли, утопив в водоеме протоки реки Амур, а затем скрылись.

В судебном заседании подсудимый ФИО14 виновным себя признал и пояснил, что в Хабаровске проживал в одной квартире с ФИО15 и его отцом ФИО4. 20 сентября 2015 года он с ФИО15 распивал спиртное в районе лодочной станции № 5. Затем к ним присоединились пьяные ФИО4 и незнакомые ему ФИО3 и ФИО2, которых привел ФИО4. Между ФИО15 и ФИО2 произошла ссора, затем все успокоились. Около 20 часов 30 минут он и ФИО2 ходили проверить удочки, и совершили добровольно половой акт.

Около 21 часа ФИО2 стала просить деньги на такси, он отказал, и попросил ФИО15 проводить ФИО2 до дороги, чтобы та сама добиралась домой, не хотел, чтобы ФИО2 оставалась, т.к. кричала, ругалась, оскорбляла их, от чего у него к ней возникла неприязнь.

ФИО15 и ФИО2 отошли, и он увидел, как ФИО15 ударил ФИО2 2-3 раза, та упала. ФИО15 его позвал и предложил убить ФИО2, он согласился, и вдвоём стали одновременно избивать её. Он наносил удары руками и ногами в лицо, по телу, в грудь, со стороны спины, делал это из неприязни к потерпевшей, и чтобы её убить. После избиения ФИО2 перестала подавать признаки жизни, и он счёл её мёртвой.

Он помог ФИО15 поднять ФИО2 на плечо, тот унёс её к реке и попросил найти что-нибудь, чем можно завязать труп, чтобы его утопить.

Для этого он нашел на берегу веревку с привязанным металлическим крюком и передал ФИО15, тот привязал её на шею ФИО2 и переместил тело в воду лицом вниз, на 3,5-4 метра от берега, прицепил крюк верёвки, чтобы не унесло тело. Когда ФИО15 обматывал верёвку вокруг шеи, ФИО2 была без признаков жизни, уже мёртвой.

ФИО15 сказал о необходимости убить ФИО3, т.к. свидетеля оставлять нельзя, с чем он согласился, полагая ФИО3 очевидцем, который мог всё рассказать.

Вернувшись на место, где отдыхали, ФИО15 стал ногами избивать ФИО3, та упала, и он с ФИО15 избили ФИО3, от чего та умерла. Он избивал ФИО3, чтобы причинить ей смерть, бил в лицо, наносил ногами удары в область грудной клетки, живота и шеи.

Затем ФИО15 перенес ФИО3 к реке, он взял из своих рыболовных снастей леску, отдал её ФИО15 и помог её завязать, затем нашёл большой камень, вместе с ФИО15 трупы ФИО2 и ФИО3 прижали под водой, и чтобы они не всплыли, привязали к камню.

Согласен с количеством и локализацией нанесенных ударов, указанных в его обвинении, точное их количество назвать не может, т.к. не считал, и не придавал этому значения из-за опьянения.

У ФИО4 остался телефон одной из потерпевших.

На следствии давал показания о броске ФИО15 тела ФИО3 на камни и умалчивал про свои действия, т.к. боялся ответственности. ФИО15 пообещал взять всю вину на себя, предложил ему симулировать психическое расстройство, чтобы отпустили через 2-3 года, что он на следствии и делал.

Причин для самооговора подсудимого ФИО14 не установлено, его показания логичны, детальны, и хотя являются неполными относительно количества нанесённых им ударов, суд признаёт их достоверными в той части, в какой они согласуются с показаниями потерпевших, свидетелей, осужденного ФИО15 и объективно подтверждаются протоколами осмотров места происшествия и предметов, заключениями судебных экспертиз, и другими исследованными доказательствами.

Так, из оглашённых согласия сторон показаний свидетеля ФИО5 (т.2 л.д. 77-79) следует, что 27 сентября 2009 года в районе лодочной станции № 5 в воде на расстоянии 3-4 метров он обнаружил два женских трупа, один из которых через шею привязан верёвкой к камню, о чём сообщил в полицию.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 27 сентября 2015 года с фототаблицей (т.1 л.д. 95-116) из водоема протоки реки Амур в районе лодочной станции № 5 по ул. Прогрессивной, 1 в г.Хабаровске извлечены два трупа женщин. На шее одного из трупов веревка, плотно прилегающая, с привязанным металлическим крюком, в кармане надетой на труп джинсовой куртки обнаружена связка из четырех ключей. На подбородке, задней и боковых поверхностях шеи другого трупа завязанная на узел плотно фиксированная рыболовная леска.

