Приговор № 1-56/2019 от 15 августа 2019 г. по делу № 1-56/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 августа 2019 года город Калининград

Калининградский гарнизонный военный суд в составе председательствующего судьи Болдырева В.В., при секретарях судебного заседания Самедовой Э.В., Рахмановой А.А., с участием государственного обвинителя старшего помощника военного прокурора 306 военной прокуратуры гарнизона капитана юстиции ФИО1, подсудимого ФИО2, его защитника – адвоката Серых Е.Н. и потерпевшего ФИО3, рассмотрев материалы уголовного дела в отношении военнослужащего войсковой части № подполковника

ФИО2, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ,

установил:

подполковник ФИО2, проходя военную службу по контракту в должности начальника артиллерии войсковой части № и в соответствии со статьями 34-36, 108-109 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, являясь для младшего сержанта Потерпевший №1, начальником по своему служебному положению и воинскому званию, выполняя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в Вооруженных Силах Российской Федерации, то есть являясь должностным лицом, действуя в нарушение требований статей 2, 3, 9, 16, 19, 33, 67, 75, 78, 79, 81, 108 и 109 Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации и статей 3, 6, 7, 10, 50, 81 и 87 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Российской Федерации, совершил действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов подчиненного и охраняемых законом интересов государства.

Так, 6 марта 2019 года в 23 часа 30 минут ФИО2, исполняя свои должностные обязанности, находясь в точке с географическими координатами <данные изъяты> на территории <данные изъяты> дислоцированного в <адрес>, будучи недовольным обманом Потерпевший №1 относительно принадлежности к войсковой части № обращением к нему по воинскому званию «капитан», вместо «подполковник», нахождением последнего на территории учебного центра на личном автомобиле, используя это в качестве явно малозначительного повода, решил наказать последнего за это. С этой целью, вопреки уставному порядку осуществления дисциплинарной практики, ФИО2 нанес Потерпевший №1 три удара кулаками обеих рук в лицо.

В результате указанных действий ФИО2 причинил потерпевшему физическую боль, моральные и нравственные страдания, телесные повреждения в виде тупой травмы правой орбитальной области с параорбитальным кровоподтеком, подконъюктивальным кровоизлиянием правого глазного яблока, не являющиеся вредом здоровью, унизил его честь и личное достоинство, что повлекло существенное нарушение как прав и законных интересов потерпевшего на охрану жизни и здоровья, неприкосновенность и достоинство личности, так и охраняемых законом интересов государства, выразившихся в нанесении урона делу укрепления воинской дисциплины, авторитету воинских должностных лиц, нарушении воинских правоотношений и установленного порядка прохождения военной службы.

Допрошенный в судебном заседании ФИО2, свою вину в вышеприведенных действиях признал частично и показал, что 2 марта 2019 года он в составе артиллерии полка выехал на территорию <данные изъяты>» для проведения полевого выхода. При этом он был назначен старшим на полевом выходе артиллерии войсковой части №. Кроме артиллерии войсковой части № на территории <данные изъяты> располагались <данные изъяты> иных воинских частей, входящих в состав №

