Решение № 2-10/2017 2-10/2017(2-492/2016;)~М-576/2016 2-492/2016 М-576/2016 от 22 марта 2017 г. по делу № 2-10/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 марта 2017 года г. Завитинск

Завитинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Васильченко А.В.,

при секретаре Тягло А.В.,

с участием:

представителя истца ФИО16 - ФИО17,

действующей на основании нотариальной доверенности <адрес>2 от ДД.ММ.ГГГГ,

старшего помощника прокурора Завитинского района

Амурской области Бондарь Т.С..

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО16 к акционерному обществу «Артель старателей «Амур» о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным в части, взыскании дополнительных расходов на лечение, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО16 через своего представителя по доверенности – ФИО17, обратился в суд с данным иском к акционерному обществу «Артель старателей «Амур», в обоснование указав, что 28 июня 2016 года между истцом и АО «Артель старателей «Амур» был заключен срочный трудовой договор, согласно которому истец был принят на работу в должности машиниста бульдозера. Местом работы было структурное подразделение АО «Артель старателей «Амур» – «Добыча открытым способом (Кондер. Горный участок), расположенный в районе Крайнего Севера. 07 августа 2016 года истец выполнял работы на бульдозере на полигоне АО «Артель старателей «Амур». Во время работы у бульдозера перестал подниматься отвал, предположительно из-за неисправности гидравлической системы. Истец сообщил о данном факте своему непосредственному начальнику – механику по ремонту самоходного оборудования ФИО18, который приказал ФИО16 произвести ремонтные работы бульдозера самостоятельно. Поскольку бульдозер встал фактически «в поле», где отсутствовало специальное подъемное оборудование (брусья, подставки, козлы), а время простоя бульдозера вменилось бы в вину ФИО16, истец, выполняя приказ механика, стал производить ремонтные работы. По прибытии крановой установки истец произвел демонтаж защиты двигателя бульдозера и приступил к замене двух гидравлических шлангов. Далее истцу необходимо было поставить защиту двигателя на место, для чего он опять обратился к механику ФИО18, который отправил к месту поломки бульдозера кран «Ивановец». При подъеме краном защиты бульдозера, под которой находился истец с целью вкручивания болта, который не входил в паз днища защиты бульдозера, произошел излом болта на защите двигателя, за который был закреплен строп, и защита двигателя упала на истца, придавив его. Однако в акте данные обстоятельства изложены недостоверно, в частности, что истец, якобы выполнял работы на бульдозере по производству планировки площадки и техническому обслуживанию бульдозера. Если бы истец действительно производил техническое обслуживание, то в силу специфики данной работы, в данном месте должно было быть всё необходимое оборудование для технического обслуживания бульдозера. Данные работы по техническому облуживанию могут производиться только на производственной базе, где имеется в наличии всё необходимое оборудование, крановые установки, материалы для производства данных работ, подъемное оборудование, а также непосредственно механик по ремонту, который следит и контролирует производство таких работ. В свою очередь ФИО16 работал на бульдозере, а не осуществлял его техническое обслуживание. Происходило всё это на полигоне ответчика, в поле, где нет ни оборудования, ни крановой установки, ни механика, который и должен был следить за ходом работ. Как указано в акте, местом происшествия является территория для обслуживания самоходных машин и механизмов прииска «Кондер». Указывает на то, что если бы это была территория обслуживания, истец воспользовался бы специальным подъемным оборудованием и тем самым обеспечил свою защиту и безопасность. ФИО16 физически не мог воспользоваться подъемными средствами, поскольку на полигоне они просто отсутствуют, однако, приказ начальника, выполнить ремонтные работы, был им получен и должен был быть выполнен. В свою очередь механик ФИО18 не выехал к месту поломки бульдозера для контроля за истцом, не отправил вместе с крановой установкой, а далее с краном истцу подъемное оборудование для защиты истца, надеясь в данном случае на то, что никакой внештатной ситуации быть не может, при этом осознавая, что истец должен был выполнить работы самостоятельно, находясь под днищем бульдозера, что представляет большую опасность для его жизни и здоровья. В результате произошедшего истец получил полную травматическую <***>, указанный диагноз в акте указан не полно. Полагает, что работодатель, желая сделать истца виноватым, с целью уклонения от оплаты компенсации за утрату здоровья, указал местом несчастного случая именно территорию обслуживания самоходных машин, то есть место, где есть все необходимое оборудование. Кроме того, в акте также указано на неисполнение ФИО16 п. 3.45 инструкции по охране труда машиниста бульдозера №20, утвержденной исполнительным директором ответчика. В частности: нахождение работника под грузом во время подъема бульдозера. В то время, как вставить болт в паз защиты двигателя, не находясь под днищем бульдозера, было невозможно. Подъем днища бульдозера краном и крепление болта может происходить только одновременно. В настоящее время истец имеет на голове невосполнимое увечье, которое может быть устранено только путем пластической операции <***>. Подобные операции делаются только в Научно-клиническом центре оториноларингологии ФМБА России г. Москвы. При этом операция состоит из двух частей: первая часть операции производится по квоте и состоит в <***>, а вторая часть операции производится через 3 месяца после первой и состоит в <***>, данная операция стоит порядка 150 000 рублей. При этом нахождение в данной клинике платное, дополнительно истцу необходимы расходы на проезд до г. Москвы и обратно дважды. В результате произошедшего ФИО16 имеет тяжелейшее физическое увечье, ходит только в шапке или капюшоне, поскольку люди неадекватно реагируют на его травму. Он пытался устроиться на работу, однако, его никуда не берут, как только он показывает имеющееся у него увечье. Истец крайне болезненно переживает сложившуюся ситуацию, имеющееся увечье не дает ему возможность полноценно вести нормальную жизнь, он вынужден постоянно его скрывать и стесняться своего тела, что пагубно влияет на его психоэмоциональное состояние. Истец постоянно находится в подавленном состоянии, редко выходит из дома. Истец всегда был полностью здоров и полноценен, а теперь, лишившись органа, он постоянно испытывает чувство неполноценности и недовольства собой, своей внешностью, боится лишний раз показаться на улице и на глаза людей, испытывает крайнюю неловкость, когда люди на улице пристально смотрят на него и обсуждают его увечье. Истец постоянно находится в таком состоянии и страшно переживает, что теперь он не такой как все, и вынужден мириться с новым отношением к нему общества. Истец уже много месяцев принимает антидепрессанты, которые помогают ему справиться с новыми реалиями его жизни. Также истец посещает психотерапевта, который также работает с ним в отношении принятия себя и своего нового облика. На сегодняшний день, согласно выписке операций по карте истца, он получил <***> рублей в качестве страхового возмещения, поскольку работники ответчика застрахованы в филиале «Хабаровский» ООО «СК «Паритет-СК» г. Хабаровска. Однако, из чего сложилась данная сумма, и как она была рассчитана, неизвестно. При этом страховой компанией не включались дополнительные расходы, в частности, на пластическую операцию, в свою очередь в выписном эпикризе, который истец представлял работодателю, необходимость пластической операции отражена. Также истец получил пособие по социальному страхованию в сумме <***> рублей и <***> рублей. Желая мирным путем получить дополнительное возмещение расходов на производство пластической операции, представитель истца, действуя на основании нотариальной доверенности, вступал в электронную переписку с заместителем генерального директора АО «Артель старателей «Амур» – ФИО1., которая изначально поясняла, что работодатель согласен на переговоры относительно оплаты пластической операции, однако, после озвучивания стоимости пластической операции представитель работодателя перестала выходить на связь. Акт расследования несчастного случая, а также акт о несчастном случае были получены истцом по почте ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией почтового конверта. Таким образом, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, истцу стало известно о том, что он признан виновным в произошедшем несчастном случае. Со ссылками на требования ст.ст. 227-231 ТК РФ, ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской федерации от 24 октября 2002 г. №73, указывает на отсутствие в акте причин произошедшего, степени якобы вины истца, с учетом тех обстоятельств, что истец получил приказ от механика производить работы, то есть ФИО16 не принимал данное решение самовольно, а получил приказ, который должен был исполнить. Также считает, что, в нарушение п.1 ст. 14 ФЗ от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», комиссией ответчика по расследованию страхового случая не установлена степень вины застрахованного в процентах, что не отражено в акте о несчастном случае на производстве, отсутствует заключение профсоюзного комитета или иного уполномоченного застрахованным представительного органа. Приводя в обоснование положения ст. 214 ТК РФ, полагает, что после того, как истец сообщил механику о произошедшей поломке и получил приказ об её устранении, механик дважды направлял истцу кран для подъема защиты двигателя, но не направил истцу для работы и защиты подъемное оборудование и лично не проконтролировал производство работ. В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в причинении вреда. С указанием на положения ч.1 ст. 1085 ГК РФ, ч. 2 ст. 1092 ГК РФ, п. 15 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011 г. «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», о том, что в силу статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. №125-ФЗ страховое возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного в результате наступления страхового случая, осуществляется путем выплаты, в том числе, дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного, которые могут быть присуждены и на будущее время в пределах сроков, определяемых на основе заключения медицинской экспертизы, а также при необходимости предварительной оплаты стоимости соответствующих услуг и имущества, в том числе приобретения путевки, оплаты проезда, оплаты специальных транспортных средств, а также на ст. 151 ГК РФ, ст. 1101 ГК РФ, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10, просит суд: признать недействительным акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ в части установления вины ФИО16 в произошедшем несчастном случае; взыскать с АО «Артель старателей «Амур» в пользу ФИО16 дополнительные расходы, связанные с производством пластической операции, а также перелетом к месту лечения и проживания в клинике в сумме 251 600 рублей; взыскать с АО «Артель старателей «Амур» в пользу ФИО16 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей, а также судебные расходы в сумме 31 000 рублей.