В извлеченных из воды трупах женщин свидетели ФИО6 и ФИО7 опознали своих сожительниц ФИО3 и ФИО2 (т. 1 л.д. 216-219, 224-227), труп последней также опознан её братом - потерпевшим ФИО1 (т. 1 л.д. 188-191).

По заключению судебной биологической экспертизы № 237 от 1 июня 2016 г. (т.4 л.д. 157-174) на бюстгальтере, куртке ФИО2, на джинсах ФИО3 обнаружена кровь человека.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля ФИО8 (т. 2 л.д. 50-54) следует, что он проживал с братом ФИО14, его другом ФИО15 и другими лицами в одной квартире. 20 сентября 2015 года его брат собирался с ФИО15 на пикник, и до 21 часа, пока он не лег спать, ФИО15 и ФИО14 в квартире не было, и когда они вернулись, он не знает. Но в 4 часа утра, собираясь на работу, увидел в коридоре рыболовные снасти ФИО14, которые тот брал с собой на пикник.

При обыске по месту жительства ФИО14 (т.5 л.д. 137144) обнаружен пакет с рыболовными снастями и рыболовной леской, ряд фрагментов которой по заключению сравнительной судебной экспертизы № 664/4-1 от 18 мая 2016 года (т. 4 л.д. 223-238) изготовлен из одного класса и марки полимеров, что и фрагмент лески, изъятый с трупа ФИО3, т.е. имеют общую групповую принадлежность, являются рыболовными лесками одинаковой толщины, изготовленными из одинаковых материалов.

При осмотре 1 октября 2015 года участка местности, указанного ФИО15 и ФИО14 (т. 1 л.д. 117-120), под мостом на ул. П.Л. Морозова в районе протоки р.Амур в 280 метрах от лодочной станции № 5 по ул. Прогрессивной, 1 г. Хабаровска обнаружено кострище с остатками углей и пустая бутылка из-под водки.

Из протоколов осмотра информации о телефонных соединения ФИО3 и ФИО2 (т.5 л.д. 75-77, 103-106) следует, что 20 сентября 2015 года в 20 часов 45 минут и в 21 час 30 минут мобильные телефоны потерпевших находились в районе места происшествия, а 21 сентября 2015 года в 10 часов 35 минут мобильный телефон ФИО3 находился в районе места жительства ФИО14 и ФИО15.

Фактические данные, содержащиеся в протоколах осмотра места происшествия и предметов, заключениях экспертиз объективно подтверждают показания ФИО14 о событиях, предшествующих преступлению, их времени и месте, способе и месте сокрытия трупов ФИО2 и ФИО3 и использованных для этого предметов.

Объективность показаний ФИО14 также подтверждена выводами генотипоскопической экспертизы № ДВО-1939 от 5 июля 2016 года (т.5 л.д. 35-54) об обнаружении в содержимом влагалища трупа ФИО2 следов его спермы.

Потерпевший ФИО1 в суде пояснил, что его сестра ФИО2 периодами проживала у сожителя и матери. Сестра была домохозяйкой, в основном нигде не работала, часто выпивала, в состоянии опьянения могла устроить ссору. Последний раз он общался с нею 18 сентября 2015 года, по телефону поздравляя с сорокалетием. Примерно через три дня от матери узнал, что 20 сентября года сестра ушла на день рождения подруги и не вернулась. От ФИО9 ему известно, что в тот день сестра ушла с узбеками на пикник на берег Амура, а от сотрудников полиции узнал о двух найденных трупах женщин с признаками насильственной смерти, и опознал в одном из них свою сестру.

