Решение № 2-2040/2023 2-58/2024 2-58/2024(2-2040/2023;)~М-1854/2023 М-1854/2023 от 12 июня 2024 г. по делу № 2-2040/2023

дело N 2-58/2024 (2-2040/2023)

56RS0026-01-2023-002133-55


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Орск 13 июня 2024 года

Октябрьский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе председательствующего судьи Студенова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Каченовой Н.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

представителя ответчика акционерного общества "АльфаСтрахование" ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу "АльфаСтрахование", ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО "АльфаСтрахование", ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указал, что 20 июля 2022 года по вине водителя ФИО3, управляющего автомобилем марки <данные изъяты>, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого поврежден принадлежащий истцу автомобилю марки <данные изъяты>.

По мнению истца, столкновение автомобилей произошло вследствие виновных действий водителя ФИО3, который при осуществление маневра левого поворота, не предоставил приоритет в движении истцу.

Однако на месте дорожно-транспортного происшествия инспектором ГИБДД усмотрено нарушение пункта 9.1.1 Правил дорожного движения в действиях ФИО1

Постановлением мирового судьи судебного участка N 3 Октябрьского района г. Орска Оренбургской области от 30 ноября 2022 года производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

На момент происшествия гражданская ответственность истца по договору ОСАГО была застрахована в АО "АльфаСтрахование", которым в выплате страхового возмещения по мотиву наличия вины потерпевшего в дорожном происшествии.

ФИО1 полагает необоснованным отказ в выплате страхового возмещения, указывая, что как само дорожно-транспортное происшествие, так и наступившие вследствие этого последствия находятся в прямой причинной связи с действиями водителя ФИО3

По заключению проведенной независимой экспертизы стоимость восстановительного ремонта автомобиля по Единой методике без учета износа составила 2 040 800 руб., а с учетом износа – 1 267 150 руб., рыночная стоимость восстановительного ремонта по методике Минюста без учета износа составляет 1 988 450 руб.

В связи с тем, что действительный размер ущерба превышает лимит ответственности страховщика, истец полагает, что разница в стоимости восстановительного ремонта автомобиля без учета износа и подлежащего выплате страхового возмещения подлежит взысканию с причинителя вреда.

С учетом уточнения исковых требований ФИО1 просил суд определить 100% вины ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии от 20 июля 2022 года; взыскать с АО "АльфаСтрахование" страховое возмещение в размере 400 000 руб., оплату заключения эксперта в размере 5 000 руб., неустойку и финансовую санкцию за период с 26 февраля 2023 года по день принятия решения суда, штраф в размере 50% от взысканной суммы, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере за период с 26 февраля 2023 года по день принятия решения суда, компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб., взыскать со ФИО3 ущерб в размере 1 630 331 руб.

В порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ПАО "АСКО", финансовый уполномоченный ФИО6

В судебном заседании представитель ФИО1 по доверенности ФИО2 исковые требования поддержал.

Представитель ФИО3 по доверенности ФИО4 исковые требования не признал.

Представитель АО "АльфаСтрахование" по доверенности ФИО5 исковые требования не признала.

ФИО1, ФИО3, представитель ПАО "АСКО", финансовый уполномоченный ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в связи с чем, суд полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав пояснения участников процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, суд приходит к следующим выводам.

При рассмотрении дела судом установлено, что 20 июля 2022 года в 15 час. 30 мин. на 1 км автомобильной дороги Троицк-Подгорное-Степное в Троицком районе Челябинской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО3, и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО1

20 июля 2022 года в отношении ФИО1 инспектором Госавтоинспекции вынесен протокол об административном правонарушении, согласно которому в нарушение пункта 9.1 (1) Правил дорожного движения ФИО1 выехал на полосу, предназначенную для встречного движения при совершении обгона в нарушение двойной сплошной линии разметки (1.3), разделяющей транспортные потоки противоположных направлений.

Постановлением мирового судьи судебного участка N 3 Октябрьского района г. Орска Оренбургской области от 30 ноября 2022 года производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В отношении ФИО3 производство по делу об административном правонарушении не возбуждалось, к административной ответственности ответчик не привлекался.