Представитель ответчика – АО «Артель старателей «Амур», извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, не явившийся в судебное заседание, не согласившись с заявленными исковыми требованиями, направил отзыв, в котором указывает на то, что предположение истца о том, что в акте недостоверно изложены обстоятельства несчастного случая, а именно, что истец выполнял работы на бульдозере по производству планировки площадки и техническому обслуживанию бульдозера, а не осуществлял его техническое обслуживание, а местом происшествия считает «поле» полигона прииска «Кондер», а не территорию для обслуживания самоходных механизмов прииска «Кондер», является недостоверным. В акте о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ комиссионно, с участием государственного инспектора ГИТ в Хабаровском крае, главного специалиста отдела охраны труда Комитета по труду и занятости населения Правительства Хабаровского края, заместителя председателя Союза «Хабаровское краевое объединение организаций профсоюзов», достоверно установлено, что местом происшествия является территория для обслуживания самоходных машин и механизмов прииска «Кондер». Комиссией установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда: механик по ремонту самоходного оборудования АО «АС «Амур» - ФИО18; машинист бульдозера АО «АС «Амур» - ФИО16, который осуществлял ремонтные работы бульдозера (монтаж защиты двигателя) без применения специального подъемного оборудования (брусья, подставки, козлы) для подъема бульдозера, а также во время подъема бульдозера (бульдозерного оборудования) с помощью крана, находился под грузом (защитой двигателя), чем нарушил п. 3.44, 3.45 Инструкции по охране труда для машиниста бульдозера № 20, утв. исполнительным директором АО «АС «Амур» ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ (гл. 59 ГК РФ), указывает на то, что общим основанием деликтной ответственности, регулируемой положениями гл. 59 ГК РФ, является одновременное наличие следующих условий: 1) противоправность поведения лица, причинившего вред; 2) наступление вредоносных последствий (вреда); 3) непосредственная причинно-следственная связь между указанными элементами; 4) вина лица, причинившего вред. Непременная совокупность данных условий требуется во всех случаях, если иное не установлено законом, усматривающим специальное основание наступления ответственности вследствие причинения вреда. В акте о несчастном случае отражено, что ФИО18 дал команду ФИО16 приступить к ремонту бульдозера. ФИО16 должен был выполнить ремонтные работы бульдозера с соблюдением норм безопасности, с учетом пройденного 01.07.2016 года ФИО16 инструктажа по профессии или виду работы, на которой был занят истец, а также с учетом должностной инструкции. Однако истцом были нарушены нормы инструкции по охране труда для машиниста бульдозера. Комиссией, проводившей расследование несчастного случая, вина истца установлена. Таким образом, требование о признании акта о несчастном случае незаконным в части является необоснованным и не подлежащим удовлетворению судом. По факту заявленных ФИО16 требований о взыскании с АО «АС «Амур» дополнительных расходов, связанных с производством пластической операции, а также перелетом к месту лечения и проживанием в клинике в сумме 251 600 рублей, указывает со ссылкой на ст. 1085 ГК РФ, что истцом не представлено доказательств того, что расходы на лечение, перелет и проживание в клинике истцом фактически понесены. Не предоставлено работодателю никаких документов, подтверждающих фактически понесенные им расходы на лечение, перелёт и проживание в клинике. К подтверждающим документам относятся билеты, посадочные талоны, договор с медицинским учреждением, в котором истец проходил лечение, счета, чеки, квитанции на лечение и проживание. В связи с чем, считает требования истца в данной части не основанными на законе и материалах дела. В части компенсации истцу морального вреда, в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года №10, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года №2, считает, что законодательство связывает размер компенсации морального вреда со степенью вины работодателя. Истцом размер компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей заявлен без учета названных требований, а также вопреки обстоятельствам дела, поскольку причинно-следственная связь указывает на то, что вред был причинен в результате неправомерных действий самого истца, грубо нарушившим свои должностные обязанности. В части взыскания с АО «АС «Амур» судебных расходов в размере 31000 рублей, полагает завышенным, с указанием, по его мнению, на низкую квалификацию представителя истца, связанную с неразъяснением истцу необходимости предоставления подтверждающих документов для обращения к работодателю за возмещением фактических расходов на лечение, перелет и проживание в клинике, в связи с чем, фактически представителем истца только составлено исковое заявление, никаких других юридических услуг представителем оказано не было. На основании чего, просит в удовлетворении иска ФИО16 к АО «АС «Амур» о признании акта о несчастном случае на производстве в части недействительным, о взыскании с АО «АС «Амур» дополнительных расходов, связанных с производством пластической операции, а также перелетом к месту лечения и проживания в клинике в размере 251 600 рублей, о взыскании морального вреда в размере 200000 рублей, судебных расходов в размере 31000 рублей отказать в полном объеме (Т.1. л.д. 91-93).

Представитель третьего лица – ГУ Хабаровское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в лице филиала №9, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, не явившийся в судебное заседание, не согласившись с заявленными исковыми требованиями, также направил отзыв, в котором указывает на то, что в соответствии со ст. 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года №125-ФЗ, Фонд социального страхования Российской Федерации является страховщиком по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Обязательства страховщика наступают при возникновении страхового случая, который определяется как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания. Право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая. В соответствии с п. 1 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ обеспечение по страхованию осуществляется в виде: пособия по временной нетрудоспособности; единовременной страховой выплаты; ежемесячных страховых выплат; оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного. 7 августа 2016 года у страхователя – АО «Артель старателей «Амур» произошел несчастный случай, в результате которого ФИО16 получил повреждение здоровья. Пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с законодательством Российской Федерации о пособиях по временной нетрудоспособности. За период временной нетрудоспособности ФИО16 было выдано 4 листка нетрудоспособности: № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Весь период временной нетрудоспособности был оплачен ФИО16 за счет средств бюджета Фонда социального страхования РФ в виде пособия по временной нетрудоспособности в размере 100% среднего заработка. Сумма выплаченного пособия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 22 224 рубля 69 копеек. Согласно Выписке из протокола ВК от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 выписан к труду с ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с ч.2 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ оплата дополнительных расходов, предусмотренных пп. 3 п. 1 ст. 8, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного, непосредственно после произошедшего тяжелого случая на производстве, производится страховщиком, если учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в указанных видах помощи, обеспечения или ухода. В целях реализации ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ, Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших возмещение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утв. Постановлением Правительства РФ от 15.05.2006 года № 286, приказом от ДД.ММ.ГГГГ года № Филиала № 9 ГУ-ХРО ФСС РФ, оплачено лечение ФИО16 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» имени профессора ФИО3, согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ об оплате расходов на лечение застрахованных лиц после тяжелого несчастного случая на производстве в размере <***> рублей 89 копеек. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № Филиала № 9 ГУ-ХРО ФСС РФ оплачено лечение ФИО16 в Негосударственном учреждении здравоохранения «Узловая поликлиника на станции Завитая ОАО «РЖД», согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ об оплате расходов на лечение застрахованных лиц после тяжелого несчастного случая на производстве, в размере <***> рублей 00 копеек. Считает, что согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.03.2011 №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ч. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ, компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена, такой вред подлежит компенсации причинителем вреда. В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 16.07.1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», обязательное социальное страхование представляет собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на компенсацию или минимизацию последствий изменения материального и (или) социального положения работающих граждан, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, иных категорий граждан вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания. Таким образом, полагает, что Филиал № 9 ГУ-ХРО ФСС РФ надлежащим образом исполнил обязательство страховщика, возложенные на отделение Федеральным законом №125-ФЗ (Т.1. л.д. 98-100).