Свидетель ФИО7 в суде сообщил о проживании с начала сентября 2015 сожительницы ФИО2 у матери, и подтвердил свои показания на следствии (т. 1 л.д. 220-223) о том, что 20 сентября 2015 года поздно вечером по телефону от ФИО9 узнал об исчезновении ФИО2, которая уехала с ФИО3 и кем-то ещё на пикник.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля ФИО10 (т.1 л.д. 228-233, 240-242) следует, что её дочь ФИО2 злоупотребляла спиртным и не работала. Около 19 часов 20 сентября 2015 года дочь по приглашению ФИО3 ушла из дома на пикник, и не вернулась. При себе у дочери был мобильный телефон и связка ключей.

Свидетель ФИО10 при осмотре связки из четырех ключей, обнаруженной в одежде одного из трупов, узнала, комплект ключей своей дочери от их квартиры (т. 5 л.д. 165-166).

Из оглашенных с согласия сторон показаний потерпевшей ФИО11 (т. 1 л.д. 200-202) следует, что о смерти своей матери ФИО3 она узнала 29 сентября 2015 года от следователя, а за день до этого полицейские интересовались местонахождением ФИО3 в связи с розыском её пропавшей подруги ФИО10.

Свидетель ФИО6 в суде подтвердил свои показания на следствии (т. 1 л.д. 209-213) о том, что с начала сентября 2015 года сожительствовал с ФИО3, которая 19 сентября ушла отмечать свой день рождения в компании знакомого, обещая вернуться назавтра к вечеру. Около 17 часов 20 сентября 2015 года он связался с ФИО3 по телефону, та пообещала вскоре вернуться, но не вернулась. Начав беспокоиться, 22 сентября он пытался дозвониться до ФИО3, но безуспешно. От дочери ФИО3 узнал, что та не видела мать уже несколько дней.

По заключению генотипоскопической экспертизы № ДВО-1529-2016 от 25 марта 2016 года (т.4 л.д. 129-149) потерпевшая ФИО11 является биологической дочерью, а свидетель ФИО10 биологической матерью обнаруженных в водоеме протоки реки Амур трупов женщин с вероятностью более 99,9%.

Свидетель ФИО9 в суде пояснила, что последний раз она видела свою подругу ФИО2 20 сентября 2015 года. В этот день после 17 часов ФИО2 находилась у неё в гостях, позвонила ФИО3, позвала на пикник ФИО2, и та уехала. Перед этим от ФИО2 ей стало известно о присутствии на пикнике двух знакомых ФИО3 мужчин. На следующий день она пыталась связаться с ФИО2, но её телефон и телефон ФИО3 были недоступными. Самостоятельные поиски потерпевших результата не принесли, об их смерти узнала от полицейских.

Приведённые показания потерпевших и свидетелей согласуются, дополняют друг друга и показания подсудимого ФИО14, устанавливают одни и те же обстоятельства исчезновения 20 сентября 2015 года потерпевших ФИО2 и ФИО3, объективно подтверждаются другими исследованными доказательствами, оснований не доверять им у суда не имеется, в связи с чем суд признает их достоверными.

Свидетель ФИО12 в суде пояснил, что отмечая в кафе свой день рождения 5 сентября 2015 года, познакомился с ФИО3 и ФИО2, которые пришли с ФИО4, и впоследствии поддерживал отношения с ФИО2. Последний раз видел ФИО2 18 сентября 2015 года у неё дома. Вечером 20 сентября 2015 года ФИО2 позвонила ему, было слышно, что та находилась на улице, и сказала: «Закир, приезжай, сейчас меня убивают!». Он попросил назвать адрес, но вызов прервался, он несколько раз перезванивал, однако её телефон был уже недоступен.

Показания свидетеля ФИО12 подтверждаются протоколом осмотра информации из компании мобильной связи (т.5 л.д. 103-106), согласно которому 20 сентября 2015 года в 21 час 37 минут зафиксировано соединение между телефоном ФИО12 и телефоном ФИО2, находившимся в районе места происшествия, а на следующий день в её телефоне заменена сим-карта.

Осужденный ФИО15 в суде отказался от дачи показаний и подтвердил свои показания в период расследования.