На момент происшествия гражданская ответственность ФИО1 по договору ОСАГО серии № была застрахована в АО "АльфаСтрахование".

Гражданская ответственность ФИО3 по договору ОСАГО серии № была застрахована в ПАО "АСКО".

8 февраля 2023 года ФИО1 обратился в АО "АльфаСтрахование" с заявлением о страховом возмещении.

9 февраля 2023 года страховщиком организован осмотр автомобиля, а 16 февраля 2023 года – дополнительный осмотр.

28 февраля 2023 года страховая компания отказала в выплате страхового возмещения, поскольку протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 не отменен, а документы, подтверждающие нарушение Правил дорожного движения вторым участником или привлечение его к административной ответственности, отсутствуют.

Предъявленная 5 апреля 2023 года страховой компании претензия с требование выплатить страховое возмещение оставлена без удовлетворения.

Решением финансового уполномоченного от 14 июня 2023 года № в удовлетворении требований ФИО1 отказано со ссылкой на вину истца в дорожно-транспортном происшествии.

Имущественные притязания ФИО1 обоснованы тем обстоятельством, что принадлежащее ему автотранспортное средство было повреждено при столкновение, произошедшему по вине ФИО3

В качестве убытков квалифицированы расходы, необходимые для полного восстановительного ремонта автомобиля.

ФИО3 виновный характер своих действий отрицал, указал на вину ФИО1 в дорожном происшествии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Таким образом, для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

Из смысла приведенных норм в совокупности с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой распределяется бремя доказывания между сторонами гражданского процесса, следует, что лицо, требующее возмещения ущерба, должно доказать факт причинения ущерба, противоправность поведения причинителя вреда, юридически значимую причинную связь между первым и вторым элементами. Соответственно, бремя доказывания отсутствия вины лежит на ответчике.

Одновременно, суд учитывает, что возложение внедоговорной ответственности допустимо при наличии всех условий деликтной ответственности.

При этом, причинная связь как условие ответственности предполагает безусловное существование обстоятельства, возникшего вследствие виновного действия (бездействия) причинителя вреда, и обусловленность события (деликта) исключительно данным обстоятельством без каких-либо субъективных действий самого потерпевшего.

В том случае, если в деликтном составе обстоятельство, заявленное потерпевшим в качестве причины события, таковым не является и имеет в произошедшем деликте косвенное значение, то такое условие внедоговорной ответственности как причинная связь не может быть признано наступившим.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090.

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (пункт 1.5 Правил дорожного движения).

Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (пункт 8.1 Правил дорожного движения).

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (пункт 8.2 Правил дорожного движения).

Перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение (пункт 8.5. Правил дорожного движения).

Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения (пункт 11.1. Правил дорожного движения).

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (пункт 11.2 Правил дорожного движения).

По смыслу данных положений, перед началом маневра поворота водитель должен заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, подавать сигнал световым указателем поворота, убедиться в том, что его транспортное средство не обгоняет попутный транспорт, не должен препятствовать совершению маневра обгона, то есть не вынуждать его водителя изменять направление или скорость движения, обеспечить тем самым безопасность выполняемого маневра.

При соблюдении указанных условий, водителю, движущемуся позади, запрещается выполнять обгон; в противном случае им будут нарушаться положения пункта 11.2 Правил дорожного движения, запрещающие выполнять обгон, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево.

В свою очередь, при совершение маневра обгона автомобиль обязан заблаговременно подать сигнал указателем поворота (до момента осуществления поворота налево впереди движущегося транспортного средства), убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии.

При соблюдении указанных условий, водитель, движущийся впереди, не должен совершать маневр поворота. В противном случае, его действия не будут соответствовать требованиям пункта 8.1 Правил дорожного движения, поскольку при осуществлении поворота налево им не была обеспечена безопасность выполняемого маневра и была создана помеха (опасность для движения) выполнявшему обгон его автомобилю.

Однако данные нормативные предписания подлежат применению в том случае, если маневр обгон осуществляется с выездом на полосу движения, на которой разрешено движение в избранном направлении.