Представитель третьего лица – Комиссии по труду и занятости населения Правительства Хабаровского края, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, не явившийся в судебное заседание, направил отзыв, в котором указывает на то, что расследование тяжёлого несчастного случая с ФИО16, происшедшего 07 августа 2016 года, проведено комиссией по расследованию несчастного случая. В соответствии с ч. 5 ст. 229.2 Трудового кодекса РФ комиссией установлены обстоятельства и причины несчастного случая, а также лица, допустившие нарушения требований охраны труда. Выработаны предложения по устранению выявленных нарушений и предупреждению аналогичных несчастных случаев. В результате расследования несчастный случай с истцом квалифицирован комиссией, как несчастный случай на производстве. В соответствии с актом расследования несчастного случая и актом о несчастном случае на производстве, ФИО16 признан лицом, ответственным за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая. В соответствии с ч. 4 ст. 230 Трудового кодекса РФ, комиссией при установлении факта грубой неосторожности истца, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причинённого его здоровью, в акте о несчастном случае на производстве указывается степень вины истца в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве. При этом, в соответствии с абз. 2 п. 27 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утверждённого постановлением Министерства труда и социального развития РФ №73 от 24.10.2002, степень вины истца определяется с учетом заключения профсоюзного органа данной организации (АО «Артель старателей «Амур»). Комиссия не установила факта грубой неосторожности истца, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в связи с чем не рассматривала вопрос об установлении степени вины истца. Дополнительной информацией по расследованию произошедшего с истцом несчастного случая не обладают. Ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя Комиссии (Т.2. л.д. 117-118).

Представитель третьего лица – Государственной инспекции труда в Хабаровском крае, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, не явившийся в судебное заседание, направил отзыв, в котором указывает на то, что согласно ст. 229.2 ТК РФ в материалы расследования несчастного случая включается медицинское заключение о характере и степени тяжести повреждения, причиненного здоровью пострадавшего или причине его смерти, нахождении пострадавшего в момент несчастного случая в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. В п. 8.2 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ указан диагноз, согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ, выданному КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» имени профессора ФИО3 МЗ Хабаровского края: полная травматическая ампутация правой ушной раковины. Согласно ст. 229.2 ТК РФ если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия устанавливает степень вины застрахованного в процентах. В п. 10 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ не указана степень вины застрахованного ФИО16 в процентах, так как комиссия по расследованию несчастного случая не установила, что потерпевший допустил именно грубую неосторожность, которая стала причиной вреда его здоровью. В п. 8 и 7 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ указаны обстоятельства несчастного случая и краткая характеристика места, где произошел несчастный случай, согласно предоставленным представителями работодателя АО «АС «Амур», входящими в состав комиссии по расследованию несчастного случая, документов: протоколы опроса очевидцев несчастного случая ФИО4 и ФИО5., протокол опроса должностного лица ФИО18, протокол опроса пострадавшего ФИО16, протокол осмотра места несчастного случая, схема несчастного случая. В результате расследования было установлено, что механик ФИО18 не обеспечил контроль за процессом производства ремонтных работ, чем нарушил свою должностную Инструкцию, что отражено в п. 9 и 10 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (Т.2. л.д. 116).

Представитель третьего лица – ФКУ «Главное бюро МСЭ по Амурской области Минтруда России», извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, не явившийся в судебное заседание, не согласившись с заявленными исковыми требованиями, направил отзыв, в котором указывает на то, что ФИО16 обращался с заявлением об освидетельствовании в Бюро № 2 филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России ДД.ММ.ГГГГ. В направлении на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, выданном ОАО «РЖД» Забайкальской железной дорогой узловой поликлиники на ст. Завитинск в графе истории заболевания указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 получил производственную травму (во время ремонта техники был придавлен тяжелым предметом). В экстренном порядке через 6 часов доставлен в краевую клиническую больницу №1 г. Хабаровска с диагнозом: полная травматическая ампутация правой ушной раковины; непроникающее, ушибленное, резанное ранение передней стенки грудной клетки. Экстренно проведена ПХО раны передней поверхности груди, правой ушной раковины. После шести дней состояние ушной раковины и окружающей ткани вынудило прибегнуть к полному удалению ушной раковины с ПХО и ушиванием раны. Консультирован сурдологом, рекомендована пластика наружного уха, на центральных базах по квоте. Направлен для установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве. По результатам освидетельствования истцу группа инвалидности не присвоена, что подтверждается актом медико-социальной экспертизы гражданина № от ДД.ММ.ГГГГ. Основной диагноз: последствия трудового увечья от ДД.ММ.ГГГГ в виде полной посттравматической ампутации правой ушной раковины; хроническая смешанная тугоухость правосторонняя, начальные проявления, без нарушений сенсорных функций (слуха). В порядке обжалования ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 обратился в Экспертный состав №2 ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России. Решение Бюро №2 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения. Инвалидность не установлена (Т. 3. л.д. 2-3).

Представитель третьего лица – Министерства здравоохранения Амурской области, извещенный надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, не явившийся в судебное заседание, не согласившись с заявленными исковыми требованиями, направил отзыв, в котором указывает на то, что в кабинет высокотехнологичной медицинской помощи (далее ВМП) Министерства здравоохранения Амурской области ДД.ММ.ГГГГ обратился пациент ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с целью оформления документов на оказание ВМП (входящий №). Со слов пациента, он самостоятельно направлял свои документы в различные медицинские организации для заочного консультирования, о возможности оказания ему ВМП. После рассмотрения документов пациента, на электронную почту ФИО16 поступила выписка из документации о направлении пациента в ФГБУ «Научно-клинический центр оториноларингологии ФМБА» г. Москва, т.к. у него имеются показания к ВМП. На основании представленных документов, в подсистеме мониторинга ВМП ДД.ММ.ГГГГ на пациента ФИО16 был открыт электронный талон № по рекомендации ФГБУ. Поскольку в 2016 году в ФГБУ «Научно-клинический центр оториноларингологии ФМБА» г. Москва все объемы по профилю челюстно-лицевая хирургия были использованы, электронный талон № остался в листе ожидания и имел статус «госпитализация отложена на следующий год». В январе 2017 года в подсистеме мониторинга ВМП пациенту ФИО16 был присвоен новый номер электронного талона №, в настоящее время данный электронный талон имеет статус «находится в листе ожидания». Согласно Постановлению Правительства РФ от 19.12.2016 года № 1403 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов» II раздела «Перечень видов высокотехнологичной медицинской помощи, не включенных в базовую программу обязательного медицинского страхования, финансовое обеспечение которых осуществляется за счет субсидий из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования федеральным государственным учреждениям, дотаций федеральному бюджету из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования в целях предоставления субсидий бюджетам субъектов Российской Федерации и бюджетных ассигнований бюджетов субъектов Российской Федерации», стоимость лечения составляет 150 260,00 рублей. Пациент ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ повторно обратился в кабинет ВМП Министерства здравоохранения Амурской области с целью получения информации о бесплатном проезде к месту лечения и обратно. Сотрудником кабинета ВМП пациенту были даны разъяснения о том, что как только будет установлена дата госпитализации в ФГБУ «Научно-клинический центр оториноларингологии ФМБА» г. Москва, ему будет выдан пакет документов, в который входят направление на госпитализацию, перечень обследований для госпитализации, Талон №, Талон № (на проезд). Вопросы оплаты проезда к месту лечения и обратно решается Фондом социального страхования при наличии у пациента талона № и группы инвалидности. В настоящее время пациент ФИО16 инвалидом не является (Т.3. л.д. 95-100).

Представитель третьих лиц: филиала «Хабаровский» ООО «СК «Паритет-СК», Союз «Хабаровское краевое объединение организаций профсоюзов», НУЗ «Узловая поликлиника ст. Завитая ОАО «РЖД» и третье лицо ФИО18, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении дела не заявляли.

При таких обстоятельствах, с учетом мнения представителя истца ФИО16 – ФИО17, суд на основании ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть гражданское дело при данной явке.

Представитель истца ФИО16 – ФИО17 настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме, по доводам изложенным в исковом заявлении.