6 марта 2019 года около 23 часов капитан ФИО7 сообщил ему о том, что недалеко от полевого лагеря артиллерии войсковой части №, в районе шлагбаума находится в кювете гражданский автомобиль, в котором предположительно находятся военнослужащие войсковой части № С целью проверки указанной информации, он на личном автомобиле капитана ФИО7 марки <данные изъяты> вместе с сержантом ФИО8 поехали по окрестным дорогам. На обратном пути, возвращаясь в расположение полевого лагеря войсковой части №, около 23 часов 30 минут названных суток в кювете с левой стороны по ходу их движения увидели автомобиль, в котором находился ранее незнакомый ему молодой человек. Они остановились на удалении не более 5 метров, вышли из машины и подошли с ФИО7 к нему. ФИО7 и ФИО8 стали осматривать застрявший автомобиль, а указанный молодой человек вышел из этого автомобиля. Он видел, что указанный молодой человек был одет в военную форму, однако поскольку на улице было темно, не обратил внимания, имелись ли на форме того знаки различия. Вместе с тем он предполагал, что перед ним находится подчиненный ему по воинскому званию военнослужащий и был уверен в том, что тот не является офицером. Подойдя к указанному военнослужащему, он, в грубой форме используя нецензурную лексику, стал спрашивать того, кто он и что делает на территории учебного центра, на что тот нецензурно выразившись в его адрес, спросил у него кто тот сам такой. После этого, будучи возмущенным подобным ответом, он ударил его правым кулаком по лицу, а затем через 5 - 10 секунд нанес потерпевшему еще один удар тем же кулаком в область лица. Впоследствии указанный военнослужащий, путаясь, сообщил кто он, при этом несколько раз указывал на свою принадлежность к другим воинским частям. В дальнейшем он сел в автомобиль и вместе с ФИО7 и ФИО8 уехал в палаточный лагерь, где по прибытию попросил ФИО7 направить подчиненных военнослужащих ФИО8 и ФИО9 для оказания помощи потерпевшему в извлечении его автомобиля из кювета.

Кроме того ФИО2 также пояснил, что словестный конфликт с Потерпевший №1 сопровождался обоюдным использованием ими нецензурной лексики, происходил на повышенных тонах. Применение физического насилия к потерпевшему, было обусловлено проявлением его несдержанных эмоций, вызванных оскорбительными выражениями в его адрес со стороны потерпевшего, а не в связи с обманом Потерпевший №1 относительно его принадлежности к войсковой части №, обращением к нему по воинскому званию «капитан» и не в связи с нахождением последнего на территории учебного центра на личном автомобиле. Вместе с тем, он понимает, что поступил не правильно, о случившемся сожалеет. В настоящее время перед Потерпевший №1 он извинился, а также принял меры по заглаживанию морального вреда, путем передачи последнему денежных средств.

Однако, несмотря на частичное признание вины, виновность подсудимого в совершении указанного преступления в полном объеме, полностью подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей и другими доказательствами, исследованными в суде.

Так, потерпевший Потерпевший №1 в ходе предварительного следствия и в суде показал, что 6 марта 2019 года он совместно с сержантом ФИО6 по указанию командира <данные изъяты> старшего лейтенанта ФИО10 на территории учебного центра <данные изъяты> осуществлял подготовку палаточного лагеря к прибытию личного состава войсковой части №. Затем по окончанию указанных работ около 23 часов тех же суток, он и ФИО6 на автомобиле <данные изъяты>», принадлежащем последнему, выдвинулись в <адрес>, однако приблизительно через 300-400 метров от лагеря, автомобиль застрял в кювете. ФИО6 направился обратно в лагерь, чтобы попросить о помощи, а он остался в автомобиле. Спустя непродолжительное время после ухода ФИО6 к нему подъехал автомобиль, в котором находились подполковник ФИО2, капитан ФИО7 и военнослужащий в воинском звании «сержант», который ранее ему знаком не был.

Первым к нему подошел капитан ФИО7 который поинтересовался у него, все ли нормально, кто он и что он делает на территории учебного центра, на что он сообщил, что является военнослужащим войсковой части № и назвал другую фамилию. При этом, он был одет в военную форму, на которой имелись все знаки различия кроме нагрудного знака с указанием фамилии, который он снял опасаясь привлечения к дисциплинарной ответственности за нахождение на территории учебного центра на личном автомобиле. Затем ФИО7 попросил его дыхнуть, чтобы выяснить не находится ли он в состоянии опьянения, что он и сделал. ФИО7 доложил ФИО2 о том, что он не пьяный.

