Апелляционное определение № 33-1131/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья Холонина Т.П. УИД 39RS0011-01-2024-000807-31

Дело № 2-150/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33-1131/2026
01 апреля 2026 г.
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поникаровской Н.В.,

судей Королевой Н.С., Нартя Е.А.,

при секретаре Макаревской А.В.,

с участием прокурора Маркеловой Г.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Калининграда от 24 ноября 2025 г. по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Нартя Е.А., пояснения представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО11, поддержавшего апелляционную жалобу, объяснения представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО12, возражавшей против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшего решение суда подлежащим оставлению без изменения,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском, указывая, что 30.11.2022 около 09 часов 10 минут в пос. Лесное Зеленоградского района Калининградской области произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием водителя ФИО2, управлявшей транспортным средством БМВ, государственный регистрационный знак <***>. Он (истец) находился в момент ДТП в указанном транспортном средстве в качестве пассажира, водитель не справилась с управлением, допустила съезд в кювет, транспортное средство перевернулось, в результате чего истец получил телесные повреждения. В этот же день 30.11.2022 ему был диагностирован ушиб правого бедра, далее после обращения в Калининградскую городскую клиническую больницу скорой помощи 05.12.2022 ему был поставлен диагноз: ушиб грудной клетки.

Согласно заключению магнитно-резонансной томографии от 05.12.2022 у него подтверждены признаки компрессионной деформации тела Th3 позвонка 1ст. компрессии, острый-подострый период перелома, МР-признаки дегенеративно-дистрофических изменений грудного отдела позвоночника, протрузии Th6-Th7, Th7-Th8, Th8-Th-9 дисков. Спондилоартроз на уровне Th1-Th-12 сегментов. В период с 05.12.2022 по 21.01.2023 он проходил амбулаторное лечение. Согласно акту судебно-медицинского освидетельствования от 26.03.2024 ему причинена закрытая тупая травма позвоночника: компрессионный перелом тела 3-го грудного позвонка (Th3) 1ст. компрессии. Данное повреждение могло образоваться в период с 30.11.2022 по 05.12.2022 в результате чрезмерного воздействия силы вдоль продольной оси позвоночника (возможно при обстоятельствах ДТП). Закрытая тупая травма позвоночника причинила средней тяжести вред здоровью, как вызвавшая длительное расстройство здоровья на срок свыше 21 дня. Установленный при осмотре в травмпункте ГК БСМП диагноз «Ушиб правого бедра» данными объективного осмотра не подтвержден, поэтому при оценке тяжести причиненного вреда здоровью не учитывался.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровья в размере 1 000 000 руб., расходы на оплату медицинских услуг в размере 31 430 руб.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 24 ноября 2025 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

Истцом ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение которым удовлетворить его исковые требования в полном объеме, назначить повторную экспертизу. Продолжая настаивать на доводах иска, указывает на несогласие с выводами комплексной судебно-медицинской экспертизы. Полагает, что экспертами не полностью исследованы медицинские документы, имеющиеся в деле, не дана оценка данным инструментальных исследований за период 2023-2024 гг., не описан компрессионный перелом позвоночника, что в дальнейшем привело к ошибкам, как в промежуточных выводах экспертов, так и в заключительном выводе экспертов на поставленные судом вопросы. В заключении экспертами не были полностью даны ответы на поставленные вопросы. Выводы экспертов содержат неясности и сомнения, поскольку имеется противоречие между рентгенологическим исследованием ГБУЗ КО «БСМП», проведенным 05.12.2022, где выявлен диагноз ушиб грудной клетки (справа) рентгенологически без видимых костно-травматической патологии, и заключением рентгенологического MPT-исследования, проведенного в этот же день через несколько часов, согласно которому у ФИО1 обнаружена компрессионная деформация 3-го грудного позвонка. Суд незаконно отказал истцу в назначении повторной экспертизы. Выводы суда о неприязненных отношениях между сторонами в связи с наличием решения суда о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО2 денежных средств, перепиской между сторонами, в которой имеются выяснения отношений, заявлением ФИО2 о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 за распространение якобы материалов порнографического содержания, по которому последний был допрошен в качестве свидетеля, а уголовное дело было прекращено, правового значения для дела не имеют.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО11 доводы апелляционной жалобы поддержали, настаивали на удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО12 в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласилась, просила решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу, ходатайство о назначении повторной экспертизы – без удовлетворения.