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что ФИО16 знает около пяти лет, находится с ним в дружеских отношениях, 7 августа 2016 года утром проходил медицинскую комиссию совместно с истцом, затем разъехались по разным объектам. По рации услышал, что у истца случилась поломка и ему сказали устранить поломку на месте. ФИО16 сказал, что ему необходим кран, помощник и ключи. Затем услышал по рации, что вызвали скорую помощь. Знает, что ФИО16 при ремонте снимал защиту с двигателя.

Из заключения старшего помощника прокурора Бондарь Т.С. следует, что в ст. 231 ТК РФ указаны способы защиты трудовых прав при вынесении каких-либо решений, в том числе комиссиями по несчастным случаям. В судебном заседании не был подтвержден тот факт, что акт о несчастном случае обжаловался в вышестоящий федеральный орган исполнительной власти, ведающий вопросами труда и социальной защиты населения. В связи с чем, полагает, что основания признания акта о несчастном случае недействительным в силу ст. 231 ТК РФ в настоящее время отсутствуют, поскольку он не обжаловался в федеральных органах исполнительной власти, в том числе в Министерстве труда и социальной защиты населения. Полагает, что в настоящее время в части взыскания дополнительных расходов на лечение истцу необходимо отказать. По моральному вреду, полагает, что в судебном заседании в полном объеме доказан причиненный моральный ущерб, действительно имеется тяжкий вред здоровью, он подтвержден документальными доказательствами, имеющимися в материалах дела и исследованными в судебном заседании, поэтому предлагает удовлетворить моральный вред в полном объеме в сумме 200000 рублей, а также предлагает в полном объеме удовлетворить судебные расходы, поскольку они также подтверждены.

Огласив исковое заявление, письменные возражения, заслушав пояснения представителя истца ФИО16 – ФИО17, допросив свидетеля ФИО6., исследовав материалы дела, пояснения истца ФИО16, данные им ранее в судебном заседании, заслушав заключение старшего помощника прокурора Завитинского района Амурской области Бондарь Т.С., суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39).

Отношения, связанные с обязательным социальным страхованием работников, причинение вреда здоровью которых возможно при исполнении ими обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В соответствии с п. 1 ст. 1 Федерального закона РФ №125-ФЗ от 24.07.1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является видом социального страхования и предусматривает возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, которое осуществляется, в том числе в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, в том числе на лечение застрахованного, осуществляемое на территории Российской Федерации непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности (п. 3 ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ).

В соответствии с п. 1 ст. 5 Федерального закона РФ №125-ФЗ от 24.07.1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве.

Работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (статья 22 ТК РФ).

Согласно статье 212 ТК Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, при этом работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Рассматривая требования ФИО16 в части признания недействительным акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, в части установления вины последнего, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 227 ТК РФ, расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В силу ст. 229 ТК РФ, для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных ТК РФ, – должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Согласно ст. 229.1 ТК РФ, расследование несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом проводится комиссией в течение 15 дней. При необходимости проведения дополнительной проверки обстоятельств несчастного случая, получения соответствующих медицинских и иных заключений указанные в настоящей статье сроки могут быть продлены председателем комиссии, но не более чем на 15 дней. Если завершить расследование несчастного случая в установленные сроки не представляется возможным в связи с необходимостью рассмотрения его обстоятельств в организациях, осуществляющих экспертизу, органах дознания, органах следствия или в суде, то решение о продлении срока расследования несчастного случая принимается по согласованию с этими организациями, органами либо с учетом принятых ими решений.

В соответствии со ст. 230 ТК РФ, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

Согласно ч. 1 ст. 230 ТК РФ, а также п. 31 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. №73, обязанность по оформлению акта о несчастном случае на производстве по установленной форме возложена на работодателя.

Каждый оформленный в установленном порядке несчастный случай на производстве регистрируется работодателем, осуществляющим в соответствии с решением комиссии его учет, в журнале регистрации несчастных случаев на производстве в установленной форме (ст. 230.1 ТК РФ).

В соответствии с п. 24 Положения, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. №73, в случае разногласий, возникших между членами комиссии в ходе расследования несчастного случая (о его причинах, лицах, виновных в допущенных нарушениях, учете, квалификации и др.), решение принимается большинством голосов членов комиссий. При этом члены комиссии, не согласные с принятым решением, подписывают акты о расследовании с изложением своего аргументированного особого мнения, которое приобщается к материалам расследования несчастного случая. Особое мнение членов комиссии рассматривается руководителями организаций, направивших их для участия в расследовании, которые с учетом рассмотрения материалов расследования несчастного случая принимают решение о целесообразности обжалования выводов комиссии в порядке, установленном ст. 231 ТК РФ.

Согласно п. 27 Положения, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. № 73, содержание акта формы Н-1 должно соответствовать выводам комиссии, проводившей расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылкой на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.

Судом установлено, что ФИО16, на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, принят на работу в акционерное общество «Артель старателей «Амур» машинистом бульдозера на работы, связанные с добычей открытым способом (Кондер. Горный участок). Данные обстоятельства также подтверждаются заключенным с ФИО16 срочным трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ № (Т.1. л.д. 217, 218-219). Кроме того, ФИО16 ознакомлен с: картами специальной оценки условий труда № и № машиниста бульдозера прииска «Кондер» – ДД.ММ.ГГГГ (Т.2. л.д. 19); должностной инструкцией машиниста бульдозера производственного участка № прииска «Кондер» – ДД.ММ.ГГГГ (Т.2. л.д. 67-70); инструкцией по охране труда для машиниста бульдозера № – ДД.ММ.ГГГГ (Т.2. л.д. 71-77).

Для обеспечения профилактических мер по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний, установления общих положений обязательного обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда всех работников, в том числе руководителей, постановлением Министерства труда и социального развития РФ, Министерства образования РФ от 13 января 2003 г. №1/29 утвержден Порядок обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций.

Обучению по охране труда и проверке знаний требований охраны труда в соответствии с Порядком подлежат все работники организации, в том числе её руководитель (п. 1.5. Порядка). Также в соответствии с п. 2.1.1. для всех принимаемых на работу лиц, а также для работников, переводимых на другую работу, работодатель (или уполномоченное им лицо) обязаны проводить инструктаж по охране труда.

Согласно п. 2.1.2. Порядка, все принимаемые на работу лица и другие лица, участвующие в производственной деятельности организации, проходят в установленном порядке вводный инструктаж, который проводит специалист по охране труда или работник, на которого приказом работодателя (или уполномоченного им лица) возложены эти обязанности. Вводный инструктаж по охране труда проводится по программе, разработанной на основании законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации с учетом специфики деятельности организации и утвержденной в установленном порядке работодателем (или уполномоченным им лицом).

Кроме вводного инструктажа по охране труда, проводятся первичный инструктаж на рабочем месте, повторный, внеплановый и целевой инструктажи (п.2.1.3 Порядка). Первичный инструктаж на рабочем месте, повторный, внеплановый и целевой инструктажи проводит непосредственный руководитель (производитель) работ (мастер, прораб, преподаватель и так далее), прошедший в установленном порядке обучение по охране труда и проверку знаний требований охраны труда.

В соответствии с п. 2.1.4. Порядка, первичный инструктаж на рабочем месте проводится до начала самостоятельной работы со всеми вновь принятыми в организацию работниками, включая работников, выполняющих работу на условиях трудового договора, заключенного на срок до двух месяцев или на период выполнения сезонных работ. Проведение всех видов инструктажей регистрируется в соответствующих журналах проведения инструктажей (в установленных случаях – в наряде-допуске на производство работ) с указанием подписи инструктируемого и подписи инструктирующего, а также даты проведения инструктажа.

Согласно копиям из журналов инструктажей, ФИО16 проведен вводный инструктаж – ДД.ММ.ГГГГ и первичный инструктаж – ДД.ММ.ГГГГ (Т.2. л.д. 39-40).

В соответствии с требованиями указанного Порядка, комиссией в составе: начальника службы ПБ и ОТ АО «Артель старателей «Амур», начальника отдела ПБ и ОТ прииска «Кондер», начальника горного участка прииска «Кондер» ДД.ММ.ГГГГ проведена проверка знаний требований охраны труда работников по «Программе обучения по охране труда работников АО «Артель старателей «Амур», «Программе теоретического обучения безопасным методам и приемам выполнения работ». Согласно протоколу заседания комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ по проверке знаний требований охраны труда работников АО «Артель старателей «Амур», ФИО16 – машинист бульдозера на горном участке сдал очередную проверку знаний требований охраны труда (Т. 1. л.д. 236).