Положения пункта 9.1(1) Правил дорожного движения запрещают движение по полосе, предназначенной для встречного движения, на любых дорогах с двусторонним движением, если эта полоса отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.

Дорожная разметка 1.1 (одинарная сплошная линия) Приложения N 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.

Дорожная разметка 1.3 (двойная сплошная линия) - разделяет транспортные потоки противоположных направлений на дорогах с четырьмя и более полосами для движения в обоих направлениях, с двумя или тремя полосами - при ширине полос более 3,75 м.

Приложения к Правилам дорожного движения Российской Федерации являются их неотъемлемой частью, в связи с чем, несоблюдение требований, предусмотренных Приложениями дорожных знаков и разметки, является нарушением Правил дорожного движения Российской Федерации.

В этой связи, если водитель, осуществляющий обгон, выехал на полосу встречного движения, пересекая линию дорожной разметки 1.3, то в данной дорожно-транспортной ситуации он должен был руководствоваться пунктом 1.3 Правил дорожного движения, а также требованиями Правил дорожного движения в части дорожной разметки 1.3, пересекать которую запрещается.

При нарушении водителем, совершающим маневр обгона, положений пункта 9.1(1) Правил дорожного движения, действия водителя автомобиля, совершающего поворот налево, не регламентируются Правил дорожного движения Российской Федерации, в том числе пунктами 8.2 и 11.1, а потому его действия не могут состоять в причинной связи с произошедшем столкновением транспортных средств.

Несмотря на то, что виновность водителей в порядке административного производства не установлена, данное обстоятельство не исключает возможности разрешения вопроса о наличии или отсутствии вины водителей в рамках гражданского судопроизводства.

Исходя из положений статей 2.1, 2.2, 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в рамках административного судопроизводства подлежит выяснению вопрос о виновности лица в совершении административного правонарушения.

Оценка действий участников дорожно-транспортного происшествия и установление лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии, в силу статьи 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях выходят за рамки установленного предмета доказывания.

В силу установленного гражданско-правового и административно- правового регулирования не всякое причинение вреда имуществу другого лица является одновременно и административным, и гражданским правонарушением.

Непривлечение причинителя вреда к административной ответственности не свидетельствует об отсутствии вины причинителя вреда - владельца источника повышенной опасности в рамках гражданского судопроизводства.

Суд в рамках гражданского судопроизводства вправе установить виновника ДТП на основании оценки собранных по делу доказательств.

Соответственно, гражданско-правовые последствия дорожного происшествия подлежат анализу исходя из установленных в рамках настоящего спора фактических данных.

Между тем, анализируя дорожную ситуацию, суд учитывает в качестве сведений о фактах (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) обстоятельства, установленные по делу об административном правонарушении. Поскольку имеющие значение для разрешения настоящего спора факты установлены компетентным лицом и отражены в итоговых процессуальных актах, протоколах и заявлениях, данные сведения учитываются как имеющие доказательственное значение.

Устанавливая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, суд принимает во внимание, что ФИО3, управляя автомобилем <данные изъяты>, ФИО1, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигались в попутном направлении со стороны г. Троицка в сторону пос. Степное.

При этом автомобиль под управлением ФИО3 двигался впереди автомобиля ФИО1

Дорожное происшествие произошло на пересечение проезжих частей главной дороги (Троицк-Степное) и второстепенной дороги слева (поворот на п. Плодовый) при совершении водителем ФИО3 маневра поворота налево и прямолинейного движения водителя ФИО1

В судебном заседании ФИО1 виновный характер своих действий отрицал, указав, что он двигался по левой полосе движения в прямолинейном направлении; подъезжая к перекрестку на поворот к п. Плодовый, ФИО3, будучи припаркованным на обочине, начинал совершать поворот налево, пересекая при этом правую и левую полосу движения, выезжая перед ним; пытаясь избежать столкновения, он (ФИО1), уже находясь на перекрестке, где не было линий разметки, выезжает на полосу для встречного движения, однако избежать столкновения не удалось.