Впоследствии по требованию ФИО2 он отошел с ним в сторону, на расстояние 5-15 метров от автомобиля ФИО6, рядом с которым остался ФИО7. ФИО2 с использованием нецензурной брани стал предъявлять ему претензии относительно его нахождения на территории учебного центра на личном автомобиле, спрашивать кто он и с какой воинской части, на что он сначала сообщил о своей принадлежности к войсковой части №, в дальнейшем признался и сообщил, что проходит службу в войсковой части № и временно прикомандирован в войсковую часть №, назвал свою фамилию, при этом в ходе разговора он обратился к ФИО2 по воинскому званию «капитан», вместо «подполковник». ФИО2, будучи недовольным его обманом относительно принадлежности к войсковой части №, при этом подчеркивая то обстоятельство, что он является военнослужащим артиллерии войсковой части №, то есть его подчиненным, выражая недовольство в связи с его обращением к нему по воинскому званию «капитан» и в связи с его нахождением на территории учебного центра на личном автомобиле, нанес ему один удар кулаком в область правого глаза. На указанные действия ФИО2 он стал возмущаться и требовать прекратить применение к нему физического насилия, однако ФИО2, нанес ему еще один удар кулаком в область носа и один удар кулаком в область челюсти. При этом, он ФИО2 не оскорблял, в адрес последнего нецензурную брань не допускал. ФИО7 обращался к ФИО2 с просьбой прекратить указанный конфликт, однако последний сказал ему не вмешиваться. Впоследствии ФИО7 отвел ФИО2, к своему автомобилю и они уехали в направлении полевого лагеря. Через некоторое время на автомобиле <данные изъяты> прибыли два сержанта, один из которых приезжал с ФИО2 и ФИО7, позже в ходе предварительного следствия он узнал, что это был ФИО8, а второй ФИО9. Указанные военнослужащие, вытащили из кювета автомобиль ФИО6, после чего уехали.

От ударов ФИО2 он почувствовал физическую боль, под обоими глазами у него образовались гематомы, под правым глазом появилось рассечение, губы опухли и болели. Данными действиями ФИО2 причинил ему физический и моральный вред, нравственные страдания, унизил его честь и личное достоинство.

Потерпевший №1 также показал, что 23 марта 2019 года он по инициативе ФИО2 встречался с ним и его адвокатом, на указанную встречу он приехал со своим дедушкой ФИО12. В ходе указанной встречи адвокат ФИО2 предлагал ему сообщить органам предварительного следствия о том, что в ходе конфликта 6 марта 2019 года якобы он оскорбил ФИО2, а затем тот применил к нему насилие. Такие показания, по мнению защитника, позволили бы перейти со ст. 286 УК РФ, на ст. 336 УК РФ. Вместе с тем, он решил говорить правду.

Также Потерпевший №1 пояснил, что о произошедшем в этот же день он рассказал ФИО6, который возвратившись из полевого лагеря, увидел на его лице телесные повреждения, нанесенные ему ФИО2.

В настоящее время он простил ФИО2, каких-либо претензий к нему не имеет, последний частично загладил перед ним причиненный моральный вред, передав ему 10 тысяч рублей.

Из оглашенного в судебном заседании протокола проверки показаний на месте от 24 апреля 2019 года, с участием потерпевшего Потерпевший №1, усматривается, что последний в ходе предварительного следствия полностью подтвердил и уточнил ранее данные им показания, на месте продемонстрировал местонахождение автомобиля, съехавшего в кювет, место и механизм нанесения ему подсудимым трех ударов кулаком в область правого глаза, носа и челюсти.

Свои показания о причастности ФИО2 к совершению превышении должностных полномочий в отношении Потерпевший №1, потерпевший Потерпевший №1 20 мая 2019 года подтвердил в ходе проведения очной ставки с участием подсудимого ФИО2.