Согласно п.п. 2.2., 2.3. Должностной инструкции машиниста бульдозера производственного участка № прииска «Кондер», машинист бульдозера обязан: содержать в чистоте своё рабочее место, работать в выданной спецодежде, исправным инструментом; строго соблюдать инструкции по промышленной безопасности, правила пожарной безопасности и производственной санитарии. ФИО16 с Должностной инструкцией ознакомлен (Т.2. л.д. 67-69, 70).

Исполнительным директором АО «Артель старателей «Амур» ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ утверждена Инструкция по охране труда для машиниста бульдозера №20, согласно которой машинист обязан: соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать требования данной Инструкции и инструкции о мерах пожарной безопасности, электробезопасности; соблюдать требования инструкции по эксплуатации бульдозера; использовать по назначению и бережно относиться к выданным средствам индивидуальной защиты (п.1.6. Инструкции №20 по охране труда машиниста бульдозера) (Т.2. л.д. 71).

Разделом 2 Инструкции №20 по охране труда машиниста бульдозера, установлены требования охраны труда перед началом работы. Так, в пункте 2.1. данного раздела указано: убедиться в исправности и надеть исправную специальную одежду, застегнув ей на все пуговицы, волосы убрать под головной убор (Т.2. л.д. 72).

Требования охраны труда во время работы, определены в разделе 3 указанной Инструкции, согласно которым, помимо прочих, установлены следующие требования: п. 3.44. – при ремонте бульдозера необходимо при подъеме бульдозера пользоваться специальными брусьями и козлами, не допускать применения в качестве подставок случайных предметов, деталей; снимать и устанавливать тяжелые узлы бульдозера с применением подъемного оборудования и соответствующих приспособлений (подставок, козелков, брусьев); п. 3.45. – запрещается находиться под грузом или в непосредственной близости от него во время подъёма бульдозера, бульдозерного оборудования с помощью талей и кранов (Т.2. л.д. 75). ФИО16 с Инструкцией №20 об охране труда для машиниста бульдозера ознакомлен (Т.2. л.д. 77).

С Коллективным договором и Правилами внутреннего трудового распорядка АО «Артель старателей «Амур» ФИО16 также ознакомлен (Т.2. л.д. 66).

К основным правам и обязанностям работника Правилами внутреннего трудового распорядка АО «Артель старателей «Амур» отнесены: п. 3.1.10. – право на возмещение вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ и иными федеральными законами.

В то же время, согласно п.3.2.1. Правил внутреннего трудового распорядка, работник обязан пребывать на территории Общества в опрятной одежде, удобной обуви, исключающих получение травм, повреждений, вреда здоровью; при выполнении обязанностей, связанных с опасными и вредными факторами находиться в спецодежде, а также соблюдать требования по охране труда, в том числе: находиться на работе в специальной одежде и пользоваться средствами индивидуальной защиты при условии обеспечения Работодателем указанными средствами и одеждой (п.3.2.7.) и соблюдать должностную инструкцию (п.3.2.8.) (Т.2. л.д. 194, 195).

В обязанности работодателя (АО «Артель старателей «Амур») на основании раздела 4 Правил внутреннего трудового распорядка входит: обеспечение безопасности труда и условий, отвечающим требованиям охраны труда (п.4.2.3.); обеспечение приобретения и выдачу за счет средств Общества спецодежды, спецобуви и других средств индивидуальной защиты (п.4.2.7.) (Т.2. л.д. 197-198).

Во исполнение принятой на себя обязанности по трудовому договору (п.4 срочного трудового договора) и на основании Правил внутреннего трудового распорядка об обеспечении безопасных условий труда, работодатель – АО «Артель старателей «Амур» ДД.ММ.ГГГГ под роспись ФИО16 – машинисту бульдозера выдал следующие средства индивидуальной защиты: костюм летний (1), ботинки летние (1), жилет (1), каску (1), что подтверждается личной карточкой учета выдачи средств индивидуальной защиты № с приложенным реестром выдачи (Т.2. л.д. 45-46). Выданные средства индивидуальной защиты соответствуют заявленным к ним требованиям безопасности средств индивидуальной защиты, что подтверждается приложенными сертификатами (т.2. л.д. 58-65).

Согласно сведениям, содержащимся в журнале выдачи наряд-заданий, 7 августа 2016 года ФИО16 получено наряд-задание на выполнение работ, которое не было выполнено в связи с осуществлением ремонтных работ (Т.2. л.д.41).

Так, 7 августа 2016 года при выполнении работ с машинистом бульдозера – ФИО16 на производстве произошел несчастный случай – защита бульдозера упала на ФИО16, придавив его, с причинением тяжких повреждений машинисту бульдозера, при следующих обстоятельствах.

7 августа 2016 года в 05 часов 45 минут начальник горного участка прииска «Кондер» АО «АС «Амур» ФИО7. выдал ФИО16 – машинисту бульдозера «Komatsu D155A-5» наряд-задание №, на производство работ по планировке площадки и техническому обслуживанию бульдозера. В 09 часов 00 минут на бульдозере «Komatsu D155A-5» № перестал подниматься отвал, предположительно из-за неисправности гидравлической системы. ФИО16 сообщил об этом механику по ремонту самоходного оборудования АО «АС «Амур» ФИО18 через диспетчера. ФИО18 дал команду ФИО16, приступить к ремонту бульдозера, и направил в помощь «автомобиль эвакуатор» № с крановой установкой. После прибытия крановой установки, ФИО16 произвел демонтаж защиты двигателя бульдозера «Komatsu D155A-5» и приступил к замене двух гидравлических шлангов. «Автомобиль эвакуатор» № с крановой установкой уехал. Около 16 часов 00 минут в помощь к ФИО16 был направлен машинист бульдозера АО «АС «Амур» ФИО4. Закончив ремонт гидравлической системы бульдозера «Komatsu D155A-5», ФИО16 сообщил механику по ремонту самоходного оборудования ФИО18 через диспетчера о необходимости отправки к месту производства ремонтных работ крана, для монтажа защиты двигателя бульдозера. К месту производства работ был направлен кран «Ивановец» № 1, принадлежащий АО «АС «Амур», машинист ФИО5. По прибытии крана в 17 часов 50 минут ФИО16 залез под днище бульдозера и закрепил строп ? 10-12 мм. за ввинченный в днище защиты двигателя болт. ФИО4 в это время стоял около бульдозера и подавал машинисту крана сигналы. После слов ФИО16 о необходимости поднять защиту чуть выше, так как крепежный болт не вставал в паз, ФИО4 дал команду крановщику. В момент начала подъема произошел излом болта на защите двигателя, за который был закреплен строп, и защита двигателя упала на ФИО16, придавив его. ФИО4 попытался приподнять защиту двигателя руками, но это не получилось, тогда он позвал на помощь машиниста крана ФИО5., а сам залез под защиту двигателя, уперся в нее ногами и стал приподнимать. ФИО5. в этот момент вытащил ФИО16 из-под защиты двигателя. О случившемся с ФИО16 было доложено диспетчеру, к месту происшествия был направлен врач на реанимобиле АО «АС «Амур», который оказал ФИО16 первую медицинскую помощь и известил руководство АО «АС Амур» о необходимости отправки пострадавшего в медицинское учреждение. В 21 час 40 минут самолетом ООО «Авиакомпания «Амур» ФИО16 был направлен в КГБУЗ ККБ №1. ФИО16 получена тяжкая травма – полная травматическая ампутация правой ушной раковины.

В соответствии с положениями ст. 230 ТК РФ, регламентирующей порядок оформления материалов расследования несчастных случаев, в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Во исполнение требований ст. 230.1 ТК РФ, в журнал регистрации несчастных случаев на производстве внесена запись о произошедшем с работником ФИО16 7 августа 2016 года несчастном случае (Т.1. л.д. 239-240).

По результатам расследования тяжелого несчастного случая, комиссией, образованной на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ (Т.1. л.д. 204), в составе: государственного инспектора Государственной инспекции труда в Хабаровском крае – ФИО8. (председателя комиссии); главного специалиста отдела охраны труда Комитета по труду и занятости населения Правительства Хабаровского края – ФИО9.; заместителя председателя Союза «Хабаровское краевое объединение организаций профсоюзов» – ФИО10.; директора филиала №9 Хабаровского регионального отделения Фонда социального страхования РФ – ФИО11.; начальника службы ПБ и ОТ АО «Артель старателей «Амур» – ФИО12.; председателя ППО Артель старателей «Амур» – ФИО13.; инженера по промышленной безопасности (охране труда) АО «Артель старателей «Амур» – ФИО14 (членов комиссии), были составлены: акт о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ и акт формы Н-1 № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ (Т.1. л.д. 13-18, 20-24, 169-173, 175-180). ФИО16 от участия в расследовании несчастного случая, произошедшего с ним, отказался (Т.2. л.д. 47).