В судебном заседании прокурор полагала решение суда первой инстанции подлежащим оставлению без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор, суд установил, что 30.11.2022 около 09 часов 10 минут в пос. Лесное Зеленоградского района Калининградской области произошло ДТП с участием водителя ФИО2, управлявшей транспортным средством БМВ, государственный регистрационный знак <***>, ФИО1 находился в указанном автомобиле в качестве пассажира. Водитель не справилась с управлением, допустила съезд в кювет, в результате чего транспортное средство перевернулось.

Согласно определению от 21.12.2023, вынесенному старшим инспектором по ИАЗ ОГИБДД ОМВД России «Зеленоградский», в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ, по заявлению ФИО1 от 12.12.2023, было отказано в связи с тем, что факт ДТП не подтвердился. В определении инспектором указано, что данное ДТП зафиксировано не было, в связи с тем, что водитель транспортного средства БМВ Х6, государственный регистрационный знак <***>, отказалась от оформления ДТП, т.к. автомобиль получил механическое повреждения, пострадавших нет.

30.11.2022 ФИО1 обратился в Калининградскую городскую клиническую больницу скорой помощи по поводу ушиба правого бедра, при осмотре травматических повреждений не выявлено.

05.12.2022 ФИО1 обратился в Калининградскую городскую клиническую больницу скорой помощи по поводу ушиба грудной клетки, при осмотре Rg–без видимой костно-травматической патологии.

Согласно акту судебно-медицинского освидетельствования от 26.03.2024, составленного ГБУЗ Бюро судмедэкспертизы отдела экспертизы потерпевших, обвиняемых и др. лиц, установлено, что ФИО1 была причинена закрытая тупая травма позвоночника: компрессионный перелом тела 3-го грудного позвонка (Th3) 1ст. компрессии. Закрытая тупая травма позвоночника причинила средней тяжести вред здоровью, как вызвавшая длительное расстройство здоровья на срок свыше 21 дня.

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы № 64/2024 от 08.10.2025, выполненной ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Калининградской области», на обзорной рентгенограмме тазобедренных суставов от 30.11.2022, обзорной рентгенограмме органов грудной клетки от 05.12.2022 на имя пациента ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – без видимой костно-травматической патологии. При исследовании в рамках экспертизы МРТ-данных на имя ФИО15ЯА. (из клиники «МРТ-Эксперт Калининград от 05.12.2022) выявлена МР-картина дегенеративно-дистрофических изменений позвоночника во всех отделах позвоночника. Дегенеративно-дистрофические изменения позвоночника в виде протрузий межпозвонковых дисков в сегментах С3-С4, С4-С5, С5-С6, С6-С7, Th6 - Th7, Th7- Th8, Th8- Th9, в сегменте L5-S1, спондилоартроза, в грудном отделе-гиперкифоза. Множественные грыжи Шморля в замыкательных пластинках Th3 (третий грудной позвонок) Th6 – Th10 позвонков.

Согласно представленным медицинским документам на момент обращения ФИО1 за медицинской помощью 30.11.2022 в ГБУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» выставлен диагноз: «ушиб правого бедра», 05.12.2022 при обращении в травмпункт ГБУЗ «БСМП» выставлен диагноз «ушиб грудной клетки (справа)» рентгенологически без видимой костно-травматической патологии. Указанные выше диагнозы выставлены на основании жалоб (клинических данных) – каких-либо объективных данных о наличии повреждений в области правого бедра, в области грудной клетки в медицинских документах не имеется. Других каких-либо данных о наличии каких-либо повреждений, медицинские документы не содержат. Также отсутствуют какие-либо медицинские данные о прохождении лечения по поводу травм после дорожно-транспортного происшествия от 30.11.2022.

Каких-либо объективных данных, указывающих на ухудшении состояния здоровья ФИО1 в связи с полученным «ушибом бедра», «ушибом грудной клетки справа» после дорожно-транспортного происшествия, в медицинских документах, представленных на экспертизу, не имеется. Дать судебно-медицинскую оценку «ушибу бедра», «ушибу грудной клетки» не представляется возможным ввиду отсутствия каких-либо объективных, клинических, инструментальных данных в представленных медицинских документах.