По мнению ФИО3, дорожное происшествие произошло по вине ФИО1, поскольку он (ФИО3), двигаясь по автодороге по крайней левой полосе движения, начал снижать скорость движения на расположенном в указанном месте перекрестке пересечения трассы и второстепенной дороги для совершения маневра поворота налево в п. Плодовый. Он посмотрел в левое зеркало заднего вида, убедившись в безопасности маневра (в зеркале не было видно транспорта, двигающегося позади него, а также по встречной полосе в попутном направлении), начал движение влево, не закончив маневр поворота, получил удар слева. При этом, он был уверен в безопасности совершения маневра поворота, поскольку на данном участке дороги идет разметка трассы двойная сплошная линия, что запрещает совершать обгон слева.

Учитывая процессуальные позиции спорящих сторон, исследуя обстоятельства дорожного происшествия, суд исходит из определения непосредственной причинной связи в пересечении траекторий движения автомобилей, рассматривает действия водителей во взаимосвязи, определяет серьёзность и значение невыполненных ими требований Правил дорожного движения.

Определяя обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, суд исходит из установленной в месте столкновения организации дорожного движения, которая по материалам дела, является следующей: проезжая часть на указанном участке дороги предназначена для движения в двух направлениях, имеющих две полосы движения в направлении в п. Степное (по ходу движения автомобилей сторон) и в одном направлении в г. Троицк, где есть расширение проезжей части для полосы разгона; на дорожное полотно нанесена горизонтальная разметка; дорожное происшествие произошло в светлое время суток при естественном освещении.

В имеющейся в материалах дела схеме дорожного происшествия имеется графическое обозначение конкретного места столкновения, а также указание на несения горизонтальной разметки 1.3 (двойная сплошная линия).

Возражения исковой стороны относительно наличия дорожной разметки 1.3 опровергаются исследованной в судебном заседании видеозаписью, выполненной непосредственно после столкновения автомобилей, из которой усматривается, что полосы движения противоположных направлений разделены двойной сплошной линией, которая начинается задолго до подъезда к месту столкновения.

В объяснениях, данных сотрудникам ГИБДД, водитель ФИО1 указал, что управляя автомобилем <данные изъяты>, он двигался со стороны г. Троицк в сторону п. Степное. На 1 км автомобильной дороги Троицк-Подгорное-Степное в попутном ему направлении впереди стоял автомобиль <данные изъяты> без светового указателя поворота налево. Он начал объезжать данный автомобиль слева, после чего водитель автомобиля <данные изъяты> начал движение и произошел удар.

Аналогичные пояснения дали допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО11, ФИО12

В свою очередь, из пояснений водителя ФИО3, зафиксированных в объяснении по факту ДТП, следует, что он управлял автомобилем <данные изъяты> и двигался со стороны г. Троицк в сторону п. Степное. На 1 км автомобильной дороги он включил левый указатель поворота для совершения маневра левого поворота в сторону п. Плодовый. В момент начала совершения маневра он почувствовал удар в переднюю левую часть своего автомобиля.

Аналогичные пояснения дала допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13

В своих объяснениях очевидец дорожного происшествия ФИО7 Л-Г.А. указала, что находясь на обочине автомобильной дороги Троицк-Степное, поблизости от поворота на п. Плодовое, она увидела как автомобиль <данные изъяты> начал совершать поворот налево в сторону п. Плодовый с левым указателем поворота. В этот момент, следующий за ним автомобиль <данные изъяты>, двигаясь с явным превышением скорости, начал совершать обгон автомобиля <данные изъяты> на перекрестке в зоне действия сплошной линии разметки.

Учитывая разногласия относительно фактических обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, возникшие между сторонами относительно расположения автомобилей на дорожном полотне, в целях устранения противоречий в оценке доказательств, делу назначена судебная экспертиза для установления механизма развития дорожно-транспортного происшествия, проведение которой поручено эксперту ФИО8

В заключение от 4 марта 2024 года эксперт указал, что сравнительный анализ повреждений на автомобилях, их сопоставление по форме, конфигурации, размерам, расположению позволяет определить, что в рассматриваемом случае имело место перекрестное (по направлению движения), попутное, косое столкновение транспортных средств, первичный контакт которых происходил передней левой угловой частью автомобиля <данные изъяты> с правой боковой частью автомобиля <данные изъяты>, при этом продольные оси транспортных средств в начале столкновения располагались относительно друг друга под некоторым острым углом.