Согласно данным актам, причиной несчастного случая послужило: отсутствие контроля за процессом производства ремонтных работ (монтаж защиты двигателя бульдозера), то есть нарушение п. 2.5, 2.6 Должностной инструкции механика по ремонту оборудования Ремонтно-механической службы, утв. директором прииска «Кондер» АО «АС «Амур» ФИО15. В качестве сопутствующих причин указаны: осуществление ремонтных работ бульдозера (монтаж защиты двигателя) без применения при подъеме бульдозера специального подъемного оборудования (брусья, подставки, козлы), то есть нарушение п. 3.44 Инструкции по охране труда для машиниста бульдозера №20, утвержденной исполнительным директором АО «АС «Амур» ФИО2; нахождение работника под грузом во время подъема бульдозера (бульдозерного оборудования) с помощью крана, то есть нарушение п. 3.45 Инструкции по охране труда для машиниста бульдозера №20, утвержденной исполнительным директором АО «АС «Амур» ФИО2.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда признаны: механик по ремонту самоходного оборудования АО «АС «Амур» ФИО18, который не обеспечил контроль за процессом производства ремонтных работ (монтажом защиты двигателя бульдозера), чем нарушил п. 2.5, 2.6 Должностной инструкции механика по ремонту оборудования Ремонтно-механической службы; машинист бульдозера АО «АС «Амур» ФИО16, который осуществлял ремонтные работы бульдозера (монтаж защиты двигателя) без применения при подъеме бульдозера специального подъемного оборудования (брусья, подставки, козлы), а также во время подъема бульдозера (бульдозерного оборудования) с помощью крана находился под грузом (защитой двигателя), чем нарушил п. 3.44, 3.45 Инструкции по охране труда для машиниста бульдозера.

Согласно пояснениям ФИО16, данным в протоколе его опроса от ДД.ММ.ГГГГ, сразу после произошедшего несчастного случая на производстве, ФИО16 сообщил о том, что находился в момент происшествия в спецодежде, однако, каску не мог применить из-за стесненного пространства (Т.1. л.д. 195-198).

При этом грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО16 не установлено.

В соответствии со ст. 231 ТК РФ, разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, несогласие с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

В силу п. 42 Положения, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. №73, контроль за соблюдением работодателями (юридическими и физическими лицами) установленного порядка расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве в подчиненных (подведомственных) организациях осуществляется в соответствии со ст. 353 ТК РФ федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления, а также профессиональными союзами и состоящими в их ведении инспекторами труда в отношении организаций, в которых имеются первичные органы этих профессиональных союзов. Государственный надзор и контроль за соблюдением установленного порядка расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве осуществляется органами федеральной инспекции труда.

Акт о расследовании тяжелого несчастного случая и акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ подписаны комиссией, вручены пострадавшему ФИО16

В соответствии с сообщением о последствиях несчастного случая на производстве и принятых мерах от ДД.ММ.ГГГГ, приняты следующие меры по устранению причин несчастного случая на производстве: обеспечен контроль за процессом производства ремонтных работ бульдозеров; при осуществлении ремонтных работ бульдозера обеспечено применение при подъеме специального подъемного оборудования (брусья, подставки, козлы); при осуществлении ремонтных работ бульдозера обеспечено исполнение требования: - запрещается находиться под грузом или в непосредственной близости от него во время подъема бульдозера, бульдозерного оборудования с помощью талей и кранов; - проведен внеплановый инструктаж работникам прииска «Кондер» с регистрацией в журнале инструктажа на рабочем месте; механик по ремонту самоходного оборудования ФИО18 за допущенные нарушения требований безопасности привлечен к дисциплинарной ответственности (Т.1. л.д. 237-238).

Оценив представленные доказательства, суд считает необходимым отметить, что фактические обстоятельства несчастного случая, установленные комиссией по расследованию несчастного случая, произошедшего 7 августа 2016 года с ФИО16, изложенные в акте о несчастном случае на производстве, а также сообщенные в судебном заседании истцом ФИО16 сведения, каких-либо существенных противоречий, которые могли бы служить основанием для проведения дополнительного расследования несчастного случая и изменения результатов расследования, не содержат. Сведений об обращении истца ФИО16 к ответчику, в Государственную инспекцию труда в Хабаровском крае с требованием о проведении дополнительного расследования или устранении разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, либо несогласия пострадавшего с содержанием акта о несчастном случае, в материалах дела не содержится.

Вместе с тем, принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу, что расследование несчастного случая на производстве проведено надлежащим образом, и также, как и составление акта формы Н-1, соответствует вышеуказанным требованиям ст.ст. 227, 228, 229, 229.2, 230 ТК РФ, Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 года № 73, а установленные комиссией нарушения машинистом бульдозера ФИО16 трудовой и производственной дисциплины, как ставшие причиной несчастного случая, наряду с неудовлетворительной организацией производства работ со стороны механика по ремонту ФИО18, соответствуют обстоятельствам произошедшего несчастного случая, выводы комиссии по расследованию несчастного случая достаточно мотивированы и обоснованы, что также свидетельствует об обоснованности включения последнего в список лиц, допустивших нарушение требований охраны труда.

В оспариваемом истцом ФИО16 акте № о несчастном случае на производстве подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда, акт составлен и утвержден по установленной форме Н-1, с описанием, в том числе: места несчастного случая; сведений о проведении специальной оценки условий труда; сведений о проведении инструктажей и обучения по охране труда; характере полученных ФИО16 повреждений (с указанием диагноза – полная травматическая ампутация правой ушной раковины, то есть именно той травмы, которая относится к категории тяжких); мероприятий по устранению причин несчастного случая, который подписан всеми лицами, проводившими расследование, утвержден работодателем и заверен печатью. Ввиду не установления факта грубой неосторожности застрахованного ФИО16, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте отсутствует указание на степень вины застрахованного в процентах.

На основании установленных в судебном заседании обстоятельств, с учетом требований ст. ст. 212, 230 ТК РФ, Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. №73, судья приходит к выводу о том, что требования истца о признании акта формы Н-1 № о несчастном случае на производстве не обоснованы, поскольку указанный акт составлен в соответствии с требованиями гл. 36 ТК РФ и не оспаривался в порядке, установленном ст. 231 ГПК РФ, а довод о том, что в акте отсутствует указание на степень вины ФИО16 в процентом соотношении и заключение профсоюзного органа, несостоятельным, поскольку комиссия не установила факта грубой неосторожности истца, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, вопрос об установлении степени вины истца и не подлежал рассмотрению.

Остальные доводы истца ФИО16 о том, что в акте неверно изложены обстоятельства произошедшего с ним несчастного случая, в части указания места произошедшего несчастного случая, о неверном указании в акте о нарушении им требования п. 3.45 Инструкции по охране труда машиниста бульдозера, суд находит также несостоятельными, поскольку данные доводы не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и опровергаются исследованными материалами дела.

Рассматривая требования ФИО16 в части взыскания с АО «Артель старателей «Амур» в его пользу дополнительных расходов, связанных с производством пластической операции, а также перелетом к месту лечения и проживанием в клинике в сумме 251 600 рублей, суд приходит к следующим выводам.

Порядок возмещения пострадавшему на производстве расходов на приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода, медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию предусмотрен п. 2 ст. 8 Федерального закона №125-ФЗ, а также Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.05.2006 №286 «Об утверждении Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», согласно которым дополнительные расходы, предусмотренные подп. 3 п. 1 ст. 8 Федерального закона N 125-ФЗ, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве, производится страховщиком, если Учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в указанных видах помощи, обеспечения или ухода.

Согласно пп. 3 п. 1 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на медицинскую помощь (первичную медико-санитарную помощь, специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь) застрахованному, осуществляемую на территории Российской Федерации непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности.