Неоднократно допрошенный на следствии (т. 2 л.д. 2 л.д. 132-136, 148-152, т. 3 л.д. 43-48), ФИО15 пояснял, что 20 сентября 2009 года совместно с ФИО14, с отцом ФИО4, ФИО3 и её подругой ФИО2 распивал спиртное на берегу водоема. После 20 часов пьяная ФИО2 спровоцировала ссору, оскорбила его. Он был зол на неё, и предложил ФИО14 убить женщин, т.к. по-хорошему те уйти не хотели, ФИО2 требовала денег на проезд. ФИО14 согласился, т.к. тоже был зол на этих женщин. После этого он и ФИО14 стали с силой наносить удары ногами в область груди и живота ФИО2, продолжали её пинать уже лежавшую на земле, в результате чего, на его взгляд, та умерла.

Затем унесли тело ФИО2 к водоему реки, и утопили, но перед этим он обмотал веревкой шею потерпевшей, считая её уже мертвой.

С ФИО14 решили убить ФИО3, т.к. та бы рассказала про них сотрудникам полиции, и чтобы она их не выдала. Он и ФИО14 пинали ногами ФИО3 в область груди и живота, отчего та умерла, при этом из-за опьянения не сопротивлялась. От тела ФИО3 избавились аналогичным способом, и хотели привязать к телу что-нибудь тяжелое, для чего ФИО14 обмотал её шею леской. Утопив тела, убежали, но перед этим забрали у мертвой ФИО2 мобильный телефон, который по пути домой выкинули.

Аналогичные показания осужденный ФИО15 дал во время их проверки (т.2 л.д. 156-219) и при помощи манекена продемонстрировал, в какие части тела и как он с ФИО14 с силой наносили удары ногами в обуви и руками ФИО2: он нанёс не менее восьми ударов по туловищу, в область груди спереди и примерно три удара в область живота; ФИО14 нанес ногами с размаха не менее десяти ударов в область спины, и один удар ногой в область головы слева. После этого договорились, что сначала утопят ФИО2, а затем убьют ФИО3, отпустить её не могли, т.к. в случае поисков ФИО2 она бы указала на них. Затем совместно с ФИО14 перенёс ФИО2 к реке. ФИО14 нашёл на берегу и передал ему веревку с привязанным металлическим крюком, выбрали подходящий камень. ФИО15 продемонстрировал, каким образом обмотал веревку вокруг шеи ФИО2, связал узлом и тянул, при этом не присматривался, была ли она жива, т.к. считал ФИО2 уже мертвой, что она уже не сможет выжить, он с ФИО14 они сделали всё, чтобы та умерла. А если и ещё и дышала, то он таким образом удушил её. Во время этих действий ФИО14 стоял рядом и говорил, что женщину нужно задушить, чтобы та не всплыла. Затем продемонстрировал, как переместил тело в воду вниз лицом, как ФИО14 положил принесенный большой камень на спину трупа, который примотали к трупу другим концом веревки.

Далее ФИО15 при помощи манекена продемонстрировал в какие части тела и как он с ФИО14 с силой наносили удары ногами в обуви и руками ФИО3: он нанёс более восьми ударов в область живота с левой стороны тела и примерно пять ударов ногой сверху вниз в область живота, удар кулаком в область лица; ФИО14 нанёс более семи ударов в область живота, в правую часть тела, в область груди сверху вниз подошвой и таким же образом один или два удара в область шеи. От их ударов ногами ФИО3 умерла. Труп ФИО3 утопили там же, где труп ФИО2.

Подсудимый ФИО14 с исследованными показаниями ФИО15 согласился и подтвердил их правильность.

Проведенными по делу судебно-медицинскими экспертизами (т. 4 л.д. 12-32, 54-69) установлен насильственный характер причин смерти обеих потерпевших, на их телах обнаружены причиненные им прижизненно вышеописанные телесные повреждения.

Смерть ФИО2 наступила в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи тупым предметом. При этом обнаруженная тупая травма грудной клетки образовалась от не менее 2 травматических ударных воздействий с достаточной силой тупого твёрдого предмета (предметов), а закрытая черепно-мозговая травма - от не менее однократного ударного травмирующего воздействия тупого твёрдого предмета, обе травмы образовались в один промежуток времени и ранее механической асфиксии.