Согласно представленным медицинским документам при рентгенологическом (МРТ) исследовании, проведенном в клинике «МРТ-Эксперт Калининград от 05.12.2022 выявлены МР-признаки компрессионной деформации тела Th3 позвонка 1 ст. компрессии, а также МР-признаки дегенеративно-дистрофических изменений грудного отдела, протрузии Th6 - Th7, Th7- Th8, Th8- Th9 дисков, спондилоартроз на уровне сегментов Th61- Th12. При повторном изучении в ходе проведения настоящей комплексной судебно-медицинской экспертизы, рентгенологических данных исследования проведенных ФИО1 в МРТ-Эксперт Калининград, установлено, что у гр-на ФИО1 в МРТ-исследовании от 05.12.2022 имеются рентгенологические подтвержденные данные дегенеративно-дистрофических изменений позвоночника в виде протрузий межпозвонковых дисков в сегментах С3-С4, С4-С5, С5-С6, С6-С7, Th6 - Th7, Th7- Th8, Th8- Th9, в сегменте L5-S1, множественные грыжи Шморля в замыкательных пластинках Th3 (третий грудной позвонок), Th6 – Th10 позвонков. «Компрессионная деформация 3-го грудного позвонка», указанная в заключении рентгенологического МРТ-исследования от 05.12.2022 из клиники «МРТ-Эксперт Калининград» не нашла своего рентгенологического подтверждения в рамках проведения данной экспертизы. Для компрессионных переломов грудного отдела позвоночника (во внутри салонном дорожно-транспортном происшествии) характерны не локальные (одиночные переломы тела одного грудного позвонка), а комплекс переломов включая переломы отростков позвоночника ребер и грудину.

Грыжа Шморля формируется на фоне нарушений архитектоники костной ткани, снижения её плотности и прочности. Чаще всего это связано с наследственной предрасположенностью, неравномерным ростом костной и хрящевой ткани в подростковом возрасте, остеопенией и остеопорозом, нарушением микроциркуляции в позвоночных структурах, дефицитом кальция, витамина D, и магния, травмами, в том числе, наиболее часто, микротравмами ( при занятиях спортом), снижением физической активности, или наоборот, чрезмерной механической перегрузкой позвоночника, неправильной осанкой, сколиозом, кифозом Шойермана-Мау, метаболическими нарушениями, в том числе при сахарном диабете, гипотеореозе, ожирении.

Учитывая сведения медицинских документов на имя ФИО1, а также данные МРТ-исследований, представленных на экспертизу (в которых, наряду с грыжой Шморля, выявлены дегенеративно-дистрофические изменения в шейном, грудном и поясничном отделах позвоночника), отсутствие каких-либо объективных наружных повреждений в области грудного отдела позвоночника и груди, зафиксированных в медицинских документах после дорожно-транспортного происшествия от 30.11.2022, экспертная комиссия приходит к выводу, что возможность образования грыжи Шморля локально на уровне 3-го грудного позвонка при ДТП от 30.11.2022 при всех вышеуказанных условиях представляется маловероятной. При этом, указанные изменения в области 3-го грудного позвонка могли образоваться вследствие нарушений архитектоники костной ткани, на фоне уже имеющихся места быть дегенеративно-дистрофических изменений позвоночника – снижения её плотности и прочности. При этом образование грыжи Шморля при спортивных занятиях и поднятии тяжести возможно.

Судебный медицинский эксперт ФИО7, допрошенная в суде, подтвердила данные заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы.

Разрешая заявленные требования, суд, ссылаясь на положения ст. ст. 12, 150, 151, 1064, 1100, 1101 ГК РФ, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", пришел к выводу о том, что объективных доказательств того, что в результате дорожно-транспортного происшествия 30.11.2022 ФИО1 были причинены телесные повреждения, не имеется, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований о возмещении морального и материального вреда, не усмотрел.