Анализ проведенного исследования, в своей совокупности, позволил эксперту определить механизм столкновения транспортных средств следующим образом:

при приближении автомобиля <данные изъяты> к автомобилю <данные изъяты>, последний начинает смещаться влево. В этот момент левее движется автомобиль <данные изъяты>;

продолжая поворот налево, автомобиль <данные изъяты> в процессе маневра выезжает на встречную полосу проезжей части, где произошло столкновение передней левой частью <данные изъяты> с правой боковой поверхностью кузова <данные изъяты> (в районе заднего крыла, задней правой двери).

Анализирую локализацию, направление нанесения деформаций на обоих транспортных средствах, их конечное положение после столкновения и реконструкцию пространственно-следовой обстановки на месте происшествия, эксперт пришел к выводу о том, что в момент контактного взаимодействия при столкновении, происходило поступательное смещение автомобиля <данные изъяты> вперед влево (относительно направления его движения на стадии сближения) с незначительным разворотом в горизонтальной плоскости против хода часовой стрелки, при этом характер удара автомобиля <данные изъяты> был эксцентричным.

В процессе перемещения транспортных средств относительно друг друга, произошло смятие деталей правой задней части от контактирования наружной боковой поверхностью автомобиля <данные изъяты> с левым крылом и левой стороной переднего бампера автомобиля <данные изъяты>. После выхода из контакта и завершения указанных перемещений, автомобили заняли конечные положения, зафиксированные при составлении схемы дорожно-транспортного происшествия от 20 июля 2022 года.

В ходе проведенного исследования фотоиллюстраций с места ДТП установлено, что с момента начала движения до момента столкновения с автомобилем <данные изъяты>, автомобиль <данные изъяты> двигался по левой полосе проезжей части, производя опережение транспортных средств, двигавшихся попутно по правой полосе проезжей части автомобильной дороги Троицк - Подгорное - Степное.

Определить расположение автомобиля Лада 111960 с момента начала движения и до момента столкновения, не представляется возможным.

Также на проезжей части просматривается разметка в виде сплошной линии, которую автомобиль Kia Sorento пересекает справа налево.

Допрошенный в судебном заседании 18 апреля 2024 года эксперт ФИО8 поддержал выводы экспертизы, однако указал, что определить место расположения автомобилей на проезжей части при заданных условиях не представляется возможным. Отметил, что при наличии скорости движения автомобиля <данные изъяты> возможно определить с какого положения данный автомобиль мог начать выполнение маневра левого поворота.

Установив, что автомобиль <данные изъяты> перед выполнением поворота налево двигался со скоростью 15-20 км/ч, по делу была назначена дополнительная судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО8 автомобиль <данные изъяты> мог выполнять маневр поворота к крайней левой полосы. При этом 111960 наиболее вероятно автомобиль <данные изъяты> непосредственно перед столкновением мог двигаться ближе к середине проезжей части, а автомобиль <данные изъяты> двигался попутно по встречной полосе проезжей части.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8 выводы, изложенные в актах экспертного исследования, подтвердил в полном объеме, дополнительно, указав, что оценивая версии водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, он пришел к выводу о том, что с технической точки зрения версия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 согласуется с реальной обстановкой и обстоятельствами, имевшим место в расследуемом дорожно-транспортном происшествии, и является, таким образом, состоятельной. Версия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО1 хотя и могла иметь место с технической точки зрения, но она не подтверждается ни материалами дела, ни проведенным экспертным исследованием.

Оснований не доверять экспертным заключениям, а также оснований усомниться в компетенции эксперта, не имеется.

Материалами дела подтверждается, что эксперт ФИО8 является профессиональным субъектом экспертной деятельности, экспертом-техником, стаж его экспертной работы составляет более 30 лет), имеющим высшее техническое образование, профессиональную переподготовку, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения

Заключения содержат описание проведенного исследования, ссылки на правовые акты, регулирующие производство экспертиз и методические рекомендации, выводы эксперта мотивированы.