Смерть ФИО3 наступила в результате сочетанной тупой травмы груди и живота, с развитием травматического шока. Обнаруженные тупая травма грудной клетки и тупая травма живота по механизму и времени образования представляют собой единую тупую травму грудной клетки и живота, состоят в прямой причиной связи со смертью, образовались от не менее 4 ударных воздействий, причинены ФИО3 в один промежуток времени, с достаточной силой тупым твердым предметом (предметами). Обнаруженные участок обтирания кожных покровов в правой верхнечелюстной области ФИО3 и тупая травма шеи образовались незадолго до наступления смерти от не менее одного касательного воздействия тупого твердого предмета и от не менее одного ударного воздействия тупого твердого предмета соответственно.

Кроме этого на трупе ФИО3 обнаружена странгуляционная борозда в области подбородка нижней челюсти, верхней трети шеи, которая образовалась посмертно в результате набрасывания и затягивания петли.

В крови трупов обнаружен этиловый спирт в концентрациях, соответствующих средней степени алкогольного опьянения у ФИО2 и тяжелому отравлению этиловым спиртом у ФИО3.

Выводы экспертов о локализации, механизме образования имевшихся у ФИО2 и ФИО3 телесных повреждений, включая посмертные у ФИО3, а также причинах их смерти, объективно подтверждают показания подсудимого ФИО14 в суде и осужденного ФИО15 на следствии об обстоятельствах совместного лишения потерпевших жизни.

Объективность их показаний также подтверждается выводами ситуационных судебно-медицинских экспертиз (т.4 л.д. 246-258, т.5 л.д. 5-19) о том, что не исключается возможность образования прижизненно причиненных повреждений на трупах потерпевших ФИО2 и ФИО3 при обстоятельствах, указанных ФИО15 при проверке его показаний.

При этом исключена возможность образования всего комплекса повреждений на трупе потерпевшей ФИО3 при обстоятельствах, указанных ФИО14 на следствии при проверке его показаний (от броска потерпевшей ФИО15 с размаха на камни).

Выводы судебных экспертиз по делу, сторонами не оспаривались, основания сомневаться в правильности заключений экспертиз у суда отсутствуют, т.к. они выполнены экспертами, обладающими специальными познаниями, с указанием способов, методик исследований, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Оснований для признания других письменных доказательств недопустимыми, также не имеется.

Согласно оглашенным с согласия сторон показаниям свидетеля ФИО4 (т.2 л.д. 13-18, 28-30, 38-40), подтвержденным им на очной ставке с ФИО15 (т.2 л.д. 31-37), 20 сентября 2015 года после 19 часов он, его знакомая ФИО3 и её подруга ФИО2 приехали распивать спиртное под мост в районе лодочной станции № 5. Там уже находился его сын ФИО15 с другом ФИО14. После совместного употребления алкоголя около 21 часа он уснул, проснулся от шума драки, увидел, как ФИО15 и ФИО14 избивают ФИО2, ФИО15 бил её ногами. Не придав этому значения, вновь уснул, при этом слышал шум драки, который затем стих. Проснувшись через некоторое время, спросил про ФИО3 и ФИО2, сын указал ему на лежавшую мёртвую ФИО3. Оба признались в её убийстве, рассказав, что перед этим убили ФИО2, скинули её труп в воду. Со слов ФИО14 и ФИО15 они убили ФИО3, чтобы избавиться от свидетеля. Затем ФИО15 и ФИО14 унесли труп ФИО3 к реке, и прежде чем уйти домой, взяли телефон одной из потерпевших.

Аналогичные показания ФИО4 дал в ходе их проверки (т. 2 л.д. 23-25), и при помощи манекена продемонстрировал, как ФИО15 и ФИО14 отвели ФИО2 от того места, где все распивали спиртное и стали вдвоём бить её упавшую ногами по телу. Свидетель также показал место, где увидел мёртвую ФИО3, о которой ФИО15 и ФИО14 ему сказали каждый, что убили её с целью не оставлять свидетелей. Дополнил, что в тот день ФИО14 и ФИО15 имели при себе рыболовные снасти.

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО4 и осужденного ФИО15 у суда не имеется.

Все следственные действия с участием свидетеля ФИО4 и осужденного ФИО15 проведены с соблюдением норм УПК РФ, с разъяснением им процессуальных прав, в присутствии переводчика. На всех следственных действиях с участием Улугова также присутствовал защитник, никаких замечаний, дополнений, ходатайств по поводу составления соответствующих протоколов и проведения следственных действий, от принимавших в них участие лиц, не поступало. Просмотренные в судебном заседании видеозаписи проверки показаний ФИО4 и ФИО15 объективно подтверждают, что показания они давали добровольно, без наводящих вопросов, свободно ориентировались на месте происшествия.