Как следует из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО6, он проходил военную службу по контракту в войсковой части № однако с конца января 2019 года был прикомандирован в войсковую часть № куда прибыл вместе с Потерпевший №1. 6 марта 2019 года около 23 часов он совместно с Потерпевший №1 после выполнения подготовительных работ в палаточном лагере войсковой части № находившемся на территории <данные изъяты> выдвинулись в войсковую часть № (<адрес>) на принадлежащем ему автомобиле марки <данные изъяты>. Он управлял названным транспортным средством, а Потерпевший №1 находился рядом на пассажирском сиденье. Проехав 300-400 метров, его автомобиль попал в кювет и застрял, в связи с чем он пошел в палаточный лагерь за помощью, а Потерпевший №1 остался в автомобиле. До его ухода на лице Потерпевший №1 не было повреждений, так как он ни обо что не ударялся. По возвращении из лагеря он увидел, что лицо Потерпевший №1 было разбито, у него «заплывал» правый глаз, под которым было глубокое рассечение, из которого текла кровь, нос опух, начало опухать лицо. Потерпевший №1 пояснил ему, что после его ухода к нему подъехала машина, из которой вышли ФИО4 и водитель. Указанные лица стали выяснять у Потерпевший №1, кто он и что он там делал. После непродолжительных расспросов ФИО2, будучи недовольным тем, что Потерпевший №1 находится на личном автомобиле на территории полигона, пытался обмануть его относительно принадлежности к войсковой части № и еще по какому-то поводу, отвел его в сторону и нанес несколько ударов в область лица, после чего они сели в свой автомобиль и уехали. Когда он вернулся, автомобиль уже был вытащен, однако, учитывая, что лицо Потерпевший №1 было в крови, они приняли решение вернуться в полевой лагерь и ехать в <адрес> утром на следующий день.

ФИО5 также пояснил, что Потерпевший №1 был в военной форме одежды со всеми знаками различия, сомнений в том, что Потерпевший №1 является военнослужащим, возникнуть не могло.

Допрошенный в суде свидетель ФИО7 показал, что около 23 часов 6 марта 2019 года к нему обратился кто-то из военнослужащих и сообщил, что на территории <данные изъяты> на автомобильной дороге в сторону <адрес> в кювете находится автомобиль, предположительно с военнослужащими войсковой части №. Об этом он сообщил ФИО2, который поставил задачу выдвинуться к данному автомобилю с целью оказания помощи, в связи с чем он на своем личном автомобиле вместе с последним и сержантом ФИО8, управлявшим его автомобилем, поехали к месту предполагаемого ДТП. По приезду на место в 23 часа 30 минут тех же суток, они обнаружили находившийся в кювете автомобиль марки <данные изъяты> в котором находился Потерпевший №1. Подойдя к Потерпевший №1, он помог ему выйти из автомобиля, а затем поинтересовался все ли в порядке, на что получил утвердительный ответ. Потерпевший №1 был трезвым, о чем он доложил ФИО2, на его вопрос кто он, последний путаясь, назвал ему не свою фамилию и сообщил, что является военнослужащим другой воинской части, а также сообщил о том, что указанный автомобиль принадлежит некому офицеру. При этом Потерпевший №1 был в военной форме, на которой имелись знаки различия, однако шеврон с фамилией у него отсутствовал. При указанном разговоре ФИО2 находился позади его на расстоянии 1-2 шагов. В дальнейшем он с ФИО8 стал осматривать застрявший автомобиль, а ФИО2 предложил Потерпевший №1 отойти в сторону, что последний и сделал. На удалении 10-15 метров между ФИО2 и Потерпевший №1 произошел конфликт, в ходе которого, разговаривая на повышенных тонах с использованием нецензурной лексики, ФИО2 спрашивал у Потерпевший №1 кто он, с какой воинской части, что он делает на территории полигона на личном автомобиле, а также требовал не пугать его родственными связями. Потерпевший №1, в свою очередь, используя нецензурную лексику спрашивал у ФИО2, кто он такой, просил отстать от него, говорил, что у него дедушка на флоте, который во всем разберется. В ходе разговора Потерпевший №1 несколько раз обратился к ФИО2 по воинскому званию «капитан». Когда крики со стороны ФИО2 и Потерпевший №1 усилились, он предпринял попытку подойти и прекратить конфликт, однако ФИО2 сказал ему не вмешиваться. Спустя некоторое время он все же отвел ФИО2 от Потерпевший №1, после чего они уехали в лагерь.