Исследовательскую основу заключения составили материалы гражданского дела, административные материалы, фотоматериалы, данные с осмотра автомобиля, осмотр места происшествия.

Как усматривается из материалов дела, заключения эксперта соответствуют требованиям действующего законодательства.

Эксперт был допрошен в судебном заседании и дал подробные пояснения относительно проведенного исследования.

Проанализировав обстоятельства дорожной ситуации в совокупности с приведенными нормативными положениями, суд приходит к выводу, что именно истец в данной конкретной ситуации не предпринял необходимых мер для безопасного движения по трассе.

Причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение пунктов 1.3, 9.1 (1) Правил дорожного движения водителем ФИО1, который не выполнил требование горизонтальной разметки 1.3 (двойная сплошная линия), пересек ее и выехал на дорогу, предназначенную для встречного движения, в результате чего допустил столкновение с автомобилем ответчика.

Как установлено в ходе судебной экспертизы местом столкновения автомобилей являлось полоса движения, предназначенная для встречного движения, то есть причиной дорожного происшествия явился именно выезд ответчика на полосу встречного движения, где и произошло столкновение автомобилей.

Следовательно, ФИО1, самостоятельно избрав траекторию движения по дороге таким образом, что столкновение автомобилей произошло на встречной для него полосе движения, в тот момент когда второй участник уже начал выполнять маневр левого поворота.

В этой связи именно субъективные действия водителя ФИО1 расцениваются судом в качестве причины дорожного происшествия.

При этом никаких преимуществ в движении у водителя автомобиля <данные изъяты> не было, напротив, двигаясь позади автомобиля ответчика, истец должен был контролировать дорожную ситуацию.

В свою очередь, движение транспортного средства под управлением ФИО3 с разрешенным скоростным режимом, совершение маневра левого поворота со своей полосы движения (крайней левой), при том, что добросовестность иных участников дорожного движения должна предполагаться, о виновном поведении ответчика не свидетельствует.

В деле отсутствуют объективные сведения о том, что водитель автомобиля <данные изъяты> в момент аварии при повороте налево не подал, несвоевременно подал сигнал световым указателем поворота, либо создал опасность для движения и помехи другим участникам дорожного движения, в частности автомобилю <данные изъяты>.

В своих объяснениях непосредственный очевидец дорожного происшествия ФИО7 Л-Г.А. указала, что автомобиль <данные изъяты> совершал поворот налево с левым указателем поворота.

Кроме того, признаком того, что движущееся впереди транспортное средство намеревается повернуть налево, может служить, кроме включения сигналов поворота, уменьшение скорости его движения. Таким образом, движение автомобиля <данные изъяты> на низкой скорости, в данном случае 15-20 км/ч, должно было повлечь для истца принятие мер для снижения скорости, восприятие данной ситуации как опасной и проявление большей бдительности, чего им сделано не было.

В рассматриваемом случае следует признать, что водителем ФИО3 были соблюдены правила совершения маневра поворота в части заблаговременного занятия соответствующего крайнего положения на проезжей части и включения сигнала поворота.

По мнению суда, основным виновником данного ДТП, спровоцировавшим такое развитие дорожной ситуации, являлся водитель ФИО1, допустившим обгон по встречной полосе движения, выезд на которую при этом не был спровоцирован действиями водителя ФИО3

В данной связи и поскольку обгон осуществлялся истцом по встречной полосе движения при пересечении двойной сплошной линии разметки, доводы о том, что при совершении маневра поворота ФИО3 не убедился в отсутствие осуществляющих обгон транспортных средств, подлежат отклонению.

Водитель ФИО3, совершая поворот налево с крайней левой полосы движения, не мог и не должен был предполагать, что движущееся за ним транспортное средство начнет выполнять обгон по встречной полосе движения, выезд на которую в данном случае был запрещен.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8 указал, что поскольку водитель ФИО1 выполнял обгон по встречной полосе с пересечением двойной сплошной линии, положения пункта 8.1 Правил дорожного движения на водителя ФИО3 не распространяются. В данном случае нарушений Правил дорожного движения со стороны ФИО3 не допущено. А выводы в первоначальной экспертизе относительно пунктов Правил дорожного движения, которыми должны были руководствоваться водители, подлежали учету только в случае, если обгон совершался по выделенной для этого полосе движения.