В значимых для разрешения дела обстоятельствах показания осужденного ФИО15 в целом согласуются с показаниями подсудимого ФИО14, дополняют друг друга, объективно подтверждаются исследованными письменными доказательствами.

При этом суд признаёт недостоверными показания подсудимого о том, что он не принимал участия в утоплении тела ФИО2, в этой части его показания опровергаются последовательными показаниями осужденного ФИО15, правильность которых сам ФИО14 в суде подтвердил.

Таким образом, на основании приведенных согласующихся между собой допустимых доказательств суд приходит к выводу, что они, по своему содержанию относимы к рассматриваемому делу, в части не противоречащей установленным судом обстоятельствам достоверны, и в своей совокупности достаточны для обоснования вывода о виновности ФИО14.

Его действия суд квалифицирует по ст. 105 ч. 2 п. «а,ж,к» УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.

Тот факт, что смерть ФИО2 наступила от причинённой ФИО15 механической асфиксии, не влияет на оценку действий ФИО14 как совершенных группой лиц, поскольку по смыслу уголовного закона убийство признается совершенным группой лиц, когда два и более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них.

Судом из показаний подсудимого ФИО14 и осужденного ФИО15 установлено, что договоренность об убийстве потерпевших состоялась до начала осуществления объективной стороны преступления. Сознавая характер действий друг друга, и добиваясь совместно единого преступного результата, подсудимый ФИО14 совершил действия, непосредственно направленные на лишение ФИО2 и ФИО3 жизни, и не отрицал, что наряду с ФИО15 наносил множественные удары ногами и руками в жизненно важные органы с целью причинения потерпевшим смерти.

Осознавая, что в результате примененного насилия потерпевшая ФИО2 не подает признаков жизни, и, полагая смертельный исход наступившим, ФИО14 нашел и передал веревку для сокрытия тела потерпевшей путём утопления, о чем также предварительно договорился с ФИО15, который затем очевидно для ФИО14 затянул эту веревку на шее ФИО2, причинив смерть в результате асфиксии, после чего они утопили её тело в воде, подтверждая такими действиями желание лишить ФИО2 жизни.

Тело ФИО3 после причинения ей смерти в результате сочетанной травмы груди и живота также было ими утоплено.

Таким образом, характер и последовательность активных действий ФИО14 до, во время и после совершения преступления бесспорно свидетельствуют о наличии у него прямого умысла на убийство двух потерпевших, и его соисполнительстве в лишении жизни каждой из них.

Мотивом лишения ФИО2 жизни подсудимого явилась личная неприязнь, вызванная ссорой с ней при совместном распитии спиртного.

Исследованными согласующимися показаниями подсудимого ФИО14, осужденного ФИО15 и свидетеля ФИО4 находит свое подтверждение и цель лишения жизни потерпевшей ФИО3 – скрыть другое преступление, а именно убийство ФИО2.

Иных мотива и цели убийства ФИО2 и ФИО3 судом не установлено.

По заключению психолого-психиатрической экспертизы № 2842-17 от 22 июня 2017 года (т. 6 л.д. 173-176) ФИО14 в момент инкриминируемого деяния какого-либо психического расстройства не обнаруживал, мог и может в настоящее время осознавать характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Принимая во внимание выводы указанной экспертизы, поведение подсудимого в судебном заседании, не вызывающее сомнений в его психическом состоянии, суд признает ФИО14 вменяемым по отношению к содеянному.

При назначении подсудимому ФИО14 наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, степень фактического участия подсудимого в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного вреда, данные о личности подсудимого, его возрасте, состоянии здоровья, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначаемого наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

Совершенное подсудимым преступление относится законом к категории особо тяжких, характеризуется повышенной общественной опасностью, свидетельствует о повышенной опасности лица, его совершившего.

ФИО14 не судим, характеризовался по месту временного проживания как злоупотребляющий спиртным и ведущий асоциальный образ жизни, к уголовной ответственности не привлекался (т. 5 л.д. 223, 224).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд учитывает признание подсудимым вины, его раскаяние в содеянном, на которое указывает принесение им извинений потерпевшим, состояние здоровья, наличие малолетнего ребенка, активное способствование изобличению соучастника преступления.