ФИО13 также пояснил, что не видел, как ФИО2 в ходе указанного конфликта применял к Потерпевший №1 насилие, однако до указанного конфликта телесных повреждений на лице Потерпевший №1, он не видел. Впоследствии по его указанию военнослужащие ФИО8 и ФИО9 помогли вытащить указанный автомобиль из кювета.

Как показал в суде в свидетель ФИО8, около 23 часов 6 марта 2019 года к нему обратился ФИО7, который сообщил, что на территории учебного центра, на автомобильной дороге в направлении <адрес> в кювете находится автомобиль, на котором предположительно попал в ДТП военнослужащий войсковой части №, в связи с чем попросил вместе с ним и ФИО2 выехать к указанному месту на машине ФИО7. По прибытию к месту, где находился данный застрявший автомобиль, он увидел военнослужащего в военной форме одежды со знаками различия, в том числе шевронами. Каких-либо повреждений на лице этого военнослужащего он не заметил. В указанное время, к этому военнослужащему подошел ФИО2 и, взяв его под руку, отвел в сторону на удаление нескольких метров, где о чем-то с ним разговаривал, неоднократно повышал голос и выражался нецензурной бранью, подробностей этого разговора он не слышал. Он вместе с ФИО7 в указанное время находился возле автомобиля, находящегося в кювете, и осматривали его, после чего, он сел в автомобиль, а ФИО7 остался на улице и пытался позвать ФИО2. Когда ФИО2 и ФИО7 сели в автомобиль, они направились в полевой лагерь, при этом в автомобиле они ни о чем не разговаривали. По возвращению в полевой лагерь, ФИО7 поставил ему задачу вместе с сержантом ФИО9 вернуться к автомобилю Потерпевший №1, и вытащить его из кювета. Когда они подъехали, Потерпевший №1 стоял на улице, к нему он не походил, а поэтому каких-либо телесных повреждений у него не видел. Вместе с тем, с Потерпевший №1 разговаривал ФИО9. Вытащив его автомобиль из кювета, он и ФИО9 вернулись на территорию полевого лагеря.

Согласно оглашенным в суде показаниям свидетеля ФИО9, в ночное время 6 марта 2019 года находясь на территории <данные изъяты> он при помощи своего автомобиля марки <данные изъяты> вместе с ФИО8 вытащил застрявший в кювете автомобиль марки <данные изъяты> Рядом с указанным автомобилем находился Потерпевший №1, который был в военной форме одежды со знаками различия. При этом, Потерпевший №1 держался руками за лицо, закрывая правую сторону лица, он видел у него припухлость под левым глазом, которая превращалась в гематому. О том, кто его избил, Потерпевший №1 не сообщал. Вытащив автомобиль из кювета, он и ФИО8 уехали в полевой лагерь.

Как следует из оглашенных в суде показаний свидетеля ФИО10, 7 марта 2019 года в помещении кладовой подразделения он на лице Потерпевший №1, увидел гематомы под левым и правым глазом, при этом гематома под правым глазом закрывала глаз. Кроме того, под правым глазом также имелось рассечение. Потерпевший №1 сообщил ему, что около 23 часов 6 марта 2019 года выполнив поставленные задачи на полигоне, он и ФИО6 на личном автомобиле последнего направились в <адрес>. Однако по пути следования застряли в кювете, в связи с чем ФИО6 вернулся в полевой лагерь, чтобы позвать на помощь, а Потерпевший №1 остался возле машины. В указанное время к нему подъехал автомобиль, в котором находились ФИО2, ФИО7 и военнослужащий в качестве водителя. ФИО2 и ФИО7 стали расспрашивать у Потерпевший №1 о том, кто он и где проходит службу, а также по какой причине в ночное время ездит по дороге. В дальнейшем, ФИО2 отвел Потерпевший №1 в сторону и продолжил расспросы. На его вопросы Потерпевший №1 ответил, что проходит службу в войсковой части №, потом он пояснил, что проходит службу в войсковой части № но прикомандирован в войсковую часть № после чего ФИО2 нанес Потерпевший №1 несколько ударов по лицу. В указанное время капитан ФИО7 пытался подойти к ним, однако ФИО2 его остановил.