Пунктом 2 статьи 8 упомянутого Закона установлено, что оплата дополнительных расходов, предусмотренных подп. 3 п. 1 данной статьи, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве, производится страховщиком, если учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в указанных видах помощи, обеспечения или ухода. Условия, размеры и порядок оплаты таких расходов определяются Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 5 Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утверждено Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.05.2006 №286 решение об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованного лица, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного лица, принимается страховщиком на основании заявления застрахованного лица (его доверенного лица) и в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, составленной застрахованному лицу бюро (главным бюро, Федеральным бюро) медико-социальной экспертизы с участием страховщика по установленной форме.

Таким образом, из содержания вышеприведенных норм прямо следует, что основанием для оплаты страховщиком дополнительных расходов служит заключение учреждения медико-социальной экспертизы о нуждаемости застрахованного в том или ином виде реабилитации, внесенное в соответствующую главу программы реабилитации пострадавшего (ПРП) в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания.

Как следует из материалов дела, после произошедшего с ФИО16 7 августа 2016 года несчастного случая на производстве, в 21 час 40 минут самолетом ООО «Авиакомпания «Амур» ФИО16 был направлен в КГБУЗ ККБ №1 г. Хабаровска. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданному КГБУЗ ККБ № 1 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 поставлен диагноз: <***>, что, согласно Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, относится к категории тяжких (Т.2. л.д. 55).

Согласно выписному эпикризу КГБУЗ ККБ №1 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 находился в <***> отделении больницы на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <***>. Был доставлен экстренно с проведением экстренных операций: <***>. Прошел курс лечения. Выписан в связи с улучшением общего состояния и без перемен по локальному статусу. Рекомендовано: наблюдение <***> по месту жительства; <***> (Т.2. л.д. 142).

Кроме того, в соответствии с выпиской из медицинской документации ФГБУ НКЦО ФМБА России, у ФИО16 с установленным диагнозом – <***>, имеются показания для оказания высокотехнологичной медицинской помощи (Т.2. л.д. 96).

В соответствии с п. 1 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ обеспечение по страхованию осуществляется в виде: пособия по временной нетрудоспособности; единовременной страховой выплаты; ежемесячных страховых выплат; оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного.

Пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с законодательством Российской Федерации о пособиях по временной нетрудоспособности.

Судом установлено, что за период временной нетрудоспособности ФИО16 было выдано 4 листка нетрудоспособности: № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от врача-оториноларинголога (Т.2. л.д. 32), № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от врача-оториноларинголога (Т.2. л.д. 33), № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от врача-хирурга (Т.2. л.д. 34), № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от врача-хирурга (Т.2. л.д. 35). Весь период временной нетрудоспособности был оплачен ФИО16 за счет средств бюджета Фонда социального страхования РФ в виде пособия по временной нетрудоспособности в размере 100% среднего заработка. Сумма выплаченного пособия за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила <***> рублей 69 копеек, что подтверждается предоставленными материалами дела (Т.1. л.д. 101).

Кроме того, согласно исследованным в судебном заседании материалам дела: приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФСС филиала №9; акта № от ДД.ММ.ГГГГ об оказании услуг; платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; договора № от ДД.ММ.ГГГГ; перечня работ и услуг по лечению застрахованного лица от ДД.ММ.ГГГГ; прейскуранта цен на медицинские услуги; акту выполненных работ, услуг по договору № от ДД.ММ.ГГГГ (на сумму <***> рублей); калькуляции стоимости лечения; приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФСС филиала №9; акта № от ДД.ММ.ГГГГ об оказании услуг; платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ; договора № от ДД.ММ.ГГГГ; перечня работ и услуг по лечению застрахованного лица от ДД.ММ.ГГГГ; расчета стоимости лечения; акта выполненных работ, услуг по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, пострадавшему ФИО16 в связи с тяжелым несчастным случаем на производстве Фондом социального страхования филиал №9 была произведена оплата расходов на лечение застрахованного лица после тяжелого несчастного случая на производстве в сумме <***> рублей 89 копеек и <***> рублей 00 копеек (Т.1. л.д. 102-129). Истцом ФИО16 также не оспаривается получение страхового возмещения в размере <***> рублей и пособия по социальному страхованию в размере <***> рублей, и <***> рублей 30 копеек. Размеры и обоснованность выплаченных ФИО16 страховых сумм сомнения у суда не вызывают, подтверждены материалами дела (Т.1. л.д. 29, 30) и иными доказательствами не опровергнуты.

ДД.ММ.ГГГГ приказом № АО «Артель старателей «Амур» на основании личного заявления работника, с ФИО16 расторгнут трудовой договор по инициативе работника (п.3 ст.77 ТК РФ) (Т.1. л.д. 216).

Согласно Выписке из протокола ВК от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 после прохождения лечения по поводу производственной травмы выписан к труду с ДД.ММ.ГГГГ (Т.1. л.д. 116).

ДД.ММ.ГГГГ по направлению на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, выданном ОАО «РЖД» Забайкальской железной дорогой узловой поликлиники на ст. Завитинск, ФИО16 для установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах и программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве обращался с заявлением об освидетельствовании в Бюро № 2 филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России.

Согласно акту медико-социальной экспертизы гражданина № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколу проведения медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, по результатам освидетельствования истцу ФИО16 группа инвалидности не присвоена. (Т.2. л.д. 125-131, Т.3. л.д. 4-17).

В порядке обжалования ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 обратился в Экспертный состав №2 ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России. Решение Бюро №2 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, что подтверждается исследованными: актом № от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом проведения медико-социальной экспертизы (в порядке обжалования), справкой № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что утрата профессиональной трудоспособности в процентах и инвалидность не установлена, программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ФИО16 не разработана (Т.2. л.д. 148-164). В обосновании экспертного решения указано: по данным представленных медицинских документов и результатам реабилитационно-экспертной диагностики выявлено нарушение здоровья со стойким незначительным расстройством функций организма, обусловленным физическим внешним уродством, что по п. 6.1.2.4 Приложения количественной системы оценки, соответствует 10%, не приводящие к ограничениям основных категорий жизнедеятельности согласно «Классификациям и критериям, используемым при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы», утвержденными Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 17 декабря 2015 года №1024н и не дает основании для установления степени утраты профессиональной трудоспособности (Постановление Правительства РФ от 16.10.2000 года №789 «Об утверждении правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Постановления Минтруда от 18.07.2001 года №56 «Об утверждении временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности» (Т.2. л.д. 163).

Кроме того, на основании исследованных материалов дела и данных в судебном заседании пояснений истца и его представителя, ФИО16 консультирован сурдологом ДД.ММ.ГГГГ, рекомендована очная консультация отохирурга для решения вопроса о пластике <***> (ФГБУ НКЦО ЛОР НИИ) и лечение ВМП в рамках ОМС и федеральных ассигнований, на центральных базах по квоте.

Так, согласно данным, предоставленным Министерством здравоохранения Амурской области, ДД.ММ.ГГГГ в кабинет высокотехнологичной медицинской помощи (далее ВМП) Министерства здравоохранения Амурской области обратился ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с целью оформления документов на оказание ВМП (входящий №), в обоснование чего предоставил выписку из документации о направлении пациента в ФГБУ «Научно-клинический центр оториноларингологии ФМБА» г. Москва, т.к. у него имеются показания к ВМП.

На основании представленных документов, в подсистеме мониторинга ВМП ДД.ММ.ГГГГ на пациента ФИО16 был открыт электронный талон № по рекомендации ФГБУ.

Поскольку в 2016 году в ФГБУ «Научно-клинический центр оториноларингологии ФМБА» г. Москва все объемы по профилю челюстно-лицевая хирургия были использованы, электронный талон № остался в листе ожидания и имел статус «госпитализация отложена на следующий год». В январе 2017 года в подсистеме мониторинга ВМП пациенту ФИО16 был присвоен новый номер электронного талона №, в настоящее время данный электронный талон имеет статус «находится в листе ожидания».

В целях обеспечения конституционных прав граждан Российской Федерации на бесплатное оказание медицинской помощи постановлением Правительства РФ от 19.12.2016 года № 1403 утверждена Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов, которая устанавливает перечень видов, форм и условий медицинской помощи, оказание которой осуществляется бесплатно, перечень заболеваний и состояний, оказание медицинской помощи при которых осуществляется бесплатно, категории граждан, оказание медицинской помощи которым осуществляется бесплатно.