Суд не усматривает активного способствования ФИО14 расследованию преступления и противоправного поведения потерпевших в качестве смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ. В период расследования, изобличая ФИО15, подсудимый умалчивал о своей роли и сознательно искажал фактические обстоятельства дела. Действия же ФИО2 (ссора, оскорбления, просьба денег на проезд) не давали повода лишать её жизни, и смерть ей была причинена из личной неприязни из-за ссоры с нею. ФИО3 также была лишена жизни не в ответ на какое-либо поведение, а для сокрытия убийства ФИО2.

Исходя из характера и степени общественной опасности преступления, в результате которого погибли две потерпевших; личности ФИО14, исключившего совершение преступления трезвым, суд приходит к выводу, что состояние алкогольного опьянения подсудимого повлияло на его поведение и привело к совершению особо тяжкого преступления. Поэтому в качестве отягчающего наказание обстоятельства суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признаёт совершение ФИО14 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом фактических обстоятельств преступления, совершенного подсудимым, направленного против жизни двух лиц, степени его общественной опасности, наличия отягчающего наказания обстоятельства, суд не находит оснований в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ для изменения категории преступления на менее тяжкую.

Определяя вид и размер наказания, суд учитывает все изложенные выше обстоятельства в совокупности, и считает, что с учетом характера и крайней степени общественной опасности преступления, совершенного подсудимым, данных о его личности, ему следует назначить наказание в виде реального лишения свободы на определенный срок. Назначение подсудимому иного наказания не будет отвечать целям наказания, указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не усматривает.

Исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, судом не установлено, с учетом особой тяжести содеянного и конкретных обстоятельств дела, суд также не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

При назначении наказания ФИО14 суд не применяет положения ч.1 ст. 62 УК РФ, поскольку в отношении подсудимого имеется обстоятельство, отягчающее наказание, и, кроме этого, санкцией ч.2 ст. 105 УК РФ предусмотрено пожизненное лишение свободы.

Учитывая принадлежность ФИО14 гражданству иностранного государства, суд в соответствии со ст. 53 ч. 6 УК РФ не назначает ему обязательное дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Вид исправительного учреждения ФИО14 как мужчине, совершившему особо тяжкое преступление и ранее не отбывавшему лишение свободы, следует назначить в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительную колонию строгого режима.

С учетом опасности преступления, совершенного подсудимым, данных о его личности, а также в целях обеспечения исполнения приговора, меру пресечения ФИО14 суд считает необходимым оставить прежней – заключение под стражу.

В соответствии со ст. 72, 103 УК РФ время нахождения ФИО14 под стражей и в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, подлежит зачету в срок отбытия назначенного ему наказания.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Признанные вещественными доказательствами предметы одежды, биологические объекты, веревка с металлическим крюком и леска с трупов, бутылка из-под водки, узел веревки, кроссовки, рыболовные снасти и удочка-спиннинг в соответствии со ст. 81 УПК РФ по вступлению приговора в законную силу подлежат уничтожению, как не представляющие ценности и не истребованные сторонами.

Руководствуясь ст. 303, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО14 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 2 п. «а», «ж», «к» УК РФ и назначить ему по данной норме закона наказание в виде лишения свободы на срок четырнадцать лет в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО14 исчислять с 21 мая 2018 года.

Зачесть в срок лишения свободы ФИО14 время содержания под стражей и нахождения на принудительном лечении в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, с 30 сентября 2015 года по 20 мая 2018 года.

Меру пресечения ФИО14 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу: предметы одежды, биологические объекты, веревку с металлическим крюком и леску с трупов, бутылку из-под водки, узел веревки, кроссовки, рыболовные снасти и удочку-спиннинг по вступлению приговора в законную силу уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Хабаровский краевой суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок, со дня вручения ему копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции при подаче апелляционной жалобы, либо путем подачи отдельного ходатайства, а также в возражениях на принесенные по делу апелляционные жалобы (представление) другими участниками процесса.

Председательствующий: Ванеев П.В.

Приговор вступил в законную силу 09.06.2018 г.