Из оглашенных в суде показаний свидетеля ФИО11 следует, что 7 марта 2019 года ФИО10 сообщил ему о том, что в ночь с 6 на 7 марта 2019 года на территории <данные изъяты> был избит Потерпевший №1. 7 марта 2019 года на лице Потерпевший №1 были гематомы и кровоподтеки. По прошествии времени Потерпевший №1 рассказал ему, что 6 марта 2019 года около 23 часов 30 минут он находился на территории <данные изъяты> рядом с застрявшим в кювете автомобилем своего сослуживца. В это время к нему подъехала машина, из которой вышли трое военнослужащих, один из которых подполковник ФИО2. В ходе разговора, Потерпевший №1 нечаянно назвал ФИО2 «капитаном», на что последний обиделся и побил его.

Допрошенный в суде свидетель ФИО12 показал, что в один из дней в начале марта 2019 года к нему приехал внук Потерпевший №1, который рассказал о том, что 6 марта 2019 на полигоне его избил подполковник ФИО2, причинив явно видимые телесные повреждения, в виде кровоподтека под правым глазом, синяков под глазами, распухшей верхней губы. В середине марта 2019 года Потерпевший №1 попросил его поприсутствовать при разговоре с ФИО2 и его адвокатом, на что он согласился. 23 марта 2019 года он с Потерпевший №1 находясь на парковке возле магазина «<данные изъяты> расположенного на <адрес> в <адрес>, встретились с ФИО2. При встрече ФИО2 попросил у него прощения за то, что побил его внука, при этом об обстоятельствах применения физического насилия он не сообщал. Когда подъехал защитник ФИО2 – адвокат Серых, последний представился и в разговоре намекнул на то, что хорошо бы придумать повод, объясняющий применение насилия со стороны ФИО2, например, что Потерпевший №1 в разговоре с ФИО2, предшествующим применению насилия, оскорбил последнего, или произнес слова, которые ФИО2 были восприняты, как оскорбление. На это предложение он с Потерпевший №1 ничего не ответили, однако для себя решили, что Потерпевший №1 должен говорить только правду.

Из заключения эксперта № от 11 апреля 2019 года, протокола осмотра медицинской карты потерпевшего следует, что на момент обращения Потерпевший №1 в нейрохирургическое отделение ФГБУ «1409 ВМКГ» МО РФ у последнего имелись телесные повреждения в виде тупой травмы правой орбитальной области с параорбитальным кровоподтеком, подконъюктивальным кровоизлиянием правого глазного яблока, которые не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и по этому признаку не являются вредом здоровью. Данные повреждения могли образоваться 6 марта 2019 года от удара тупым твердым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью.

Согласно оглашенным в судебном заседании справкам от 11 апреля 2019 года, данным командиром войсковой части № ФИО2 в момент совершения инкриминируемых ему деяний проходил военную службу в войсковой части № в воинском звании «подполковник» и в должности начальника <данные изъяты>, является непосредственным начальником для всего личного состава <данные изъяты>, в том числе для младшего сержанта Потерпевший №1, проходившего военную службу по контракту в должности командира <данные изъяты>. При этом, около 23 часов 6 марта 2019 года ФИО2 и Потерпевший №1 исполняли свои должностные обязанности на полевом выходе артиллерии на <данные изъяты>

Проанализировав показания потерпевшего и свидетелей, сопоставив их с другими доказательствами, суд признает показания подсудимого ФИО2 недостоверными в части указания им на то, что он нанес ФИО2 кулаками только два удара в лицо, а не три, а также то, что на момент применения этого насилия он не знал, что последний является подчиненным ему военнослужащим. По мнению суда, такие показания приведены подсудимым как способ защиты в целях смягчения своей ответственности, поскольку указанные обстоятельства не нашли своего подтверждения как в ходе предварительного следствия так и в суде.