Согласно указанному постановлению в разделе II «Перечень видов высокотехнологичной медицинской помощи, не включенных в базовую программу обязательного медицинского страхования, финансовое обеспечение которых осуществляется за счет субсидий из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования федеральным государственным учреждениям, дотаций федеральному бюджету из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования в целях предоставления субсидий бюджетам субъектов Российской Федерации и бюджетных ассигнований бюджетов субъектов Российской Федерации», стоимость лечения составляет <***> рублей.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 повторно обратился в кабинет ВМП Министерства здравоохранения Амурской области с целью получения информации о бесплатном проезде к месту лечения и обратно. ФИО16 сообщено о том, что после установления даты госпитализации в ФГБУ «Научно-клинический центр оториноларингологии ФМБА» г. Москва, ему будет выдан пакет документов, в который входят направление на госпитализацию, перечень обследований для госпитализации, Талон №, Талон № (на проезд). Вопросы оплаты проезда к месту лечения и обратно решается Фондом социального страхования при наличии у пациента талона № и группы инвалидности. В настоящее время ФИО16 инвалидом не является.

Иные сведения о проведении ФИО16 первого этапа операции по восстановлению ушной раковины, суду не представлены. Сведения об обращении ФИО16 с заявлением и необходимыми документами (заключением учреждения МСЭ с программой реабилитации пострадавшего) к страховщику – ФСС, в материалах дела также отсутствуют.

Поскольку основанием для оплаты дополнительных расходов служит заключение учреждения медико-социальной экспертизы о нуждаемости застрахованного в том или ином виде реабилитации, внесенное в соответствующую главу программы реабилитации пострадавшего (ПРП) в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, судья, принимая во внимание требования п. 2 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», и отсутствие соответствующего заключения учреждения МСЭ с указанием на оказание ФИО16 именно такого вида реабилитации, как операция по <***>, включенной в программу реабилитации пострадавшего (ПРП), приходит к выводу о необоснованности заявленных ФИО16 требований о взыскании с ответчика дополнительных расходов, связанных с производством пластической операции, а также перелетом к месту лечения и обратно, в связи с чем данные требования удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требования ФИО16 в части взыскания с АО «Артель старателей «Амур» в его пользу компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, а также судебных расходов в размере 31 000 рублей, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 17 Конституции Российской Федерации, закреплено, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с абз. 13 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Согласно ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, что также согласуется с положениями п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как уже установлено судом в ходе рассмотрения дела, с ФИО16, осуществлявшим трудовые обязанности машиниста бульдозера по трудовому договору с АО «Артель старателей «Амур», 7 августа 2016 года произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ему был причинен вред здоровью, получены следующие повреждения: <***> (проведена ПХО с последующим выздоровлением).

Согласно акту о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ и акту формы Н-1 № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, причиной несчастного случая послужило: отсутствие контроля за процессом производства ремонтных работ (монтаж защиты двигателя бульдозера), то есть нарушение п. 2.5, 2.6 Должностной инструкции механика по ремонту оборудования Ремонтно-механической службы. В качестве сопутствующих причин указаны: осуществление ремонтных работ бульдозера (монтаж защиты двигателя) без применения при подъеме бульдозера специального подъемного оборудования (брусья, подставки, козлы), то есть нарушение п. 3.44 Инструкции по охране труда для машиниста бульдозера №20; нахождение работника под грузом во время подъема бульдозера (бульдозерного оборудования) с помощью крана, то есть нарушение п. 3.45 Инструкции по охране труда для машиниста бульдозера №20.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда признаны: механик по ремонту самоходного оборудования АО «АС Амур» ФИО18, который не обеспечил контроль за процессом производства ремонтных работ (монтажом защиты двигателя бульдозера), машинист бульдозера АО «АС Амур» ФИО16, который осуществлял ремонтные работы бульдозера (монтаж защиты двигателя) без применения при подъеме бульдозера специального подъемного оборудования (брусья, подставки, козлы), а также во время подъема бульдозера (бульдозерного оборудования) с помощью крана находился под грузом (защитой двигателя).

Вина самого пострадавшего ФИО16, наравне с механиком ФИО18, согласно данным актам, установлена. Суд учитывает, что, допуская нарушение законодательства об охране труда, руководитель или иные ответственные лица (в данном случае ФИО18) действуют в интересах работодателя и от его имени, в связи с чем требования о взыскании компенсации морального вреда с работодателя – АО «Артель старателей «Амур» обоснованы.

Решая вопрос о размере компенсации причиненного ФИО16 морального вреда, в результате произошедшего с ним несчастного случая на производстве, суд приходит к следующим выводам.

Решением федерального государственного учреждения медико-социальной экспертизы – Бюро №2 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Амурской области» Минтруда России (раздел II акта МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ Т.2. л.д. 126) ФИО16 утрата профессиональной трудоспособности в процентах не установлена. Программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания освидетельствованному ФИО16 также не установлена. Экспертное решение после обжалования ФИО16, оставлено без изменений (Т.2. л.д. 162).

Иных сведений, подтверждающих или опровергающих основания утраты ФИО16 профессиональной трудоспособности, разработки соответствующей программы реабилитации пострадавшего, суду не представлено.

Анализ материалов дела, в том числе, представленных медицинских документов, свидетельствует о том, что после произошедшего с ФИО16 несчастного случая на производстве с нарушением его здоровья и стойким незначительным расстройством функций организма, и до настоящего времени у пострадавшего ФИО16 сохранился физически внешний недостаток – полное отсутствие правой ушной раковины, что по п. 6.1.2.4 Приложения количественной системы оценки, соответствует 10%, не привело к ограничениям основных категорий жизнедеятельности, что и послужило основанием для отказа в установлении степени утраты профессиональной трудоспособности.

Кроме того, суд, исходя из представленных материалов дела и объяснений самого истца, при определении размера компенсации морального вреда, принимает во внимание, что ФИО16 с ДД.ММ.ГГГГ состоит в очереди на оказание высокотехнологичной медицинской помощи Министерства здравоохранения Амурской области за счет субсидий, ассигнований бюджета ФСС (электронный талон № со статусом «находится в листе ожидания»), для проведения первого этапа операции по <***>.

Судом также установлено, что в результате несчастного случая на производстве ФИО16 была получена травма, сопровождающаяся, в том числе, физической болью, что причинило ему физические и нравственные страдания. Истец длительное время находился на больничном, что подтверждается материалами дела. Принимая во внимание изложенное, с учетом: характера и степени тяжести причиненных истцу физических и нравственных страданий, повлекших за собой изменение привычного уклада и образа жизни; особенностей последствий, возникших в результате полученной ФИО16 травмы; требований разумности и справедливости; конкретных обстоятельств несчастного случая и продолжительности периода страданий истца; отсутствия доказательств утраты общей профессиональной трудоспособности; невозможности вести привычный образ жизни, вызвавших опасение за дальнейшую жизнь и состояние здоровья, а также с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, принимая во внимание, как виновные действия работодателя, так и неосторожность самого потерпевшего ввиду несоблюдения правил охраны труда, но в отсутствие грубой неосторожности со стороны ФИО16, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, что, по мнению суда, будет соответствовать принципам разумности и справедливости.

При решении вопроса о возмещении ФИО16 судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 31000 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.36 ч. 2 Налогового кодекса РФ освобождаются от уплаты государственной пошлины истцы по искам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью застрахованного.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

В случае удовлетворения требований истца, понесенные им по делу судебные расходы, подлежат возмещению ответчиком по правилам, предусмотренным статьями 98 и 100 ГПК РФ.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч.1 ст.98 ГПК РФ).

Согласно части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку размер расходов, понесенных истцом ФИО16 на оплату оказанных юридических услуг и услуг нотариуса по составлению доверенности в общем размере 31000 рублей, исходя из принципа разумности и справедливости, с учетом сложности и объемности дела, у суда сомнений не вызывает и подтверждается соответствующими доказательствами: договором № от ДД.ММ.ГГГГ на оказание платных юридических услуг, квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ об оплате услуг нотариусу и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (Т.1. л.д. 45-48), указанная сумма понесенных судебных расходов подлежит взысканию с ответчика в полном объеме.

В связи с тем, что при подаче искового заявления ФИО16 был освобожден от уплаты государственной пошлины на основании п. 3 ч.1 ст. 333.36 НК РФ (по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья), суд полагает необходимым, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, взыскать с ответчика государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО16 к акционерному обществу «Артель старателей «Амур» о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным в части, взыскании дополнительных расходов на лечение, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Артель старателей «Амур» в пользу ФИО16 компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, судебные расходы в размере 31 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Артель старателей «Амур» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Завитинский районный суд Амурской области в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Васильченко

Решение суда в окончательной форме составлено 28 марта 2017 года.