Принимая такое решение, суд руководствовался заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы, согласно которому каких-либо объективных наружных повреждений у ФИО1 в области грудного отдела позвоночника и груди, правого бедра, зафиксированных в медицинских документах после дорожно-транспортного происшествия от 30.11.2022, не установлено; диагнозы в виде ушиба бедра и компрессионного перелома позвоночника выставлены на основании жалоб ФИО1 (клинических данных) – каких-либо объективных данных о наличии повреждений в области правого бедра, в области грудной клетки в медицинских документах не имеется. Других каких-либо данных о наличии каких-либо повреждений, медицинские документы не содержат. Также отсутствуют какие-либо медицинские данные о прохождении лечения по поводу травм после дорожно-транспортного происшествия от 30.11.2022. «Компрессионная деформация 3-го грудного позвонка», указанная в заключении рентгенологического МРТ-исследования от 05.12.2022 из клиники «МРТ-Эксперт Калининград», не нашла своего рентгенологического подтверждения в рамках проведения комплексной судебно-медицинской экспертизы. Для компрессионных переломов грудного отдела позвоночника (во внутри салонном дорожно-транспортном происшествии) характерны не локальные (одиночные переломы тела одного грудного позвонка), а комплекс переломов, включая переломы отростков позвоночника ребер и грудину.

Кроме того, суд проанализировал список посещений ФИО1 Клуба «Ворлд Класс Калининград» с 15.01.2023 по 05.12.2024, из которого следует, что последний активно, почти ежедневно, посещал спортивный клуб. Также суд исходил из того, что между сторонами сложились неприязненные отношения, что подтверждается решением суда о взыскании с ФИО1, в пользу ФИО2 денежных средств, перепиской между сторонами, заявлением ФИО2 о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 за незаконное распространение материалов порнографического характера в отношении неё.

Судебная коллегия полагает, что с выводами суда первой инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в статье 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Частью 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Использование автомобиля по прямому назначению, исходя из положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, является источником повышенной опасности.

Из приведенных выше положений закона следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

В отступление от этого правила юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причиненный вред независимо от вины.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указывал на обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 30 ноября 2022 г., в подтверждение чего ссылался на письменные объяснения ФИО2 от 30 ноября 2022 г., которые были даны ею по обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, фотографии поврежденного автомобиля, медицинские документы, в числе которых справка БСМП от 30 ноября 2022 г., акт судебно-медицинского освидетельствования № 296А от 28.03.2024.

Представитель ответчика ФИО2 сам факт дорожно-транспортного происшествия 30 ноября 2022 г. под управлением ответчика в ходе рассмотрения дела не отрицала, ссылаясь на то, что авария произошла по вине истца, который во время движения автомобиля пытался выхватить у ответчика телефон.

В своих письменных объяснениях от 30 ноября 2022 г., данных инспектору ГИБДД, ФИО2 указала, что 30 ноября 2022 г. в поселке Лесное примерно в 11.00 час. она, управляя автомобилем БМВ Х6 г/н №, не справилась с управлением и съехала в кювет, в результате чего её автомобиль получил механические повреждения, которые она будет устранять самостоятельно, в оформлении ДТП не нуждается. В салоне автомобиля находился пассажир ФИО8, который не пострадал, за медицинской помощью обращаться не собираемся (л.д. 20 т.1).

Допрошенный в суде первой инстанции свидетель ФИО9 суду пояснил, что в начале декабря 2022 г. встретил своего знакомого ФИО1, который хромал, он рассказал, что попал в аварию с девушкой.

Таким образом, доводы истца о наличии данного происшествия являются обоснованными, а факт заявленного дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля ответчика и истца в качестве пассажира – установленным.

Отклоняя довод истца о причинении вреда здоровью и морального вреда в результате ДТП с его участием 30 ноября 2022 г., делая вывод, что данные обстоятельства истцом не доказаны, судом первой инстанции не учтено, что 30.11.2022 в 13:10 час. ФИО1 на место ДТП была вызвана скорая медицинская помощь; согласно справке по вызову скорой медицинской помощи № 858 (л.д.180 т.1), приехавшей на место (пос. Лесной) бригадой скорой помощи был осмотрен ФИО1, установлены жалобы: на дискомфорт и боль в области правого бедра, анамнез: травма получена вследствие ДТП, сознание не терял, головой не ударялся, обстоятельства помнит; установленный диагноз: ушиб бедра; перелом бедренной кости справа под вопросом; отказ от транспортировки для госпитализации в стационар; по результат осмотра рекомендовано обратиться в больницу скорой медицинской помощи.