При этом из пояснений ФИО3 следует, что при повороте налево он убедился в отсутствии транспортных средств, движущихся за ним, указав, что перед началом поворота он посмотрел в зеркало заднего вида и не увидел никаких автомобилей.

Фактически поведение ФИО3 влияет лишь на оценку личных действий ответчика безотносительно от произошедшего столкновения, поскольку при соблюдение ФИО1 Правил дорожного движения дорожное столкновение бы не произошло.

Иная правовая оценка истцом действий водителя ФИО3 основана на субъективной оценке фактических обстоятельств дорожной ситуации, не основанной на материалах дела.

Суд считает, что установленные обстоятельства дорожного происшествия, расположение автомобилей, а также сопутствующие расположению автомобилей объяснения водителей, очевидцев ДТП, свидетельствуют о неправомерном поведении ФИО1, избравшего неправильную траекторию движения.

Доводы представителя исковой стороны о том, что двойная сплошная линия разметки нанесена в противоречие с проектом организации дорожного движения, подлежит отклонению.

Принимая во внимание, что участок дороги, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие, не был знаком ФИО1, он в любом случае должен был руководствоваться линией разметки.

Дорожное происшествие обусловлено самостоятельными действиями водителя ФИО1, соответственно, неблагоприятные последствия повреждения автомобиля <данные изъяты> в причинной связи с действиями водителя ФИО3 не находятся.

При соблюдении ФИО1 Правил дорожного движения дорожное столкновение бы не произошло.

Поскольку необходимые условия для наступления деликтной ответственности ФИО3 по результатам оценки доказательств были установлены, правовые основания для возложения на ответчика материально-правовой обязанности по заявленному истцом предмету и основанию иска у суда не имеются.

Гражданская ответственность владельцев транспортных средств подлежит обязательному страхованию в силу статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей основания возникновения обязанности страхования, в том числе и риска гражданской ответственности, а также Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Федеральный закон от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ).

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло по вине истца, суд не усматривает оснований для взыскания страхового возмещения.

В соответствии с абзацем 4 пункта 22 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную данным федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если из документов, составленных сотрудниками полиции, следует, что за причиненный вред ответственны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, то в силу прямого указания закона их страховщики производят страховое возмещение в равных долях (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При несогласии с таким возмещением потерпевший вправе предъявить требование о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Из анализа положений статей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений абзаца 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 следует, что вопрос о размере ущерба разрешается страховщиком самостоятельно на основании осмотра и (или) экспертизы поврежденного транспортного средства, а вопрос о вине - на основании представленных потерпевшим документов, составленных уполномоченными сотрудниками полиции, либо, в случаях, предусмотренных статьей 11.1 Закона об ОСАГО, на основании извещения о дорожно-транспортном происшествии, заполненного совместно водителями, не имеющими разногласий об обстоятельствах причинения вреда, в том числе о вине в его причинении.

В силу специального указания закона, в тех случаях, когда из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить степень вины каждого из водителей, страховщик обязан произвести страховое возмещение в равных долях, при этом на него не может быть возложена ответственность, если впоследствии судом на основании исследования и оценки доказательств будет установлено иное соотношение вины.

Из буквального толкования текста, изложенного в определении о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 30 ноября 2022 года, в протоколе по делу об административном правонарушении, содержатся выводы о совершении истцом нарушений Правил дорожного движения и об отсутствии таких нарушений со стороны второго участника аварии.

Ввиду изложенного, ответчиком не было нарушено право истца на получение страхового возмещения в размере 50% от надлежащего размера страхового возмещения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО1 (СНИЛС №) в удовлетворении исковых требований к акционерному обществу "АльфаСтрахование" (ИНН <***>), ФИО3 (СНИЛС №) о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Октябрьский районный суд г. Орска Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято 24 июня 2024 года.

Председательствующий (подпись) С.В. Студенов