Так, последовательными показаниями Потерпевший №1 в ходе предварительного следствия, подтверждается, что подсудимый нанес кулаками ему три удара в лицо, при этом указанное обстоятельство подробно подтверждено им, в том числе в ходе проведенных с его участием следственных действий. В результате нанесения указанных ударов, у потерпевшего имелись телесные повреждения, которые подтверждены медицинскими документами, а также вышеуказанным заключением эксперта. Вместе с тем, опровергая указанное обстоятельство, и указывая на нанесение только двух ударов потерпевшему, подсудимый не привел подробных пояснений о том, в какую часть лица потерпевшего они им были нанесены и с какой целью.

Также показаниями допрошенных в суде потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО6 ФИО7, ФИО8, ФИО9 подтверждается, что в момент инкриминируемых событий потерпевший был одет в военную форму (ВПКО), на которой имелись знаки различия, что подтверждало его принадлежность к Вооруженным силам РФ. Это обстоятельство подтвердил в суде и сам подсудимый, пояснив, что Потерпевший №1 в тот момент был в военной форме, и ему было понятно, что перед ним, скорее всего, находится подчиненный ему по воинскому званию военнослужащий. Кроме того, он также показал, что ему было доложено о том, что в застрявшем в кювете автомобиле предположительно находятся военнослужащие войсковой части № в связи с чем им было принято решение поехать к месту дорожно-транспортного происшествия.

Имеющиеся противоречия между показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО8 относительно цвета шевронов на форме потерпевшего суд находит незначительными и не влияющими на вышеуказанный вывод суда, поскольку показания указанных свидетелей связаны с их субъективным восприятием увиденного.

Оценивая заявление подсудимого ФИО2 о том, что применение насилия по отношению в Потерпевший №1 было вызвано оскорбительными выражениями в его адрес со стороны потерпевшего, а не в связи с обманом Потерпевший №1 относительно его принадлежности к войсковой части №, обращением к нему по воинскому званию «капитан» и не в связи с нахождением последнего на территории учебного центра на личном автомобиле, суд считает его недостоверным и не соответствующим установленным обстоятельствам дела, направленным на оправдание своих неправомерных действий, поскольку данное заявление опровергается последовательными и неизменными показаниями потерпевшего Потерпевший №1, которые согласуются с показаниями свидетелей ФИО6, ФИО10 ФИО11 и ФИО12.

Так, в ходе судебного следствия подсудимым и его защитником не были опровергнуты показания потерпевшего и свидетеля ФИО12 о том, что в ходе их совместной встречи ФИО2 и его защитник в целях смягчения ответственности подсудимого, предлагали Потерпевший №1 сообщить органам предварительного следствия о том, что насилие было применено ФИО2 в ответ на нецензурные выражения в свой адрес со стороны потерпевшего. Вместе с тем, потерпевший не стал сообщать правоохранительным органам предложенную ФИО2 и его защитником версию событий, поскольку она не является правдивой.

Кроме того, указанное заявление подсудимого, по мнению суда, противоречит показаниям свидетелей ФИО7 и ФИО8 явившихся очевидцами словестного конфликта между ФИО2 и Потерпевший №1, показавшими, что именно ФИО2 отвел Потерпевший №1 в сторону, а затем в грубой форме используя нецензурную лексику, стал предъявлять последнему претензии, относительно его нахождения на территории полигона на личном автомобиле. Они же подтвердили, что потерпевший неоднократно обращался к ФИО2 по воинскому званию «капитан», чем последний был недоволен.