Далее, спустя несколько часов после происшествия последовало обращение истца в лечебное учреждение по факту травмы, а именно: 30 ноября 2022 г. в 15:01 час. ФИО1 обратился в травмпункт БСМП по поводу ушиба правого бедра, где ему было назначено лечение (холод по 10 минут каждые 3 часа в течение двух суток с момента травмы, при болях бруфен по 1 таб. 2 раза в день, кетонал крем 3 раза в день с 3-го дня после травмы, рентген контроль в динамике на 3-4 день), рекомендовано дальнейшее лечение в поликлинике по месту жительства, что подтверждается справкой дежурного врача БСМП от 30 ноября 2022 г., амбулаторной картой приема № 2022-40527 (л.д.22-24 т.1).

05.12.2022 ФИО1 обратился в ГК БСМП по поводу ушиба грудной клетки справа, ему было назначено лечение и рекомендовано лечение в поликлинике.

При обращении 06.12.2022 к врачу-неврологу ООО «Фабрика здоровья и красоты Катарина» ФИО1 жаловался на боли в области спины, грудного отдела позвоночника, которые беспокоят его в течение нескольких дней, с 30.11.2022, когда она попал в ДТП в качестве пассажира (машина упала в кювет и перевернулась).

Таким образом, представленными в совокупности в материалы дела доказательствами подтверждается факт причинения истцу телесных повреждений в виде ушиба правого бедра и грудной клетки справа в результате дорожно-транспортного 30 ноября 2022 г. источником повышенной опасности под управлением ответчика ФИО2, в связи с чем истец имеет право на компенсацию морального вреда за причинение телесных повреждений.

При этом, в силу абзаца 2 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Доказательств, свидетельствующих о причинении истцу телесных повреждений в виде ушиба правого бедра и грудной клетки справа при иных обстоятельствах, чем указывает истец, ответчиком не представлено.

Также ответчиком в материалы дела не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств грубой неосторожности со стороны потерпевшего, равно как и доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине потерпевшего, на чем настаивала ответчик.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 настаивал, что в результате дорожно-транспортного происшествия 30.11.2022 ему (помимо ушиба правого бедра и грудной клетки справа) была причинена травма в виде компрессионной деформации 3-го грудного позвонка, острый-подострый период перелома, ссылаясь на заключении рентгенологического МРТ-исследования от 05.12.2022 клиники «МРТ – Эксперт Калининград».

Действительно, согласно заключению магнитно-резонансной томографии от 05.12.2022, выполненному ООО «МРТ Эксперт Калининград», у ФИО1 выявлены МР признаки компрессионной деформации тела Th3 позвонка 1 ст. компрессии, острый-подострый период перелома. МР-признаки дегенеративно-дистрофических изменений грудного отдела позвоночника, протрузии Th6-Th7, Th7-Th8, Th8-Th-9 дисков. Спондилоартроз на уровне Th1-Th-12 сегментов.

Между тем, согласно выводам судебно-медицинской экспертизы, назначенной судом по ходатайству истца, при повторном изучении в ходе проведения настоящей комплексной судебно-медицинской экспертизы, рентгенологических данных исследования проведенных ФИО1 в МРТ-Эксперт Калининград, установлено, что у ФИО1 в МРТ-исследовании от 05.12.2022 имеются рентгенологические подтвержденные данные дегенеративно-дистрофических изменений позвоночника в виде протрузий межпозвонковых дисков в сегментах С3-С4, С4-С5, С5-С6, С6-С7, Th6 - Th7, Th7- Th8, Th8- Th9, в сегменте L5-S1, множественные грыжи Шморля в замыкательных пластинках Th3 (третий грудной позвонок), Th6 – Th10 позвонков, а «Компрессионная деформация 3-го грудного позвонка», указанная в заключении рентгенологического МРТ-исследования от 05.12.2022 из клиники «МРТ-Эксперт Калининград», не нашла своего рентгенологического подтверждения в рамках проведения судебной экспертизы. Эксперты указали, что для компрессионных переломов грудного отдела позвоночника (во внутри салонном дорожно-транспортном происшествии) характерны не локальные (одиночные переломы тела одного грудного позвонка), а комплекс переломов, включая переломы отростков позвоночника ребер и грудину.

Таким образом, факт причинения истцу в результате дорожно-транспортного происшествия компрессионного перелома тела 3-го грудного позвонка (Th3) 1ст. компрессии, на чем настаивал истец, допустимыми доказательствами не подтвержден, в связи с чем он не подлежит учету при определении размера компенсации морального вреда.

Выявленные у истца в ходе проведения судебной экспертизы грыжа Шморля локально на уровне 3-го грудного позвонка, дегенеративно-дистрофические изменения в шейном, грудном и поясничном отделах позвоночника также не являются следствием причиненного вреда здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия 30.11.2022.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, правовых оснований полагать заключение комплексной судебной экспертизы недопустимым доказательством, у судебной коллегии не имеется, поскольку заключение достаточно полно мотивированно, содержит подробное описание проведенного исследования и на основании этого исследования даны ответы на поставленные вопросы, выводы экспертов являются обоснованными, научно-аргументированными, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Представленное истцом суду апелляционной инстанции заключение специалиста ФИО10 от 30.03.2026 составлено по заказу истца вне рамок судебного разбирательства и без участия сторон, является мнением отдельного лица относительно результатов экспертизы, не лишает заключение судебной экспертизы доказательственного значения и о недостоверности проведенной судебной экспертизы не свидетельствует. Несогласие истца с выводами эксперта не может являться основанием для назначения повторной либо дополнительной экспертизы, применительно к положениям ст. 87 ГПК РФ. Доказательств, отвечающих принципам относимости, достоверности, допустимости, опровергающих выводы судебной экспертизы, в материалы дела не представлено.

В связи с чем, каких-либо оснований для назначения повторной судебно-медицинской экспертизы как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, так и при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не имелось.

Руководствуясь вышеприведенным правовым регулированием, оценивая представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из того, что ответчик, управляя 30.11.2022 транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, не справилась с управлением и допустила съезд автомобиля в кювет, в результате чего ФИО1, который находился в момент происшествия в автомобиле в качестве пассажира, были причинены телесные повреждения в виде ушиба правого бедра и грудной клетки справа, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика как владельца источника повышенной опасности компенсации морального вреда в пользу истца.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с владельца источника повышенной опасности в пользу ФИО1, судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 151, 1083, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений содержащихся в пунктах 1, 12, 15, 25 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", принимая во внимание фактические обстоятельства, характер и степень полученных истцом телесных повреждений в виде ушиба правого бедра и грудной клетки справа, степень моральных страданий и переживаний истца, требования соразмерности, разумности и справедливости, оценивая материальное положение ответчика, приходит к выводу, что компенсация морального вреда в сумме 80 000 рублей в наибольшей степени способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой гражданско-правовой ответственности, применяемой к ответчику.

По мнению судебной коллегии, размер компенсации морального вреда в 80 000 руб. соответствует требованиям ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Судебная коллегия полагает, что указанная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

В соответствии с представленными в дело доказательствами, оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в заявленном истцом размере (1 000 000 руб.) судебная коллегия не усматривает.

Относительно требования истца о взыскании с ответчика расходов на лечение в размере 31 430 руб., заявленных в качестве материального ущерба, судебная коллегия учитывает следующее.

В силу статьи 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из системного толкования положений пунктов 2 - 4 статьи 12 Закона об ОСАГО, разъяснений, изложенных в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 следует, что в случае причинения потерпевшему вреда здоровью в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. N 1164 потерпевшему выплачивается страховая выплата за причинение вреда здоровью в части возмещения необходимых расходов на восстановление здоровья потерпевшего исходя из характера и степени повреждения здоровья.

Вместе с тем, в случаях, предусмотренных пунктами 3 и 4 статьи 12 Закона об ОСАГО, если дополнительные расходы на лечение и восстановление поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия здоровья потерпевшего и утраченный им заработок (доход) превышают сумму осуществленной страховой выплаты, рассчитанную в соответствии Правилами N 1164, страховщик обязан выплатить разницу между совокупным размером утраченного потерпевшим заработка (дохода) и дополнительных расходов и суммой осуществленной страховой выплаты.