Показания свидетелей ФИО7 и ФИО8 о том, что Потерпевший №1 в разговоре с ФИО2 также использовал нецензурную лексику в названной части не опровергают вышеуказанных выводов суда, поскольку названные свидетели очевидцами применения ФИО2 насилия по отношению к Потерпевший №1 не являлись и пояснить о том использовал ли потерпевший нецензурную лексику до применения к нему насилия не могли. Напротив потерпевший не отрицал использованием им нецензурной лексики в разговоре с ФИО2, однако пояснил, что ФИО2 он не оскорблял, а указанную лексику использовал после применения к нему насилия и только для связки слов.

Оснований, которые бы свидетельствовали об оговоре подсудимого потерпевшим Потерпевший №1 и свидетелями ФИО6 ФИО10, ФИО11, ФИО12 ФИО7, ФИО8 в судебном заседании не установлено.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что характер примененного ФИО2 насилия свидетельствует о намерении неправомерно наказать потерпевшего за упущения по службе выразившиеся в обмане относительно своей принадлежности к воинской части №, в нахождении на полигоне на личном автомобиле, обращением к нему по воинскому званию «капитан».

Все вышеуказанные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, являются допустимыми, имеют непосредственное отношение к предъявленному подсудимому обвинению и своей совокупности является достаточными для постановления обвинительного приговора.

С учетом изложенного, оценив и проанализировав исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимого в действиях, изложенных в описательной части приговора, установленной.

Таким образом, суд считает установленным, что ФИО2 при изложенных выше обстоятельствах 6 марта 2019 года с применением насилия совершил в отношении подчиненного Потерпевший №1 действия, явно выходящие за пределы его полномочий, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов государства, и квалифицирует содеянное подсудимым по пункту «а» части 3 статьи 286 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, по уголовному делу не установлено.

При назначении подсудимому наказания в качестве обстоятельств, смягчающих его наказание суд учитывает, наличие у него малолетних детей, добровольное возмещение вреда потерпевшему, и иные действия направленные на заглаживание вреда, наличие у него медалей <данные изъяты>, его положительные характеристики, как в быту, так и по службе, в том числе связанные с выполнением им специальных задач <данные изъяты> а также то, что потерпевший его простил и каких-либо претензий к нему не имеет.

Совокупность перечисленных обстоятельств, наряду с тем, что последствий для здоровья потерпевшего, в результате противоправных действий виновного, не наступило, дают суду основания признать их исключительными и в соответствии со ст. 64 УК РФ, не применять к подсудимому дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 3 ст. 286 УК РФ, в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Учитывая перечисленные выше обстоятельства, суд приходит к выводу о возможности исправления ФИО2 без реального отбывания наказания, в связи с чем находит возможным применить к нему ст. 73 УК РФ.

Вместе с тем, учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО2 преступления, в частности нарушение им уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, должностным лицом, наделенным обязанностью воспитывать подчиненных и постоянно поддерживать в службе и подчиненных подразделениях воинскую дисциплину, а также нанесение ударов потерпевшему в область жизненно важного органа – головы, свидетельствующих о повышенной степени общественной опасности содеянного, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств по делу суд разрешает в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 302 -304, 307- 309 УПК РФ военный суд,

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении, преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на три года, без лишения его права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в два года, в течение которого осужденный должен своим поведением доказать свое исправление.

Возложить на ФИО2 обязанность в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

По вступлении приговора в законную силу меру процессуального принуждения ФИО2 в виде временного отстранения от должности и обязательства о явке отменить.

Вещественное доказательство по делу по вступлении приговора в законную силу: медицинскую карту стационарного больного № Потерпевший №1 - считать возвращенной законному владельцу - ФГБУ «1409 ВМКГ» МО РФ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий подпись

Подлинник приговора находится

в материалах уголовного дела

№1-56/2019 Калининградского

гарнизонного военного суда