В соответствии с положениями статьи 15 Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг", финансовый уполномоченный рассматривает обращения в отношении финансовых организаций, включенных в реестр, указанный в статье 29 настоящего Федерального закона (в отношении финансовых услуг, которые указаны в реестре), или перечень, указанный в статье 30 настоящего Федерального закона, если размер требований потребителя финансовых услуг о взыскании денежных сумм не превышает 500 тысяч рублей (за исключением обращений, указанных в статье 19 настоящего Федерального закона) либо если требования потребителя финансовых услуг вытекают из нарушения страховщиком порядка осуществления страхового возмещения, установленного Федеральным законом от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", и если со дня, когда потребитель финансовых услуг узнал или должен был узнать о нарушении своего права, прошло не более трех лет.

Таким образом, финансовый уполномоченный в обязательном порядке рассматривает все споры граждан с организациями, в том числе осуществляющими деятельность по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств (без ограничения сумм).

При этом, в соответствии с частью 2 статьи 25 вышеуказанного Федерального закона, потребитель финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке требования к финансовой организации, указанные в части 2 статьи 15 настоящего Федерального закона, только после получения от финансового уполномоченного решения по обращению, за исключением случаев, указанных в пункте 1 части 1 настоящей статьи.

Частью 8 статьи 32 данного Закона предусмотрено, что потребители финансовых услуг вправе направить обращения финансовому уполномоченному в отношении договоров, которые были заключены до дня вступления в силу настоящего Федерального закона (услуг, которые были оказаны или должны были быть оказаны до дня вступления в силу настоящего Федерального закона).

Таким образом, исходя из положений части 5 статьи 32 Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг", при обращении в суд с 1 июня 2019 г. потребители финансовых услуг должны предоставить доказательства соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования споров со страховыми организациями по договорам ОСАГО. В качестве подтверждения соблюдения досудебного порядка урегулирования спора потребитель должен приложить к исковому заявлению в суд либо решение финансового уполномоченного, либо соглашение с финансовой организацией) в случае, если финансовая организация не исполняет его условия), либо уведомление о принятии обращения к рассмотрению или об отказе в принятии обращения к рассмотрению.

Поскольку требования истца о взыскании расходов на лечение вытекают из положений Закона об ОСАГО, ФИО1 как потребитель финансовых услуг обязан представить в суд доказательства, подтверждающие соблюдение досудебного порядка урегулирования спора, в том числе доказательства, подтверждающие обращение к финансовому уполномоченному.

В суде апелляционной инстанции истец пояснил, что в досудебном порядке за страховой выплатой он не обращался.

В соответствии разъяснениями, данными в пункте 114 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. N 31 если потерпевший не обращался в страховую организацию с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков (абзац 2 пункта 2 статьи 11 Закона об ОСАГО), то при предъявлении потерпевшим иска непосредственно к причинителю вреда суд в силу части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса РФ обязан привлечь к участию в деле в качестве ответчика страховую организацию, к которой в соответствии с Законом об ОСАГО потерпевший имеет право обратиться с заявлением о страховой выплате или прямом возмещении убытков. Исковые требования как к страховщику, так и к причинителю вреда в этом случае подлежат оставлению без рассмотрения на основании абзаца второго статьи 222 ГПК РФ.

Согласно абзацу 2 статьи 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел досудебный порядок урегулирования спора.

Таким образом, судебная коллегия приходит выводу о том, что требования истца о взыскании расходов на медицинские услуги в размере 31 430 руб. подлежат оставлению без рассмотрения в связи с несоблюдением обязательного досудебного порядка урегулирования спора.

Поскольку требования истца в части удовлетворены судебной коллегией, в соответствии со статей 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

В удовлетворении ходатайства представителя ФИО1 – ФИО11 о назначении по делу повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы – отказать.

Решение Центрального районного суда г. Калининграда от 24 ноября 2025 г. – отменить.

Принять по делу новое решение, которым иск ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании затрат на оказание медицинских услуг в размере 31 430 рублей – оставить без рассмотрения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 апреля 2026 г.